Воспитание

Цзинъи не впервые бывал в Башне Кои, в которой решили проводить нынешнее Собрание. Но в новом статусе всё играло иными красками. Цзэу-цзюнь ни на секунду не отпускал его от себя, не позволяя даже отдельно поздороваться и поговорить с Цзинь Лином. Точнее, да, с главой ордена Цзинь. Он постоянно одёргивал себя даже в мыслях, но всё же было сложно называть своего ровесника, с которым ещё недавно вы дурачились — таким высоким титулом. Учитель Вэй с Хангуан-цзюнем шли рядом, рука об руку. Глаза бывшего тёмного заклинателя светились. Это было первое мероприятие, на котором они были как наречённые. Уже через два месяца они официально станут спутниками на тропе совершенствования и ни одна живая душа не сможет разорвать эту связь или оспорить. Церемонию собирались устроить скромную, с соблюдением обрядов. Гостей планировалось почти не звать. Разве что по паре представителей-друзей из разных орденов и кланов. Это желание было совместным и порадовало Учителя Цижэня. Выносить столь постыдный союз, по его мнению, не очень хотелось. Цзинъи же просто радовался. Вскоре Учитель Вэй станет также и его дядей, как и Цзинь Лина. Хангуан-цзюнь для Йи был непостижимой загадкой, и он не умел его читать или общаться правильно, как Сычжуй. Но в компании младшего дяди было всегда, м, не то, чтобы уютно, но скорее надёжно. Когда Лань Йи был совсем ребёнком, то Лань Ванцзы временами, по настоянию брата, брал его к кроликам, или на простую прогулку в город, где надо было забрать какие-нибудь документы или заказ. Но такого отношения, как к Сычжую — у Второго Нефрита к Цзинъи не было. Было в детстве обидно, конечно, и за это Юань получил пару тумаков, но потом пришло осознание, что Первый-то Нефрит заботится о племяннике. — А-И, сегодня будет торжественный ужин, а завтра уже первое заседание. На нём я и представлю тебя. — Сичень улыбнулся и провёл рукой по волосам племянника, когда они остались вдвоём в ханьши. Те совсем растрепались от ветра в пути. — Д-да. Это отлично, Цзэу-цзюнь. — Но я бы рекомендовал пока тебе не оставаться одному. Или идти в компанию, где об этом не знают. Потому что есть вероятность, что это ещё больше заставит тебя нервничать или накрутишь себя. — Но я. — Дядя посмотрел чуть более строго. — Да, вы правы. А с Лань Сычжуем я могу поговорить? Он-то теперь знает. Перед тем, как отправиться на Собрание, глава ордена собрал всех адептов и объявил о наследнике. — Да. Но недолго. Нам с тобой надо обсудить ещё пару моментов завтрашнего дня. — Да… Цзэу-цзюнь. Цзинъи покраснел и хотел уже выскочить за дверь, как Сичень окликнул его. — Когда мы не на людях, то ты вполне можешь называть меня дацзю. Ты же моя кровь, Цзинъи. Адепт улыбнулся и кивнул, выходя из ханьши главы Лань, при этом сталкиваясь с главой Цзян. — Ой! — Лань Цзинъи. — Простите, Саньду Шеншоу. Я не хотел. — Да знаю. Иди уже. Сичень на этот небольшой диалог, случившийся в проёме его комнаты хихикнул, прикрывая рот рукавом. Цзян Ваньинь же закатил глаза на лепетание парня, что, сделав ещё пару поклонов, поспешил скрыться, ужасно краснея. — Глава ордена Цзян. — Глава ордена Лань. Цзинь Лин очень переживает по поводу устройства всех гостей, поэтому вынужден спросить: всё хорошо? — Ох, молодой глава так волнуется. Я заметил. — Хуань подавил ещё один смешок и ярко улыбнулся, глядя в глаза Цзяну. — У меня никаких нареканий к нему нет. Он молодец. — Ну. Он очень старается. — Именно. И я думаю, что сейчас ему безумно важна именно ваша похвала. Скорее всего, только она сможет успокоить. Очередной закат глаз от главы Цзян Сичень встретил тихим смехом, лукаво глядя на того. — Я подумаю о вашем предложении, господин Лань. Цзинъи же шёл по направлению к комнатам учеников Гусу. Он должен был делить ханьши с Сычжуем, как и всегда. В клане Лань было негласное правило двоих — чтобы молодые люди присматривали друг за другом. Особенно, когда находятся не на территории Облачных Глубин. Но это его последняя такая ночь. Уже завтра, по всем правилам, после объявления ему будет предоставлена отдельная ханьши рядом с комнатой главы. Честно говоря, это пугало. Пускай он почти свыкся с мыслью, что он — наследник Гусу Лань, но. Всё это влекло за собой такие повороты и изменения — впору было бы безвылазно медитировать, чтобы не сойти с ума. Он ведь всегда был просто родственником. Просто очередным адептом, хотя и выделялся своим нравом. «Цзинъи будто и не Лань вовсе!» — наследник скривился. Снова эти воспоминания. Он Лань. Всегда был им и будет. — А-И! — Рядом раздался голос Юаня, а на плечо легла чужая рука. — Сычжуй? — Я тебя окликнул уже раз пять. Всё в порядке? — В глазах шисюна читалось немалое волнение. — Ты так стремительно шёл, еле остановил. — Прости. Просто задумался обо всём и. Неважно. — Уверен? Цзинъи улыбнулся и кивнул. — Ого. — Сычжуй невольно замер, опуская руку с плеча. — Что такое? — Ты. Просто ты так улыбнулся. Как Цзэу-цзюнь. Почти точь-в-точь. Цзинъи пару мгновений просто осмысливал слова друга. Как Цзэу-цзюнь. Как дядя. Как глава ордена. — Оу. Наверное. — Кхм. В любом случае, это неудивительно. Учитывая сколько времени, ты с ним проводишь. — Сычжуй встряхнул головой и склонил голову к плечу. — Я удивлён как у тебя ещё повадки Учителя Ланя или Саньду Шеншоу не появились. — А с чего у него должны появиться повадки моего цзюцзю? — оба адепта Гусу вздрогнули. За их спинами, скрестив руки на груди стоял глава ордена Цзинь.