Королевское предназначение

— Мам?.. Пап? — я на мгновение забыла, как дышать. Этого не может быть… Моя семья. Они действительно здесь. Самые близкие мне люди приехали, чтобы поддержать… Я рванула с места и врезалась в родителей; папа начал смеяться, а мама что-то пробубнила ворчливо. — Как же я по вам скучала… — слёзы хотели вылиться рекой, но не сейчас. Они пахнут домашним уютом и теплом. Уэнсдей позвала их… Она сделала это ради меня. — Мы тоже скучали по тебе безумно, — папа вынырнул из моих объятий и гладил по волосам. Я наклонила голову влево и улыбалась… Дороже семьи нет ничего, возможно ли вообще найти замену родителям? На этот вопрос я не могу ответить, ведь не хочется представлять смерть близких… Хоть и сегодня пришлось столкнуться с ней. — Что вы здесь делаете? — родители переглянулись и слабо улыбнулись. Папа приобнял маму и оглядел замок. — Приехали помочь. Родная, мы немного устали с поездки… Встретимся завтра и всё обсудим, — я понимающе посмотрела на уставшие лица близких и тут же появился дворецкий, любезно захвативший их чемоданы. Минутная радость от встречи исчезла, и мне пришлось снова нырнуть в настоящее. Я посмотрела на свои пальцы и улыбнулась кольцу, которое подарила моя возлюбленная… Моя возлюбленная… Прошлая я пришла бы в ужас от таких слов… Даже самой не верится. Кто бы мог подумать, что я буду безумно влюблена в королеву «Невермора», с которой связана кровью… Это сумасшествие. Но оно мне так нравится, что я восхищена всем, что происходит между нами с Уэнсдей. Мысли об Аддамс привели меня к озеру. Я посмотрела на водную гладь и улыбнулась. Усталость и болевшая голова от слёз заставили меня лечь на песок. Ветер приятно охлаждал моё лицо и стало немного холодно, но это ничуть не мешает. Так тихо и спокойно… Я закрыла глаза и вслушивалась в звуки. Журчание воды и шелест листьев на деревьях так успокаивают… Пальцы невольно коснулись кольца и я прошептала: — Дом и две кошки… И моя возлюбленная… Это моя мечта. И я всё сделаю для этого. Это ещё одно обещание. Которое обязательно будет выполнено, чего бы мне не стоило. — Волчонок… Ты можешь заболеть… — мне пришлось открыть глаза и столкнуться с любимым взглядом. «Я люблю её…» «Я люблю её…» «Я люблю её…» «Я люблю её…» «Я люблю её…» «Я люблю её…» В голове звучала заевшая пластинка, и улыбка не сходила с моего лица. Уэнсдей немного сердито смотрела и ждала, когда я всё же соизволю встать… Но я лишь усмехнулась, и про себя сказала: «Я безумно люблю её…» — Мне тебя самой поднять? — Да, — тихо ответила я и с вздохом начала подниматься, но сильные руки прекратили действия, и моё тело покоилось в руках возлюбленной. Обвив её шею, оставила лёгкий поцелуй на щеке. — Ты встретила родителей? — девушка, всё ещё держа меня на руках, начала уходить с озера и смотрела вперёд. Какая она прекрасная… Не может быть таких идеальных девушек, созданных Богами… Это невозможно. Я смотрела на неё и восхищалась… Одна мысль теплила меня и заставляла сердце трепетать: Это моя девушка… Она моя возлюбленная… Она принадлежит мне… — Ты меня слушаешь? — Аддамс остановилась и всмотрелась в моё лицо внимательным взглядом. — Конечно… — соврала я и провела пальцами по шее возлюбленной. Уэнсдей слабо улыбнулась и продолжала идти дальше. Она, кажется, поняла, что говорить мне что-то бесполезно. Я рассматривала каждый миллиметр её лица… Как же ей идёт корона… Мне так хочется её поцеловать и снова забрать всю боль от потери отца… Но, к сожалению, так нельзя. Моя рука инстинктивно коснулась её ключиц и сердце начало трещать по швам… Она такая хрупка, но сильная… От рассматривания своей любимой глаза начали прикрываться. Я боролась… Правда. Но сон взял своё, и пришлось заснуть, утопая в любимом запахе вишни… Уэнсдей аккуратно зашла в свою комнату и положила самое драгоценное, что у неё есть, на кровать и накрыла одеялом. — Моя девочка… — тихо шепнула королева и поцеловала руку своей любимой. Дверь в покои королевы скрипнула, и Уэнсдей тут же повернулась. Дядя Фестер с грустной улыбкой подошёл к племяннице и положил свою руку ей на плечо. — Уэнсдей. Я знаю, что ты хотела вместе с семьёй поехать на курорт и собраться с мыслями, переживая утрату отца. Но… Охотник всё наступает… Он уже начинает нападать на деревни. — Уэнсдей напряглась и вгляделась в отражение зеркала. Перед ней девушка с невыносимо тяжёлой короной и с уставшим видом, которая скрывает миллионы ящиков внутри. Аддамс посмотрела на лицо своей возлюбленной. Она мирно спала и улыбалась во сне. Девушка отошла от дяди и сняла корону, положив на стол. В её ушах звенели часы и тиканье замедлялось… Время. У неё не осталось времени. С тяжёлым вздохом она подходит к зеркалу и смотрит на себя. Тик-так… Тик-так… Уэнсдей крутит кольцо огненной стихии и замирает. Она убила своего отца. «Я убила своего отца» Всё бы получилось, если бы у неё было время… Но у неё нет времени. Девушка закрыла глаза и открыла их, встречаясь с лицом Охотника… Он хочет забрать её волчонка. Но Уэнсдей ни за что не отдаст. Она шёпотом и с ухмылкой на лице говорит отражению: — Я иду за тобой. Охотник исчезает, и королева «Невермора» подходит к столу, проводя пальцами по короне. — Ты прав. У нас мало времени. Завтра мы будем готовиться… Собирать всех людей совета. И армию… — Армию? — Дядя Фестер обеспокоенно посмотрел на племянницу, та лишь улыбнулась. — Да, дядя Фестер. Армию. Это война. Он идёт не за мной. А за ней… — после этих слов Уэнсдей подошла к Фестеру и похлопала его по плечу. Дядя королевы ушёл, оставляя девушку наедине со своим предназначением. Она прекрасно знала, что Фестер проведёт всю ночь рядом с могилой отца… И это разбивало её потрескавшееся сердце. Уэнсдей переоделась в пижаму и легла рядом со своей любимой. Она обняла её и поцеловала в губы. Аддамс поклялась в этот день в своей вечной любви… Уэнсдей сделает всё, чтобы видеть умиротворённое лицо своего волчонка. — Энид, тебе пора проснуться, — холодное прикосновение к шее заставило меня медленно открыть глаза. Я поморщилась и отвернулась, но смех девушки заставил меня развернуться. — Не смешно. — Смешно, вставай. — Уэнсдей встала с кровати и потянула меня на себя. Я вымученно улыбнулась и зевнула. — Можно ещё пять минут поспать? — Нет. Хотя, я знаю способ быстро тебя разбудить… — Аддамс тут же оказалась сзади и прикусила мочку моего уха, я вскрикнула и покраснела. — Ты… — Очаровательная? Незабываемая? Бесподобная? — Уэнсдей улыбнулась и скрестила руки на груди. — Невыносимая! — Я ушла в ванную и закрыла за собой дверь, улыбаясь. Пока я принимала освежающий душ, все мои мысли снова были о девушке… Она правда невыносимая… Как мой мозг не сломался от бесконечного потока мыслей о ней? — Ты там утонула? — Я закатила глаза и, закутываясь в халат, вышла из ванной. — Нет. Не утонула, — девушка протиснулась в ванную и перед тем, как закрыться в комнате с ухмылкой произнесла: — Я хочу тебя в ванной, — мои щёки загорелись и пришлось прикрыть лицо руками. — Прямо сейчас? А мы успеем до завтрака? — я смущённо улыбнулась и медленными шагами начала подходить к ней. — Всё-таки ты очень нетерпеливая, моя девочка. Вечером. — Аддамс ухмыльнулась, а я снова покраснела и обиженно развернулась. — Надеюсь, ты утонешь. — Только если с тобой. — Я не выдержала и толкнула Уэнсдей в ванную и закрыла дверь. Мне уже пора перенести свои вещи сюда. Придётся снова надевать что-то из её гардероба, но мне нравится… Я надела чёрную водолазку и брюки. Услышав щелчок ванной, мне посчастливилось увидеть безупречное тело своей возлюбленной в чёрном халате… Боги. Я поперхнулась воздухом и закашлялась. — Подавилась? — с усмешкой спросила девушка и тут же оказалась рядом со мной. — Уэнс, ты можешь быстрее одеться? Я есть хочу. — Ты очень нетерпеливая. — Уэнсдей отошла и направилась к шкафу. Такая обыденная утренняя атмосфера… Как будто вчера я не стояла на похоронах и не смотрела на мёртвого Гомеса… У нас нет времени для скорби… Мы все слишком быстро закрыли свои ящики и глубоко спрятали… — Кстати… Когда ты уедешь? Ты просто говорила… — я замолчала, когда увидела совершенно голое тело своей возлюбленной. Моё сердце забилось быстрее, и от такой резкости кольнуло в груди. Она стояла как ни в чём не бывало и смотрела на нижнее бельё. Я сглотнула и облизнула пересохшие губы. Мой внутренний зверь хочет напасть и овладеть ею сейчас же… Такое состояние похоже на голод. Как будто ты голодал и тебе представилась долгожданная возможность откусить желанное… Ты уже смакуешь вкус и это заранее будоражит твоё сознание… Со мной сейчас тоже самое… Меня охватил животный голод… Зверь рвётся и режет своими когтями, заставляя меня напасть на неё. Что это со мной? Я начинаю бояться себя; все мои попытки сдержаться прекращаются, и за считанные секунды девушка оказывается вблизи со мной. Я стою сзади и провожу пальцами по оголённой спине, затем резкими движениями прижимаю её к дверце шкафа и слышу сдавленный вздох. — Волчонок?.. — Уэнсдей, прижатая мною, пытается развернуться, но я не даю ей этой возможности. Внутри меня горит огонь, а возбуждение отрезает возможность трезво мыслить. Я с силой разворачиваю Аддамс и завороженно смотрю на её вздымающуюся грудную клетку. Мои пальцы касаются её губ, но рука девушки перехватывает. — Нет. — Приказным тоном произнесла Аддамс, и это меня разозлило. Я отбрасываю её руку и резко впиваюсь в губы, но она отталкивает меня. Внутри всё разрывает от нахлынувших чувств… Меня одолел голод. Я с раздражением облизываюсь, и язык проходится по клыкам… — Вот чёрт, — выругалась девушка и накинула сверху первую попавшуюся рубашку. Я снова с силой прижала её к дверце шкафа, и рык вырвался из моего горла. — Прости, любимая. Но будет чуть-чуть больно, — девушка сжала моё плечо и резкая боль пронзила. Всё моё возбуждение и внезапный голод по телу возлюбленной исчез, и только режущий зуд отдавался в плече. Но с прикосновением Аддамс всё прошло. Я вздохнула и удивлённо посмотрела на Уэнсдей. — Ничего страшного. Стоило понять, что так будет. Но про самоконтроль мы потом поговорим. — Девушка ухмыльнулась, а я отвернулась и ошарашенно подошла к двери. Что это было?.. — Пошли. — Аддамс взяла мои пальцы и переплела со своими. Я распустила наше сплетение и спрятала руку в карман брюк. — Что такое? — Уэнсдей остановилась и обеспокоенно посмотрела на меня. — Что со мной только что было… Я… Не понимаю… — Ничего такого. Просто ты изголодалась по моему телу… Такое бывает, твой внутренний волк даёт о себе знать. Я тебя остановила, потому что мы бы не успели на завтрак и у нас много дел. — Я не остановилась, когда ты сказала «Нет»… — я нервно покрутила кольцо на пальце и отвела взгляд. — Да, поэтому пришлось тебя остановить. Всё в порядке. Не волнуйся. Сегодня ночью я буду вся твоя. И не буду останавливать тебя, — девушка снова взяла меня за руку, и лёгкая улыбка тронула мои губы… Мне становится труднее контролировать своего волка… Станет ли это проблемой? Меня пугает этот факт… А вдруг она подумает, что я озабоченная? Какой ужас… Пока я думала о своем нападении на девушку, мы уже успели дойти до зала. Я увидела родителей и побежала сразу же к ним. Они сидели рядом с Мортишей и что-то обсуждали, но всё прекратилось с моим появлением. Я крепко обняла папу и сжимала в объятиях. — Я сейчас умру… — он по-доброму улыбнулся и потрепал меня по волосам. — Простите… Но я вас очень давно не видела. — После завтрака мы прогуляемся. Тогда и поговорим, — мама поцеловала меня в щёку и отпустила. Я подошла к столу и села рядом с Пагсли. — Привет… — он устало поздоровался и коснулся моей руки. У него под глазами виднелись синяки, веки опухли от слёз. Когда я положила свою руку на его, то почувствовала резкий укол в сердце… Ему больно, но он держится ради себя и ради семьи… Нам принесли блюда и мы принялись завтракать. Как непривычно видеть молчаливого Пагсли. — Эй… Расскажешь мне что-нибудь про ту девочку? — он улыбнулся и посмотрел в мою сторону. Я сильнее сжала его руку, но Пагсли отвернулся и встал с места. — Спасибо за завтрак, — я встала и посмотрела в сторону уходящего Аддамса. Он не может спрятать свой ящик… Его тарелка была не тронута, а моё сердце трещало от такого вида… — Энид. — Уэнсдей посмотрела на меня и показала рукой сесть на место. Я покачала головой и уже собиралась пойти за Пагсли, как меня остановили. — Я сама с ним поговорю, — она усадила меня за стол и ушла… — Пагсли? — Уэнсдей сразу нашла брата у могилы отца. Она была плоха в поддержке и каких-то мотивирующих словах. Единственное, что она могла сделать — это быть рядом. — Ты должен вернуться, — парень встал и посмотрел на сестру печальным взглядом. Он гаснет… — Я не могу… — Пагсли глубоко вздохнул и поджал губы. — Ты должен быть сильным. Иначе сломаешься. — Королева подошла к младшему брату и протянула руку, но тот резко отбросил её. — Быть сильным? Закрыться в себе и быть такой же бесчувственной, как и ты? — Пагсли крикнул, и девушка увидела, как из его глаз вытекла одна слеза. — Я не бесчувственная. Думаешь, мне не больно? Ты не знаешь какого это убивать свою семью. — Уэнсдей посмотрела на могилу отца, и её сердце начинало снова разбиваться при виде угасающего брата. — Я… прости… Я не могу, мне страшно. Уэнсдей, пообещай мне, что не умрёшь! — Пагсли обнял сестру и сжал её, боясь потерять. Аддамс стояла и смотрела вперёд… Тик-так… — Знаешь… Я не успела сказать кое-что отцу, — девушка аккуратно обняла брата и прошептала: — Я люблю тебя… — Пагсли замер и забыл, как дышать. Она никогда не говорила ничего такого. А он мечтал об этом всю свою жизнь. Ему казалось, что сестра ненавидит его, презирает, но Пагсли всё равно говорил, как её любит. — И я тебя, сестра, — Аддамс улыбнулась и поняла, что с приходом Энид всё стало по-другому… Её мир перевернулся и она, действительно, утонула в океане голубых глаз. Возлюбленная зажгла в ней огонь и показала, что даже не смотря на всё, будет с ней. Всегда. «Я люблю её» пронеслось у неё в голове, и Уэнсдей пообещала, что сделает предложение своей возлюбленной после победы над Охотником. — Как там братья? — мы с родителями решили устроить пикник около озера. Я лежала и рассматривала небо, мама и папа пили сок, и рассказывали мне обо всём, смеясь и подшучивая. — Спокойно. Они по тебе скучают. Лучше расскажи нам о своей девушке. — Папа коварно улыбнулся, и мама погладила меня по голове. — Она… Я даже не знаю, как сказать. Она иногда меня раздражает, но я безумно люблю её. Каждый миллиметр её прекрасного тела, и восхищаюсь своей возлюбленной. Она столько для меня сделала… Знаете, мы вчера поклялись друг другу в вечной любви… — мамина рука остановилась, и я открыла глаза, всматриваясь в родные глаза и улыбаясь от удивлённого взгляда. — Бог мой… Это же чудесно, родная. Когда свадьба? — Я подскочила и замахала руками в отрицании. — Свадьба? Какая свадьба… Мы… Я еще не готова к такому! — Папа встал сзади меня и успокаивающе похлопал по плечу. — Тише… Ничего страшного, но думаю, после клятвы точно будет предложении руки и сердца. — Я стушевалась при мысли о свадьбе… Хотела ли я этого? Не слишком ли рано думать о таком в неспокойное время? — Почему вы всё-таки приехали? — Мы приехали помочь в предстоящей войне с Охотником. — Папа и мама обняли друг друга, и отец поцеловал в щёку свою любимую. — Что?! Нет! Я… Запрещаю! — мне стало страшно от осознания, что они могут умереть в битве… Я точно не вынесу этого. Мой ящик не закроется, а ключ потеряется. — Мы будем снабжать оружием и помогать в лагере. Всё стало слишком масштабным. Я приготовил много орудий. Не переживай, дорогая. — Папа подошёл ко мне, но я отошла. — Это меня совершенно не успокаивает! Вы должны быть в безопасности! — Я сжала кулаки в раздражении. Как же они не понимают… Мои братья сломаются. Мальчики не должны терять родителей в таком раннем возрасте. Это несправедливо. — Энид, мы все равно пойдём с отцом туда. Это наш долг. Мы бы тоже хотели оградить тебя от всего этого. Вместе мы сильнее. — Я слабо улыбнулась и обняла родителей. — Тебе уже пора тренироваться. Времени осталось совсем мало… — О чём вы? Охотник ещё не скоро будет наступать… Ведь так? — Ох, милая… Он уже близко. Охотник начинает уничтожать деревни. — Я не могла поверить своим ушам… Это неправда. Я не готова ещё встретится с ним… Мой огонь только пробудился. — Уэнсдей уже собирает армию, и все люди «Совета Королевств» приезжают. Это война, — подытожил отец и его взгляд потускнел. Им страшно, как и мне. Я посмотрела на озеро и на секунду увидела отражение Охотника… Тик-так… У нас нет времени… — Вы правы. Нам пора. Как только мы вышли с озера, то увидели подъезжающие машины… Это правда. Уэнс собирает всех, кто может помочь для победы над Охотником. Увидев девушку, разговаривающую с Виневрой, я попрощалась с родителями и подошла к ней. — Всё в порядке? — она ласково коснулась моей щеки, и мои губы расплылись в довольной улыбке. — Пойдём на поле. Нужно потренироваться. К сожалению, у нас не получится поехать в компанию Торпа. Он сейчас занят подготовкой… — Уэнсдей взяла меня за руку и попрощалась с главой «Совета Королевств». Мы молча пришли на поле и девушка рассматривала меня. — Что? — Ничего. Наслаждаюсь прекрасными видами. — Она хмыкнула и развернулась, запрокинув голову наверх. — Уэнс… Это правда, что Охотник уже совсем близко? — К сожалению, да. У нас так мало времени. Тебя ещё не успели изучить… Ты не овладела стихиями… Как я могу тебя отпустить туда… — Я взяла её за руку. — Всё получится. Мы убьём его. Вместе. — Девушка покачала головой. Она повернулась и взяла мои руки в свои. — У него кристалл… Я так успешно забыла про него. Мне не удастся убить Охотника. — Значит, я убью его ради тебя, любимая. — Я поцеловала её руки и поднесла к щеке. — Нет. Исключено. — Она вырвалась и отошла. — Но другого выхода нет. Я справлюсь. Обещаю. — Может мне вселиться в тебя? Но это ослабит… — она прошептала и ходила туда-сюда. — Либо… Хотя тоже не подходит. — Уэнсдей выругалась, и мне пришлось остановить её хождения по полю. — Хватит! Ты можешь поверить в меня? Я дала тебе клятву и не собираюсь её нарушать! — Я схватила её за руки сжала. — Энид… — Пожалуйста. Я смогу убить его. Научи меня чему сможешь. Уэнс… Ты не можешь защищать меня, — эта правда отрезвила её, и она глубоко вздохнула. — Хорошо. Виневра рассказала мне про твою огневую вспышку. Огонь — это прекрасная стихия, сводящая с ума. Когда ты начинаешь владеть ею, то видишь кошмары и огонь может сжечь тебя. Прими эти кошмары и борись. Подчини себе огонь. — Уэнсдей щёлкнула пальцами, и я лицезрела маленький огонёк, затем девушка другой рукой заставила траву полыхать, и сзади неё разгорелось пламя. — Закрой глаза, — она встала сзади меня и подняла мою левую руку. Я почувствовала приятное тепло, разливающееся по венам. — Чувствуешь? — шепнула девушка и по моей спине пробежали мурашки. Рука начала жечь, и мне пришлось прикусить нижнюю губу. — Не бойся огня. Выплесни эмоции. Представь, как горит трава и просто сделай это. — Я представила себе огонь вокруг нас и позволила жжению в руке выйти наружу. Меня охватывал адреналин, и сердце бешено стучало в агонии от сознания того, что я управляю огнём. Я открыла глаза и передо мной горело алое пламя. Это так величественно. Я улыбнулась и водила рукой в разные стороны. Огонь подчиняется мне. Но в одну секунду я увидела Охотника в языке пламени и отпустила руку. Мой собственный огонь подползал и я чувствовала жар. Не смогла… Что ты можешь вообще, Энид? «—Значит я убью его ради тебя, любимая» С чего решила, что сможешь? Ты же слабая… — Нет… — пламя подползло к моим ногам, и я закричала от адской жгущей боли. Вот видишь. Просто сдайся. Ведь, всё из-за тебя! Ты ему нужна. Во всём ты виновата!!! «—Я верю тебе, сестра. Пообещай, что не умрёшь… Иначе я не вынесу твоей смерти, Энид.» Я вздохнула и позволила огню подобраться ко мне, а затем коснулась рукой пламени и приказала ему подчиниться. Руку жгло, и мне казалось, что смерть настигнет меня здесь. — Подчинись мне, — огонь сопротивляется и кусает меня своим пламенем. Я смогу. Должна. Мне казалось, что мои ноги уже сожгло, и скоро вся я превращусь в пепел, но нет. Не сейчас. Моя рука снова коснулась пламени и пыталась подчинить себе. Я представила нить и наматывала её. Огонь бьёт своими хлыстами и хочет ускользнуть, но не может. Он не хочет подчиняться такой слабой хозяйке. Но я не слабая. И огонь чувствует это, поэтому сдаётся и склоняет свою голову в знак вечной верности. Я подняла две руки и, разорвав круг, упала на землю. — Ты смогла. — Уэнсдей помогла мне встать и улыбнулась. Девушка чувствовала мою боль, но не стала спасать, потому что я должна была через это пройти. Мои пальцы щёлкнули и на них появился огонёк. — Молодец, моя девочка. — Я не смогла подчинить себе воду… — Сможешь. Тебе сложно, потому что ты владеешь двумя стихиями. Вода — это спокойствие. Но у нас нет времени… Теперь я научу тебя трюкам. Уэнсдей показывала мне как образовать круг и направить его на врага. Как сделать огненный лук и стрелять. Правда, ей приходилось повторять всё по сто раз, потому что с первого раза ничего не получалось. Но трюки быстро осваивались, чему мы были обе удивлены. Аддамс объяснила, что всё получилось, потому что я смогла подчинить себе огонь. Я же сказала, что это связано с нашей кровью и предназначением. С каждым новым упражнением мне всё больше нравилось управлять огнём, но о водной стихии я не забывала… Как же мне подчинить её себе? Спустя час тренировки мы обе упали на траву, смеясь. — Как огонь исчезает? Это поле волшебное? — Да. А ты не знала об этом? — Нет… В прошлый раз Виневра затушила мой огонь… Наверное, она сделала это в панике. — Я повернулась к своей возлюбленной и коснулась щеки. Она улыбнулась и развернулась ко мне. — Нам нужно установить связь крепче. В битве очень понадобится. На тот случай, если ты будешь ранена или я… Мы смогли бы помочь друг другу. — Уэнсдей встала и протянула мне свою руку. Я поднялась и девушка коснулась пальцами моего запястья. — Я открыта для тебя. Попробуй почувствовать меня. — Я коснулась её руки и почувствовала электрический разряд, затем закрыла глаза и позволила себе проникнуть в её мир полный тьмы. Я как будто потонула в океане алой крови… Тяжесть от заглушенной боли оседала, и мне пришлось взять побольше воздуха. Передо мной начали мелькать картины… Кровь… Умершие тела. Она убивала. В ней давно горело пламя жизни, но погасло… Внутри моей возлюбленной пепел… Царство Тьмы и Бесконечной Боли. Я неосознанно подошла ближе, выпуская руку и перемещая её на грудную клетку. Её сердце разбито, но кто-то собрал по кусочкам и склеил заново. Вот, передо мной мелькнула картина смерти отца. Как она безжалостно втыкает нож в сердце… Я увидела внутри неё кладбище. Так много могил и ящиков… Меня захлестнула темнота, но мне нужно принять всё… Я не могу оттолкнуть свою возлюбленную. Ведь, когда мы любим, то полностью принимаем человека таким, какой он есть. Я обняла её и почувствовала всю боль, скрывающуюся в ней. Девушка обвила мою спину в ответ и прижала ближе. Я чувствую её. Полностью. В моей голове всё ещё мелькают лица людей и кровавый нож… — Мне пришлось убивать… Но я бы не хотела этого. Моё сердце залилось алой кровью, как и все органы… Я умерла внутри, но ты смогла вылечить меня своей любовью. — Я ни за что не оттолкну тебя. Твоя боль — моя боль. — Уэнсдей отдалилась и поцеловала меня. Я обвила её шею и притянула ближе к себе. Мы слились в поцелуе бесконечной любви. Я нехотя отдалилась от девушки и взяла её руку в свою. — А ты говорила, что мне будет сложно почувствовать всю тебя. — Да. И ошиблась. Давай потренируемся на мечах. — Девушка щёлкнула пальцами и тут же рядом с ней оказался красивый меч (https://pin.it/2soJWZP) с камнем на рукоятке, а рядом мой. Я подняла его и улыбнулась величеству своего оружия. — Как я слышала, телепортацией ты овладела. Скорость передвижения тоже важна. Это то же самое, как и телепортация. Думаю, ты быстро научишься. — Девушка тут же оказалась рядом со мной и легонько дунула в шею. Я испуганно отошла и сделала выпад в её сторону, на что она ответила блоком. Уэнсдей улыбнулась и тут же исчезла из моего поле зрения. Она снова оказалась сзади, но на этот раз я среагировала быстрее и занесла меч для удара, но девушка успешно отвела мой меч в сторону. Значит, скорость передвижения почти тоже самое как телепортация?.. Я представила себя тут же за спиной Уэнсдей, и моя попытка оказалась успешной, но девушка исчезла и неожиданно нанесла удар, с помощью своей реакции я смогла предотвратить атаку. — Ты слишком очевидная. Обманывай врага. — Аддамс встала впереди меня и наклонила голову, ожидая моих действий. Я смотрела ей в глаза, не уводя взгляд, и тут же смогла телепортироваться, но Уэнсдей это поняла и тут же начала уходить в сторону. Так и думала. Мой обманный манёвр оказался удачным, и я кинулась влево, так же, как и девушка, и сделала ей подсечку. Она не ожидала, но тут же выпрямилась, нанося удар. Мы сошлись с ней в бое на мечах. Я целилась прямо в сердце, стараясь обманывать своими наклонами, то влево, то вправо. Девушка была слишком быстрой и своей телепортацией изводила. Но мне удалось быстро её раскусить. Силы уже были на исходе, но мне хотелось победить и доказать, что я всё могу. Мой меч, как будто чувствовал меня и на нём засветились какие-то символы. Мы стали с ним одним целым, и скорость ударов увеличилась. Уэнсдей улыбалась, и её меч загорелся алым огнём. Она снова зашла за мою спину и моё оружие выскользнуло из рук, но не упало на землю. — Ну ничего. Ты хорошо сражалась. — Я улыбнулась и тут же оказалась за её спиной, держа в руках меч. — Ну ничего. Ты хорошо сражалась. — Девушка удивлённо повернулась, и мой меч оказался в руках и был направлен в грудную клетку возлюбленной. Я смотрела на неё и улыбалась. — Мы с моим мечом нашли общий язык. Ты проиграла. — Уэнсдей коснулась лезвия моего меча и усмехнулась. — Я проиграла давно, как только увидела твои красивые глаза… — Аддамс резко приблизила меня к себе и облизнула мою шею; от такого действия я закрыла глаза и судорожно выдохнула. — Победителю требуется приз… — шёпотом произнесла Уэнсдей и отошла от меня. — Готовься к вечеру. — Я подмигнула, а затем сама почему-то покраснела, когда увидела ехидную улыбку на лице любимой. — Это ты готовься. Мне нужно отойти и поговорить с Советом. — Аддамс щелкнула пальцами и её меч тут же исчез. — А меня с собой не возьмёшь? — Нет. Тебе нужно ещё больше тренироваться. Виневра скоро подойдёт. — Я кивнула и девушка тут же исчезла. Спустя пару минут ко мне подошла Лаур и улыбнулась. В её руках блестел красивый меч (https://pin.it/2fGRd6R). Наверное, он водной стихии. Я вымученно выдохнула и улыбнулась девушке. — Сегодня меня решили загонять тренировками. Представляешь, я смогла подчинить себе огонь! И телепортируюсь вполне сносно. — Виневра улыбнулась и сосредоточенно посмотрела на небо, я проследила за её взглядом. — Погода меняется… Охотник совсем близко. — Насколько он близко?.. Уэнс уже собирает армию. — Настолько, что уже завтра мы столкнёмся с ним. — Мой меч выпал из рук и осознание скорой битвы только сейчас дошло до меня. Уже завтра я встречусь с ним… Завтра мы столкнёмся с моим врагом. Один на один. Он идёт за мной… — Энид. У нас мало времени. Жаль, что ты не так великолепно подчинила себе стихию воды. Но ты уже победила Уэнсдей. Ты должна быть сильной. Мы сможем его победить. Я слабо улыбнулась и взяла свой меч. В ту же секунду набросилась на Виневру и выпустила свой гнев. Как много я могла успеть? Так мало времени осталось… Возможно ли всё сделать за один день?.. Я так много хочу сказать Уэнсдей… Наши мечи звенели, и каждая думала о своём… Мой меч помогал… Я слышала его шёпот, он подсказывал слабые места Лаур. Виневра решила использовать не только меч, но и водную стихию, чего я явно не ожидала. Мне пришлось избегать водных атак. Меч разрубал все льдины, и я с помощью телепортации смогла застигнуть Виневру врасплох и зашла ей за спину, ударяя в заднюю сторону коленной чашки. Мой огонь вырвался и окружил девушку. Я тяжело дышала и отошла. — Неплохо. — Виневра улыбнулась и рубанула мечом воздух. — Мне до сих пор не верится, что завтра всё закончится… — Мне тоже. Мы думали, Охотник будет готовиться дольше. Энид, завтра ты убьёшь его. Он умрёт. — Я кивнула и посмотрела на небо… Погода и правда портится. Страх подбирается ко мне, но я успешно его блокирую. Лаур посмотрела на меня и похлопала по плечу. — Тебе нужно отдохнуть как следует. — Виневра ушла, оставляя наедине с потоком мыслей. Теперь мне понятно, почему Уэнс не уехала… Охотник отнимает у нас самое драгоценное — время. Он забрал всё, что можно. Но я убью его подаренным мечом от возлюбленной и восторжествую, когда Галпин захлебнётся кровью. Мне захотелось ещё потренироваться, и я стала выполнять все упражнения с огнём и мечом. — Извините… Вы не видели котёнка? — ко мне подбежал мальчик и с надеждой посмотрел в глаза. Я покачала головой в отрицании, и он заплакал. — Мы можем его поискать… Где ты видел его в последний раз? — мальчик протёр глаза и показал в сторону леса. — Котёнок не должен был далеко убежать… Я его найду, а ты посиди здесь. — Но в тот лес опасно ходить… Королева сказала мне смириться и завести нового. В тот лес запрещено заходить по приказу Её Высочества, — мальчик снова заплакал, а моё сердце сжалось от такого вида. — Не переживай. Я его найду. Опиши своего котёнка. — Он белоснежного цвета и с очень красивыми синими глазами. — Я кивнула и потрепала его по волосам. Мальчик слабо улыбнулся. — Хорошо. Не волнуйся, твой котёнок будет доставлен. Только не говори, что я пошла в лес. — Он закивал, и я направилась сторону леса. Деревья мрачно покачивались, и их листья выглядели устрашающе. Длинные ветки казались острее меча. Я стукнула себя по голове и улыбнулась. — Почему мне так нравится идти против правил? — мои шаги отдавались эхом. Я соображала, куда же мог убежать котёнок. Явно недалеко. Может, он забрался на дерево? В таком мрачном лесу найти белый пушистый комочек будет нетрудно. Опавшие на землю листья шуршали и усиливали мой страх. Но где-то в глубине леса я услышала мяуканье и улыбнулась. Проходя дальше, мне показалось, что мы с моим мечом здесь не одни. Я достигла своей цели и увидела испуганного котёнка. Он шикнул и опасливо смотрел в мою сторону. — Всё хорошо… Я тебе не враг. — Моя рука приблизилась к нему, и тот коснулся мокрым носом. Я взяла его на руки и рядом услышала какие-то шорохи. Медленно повернувшись, встретилась с человеком в чёрном капюшоне. Это… Приспешник. — Как легко оказалось тебя поймать. — Он нанёс удар, но я успела поставить блок мечом правой рукой. Левой сжимала котёнка и мне было больше страшно за его жизнь, чем за свою. Приспешник кинжалом пытался выбить меч из рук, и мы сражались. Я поняла, что жутко неудобно отбиваться одной рукой… Она начинала неметь, но мой гнев возрос и пришлось принять важное решение. Я побежала, и он погнался за мной. Не знаю в какой момент он успел догнать меня, но сейчас Приспешник буквально дышал мне в спину. Я разозлилась и резко остановившись, рубанула наугад; но он успел исчезнуть и пройтись кинжалом по моей руке. Я вскрикнула, и моя рука с мечом задрожала… Струйки крови текли и окрашивали землю. — Как ты мне надоел! — Я решила дальше бежать со всех ног. Бедный котик… он уже столько пережил. Приспешник снова догнал меня, и я в ту же секунду успела развернуться и пырнуть его мечом в самое сердце. Отличное попадание. Он медленно упал и умер. Я улыбнулась и вынула кровавый меч. Обидно, что он теперь испачкался. Котёнок дрожал в моих руках, и я побежала к выходу из леса… Как Приспешник оказался в лесу? Это стало ещё одним подтверждением, что у нас мало времени… К счастью, дальше всё обошлось, и котёнок тут же был доставлен мальчику. — У Вас кровь… — Я отмахнулась и сжала руку. — Ничего страшного… Беги в замок. — Мальчик кивнул и вместе со своим питомцем отправился домой. Я вздохнула и с окровавленной рукой и мечом направилась в комнату. Остаться без внимания не получилось и ко мне тут же подбежали Бьянка и Йоко. — Боже… Что произошло? Давай скорее за мной. — Йоко поддержала меня за талию и мы пробрались в замок. Главное, не наткнуться на Уэнсдей… Бьянка усадила меня на кровать в своей комнате и коснулась руки, что-то шепча. Я почувствовала приятный холод и облегчённо вздохнула. Около моей руки появилась вода, и впитывалась в шрам. — Ты… маг воды. — Барклай кивнула и начала обёртывать мою руку бинтом. Йоко стояла и качала головой. — Тебе явно неспокойно живётся. Что случилось? — Танака всмотрелась в меня, и я вжалась в кровать. — Порезалась… Случайно. — Йоко недоверчиво посмотрела, и её карие глаза потемнели, заглядывая в мою душу. — Ты врёшь. — Танака шикнула и надела свои очки обратно. Я стушевалась. — Ладно. Сделаем вид, что поверили. Ты когда врёшь, начинаешь непроизвольно щёлкать пальцами. — Я посмотрела на свои руки и расцепила их… И правда… — Твои способности узнавать правду или?.. — Танака ухмыльнулась и поправила свои волосы. — Да. Я могу распознать лжет ли человек. И ещё я владею стихией огня. Но по большей части занимаюсь бизнесом… готовлю различные зелья. Иногда помогаю Див с книгой, ну и учу владеть огнём. — Йоко улыбнулась и посмотрела на Бьянку. — Твоя рука готова. Завтра уже пройдёт… — при упоминании «завтра» я снова почувствовала страх… — Бьянка, а ты целитель? — Барклай прибрала какие-то баночки и скрестила руки на груди. — Да. Изучила целительское дело с помощью воды и открыла свою больницу. — Я удивилась и поняла, что у моей возлюбленной действительно не простая свита… — Тебе уже пора в комнату… — Я кивнула и посмотрела на свою руку… Почему мне так хорошо удаётся попадать в неприятности? Пройдя бесконечные коридоры, я зашла в свою комнату, схватила Тоби и легла на кровать. Сегодня я смогла подчинить огонь, укрепить нашу связь с Уэнс… Она позволила мне почувствовать всю её боль и проникнуть в Тёмный Мир. И самое страшное, что я узнала… Охотник уже завтра будет ждать нас, и я убью его. Я вскочила и поняла, что мой меч остался в комнате у Барклай… Но каково было моё удивление, когда я увидела свой меч рядом. Он действительно необычный… Уэнсдей и правда постаралась. Я всё же поднялась и зашла в ванную комнату, смывая с себя всю усталость. В моей голове тикали часы… Тик-так. Тик-так. Тик-так. Завтра… Всё закончится завтра. Я надела халат и вышла из комнаты. На моей кровати сидела Уэнсдей и гладила гуся, я задержала дыхание и облокотилась на дверь. — Знаешь, что бывает, когда нарушаешь приказы? — Она повернулась и я увидела отчётливые скулы и вздутую венку на шее… Неужели, Уэнс узнала?.. — Нет… — шёпотом произнесла я и девушка оказалась рядом со мной. Она злится, это чувствуется слишком сильно… Я вздыхаю и смотрю в пол, рассматривая её обувь. Но меня заставляют всмотреться в чёрный омут глаз, и я замираю. — Думала, я не узнаю? — Уэнсдей резко схватила мою ладонь с бинтом и сжала. — Уэнс… — Какого чёрта ты пошла в лес? Что непонятно в словах: не ходить. Объясни, — она прижала меня к двери и сжала шею. Я положила свою ладонь на её и прошептала: — Прости… — Аддамс прикусила нижнюю губу и отошла, моя грудная клетка вздымалась и опускалась слишком часто. — Почему ты такая… — Она выдохнула и села на кровать. Я присела рядом и положила свою голову ей на плечо. — Давай не будем ругаться… Почему ты не сказала мне, что война с Охотником будет уже завтра… — Забылась с тобой… Оттягивала этот момент. Показалось, что всё это неправда… — Я взяла её руку и поцеловала безупречные пальцы. — Уэнс… Давай проведём этот вечер вместе… Я хочу умереть с осознанием того, что целовала тебя и касалась каждого дюйма твоего тела. — Мне не хотелось говорить, что на меня напал Приспешник… Я хочу провести с ней всё время и забыться. Нам обеим это необходимо. Девушка встала и протянула свою руку. — Ты запомнишь этот вечер навечно… — Уэнсдей коснулась моих губ и трепетно изучала нижнюю, а затем верхнюю. Я обвила её шею, заставляя быть ближе. Она принялась расстёгивать пуговицы на своей рубашке и взяла меня на руки, ведя в ванную. Аддамс поставила моё тело на ноги и прижала к холодной стене. Её пальцы успели расстегнуть пуговицы, и я улыбнулась от прекрасного вида на любимые ключицы. — Я до сих пор хочу тебя в ванной. — Она отошла от меня и включила воду, заполняющую ванну. Я смущённо отвела взгляд в сторону и рассматривала свою возлюбленную. Уэнсдей облокотилась на раковину и смотрела на меня. Мы поедали друг друга взглядом и запоминали каждую часть тела. Аддамс направилась в мою сторону и коснулась ручки двери. — Хочу кое-что принести, — с этими словами она оставила меня одну наблюдать на заполняющуюся ванну. Спустя время вода дошла до краёв, и я выключила её. Уэнсдей пришла и держала в руках галстук. — Зачем тебе галстук? — Узнаешь, — она хитро улыбнулась и надела на шею элемент одежды. Я ухмыльнулась. Затем девушка подошла ко мне и коснулась шеи. — Ты меня сводишь с ума… — я затаила дыхание, почувствовав её прикосновение в районе ключиц. Она провела рукой по халату и коснулась пояска. В ту же секунду развязала и скинула его. Я совершенно голая перед ней. Она улыбается и начинает рассматривать каждый участок моего тела, мои щёки предательски краснеют, и я горю от её хищного взгляда. Моя раненая рука немного зудит, и девушка слегка сердито смотрит, медленно развязывая бинт. Шрам чуть-чуть болит, но это не важно. Вся моя боль уходит, когда я вижу возлюбленную и её омут чёрных глаз. — Как же ты любишь неприятности… И нарушать правила. — Она ухмыляется и начинает скидывать с себя рубашку, оставаясь полуголой. Как же она медлит. Я не сдерживаюсь и касаюсь её ширинки на брюках, расстёгиваю и стягиваю вниз. Её нижнее бельё тоже служит препятствием и я шепчу: — Развернись. — Моя девочка решила побыть активом? Интересно… — Уэнсдей посмеялась и развернулась, я коснулась её изящной спины и одним движением расстегнула застёжку бюстгальтера. Затем развернула её к себе и коснулась последнего элемента нижнего белья, но девушка перехватила меня и прошептала: — Залезай в ванну. Чувствую, ты не сможешь себя остановить… — Я раздражённо цокнула и полезла в горячу воду. Такой контраст заставил меня блаженно вздохнуть. Моя возлюбленная будучи уже голой села напротив и улыбалась. Я заметила, что на ней уже не было галстука, он лежал на раковине. Мне захотелось приблизиться, и я тут же подползла к любимой и села сверху. Она ухмыльнулась. — Какая же ты красивая… — Уэнсдей нежно поцеловала меня в щёку и от такого действия я издала тихий стон. — Чёрт… Уэнс, я так сильно хочу тебя… — мои пальцы коснулись её ключиц, и язык провёл по ним, заставляя Аддамс слегка выгнуться. Она коснулась моего плеча и отодвинула от себя. — Ты и правда не умеешь себя сдерживать… Галстук нам очень пригодится, — девушка облизнулась и взяла галстук, смотря на меня с интересом. — Заведи руки за спину. — Приказала она и я, кажется, поняла её замысел, но отрицательно покачала головой. — Нет? Интересно… — прошептала Уэнсдей и приблизилась ко мне, хватая мои руки и заводя их за спину. Я не успела вырваться и оказалась связанная сзади галстуком. Я чертыхнулась и гневно посмотрела на возлюбленную. — Я не люблю, когда мне отказывают, любимая. — Аддамс хищно улыбнулась и рывком приблизила меня к себе и тут же проникла в мой рот своим языком, заставляя немедленно подчиняться бешеному ритму. Одной рукой моя возлюбленная держала талию, а другой водила узоры по рёбрам. Я пыталась освободить руки, но чёртов галстук мне мешал… Как у неё так получилось крепко завязать его? Её горячий язык заставлял меня мычать и наслаждаться прикосновениями холодных пальцев. От горячей воды мне становилось ужасно душно и жарко; хотелось тут же окунуться в прохладную воду. Девушка прекратила этот горячий танец языками и отстранилась облизываясь. Её палец коснулся твёрдого от возбуждения соска, и я издала тихий стон. Она незамедлительно начала ласкать мою грудь, слишком грубо кусая и сжимая. Уэнсдей игралась со мной и заставляла моё тело гореть. Возлюбленная слишком долго мучает мою грудь, и я вперемешку со стонами произношу её имя в каком-то бреду. Моё тело изнывает и просит большего, руки так и дёргаются в жалких попытках освободится. Мне хочется зарыться в её волосах и оттянуть, поцеловав шею. Возлюбленная прекратила эту пытку и поцеловала меня в губы. Я чувствовала, что уже сейчас мой оргазм настигнет меня только от её губ и рук. Мой волк внутри снова рычит и требует большего. — Чёрт… Уэнс, пожалуйста… — я всхлипнула, и мой шепот коснулся губ девушки. — Пожалуйста… что? — Я зарычала в раздражении и мои недовольства прекратил язык, снова связавшейся с моим. Её руки сжимали мои ягодицы и ногти оставляли следы. Мне пришлось ближе придвинуться… Я запрокинула голову. — Пожалуйста… — задыхаясь сказала я и жалобно посмотрела на неё. — Моя девочка настолько возбудилась, что потеряла дар речи? — Аддамс посмеялась и водила руками по подтянутому животу, вызывая дрожь. — Заткнись и войди уже в меня, Уэнсдей. — Я прорычала и почувствовала свои клыки. Моя возлюбленная улыбнулась и провела влажную дорожку своим языком от шеи до груди, заставляя выгнуться и судорожно вздохнуть. Моё сердце вырвалось из грудной клетки, когда Аддамс вошла в меня сразу двумя пальцами. Я вскрикнула и поджала свои губы, раня их клыками. Металлический вкус во рту слегка отрезвил меня и пришлось полностью упасть на возлюбленную. Она слишком грубо и быстро входила в меня, смотря на то как я извиваюсь и стону её имя. — Уэнс… — прорычала я и почувствовала появление когтей, которые успешно помогли мне избавиться от галстука и впиться ими в спину Уэнсдей. — Вот чёрт, — выругалась девушка и ещё грубее стала двигать своими красивыми длинными пальцами. Мне стало слишком мало движений и я двигалась в такт с ней. Боги. Я сегодня точно сгорю и мой пепел осядет на руках любимой. Уэнсдей почувствовала, что мне не хватает ощущений и в ту же секунду укусила меня в шею, заставляя вскрикнуть. Мне пришлось закрыть глаза и впиться в её шею в ответ. Я мычала от удовольствия, царапая её спину. Вода уже начала окрашиваться в алый цвет. Моя кульминация уже приближается и приходится отдалиться от девушки, впиваясь в её губы, а затем заставляя подчиниться моему ритму. Я чувствую головокружение. Мой волк уже взвыл от манипуляций возлюбленной, и девушка замедлилась. Я задрожала от нахлынувшего оргазма и оторвалась от любимой. Моя грудная клетка вздымалась и опускалась с бешеной скоростью. — Что ты со мной делаешь… — на выдохе сказала я и облизнула свои губы. Аддамс резко встала и моё ослабевшее тело тут же прижали к стене. — Самые невероятные вещи… Теперь твоя очередь волчонок. — Я улыбнулась и силой поменяла нас местами. Моё возбуждение тут же вернулось, и голод по родному телу заставил набраться сил. Я тут же облизнула её верхнюю губу и возлюбленная издала стон, который заставил меня проникнуть в её рот языком, требуя немедленного подчинения. Её руки обвили шею, и грудь касалась моей, вызывая табун мурашек. Я отрываюсь от рта и приступаю к исследованию сначала ключиц, а затем груди. — Я безумно люблю твои ключицы. — Аддамс выдыхает и стонет от моих влажных следов языком. Я спустилась ниже и слегка прикусила её затвердевший сосок, а затем аккуратно лизнула. Мне захотелось оставить засосы именно здесь, поэтому я безжалостно всасывала её кожу и помечала. Она моя и ничья больше. И это должен знать каждый. Мои пальцы коснулись возбуждённого места девушки, и она вцепилась ногтями в плечи. Но я не собираюсь всё делать слишком быстро. Мои пальцы дразнят, собирая влагу. Я хищно улыбаюсь и облизываюсь, смакуя соки своей возлюбленной. Мы сошли с ума уже давно. — Чёрт… Специально меня дразнишь? — спросила девушка хриплым голосом и запрокинула голову. — Если ты хорошенько попросишь… — Я поднесла свои пальцы к её рту, и Уэнсдей удивлённо смотрела на меня, а затем на её щеках появился лёгкий румянец. Я затаила дыхание, когда любимая поднесла мои пальцы ко рту и вылизывала каждый, смотря возбуждённым взглядом. — Этого достаточно? — Уэнсдей держит мои пальцы и ухмыляется, я лишь судорожно киваю и резко вхожу в неё двумя пальцами, постепенно наращивая темп. Мне снова приходится контролировать себя, чтобы не поранить её; от этого кружится голова, и моё рычание смешивается со стонами. Уэнсдей движется навстречу и прижимает меня ближе к себе, царапая спину. Нам становится слишком жарко и душно от горячей воды и тел друг друга. Каждая из нас думает только о том, чтобы этот момент продлился бесконечно долго. Мы готовы связать друг друга нитью и не отходить ни на минуту. Я чувствую появление своих клыков и ругаюсь, пытаясь сдерживать волка. Мои пальцы уже немеют от такого быстрого темпа, и, кажется, Уэнсдей слишком выносливая в отличии от меня. Девушка как будто прочитала мои мысли и, издав сладостный стон, обмякла в моих руках. Я улыбнулась и облизнула свои пальцы, смакуя на вкус. — Я безумно люблю тебя, Уэнсдей Аддамс, — моя возлюбленная слабо улыбнулась и включила душ, немного охлаждая наши горячие тела. Мне пришлось слегка наклониться и вытянуть пробку, которая сдерживала воду в ванной. Я вернулась в исходное положение и струи воды мешали мне рассмотреть лицо любимой. — Повернись, — приказала девушка, и я улыбнулась, выполнив приказ. Она заботливо нанесла на мои волосы шампунь и массировала, отчего я замычала от удовольствия. Уэнсдей бережно мыла мои волосы, заставляя снова влюбляться в неё, все её движения несли за собой любовь и заботу. Затем мы поменялись местами. Теперь я могла позволить себе прикоснуться к шелковистым прядкам брюнетки. — Ты такая красивая… — мой шёпот не был услышан из-за воды, но уверена, Аддамс ухмыльнулась. Я слишком долго мучила её волосы, наслаждаясь моментом нашего вечера, а уже и ночи. Закончив с волосами, мы снова наслаждались касанием друг друга с помощью геля для душа. Смеялись, когда позволяли себе бесконечные поцелуи со вкусом моющего средства вперемешку с какими-то ягодами. Баловались водой, заставляя мир остановиться ради нас обеих. Это Аддамс попросила вселенную перестать существовать, ради меня. А я лишь наслаждаюсь её подарком. Сейчас мы дарим друг другу бесконечную любовь, закапывая наши ящики. Я разжигаю в ней давно потухший огонь, и её мир темноты становится светлым… В её душе бушует океан не алой крови, а океан моих голубых глаз… Мы не думали о смерти, когда бережно вытирали друг друга полотенцем. Мы не думали о смерти, когда Уэнсдей снова захотела поцеловать меня и снимала халат, распаляя поцелуями кожу. Мы не думали о смерти, когда наши языки сплетались в безумном танце и заставляли чувствовать возбуждение каждой частичкой тела. Я не думала о смерти, когда моя возлюбленная доводила меня до пика наслаждения, заставляя в безумстве кричать её имя и чуть ли не рвать простыни. Уэнсдей не думала о смерти, когда стонала моё имя и шёпотом просила о большем, прижимая ближе к себе. Она не думала о смерти, когда мои пальцы дарили ей незабываемые ощущения. Она не думала о смерти, безжалостно оставляя свои отметины на мне и шептала слова любви. Аддамс не думала о смерти когда говорила: «Моя любимая девочка» «Моя самая красивая девочка» «Моя очаровательная девочка» «Моя девочка» Мы не думали о смерти, утопая друг в друге и даря самую прекрасную любовь, на которую были способны. Мы не думали о смерти, обнимая друг друга и уже уставшие со сбившимся дыханием, продолжали целовать каждый миллиметр губ. Мы не думали о смерти. Но каждая из нас слышала отчётливый звук тиканья часов. Тик Так Он глухо отдавался в ушах и заглушался в наших стонах и криках. Но когда мы уже почти на рассвете обняли друг друга и засыпали, каждая услышала громкий стук часов. Тик-Так. Наши тела горели от отметин… Именно сегодня мы сгорели, превращаясь в пепел, и наслаждались друг другом до последней капли. Завтра наши руки утонут в океане алой крови… И я убью Охотника для своей возлюбленной. Подаренным ею мечом. Тик-так. Тик-так. Тик-так. — Завтра ты умрёшь, Уэнсдей Аддамс. И я обещаю, что каждый день буду приводить твоего волчонка к тебе и смотреть как ты умираешь. — Тайлер Галпин покрутил в руках кинжал с кристаллом, способным убить королеву «Невермора». Он ждал целых пять лет этой войны и готов на всё ради власти. — Я иду за тобой, Энид Синклер. Тик-так. Тик-так.