Кроме пси клейма на руке

⌀⌀⌀

Неизвестно зачем Нарсис вызывал, объявить, что химера и у неё выросла (как минимум) вторая, а то и третья голова? Настроение, от возможного расставания с напарником, падало. Гюлер, похабно улыбнувшийся, едва пересекла коридор, бесил до желания разбить мерзкую физиономию. «Вали в свою Инквизицию, — зло думала Лу, — ушмарок ебучий!» Все, кто попадался на глаза, понимали, лучше не задавать лишних вопросов: другие псионики, охранники, бойцы, рабочие из гаража... Здоровались, но отпрыгивали, стоило криво ухмыльнуться. Капеллан нашёлся не в кабинете, в комнате отдыха — пил ледяную воду, но отчётливый след на лбу не скроешь. «Ночь бурная? — на руке сквозь рубашку просвечивало что-то, чего нельзя было толком разглядеть. — А форма-то где?», непривычно без видеть: на шее шарф (или платок), чуть скругленные очки в роговой оправе средней толщины, синие джинсы (украшенные протёртыми пятнами) со множеством молний и карманов, какие-то нашивки, наклейки, принты, заклёпки, цепи. Для надёжности протёрла глаза, наверное, косметичка, торчащая из лежащего рядом аляповатого рюкзака: почудилась; как и обрезанные перчатки; бандана. — Давайте, — поморщился он, — сразу к сути, — сжал виски пальцами, — у меня нет, ни времени, ни сил. Вообще было поебать, честно, чего делал ночью — говорили дальше о работе. Весьма странно, прошвырнуться по барам и днём, и ночью...одной, типа привыкать пока нового не найдут. Дело неординарное, кто-то распространяет наркотики среди тех баров, где обычно отрывается элита. «Сотрудники КС, Инквизиция, Советники, — вспомнился голос Йонаса, когда однажды проезжали мимо, — для своих...», на вопрос почему КС элита, не было ответа. В Термитнике достаточно много баров, хороших полно, приличных не очень, такие как Реактор — единичные, а, если говорить о закрытых элитных (частных, зачастую подпольных) ещё меньше. Не сомневалась, что в них можно встретиться с такими как Шаза, его окружением; вероятность была: раз некоторые могут вести дела с преступниками, с тёмным бизнесом. Действовать: осторожно. Все (или почти все) свои, то и прикончат тоже свои. Не подкопаешься. Сложно. — Дурь свежая, малоизученная и вообще какая-то мутная, — словесные «артефакты» от человека довольно высокого звания, — Рид, — гневное (а вообще смешное) выражение лица, — крэп, Рид! Не только вы умеете сквернословить... Кулер продолжал булькать, а лавовая лампа дарить настроение. Отблески от парафиновых шариков успокаивали. Форма начальника висела в небольшом гардеробе: в идеальном состоянии, выстирана, выглажена, высушена и аккуратно сложена. Такой педантичности можно позавидовать. Лу усмехнулась, мысли опять пошагали стройными шеренгами. А кого в напарники? Какого-нибудь стажёра, сама вчерашняя стажёрка. Завалят дело, прощай карьера. — Пока меня. — ВАС?! Капеллан усмехнулся — Не нравлюсь? — кривая ухмылка искривила рот в причудливом изгибе. — Боитесь, что и там вспомню подлокотники? Рид чувствовала, что её как будто муха укусила. Смех вышел немного болезненным и натужным. Поглядывала. Боялась. — Женаты? Нарсис не понял. Пытался нарисовать стрелки ровно; ничего не выходило. Матерился, плевался, но продолжал. — На подлокотниках, — пояснила Лу. — Нет, в разводе, — начал было серьёзно, — они мои бывшие, были в отношениях, пока был другой капеллан. Сейчас, как видите, ревную... Засмеялась не сдержалась, капеллан махнул рукой. Вытирали слёзы, икая. Косметика упорно кривилась, косилась, ложилась комками и норовила залезть на усы, в рот, в уши. Вызвалась помочь, он ворчал, хмурился, матерился. Согласился. Нацепили ещё парик с длинными волнистыми волосами, баки и бороду. — Металлист! Капеллан закатил глаза, но через пелену неверия: едва заметный блеск. Комплименты нравятся? Чуть видный румянец смущения, лукавая улыбка. Оставалось повторить правила безопасности, детали дела, кодовые слова и замаскировать саму. Когда Нарсис уходил за другой косметичкой (для Лу все инструменты слишком широкие и громоздкие), заметила пришедшего Ганса Гюлера — напряглась, но дознаватель не обратил никого внимания, словно её здесь и не было. Не обижалась, наоборот, на руку. Только вот взгляд, приветствие, голос (при обращении) даже дежурное беспокойство о ходе операции: взбодрило и удивило. Дежавю. Диалог двух мужчин (как будто) значил совершенно другое, лёгкие кивки головами, мимолётные робкие улыбки, якобы произвольные касания, жесты, взгляды. — Капеллан Уэйн, — голос казался строгим, — надеюсь, что план безопасен? «За шкуру свою боишься? — до гневного взгляда не было дела. — Рыло в пуху?» Очнувшись лишь, поймала скользнувший по ней стальной взгляд. Вернула агрессивно почти такой же, но Гюлер промолчал, повернулся на каблуках и вышел. Удивительно.

⌀⌀⌀

Странно? Нет? Быстро сработались: капеллан, между делом, обмолвился, что сам любитель прошвырнуться после работы по клубам, конечно, в приличной маскировке. Одеваться умел, как и пить, материться, танцевать и играть на гитаре. Нихрена себе открытие! —...то думали, Рид, — клубная музыка уносила часть его слов, оглушала, — старый брюзга, женатый на покрытиях? Отрицать не стала. Он над ней откровенно посмеивался, ловко при этом маневрируя среди разного рада хмырей и барыг (решили заскочить ещё по паре-тройке адресов), похабно отвечал на прилетающие шутки и предложения перепихнуться, отсосать, стриптиза. — Не-а, девочки, — Нарсис чуть перебрал, — и сам умею, научить могу. Хотите? Только сейчас Лу, продолжая охуевать, заметила, что девочки вовсе не девочки; с внушительными такими елдаками; как и жадный взгляд до этих...внушительных, конечно, ловила его взгляды и на себе, но показались ли слова «...отомстить ему?» и «...не простит?», но оглянуться не успела. — Рид, — жёсткий приказ в, скрытую и замаскированную Инквизицией, рацию, — быстро! Та "девочка", что справа... — профессионал так профессионал. — Блокируйте! Успели вырубить, заткнуть и выволочь перед штурмом. Выскочили на улицу. Темно. Задержанное извивается, кусается и пытается применить пси: криокинез. Лу всаживает иглу. Затыкает пасть и пинает острым каблуком под дых. — Вы же...псионики! Оба! Сво... — хлёсткая пощёчина от Уэйна. — Не называй своими, — ещё одна, а потом и от Рид, — ты мудак и убийца и, кстати, хватить косить под женщину; прикрываться трансгендерностью!

⌀⌀⌀

Классический случай — обиженное чмо, решившее, что лучше других. Ничего нового, а там вылезли подробности: несколько недоказанных случаев домогательства до мальчиков, юношей, мужчин. Некоторые из жертв совершили суицид, некоторые стали бухать и принимать наркотики, сами стали насильниками. Ничего хорошего. Но нашёлся кто-то влиятельный у этой сволочи — не казнили. Лу была в ярости! Да, как так можно?! Где справедливость? Была на допросах, смотрела с той стороны — рядом стоял Гюлер, и снова упорно молчал, только заметны были в полумраке расширившиеся зрачки, позеленевшая кожа, побелевшие костяшки пальцев да, стиснутые в тугую полоску, бескровные губы. Не моргал почти и не дышал, изредка ковыряя носком ботинка пол. Напрягало его присутствие, но... «Единый!» — подумалось, но мысль тут же ускользнула и забылась.

⌀⌀⌀