13. Эпизод с грязнокровками и кулачным боем
25 августа 2023 г., 11:00
Примечания:
Примечание автора:
Я просто хотел сказать, что отзывы - это то, что заставляет авторов фанфиков делиться своими работами. Мы делаем это бесплатно. Никто нам не платит. Мы пишем для себя и решаем поделиться этим с миром. Отзывы - это то, что нас подпитывает. Отзывы приносят нам радость. Отзывы - это то, что говорит нам, что что-то делает людей счастливыми, грустными, злыми или всеми сразу. Отзывы - это то, что говорит нам о том, что нашими историями стоит делиться, а не держать их в себе. Они могут быть длинными и удивительно подробными. Они могут быть короткими и милыми. Даже такой отзыв, как «отличная глава», может вызвать улыбку на лице автора. Это не обязательно должно быть много, но, пожалуйста, оставляйте отзывы к историям, которые вам нравятся, показывая свою признательность авторам фанфиков, потому что без этого мы увядаем и перестаем писать, потому что становимся побежденными и опечаленными. Я не хочу видеть, как мои любимые авторы теряют интерес к тому, что у них так замечательно получается, и я надеюсь, что мои читатели не хотят видеть, как я делаю то же самое.
Если вам что-то нравится, пожалуйста, сообщите об этом автору.
Покажите нам, что вам не все равно, и покажите, что вы цените то, что мы делаем. Я знаю, что чертовски ценю каждого человека, который находит время, чтобы оставить мне отзыв или комментарий, неважно, большой или маленький.
14 сентября 1971 года...
Снейп, Розье и Эйвери окружили Лили и Мэри, когда они выходили из теплиц после грязного урока травологии, на котором им отчаянно хотелось помыться. Девушки шли впереди Сириуса, Джеймса, Римуса и Питера, возвращавшихся в замок.
— Было приятно немного поработать руками, не так ли? — спросила Эйвери, глядя на девушек. — Немного поработать в саду старым добрым магловским способом.
Лили пожала плечами:
— Да, это было приятно, но сейчас я хочу привести себя в порядок. У меня даже шея в грязи от этих прыгучих луковиц.
Мэри сочувственно кивнула:
— Одна из них пролетела прямо над моей головой!
Лили хихикнула, вспомнив, как она перепрыгнула через голову Мэри и упала на Питера, который закричал, как девчонка.
— Это было уморительно! Крик Питера был таким высоким! — усмехнулся Розье. — Тебе не следовало смеяться над ним.
— Даже ему это показалось смешным, — сказала Мэри, улыбаясь ему. — Все смеялись. Поттер сказал ему, чтобы он взял себя в руки, ведь это было всего лишь растение!
— Но некоторые из нас ему не уступают, — угрожающе сказал Розье, плюнув на землю перед ними.
— Что это значит? — спросила Лили, остановившись на месте.
Эйвери ухмыльнулся:
— Это значит, что такие грязнокровки, как ты, не имеют права смеяться над своими господинами.
— Не называй ее так, Эйвери, — мягко сказал Снейп.
— Ты знаешь, что она такая, Северус. Честно говоря, я даже не знаю, как ты можешь выносить ее вонь?
— Что ты мне только что сказал? — потребовала Лили и ее шея начала краснеть.
Она никогда раньше не слышала этого термина, но по тому, как уничижительно он его произнес, она поняла, что это нехорошо.
— Я сказал, что ты маленькая грязнокровка, которая должна проявлять к начальству — своим господинам — чертово уважение! — Эйвери сплюнул.
— Ты извинишься перед Эванс и МакДональд, — потребовал Джеймс, стоявший позади них, и его глаза потемнели от возмущения.
Эйвери фыркнул и посмотрел на Розье, который только рассмеялся.
— Почему я должен извиняться? Они такие, какие есть, Поттер! Мерзкие — маленькие — грязнокровки.
Кулак Джеймса впечатался в лицо Эйвери. Лили задохнулась от шока, когда мальчики повалились друг на друга, сжимая кулаки. Когда Розье ударил Джеймса ногой по рёбрам, Сириус прыгнул вперёд и ударил его по лицу, а профессор Стебль поспешила на крики, используя свою палочку, чтобы разнять их четверых.
— Магловская дуэль! Что вы делаете, мальчики? Задержите всех и снимите по десять баллов с Гриффиндора и Слизерина! — кричала она, пока Джеймс вытирал кровь с уголка рта.
Эйвери и Розье вскочили на ноги и посмотрели на Джеймса и Сириуса, после чего пошли вперед, увлекая за собой Снейпа, который повернулся и пробормотал извинения Лили, когда его оттаскивали.
— Стоило потерять баллы, — пробормотал Джеймс, помогая Сириусу подняться на ноги. — Придурки. Спасибо, что пришел мне на помощь, приятель.
Сириус кивнул, вытирая грязь с одежды.
— Конечно, нечестная борьба, когда кто-то бьет тебя по ребрам, — сказал он, ткнув Джеймса в его чувствительное место, и наблюдая, как тот вздрогнул. —Ты будешь жить?
— Думаю, да, — сказал он с ухмылкой. Он повернулся к Лили и Мэри, и выражение его лица протрезвело. — Мне очень жаль, что вам, девочки, пришлось это услышать. Эйвери и Розье должны получить нечто большее, чем содержание под стражей. Это было чертовски неуместно.
Мэри кивнула, ее глаза расширились:
— Спасибо, что пришел нам на помощь, это было очень благородно с твоей стороны, Джеймс.
Джеймс обнял каждого из них за плечи.
— Рыцарство живет и здравствует!
Джеймс достал из кармана носовой платок и попытался вытереть кровь с губ. Лили сжалилась над ним и помогла ему, не сводя глаз с его окровавленной губы.
— Джеймс, я знаю, что он сказал плохо, но боюсь, что я не поняла его.
Джеймс замер на месте, его рука накрыла ее руку:
— Это очень плохое имя для таких, как вы с Мэри, для тех, кто происходит из не-магической среды. В основном оно означает «грязная кровь», что является полной чушью. Неважно, откуда вы родом, важно, что вы ведьмы — обе — и, что самое главное, гриффиндорцы, и мы держимся вместе.
— Вот, вот, — воскликнул Римус, улыбаясь своему другу. —Отлично сказано, Джеймс!
Мэри встала на носочки и поцеловала в щеку Сириуса, а затем Джеймса:
— А говорят, что рыцарство умерло. Спасибо, мальчики. — Она взяла Лили за руку и потянула ее к себе. — Пойдем, примем душ перед ужином.
Лили кивнула, ее зеленые глаза смотрели на Джеймса и Сириуса:
— Да, спасибо вам обоим.
Когда они возвращались в замок, Лили украдкой оглянулась на них и удивилась, почему двое едва знакомых ей мальчиков защищали ее, а ее лучший друг оставался в стороне.
~ TFTA ~
Двадцать минут спустя Джеймс все еще разглагольствовал о том, какими полными придурками оказались Слизеринцы. — Ты можешь поверить Эйвери и Розье? — восклицал Джеймс, вытирая полотенцем мокрые волосы. Римус пожал плечами. — Они — ничтожества. Я рад, что ты вмешался, Джеймс. Я и сам к ним подбирался. Джеймс бросил полотенце в корзину. — Отвратительно, вот что это было! Я не понимаю, как люди могут так выражаться. Лили и Мэри такие милые! Я бы даже не узнал, что они маглорожденные, если бы они нам не сказали. Почему это вообще имеет значение? — Просто некоторые люди лучше, чем другие, — сказал Римус, застегивая брюки. Питер покачал головой, расчесывая мокрые волосы: — Я в это не верю. Но вы двое были очень храбрыми, когда били тех парней. — Мне было приятно, — признался Джеймс, разжимая и сжимая кулак. — Я никогда раньше никого не бил, но они это заслужили. Сириус кивнул. — В следующий раз подтяни большой палец, будет не так больно. — Он стянул рубашку через голову и увидел, что Джеймс снова смотрит на его спину. — Завидуешь моим боевым шрамам, Поттер? Джеймс поймал себя на том, что смотрит на него, и покачал головой. — Нет, просто интересно, зачем ты пытался сделать себя еще уродливее. Ты и так напугаешь тролля. Сириус рассмеялся и бросил в Джеймса свое мокрое полотенце. — Отвали, Поттер! Джеймс рассмеялся и поймал полотенце, прежде чем оно попало ему в лицо. — Я умираю от голода! Я могу съесть целого гиппогрифа прямо сейчас! Римус кивнул, вставая: — Нам пора идти ужинать. — Встретимся там, — сказал Сириус, доставая свою расческу. — Я подожду с тобой, — сказал Джеймс и, натянув на ноги носки, плюхнулся на кровать. Римус и Питер ушли, а Джеймс некоторое время смотрел на Сириуса. — Ты в порядке, приятель? Сириус продолжал расчесывать волосы, не глядя на Джеймса: — Да, а что? Джеймс пожал плечами. С тех пор как появился громовещатель, он заметил, что его друг заметно изменился. Он казался немного замкнутым и уже не так часто шутил с ними. В половине случаев он даже не садился с ними за стол. Он знал, что учится в школе всего две недели, но с самого момента знакомства почувствовал в Сириусе родственную душу. Ему было неприятно видеть его в таком подавленном состоянии. — Не знаю, просто ты странно себя ведешь. Сириус повернулся и посмотрел на него, его серые глаза были безучастны. — Слушай, Поттер, правда в том, что я не знаю, хочу ли я дружить с тобой. Глаза Джеймса расширились от удивления. Этого он ожидал меньше всего. — Что? Ты шутишь? — Я Блэк, Поттер. Я не могу дружить с таким, как ты — с тем, кто происходит из семьи предателей крови. Мать Люпина — мерзкий магл. Ради Мерлина, даже разговаривать с ним преступление в моей семье! Питер ничего, но он маленькая плаксивая сучка. А про Бруствера даже не начинай, не то, чтобы он действительно с нами общался, но я думаю, что будет лучше, если мы будем просто соседями по комнате и ничего больше, хорошо? Джеймс просто уставился на него, его глазам было больно: — Ты, черт возьми, серьезно сейчас говоришь? — Я — Сириус Блэк, да. Рот Джеймса слегка дернулся от этой шутки: — После таких слов можно и пошутить. — Когда Сириус ничего не ответил, глаза Джеймса сузились. — Серьезно, приятель, ты решил, что мы не можем быть друзьями, что, черт возьми, с тобой не так? Ты сегодня защищал Эванс и МакДональд! Ты даже не постеснялся вскочить и помочь мне, а потом продолжаешь называть маму Римуса грязнокровкой! Что с тобой не так? — Мне не понравилось видеть двух против одного, — сказал Сириус. — Ты лжешь, — сказал ему Джеймс. Сириус пожал плечами, опустив глаза. — Ты мне не нужен, так что... просто оставь меня в покое. Так будет лучше. Для нас обоих. Он схватил свою палочку и выбежал из комнаты, а Джеймс в шоке уставился ему вслед, даже не понимая, что произошло. Джеймс поправил свои кривые очки и удивился тому, что ему захотелось заплакать. Он думал, что нашел идеального лучшего друга, родственную душу, брата. Но что, черт возьми, только что произошло? Джеймс взял с кровати свою палочку и засунул ее в мантию, после чего отправился на ужин, уже не испытывая такого восторга от победы над слизеринцами. Вместо этого он чувствовал себя разбитым и побежденным. И впервые, насколько он помнил, ему не хватало слов. Он сел между Римусом и Питером, не сводя глаз с Сириуса, сидевшего на противоположном конце стола, и задумался, что же он такого сделал, что потерял своего первого настоящего друга?
