Мой любимый призрак / My favorite ghost

      Время близилось к обеду, а дрова в камине всё так же потрескивали, пока Фред орудовал кочергой, не снимая своего черного облачения. Несмотря на то, что он продвигался практически бесшумно, Лео проснулась, медленно садясь в постели и прижимая одеяло к груди. Предстать в нижнем белье, пусть и перед призраком, не входило в её планы.       — Ты уже тут, — голос был сиплый, а горло неистово болело. Постаравшись прокашляться, она вновь сглотнула, чувствуя сильную боль.       — Я никуда и не уходил, — призрак отставил кочергу, присев рядом с ней и протянув руку, на которую Лео посмотрела с недоверием, — Просто хочу проверить. Ты горела всю ночь.       Согласно кивнув, она позволила его руке, облаченной в черную перчатку, коснуться её лба. Призрак чуть цокнул языком, направляясь к её шкафу и по-хозяйски открывая.       — Что ты делаешь? — она бы и рада была подняться, но кости ломало с неистовой силой, да и её вид был не очень соответствующий.       — Пытаюсь отыскать среди твоего стиля хоть что-то, что будет греть и выглядеть приятно, — он выудил с верхней полки футболку и сиреневый кардиган, а с центральной — домашние бежевые штаны и носки, возвращаясь обратно к девушке и опуская одежду на её ноги.       Поняв его замысел, Лео сжала футболку в руках, бывший рыцарь показательно отвел взгляд, позволяя ей неторопливо одеться. Когда штаны и кофта были на ней, пальцы Уайт потянулись к теплым носкам, но Фред опередил её. Взяв один носок, он надел его на прохладную ступню волшебницы, так же поступил и со вторым, уловив её недоумение.       — Я могла бы сама, — волшебница заметно смутилась, потирая свою шею.       — Ты заболела из-за меня, — виновато отозвался призрак, вновь отходя к рабочему столу и добавляя в пустой стакан несколько зелий, — Ты находишься в постоянном холоде, неудивительно, что ты заболела.       — Тут нет твоей вины, — попыталась переубедить его девушка, но горло начало першить и она разразилась сильным кашлем, прижимая к губам край одеяла.       — Ты всё так же добра, — Фред опустился рядом с ней, протягивая стакан, — Пей.       — Не похоже на противопростудное зелье, — в стакане плескалась мутная зеленоватая жидкость.       — Это лучше, — он чуть коснулся пальцами своей маски, — Моя мама всегда смешивала противопростудное зелье, ромашку и капельку бодрящего. Мы с братьями всегда быстро вставали на ноги после него.       У неё не было причины, чтобы ему не верить, поэтому Лео послушно осушила стакан, отставив его на комод.       — Всё утро я подрабатывал твоим секретарем, — внезапно произнес он, — Отвечал на твои письма.       — Письма? Я их не получаю, — она нахмурилась, укрывая ноги одеялом.       — Не получала, — уточнил призрак, — Тебе писала Грейс, сообщала о том, что отправилась на несколько дней к семье. Очень просила о разговоре после её возвращения. Я сказал, что ты будешь ждать. Разумеется, от твоего лица. А ещё Долгопупс, справлялся о твоем здоровье. Он тоже уехал на праздники.       Не сильно расстроившись, Лео кивнула. С Грейс она обязательно поговорит, а вот отъезд Невилла её не особо заботил, поэтому она вновь откинулась на подушки. Сегодня сочельник, а она, очень некстати, умудрилась хорошенько простыть в этот праздник.       — Спасибо тебе, Фред.       — Мне? За что? — призрак подогнул одеяло под её ступни, немного их погладив и замечая, что девушка вновь прикрывает глаза.       — За… — она зевнула в ладонь, прижимаясь щекой к подушке, жар выжигал все оставшиеся силы, — За твою заботу и то, что ты рядом.       — Я никогда и не уходил, — в тоне читалась улыбка, — Как я мог остаться без твоей вечно недовольной моськи?       — Вот же дурак, — сквозь дремоту пробормотала волшебница, вновь засыпая от действия зелья.       Во сне организму всегда было проще бороться с температурой. Кофта приятно согревала, отгоняя кошмары, которые часто мерещились ей при высокой температуре. В этот раз она спала без сновидений, практически не двигаясь во сне.       Вновь проснувшись, волшебница поняла, что уже вечер, за окном было темно, в комнате горело множество свечей и ёлка. Стоп. Ёлка?       Распахнув глаза, её взору предстала шестидесятидюймовая ёлка, украшенная золотыми и красными шариками. Под ней покоились несколько цветных коробок с подарками, а на окнах висели еловые гирлянды. Призрак же расположился около камина на зачарованном кресле, листая книгу и чуть раскачивая ногой.       — Это ты сделал? — в её горле уже не было такой сильной боли, но осталось першение. Коснувшись собственной шеи, она заметно удивилась, нащупав шарф, которым её обмотал Фред, пока она спала.       — Проснулась? — маска обернулась к ней, а голубой взгляд отражал языки пламени из камина, — Сегодня сочельник. Может, это тебя порадует.       Свесив ноги с кровати, волшебница неторопливо подошла к ёлке, вдохнув её свежий аромат и блаженно прикрывая глаза. На губах Уайт появилась улыбка, которой она одарила призрака.       — Красиво, — тихо вздохнула она.       Фред поднял свою руку и одним взмахом наколдовал ещё одно кресло, словно это не требовало у него каких-то усилий. Опустившись в него рядом с волшебником, Лео неотрывно смотрела на его опущенное лицо, пока призрак читал очередной том, вынесенный из «Запретной секции».       — Я принес тебе немного еды, — он кивнул на каминную полку, где стояла тарелка с пирожками, от которых приятно пахло мясом и картофелем. — И чай, — вновь взмах рукой и рядом с едой появляется целая кружка с горячим напитком.       — Как ты это делаешь? — поражалась девушка, — Ты колдуешь без палочки.       — Скажем, ещё при жизни, мне прекрасно удавалась невербальная магия, а, в свете последних событий, она стала гораздо сильнее, — Фред прикрыл книгу, зажав между страницами палец, — Преимущества призрачной жизни.       Потерев руки, волшебница встала и взяла предложенную еду, с наслаждением её пробуя.       — Как себя чувствуешь?       — Твоими стараниями, гораздо лучше, — улыбнулась волшебница, а потом посмотрела на пирожок в своей руке, — А ты… не ешь?       — Профессор, может я и имею подобие тела, но я всё ещё мертвец, — он пожал плечами, смотря на девушку, — У меня нет потребности в еде, воде и сне. Но я прекрасно различаю запахи и температуру, чего мне не занимать.       — Удивительно, — покачала она головой, — Хотела бы и я не чувствовать голода и усталость, жить было бы проще.       — Поверь, я бы многое отдал, чтобы вновь ощутить вкус маминой еды или её теплых объятий, — Фред отложил книгу в сторону, положив свободные кисти на ручки кресел и, с интересом, вглядываясь в волшебницу.       — Прости, я не хотела тебе напоминать, — виновато произнесла она, оставив пустую кружку чая и протягивая руки к камину, который быстро согревал её пальцы.       — Тебе не за что извиняться. Мне приятно, что ты воспринимаешь меня, — Фред немного помолчал, нерешительно продолжив, — Как человека.       — Ты и есть человек, — уверенно заявила она, обернувшись к Уизли и опустившись на ковер перед камином.       Парень чуть склонился в её сторону, упираясь локтями в собственные колени.       — Ты же знаешь, что это не так, — капюшон почти наполовину скрывал его маску.       — Ты чувствуешь, как обычный человек, заботишься, как обычный человек и касаешься, как обычный человек. А ещё…       Лео замолчала, вспоминая тот поцелуй, который случился между ними на балу. Ей хотелось добавить, что и целует он, наверное, так же, как и обычный человек. Возможно, она настолько верила в его человеческую сущность, что он обрел подобие тела, такого же твердого, как и у человека.       Неловко отведя свой взгляд в сторону огня, она поджала губы, почувствовав на них заживающую ранку.       — Не хочешь открыть подарки от своих друзей? — призрак сменил тему, указав на ёлку и получив согласный кивок.       Подвинувшись к зеленой и нарядной красавице, Лео достала первую коробку, чуть встряхнув её. Что-то весомое и твердое. На верхушке была прикреплена маленькая записка с инициалами её подруги. Открыв подарок, она довольно улыбнулась. На дне лежала пара теплых сапог на весенний период, очень похожих на те, что она носила последние пять лет.       Вторая коробка была от Невилла Долгопупса, его подарок не трудно угадать: зелья от простуды, согревающие мази, травяные мешочки и коробка с вишневыми конфетами.       Подарка от приемных родителей не было, хотя она прекрасно понимала, что они не могут отправить ей что-то в Хогвартс, поэтому сильно не расстраивалась. Главное, чтобы они были живы и здоровы.       На двух подарках, конечно, сюрпризы не закончились. Под самой пушистой веткой лежала ещё одна коробочка, без подписи, упакованная в такую же пеструю обертку, что и когда-то её платье.       — От тебя, — Лео взглянула на призрака, услышав короткую усмешку и открывая коробочку.       Знакомый аромат миндаля ударил в нос, а она с восторгом поняла, что на дне лежат светлые батончики марципана, который она уже давно не ела, не имея возможности выбраться и купить любимое лакомство.       — Откуда ты узнал? — встав на ноги, Лео подошла к соседнему от призрака креслу, опускаясь к нему и отправляя в рот кусочек любимой сладости.       — Оказался гораздо внимательнее, чем твои друзья, — сказал призрак, потянувшись к книге.       Стоило ему только отвернуться, как волшебница коснулась его щеки через маску в коротком поцелуе и вновь вернулась на место. Его рука так и застыла, на какое-то время. Значит, она всё-таки смогла его удивить.       — Спасибо. Это… это очень приятно, — улыбнулась девушка, опуская взгляд в коробку, рассматривая сладости.       Немного помедлив, Фред обернулся к ней, неотрывно смотря на волшебницу, которая нерешительно прикрывала коробку с лакомством.       — Я хотел… Кое-что у тебя спросить, — неуверенно произнес призрак, чуть склоняя голову на бок.       — Спрашивай, — с легкостью сказала Уайт, отставив коробку на каминную полку, подбирая для неё лучшее положение, улавливая призрака боковым зрением.       — Что ты почувствовала, Лео? — его голос был едва уловимым, словно легкий летний ветер.       — Когда? — её пальцы коснулись камина, словно кирпичная кладка оказалась крайне интересной.       — Когда я тебя поцеловал.       Горло сдавило от резкого и шумного вдоха, она знала, что это от него не укрылось, но попыталась как-то отвлечься, дабы не делать свою неловкость слишком явной. Бросив небольшое полено в огонь, Уайт пожала плечами.       — Это было… — вновь рваный вдох и выдох, — Необычно.       — Чувствуется разница, да? — не унимался Фред, поерзав в кресле.       «Да какая к черту разница?» — прокричала волшебница в глубине своего сознания, она не могла ответить ему правду, но и солгать было бы неправильно. Чуть помедлив и ослабив шарф на собственной шее, она покачала головой.       — Противно?       — Что? — изумилась она, так резко обернувшись к нему, что столкнулась с его склонившейся к лицу маской, — Я этого не сказала, Фред. Дословно повторяя: это необычно.       — У подобного сравнения есть много граней. Уточни, — призрак не сводил с неё голубого взгляда, его рука, облаченная в темную материю, опустилась на плечо взволнованной волшебницы, — Пожалуйста, Лео. Мне это важно.       Кусая и без того израненные губы, она переступила с ноги на ногу, пытаясь спрятать свой смущенный взгляд, будто ей могло это помочь.       — Это было приятно, терпко, немного влажно, — она вновь прошлась языком по кровоточащей ране, — Мне не с чем сравнивать, такое было впервые.       — Что? — удивительно, но он не смеялся и не издевался, — Да быть того не может.       — Но это так и есть, — Лео была возмущена, что он не верит ей, — Мне непонятно то, почему ты это сделал.       Призрак молчал, причина была, просто он не решался её озвучить. Его ладонь накрыла глаза девушки, которая замерла от прохладного касания, а потом по её кровоточащей губе прошлось что-то холодное и влажное — боль мгновенно утихла. Когда он убрал руку от лица девушки, то уже вновь был в маске, чуть прикрывая глаза.       — Ты… что?       — Теплая, — прошептал он и резко отошел от девушки, пока она открывала и закрывала рот от удивления, — Твоя кровь очень приятная.       — Ты вампир, что ли?       — Что? — вот тут он действительно смеялся, — Какие глупости.       — Рассуждаешь о моей крови так, будто готов сожрать меня, — волшебница показательно сложила руки на груди. Только призрак мог додуматься до того, чтобы, черт бы его побрать, лизнуть её, словно собака, почуявшая мясо.       — Ты определенно вкусная, но красавиц я не ем.       Как же он был доволен сказанным, это читалось во всех его жестах. Полностью удовлетворённый сказанным, призрак присел на своё кресло, закинув ногу на ногу.       — Иногда я не понимаю: говоришь ты правду или шутишь, — она бросила на него скептический взгляд, возвращаясь обратно в кровать.       — В шутках больше правды, — его рука была вскинута вверх, а взгляд обращен к девушке.       Лео поджала нижнюю губу, ощутив легкое покалывание раны, которая никак не заживала. Опустив взгляд на покрывало, она начала нервно наматывать нитку на большой палец, будто боялась вновь заглянуть в голубые глаза, не представляя, что может там увидеть.       Словно почувствовав её неловкость и зажатость, призрак медленно подошел к постели, замявшись. Чуть сжав собственные руки в кулаки, Фред опустился на край, недалеко от её бедер, опаляя привычным холодом, проникающим через теплое одеяло.       — Я не должен был этого делать, я не знал, что… — и замолчал, словно не решаясь произнести это в слух.       — Поцелуй? — тихо шепнула она, пытаясь закончить его мысль.       — Да, поцелуй, — Фред нерешительно сжал её руку, распутав палец, туго стянутый ниткой, — Я не мог подумать, что ты никогда не целовалась.       — Я так не сказала, — пошла на попятную Лео, стараясь не выглядеть наивной девочкой.       — Твоя реакция выдает тебя с головой, — усмехнулся призрак, — Врушка.       Его пальцы мягко поглаживали прохладные ладони. Сейчас их температура была приблизительно похожей, словно они дополнение одного и того же человека. Касания призрака действовали успокаивающе, словно это была незримая магия, растекающаяся по её телу, будто вязкий мёд, проникая в каждую клеточку.       — Теперь мне понятно, — Фред, казалось, улыбался, — Ты — просто девочка, взвалившая на себя слишком много.       — Я ничего не взваливала, — Лео накрыла его руку своей, — Всё, что я делаю — это искренне.       — Я знаю.       — И я помогу тебе.       — Я знаю…       — Чего бы мне это не… — палец парня накрыл её губы, не позволяя закончить фразу.       Он вновь придвинулся ближе и, обхватив плечи волшебницы, прижал её к груди, позволив упокоить лицо в изгибе его шеи, скрытой капюшоном. Пальцы призрака мягко провели по прядям волос волшебницы, словно успокаивали или убаюкивали, крепче обхватывая талию, желая раствориться.       — Ты поспишь со мной, Фред? — тихо проговорила Уайт, не торопясь поднимать голову.       — Я холодный, а ты болеешь, — в тон ей произнес бывший рыцарь.       — Пожалуйста, — у неё не нашлось больше аргументов, — Если, конечно, ты хочешь.       — Хочу, — слишком быстро отозвался призрак, даже не успев обдумать.       С каждым днем, когда он был с волшебницей, в призраке становилось всё больше и больше человеческого: ощущения, чувства, мысли и эмоции. Порой, Фреду приходилось напоминать себе, что он не человек, только сделать это становилось труднее, здравый смысл шёл на попятную, когда Уайт смотрела на него или касалась.       Призрак самостоятельно опустил её на подушки, чуть нависнув сверху и всматриваясь в теплые глаза девушки, неотрывно вглядывающейся в его маску. Прикрыв её глаза ладонью, он тихо приподнял маску и оставил холодный поцелуй на щеке волшебницы. Когда Лео обрела зрение, то он стоял перед ней так же, как и несколько секунд назад.       Неторопливо обойдя кровать, Фред опустился на соседнюю подушку, держа расстояние между ними и используя, словно барьер, одеяло, которым заботливо укрывал её.       — Счастливого Рождества, — неуверенно произнес призрак, отвыкший кого-то поздравлять с этим праздником.       — Счастливого Рождества, Фред, — коротко улыбнулась она, ощущая его тело рядом.       Чуть повертевшись, Лео нерешительно придвинулась к нему, следя за мирно лежащим призраком, боясь получить отказ или возражение, а потом, укрыв его плечо краем покрывала, положила на него голову, прикрывая глаза. Фред не двигался, но и не отстранялся, что стало верным знаком — призрак не против.       Вглядываясь в горящую огоньками ёлку, Уайт медленно прикрыла глаза, проваливаясь в безмятежный сон рядом с тем, кого многие испугались бы, но не она.       Точно не она.

***

      Следующий день прошел в лежачем положении, количество зелий, выпитых волшебницей, вызывали сон. У неё не было большого желания есть, поэтому она ограничивалась легкими перекусами в виде марципана. Фред в это время не отрывался от изучения книг, даже, когда волшебница легла спать. Сборники на небольшом столике около камина, возвышались пирамидой из книг, когда он, раз за разом, откладывал новую, иногда прохаживаясь вдоль комнаты или наблюдая за спящей девушкой. Его сокрушало то, что он не может спать, но это выигрывало для них время.       Очередным утром, Фред её разбудил, попросив вновь сходить в запретную секцию. Он был полностью уверен, что, наконец-то, нашел зацепку для их цели. Раз за разом повторяя ей, что Лео должна отыскать редкий том о магии близнецов — это ключ к его освобождению. Позабыв про завтрак, Уайт поспешила вниз, кутаясь в очередной старенький свитер. От болезни не осталось и следа, лишь слабость напоминала о том, как долго она провела в постели.       Коротко кивнув мадам Пинс, профессор пошла вдоль стеллажей до самого конца помещения. В каникулы библиотека казалась ещё более пустой, не было учеников, которые кропотливо делали своё эссе за большими столами. А сама хранительница этого места лениво потягивала чай в своей небольшой каморке, следить за книгами не было нужды, профессору она полностью доверяла, поэтому, дойдя до большой арки, перекрытой железными прутьями, волшебница легко толкнула их, открывая себе путь и скрываясь в полутьме помещения. Для верности, взмахнув палочкой, она зажгла едва заметный свет «люмоса», обходя книжные полки.       — И как я найду? — обреченно прошептала она, потирая собственный затылок, — Их тут сотни…       На многих томах не было вообще ничего написано, приходилось доставать книги и открывать, чтобы разглядеть побледневшие от времени заголовки: смертельные яды, тёмные обряды, зелья силы… Куча всего, но ничего о магии близнецов, словно Фред это выдумал, хотя говорил с уверенностью, что эта книга должна быть в запретной секции.       «Пришел бы и сам нашел!» — подавляя собственную злость, волшебница прошла к очередному стеллажу, сожалея, что не обратилась за помощью к мадам Пинс, но, в таком случае, её бы точно попросили объяснить то, зачем ей эти книги, ведь подобного в курсе маггловедения нет.       Книга за книгой, полка за полкой, парящий лучик света следовал за ней попятам, освещая темные проходы, пока она не добралась до самого крайнего и большого книжного стеллажа, к которому прикреплялась лестница. Стало быть, зачем подобное, если она способна спустить книгу при помощи магии.       — Акцио, — взмахнула палочкой волшебница, направив луч на дальнюю книгу, но магия, как и когда-то при попытке поднять рыцаря, просто рассеялась.       «Защита. Как же сразу не догадалась?» — Лео была готова стукнуть себя по лбу, неторопливо следуя к лестнице и забираясь наверх, решив начать исследование с верхней полки. Судя по всему, эти книги были катастрофически опасны, раз их невозможно было призвать магией, дабы избежать рук любопытных учеников.       Скользя пальцами по корешкам, профессор быстро изучала их названия. Лишь добравшись до края, где паук сплел паутину, в которую уже угодила добыча, она заметила объемную книгу в тёмно-синем переплете с яркими буквами. Обложка потрепана, но надпись сияла так, будто её выводили зачарованными чернилами, защищающими от времени и влаги.       

Уильям Лодер «Магия двоих»

      Это название хотя бы приблизительно подходила под то, что попросил у неё Фред. Решив проверить, она открыла содержание. Удивительно, но вся книга была написана исключительно от руки. За красивой обложкой скрывались ветхие и хрустящие, от долгого времени простаивания, страницы.       Первой же главой он изучал такой феномен, как рожденные близнецы: кто это? Почему так получается? Насколько может быть сильна подобная магия?       «А ведь у маглов это называется обычной биологией…» — скептицизма у волшебницы было не занимать, так как она выросла среди магглов, но подумав о том, что книге несколько веков, отбросила свои саркастичные мысли.       Неторопливо спрыгнув на пол, она шустро спрятала книгу под кофту и покинула запретную секцию, закрыв скрипучие железные двери. Чтобы избежать подозрений, волшебница схватила с одной из полок первую попавшуюся книгу для третьекурсников, возвращаясь к столу мадам Пинс. Библиотекарь неторопливо вышла из каморки, удерживая в руках неизменную кружку с горячим напитком.       — Профессор Уайт, можете не записывать, — кажется, она впервые увидела на лице пожилой женщины улыбку, — Я не сомневаюсь, что вы её сдадите.       — Благодарю. Принесу через пару дней, — взмахнула книжкой Лео и поспешно покинула библиотеку, так как объемный том, спрятанный под грудью, так и пытался выпасть и предъявить всему миру доказательство кражи из «запретной секции».       Конечно, ей было стыдно. Это естественная реакция. Пытаясь себя утешить тем, что всё это — вынужденная мера, Лео заглянула на кухню Хогвартса, захватив у домовиков парочку сэндвичей с ветчиной и несколько кексов. Уайт давно нормально не ела, а свалиться в обморок от истощения — не входило в её планы.       Трудно было сказать, сколько времени Лео провела в библиотеке, но, когда она вернулась в спальню, то с удивлением поняла, что закатное солнце окрашивает спальню в теплые оттенки.       — Почему так долго? — Фред нетерпеливо подошел к ней, встав напротив и поправив маску, будто сидел без неё, — Принесла?       — Спасибо, Фред, я нормально, а как ты провел день? — её задела подобная претензия, — Знаешь, в запретной секции меня не ждала ковровая дорожка и путь из свечей, ведущий к твоей книжке.       Достав её из-под свитера, она протянула книгу призраку, который крепко вцепился в неё пальцами, осматривая обложку.       — То название, про которое ты говорил, — как бы между делом, говорила Лео, подготавливая себе чай к сэндвичам, — Такого не было, но в этой книге есть про близнецов, — сделав глоток горячего напитка, Уайт откусила немного от сэндвича, расхаживая с ним в руках, — Почему ты так зацепился за близнецов? Разве в этом есть что-то особенное?       Фред опустился обратно в кресло, осторожно открывая ветхую книгу, где понятные слова перемешивались с латынью.       — Магия близнецов всегда была чем-то особенным, — пояснил призрак, чуть склоняясь над книгой, — Два человека, рожденные одновременно. Это же удивительно.       — Ну, допустим, не одновременно, а по очереди, — поспешила прояснить этот момент волшебница, — Вообще, это же не совсем магия. Это всё обусловлено тем, что в теле женщины созревает две яйцеклетки и они удачно оплодотворяются. К тому же, иногда это генетическая предрасположенность. Например, у вас в роду были близнецы и…       — Лео, я знаю, откуда берутся дети, — призрак всё-таки обернулся к ней, — Но ты мыслишь слишком практично. Мы — необычные близнецы с братом. Мы — волшебники, а это несет в себе больше, чем просто рождение двух похожих людей, с точки зрения маггловской науки.       Подойдя к нему, девушка заглянула в книгу через его плечо, пытаясь разглядеть, что там написано, при этом доедая сэндвич. Им точно предстоит долгая ночь, поэтому плотный перекус необходим. К счастью, Грейс ещё не вернулась, так что её обычный вечер был полностью свободен, как и ночь. Бодрости точно хватит.       Для удобства, призрак и волшебница вскоре опустились на ковер перед горящим камином, сидя плечо к плечу и читая книгу.       Лодер утверждал, что все близнецы связаны мистической силой, будь человек волшебник или маггл. Это неукротимая мощь, связанная с разрывом единой души на двух человек. Автор утверждал, что, после гибели одного из близнецов, второй долго не живет, так как душа тянется к своему брату, к своей второй части души. Есть и другие факторы, когда один из братьев умирает, то не может упокоиться, так как его живой брат держит на земле. Второй вариант, конечно, подходит больше.       «Человек бессмертен до тех пор, пока его душа не покидает землю, отправляясь в вечное забвение…» — и эта строчка сразу же приглянулась Лео, которая рассуждала о предыдущих словах этого писателя. Фред тут по той причине, пока жив его брат, — допустим, и он не успокоится, пока жив его брат, — тоже допустим, но в одном из видений Фред утверждал то, что, если его брат погибнет, то его уже не спасти. Успокаивало только то, что Джордж ещё достаточно молод для того, кто умер бы от старости. Хотя не стоит исключать болезни, несчастные случаи или, прости Мерлин, самоубийство.       — Твоя душа будет тут, пока жив твой брат, но что касается того, что ты не призрак… Ты нашел объяснение? Я к тому, что у тебя ощутимое тело, которое ты усиленно скрываешь, — во время небольшого перерыва на чай, сказа Уайт и кивнула на стопку книг, — Ты что-то узнал?       — Да, — Фред кивнул, подбросив в камин пару дровишек, — Но ничего хорошего в этом нет.       — О чём это ты? — его тон заставил насторожиться.       — О том, что процесс необратим… Я начинаю менять свою сущность, обретать подобие тела, но за этим следует и то, что просто превращаюсь в хладный труп и через десять Лун процесс пойдет в обратную сторону.       Едва ли не выронив кружку на пол, волшебница подбежала к призраку.       — Как? Почему ты не сказал?       — Это бы что-то изменило?       — Конечно, мы бы начали делать это активнее и…       — Успокойся, — Фред положил свою руку на плечо Уайт, — У нас есть время до начала июня.       — А что будет, если мы не успеем? — слова Фреда нисколько её не успокаивали.       Призрак отошел от девушки, неторопливо измерив шагами комнату и остановившись около большого окна, проводя пальцами по стеклам. Он держал спину прямо, неотрывно смотря на убывающую Луну.       — Мир — это гармония. За то, что мы получим — должны что-то отдать. Так же и со мной. Твоя магия дала мне силы, как говорит пророчество, ты можешь меня спасти. Но вечности на поиски нет, что тоже понятно. Я набираюсь силы, обретаю подобие тела, но когда это достигнет пика, всё пойдет в обратную сторону до тех пор, пока я не исчезну в небытие. Но, хуже всего другое, если верить всем этим книгам, то вместе со мной может погибнуть и мой брат. Моя душа здесь, только благодаря его, а если я исчезну…       — Исчезнет и он, — в ужасе закончила Лео, прижимая руки ко рту, — Давно ты это понял?       — После бала, — честно сказал он, развернувшись к девушке, — Я не до конца понимаю, почему это всё происходит, но — раз это так — то нужно использовать любой шанс. Я не хочу, чтобы пострадал мой брат… Единственное, чего я не понимаю, так это того, как все звенья магии связываются на тебе… Что значит, рожденная смертью, почему это так важно?       — Я тоже не знаю, — девушка опустилась на ковер, положив книгу на ноги, — Но лучше бы нам поторопиться, если мы соберем все пазлы этой магии и пророчества, то сможем понять, как всё изменить, ведь так?       — А ты не собираешься спать? — с горькой усмешкой произнес Фред, подходя к волшебнице.       — Отоспимся на том свете, — буркнула она и уткнулась в книгу.       Время играло против них. А шанс всего один и это главная цель. Не мечта, как она любила называть всё, что невозможно сделать, а цель.       И теперь её цель: спасти Фреда и его брата, который, наверняка, даже не подозревает о случившемся.