Мой любимый призрак / My favorite ghost

      Бытует мнение: когда ложишься спать днем, то просыпаешься совершенно разбитым и ещё более уставшим. В этот вечер Лео бы поспорила с таким мнением: праздник длился всю ночь, поэтому то, что она проспала весь следующий день — очевидный факт. Кутаясь в покрывало, волшебница не торопилась открывать глаза. Память продолжала подбрасывать ей постыдный сон, в котором она занималась любовью с Фредом Уизли. Этот сон можно было бы посчитать аморальным, ведь юноша являлся призраком, а она живым человеком, который получал неописуемое удовольствие от его ласк. Где-то на бессознательном уровне она задумывалась о том: а не стонала ли она сквозь сон? Ведь в таком случае, ей пришлось бы объясниться перед призраком, который обитает в её комнате.       Почувствовав, что у неё затекло плечо и рука, Уайт перевернулась на спину, опустив руки на свой обнаженный живот.       Стоп.       На свой обнаженный живот?       Распахнув карие глаза, сквозь сонную пелену, Лео опустила взгляд на покрывало и сжала его пальцами, приподнимая и шумно ахая. Она была абсолютно голая. Для верности, волшебница провела руками вниз, скользнув между ног и не обнаружив своего белья даже там.       — Мерлин… — заозиравшись по сторонам, Уайт не нашла рядом призрака, а полог кровати был завешен. Постель оказалась смятой, как и соседняя подушка.       «Он спал рядом!» — Лео резко села на постели, прижимая к обнаженной груди покрывало и запуская руку в волосы.       Осознание, что это не сон, рухнуло на неё, как дубина для квиддича, приложив по голове.       — Во имя Годрика, — вновь прошептала она, прикусывая зубами собственные ногти.       Пазл в голове сложился быстро, значит, мозг у неё работал. Удивительно то, где он был вчера, когда она… Даже в собственных мыслях девушка не могла это произнести, густо краснея и сливаясь цветом с багровым пологом. Честно говоря, от собственного стыда, она бы вообще хотела стать частью кровати, только бы не видеть сейчас Фреда.       Волна стыда прокатилась по её телу, вызывая сильное напряжение где-то в груди. Воспоминания, как длинная кинолента, проносились в её голове.       «Не поможешь… С платьем»       Нет-нет! Это она сказала!       До боли закусив губу, Лео подтянула к себе колени, вжимаясь в них лбом. По телу прошлись фантомные поцелуи призрака, прохладой спускаясь к её бедрами и касаясь…       «Расслабься… Всё хорошо»       Сжав зубы до боли в челюсти, она замотала головой, пытаясь отогнать от себя навязчивые воспоминания, которые не были сном, за который она так опасалась.       «…Я ещё не закончил…»       — Нет! — вскрикнула она, подлетая с кровати. Запутавшись в собственном покрывале, волшебница, словно мешок, вывалилась из-под полога прямо на ковер комнаты, знатно приложившись плечом о пол и болезненно застонав.       Зрение не сразу привыкло к свету от свечей, но вскоре она смогла различить силуэт призрака, застывшего около камина. Фред с недоумением смотрел на девушку, удерживая в руках дрова для камина.       Ей вновь захотелось провалиться сквозь землю от стыда. Что она вчера творила! Что они, черт возьми, вчера творили.       Еле перевернувшись и взяв опору на руки и колени, волшебница несуразно пыталась обмотать своё тело тканью, чтобы скрыть наготу. На смену удивления на лице призрака, пришла довольная ухмылка.       — Надеюсь, ты выспалась, — протянул он, чуть улыбнувшись и наблюдая за тем, как профессор пытается подняться на ноги, прижимая к себе покрывало.       Растерянная и смущенная девушка ничего не ответила, придерживаясь за кровать и поднимаясь на ноги. Она была лохматой, даже немного помятой, заспанной и до чертей смущенной, постоянно пряча свой взгляд. Чуть вновь не свалившись от тяжести постельного белья, Уайт всё-таки поймала опору и выпрямилась, суетливо направляясь к шкафу мимо призрака. Дрожащие руки дернули на себя нижнее полотенце и вся верхняя стопка свалилась с верхней полки, накрыв её с головой ворохом одежды.       — Твою мать, — прорычала она, пытаясь выхватить хоть какую-то одежду и белье, а потом суетливо побежала прочь из комнаты, кутаясь в покрывале и прижимая к груди одежду.       Надежда на то, что она добежит до ванной и весь этот абсурд кончится, разбилась на сотни осколков, потому что прямо в коридоре она столкнулась с Грейс, удерживающей в руках коробку с марципаном.       — О, милая, я как раз пришла… — начала колдомедик, но потом оценила то, как выглядит её подруга и рассмеялась, — Кажется, у кого-то была бурная ночь?       — Что? — пискнула Лео, а потом отрицательно замотала головой, — Нет-нет, я просто… Эм… в ванну лежать… ой, то есть, в ванну шла.       Сейчас она позабыла, что ещё вчера обижалась на подругу за зелье, подлитое в её напиток.       — Да ладно тебе, — отмахнулась Роббинс и улыбнулась, — Я понимаю. Я всё понимаю, — успокоила она Уайт, не собираясь её смущать ещё больше, — Поверь, я ещё вчера догадалась, что ваши разговоры закончатся чем-то подобным. Вот и вся картинка сложилась. Он действительно хорош собой.       — Что? — сердце Лео пропустило удар. Конечно, Грейс не была дурой, она наверняка увидела их с Фредом на балконе или в коридоре, когда они, словно два обезумевших подростка, целовались на темных лестницах. Мерлин, чем она тогда думала? Точно не головой.       — Он ведь в спальне, да? — заговорщицким шепотом спросила Грейс и тихонько хлопнула в ладоши. — Такой красавец, что уж там. Ещё на лестнице заметила. А ещё галантный, м-м-м. Я даже немного завидую.       «Видела…» — сокрушенно подумала она. К счастью, Грейс хотя бы не знает, что Фред практически неживой, иначе точно бы уже отправила её в Мунго, как профессора-некрофила.       — Пожалуйста, только никому не говори, — взмолилась Лео, вцепившись в ворох ткани, которую прижимала к себе.       — Мерлин упаси, родная. Конечно, я никому не скажу, — возмутилась Роббинс, ведь как её подруга могла усомниться в ней, — Вряд ли его сын обрадуется, если узнает, что его отец спит с профессором Хогвартса.       — А? — одна бровь волшебницы изогнулась, а губы скривились, — Чей отец?       — Кажется, кто-то сегодня не спал, — тихо рассмеялась колдомедик, потрепав девушку по лохматым волосам, — От тебя, конечно, очень странно пахнет… — Грейс напоминала ищейку, втянувшую воздух через нос, — Будто вы занимались сексом в осенней листве, честное слово. Джорджу точно нужно сменить свой одеколон. Этот точно никуда не годится. Будто у покойника украл…       — Джордж?!       Роббинс заметно напряглась, а потом приложила руку ко лбу подруги, которая смотрела на неё, как баран на новые ворота.       — Ты меня пугаешь, Лео, — честно призналась она, — Ты с кем сегодня была? С Джорджем ведь?       Уайт несколько раз открыла и закрыла рот, потеряв дар речи.       — Кажется, ты ещё под впечатлением. Ладно. Как немножко придешь в себя, то заходи в Больничное Крыло, там спокойно поговорим. А то ты ещё не в себе, — Грейс прижала к груди коробку и с понимающей улыбкой удалилась обратно к лестницам, оставив удивленную Уайт в коридоре.       Осознание, что Грейс подозревает её в романе с Джорджем Уизли, пришло только через какое-то время, когда она вошла в ванную комнату и закрыла дверь, скинув с себя одежду и опустившись на лавку. Неужели у неё на лице написано случившееся? С той лишь разницей, что это был не совсем Джордж. Точнее, очень похожий на него человек. Только не совсем человек. Да, черт возьми, вообще призрак.       Прижав к лицу полотенце, она тихо крикнула в него, сгорая от неловкости ситуации.       «Но тебе же вчера было хорошо»       Пищал её внутренний голос, уличая девушку в собственном самообмане.       «Ты же этого хотела»       — Нет, — мотала головой девушка, прижимая руки к лицу.       «Врёшь. Ты хотела!»       — Я не знаю, — Лео откинулась назад, прижимаясь спиной к холодной каменной спине, — Это просто невозможно… Он же… и я… О, Годрик, да как же так?       — О чём причитаешь? — донесся ласковый девичий голосок с противоположной стены.       По ту сторону ванной, в картинной раме виднелась темноволосая русалка, которую когда-то прогнала Лео, причем совершенно случайно. Она была без окружения сестер, гордо восседая на камне и расчесывала свои длинные волосы изумрудным гребнем.       — А, это ты, хвостатая, — вздохнула волшебница и взмахнула палочкой, наполняя ванну водой.       — Выглядишь так, будто сама побывала в картине у викингов, — усмехнулась она, шлепнув по воде своим хвостом.       — Не смешно, — отозвалась Лео, заходя в ванную и погружаясь в воду до самых плеч, — Где твои сестрицы?       — По дну морскому плавают. Что им ещё делать? Нам же нельзя покидать собственную картину, — русалка отложила гребень и соскользнула в воду, подплывая к краю картины, — Давно не захаживал этот рыжеволосый юноша. Где он ходит?       — На данный момент, по моей спальне. Кажется, он больше не может странствовать по картинам и развлекать вас, — с неким равнодушием протянула Уайт, намыливая собственное тело жесткой мочалкой до красноты.       — О-о, — жительница морских глубин хитро улыбнулась, подперев щеку рукой, — Так вот от чего ты такая смущенная, профессор.       — Я не смущенная! — Лео зло бросила мочалку в воду и умыла своё лицо водой, — Чего тебе надо?       Русалка недовольно поджала пухлые губы, прищурив взгляд.       — Ничего. Мне просто скучно.       — Ну, так иди и поплавай вместе с сестрицами. Может, затопите какой-то корабль и сможете развлечься с моряками или чем вы там занимаетесь.       — Ваши людские удовольствия нам не доступны, — темноволосая красавица подняла хвост и вновь шлепнула им по воде, — Да и корабли к нам не заплывают.       — И поэтому ты решила действовать мне на нервы.       — Просто никогда не видела тебя такой, профессор, — сегодня эта русалка казалась вполне дружелюбной, — Может, нужен совет?       — Совет? — Лео чуть не соскользнула с бортика. — Ты ведь далека от людских удовольствий, вряд ли ты мне можешь дать совет.       — Далека, но не глупа, — отозвалась русалка, водя пальцами по глади воды.       — Ну, ладно, — оттолкнувшись от бортика профессор и подплыла к картине, чтобы было лучше видно новую собеседницу, — Ты же знаешь, что в вашей картине был призрак?       — Не трудно было догадаться. Но он весьма мил, — мечтательно протянула она.       — Мы сейчас говорим не о том, что он милый… Точнее, да, он милый, но проблема не в этом, — Лео сложила руки на бортике, опираясь о него руками, — Есть пророчество, по которому мы можем спасти его и вернуть к жизни. Магия близнецов и ещё какая-то сила… Его тело меняется, он сейчас совсем, как человек, только неживой. Его сердце не бьется. Но если мы не успеем уложиться в десять лун, то процесс его регенерации пойдет в обратную сторону и тело…       — Просто сгниет, — закончила за неё русалка, — Это очевидно. Но разве это тебя беспокоит?       — Меня беспокоит то, что мы не можем найти недостающие ингредиенты, необходимые для обряда или, если быть конкретнее, ритуала.       — Так в чём проблема? Это такая мелочь…       — Мелочь? Ты меня слышишь? Он же погибает.       — Ты же профессор, а не студентка, — русалка вскинула тонкими пальцами, — Мы раньше висели в подземельях. Темноволосый зельевар хранил много ингредиентов в своей подсобке. В чём проблема спуститься туда и взять то, что нужно?       — Проблема в зельеваре. Я профессор маггловедения и не могу просто зайти туда и взять то, что мне нужно.       — Попросить?       — Тоже не вариант, — покачала головой Уайт, — Возникнут вопросы. Я же не за корнем мандрагоры иду.       — Используй свои женские чары, в конце концов!       — Слушай, я не буду кого-то соблазнять! — возмутилась девушка, что только эта русалка о ней думала.       — Кто говорит о соблазнении? Просто прояви смекалку, профессор.       — Советница из тебя так себе, — скривилась Леона, чуть отодвинувшись.       — Я хотя бы что-то предлагаю, а не просто сижу и виню жизнь во всех своих страданиях. Этот призрак очень милый, жалко, если такая красота канет в небытии…       — Жалко, — эхом отозвалась Лео.       Мысль о том, что может потерять Фреда навсегда, вычленяла события ночи, за которые ей совсем недавно было очень стыдно.       Закончив с водными процедурами и облачившись в повседневную одежду, девушка направилась обратно в комнату. Бросив скомканное покрывало на кровать, она обернулась к призраку, который расположился в кресле перед камином. Выглядел он задумчиво, но умиротворенно, Фред неотрывно следил за языками пламени.       — Покажи мне, что принес Джордж, — попросила она, встав напротив.       Фред немного нахмурился и кивнул на соседнее кресло, где лежал льняной мешок. Стараясь не придавать значения тому, что призрак чем-то недоволен, Лео направилась к креслу. Раскрыв мешок, она схватилась за старый медный кубок. Скорее всего, это был какой-то старинный и редкий экземпляр, наверняка, принадлежавший древней семье волшебников. Отставив его в сторону, она вновь запустила руку в мешок и выудила оттуда… Ботинок? Да, старый ботинок на шнуровке с большой подошвой. Он выглядел очень потрепанным.       — Это ещё что такое? Один ботинок? — она скептически скривилась, — Хоть бы пару принес.       — Это мой ботинок, — достаточно резко отозвался Фред, обернувшись к девушке, — Он был на мне в день моей смерти. На нём осталась моя кровь.       Лео прикусила собственный язык. Мысленно дав себе подзатыльник, она виновато опустила взгляд.       — Прости, я не знала.       Призрак молча отвернулся от неё, пропустив извинения мимо ушей.       — Фред, прости меня, — вновь повторила она, сжимая в руках ботинок, — Я не хотела тебя задеть.       — О, что ты, у тебя это прекрасно получилось, — фыркнул он, не оборачиваясь к ней.       — Ты так обиделся из-за ботинка? Мне жаль, правда, я просто думала, что…       — Тебе не надоело? — Фред поднялся со своего места, чуть оттягивая воротник кофты.       — Не надоело что? — не понимала волшебница, сделав шаг назад.       — Строить из себя дуру, — вздохнул он и усмехнулся, — То, что случилось, совершенно ничего не значит для тебя?       — Случилось «что»?       — О, Мерлин, я не могу больше это слушать, — призрак злился, недовольно обходя кресло и направляясь к двери.       — Да стой ты! — Лео бросилась следом, преграждая ему путь, — Фред, прошу, ты неправильно понял.       — Не правильно понял «что»? — спародировал её он, сложив руки на груди, — Наверное, то, что ты решила сделать вид, будто между нами ничего не произошло. Ах, да, конечно, ведь ты предпочла бы сказать, что это мой брат, чем признаться, что сжимала простыни этой гребаной постели от ласк призрака. Не так ли? Конечно, так. Ведь я же никто, просто ходячий труп. Куда уж мне до моего брата.       Он слышал разговор с Грейс — очевидно. Но, как и всегда, не совсем правильно понял.       — Мы не можем раскрывать эту тайну…       — Тогда бы солгала! Тебе же не привыкать. Но ты даже не возразила, пока эта ведьма приписывала тебе роман с моим братом. Интересно, почему? Может, от того, что Джордж живой и с ним было бы лучше? Не так ли? Живой, в нем течет кровь, бьется сердце и он имеет всё, чего не имею я. Отличный ход, профессор Уайт. А главное, какой надежный.       — Замолчи…       — Ведь на кой черт тебе призрак, который сгниет заживо через месяц, потому что нет вероятности того, что мы найдем недостающие ингредиенты для этого обряда. Даже если найдем, не факт, что он сработает. И тогда ты останешься одна. Тогда твоя жизнь вновь станет скучной и серой, в ней не будет ничего, кроме твоих проблем, — Фред никогда не говорил с ней в подобном тоне, — На кой черт тебе чувства ходячего трупа, когда есть много других возможностей, чтобы не чувствовать себя несчастной и одинокой! Да, Леона Уайт, я ведь прав? Конечно, я прав. Запутавшаяся в себе девочка, которая ищет смысл жизни и понимает, что у неё нет будущего, если она останется с призраком…       Раздался громкий хлопок. Рука Лео со всей силы прошлась по жесткой скуле призрака. Она болезненно взвыла, схватившись за свою ладонь. Фред остался неподвижен, пощечина не могла причинить ему боли.       В глазах волшебницы стояли слезы, когда она смотрела на него.       — Идиот, — процедила она сквозь зубы, — Ты жестокий идиот, Фред Уизли, — из глаз потекли дорожки слез, — Мне не нужен твой брат. И никогда не был нужен… Я… Какой же ты идиот.       Фред опешил, протянув к ней руку, но волшебница отшатнулась, прижимая ноющую ладонь к своей груди.       — Да, я переживала из-за того, что случилось между нами. Потому что это было впервые. Впервые в моей чертовой жизни я была с кем-то настолько близко. Я впервые всё это чувствовала и впервые понимала, что кто-то мне настолько нужен. И да, я была смущена с утра, потому что я не знаю, как себя вести, после такого… Я была смущена и не знала, как на подобное отреагируешь ты. Я боялась насмешек над собственной неопытностью, над тем, что влюблена в тебя. Что только с тобой у меня так сильно бьется сердце, что ты единственный, кого я хочу видеть каждую минуту, — её голос, словно нож разрезал пространство, — Мне не нравится твой брат, Невилл или ещё какой-то представитель противоположного пола. Потому что я… я, черт бы тебя побрал, отдала своё сердце призраку! Тебе, Фред Уизли. И единственный мой страх, что я тебя потеряю, что никогда не увижу. Я всего лишь хочу, чтобы ты жил, как и мечтаешь, чтобы ты был счастлив, без магической привязанности ко мне!       Сказав это, она резко развернулась и ушла в противоположную часть комнаты, достав из тумбочки носовой платок и вытирая своё лицо от слез, которые потоком стекали по её щекам.       — Лео, — позвал призрак, подойдя к ней со спины и положив руки на её плечи, — Прости, я не подумал.       Она молча поджимала губы, вновь вытирая своё лицо.       — Я думал, что ты разочарована из-за случившегося.       — Можно было просто спросить, — она высморкалась, оборачиваясь к нему, — Тебе для этого дан рот.       — Ты выглядела очень растерянной с утра, я не понимал, что мне делать… Подлетала с постели и убежала, — он вскинул руками, — Что я ещё мог подумать?       — Не знаю, — Уайт отвела взгляд в сторону.       Пальцы призрака осторожно коснулись её подбородка, повернув к себе.       — Ты влюблена в меня? — шепотом спросил он, пытаясь поймать её взгляд.       — Разве это не очевидно? — нервно сглотнула Лео, сжимая пальцами свой свитер.       — Я хочу это услышать вновь. Лео, — он погладил ей по волосам, — Прошу.       — Да… Я влюблена в тебя, — кивнула девушка, уловив взглядом его улыбку.       Фред осторожно двинулся к ней, заключив в объятьях и поглаживая по спине.       — Прости, я наговорил такой чуши, — тихо произнес он, осторожно поцеловав её в макушку, — То, что между нами произошло, много значит для меня. Поэтому я испугался, что мог тебя разочаровать или, что ты пожалеешь об этом, что тебе будет противно.       — Идиот, — пробормотала она ему в грудь, обнимая за талию.       — Самый настоящий, — тихо рассмеялся он, чуть отстраняясь, но только для того, чтобы видеть её лицо, — Значит, ты не жалеешь о случившемся?       — Нет, — покачала головой волшебница, — Я ни о чём не жалею. Всё, что произошло — важно для меня, я никогда этого не забуду и… Это было прекрасно.       Фред заулыбался чуть шире и склонился к ней, оставив легкий поцелуй на её губах, поглаживая её теплую и красную щеку.       — Я тоже никогда не забуду этого, Лео, — в эту секунду он был честен, мягко касаясь её кожи, — Это важно и для меня. Ты важна. Прости, что подумал о тебе плохо…       — Прости, что сразу не объяснилась. Я растерялась.       — Значит, мне удалось смутить такого строгого профессора? — довольно заулыбался он и тихо рассмеялся.       — Говорю же, идиот, — закатила она глаза, ткнув его в плечо и смущенно засмеявшись.

***

      Фред никогда не сомневался в уме профессора Уайт, но то, что она планировала сейчас — не нравилось ему от слова «совсем». Он нетерпеливо постукивал носком ботинка по ножке стула, наблюдая за тем, как Лео стоит перед зеркалом в черном платье со глубоким вырезом на груди в виде буквы V, подводит свои губы розовым карандашом и поправляет уложенные волосы.       — Ты где эту тряпку взяла? — фыркнул он, указав на её одежду.       — Грейс одолжила, — она потерла губу об губу, равномерно размазывая помаду.       — Какая безвкусица. Надень что-то из своего гардероба. Вон, целый шкаф, — он указал на него рукой.       — Кажется, кто-то назвал мою одежду стилем тётушки Мюриэль, — напомнила ему волшебница, поправляя складки платья, которое выглядело вполне повседневно, не считая декольте.       — Лучше уж так, чем… это, — он вновь сложил руки на груди, опираясь о стену.       Эта идея ему изначально не нравилась. Целую неделю он отговаривал Лео от предложения русалки с картины. Джордж писал им ежедневно, но не находил ингредиентов для предстоящего обряда, так как они были очень редкими, не каждый решится подобное продавать. Фреда раздражала только одна мысль, что Уайт будет кокетничать или заигрывать с Долгопупсом, чтобы пробраться в его хранилище. В конце концов, она профессор, а подобное поведение присуще студентам!       Или он просто ревновал.       Нет, не просто. Конкретно ревновал, но не решался это озвучивать, то и дело, потирая свой бледный подбородок.       — И что ты ему скажешь? — не унимался призрак, — «Привет, симпатяга. Не найдется горстки рубиновой пыли, крови единорога и клыка оборотня?»       — Нет, такого я говорить не буду, — подколов свои волосы, Уайт надела туфельки на обнаженные ноги. — Думаю, мы побеседуем и хотя бы узнаю, где это находится.       — Ага, так он тебе и сказал!       — Не умничай, — погрозила ему пальцем девушка, — Сиди тут тихо и не привлекай внимания, потому что Грейс уже не единожды была в этом коридоре. Трудно будет объяснить нахождение призрака в моей спальне.       — А ты ей скажи про свои «специфические» вкусы, — съязвил он, ухмыльнувшись.       — Ох, Годрик, послал же ты… — вымученно простонала девушка и махнула Фреду рукой, покидая спальню.       С одной стороны, он был прав, идея казалась безумной, а с другой — у них оставалось очень мало времени, так что выбора особого не было. Ученики, к счастью, уже скрылись в своих спальнях. Прикинув, что приблизительно в это время профессор зельеварения относит зелья из кабинета в свою подсобку, она прибавила шаг, чтобы не упустить его. Спустившись в подземелия, она прошлась по коридору мимо подсобки — она была закрыта, зато из кабинета доносились какие-то звуки. Видимо, профессор ещё не закончил свою работу.       Заглянув в приоткрытую дверь, Уайт увидела профессора, который раскладывал по двум ящикам котлы и остатки ингредиентов, которыми пользовались студенты.       — Невилл, — тихо позвала она, проходя внутрь.       Профессор не ожидал гостей, поэтому чуть не выронил деревянный ящик с котлами из рук. Волшебница подоспела вовремя, подхватив его снизу и не дав разбиться небольшим склянкам с зельями.       — Аккуратнее, — улыбнулась она, посмотрев на мужчину.       — Что ты тут делаешь? — смутился Долгопупс, поставив ящик на парту и отряхивая мантию.       — Да я… в общем-то, — она потерла макушку, придумывая очередную небылицу, — Нервничаю много из-за предстоящих экзаменов студентов, столько проверочных работ… Заработала бессонницу и решила, что… может, ты одолжишь мне пузырек «сна без сновидения»?       — А мисс Роббинс? — кажется, он был удивлен, что она не обратилась напрямую к колдомедику.       Уайт чуть не прикусила язык — какая же чушь! Ведь за подобным она могла обратиться к своей подруге, а не устраивать шествие до кабинета зельеварения.       — Ты же знаешь Грейс. Она будет переживать, снова начнет причитать, что нужно больше отдыхать… Не хочу выслушивать от неё нотации, — она показательно потерла виски, будто у неё ужасно болела голова.       — Да, мисс Роббинс такая. Она очень заботится о тебе, — Долгопупс клюнул на её лживую выдумку, — Действительно, лучше её не тревожить.       — Надеюсь, что ты не расскажешь ей о моей бессоннице? — девушка облокотилась рукой о парту, с улыбкой смотря на Невилла.       — Я нем как могила, — мужчина показательно закрыл рот на невидимый ключик и выкинул его через плечо, а потом рассмеялся, — Знаешь, у меня припрятана как раз парочка новых разработок на такой случай. Я немного усовершенствовал это зелье, добавил туда экстракт боярышника. Он не просто спасает от бессонницы, но и нормализует сны, чтобы тебе не пришлось постоянно пить это зелье.       — Правда?       — Да-да, — кажется, но он был доволен своим изобретением, — Меня на это натолкнул Джордж Уизли. Я подумал: а почему бы не попробовать? И получилось. Только мне нужно отнести в подсобку коробки, — он указал на два ящика, взмахивая палочкой и поднимая их в воздух.       — Почту за честь сопроводить своего спасителя, — заулыбалась девушка и взяла его под свободную руку.       Невилл немного смутился, но не возражал, направляясь с волшебницей в коридор. Они свернули за небольшой гобелен, и вышли к подсобному помещению. Открыв старым ключом скрипучую дверь и сняв с неё чары, волшебники вошли внутрь. Вдоль всех стен тянулось множество полок до самого потолка: сверху стояли новенькие большие котлы, чуть ниже ящики с травами, колбочки, мешочки и множество всего, что принадлежало зельевару. Пока Невилл возвращал ингредиенты на свои законные места, Лео оглядывалась в поисках того, что пригодилось бы им для предстоящего ритуала, но глаза разбегались от большого количества. Пяти минут точно не хватит, чтобы всё найти. Пока Невилл отправлял котлы наверх, то девушка уловила взглядом несколько колбочек с серебристой жидкостью. Она стояла на железном поддоне, притягивая к себе внимание.       Кровь единорога, конечно.       Думать приходилось быстро. В одно мгновение она оказалась рядом с Невиллом, который развернулся к ней лицом, от чего она чуть не столкнулась с его носом. Оба уставились друг на друга, а щеки профессора тут же покраснели при взгляде на девушку.       — Ой… прости, — шепнула она, упираясь в полки по бокам от его плеч, — Я споткнулась и…       — Леона, — прошептал он, опуская взгляд на её губы, — Я… знаешь… Хотел тебе сказать, что рад тому, что… что ты пришла.       — Правда? — ей пришлось изобразить искренне удивление. — Ты хотел, чтобы я пришла? — она облизнула свои губы, смотря на него из-под полуопущенных ресниц.       — Хотел, — согласился он, а дверь со скрипом немного прикрылась, — Я давно хотел тебе сказать, что…       — Тихо, — она приложила палец к его пухлым губам и придвинулась к нему ближе, положив левое предплечье на его плечо и пытаясь дотянуться пальцами до крови единорога, пока профессор с волнением и трепетом был сосредоточен на ней, — Я, кажется, догадываюсь, что ты хочешь сказать, Невилл, — она коснулась своим носом его, выдохнув ему в губы, — Понимаешь, за этот год многое произошло, — свободной рукой она коснулась его живота через мантию, — Столько навалилось, — продолжала шептать ему в губы, — Что я совершенно запуталась.       — Ты можешь поделиться со мной, Леона, — профессор тяжело вздохнул от её прикосновения к его телу, — Я тебя всегда пойму.       — Ты очень хороший человек, — Уайт чуть приподняла свой подбородок, — И я чувствую вину перед тобой.       — За что? — не понимал он, осторожно положив руки на талию волшебницы.       Её едва ли не передернуло.       Конечно, Долгопупс был прекрасный человек, и обманывать его совершенно не хотелось. Он же был искренним и честным, а она нагло пыталась обокрасть его, применив какой-то глупый и вычурный флирт.       — Наверное, я не очень хороший человек, Невилл, — честно призналась она, опуская свой взгляд и пытаясь отстраниться, но руки профессора не позволили это сделать.       — Ты самая хорошая ведьма из тех, кого я знаю, — сразу же возразил он, а потом крепче обхватил её за талию и развернул, вжав в полки с ингредиентами и касаясь её губ своими.       Волшебница даже не успела вскрикнуть, как послышался громкий стук, напоминающий удар, и Невилл мешком свалился к её ногам. Рядом с его телом валялся большой медный котел, чуть раскачиваясь из стороны в сторону на каменном полу.       — Не горел желанием смотреть, как вы слюнявите друг друга, — фыркнул Фред, отряхивая руки и прикрывая за собой дверь.       — Мерлин! — ахнула девушка, опустившись на ноги и осматривая профессора, который лежал без сознания. Коснувшись его волос, она почувствовала что-то влажное и теплое. На её пальцах виднелась алая жидкость, сочившаяся из головы профессора, — Ты убил его?       — Не убил, — отозвался призрак, быстро исследуя полки и отправляя пузырьки в свои карманы.       — Он без сознания! — взревела девушка, чуть не плача и пытаясь привести в чувство профессора.       — Я залечу его, как только мы найдем то, что нам нужно, — Уизли поднялся по лестнице до самого верха, отправив в карман какой-то мешочек и небольшую коробочку.       Покачав головой, она осторожно прижала к его ране тряпку, чтобы остановить кровотечение.       — Фред… Не нужно было с ним так, — тихо произнесла волшебница, — Я хотела его попросить. Думаю, он не отказался бы и дал мне эти ингредиенты.       — Ага, и коробку конфет в придачу, — спрыгнув с лестницы, он опустился на коленки рядом с Долгопупсом, который лежал без сознания.       — Не надо, я сама его вылечу, — попросила Лео, — Лучше уходи, а то, если он очухается и увидит тебя, то у нас будет ещё больше проблем. Напиши пока Джорджу, что мы готовы к ритуалу. Осталось только изучить фазы Луны.       — Уверена, что справишься? — в голосе Фреда чувствовалось беспокойство.       — Да-да, беги. Я справлюсь.       Призрак кивнул и поднялся на ноги, поспешно покидая подсобное помещение. Поднявшись на ноги, Уайт тут же бросилась к дальней полке с целебными травами и зельями, находя настойку бадьяна, а потом осторожно вылила содержимое на голову профессора. Рана начала затягиваться и вскоре он приоткрыл глаза, чуть морщась.       — Слава Мерлину, ты цел, — вздохнула она, погладив его по волосам, — Ты меня так напугал!       — Леона… — он медленно сел, держась за голову, — Что произошло?       Девушка кивнула на валяющийся рядом с ним котел.       — Он упал… и ты упал. Я так испугалась, — Уайт помогла ему подняться на ноги, — Идем, я провожу тебя до комнаты. А завтра обязательно сходи в Больничное Крыло. Удар, по всей видимости, был очень сильным.       — Да я даже не понял, — честно признался мужчина, усмехнувшись.       Закрыв подсобное помещение, два профессора неторопливо направились к лестницам. Как Уайт и обещала, она довела его до самой комнаты, чтобы удостовериться, что Долгопупсу ничего не угрожает.       — Отдыхай. А завтра обязательно сходи к Грейс, — это был практически приказ, от которого Невилл согласно кивнул и улыбнулся.       — Я хотел дать тебе зелье, — внезапно вспомнил профессор.       — Не надо, — успокоила его девушка, — Лучше иди отдыхай и мне будет спокойнее, — а потом легко погладила его по плечу, — Доброй ночи, Невилл.       — Доброй ночи, Леона, — кивнул мужчина и медленно закрыл дверь.       В эту же секунду улыбка с лица девушки сошла, будто её и не было, а сама она побежала в сторону лестницы. Поднявшись на шестой этаж и свернув в коридор, она добежала до своей спальни, быстро в ней скрывшись.       Фред в это время выставил все ингредиенты на столе, сверяя со списком из книги Мон Морэ. В центре расположился старый кубок, рядом с ним шнурок от ботинка с запекшейся кровью, мешочек с рубиновой пылью, пожелтевший клык оборотня, правее стоял серебристый сосуд с кровью единорога и ещё одна колбочка с кровью первой и последней любви Фреда.       — Теперь у нас есть всё? — взволнованно спросила волшебница, подходя к нему со спины.       — Да, — словно не веря своим словам, кивнул призрак, — Теперь это всё.       — Ты написал Джорджу?       — Да, — вновь согласился он, — Джордж сейчас сверит фазы Луны.       Кажется, после того, как они раздобыли все ингредиенты, Лео должно было стать легче, но этого не случилось. В груди появилось тяжелое волнение и даже сердце стало биться чаще.       — Ты чего? — не понял Фред, ласково погладив её по волосам.       — Не знаю, Фред, — покачала она головой, — Какое-то нехорошее предчувствие.       Осторожно придвинув её к себе, Фред крепко обнял девушку за плечи, утыкаясь носом в её макушку и ласково поглаживая. Конечно, он тоже волновался, просто старался не показывать ей этого. Запуская пальцы в её мягкие волосы, он оставил холодный поцелуй на её виске.       — Это единственный шанс, — прошептал он, сильнее сжимая её в объятьях, пока девушка прикрывала глаза, упокоив голову на его груди и стараясь успокоить своё сердце.       Она знала, что это опасно, но ведь если есть хоть один шанс на то, что он обретет жизнь, они обязаны его использовать. Это понимали оба, но скрывать волнение становилось труднее. Всё, что Уайт и призрак могли сейчас, так это прижиматься друг к другу, пытаясь успокоиться в своих объятьях.       Замок и его коридоры накрывала апрельская ночь. Звезды серебристой россыпью покрывали всё небо, приобретая образы застывших созвездий, а новолуние слабо освещало дверь, ведущую в комнату волшебницы. Сбоку от гобелена, в слабом свете факела виднелась темная тень, которая тихо шептала себе под нос:       — Невероятно.