Маска

Больно? Чонгук бы так не сказал. Ему было больно только первые пару минут. Да, может быть сейчас он и утирал рукавом кофты стекающие по щекам слезы, но ему уже не было больно. Он чувствовал себя… Никак? Если верить в существование души, то, наверное, именно так чувствует себя тело, которое она покинула. Никак. Чонгук бежал от дома Маски почему-то пешком. Ветер кусал щеки, а начинавшийся дождь мочил кроссовки. Чонгук сел на кровати и сбросил с себя повязку, уставившись в сторону двери. — Где моя одежда? — Стойте, нам стоит обсудить это. Я не хочу, чтобы все прекратилось вот так… — Не утруждайте себя. Вы достаточно сделали, — Чонгук сжал в кулаки дрожащие ладони и встал с кровати. — Вы должны понять… — холодная ладонь коснулась его локтя. — Я не могу остаться здесь и не могу сказать, кто я такой. Не держите зла… я… — Маска прокашлялся. — Я просто выбрал единственный правильный для нас вариант… — Для вас. Моего мнения вы не спрашивали. Чонгук собрал с пола вещи и, не оборачиваясь, направился к двери. — Чонгук? Он остановился. — Вы должны мне несколько желаний, — голос Маски дрогнул в нерешительности. — И чего же вы хотите? — Не пытайтесь меня искать, хорошо? Или забудьте, как о мимолетном сне. Это мое последнее для вас желание… Чонгук вслух рассмеялся каплям дождя и растущей луне. Последнее, о чем он бы подумал, это искать Маску. Последнее, о чем он теперь вообще будет думать, это точно о Маске. Чонгук сел у чьего-то забора, спиной к дороге, упершись в него лбом, и достал из сумки телефон, в процессе обнаружив, что выронил где-то футболку с вышивкой. Ну и черт с ней. Он прижал к уху телефон, вытирая рукавом возникшие откуда-то слезы и делая глубокий вдох. — Чонгуки…? — Юнги, можно я приеду? — Все хорошо? У тебя голос дрожит, как у потерянного крольчонка. — Мне просто… — голос Чонгука перешел на шепот. — Больше не к кому, понимаешь…? — Ты всегда можешь приехать. Только я не один, хорошо? — Хорошо. Юнги ничего не спрашивал больше, только адрес, чтобы самому вызвать такси. Чонгук был ему благодарен, потому что выбрал для себя тактику не думать ни о чем, потому что, начни он это делать, все свелось бы к одному. — Ты почему мокрый? — Юнги сразу же затянул его внутрь, как только открыл дверь. — Дождь… — А не выходить под него не было варианта? Заболеешь ведь… — он провел ладонью по плечу Чонгука, пытаясь смахнуть влагу. — Ладно… разувайся. Чонгук скинул обувь и был сразу же отправлен переодеваться в сухую одежду. Юнги ждал его на кухне, поставив на стол две чашки чая и очень много сладкого. Чонгук молча опустился на стул напротив и, кинув один короткий взгляд, сделал большой глоток чая. В глазах снова защипало. Чонгук отставил от себя чай и уперся лбом в ладони. — Что за чай? — спросил он. — Гречишный. Не всем он нравится, так что могу налить другой… На стол упала капля, а за ней сразу же вторая. Юнги подскочил со стула и подошел к Чонгуку, разворачивая на себя его лицо. — Чонгуки… — он вздохнул и обнял чужую голову, прижимая к себе. Чонгук всхлипнул и оперся носом ему в живот, цепляясь пальцами за футболку. — Давай мы отложим чай, да? Может, тебе стоит лечь спать, а завтра расскажешь мне все? Гуки? Перестань так рыдать, ты меня пугаешь… Чонгук бы сказал, что плакал от грусти, но она дополнилась тем, как относился к нему сейчас Юнги. Как совершенно не знал, что произошло, но старался помочь. Как прижимал сейчас к себе, в надежде, что Чонгук прямо вот так, в его руках, не растворится. — Давай ещё немного так побудем… — прошептал Чонгук, пропитывая чужую футболку слезами. Он старался глубоко дышать, чтобы все это не перешло в истерику. Юнги это ни к чему. — Куда ты… спрятал Чимина, кстати? — спросил он через время. — Ты мимо него прошел вообще-то… В гостиной. — Оу… — Чонгук поднял голову и несмело улыбнулся. — Стоит поздороваться? Юнги потрепал его по волосам. — Напугаешь его, но можешь, конечно. Чонгук выполз из-за стола и неловко выглянул из-за угла. Чимин комочком устроился на диване и читал какую-то книгу, слушая при этом музыку. — Чимин…? — Чонгук подошел ближе и слегка помахал рукой. Чимин вздрогнул. — Боже мой, — он уставился на Чонгука так, будто видел его впервые. — Ты… как? — Никак, в общем-то… Я поздороваться вот пришел. — Получается, привет. — Привет. Сзади раздался смешок. — Вы просто отвратительны в общении, — Юнги плюхнулся на диван, обнимая подушку. — Он же поздороваться пришел! — Чимин ткнул его пяткой в ребро и отобрал подушку. — Невежливо, кстати, врываться в чужой диалог… Чонгук слегка улыбнулся и посмотрел на Юнги. — Я бы лег спать, наверное. Мне с тобой или…? Чимин и Юнги переглянулись. — Понял, значит, здесь. Чонгук рисовал облака на небе, а потом сам же по ним прыгал. Земля была где-то далеко-далеко внизу, а ему туда и не было нужно. Зеленое облако, розовое, желтоватое. Рядом иногда пролетали феи и шептались о чем-то, надменно посмеиваясь. Чонгук показывал им язык и кидался кусочками облаков. — Чонгук? Ты так и не нашел меня, правда? — мягкий голос затмил собой все посторонние звуки. Облака пропали, и Чонгук стал падать вниз. По сторонам иногда раздавались насмешки фей, смотрящих за тем, как он пытается цепляться за воздух, но безвозвратно летит все ниже. — Ты был моей последней надеждой… В затылок отдало сильной болью. Что-то звонко хрустнуло в позвоночнике. Чонгук сощурил глаза, подумав, что умер, но почувствовал под ладонями твердую землю. Он осмотрелся. Его поглотила пещера, повсюду прорастающая светящимися в темноте камнями. — Ох, ты так близко, я чувствую… Иди же. Чонгук поднялся на ноги и быстрым шагом пошел в сторону звука. — Говорите, иначе я не пойму, куда мне идти! — крикнул он в пустоту. — Сюда! Как тебе не понятно. Чонгук ринулся дальше, скребя ногтями по холодному камню, пока отталкивался от острых краев стен. Спереди стал приближаться фиолетовый свет. Подземное озеро. Подземное озеро с растущими в нем пурпурными растениями. — Ныряй. Чонгук почему-то послушался. Он разбежался и прыгнул с небольшого выступа. Смотреть под водой практически не получалось — приходилось жмурить от яркого света глаза и кое-как цепляться за камни. В руку вдруг что-то вцепилось и потянуло на дно. Затем его схватили за ногу. Потом что-то оплело шею, с силой передавливая артерию. Чонгук схватился за державшую его запястье водоросль и сильно дернул. Ничего не вышло. Он все еще тонул. В глазах начинало темнеть, а в легких болеть. Чонгук окончательно закрыл глаза. Глупая смерть. Ради ничего. — Забавно вышло! — вдруг раздался задорный смех. Чонгук распахнул глаза. Он все еще был в пещере, но уже не под водой. Какой-то человек сидел над ним и широко улыбался. — Оказывается, тебе всего-то нужно было мучительно умереть, чтобы меня найти! Чонгук откашлялся и потер пальцами все ещё ноющее горло. — Кто вы? — спросил он, приподнимаясь на локтях. — А ты не знаешь? — снова звонкий смех. — Тогда мне совершенно нечем тебе помочь! Такой ты забавный. Зачем же тогда за мной бежал? Глупый Чонгук… Попытался угнаться за всем сразу и ничего в итоге не добился. А ведь теперь тебе самому с этим разбираться. — Зачем вы меня звали? — Потому что мы друг без друга не можем, — незнакомец обхватил его руку и переплел пальцы. Под кожей пробежала небольшая дрожь. — Чувствуешь? Вот так это должно быть, но мы во всем ошиблись, — рука пропала. — Теперь у тебя своя дорога, а у меня своя. Удачи! Человек пропал вместе с воздухом из легких. Чонгук вцепился в свое горло, пытаясь каким-то образом вернуть пропавший кислород. Не вышло. — Помоги мне… — прохрипел он, начиная судорожно бить кулаками по каменному полу. — Эй! Чонгуки? Он в который раз распахнул глаза. Темно. — Чонгук, ты слышишь меня? — кто-то поглаживал его по волосам и мягко шептал на ухо. — Это Чимин, — ладонь мягко пробежала ему по щеке, вытирая слезы. — Да… да. Я слышу. — Я воды попить шел и услышал, как ты будто задыхаться начал. Подошёл, а ты плачешь. Чонгуки… Может поспишь с Юнги? Чонгук убрал от себя чужие ладони и сел, потирая рукой горло. Не болело. — Не думаю, что поможет, — ответил он. — Ещё и ему буду мешать. Не переживай за меня, ладно? — Чимин неуверенно кивнул. — Это пройдет… — У тебя что-то случилось, правда? Чонгук кивнул и слегка улыбнулся. — Случилось. Но, кажется, этого нельзя было избежать. Я ничего не решал. Все так, как оно и должно быть… — Если тебе больно, то не должно. А ещё, если тебе больно, ты всегда можешь рассказать об этом Юнги, ты же знаешь? И мне тоже можешь. — Спасибо, — Чонгук откинулся на подушку и свернулся в одеяло калачиком. Утром Чимина уже не было, а Юнги что-то задумчиво печатал в ноутбуке, параллельно завтракая на кухне. Чонгук незаметно проскользнул в ванну, чтобы привести себя в человеческий вид. Лицо слегка опухло, а глаза покраснели. — Размазня, — прошептал он себе под нос и запрыгнул в холодный душ. Увидев Чонгука на кухне, Юнги сразу же отодвинул от себя ноутбук и склонил в сторону голову, сканируя состояние друга. — Не смотри так, я в порядке. — Охотно верю… Расскажешь, что случилось? И Чонгук рассказал. Рассказал, что изначально их с Маской знакомство было глупым желанием и, может быть, до сих пор все это было именно оно. Рассказал о том, как стал зависим от того, у кого нет лица. Рассказал, как хотел в этом признаться и как резко был отвергнут и брошен на растерзание собственному сердцу. Чонгук отпил ни разу не тронутый до этого кофе. Юнги сделал то же самое. — Понимаешь, Юнги. Я никогда не испытывал к кому-то настолько много чувств. Я всю жизнь ждал, когда же в моей жизни появится человек, в котором я смогу утонуть с головой, без возможности выбраться. Я и правда утонул, но остался брошенным и не спасенным. Юнги тяжело вздохнул и потер пальцами переносицу. — Я не знаю, как могу тебе помочь, Чонгуки… — Не бросай меня, ладно? — Ни за что. Обещаю. А ты ни за что не пытайся его искать. — Я не буду. Обещаю. «И зачем вообще мне может понадобиться его искать?» — думал Чонгук, рассматривая в окне такси соседнюю машину. Сразу после Юнги Чонгук поехал в компанию — его пригласил Джексон. Под ребра забралось какое-то неприятное ощущение и стало периодически отдавать в легкие. Чонгук, полусогнувшись под осенним ливнем, пробежал путь от машины до входных дверей. У входа в кабинет он громко выдохнул и нажал на ручку, сразу же натыкаясь на Джексона. — О, вот и ты, — он схватил Чонгука за руку и потянул за собой в коридор, а потом вверх по лестнице. — Сходим на крышу? На крыше сильный ветер обдал открытое горло, и Чонгук накинул на голову капюшон украденного у Юнги свитера. Джексон раскрыл взятый с собой зонт, накрывая им и Чонгука. — Заболеть хочешь? — Чонгук недовольно осмотрелся, слегка наклоняясь за перила вперед. Город тонул в легком тумане от дождя, и снизу доносились постоянные гудки машин недовольных водителей. — Не люблю курить там же, где остальные. Здесь никто не отвлекает, — Джексон достал пачку сигарет и быстрым движением поджег конец. — Как ты? — он пробежался взглядом по всему Чонгуку и слегка сощурил глаза. — В порядке, — Чонгук провел пальцем по мокрым перилам и посмотрел за стекающими каплями. — Врешь? — А тебе это важно? Джексон с легкой обидой нахмурил брови и выдохнул в небо клубок дыма. — Мне никогда не было на тебя все равно, ты же знаешь. — Я уже ничего не знаю, Джекс… У тебя есть для меня какие-то новости, да? — Есть. Они тебя не обрадуют, хотя я думал, что должны. — Говори, — Чонгук вышел из-под зонта и поднял к небу лицо, ловя ресницами крупные капли. Одежда сразу же намокла. — Ким Тэхен уходит из моделинга. Одним препятствием меньше для тебя. Но ты не рад, верно? — Чонгук молча уткнулся лбом в перила и зажмурил глаза. Они все испортили. Он все испортил. — Чонгуки? — Джексон подошел ближе и положил ладонь ему на плечо. — Слушай, я знаю, тебе важно это понимать — ты не виноват. А кто виноват? — А кто виноват, Джекс? Ты? — Чонгук сказал это и уставился другу в глаза. Они оба были виноваты. — Слушай, я хочу остаться с тобой хорошими друзьями, ладно? — Я тоже! Поэтому давай решим, как будем действовать дальше. — Дослушай. Я хочу остаться в хороших отношениях, поэтому уйду из компании, ладно? Мы ведь замучаем друг друга этим… Я не хочу тебя окончательно потерять. И себя. Джексон ничего не отвечал около пяти минут, а только вглядывался то Чонгуку в глаза, то в пасмурное небо. Наконец, он слегка улыбнулся и распахнул для объятий руки. Чонгук медленно упал в них и закрыл глаза. — И куда ты теперь пойдешь? — Джексон похлопал Чонгука по спине и отошел на шаг назад. Затягивать объятия друг с другом они никогда не любили. — Мне есть куда, не переживай, — Чонгук, если честно, уже не был в этом уверен. Стоило сначала уточнить у Чимина. Джексон кивнул, и больше они ничего о работе не говорили. Зато, наконец, обсудили настоящие жизни друг друга. На душе Чонгука стало немного легче. Может, его сердцу давно стоило разбиться, чтобы отрезвить голову? Уже в машине он позвонил Чимину и сказал, что хотел бы перейти в его агентство, на что услышал счастливый писк и чей-то смех на фоне. Завтра нужно было приехать на новое место и подписать договор. Завтра Чонгук собирался проснуться новым человеком и никогда не думать о том прошлом, что вредило ему. «Завтра будет лучше». Так часто говорили люди, и Чонгук надеялся, что были правы.

***

Новый день — новая жизнь. Чонгук проснулся почему-то с улыбкой на лице. Новая жизнь — новое хорошее настроение. Чонгук встал с кровати, распахнул шторы, осматривая пасмурный город, и потопал в душ, напевая под нос какую-то песню. После этого зашел на кухню, поставил вариться кофе в кофемашине, убрал в посудомойку посуду, выбросил мусор, а вместе с ним и подсолнухи, и поставил пакет с мусором в прихожую. На полу возле входной двери валялась какая-то картонка. Чонгук взял ее в руки. Практически в самом углу мелко и от руки было написано: «Откройте, пожалуйста, дверь». Чонгук напрягся и посмотрел в глазок. Никого за дверью не оказалось. Он аккуратно приоткрыл дверь, и о другую ее сторону что-то ударилось. Чонгук заглянул за нее и задержал дыхание. Новый день — ничего нового. Подсолнух, привязанный к ручке веревкой, болтался, тихо постукивая о металл двери. Подрагивающей рукой Чонгук занес в квартиру цветок с прикрепленным к нему листком, скрученным в трубочку. Чонгук закрыл дверь и скатился по ней спиной на пол, отбрасывая в сторону цветок и разворачивая записку. «Простите, что врываюсь, но мне не дает покоя, что вы могли не так меня понять…» Последняя надежда о том, что письмо могло оказаться не от Маски, разбилась. Чонгук уместил письмо на пол между ног и, зарывшись пальцами в волосы, продолжил читать. «Вы не хотели слушать, поэтому позвольте мне рассказать. Я ушел не потому что вы мне наскучили или что-то в этом роде. Так вышло, что на днях мне было загадано желание, связанное с вами, которое я никак не мог выполнить. Как вы помните, нельзя пропускать более трех желаний подряд. Как вы могли догадаться, оно оказалось третьим. Я ушел и в месте с тем понял, что не в праве требовать чего-то от вас. Я загадывал вам желания, но не больше. Чонгуки, вы можете быть со мной не согласны, но ведь вы не знаете, кто скрывается под зеленой маской. А я знаю. Поэтому скажу, что, узнай вы меня настоящего, сразу же поменяли бы свое мнение. К сожалению, таким, каким я был с вами, знаете меня только вы. И ваша футболка… С вышитым на ней цветком. Я прочитал записку, которую вы вложили в нее. Спасибо, что сделали ее для меня… Надеюсь, вы не рассердитесь, что я забрал ее с собой. Я прошу у вас прощения ещё раз и благодарю за всё то, что вы мне дали. Скоро похолодает. Одевайтесь теплее. Ви» Бумага в паре мест была будто слегка намокшей. Теперь сверху добавилось ещё пару капель. Чонгук откинул письмо к мусорному пакету и забился в угол. До этого он думал, что не может быть ничего хуже, чем оказаться отвергнутым. Теперь он знал, что намного хуже потерять человека, а потом узнать, что все могло решиться простым разговором. Узнать, что все это просто поступки двух идиотов, решивших, что знают, как правильно, но на деле имевших лишь окровавленные влюбленностью сердца. — За что вы так со мной… — прошептал Чонгук оказавшемуся рядом подсолнуху и погладил пальцем порвавшийся лепесток. Что-то в мыслях начинало распутываться, а потом снова запутываться, и так по кругу. «Есть ли шанс, что я нужен ему так же, как мне нужен он?» Чонгука волновал только этот вопрос, но именно на него ответа он узнать никак не мог. Не мог ведь? — Юнги? — Чонгук задумчиво вышагивал по дому, подпинывая ногой теннисный мяч. — Слушай, какова вероятность, что ты можешь узнать, кому принадлежит некое здание? Порыться в документиках, узнать у кого-то и все такое… Юнги в телефоне задумчиво молчал. — Я не понимаю, чего ты хочешь, — наконец ответил он. — Какой ещё дом тебе нужен? — Ну знаешь, этот дом, где проходит покер, в общем, он принадлежит Ви, и я подумал, может… — Ты только вчера пообещал мне, что не будешь даже пытаться его искать. Зачем тебе? Хочешь ещё больше страдать? Хочешь знать, кто он? А если он публичный человек и будет постоянно мелькать у тебя перед носом? Чонгук стушевался и стал задумчиво тереть пальцем что-то прилипшее к стеклу окна. — Кое-что изменилось… Думаю, мы друг без друга не можем… Просто, плохо это понимали, пока не разошлись. — И с чего ты друг это решил? — Слушай, я узнал сегодня что-то важное. Мне просто… Понимаешь, если я не узнаю, то сгрызу самого себя. — Ты кормишь себя глупыми надеждами, Чонгуки… Он ведь знает, кто ты, и легко найдет, если ему будет нужно. — Юнги, ты бы не хотел узнать, кто такой Чимин, если бы не знал его личности, а он вдруг пропал, но оставил за собой шанс на взаимные чувства? — Не стоит приводить его в пример… — Не стоит бросать своего друга, когда все, что ему останется — это цепляться за неизвестность! — Чонгук ударил кулаком в оконную раму, нарушая тишину в квартире звоном колец. — Юнги, я рисовал себе идеальный мир в облаках и жил в нем, а потом меня оттуда скинули, и теперь я лечу, цепляясь за воздух, надеясь, что приземление в худшем случае просто не успею почувствовать. — Ты сходишь с ума… — Юнги, я сойду, если ты не помо… — Перестань. Я подумаю, ладно? Может, тебя отпустит к этому моменту. Займись пока чем-то рутинным и не мучай себя.

***

Чонгук смотрел на возвышающееся над ним здание, где находилось агентство. Его новое агентство. Оставалось стряхнуть с себя волнение, подняться к директору и предстать перед ним уверенным в своей профессии человеком. — Входите. Чонгук тихо прикрыл за собой дверь. Кабинет был небольшим. Стол притирался боком к панорамному окну, напротив возвышался бесконечно огромный для этой комнаты шкаф с книгами, в углу — два кресла, слегка развернутые друг на друга. В такой атмосфере не расслабишься. — Чон Чонгук, — представился он, слегка наклоняя корпус назад, а затем сразу же занимая место за столом напротив директора. — Кристиан Ю. Рад, что вы так быстро отозвались на мое приглашение, хотя ваше агентство тоже вполне успешно в последнее время. — Мое бывшее агентство. Да, думаю, мне будет спокойнее работать с вами. Директор довольно хлопнул ладонями и отъехал на стуле назад. — Расслабьтесь, Чон Чонгук, иначе я сойду с ума от вашего серьезного вида. Чонгук неуверенно посмотрел в сторону и слегка согнулся в спине. Кристиан недовольно закатил глаза. Чонгук откинулся на спинку и слегка улыбнулся. — Так-то лучше. Расскажите, что вам нравится?.. Они проболтали около часа. Чонгук рассказывал о том, как хотел с самого детства стать известным игроком в теннис, а когда стал постарше, захотел рисовать картины и дарить их одиноким людям на улицах, а, повзрослев ещё, решил, что просто хочет, чтобы люди всегда улыбались, глядя на него. — Когда я был маленьким, то мечтал дружить со звездами… — сказал вдруг Кристиан. — Настоящими звездами. Летать от одной к другой и заряжаться их энергией. — Получается, ваша мечта сбылась? — Думаю, да. Все так, как я и хотел. Ваша мечта ведь тоже сбылась. Весь разговор мне только и хочется, что улыбаться. Вот почему полезно мечтать… Если вы чего-то очень сильно хотите, оно обязательно в какой-то степени да случится. Если честно, Чонгук сейчас искренне, всем своим волнительно бьющимся сердцем, хотел только одного — найти Маску и посмотреть ему в глаза. Потом, может, накричать и гневно уйти. Это худший вариант, конечно. Но он все ещё лучше, чем ничего. Юнги не согласился ни через день, ни через неделю. Посоветовал подождать ещё, постараться успокоиться, и если все ещё будет невыносимо, то они снова обсудят это. Отвлекаться получалось редко и только в компании друзей. Одиночество каждый раз омрачалось копаниями в собственном сердце и тревогами о потере драгоценного времени. Такое состояние смогло настигнуть Чонгука даже в гримерке перед одной из фотосессий, когда Феликс вышел по делам на несколько минут. Чонгук бездумно смотрел на свое отражение и снова думал-думал-думал о том, как не увидит его больше никогда. За стеной послышался резкий звон нескольких голосов и шумные аплодисменты. Чонгук тряхнул головой и выглянул из-за двери. В центре большой студии, широким кругом, собралась компания из его знакомых и некоторого персонала. Чонгук ещё сильнее выглянул наружу, вглядываясь в центр круга. — Провожаем тебя как следует, Тэхен, не стесняйся и улыбнись, наконец! — сказал кто-то из толпы. — Мы будем скучать, но уж точно не по твоим недовольным бормотаниям! А вот по этим твоим сияющим глазкам уж точно… — послышался чей-то смех, и круг стал сгущаться — все обнимали Ким Тэхена на прощание. Чонгук задумчиво стоял у стены и наблюдал за этим с появившейся вдруг на его лице легкой улыбкой. Они все так любили его, а Чонгук даже не успел с ним нормально познакомиться. Может быть, тогда Тэхену бы не пришлось бросать любимое дело. — Сделаем-сделаем фото! — Чонгук услышал голос Феликса, когда тот бежал в сторону гримерки, а затем выскочил оттуда с телефоном в руках. — Чонгук? Давай с нами, мы фоткаемся, — и потащил его за руку в толпу. Чонгук уселся куда-то в ноги между Хенджином и не пойми откуда взявшимся Джисоном. Собрались здесь вообще, кажется, все. Даже Кристиан Ю почему-то затесался в толпе. — Один, два, три, — отсчитал кто-то из персонала, и блеснула вспышка, а затем еще одна, и еще… — Ура! — Феликс выбежал вперед и стал рассматривать фото. — Не переживайте, всем вам обязательно скину! Теперь давайте работать. Чонгук медленно поднялся с колен и стал пробираться сквозь толпу. — Ой, — пискнул он, врезавшись в кого-то и оперевшись руками в грудь. Чонгук поднял взгляд и встретился глазами с родинкой на чьей-то нижней губе. Он посмотрел ещё выше и замер на ещё нескольких родинках: на левой щеке, возле брови, на носу и на лбу. Ким Тэхен смотрел на него слегка потерянным и расстроенным взглядом. Чонгук почувствовал, как он убрал его ладони со своей груди, а затем подвинул в сторону, уходя дальше. Жаль, что так быстро — Чонгук не успел дорисовать по родинкам созвездие. Позже, вечером этого же дня, Ким Тэхен выложил пост, чтобы потом пропасть. «…Наверное, уже многие знают, что я завершаю карьеру модели. Я ухожу не потому, что меня вынудили, а потому что решил, наконец, вернуться к тому, что для меня счастье. Я не виню тех людей, которые оклеветали меня, а говорю им «Спасибо». Вы дали мне нужный толчок…» Чонгук незаметно для самого себя улыбнулся и отложил в сторону телефон. Больше ему там искать нечего.

***

— Юнги, так ты не поможешь мне? — Чонгук не продержался в разговоре на другую тему и десяти минут. С отказа Юнги прошло около трех недель, но ничего не изменилось. Отпустить свою идею он не мог. — Ты говорил постараться остыть, но… Кажется, я никогда не успокоюсь. Юнги тяжело вздохнул в трубку. — Хорошо, Чонгуки, давай так. Ты дашь мне этот адрес, и я посмотрю, кто владелец. Если он известная личность и часто где-то мелькает, то я не расскажу тебе. Если этого человека мы не знаем, то я дам тебе его имя. Идет? — Идет! — Чонгук радостно подскочил на диване и защебетал в трубку. — Ты самый лучший на свете, ты знал это? — Просто я добрый сегодня. Не думай, что я такой всегда. — Со мной ты почти всегда хороший… — Почти. — Почти… Юнги написал в тот же вечер и скинул Чонгуку имя. Ким Намджун. И что делать дальше? Найти его в соц. сетях и написать: «Привет! Я Чонгук. Помните меня? А помните, как разбили той ночью мне сердце, а потом написали то ужасное письмо, заставив меня надеяться?», чтобы точно оказаться заблокированным? Чонгук решил, что действовать по ситуации у него всегда получалось проще, поэтому решил сначала хотя бы где-то найти этого человека. В интернете под именем «Ким Намджун» сразу же вылезло множество статей о продюсере музыкальных клипов. Чонгук надеялся, что именно этот человек ему и нужен. Он несколько раз глубоко вздохнул и набрал номер, указанный на официальном сайте. Ответила девушка. — Здравствуйте! Чем я могу вам помочь? — Добрый вечер, извините, можно ли как-то связаться с Ким Намджуном? — Вам нужно обсудить с ним будущий клип, клип, над которым ведется работа, или уже готовый? — Ээээ, будущий… Мы до этого ещё не встречались. — Хорошо. Сможете приехать завтра по адресу к десяти утра? — Да, спасибо. — Записала вас. Спасибо за обращение! Чонгук сбросил звонок и взволнованно выдохнул. Завтра он встретится с ним. Завтра он узнает, как выглядит Маска, и они, наконец, поговорят обо всем. Без тайн и недомолвок. Как обычные люди. Колючий свитер раздражал кожу, и Чонгук жадно расчесывал шею, пока ждал назначенного времени. За стеной нужного кабинета раздавались негромкие голоса и редкий смех. Чонгук расхаживал вдоль коридора, цепляя ногтями выпирающие кусочки краски на неровных в некоторых местах стенах. Дверь распахнулась, и из нее выпрыгнула молодая девушка. — В общем, передам дизайнерам ваши указания, и все, как обычно, будет на высшем уровне! — сказала она напоследок и убежала мимо Чонгука, дальше по коридору. — Я могу войти? — Чонгук заглянул внутрь и встретился взглядом с высоким мужчиной, стоящим возле книжной полки. Ким Намджун уставился на Чонгука и ничего не ответил, только провел ладонью по коротким серебристым волосам и опустился на кресло. — Вы не ответили… — Чонгук стал рассматривать его. Почему он казался таким непохожим на Маску? Слишком много мышц и короткие волосы… Намджун глубоко вдохнул и отвернул голову к окну. — Прикройте за собой дверь, — сказал он, а сердце Чонгука пропустило удар. Нет, это был не Маска. Точнее, маска у него точно была, но чёрного цвета. — Так вы… — Чонгук подошел ближе и принялся рассматривать человека перед ним. — Зачем вы пришли, Чон Чонгук? Если честно, вы так давно не заглядывали к нам, что я стал думать, что стоит убрать вас из списков. Вы не отвечали на мои звонки. — Мне было тяжело отвечать на неизвестные… — Так зачем же вы нашли меня? — Я искал не вас… Простите… — Чонгук устало закрыл глаза. Все снова не так. Он снова не пришел туда, куда было нужно. — Вы искали Ви, правильно? Чонгук посмотрел в окно и легонько кивнул. Он искал не Ви, а того, кто скрывался за его маской. — Я не найду его? — спросил он, обводя пальцем контур стола. — А он этого хочет? Не проще ли вам вернуться в игру, найти себе подопечного и просто отпустить все это? — Вы меня не поймете… — Конечно, не пойму, но в моих силах попытаться это сделать. — Намджун, зачем вы загадали ему выбрать меня? — У меня не было никакого плана… Просто хотел скрасить Ви его одинокие будни. Он начинал казаться до невозможного неживым, вот я и посоветовал ему выбрать вас. — Я сделал только хуже… — Может быть, сейчас это и правда, но ещё несколько недель назад он был абсолютно счастлив. — Вы так думаете? Намджун кивнул и слегка улыбнулся. — Возвращайтесь в Маску. Я буду вашим наставником, хоть вы и знаете, кто скрывается под черной маской. — Я боюсь ваших желаний, — Чонгук поджал уголок губ и посмотрел Намджуну в глаза. Тот улыбнулся ещё шире, до морщинок вокруг глаз. — Вам стоит бояться своих. Вот так Чонгук и узнал. Как-то случайно и немного нелепо он узнал, кто скрывается под черной маской. Это не было тем, чего он хотел изначально, но почему-то стало вдруг немного легче. Казалось, теперь он стал ещё ближе к тому, чтобы узнать, кто такой Зеленая маска. Чонгук снова стал ездить на игры. Не так часто, как раньше, но бывал там около трех раз в неделю. Каждый раз он ступал на порог и провожал взглядом лестницу наверх, но все равно спускался в игровую. «Я не пользуюсь той комнатой с камином. Вы можете отдыхать там, если хотите», — сказал ему однажды Намджун, но Чонгук его предложением не воспользовался. Зато за это время он узнал, каково отличие желаний Намджуна от желаний Зеленой маски. Желания Ви всегда сопровождались его собственными порывами и даже зависели от настроения. Намджун же выбирал желания так, будто происходящее его никаким образом не касалось. За это время он успел загадать Чонгуку прыгнуть с парашютом (было страшно, но взбодрило); найти на улице бездомную собаку, отвезти ее в клинику, оплатить лечение и отдать в приют; зачем-то попросил слетать в другую страну и привезти ему сувенир — Чонгук привез ракушку с побережья Японии. — Только не проси меня снова куда-то улетать. Больше отпуск мне не дадут, — Чонгук сидел за игральным столом, положив голову на согнутые в локтях руки. — У меня есть фантазия, не беспокойся. — Этого я больше всего и боюсь… Намджун рассмеялся и облокотился о стол рядом с Чонгуком, взглянув на него сверху. — Чонгук, это желание может оказаться ошибочным, но я хочу, чтобы ты пошел вот в этот бар, — он протянул Чонгуку бамбук с адресом и названием. — И нашел там Ким Тэхена. Я дам тебе одного из наших людей, чтобы он пригласил Тэхена в игру. В общем-то, тебе там быть необязательно, но можешь прийти посмотреть. — Намджун, мне не нужны никакие подопечные… — Это весело! Не попробуешь — не узнаешь. В любом случае, у тебя нет вариантов. — Я ведь могу отказаться и заплатить. — Разве тебе самому не хочется немного поуправлять жизнью Ким Тэхена? — А если постоянно буду проигрывать я, а не он…? — Вам и необязательно участвовать в одних и тех же играх, — Намджун подмигнул ему. — Потому что, да, вы и правда постоянно проигрываете… — Даже если так, ведь он узнает мой голос. — Много ли вы общались? — Несколько… Точнее, один раз, но ведь он мог запомнить? — Уверяю тебя, все будет в порядке. Я знаю, что делаю.

***

Чонгук стоял перед баром и прятал под капюшоном лицо от моросящего дождя. Он думал, почему Ким Тэхен вообще должен быть в этом баре посреди ночи. Он медленно открыл дверь и услышал доносившуюся из основного зала музыку в стиле что-то вроде соул. — Вы опоздали на ночную программу на полчаса, — сказала ему милая девушка из гардероба и забрала намокшую ветровку. — Не знал, когда она начинается, — Чонгук вежливо улыбнулся ей и пошел сквозь коридор с громоздкими арками и винтажными картинами. Он зашел в небольшой зал и осмотрел сидящих за столиками людей. Все места были заняты, но никого с короткими светлыми волосами он не увидел. Где же Ким Тэхен? На сцене выступала девушка с песней, которую Чонгук, к сожалению, не знал. Она подмигивала публике и иногда махала кому-то рукой. Чонгук посмотрел на музыкантов, стоящих за ней. Вау. Чонгук не особо обратил внимание на всех музыкантов, кроме одного. Ким Тэхен стоял по левую руку от певицы, играл с прикрытыми в наслаждении глазами на саксофоне и покачивался в стороны, позволяя длинной черной юбке и длинной белой рубашке волнами раскачиваться вокруг него. — Вау… — прошептал Чонгук. Раньше он просто чувствовал от Ким Тэхена особую ауру, но теперь она стала практически заметной для глаз: тягучая и спокойная, с нотками карамельной сладости и боевой стойкости. Открой он глаза, зал бы точно покрылся драгоценным блеском от сияния его глаз. — Спасибо! Мы вернемся после небольшого перерыва. Отдохните и сходите подышать прохладным ночным воздухом, — певица широко улыбнулась и скрылась за сценой. Ким Тэхен спокойно складывал что-то на сцене и поправлял лежащие на полу провода. Люди в баре болтали и громко смеялись, а Чонгук стоял и всматривался из конца зала в состоящий из софитов силуэт того, чье имя ему в скором времени придется произносить чаще, чем когда-либо. Тэхен словно почувствовал на себе взгляд и повернулся, всматриваясь в толпу. Чонгук пригнул голову и шагнул чуть назад — в коридор. Этого хватило, чтобы его перестало быть видно, но не помогло не съежиться от взгляда Тэхена, задержавшегося на темном коридоре. Его глаза всмотрелись в глубину прохода, сквозь Чонгука, но ничего не увидели. — Извините, Ким Тэхен? — из коридора, пройдя мимо Чонгука, выскользнул мужчина. Чонгук узнал его сразу. Этот же человек предложил тогда Чонгуку вступить в Маску. Мужчина легким шагом оказался рядом с Тэхеном и тихонько потянул его за локоть в сторону. Тэхен не сопротивлялся, только почему-то ещё раз осмотрел зал, а затем последовал за мужчиной. Чонгук не слышал, о чем они говорили, но мог точно воспроизвести для себя диалог. Вот Тэхен с серьезным лицом вслушивался в чужие слова, потом слегка нахмурил лоб и опустил голову, затем снова ее поднял, легко улыбнулся, похлопал мужчину по плечу, что-то сказал ему напоследок и ушел. — Ну что? — Чонгук поймал мужчину в коридоре. — Сказал, что подумает, но попросил сильно не надеяться на его присутствие. Еще спросил, когда вообще его там ждут. Я ответил, что всегда, и сказал, куда если что написать, чтобы за ним заехали. В целом, такого ответа я от него и ожидал. — Почему? Мужчина пожал плечами, забрал из гардероба куртку и вышел на улицу, оставив вопрос и дальше висеть в воздухе. «Будет безопаснее, если он не придет…» — подумал Чонгук и снова оглянулся на зал. Люди там громко над чем-то смеялись и бренчали фужерами. «Он ведь сразу узнает мой голос, когда я заговорю. Намджун точно не обдумал свое желание как следует». На сцену поднялась новая девушка и объявила, что выступать дальше будет другая группа. Чонгук разочарованно вздохнул и пошел в противоположную от остальных людей сторону — к тишине ночного города и моросящему до сих пор дождю. Чонгук накрыл голову капюшоном и пошел вдоль небольшой пешеходной улицы. Он откинул голову наверх и вгляделся в небесную безмятежность. Чуть впереди сияла первая звезда. «В городе никогда не поймешь, видишь ли ты на небе звезду, или это просто очередной самолет, разрезающий воздух и птиц» — сказал ему однажды Маска, когда они рассматривали ночное небо из окна комнаты с камином. Чонгук остановился и снова посмотрел на небо. Звезда мигнула. Повсюду обман.

***

Пятый вечер подряд Ким Тэхен не приходил на игру. Здесь даже появились две новых девушки и один мужчина, но все не те, кого ждал Чонгук, хотя и опасался этой встречи. Зато он наконец осмелился подняться в их комнату и забился в самый ее угол, наблюдая за ее молчанием со стороны. В камине иногда потрескивало дерево, а в окно бились капли дождя. Такие разные стихии, а Чонгук ровно между ними. — Тук-тук, — в дверном проеме появилась черная маска. — Я войду? — Да, конечно, — Чонгук выполз из угла комнаты и сел в кресло — в то, где обычно сидел Маска. — Как думаешь, он все же придет? — Тэхен? — Чонгук кивнул. — Думаю, да. Ему нужно время. — Откуда тебе знать? — Просто предполагаю… — Не будь в своих предположениях таким уверенным… Это мы ещё не знаем, что случится, если он узнает мой голос. Это ведь будет до невозможного глупая ситуация! Чон Чонгук нацепил на себя маску и притворяется загадочным незнакомцем! Намджун откинулся в кресле и рассмеялся. — Чонгук, мы ведь и правда здесь все такие. Загадочные незнакомцы в масках, хотя под ними — обычные люди с до жути банальными личными проблемами. — Это не делает мою ситуацию менее глупой… — Может быть, немного и делает. В любом случае, не переживай — все будет так, как оно должно быть, и не стоит этого бояться. — Все равно надеюсь, что Ким Тэхен не придет сюда… Намджун почему-то хмыкнул и поднялся с места. — Сейчас будет игра. Пойдешь? — Новый проигрыш? — Кто знает… — Я. — То есть не пойдешь? — Пойду, конечно. Не тухнуть же мне здесь одному. Чонгук победил. Вот прям по-настоящему, в честной игре. Может быть, стоило держаться гордо, но он подскочил на ноги с радостным писком и небольшим победным танцем. Девушка справа от него тихонько засмеялась, а потом, друг за другом, его начали поздравлять все те, кто играл с ним до этого и, видимо, точно так же радовались его победе. — Жаль, мне некому придумать желание… — они с Намджуном снова остались в игровой комнате вдвоем. Впрочем, так происходило почти всегда. — А что бы ты загадал? — Смотря кому… — Тэхену. — Ох… Я об этом ещё не думал. Наверное, что-то, что сделало бы его счастливее. — А как же повеселиться? — Кажется, он только заново встает на ноги на новой работе… Не хотелось бы напрягать его ещё сильнее, — Чонгук задумчиво нахмурил брови. — Именно поэтому я думаю, что он не придет сюда. Ему это ни к чему… Они говорили почти всю ночь. С Намджуном это получалось легко. Он любил рассказывать простые на вид истории, а потом завершать их умными мыслями. Чонгуку тоже это нравилось, потому что от них он чувствовал себя как-то по-особенному в безопасности. В ту ночь Чонгук уснул в комнате с камином, свернувшись калачиком на неразложенном диване в углу комнаты и укрывшись теплыми воспоминаниями этой комнаты.

***

— То есть, я зря искал тогда этого твоего Ви? — Юнги наматывал на палочку лапшу, второй рукой рисуя что-то в блокноте. — Не совсем… Я познакомился с хорошим человеком благодаря этому. — И совсем ничего мне не рассказывал! — Юнги закатил глаза, а откуда-то из гостиной ему поддакнул Чимин. — Перестаньте! Я просто замотался с новым агентством и устал от самого себя и всех этих бесполезных тревог… — Чонгук злобно вонзил нож в картофелину, которую до этого ел. Чимин появился в дверном проеме и оперся плечом о дверной косяк. — Ты все ещё надеешься…? — спросил он, потупив взгляд. Чимин давно выпытал у Чонгука про Маску, но все равно почти никогда о нем не упоминал. — Я не знаю, как мне найти его, но надеюсь, что хотя бы просто услышу однажды в толпе его голос и всё пойму, — Чонгук кивнул собственным мыслям и ободряюще улыбнулся друзьям. — Все будет хорошо. Что-нибудь да придумается. — Конечно! — Чимин подбежал ближе и радостно повис у Чонгука на плечах. — Вселенной придется что-то придумать, иначе я просто сойду с ума смотреть за твоими вечными скитаниями в поисках возлюбленного. — Будешь мне ещё чаще об этом напоминать, и тогда Юнги придется искать своего возлюбленного, — Чонгук недовольно ткнул Чимина в бок локтем. — Давайте без меня, эй! — Юнги швырнул в них салфеткой, вызывая в ответ звонкий смех. Они просидели все вместе, в доме Чонгука, до самого вечера. Чимин вымолил остаться там на ночь и радостно вытолкал Юнги за дверь со словами «Тебе ещё на работу вставать», а теперь довольно лежал головой на коленях Чонгука и смотрел с ним какой-то научный фильм про космос. — Чонгук, ты совсем ничего не рассказываешь. Что ты сейчас чувствуешь? — Чимин повернул голову и попытался посмотреть в чужие глаза. Чонгук отвернулся к окну. — Зачем ты спрашиваешь? — Просто знаю, что, если ты это озвучишь, станет намного легче. Чонгук посмотрел на Чимина и щелкнул его пальцем по носу. — Я запрещаю себе отчаиваться и грустить… — начал он. — Как только все произошло, я будто перестал вообще что-то чувствовать на добрые полчаса, но потом осознание градом обрушилось на меня. Я плакал тогда. Много. Наверное, ты замечал. А потом я нашел… письмо и увидел в нем надежду. — Письмо от него? — Да… В общем, тогда я решил попытаться его найти — у меня был вариант. Юнги рассказывал? — Чимин кивнул. — Значит, ты знаешь, что ничего не вышло. Но надежда все ещё сидит у меня в легких и помогает не задохнуться. — Ты все еще влюблен в него? — прошептал Чимин. — Я думаю о нем каждый день, и не один раз. Почти каждое действие, которое я совершаю, сопровождается в моей голове мыслью «Ви сделал бы точно так же» или «Ви сказал бы, что я полный придурок». И это все происходит непроизвольно, понимаешь? Просто, я же помню, как мы общались. Помню, как трепетал от его касаний и как он реагировал на мои… Помню, как утонул в его глазах, хотя видел их всего пару секунд… Чимин хмыкнул, мечтательно улыбнулся и похлопал Чонгука по щеке. — Да ты от него без ума. Чонгук улыбнулся ему в ответ. — Он ещё найдется, Чонгуки. Обязательно найдется…

***

Комната с камином пропахла ночью, но все ещё отдавала запахом корицы. Чонгук развел огонь и сидел на полу, грея о него один бок, пока сидел на полу, читал «Вино из одуванчиков» и дожидался начала игры. Дверь шумно открылась и в нее влетел Намджун. Чонгук от неожиданности слегка вздрогнул и посмотрел на него взглядом, полным осуждения. — Ким Тэхен здесь, — этим он ошарашил Чонгука ещё сильнее. — Что?! — Не иди на следующую игру — вдруг проиграешь. Я приведу его сюда к тебе, хорошо? Чонгук подскочил на ноги и взволнованно посмотрел вокруг. — Хочешь, чтобы он пришел… сюда…? — Что-то не так? Чонгук поджал губы и посмотрел на пустующее кресло. Не хотелось пускать сюда кого-то чужого. Не хотелось видеть в этой комнате напротив себя не Маску. Намджун подошел ближе и понимающе похлопал Чонгука по плечу. — Все в порядке. Может быть, он вообще откажется подниматься сюда. — Я надеюсь на это, если честно. Если бы не твое желание, я бы жил намного спокойнее. — Всегда пожалуйста. Намджун развернулся и уже почти вышел из комнаты, когда развернулся, чтобы прошептать «Жди гостей», и, наконец, закрыл за собой дверь. Чонгук устало плюхнулся обратно на свое место на полу и ткнулся лбом в каменную плитку камина. Вот бы никаких гостей в итоге здесь не оказалось… Чонгук не сдвигался с такого положения практически час, а только витал в собственных мыслях, иногда ковыряя пальцем выемку в полу. Где-то на лестнице раздались голоса. Чонгук подскочил, звонко приложившись макушкой о каминную полку, а затем с важным видом сел на кресло Маски. — Надеюсь, вы хорошо поболтаете, — раздался из-за двери голос Намджуна, и дверь отворилась, впуская в комнату гостя. Первой Чонгук увидел бордового цвета маску со спадающими на ее лоб растрепанными светлыми волосами. Ким Тэхен слегка кивнул ему, прикрыл за собой дверь и опустился в кресло, слегка на нем поерзав. Чонгук прокашлялся — не хотелось, чтобы в такой важный момент его голос вдруг задрожал. — Доброй ночи, — сказал он, слегка склонив голову вбок. — Надеюсь, вы хорошо провели время. Тэхен тоже прокашлялся. — Не хотите поменяться местами? Сидеть здесь безумно некомфортно, — сказал он. Чонгук вздрогнул. Воздух в комнате тоже. Даже камин больше не потрескивал. — Что за… — Чонгук поднялся с места и встал к Тэхену вплотную. — Снимите это, — он указал на маску. Тэхен медленно подцепил сзади ленту, и маска с глухим звуком упала ему на колени. Он пристально смотрел на Чонгука, а в его медовых глазах повисла тревожность. — Как меня зовут? — спросил Чонгук полушепотом. — Чонгуки, я… Чонгук отшатнулся назад и неверящим взглядом уставился на Тэхена. Собственное имя звучало этим голосом так правильно, но все это казалось таким несправедливым. В груди что-то звонко друг о друга стучало, мешая нормально вдохнуть. — Вы и правда Ви? — последняя надежда на то, что Чонгук просто сходит с ума. — Да. Я и правда Ви.