Новая игрушка

Куро ещё долго лежал на мягком ковре в позе эмбриона и тихо всхлипывал. Слёзы, не переставая, лились из его покрасневших глаз, немая истерика не хотела заканчиваться, а только набирала обороты. Все тело ломило, и не было сил ни встать, ни двигаться — живот начинало сдавливать, словно на него опустили свинцовый булыжник, отчего дыхания катастрофически не хватало. Осознание, что Рома сегодня придёт не один, пугало Куро. Он давно предполагал что парень способен на многое, лишь бы заполучить желаемое. Куро невольно представил, что кто-то ещё будет мучить его тело, и внутренности сжались от страха. Для него испытывать подобные эмоции было впервые, он до определенного момента представить не мог, что Рома сможет опуститься до такого, и это ещё раз доказывало: Куро совершенно не знает, что творится в голове своего насильника. А как хотелось бы… В таком положении Куро и уснул. Сон был пустым, темным, в голове не было ничего. Совершенно. И отчасти серый был рад, потому что хотелось забыться, стереть все, как страшный надоедливый сон, что мучает каждую ночь, или перемотать на тот момент, где он отчаянно отбивался от охраны Ромы, дабы все изменить в свою пользу. Ближе к вечеру парень всё-таки проснулся из-за жесткой поверхности, которую не мог смягчить даже пушистый ковер; его спина затекла. С большим трудом потянувшись, Куро аккуратно встал и, покачиваясь, прихрамывая от ноющей боли, направился в ванную. В глазах двоилось, но он продолжал идти. Добравшись до нужного ему места, Куро с большим трудом проделал все ванные процедуры и пошел обратно в комнату. Сон все ещё преследовал его, поэтому он лег на кровать и вновь провалился в глубокий сон. Безразличие поглотило его, и сейчас он совершенно не ждал Рому, не ждал того, кто с ним придет и что они с ним сделают. У него не осталось больше надежды на спасение. Теперь просто хотелось забыться… Куро проспал так до вечера следующего дня. За это время Рома пару раз заходил к нему. Он просто сидел на кровати и мягко поглаживал спящего парня по волосам, слегка улыбаясь. Было странно, но рома6 оставался совершенно спокойным, не смотря на то, что он собирался сделать в скором времени. «Псих!», — подумал бы кто-нибудь. Но он сам не понимал, что с ним творится. Смешение чувств сводило его с ума, это было похоже на раздвоение личности, когда испытываешь, казалось бы, два совершенно несовместимых чувства одновременно и попеременно: интерес и пренебрежение, похоть и злость, нежность и грубость. Ромка сам не мог разобраться, и это не меньше злило его натуру. — Набирайся сил, Куро. Они очень скоро тебе понадобятся… — перед каждым уходом тихо шептал он… ___ «Набирайся сил, Куро. Они очень скоро тебе понадобятся…», — Куромаку проснулся от этих слов. Они крутились у него в голове, словно какой-то навязчивый шум, от которого старательно пытаешься избавиться. Куро будто видел сон, где Рома сидел на кровати и гладил его по голове, а эти слова были единственными и самыми запоминающимися, врезающимися в воспалённое сознание. Присев на кровати, Куро ещё раз прокрутил в голове этот «живой» сон и, выругавшись, не веря положительному поведению Ромы, встал. После долгого сна безумно хотелось еды и воды. Недолго думая, Куро, надев на себя нижнее белье и майку, подошел к двери и стал без остановки стучать, крича, чтобы ему принесли еды, однако за дверью тишина, словно в доме не было ни единой души. Простояв минут пять, парень, наконец, сдался и, громко послав всех куда по дальше, направился в ванную — ему необходимо было взбодриться и сбить сонливость прохладным душем. Выйдя, он с удивлением заметил, что на прикроватной тумбе стоял поднос с тем, что он так отчаянно просил. Куро лишь улыбнулся, подходя к кровати, и, не раздумывая, принялся поглощать пищу. На вкус еда и вода показались ему несколько иного вкуса — горькой или соленой, — но голод подавлял вкусовые рецепторы, поэтому он просто съел всё до единого кусочка. Наевшись, Куро вновь развалился на кровати. Теперь, когда все нужды были удовлетворены и голова стала совсем пустой, он стал думать о Роме. Странно, но парень за все это время ни разу не появился в его комнате, и Куро это заставило забеспокоиться. Его посетило противное предчувствие затишья перед большой бурей, от которой не найти спасения, кроме как впасть в пучину волн. В их последний раз он потерял сознание, а что может быть на этот, Куро совсем не представлял. Рома всегда брал так, как хотел, не считаясь с его мнением: грубо или нежно, с долгими мучениями или быстрым перепихом. Но Куро должен был отдать должное, Рома за все это короткое время был опытным любовником, не смотря на его грубость. Он всегда заставлял Куро изгибаться в своих руках, стонать от его точных движений, поддаваться на ласки, подчиняться грубости после препирательств, которые только больше распаляли огонёк азарта в глазах Ромки. Постепенно становилось жарко… Но теперь парень будет не один. Он приведет совершенно незнакомого для Куро человека и позволит ему касаться его, целовать, ласкать. Куро вновь представил все это в своей голове, в очередной раз доказывая полноту своих фантазий… Соски медленно возбуждались от покрывающих ореол мурашек, а тугой ком связал низ живота… Глаза парня вдруг расширились от удивления. Он стал возбуждаться только от этих грязных мыслей. Куро резко сел в кровати и посмотрел на свой член, который прилично выпирал из-под ткани боксеров и продолжал твердеть, наливаясь кровью. «Чёрт, что это такое?», — парень запаниковал. Он быстро встал с кровати и начал ходить по комнате, при этом махая на себя рукой, дабы сбить температуру, что сейчас обжигала лицо. Парень пытался отвлечься, но становилось только хуже, будто в какой-то момент он потерял контроль над своим телом. Ноги уже подкашивались, а возбуждение нарастало, казалось, в геометрической прогрессии. Парень снял с себя всю одежду и попытался привести дыхание в норму, однако и это было тщетно. В последней надежде Куро рванул в ванную, дабы умыться и прийти в себя, но и это не помогло. Лицо полыхало пурпурным цветом, а руки дрожали. Внезапно до его сознания начало доходить, почему еда была странного вкуса… — Твою мать, Ромео, что ты мне подсыпал? — полустоном сказал Куро, пряча лицо в ладони. Свободная рука так и тянулась к возбуждению, дабы снять болезненно пульсирующее напряжение, но остатки разума говорили Куро, насколько это низко и противно, поэтому он с титаническим усилием отдергивал руку. Куро уже хотел выйти из ванной комнаты, как внезапно дверь распахнулась, и вошел виновник «прекрасного» состояния, от которого хотелось выть. По выражению лица Ромы можно было сказать, что он в хорошем настроении. — Малыш, ты тут? — улыбаясь, проговорил он и сделал шаг в сторону дрогнувшего Куро. — Какой я тебе нахрен малыш? Что ты мне подсыпал в еду, что? — Куро попятился назад, а Рома в это время, подобно хищнику, двигался в его сторону. — Ничего плохого. Просто одна очень хорошая вещь, которая поможет тебе расслабиться, — оскал Ромы не предвещал ничего хорошего. — Но, кажется, я переборщил с дозой, — он плотоядно посмотрел на подавленное состояние Куро, постепенно опуская взгляд вниз к возбуждённому члену, и усмехнулся. Афродизиак дал свой эффект. — Но ничего, так даже лучше, — он сделал ещё один шаг навстречу парню. Расстояние оставалось критически маленьким. Куро только судорожно сглотнул от поедающего взгляда. Сделав ещё один, решающий, шаг назад, он внезапно потерял равновесие из-за скользкого кафеля и дрожащих ног. Зажмурившись, он уже готов был принять на себя серьёзный удар, но крепкие руки Ромы быстро подхватили его, не дав упасть. — Какой же ты всё-таки неуклюжий, — прошептал Рома, пристально смотря в глаза Куро. — Пошли, пришло время наказания… — он опять расплылся в улыбке и, резко перекинув парня через плечо, направился в спальню. — Нет! Я не хочу, — Куро что есть мочи стал вырываться, ударяя кулаками по спине, но из-за возбуждения сил заметно поубавилось. — Тише, малыш. Наказание же будет очень приятным, — Рома шлепнул парня по ягодице и несильно сжал её, отчего Куро тихо простонал против своей воли. — Знакомься, Куро, — Рома аккуратно поставил парня на пол и, придерживая его за талию, подобно кукле, повернул лицом к незнакомцу. Куро где-то с минуту рассматривал этого парня, а тот, в свою очередь, не сводил оценивающего взгляда с него. В какой-то момент Куро стало безумно стыдно, ведь сейчас он стоял совершенно голый, перевозбужденный перед незнакомым человеком, который буквально прожигал его взглядом, явно показывая свои намерения. Хотелось спрятаться за спиной Ромы и не показываться, пока этот человек не уйдет. Куро сделал шаг назад, тем самым прижимаясь к груди Ромы, и в страхе прикрыл глаза, а тот только ухмыльнулся и, чуть наклонившись, прошептал на ухо: — Ну, что ты? Не бойся. Это Пик, — руками он медленно провел по низу живота Куро, словно знал наизусть чувствительные точки парня, отчего тот судорожно выдохнул. — Он не сделает тебе ничего плохого… Пока я не скажу, — правая ладонь спустилась ещё ниже и погладила лобок, кончиками пальцев слегка задевая основание члена. — А-ах, — тихо простонал Куро, откидывая голову на плечо Ромы и хмуря брови — возбуждение граничило с болью. И снова парень мучил его своими играми, получая удовольствие. — Скажи, он прекрасен. А его голос, — заворожённый, шептал Рома, обращаясь к Пику. — Согласен. Не ожидал, что он настолько хорош, — впервые заговорил незнакомец. Его голос был мягок, с нотками интереса. Он медленно подошел к парням и, подняв руку, плавно провел по часто вздымающейся груди Куро. — Сегодня он тоже твой, — тихо проговорил Рома. — Мы сможем наслаждаться им всю ночь, — он стал медленно покрывать шею Куро невесомыми поцелуями, поглаживая руками область паха. — Уже не терпится, — Пик невесомо прошёлся ладонями по бедрам Куро и облизал нижнюю губу, а Куро ю, испытывая бессилие и безысходность на пару с возбуждением, слушал и не пытался сопротивляться. Сегодня ему придется отдаваться сразу двоим и самому получать удовольствие… или боль. Он не мог предугадать наверняка, что на этот раз ждёт его, поэтому оставалось только плыть по течению, проклиная методы своего похитителя. Внезапно Рома резко развернул его к себе лицом и впился в губы жадным поцелуем. Куро поначалу опешил, от чего Рома, воспользовавшись моментом, сразу же углубил поцелуй, но потом, терзаемый совестью, стал поддаваться мягким губам и бархатному языку парня, что буквально насиловал его рот. — Ммм, — Куро приобнял рому за талию. Почему ему начинает сносить голову, когда Рома только целует его? Почему мысли превращаются в одну сплошную кучу, когда он чувствует, как язык парня напористо ласкает его нёбо? Такая реакция пугала самого Куро. Столь смешанных чувств он никогда не испытывал. И это было более, чем странно. Он уже забыл про второго парня, желая полностью отдаться в руки Ромы и самому получить удовольствие. Тем более, что член давно болезненно пульсировал и истекал естественной смазкой. Однако внезапно Куро почувствовал, как горячий язык медленно спускается вниз по его позвоночнику, а большие ладони гладят его ягодицы. — Ты так быстро перестал сопротивляться, — оторвавшись, горячо прошептал Рома, довольный своей очередной победой. — Я удивлен, — он нежно погладил Куро по щеке. — У меня просто нет другого выхода из-за тебя, — прошипел Куро, несильно выгибаясь в спине. Тело перестало слушаться своего хозяина. — Просто расслабься, Куро, получай удовольствие и доставляй его нам, — Рома медленно стал спускаться поцелуями ниже, пока Пик ласкал его бедра и ягодицы руками. — Наказание будет мучительно приятным и очень долгим… — прошептал Рома, целуя головку возбужденного члена. — Ах, Рома, — Куро слегка поддался вперёд, а парень, не раздумывая, вобрал головку в рот и стал посасывать её круговыми движениями. Пик в это время опустился к заднице Куро и, аккуратно раздвинув упругие ягодицы, коснулся кончиком языка ануса парня, чтобы в следующий миг ст легка проникнуть им вовнутрь. Чуть позже, осмелев, парень стал интенсивнее водить язычком по промежности Куро. Ноги серого подкосились от внезапных ощущений и удивления, а бедра безвольно поддавались то вперед, то назад. Если бы его не держали две пары сильных рук, то он бы давно упал на пол. Рома усилил свои движения ртом и уже вбирал член Куро почти до основания. Его рука мягко сжимала яички парня, несильно оттягивая их, от чего Куро только сильнее стонал. На несколько секунд Куро почувствовал, что горячий язык исчез, но не успел повернуть голову, как почувствовал, что в него резко на всю длину вошел один палец, смазанный холодным лубрикантом. Из-за растянутой дырочки он не почувствовал боль, только наслаждение, которое подхлестнуло к приближению оргазма. — А-ах, — Куро протяжно простонал и, выгнувшись дугой, обильно кончил в рот Ромы. На секунду он подумал, что не стоило этого делать, но было уже поздно. Рома выпустил член изо рта и, в мгновение поднявшись, грубо поцеловал Куро, переливая всю его сперму. — Глотай, — охрипшим голосом приказал Рома, оторвавшись от губ. Куро покорно проглотил, все ещё тяжело дыша, ибо палец Пика до сих пор двигался в нём, ища простату. И не смотря на полученную разрядку, его плоть всё ещё стояла колом, требуя к себе внимания. Пик тем временем резко вставил ещё два пальца, сгибая их и надавливая на стенки ануса. Вот теперь Куро стало больно. Он попытался как-нибудь соскочить с них, но Рома вовремя удержал его. Куро не мог понять, почему этот парень никак не найдет простату, чтобы уменьшить боль, однако, он упустил тот факт, что Пик мог специально причинять дискомфорт, тем самым наслаждаясь мучениями парня. — П-пожалуйста, мне… больно, — пролепетал Куро, морщась от неприятных ощущений. — Молчать! Ты должен подчиняться и слушаться! — резко сказал Рома и наклонил парня, тем самым ставя его раком и открывая большее пространство для Пика. Расстегнув свои штаны, Рома приспустил их с себя вместе с боксерами, одной рукой все ещё держа голову Куро. Его член уже был возбужден, и Рома больше не собирался терпеть. Не теряя ни минуты, он грубо вошел в приоткрытый рот Куро и стал двигать бедрами, буквально трахая парня и не давая ему даже нормально вздохнуть. Тот стал вырываться, но крепкая рука сильно сжимала его волосы, ограничивая любое движение. От резких толчков Куро начинало тошнить. Было безумно неприятно и противно от подобного обращения, но внезапно по телу прошла приятная волна — Пик-таки надавил на простату, принеся парню толику наслаждения. Дальше он стал двигать пальцами только в этом положении. Они как будто поменялись местами. Теперь Рома доставлял боль, а Пик — наслаждение. Оба парня подстроились под ритм друг друга и входили в Куро одновременно. Куро было и приятно, и больно. Он морщился и в то же время стонал от каждого попадания по простате, бесстыдно заставляя иметь себя так, как им угодно. Его член всё ещё стоял колом и требовал разрядки, которой он никак не мог получить. Внезапно Пик вытащил пальцы, отчего Куро почувствовал неприятную пустоту, но вскоре, после некоторого копошения, которого Куро не мог увидеть, его заполнил внушительных размеров член Пика. Гортанный вскрик вырвался из уст Куро, и он хотел было отстраниться от члена Ромы, но тот ему не позволил, продолжая ритмично двигаться и хрипло стонать от горячего и влажного рта. По ощущениям Куро понял, что Пик был в презервативе, обильно смазанным лубрикантом. Парень резко вошел в него на всю длину, не заботясь о боли, которую мог принести, и стал быстро двигаться, растягивая стенки кишечника. Сделав пару интенсивных толчков, Пик ударил головкой по простате, заставив Куро простонать ещё громче. — Какой он горячий, — порывисто прошептал Пик, двигаясь в узком теле. Он вновь подстроился под ритм Ромы и стал вколачиваться в Куро, постанывая от получаемого удовольствия. Его яички громко и пошло ударялись по промежности Куро, а член входил до самого основания в такую аппетитную задницу, на которой он сейчас оставлял синяки своими пальцами. — А-а-ах, — Рома сделал последний толчок и, выгнувшись, обильно кончил в рот Куро. Парню ничего не оставалось, как все проглотить, дабы не задохнуться. На вкус она показалась ему не такой противной, немного горьковатой и очень густой. Пик не стал медлить и тоже излился с немым стоном на губах. Куро в это время обессиленно потянулся рукой к своему члену, дабы тоже кончить, но рука Ромы резко перехватила его. — Нет-нет, малыш. Тебе ещё рано… — прошептал он и завел его руку за спину. Пик, всё ещё не выходя из Куро, перехватил её. Попутно он завел за спину и вторую руку, тем самым вновь ограничивая движения парня. — Пожалуйста, м-мне больно, — прохрипел Куро. Горло опять саднило, а член как на зло болезненно пульсировал. — Ну же, ты хороший мальчик. Потерпи, — наигранно сладко произнес Рома, вновь наклонившись к уху Куро. — Тем более, у меня есть одна идея… Рома подошел к прикроватной тумбочке, на которой в очередной раз стояла черная небольшая коробка, и достал оттуда несколько тонких, но длинных фаллоимитаторов. Куро в ужасе смотрел на эти вещи и уже знал, что с ними будет, вернее, где они окажутся. Пик только усмехнулся, смотря на игрушки. Его член плавно выскользнул из ануса Куро и теперь терся о ягодицы парня. — Ну, давай, открой свой ротик? — Рома медленно провел фаллоимитатором по губам Куро. — Тебе же потом будет легче, если сейчас ты это сделаешь… От безысходности Куро открыл рот и игрушка сразу же оказалась в нем. Он стал интенсивно сосать её, обильно смачивая слюной. Рома только усмехнулся, смотря на это зрелище, и член начинал снова возбуждаться. Губы Куро скользили по гладкой поверхности и блестели от слюны. Невольно Рома сглотнул. Куро выглядел сейчас безумно сексуально. — Так, — протянул он. — А теперь ещё один, — Рома вставил в его рот ещё одну игрушку. — Соси… — Куро покорно выполнял приказы Ромы, хоть и на душе было до ужаса паршиво. Затем Рома вставил в него третий фаллоимитатор и четвертый. Щеки начали болеть от такого количества, но вытащить эти игрушки он просто не мог, поэтому, причмокивая, продолжал смачивать их слюной. — Какой он у тебя послушный. А ты говорил, что он сопротивляется… — Пик небольно шлепнул Куро по заднице. — Но признаю, он великолепно стонет… — Я сам удивлен его покорности. Видел бы ты его несколько дней назад… — Рома медленно двигал игрушками во рту Куро и завороженно наблюдал за ним. — Вот так, хороший мальчик… *** Куро лежал на кровати в коленно-локтевой позе, широко расставив ноги и оттопырив попу. Между его ног лежал голый Рома и медленно вбирал член парня в рот, помогая себе рукой. Второй он двигал фаллоимитаторами внутри задницы Куро. Он поочередно вставлял их, наслаждаясь тем, как Куро изгибается от этого. Пик в это время пристроился спереди и трахал Куро в рот. Он наслаждался горячей полостью парня, входя в него то быстро, то медленно, а громкие стоны удовольствия, которые издавал парень, только распаляли его тело и сознание, ибо звуковые волны мягко проходились по чувствительному члену. — А сейчас будет ещё приятнее… — после этих слов, Рома включил все четыре фаллоимитатора. Они хаотично задвигались внутри Куро, и тот ещё громче застонал и выгнулся в спине. Это была мучительная пытка для парня. Игрушки, вибрируя, постоянно попадали по простате и скользили по стенкам ануса. Ромс опять вобрал член куро в рот и стал медленно посасывать его, рукой все ещё двигая игрушки внутри парня, вставляя их до самого основания. Пик в это время вытащил свою плоть изо рта парня и, приподняв её рукой, заставил Куро вобрать свои яички в рот. Тот покорно исполнил немой приказ и, причмокивая, стал посасывать их, слегка оттягивая на себя. — А-ах, вот так, — Пик стал быстро дрочить себе, второй рукой держа Куро за волосы. Куро метался, не зная, куда поддаваться. Ему осталось совсем чуть-чуть, и он получит ошеломительный оргазм. Порошок, который Рома подсыпал ему в еду, всё ещё действовал и затуманивал его разум, оставляя только похоть и желание. Рома тем временем стал быстрее вводить игрушки в анус и интенсивнее вбирать плоть куро в рот. — Рома! — Куро выпустил яички изо рта и, выгнувшись, как кошка, обильно кончил в рот парня с протяжным стоном, в котором отчётливо Рома слышал своё имя. Одновременно с ним с громким стоном, кончил и Пик, пачкая лицо парня спермой. Пик обессиленно повалился на кровать, пытаясь привести дыхание в норму, Куро же вовсе выпал из реальности. Он повалился грудью на подушки все ещё оставив оттопыренную задницу. Рома выпустил его член из своего рта и, ухмыльнувшись, вылез из-под раздвинутых ног, вставая перед его попкой на колени. Он вытащил из него три фаллоимитатора, оставляя только один так, чтобы он сильно бил по простате, после чего резко вставил свою плоть в растраханную дырочку Куро. Парень вскрикнул от неожиданности, но стал поддаваться горячей плоти, тихо постанывая охрипшим голосом. Рома быстро и в то же время интенсивно насаживал Куро на себя, крепко держа его за бедра и при этом негромко постанывая от новых и весьма приятных ощущений. Вибрирующая игрушка, которая посылала волны по его члену, ударяя по головке, делала ощущения в два раза ярче, а горячая и узкая дырочка крепко обволакивала плоть, сжимая и разжимая её внутри себя. Роиа долго имел его, то быстро, то медленно, шлепая по ягодицам и гладя по пояснице. Он наслаждался Куро с каждым толчком, а Куро стонал, получая от плоти внутри себя ошеломляющее удовольствие. За это время он пару раз кончал и снова возбуждался. Было странно, но даже Пик не мог дать того ощущения на грани с потерей сознания, что давал ему сейчас Рома. Пик в это время лежал на кровати, завороженно, с интересом смотря на совокупляющуюся пару, и был слегка удивлен. Вроде бы Рома считался насильником, который украл Куро для личных целей, и Куро должен был ненавидеть его, но как на зло поддавался на ласки. Отдавал всего себя и принимал каждую игру парня. Да, он сопротивлялся, но потом, когда Рома начинал свою игру, он получал от этого удовольствие, подчиняясь всем приказам, как кукла, подчиняющаяся своему кукловоду. Да, Пик видел пару видео с играми Куро и Ромы. Парень, прежде чем познакомить его с Куро, немного рассказал о нём и показал записи. И сейчас Куро все так же страстно ведет себя, и нет, это не действие того порошка. Здесь спрятано что-то другое, более глубокое, что сам Куро понять никак не может. Да и Рома запутался в своих чувствах и эмоциях к этому парню. — Пик… О чем ты задумался? — Рома все ещё двигался в Куро, тяжело дыша, а тот, насколько позволял ему охрипший голос, стонал и скулил. — Нет, ни о чем. Мне просто нравится та картина, которую я наблюдаю, — Пик присел и плавно провел рукой по своему возбужденному члену. — Не хочешь присоединиться? — Рома остановился и плавно вытащил вибратор из попы Куро. Пик немного удивился, смотря то на Рому, то на Куро. — Давай, я хочу проверить его… А-ах, — Рома ещё раз резко вошел на всю длину, от чего раздался пошлый шлепок двух тел. Недолго смотря на парней, Пик все-таки согласился, сделав короткий положительный кивок. Рома расплылся в широкой похотливой улыбке и вышел из Куро. — Нет, нет, нет… — обессиленно шептал Куро, когда Рома, лежа на кровати, клал его на себя, широко раздвигая ноги и оттопыривая попу. Парень не мог ничего поделать, тело совсем ослабло, и не было сил даже шевелиться. Рома снова вошел в него, делая пару плавных движений. Пик в это время надел презерватив, смазав его лубрикантом, и пристроился сзади Куро, медленно начиная входить в него. Куро закричал настолько громко, насколько позволял его организм. Он попытался хоть как-то вырваться, но крепкие руки Ромы держали его, подобно оковам. — Тише, тише, малыш, — Рома нашел его губы своими и вовлек в горячий поцелуй, отвлекая от боли. Постепенно Пик полностью вошел в Куро. Парни начали двигаться в нём, медленно, тягуче. Рома в унисон с Куро стонал в поцелуй, а Пик порывисто дышал, нежно целуя спину Куро. На долго Ромы не хватило. Он излился в Куро уже через пару толчков, ибо было очень горячо и узко. Выскользнув из дырочки, он оставил парня лежать на себе и наслаждаться его стонами, пока Пик быстро трахал его. Лицо Ромы было напротив лица Куро, и он видел, как лицо парня искажается от удовольствия, а из сексуально приоткрытого рта вылетают тихие и громкие стоны. Через несколько минут Пик кончил. Сделав ещё пару ленивых толчков, он вышел из Куро и снова повалился на кровать. Куро в конец обессилел. Он упал на грудь Ромы, пытаясь привести дыхание в норму… Небольшая передышка, а потом опять эти мучительные ласки, это тягучее наслаждение. Они меняли позу за позой, имели Куро, как игрушку, то по очереди, то вместе, кончая в него и на него, а он и слова сказать не мог. Свое развлечение парни закончили только под утро, когда и Рома, и Пик просто выбились из сил. Куро уже давно находился в отключке, развалившись на кровати в позе морской звезды. — И всё-таки странный ты, Ромео. Сколько тебя ни знаю, всегда тобой удивлялся, — усмехнулся Пик, лениво надевая на себя брюки. — Ты никак не можешь понять, что начал чувствовать совсем очевидное. То, что ты никогда не испытывал. — Это не так, — прошипел Рома, смотря на Куро. — Это всего лишь интерес. Пока он мне не надоест, я буду иметь его. Он будет моим, и я просто уверен, что мне вскоре наскучит его тело. — Но ты видишь, как он смотрит на тебя, хоть и испытывает к тебе ненависть, что логично в его положении? Ты видишь, как только один его взгляд сводит тебя с ума? — Нет! Это не так! — зло прикрикнул Рома, перебивая друга. — Господи, Пик, только не начинай опять применять свои психологические штуки… — Я и не собирался… Просто констатирую очевидное, — спокойно ответил Пик. — Ты скоро сам это поймешь… Только после того, как это случится, не сделай хуже. Не делай ему больно. Он ещё совсем мал… А я знаю, как ты это любишь делать, — вздохнув, тихо проговорил он. — Спасибо за эту ночь. Она была прекрасна… — после чего Пик тихо вышел из спальни, оставляя Рому в раздумьях о спокойно спящем Куро…