Генрих возвращается в Сибирь!

      - Интересное чтиво, - сказал Мор, перебирая бумаги из коробки деда Паши. – И перевод довольно качественный…       - Но что-то не так?       - С переводом? Ничего. А вот к автору оригинала вопросы есть. И очень много, - в очередной раз перечитывая старинный лист бересты. – Читаю и слёзы наворачиваются. Бедный и несчастный Велес…       От хладнокровного и резкого голоса оборотня, у Генриха мурашки по спине пробежались. Столько яда в словах он ещё никогда не слышал от волка.       - Ну, Велес, по легендам, не то чтобы ангел во плоти, - тихо пробормотал Мирослав, сжимая в руках большую кружку с отваром в руках. – Но и плохим он никогда не был, ничего особо злого не делал.       - И ты, Мирослав, отчасти прав. Людям он ничего плохого не делал. Особенно женщинам.       - Не понял?       Удивились Никифор, Мир и Генрих, но волк неожиданно замолчал. Всем своим видом показывая, что не намерен пока говорить. Поэтому три любопытных пары глаз уставились на Кощея. От столь большого внимания тот немного стушевался, нервно хихикнул и попытался спрятаться за кружкой. Вот только злой рык рыси пригвоздил руки к столу.       - Велес, когда отшельником заделался, - наконец-то заговорил бессмертный, - аж до наших земель дошел. И я имел честь с ним познакомиться… Много интересного от него узнал…       - И? Долго мы тишину слушать будем?       - Не надо на меня рычать, кошатина… Это довольно интимные вещи. Дай с мыслями собраться. Этот Велес много чего интересного рассказывал. Как людям помогал, как женщин кадрил… Чаще, конечно, про баб говорил. А ещё жаловался. Он, когда отшельником стал, бабы на него внимание совсем перестали обращать. Даже обаяние божественное не срабатывало. Внешность для них была намного важнее. Вот и появилась у него идея. Заключить сделку с мирозданием на новое своё воплощение в человеческом обличии. Шанс на новую жизнь в новом теле.       - Не понял, - возмутился Генрих. История, несомненно, интересная, но как-то сути он всё никак понять не мог. – При чем тут мы? Ну захотел этот бык-осеменитель себе новое тельце, чтоб и дальше женщинам нравиться. При чем тут я? Мирослав?       - В том, что я рушу все планы, - тихо объяснил Мир, не отрываясь от кружки с отваром.       - Мирослав…       - Нет, Генрих. Это ты, в тебе есть часть Велеса. Достаточно большая. Он же мой облик создал по желанному подобию… Поэтому у нас с тобой достаточно многих общих черт лица. А так внешность Велеса оставляла желать лучшего, сама посредственность. Как и всё остальное…       Я встретил Велеса ещё щенком. Тогда он не познал власти и тщеславия. Он выкормил и вырастил меня, дал имя. Я был его преданным другом. Всегда следовал за ним, верил каждому слову. А сколько он творил невероятных чудес.       Все кто приходил на Велесов холм с просьбами – всегда уходил с желаемым. Некоторым даже показывался на глаза. Своим верным ученикам – волхвам. Обучал молитвам, ритуалам. Да, про его злые деяния ходила молва, но тогда все эти слова казались мне враньём. Ему удалось невероятное: из грозного волка сделать ручного щенка.       Я верил его словам, поддерживал во всём. И даже не замечал какая черная душа кроется за обликом милосердия. Он всегда был чудаком. По одному своему желанию мог разогнать тучи, или даже изменить русло реки. Это всё казалось ему забавой. От полнейшего одиночества и затворничества Велес медленно сходил с ума. Стал прятать лик и от последователей, всё чаще бродить по холму в задумчивости. Пока однажды ему не пришла в голову мысль.       Захотелось бросить вызов мирозданию. Из звериной души сделать человеческую. Слепил своё идеальное представление и решил опробовать на верном друге. Никогда не забуду этот ужас, когда одним вечером я очнулся от дикого холода. Но даже тогда я не замечал. Уговаривал себя, что это лишь доказательство силы и широты разума. Ведь Велес смог то, чего не смогла сотворить сама мать природа.       За несколько месяцев он сотворил чудо практически со всеми жителями холма. Мы получили человеческие облики, стали прятаться и пытаться жить в обеих ипостасях. Терпеть на своих шкурах новые идеи. Все мы стали одной большой семьей, несмотря на разное происхождение и вид.       А потом на холм пришла девушка. Просить милости божьей. Вот только не было у неё, чем расплатиться взамен. Тогда он решила заплатить собой, собственным телом. Велесу это понравилось. После он стал спускаться с холма для встреч с прекрасным полом. Внешность у него была посредственная, но силой обладал нечеловеческой. Поэтому редкая женщина могла перед ним устоять.       Когда в округе закончились девы, Велес стал уходить с холма на несколько дней. Практически всё своё время и силы стал тратить на ублажение похоти. И всё реже слушать мольбы просивших. Наверное, именно тогда у меня стали открываться глаза Не просто так же его изгнали другие боги. Но не переставали верить, что всё ещё можно изменить.       А потом он ушел совсем, исчез. Нам пришлось туго… без милости Велеса еды было совсем мало. Некоторые из нас сильно голодали. Кто-то, потеряв веру в благодетеля, решил уйти. Что было с ними дальше – я уже не знал. Ведь охотники были повсюду, только холм был неприкосновенной территорией. Но при всём при этом мы продолжали верить и держаться вместе.       Но лучше бы ушли…       Потеряв милость своего покровителя – люди стали злиться. Их тоже мучил голод, еды становилось всё меньше, а звери стали покидать наши места. А сам Велес был глух к молитвам. Тогда они, вооружившись, вторглись на холм. Мы всегда считали людей своими друзьями. Ведь в нас есть часть такая же, как и в них…       Но в нас никогда не было такой безжалостности и злобы. Они не слышали просьб о пощаде, их сердце не сжималось, когда убивали детёнышей. Ими двигала обида и ярость. Копья ломались о тела и тогда они добивали рукоятями. Мечи рассекали кожу и лишали жизни. Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая тот день. Когда десятки моих членов семьи погибали просто так.       Мы все молили о пощаде. Звали Велеса на помощь. Но ни он, ни долгожданное спасение так и не появилось.       Усмирив свою злобу, люди покинули холм. Я же принялся искать живых. Лапы тонули и проваливались в грязи, крови. А потом я встретил его. Велес стоял и смотрел по сторонам. Я думал, он поймёт. Но вместо этого он обратил свой гнев против меня. Будто я мог что-то изменить, будто бы я не молил его о появлении.       Тогда я узнал, как легко Велес может избавляться от прошлого и существ, которых когда-то любил. Он никогда не дорожил нами. Мы все были его игрушками. Им двигала злость, что кто-то посмел тронуть его. В приступе ярости он проклял весь холм, испепелил всё. И на этом он закончил… не стал пытаться мстить людям в ответ. Просто взял и ушел… Хотя нет, против одного он, всё-таки, затаил злобу. Проклял меня за то, что не сдох вместе с остальными. А потом действительно ушел.       Вот тогда я окончательно понял, что за натура у «милосердного» бога леса Велеса. Злая, эгоистичная, тщеславная.       А ещё я думал, что моя история осталась в прошлом. Ходил, бродил себе пока с Потапычем не встретился. Остался жить тут. Забыл всё, пока не появился ты, Генрих. Твой дед ушел в лес не просто так. Он считал, что в нём есть часть великого Велеса. Но подозреваю, никаких особых талантов он не имел. Ты же – другой вопрос. Твоё появление здесь – самая настоящая череда случайностей. Встретил Мирослава, влюбился, даже пошел ломать нить шамана. Вернулся в лес…       - Всё, что ты делал – это было исключительно ради любви к Мирославу. Тебе даже не приходило в голову связаться со своим покровителем. Даже когда он одарил тебя даром, и ты узнал о существовании Велеса… Все твои мысли крутились вокруг двух вещей. Откуда оно взялось и как сказать Мирославу.       - Что явно ударило по самолюбию Велеса, - согласился Кощей.       - Он может забрать свой дар обратно, - вздохнул Генрих. Перспектива быть марионеткой с хуем как-то не особо нравилась. – Только пусть отвяжется от меня и Мира.       - А вот этого он сделать не сможет, - огорчил мужчину бессмертный. – Дар Велесу ты сможешь вернуть лично, ценой своей жизни. Зато от проклятия отвяжешься уже сейчас. Для этого я сюда притащился. Помочь. Царь Медведь хоть и мёртв, но душа его живее всех живых. Вот и попросил меня.       Этот день, кажется, побил все рекорды по невероятности. И если до этого Генрих сомневался в могуществе Кощея, то после того, как он принялся за дело – все подозрения развеялись в воздухе. Вспомнить хотя бы события последнего часа.       Только они появились на полянке перед домом, болезненные симптомы тут же вернулись. А уж когда Мира вывели на порог – и думать страшно, что творилось. От сильного болезненного спазма Генрих рухнул на колени. Внутри словно бомба взорвалась и мелкие осколки разлетелись, причиняя ещё большее мучение. А оглушающий шум и гул в ушах не давал голосам окружающих пробиться. Тогда Кощей вытащил несколько сушенных ягод-листьев из своего мешка и запихнул мужчине в рот.       Удивительно, но пока Генрих всё пережевывал, ему становилось легче. Никаких удушающих спазмов, а головная боль моментально отступила. Правда после, узнав происхождение этих самых трав, немец едва не блеванул. Не каждый день он пробует плоды, выросшие на могиле чумного покойника, ещё и обсыпанный прахом мертвеца. Но оно того стоило.       А Мирославу досталось чуть меньше. Некий отвар в мешочке, который нужно пить маленькими глоточками. Хотя о содержимом мешочка Генриху думалось с опаской.       - Значит, я встречаюсь с частичным воплощением бога? Невероятно. А мой дар – деяния щепки посоха…       Мор нервно кашлянул.       - Кхм… Не хочу расстраивать, но у Велеса посоха никогда не было. Единственная палка – у него в штанах. Наверное, это было лишь одно, в чём мироздание решило его одарить.       - Лучше б я этого не слышал…       - Можешь не переживать. Твой дар имеет совершенно иную природу. Тут скорее шаманские корни. Магические силы практически иссякли, а вот дар – ещё есть.       - Я надеюсь больше фриц нервов делать мне не будет? – подал голос Никифор, молчавший всё это время.       - Будем надеяться, что да. Но Генрих… Велес самодовольный нарцисс, который ни за что не откажется от своих идей. Если он вздумает ещё чего сделать, ты можешь рассчитывать на меня. Его время давно прошло, а ты заслуживаешь прожить собственную жизнь.       - Ну и отличненько, - слишком радостно воскликнул Никифор и подорвался с насиженного места. И уже после, сказал: - В таком случае, вы двое, можете валить в свой лес.       Хлопнул в ладоши Никифор и поскакал в сторону дома. Оборудование-то он ещё так и не нашел. Но рыкнуть, в качестве профилактики не забыл. У Кощея и мысли не мелькало ослушаться злого Никифора. Живенько побрёл в лесок, позабыв про обещанные споры. Следом ушел и Мор, оставив парней в беседке в полном одиночестве.       - Так значит теперь в нашем доме два психа, - улыбнулся Мир, подсаживаясь ближе.       - Почему эти двое? – хохотнул Генрих, сжимая любимого в объятиях. – Ты забыл про нашего кошака с ружьём, грозу мужчин района? Так что… теперь у нас полноценный дом психов. Два доктора Дулиттла и рысь поехавшая… Кста-ати, у меня для тебя две новости. Первая: теперь тебе категорически запрещено пить. Даже если будут угрожать смертью – нет. Поверь мне, я и сам выберусь ради тебя. Только не пей.       - Ну, предположим, с запретом на алкоголь ты не первый… Я, вообще-то, всеми силами пытался не пить. Ты когда-нибудь пытался сказать «нет» алкоголику? При условии, что тебе надо кое-что взамен от этой алкашни. Нет? Вот и молчи тогда. Я считаю всё прошло вполне нормально.       - Ага, а то, что тебя принесли невменяемом состоянии – небольшой форс-мажор. С каждым бывает… Ладно. Я знаю, как тебе отомстить. Мне известно от чего наш кошачье-собачий союз рухнул. Но тебе не скажу.       От такой наглости Мирослав тут же вырвался из крепких объятий и уставился на Генриха. Но тот и бровь не повел, даже наоборот – лицо его было спокойным, без намёка на некую игру. Только глаза нагло выдавали хозяина. Над Миром пытались нагло подшутить.       - Даже не смотри на меня так, - едва сдерживался Генрих, чтобы не засмеяться. – Нечего было со всякими подозрительными личностями в лесу бухать. Ага-ага…       - Ну Генрих… пожалуйста. Я обязательно извинюсь за это должным образом. И не раз, и не два… Но не сейчас, Таисия с Хрумкой едва в чувство меня привели. Знаешь сколько я себе голову ломал? Ну пожалуйста…       - Ладно, - как-то слишком быстро сдался Генрих. – Но учти, после услышанного, твоя жизнь разделится на «до» и «после»…