Научиться бы не париться по пустякам

Сначала Антон никак особо не отреагировал. В пристройке часто тусовались разные компании друзей со всего техникума, особенно парни, которым, по той или иной причине, нужно было находиться в женском корпусе. Но стоило Петрову услышать, как шаги приближаются к нему — конкретно к нему — он открыл глаза. Рекреацию размеренно преодолевала компашка парней, предводителем которой был Паша. Его лицо в полумраке помещения казалось куда более безумным, чем обычно. Сердце Антона сжалось будто в вакууме, но он постарался не показывать это. Тоша лишь медленно встал со скамьи, не отрывая глаз от «главаря банды», и сжал кулаки. Он понял, что наступил тот самый момент разборок с Поддубным. Помимо него, на Петрова надвигались еще три парня. «Очень не по-пацански» — подумал Антон. Сейчас в нем словно говорил Рома, которого крайне не хватало в сложившейся ситуации. Спутников Павла Тоша не узнавал, хотя лица их были отдаленно ему знакомы. Возможно, он видел их не в стенах техникума — так как они могли быть и не студентами вовсе — но в компании Поддубного точно мелькали подобные индивиды, пусть подробно их внешность Антон не запоминал. — Тебя непросто выловить, — сказал Паша, продолжая приближаться. Голос его выражал… наслаждение? Да, наслаждение от того, что сейчас будет очередная в его жизни драка, которые он так любил, — Вечно со своими таскаешься. — Чего надо? — коротко спросил Антон, мысленно пытаясь найти пути отхода. Однако, парни надвигались полукругом, отрезая любую возможность рвануть и броситься наутек. — Не думал, что ты можешь быть таким грубым с хрупкой девушкой, — ехидно протянул Паша. Он остановился в метре от Петрова, холодно окидывая того взглядом с ног до головы. — С Катей что ли? — Антон не сдержал смешка, но осекся, понимая, что сейчас не время колкостей. Он решил попытаться поговорить с новоприобретенным противником, прежде чем ввязываться во что-то серьезное. А вдруг поможет? — Послушай, не знаю, чего она тебе наговорила, но это, скорее всего, неправда. У нас со Смирновой были не самые лучшие отношения в школе, признаю. Но сейчас я не хочу иметь с ней ничего общего. Рекреация наполнилась тишиной, пока Паша, с оттенком легкой ухмылки, смотрел Петрову прямо в глаза. Антону стало не по себе от этого взгляда с искорками ярости. Чем-то этот взгляд напоминал Ромкин в моменты его злобы. Поддубный в целом иногда очень смахивал на Пятифана, только был в сто раз неугомонней. И опасней. — Зачем ей врать? — наконец спросил Паша, слегка наклоняя голову в бок. — Не знаю, — честно ответил Антон. Он понимал, что сказать что-то на подобии «Твоя девушка влюблена в меня, но не получила взаимности, а теперь хочет натравить твою банду» равно моментальной вспышке гнева, — Может, я в чем-то провинился. Петров прикусил щеку от того, как это неубедительно звучит. Поддубный засмеялся, парни из его компании тоже мерзко захихикали. — Провинился, не сомневайся, — сказал Паша, — И теперь поплатишься. Он отошел на два шага назад, уступая своим друзьям. Двое из них продолжили стоять на местах, но один стал подходить к Антону. Для последнего время словно замедлилось. Ему некогда было думать о том, что именно сказала Катя своему ухажеру, так что он стал анализировать ситуацию. Моментально в памяти стали всплывать уроки капитана Ронжина о самозащите и техниках кулачного боя. Пока парень на полголовы выше становился все ближе, Петров уже прикинул, что стоит сделать. Когда кулак парня полетел в лицо Антона, тот быстро пригнулся, отчего нападающий слегка завалился вперед и стал терять равновесие. Воспользовавшись моментом, Петров ударил юношу в живот, от чего тот сложился пополам и влетел носом в любезно подставленное Антоном колено. Из ноздрей хлынула кровь, и нападавший заскулил, одной рукой схватившись за лицо, а другой за живот. Он сделал несколько неуверенных шагов назад, все еще не разгибаясь, пока остальные из банды стояли в недоумении. Казалось, никто не ожидал, что Петров на такое способен. Его натренированное в армии тело всегда было скрыто под слегка мешковатой одеждой, да и в целом, он не выглядел для обидчиков слишком сильным противником. Антон посмотрел на избитого парня и на секунду подумал, что перегнул палку. Однако, когда он поднял взгляд на Пашу, глаза которого уже наливались кровью от злобы, Петров понял, что защищаться нужно любыми способами. Тем более против толпы. «На войне все средства хороши» — в голове зазвучали слова капитана. — Уебок, — прошипел Павел. Антона это позабавило. Неужели Поддубный думал, что он будет просто стоять и принимать нападение? Другие два парня, что стояли по сторонам, все еще удивленно смотрели на пострадавшего и на капли крови на полу помещения, — Отпиздите его уже! Один из парней ожил от шока и злобно зыркнул в сторону Антона. Он с криком полетел на Тошу, занося ногу для «вертушки». Петров слегка отклонился в сторону и перехватил ступню второго нападающего. Парень явно этого не ожидал, так как стал неуклюже прыгать на свободной ноге и пытаться достать до Антона кулаками. Петров хладнокровно — что удивило даже его самого — поднял ногу еще выше, отчего нападавшего повело назад. Антон сделал легкую подсечку на вторую ногу, но постарался не бить слишком сильно, чтобы при падении парень не расшиб себе затылок насмерть. Когда второй друг Паши оказался на лопатках, Петров быстро отошел на два шага назад, так как краем глаза видел, что третий уже несется в его сторону. «Хорошо, что они слишком тупые, чтобы нападать всем сразу» — пронеслось в голове Антона, когда он увернулся от нового удара. Третий противник был явно опытнее в драках, чем первые два. Его удары поставлены по технике и были направлены в одно место — прямо в лицо. Третий удар Антон пропустил. Боль вспыхнула в нижней губе, а на языке тут же появился металлический привкус. От неожиданности Петров чуть отступил назад, но не пропустил следующий удар, схватив нападающего за запястье. Он резко потянул его руку на себя, отчего корпус противника тут же завалился вперед. Антон чуть отклонился в сторону, и теперь ему была открыта спина парня. Точный удар локтя между лопаток заставил парня упасть на колени, после чего его ждала участь первого Пашиного дружка — разбитый нос. Но Петров допустил роковую ошибку — он оказался спиной к другим противникам, которые, как он считал, все еще пытаются оправиться после драки. Второй парень успел вскочить с пола и налетел на Антона со спины. Тоша стал размахивать руками, уже не так методично, как до этого, но все-таки зарядил парню локтем в глаз. К этому моменту подоспел и первый дружок. Антон осознал свое плачевное положение, когда оказался прижат спиной к стене. Обе его руки удерживали Пашины товарищи, пока главарь банды злобно приближался к своему неприятелю. Петров попытался замахнуться ногами, но подельники Поддубного плотно прижали его колени своими. Антон оказался полностью обездвижен. — А ты не такой слабак, как я думал, — холодно сказал Павел, встав близко к Петрову и заглядывая в его глаза. В следующую секунду лицо парня озарилось ухмылкой победы. Тоша тяжело дышал, готовясь к граду ударов и проклиная пристройку, которую совсем недавно считал идеальным местом для времяпровождения. Первый удар пришелся в правую щеку, отчего неприятно свело десны верхней челюсти. Затем Антон снова почувствовал вспышку боли в том же месте, где губа уже была разбита. Паша явно целился именно в рану. В следующую секунду кулак оказался под ребрами, что заставило громкий хриплый выдох слететь с губ Тоши. Он почувствовал себя так же, как и при стычке с Бабуриным на той самой поляне после школы. Тогда он смог дать отпор, но сейчас он сделал уже все, что было в его силах. Он попробовал вырваться, но запястья держали очень крепко, что тоже было больно, кстати. Еще несколько смазанных ударов пришлось в лицо, отчего поплыло перед глазами. Мозг Петрова словно встряхнули, отчего разум немного поплыл, и он не почувствовал страха, когда говорил: — Бьешь как сучка. Слова эти сопроводились не совсем адекватным смехом Антона, который уже слабо соображал от ударов в голову. Паша и правда бил неумело. Но менее больно от этого не становилось. Завершающий удар пришелся в нос, после чего Тоша обессилено опустил голову. Он сплюнул кровь и начал хватать ртом воздух, ощущая при каждом вдохе режущую боль под ребрами. «Надеюсь, не перелом» — это единственная мысль, которая пришла Антону в голову. Хватка в руках ослабла, и друзья Паши отступили в стороны. Петров упал на колени, опираясь руками о пол и пытаясь удержать крупицы разума. Возможно, скоро он отключится, и тогда банда Поддубного будет делать с ним все, что захочет. Нежелательно. — Будешь знать, как называть мою девушку «шлюхой», — бросил Паша, после чего медленно развернулся и стал удаляться в сторону лестницы. Его побитые и покоцанные подельники поплелись за ним. Антон поднял голову и посмотрел вслед своим обидчикам. Перед глазами двоилось, а голова болезненно пульсировала, что заставило Петрова завалиться на бок и растянуться прямо на полу. «Так вот что она ему наплела» — с горьким смешком подумал Тоша. Очень хотелось закрыть глаза, а в животе неприятно крутило. Веки Антона все же опустились, но он услышал топот со стороны лестницы. Ему казалось, будто с момента ухода Паши прошла целая вечность. На самом же деле прошло не более пяти минут. К этому моменту Рома, Бяша и Сережа поднимались по лестнице, обсуждая оставленную за плечами удачную пересдачу долгов. Они удивились, когда на одном из лестничных пролетов мимо них пролетело четыре парня, у троих из которых лица были украшены либо припухлыми гематомами, либо кровоподтеками. Либо и тем, и тем. Сердце Пятифана упало вниз, когда в одном из парней он узнал Поддубного. Ромка тут же рванул наверх, перепрыгивая через ступени, а Серый и Бяша побежали за ним. Когда друзья увидели лежавшего у стены на полу Антона, началась неразбериха. Ромка тут же подлетел к Тоше, приподнимая его голову и осматривая повреждения, Бяша пытался выспросить у друга, что случилось, а Сережа просто стоял в стороне, понемногу впадая в ступор. — Это Паша? — процедил сквозь зубы Ромка, когда Антон слабо открыл глаза. Из его губ вылетело хриплое «Да», после чего Пятифан сразу подскочил на ноги. Он холодно скомандовал, — Серый — ведешь Тоху в медпункт, если он еще работает. Бяха — за мной. — Понял, на, — быстро кивнул Игорь, после чего оба друга направились к лестнице. Сергей оживился и подошел к Антону, помогая ему встать. Пятифанов и Будаев быстро бежали вниз по ступенькам в гардероб. Работников там не было, так что они сами взяли куртки и стали быстро облачаться в верхнюю одежду. — Где его искать? — В гаражах, на. У него там тачка стоит обычно, — ответил Бяша, доставая телефон. Он быстро набрал какой-то номер, пока Рома натягивал свою фирменную шапку, — Жень, Паштет. Гаражи. Сейчас. На последнем слове Игорь сделал заметный акцент, после чего быстро поблагодарил кого-то в трубку и убрал телефон. К этому моменту парни уже выходили на крыльцо. Бяша кое-как поспевал за Ромой. — Кому звонил? — злобно спросил Пятифан, поворачиваясь к товарищу через плечо. — Я потом объясню. Помощь не помешает, на. Рома быстро преодолел пешеходный переход. Оставалось пройти по территории общежития, пролезть через дырку в заборе и найти нужный гараж. В Пятифане, очевидно, кипела ярость. Он почти мог слышать как скрипят его зубы, и как хрустят костяшки рук от сжатых кулаков. Ромка быстро сунул руку в карман, проверяя наличие ножа, после чего обхватил рукоятку для еще большей решительности. Бяша заметил этот хорошо знакомый со школьных времен жест, отчего схватил друга за локоть. — Ромка, на, погоди, — несмело сказал он. Пятифан остановился и посмотрел на друга, отчего последнему стало неуютно. Этот взгляд не сулил ничего хорошего, — Что ты собираешься делать? — А-то ты не догадываешься, — загробным голосом ответил Рома. Он хотел развернуться и продолжить путь, но Бяша не отпускал его руку. — Не надо, — неожиданно серьезно протянул Игорь. Пятифан разозлился еще больше, вырвался из хватки и сказал, почти закричал. — Сам знаю, что делать! Мы их упустим из-за тебя. Рома побежал вдоль стены общежития и уже схватился руками за железные прутья забора, как вдруг его резко потянуло назад. Он упал на снег, немного ударившись затылком, а над собой увидел злого Бяшу. — Ты, блять, так и не понял, как здесь нужно себя вести, да? — закричал Игорь. В порыве эмоций он почти перестал шепелявить и забыл о собственной привычке везде вставлять «на». — Пусти, дурак! — закричал Рома в ответ, но Будаев крепко сжал его торс коленями и отвесил звонкую пощечину. Это заставило Пятифана замереть. — Кулаки сейчас ничего не решат! Здесь сила вообще ничего не решает! Сейчас есть три пути. Первый — мы набьем друг другу синяков, но Поддубный не прекратит! Он еще больше разозлится и снова подловит Антона или тебя где-нибудь в подворотне, — Бяша кричал Роме прямо в лицо, нависая над ним. Пятифан же, словно завороженный, смотрел на друга. Он не мог поверить, что это тот самый Игорь Будаев, которого он знал почти всю свою сознательную жизнь, — Второй — ты кого-нибудь почикаешь и отправишься на нары! Я же говорил, что в этой шараге один из путей — это тюрьма. Ты этого хочешь?! Бяша замолчал и стал буравить Ромку взглядом, скривившись в гримасе злобы. Пятифан кротко помотал головой. — Тогда все будет по моему! — заключил Игорь уже более спокойным, но все еще недовольным тоном. — Ладно, блять! — съязвил Ромка, передразнивая. Будаев встал на ноги и протянул другу руку. Пятифан в порыве короткой обиды за пощечину не принял помощь и поднялся сам, — И что будем делать? — А это — наш третий путь. Нужно давить морально. Нужно показать, что мы сильнее духом, что у нас есть над Пашей преимущество, даже несмотря на то, что его банда больше нашей, — начал свой рассказ Бяша, отряхиваясь от снега, — Сейчас ты и Антон для Паши пустой звук. Ноль авторитета. Игорь сомкнул большой и указательный палец, размахивая рукой перед Ромкиным лицом. — Нужно показать, что если он еще раз сунется к тебе или Тохе, то огребет на славу. — И как ты это себе представляешь? Как мне это показать? — Пятифан задался вполне логичным вопросом, сложив руки на груди. — А вот это, брат, уже мой козырь. Связи много значат в мире шаражных разборок. Нужно знать, с кем дружить, на, — успокоившись окончательно, ответил Игорь и слегка улыбнулся, — Просто доверься мне. Наша задача сейчас — не позволить этим гадам улизнуть хотя бы в течение пяти минут, на. Рома недоверчиво посмотрел на друга, но возражать не стал. Парни пролезли сквозь дыру в заборе и быстро зашагали в сторону гаражного кооператива. Было, как обычно, тихо и безлюдно. Люди старались не бродить среди рядов железных коробок в темное время суток. Друзья старались ступать аккуратно, чтобы снег под ногами не хрустел. Тишина местности позволила Роме и Бяше услышать далекие голоса. — Он очень больно бьет, блять, — жаловался кто-то, периодически покашливая. — У меня, кажется, нос сломан, — вторил гнусавый голос. — Хватит ныть, чего вы как бабы? — этот голос друзья узнали. Они переглянулись и аккуратно пробрались по стенке, выглядывая из-за угла. Дверь одного из гаражей была приоткрыта. Мерзкий желтый свет пробивался на улицу, смешиваясь с белым свечением фонаря. У дверей стояли и курили четыре парня, одним из которых был виновник всего действа. — Давай только без ножа, на, — прошептал Бяша. — Да понял я, не нуди, — отмахнулся Рома, выходя из укрытия. Он стал медленно ступать в сторону Паши. Будаев аккуратно последовал за другом. Поддубный услышал сзади себя шаги и обернулся. Когда он увидел Ромку, то злобно хмыкнул. — Что, пришел мстить за свою принцессу? — съязвил он, выкидывая окурок куда-то в сторону. Пятифан не ответил, лишь остановился в полутора метрах от парня, — Мог кого-нибудь посущественнее с собой прихватить. Последняя фраза была о Бяше, который стоял за спиной Ромы. Тот никак не отреагировал на подкол, лишь слегка ухмыльнулся. — П-паш, — пролепетал один из друзей Поддубного — тот, что был с подбитым, уже слегка опухшим глазом, — А это… Это не Женя-анимешник? Мерзкая улыбка слетела с лица Паши, словно ее ветром сдуло. Он резко обернулся в сторону, куда показывал его товарищ. Ромка невольно посмотрел туда же. Конкретно эта гаражная линия была оснащена всего двумя фонарями. Один из них горел над головами парней, другой освещал фигуру высокого человека вдалеке, почти у выхода из кооператива. Пятифан прищурился, пытаясь распознать черты внешности человека, но он был слишком далеко. Ромка только смог увидеть, что незнакомец очень высок, плечист, облачен в черное длинное пальто, полы которого почти касаются земли, а в руке у него какой-то продолговатый предмет, упирающийся в снег. Краем глаза Пятифан увидел, как Паша рванул в сторону, слегка поскальзываясь. — Куда? — рявкнул Пятифан, успев схватить парня за капюшон. Ромка резко потянул Пашу назад и впечатал спиной в железную стену гаража. Поддубный словно и не заметил этих действий Пятифана, лишь смотрел на фигуру приближающегося человека. Один из дружков Паши тоже попытался улизнуть, но его поймал уже Бяша. Остальные два стояли в ступоре, — Кто это? — Потом расскажу, брат, потом, — коротко ответил Игорь, расплываясь в улыбке. Рома перечить не стал и тоже посмотрел на парня вдалеке. Повисло молчание. Лишь хруст снега под ногами незнакомца и хриплое прерывистое дыхание Паши нарушали тишину вечера. Чем ближе подходил парень, тем больше у Ромы возникало вопросов. Во-первых, вблизи он оказался еще больше. Сам Пятифан не считался низким, но этот незнакомец был минимум на голову выше. Во-вторых, даже пальто не могло скрыть рельефность и мощь мыщц парня. В-третьих, в руке оказалась бейсбольная бита, которая оставляла за собой зловещий тонкий след на снегу. Но самое поразительное — у парня были длинные, струящиеся по плечам волосы. И они были… Розовые. Пятифан отступил от Паши, когда незнакомец оказался в непосредственной близости — всего в метре от компании. Глаза его скрывались под локонами челки. — И вот мы снова встретились, Паштет, — произнес парень. Голос заставил Рому вздрогнуть — настолько неожиданно грубым и низким он оказался. Незнакомец поднял голову и сверкнул глазами, впиваясь в Пашу взглядом. Пятифан поежился. Взгляд этот был похож на взгляд хищника, который хладнокровно разорвет свою жертву на куски. Но перед этим всласть над ней поиздевается. Ромка заметил еще одну особенность внешности парня — в нижней губе с обеих сторон поблескивал пирсинг. Образ этот вызывал у Пятифана скомканные чувства. Никогда еще он не видел в непосредственной близости такого яркого, и одновременно мрачно-пугающего человека. Рома понял, что ничего не понял, и посмотрел на Бяшу в надежде на объяснение. Игорь же лишь слегка ухмыльнулся и кивнул головой, как бы говоря «все нормально, просто наблюдай». Пятифан был в замешательстве, но решил набраться терпения и просто смотреть. Тем более та уверенность, которую он увидел в глазах друга, передалась и ему. — Жень, я же просил меня так больше не называть, — сказал Паша. По нему было видно, что он боится, но все равно старается держать образ крутого и дерзкого пацана. Он стоял, расправив плечи, и смотрел Жене прямо в глаза. Раздался звонкий удар руки о стенку гаража, отчего все присутствующие вздрогнули. Сжатый кулак Евгения упирался в железный материал в нескольких сантиметрах от Пашиного лица. Чуть-чуть левее, и он бы влетел ему прямо в нос. — А я просил тебя больше не быть мудаком, — медленно, словно впечатывая каждое слово в разум Паши, сказал Женя. Он оторвал свой взгляд от Поддубного и осмотрел его дружков, — Кто на этот раз? Этот вопрос был задан Бяше. — Мой школьный кореш, на. Антон, — ответил Игорь, сложив руки на груди. Женя еще раз осмотрел парней, прочерчивая взглядом каждую гематому на их лицах. А парни, в свою очередь, мялись и будто пытались раствориться. Евгений слегка улыбнулся. — Не знаю, кто этот Антон, но уже уважаю. Добротно он вас отделал, — взгляд его снова вернулся к Паше, а с лица пропал любой намек на улыбку, — Только вот твое личико подозрительно чистое. Рома стоял, затаив дыхание. Он кажется стал понимать, что имел в виду Бяша, когда говорил про моральное давление. Пятифан поймал себя на мысли, что уже давно бы наложил в штаны от такого пристального холодного взора, который сейчас был адресован Паше. Тот стоял, стараясь спрятать глаза, и перебирал пальцами подол куртки, а Женя нависал над ним, словно грозовая туча, и буравил взглядом. Поддубный молчал, иногда вздыхая, и Евгений, не дождавшись ответа на свое замечание, поднял биту. «Неужели, изобьет» — подумал Рома, но Женя лишь поднес орудие к лицу Паши и слегка подтолкнул подбородок Павла концом деревяшки, чтобы тот посмотрел в глаза. Поддубный неохотно поднял взгляд. — Что, не хотелось самому получить, так щенков своих отправил за себя отдуваться? — уголки губ Жени дернулись вверх, обнажая клыки, а взгляд становился все более пугающим с каждой секундой, — Руки покажи. Паша покорно вытянул руки ладонями вверх. Он приоткрыл губы, чтобы что-то сказать, но, кажется, не решился и лишь сглотнул. — Другой стороной, — коротко бросил Женя. — Жень ну… — замялся Паша, и пальцы его дрогнули, — М-мы же не знали, что Т-тоха свой. Если б знали, то… Поток оправданий прервался тихим стоном, который был вызван легким ударом биты по тыльной стороне ладони Павла. Он покорно повернул руки ладонями вниз и взору открылись покрасневшие и сбитые костяшки. — Я так и думал, — разочарованно протянул Женя, выпрямляясь, — Дружки твои держали, по морде получали, а ты только бил. Евгений цокнул языком и помотал головой. — Значит так. Давай впредь без подобных выходок. Либо дерись один на один, либо не дерись вообще. Ты же не трус? — последний вопрос был задан с такой интонацией, что даже Ромке стало за что-то стыдно, хотя претензия была высказана не ему, — Ты меня понял? Паша коротко кивнул, опуская взгляд. — Вот и молодец, — Женя слегка грубо похлопал парня по щеке, отчего тот поморщился, — А теперь — брысь. В мгновение ока все четверо из банды Поддубного пулей залетели в дверной проем гаража и с грохотом захлопнули за собой дверь. Рома стоял, погруженный в непонимание, и надеялся, что хотя бы теперь ему все объяснят. Однако, он был до глубины души поражен этим незнакомцем по имени Женя. «Эво как. Ни разу не ударил, а Паша теперь по ночам от страха спать не будет» — подумал Пятифан и повернулся в сторону нового знакомого. И поразился вновь, ведь лицо его больше не выражало того же, что и секунду назад. Теперь он расплылся в улыбке, во взгляде появились хоть какие-то эмоции, кроме легкого безумия, а черты лица стали выглядеть очень даже миловидно. — Спасибо, Женек, выручил, на, — весело сказал Бяша, протягивая руку. — Да не за что, я же должен был, — ответил Евгений абсолютно другим голосом — более мягким и добродушным, — Я пойду, аккуратней. Если что, номер мой знаешь. Парень развернулся на пятках и зашагал в сторону выхода из гаражного кооператива, возложив биту на плечо и слегка насвистывая какую-то мелодию. — У меня очень много вопросов, — сказал Рома, когда Женя отдалился достаточно далеко, чтобы не услышать. — Задавай, на, — ответил спокойно Бяша, закуривая. — Кто. Это. М? — Это долгая история, по пути расскажу. Парни направились обратно к зданию общежития и Игорь начал свое повествование. — С Женей я познакомился на первом курсе. На него тогда без слез смотреть было невозможно, на. Худой, высокий, щуплый, сутулый, ходил все время с волосами, забранными в хвост. Доставалось ему тогда знатно от всяких идиотов. Но я к нему нормально относился, практику вместе проходили, — Бяша прервался, чтобы сделать пару затяжек, — На втором курсе появился Поддубный. Женьке тогда от него житья не было. Он хоть и был старше, но отпора дать не мог. И заявился как-то Женек в шарагу с цветными волосами, на. Вот тогда у Паши радости было… Он к тому моменту уже организовал какую-никакую банду, подкараулил Женю аки нашего Тошу и чуть не отпинал до смерти. Благо я вмешался и еще пару пацанов с теплоэнергетики, на. Друзья преодолели дыру в заборе и остановились на углу общежития. Ромка облокотился о стену спиной, закурил и внимал каждому Бяшиному слову. — Там потом все закрутилось, завертелось и Женька пропал. Вообще перестал на парах появляться, на. Разные слухи ходили. Что он в больницу слег, что убился, что на наркоту подсел. Пропустил, кароче, целый год, — Игорь тяжело вздохнул, — Думали, уж отчислили его за прогулы. А нет, явился с началом третьего курса, на. Оказалось, Паша его не только отпиздил, но еще и девушку увел. На Женьку это повлияло очень сильно. Но вместо того, чтобы в подушку плакаться, он пошел в качалку. Стал сидеть на протеине и разросся… Ну ты видел, на. Рома усмехнулся и кивнул. — И что-то в нем перемкнуло. Он стал совсем шизанутым… В каком-то плане. Уж не знаю, что такого он Паше сказал или сделал, но он его теперь как огня боится, на, — заключил Бяша, всплеснув руками. Пятифан задумался и почесал подбородок. — А что значит «я же должен был»? — А-а-а, — протянул Будаев и улыбнулся, — Ну, он когда вернулся в шарагу, сказал что я был единственным человеком, кто за него вступался и поддерживал, так что теперь он готов выполнить любую просьбу. Мне ничего от него не надо было… До сегодняшнего вечера, на. Женя как раз в соседнем от гаражей доме живет, вот я его и решил позвать. Знаю ведь, как его Паша не любит. — А анимешник он почему? — Потому что аниме любит, на, — пожал плечами Игорь, — Об этом все знали. А в шараге очень любят погоняла давать. У Паши вот — Паштет было. Бяша похихикал, заражая Рому. — А у тебя было? — с улыбкой спросил он. Игорь кивнул, — Какое? — Угадай с трех раз, на, — ответил тот, закатывая глаза, — Бурят. Только не прижилось, так что я просто Игорек. Рома еще немного помолчал, стараясь сложить весь этот сюжет в общую картинку. — Последний вопрос… Почему я его ни разу не видел в шараге? — Он снова пропал, — ответил Бяша, — У него есть черты затворника. Мы стали меньше общаться, но насколько я знаю, он сейчас сидит дома и просто пишет диплом, каким-то образом умудряясь не нахватать долгов, на. — Интересно, — завороженно протянул Рома, устремляя взгляд вдаль. Раздался писк Бяшиного телефона. Он быстро прочитал сообщение и убрал гаджет обратно в карман, выкидывая окурок в снег. — Пошли, Серега написал, что Антоха в общаге откисает, на. Рома тяжело вздохнул, резко вспомнив о неприятностях сегодняшнего вечера. Он действительно надеялся, что Паша лезть больше не будет, хотя кулаки из-за несостоявшейся драки все еще чесались. Парни направились в здание общежития.