Die gefallene Rose.

Прошло чуть больше недели когда при готовки обеда союз услышал от Германии первое предложение на русском… И это предложение было прочитано из учебника литературы одного из младших детей Союза. У ребенка в этот день этого предмета не было, поэтому немец и имел на пару часов власть над этой книжкой. За эту неделю он начал по немного контактировать с другими детьми, и общаться с ними через русско-немецкий словарь, который ГДР выпросил у Союза. Сразу после этого он начал читать за кухонным столом следующее предложение. Союз же замер слушая эти предложения и мягко улыбаясь ГДР'у. Его старания были не напрасны, а немец оказался умным из всех его детей. -Молодец, — мягко и с теплотой проговорил союз смотря на мальчишку.. в груди что-то защемило. Скорее всего защемило счастье и радость тому, что его старания пошли на пользу. ГДР отвлекся от чтения и с небольшим не пониманием смотрел на Союза. Это слово ему было понятно, и он уже знал что это значит, покуда не редко ему это говорил СССР, когда на протяжении недели младший немец учился читать и писать. Наконец то через несколько секунд молчания он добавил: – Вы тоже старались.. И уже после этих скромных слов ГДР тоже слегка улыбнулся. -Kannst du dich heute beim Abendessen selbst vorstellen?[Сможешь сегодня на ужине самостоятельно представится?], — в пол голоса уже спросил совет, дабы не так нагружать ребёнка. Но что-то подсказывало, что такие скачки с одного языка на другой встанут в привычку. - Ich weiß nicht... Man kennt mich irgendwie schon so.. Ich habe mit ihnen über ein Wörterbuch kommuniziert... [я не знаю... Меня вроде и так знают.. Я общался с ними через словарь...],— притихшее ответил мальчишка на родном смотря на Союза. Младший опустил голову и положил руки на колени. -Okay, wie wäre es mit dem, was ich am nächsten Tag ausprobieren würde?[Хорошо, как на счёт того что бы попробовать на следующий день?]— проговорил тот и мягко погладил мальчишку по голове вернулся к готовке. –Ich weiß nicht.. Ich kann nur lesen, nicht fließend sprechen. [я не знаю.. Я только читать умею, а не свободно говорить.]— видимо он вообще не хотел перед кем либо выступать и представляться. Союз вздохнул и покивал головой, понимая что рано обнадёжил себя. Ладно, надо договорить обед. -Хорошо, — всё что смог сказать союз переворачивая котлетки на сковороде, а после стал сливать воду с макарон. ГДР еще пару секунд наблюдал за действиями Союза и наконец то снова повернувшись к книге продолжил читать, попутно спрашивая неизвестные слова у СССР и болтая ногами. Доготовив обед союз приступил к мытью посуды. В принципе к тому же, что и всегда. На часах час дня, в дом начали приходить одни из младших детей, но они всё равно были старше ГДР. Германия не спешил их встречать. Он хоть и начал коммуницировать с детьми, но особо часто с ними разговаривать не тянулся. Разве что не мог отказать когда те начинали диалог первыми. На кухне показался одетый грузин и начал спрашивать у отца: -Можно нам погулять?. -Нам?, — удивлённым тоном спросил союз и вышел в коридор что бы узнать кто ещё гулять идёт. А там почти все его дети, кроме тех кто в этом году сдаёт экзамены. Сказать, что старший был в шоке, это ничего не сказать. Германии так же стало интересно, кого мальчик имел ввиду. Он на дистанции полтора метра шел хвостиком за СССР, и только подойдя к выходу из кухни, немец выглянул из за стены, что бы тоже увидеть кто там стоит. Сам вопрос грузина ГДР понял. Некоторые слова он уже успел запомнить, поэтому и на слух хорошо воспринял предложение. Он выглянул половиной лица сложив руки за спиной. Начался довольно быстрой диалог отца и детей, в котором выяснилась интересная вещь.. -Так можно?— повторил грузин уже стоя без портфеля. -Вы почему не в школе?— начал задавать вопросы совет пока дети снимали свои портфели -Пап, а нас раньше отпустили.— проговорила Эстония, тоже вмешиваясь в разговор -Раньше?— переспросил союз. -Да!— ответил ему РСФСР. -А почему?— продолжает он задавать вопросы. -Ну…— пытался придумать оправдание казах — Потому что... -Сегодня же наши старшие приезжают! Учителя об этом вспомнили и отпустили нас! Они же отличниками были. -Да и к тому же они обещали в школу зайти! — выпалил украинец. -И вообще мы хотели не погулять, а их встретить с вокзала! — почти так же сказала и Белорусская ССР. -Да!— хором ответила ребятня, окончательно убирая портфели к стенке. -Ладно, уговорили, — на выдохе сказал союз замечая улыбки на лице своих детей, — Только портфели в комнатах оставьте, а не у стенки, и не убейтесь там по пути. На выдохе сказал старший русский, пока остальные, чуть ли не прыгая от радости уже бегом направились к вокзалу, встречать старших родственников. Естественно просьба старшего русского была нагло проигнорирована. Когда Союз прошел мимо немца, младший перестал смотреть в коридор и заинтересованно на немецком спросил.: –wird jemand kommen? [кто-то приедет?] Половину слов демократ не понимал, но основывался на тех словах, которые он уже так же успел запомнить. Он продолжал стоять у входа на кухню и смотреть на старшего русского. Всё же для мальчика это будет от части стрессом... И без того много детей в доме имен которых он уже забыл, так приедут и еще... -Ältere Kinder [Старшие дети], — проговорил союз тяжело вздыхая, — Sie sind bereits 20.[Им уже по 20.] Ответил союз на немецком понимая, что нужно отчищать их дом полностью и на некоторое время переселять ГДР'а к себе –und wie viele werden es sein? [и сколько их будет?],— уже тише и взволнованно продолжал задавать вопросы младший. Он подошел к столу с противоположной стороны от Союза и положил на край свои тонкие пальцы. -Wahrscheinlich werden alle acht ankommen..[Скорее всего, все 8 приедут..]— проговорил он и глянув все ли выключено пошёл в комнату к ГДР'у, дабы убраться там. — Und du musst mit mir schlafen, bis sie weg sind.. [И тебе придётся спать со мной пока они не уедут..] Мальчик пока что мысленно представил 8 высоких и крепких почти как СССР мужчин... Он в уме пытался сосчитать количество детей которые живут с ним сейчас, и 8 которые еще приедут. Сам он понимал, что это много.. Даже очень... Поэтому продумывал в голове планы того, чем он будет заниматься у Союза в комнате, пока вся эта банда качков не уедет. Но его представления могут и оборваться, как только немец увидит приезжих. Да и может быть там будут и девушки... Через 3 минуты от очнулся и вернулся в реальность. ГДР побежал за СССР, что бы засыпать его еще вопросами.: -wie lange werden sie kommen? Und wie heißen sie? [а на долго они приедут? А как их зовут?] -Ich denke an drei Tage, aber einige können auch länger bleiben..[Думаю дня на три, но некоторые могут и на дольше остаться..] — проговорил русский отвечая на запоздалые вопросы мальчишки на его родном языке. — Die aserbaidschanische SSR, die armenische SSR, die kirgisische SSR, die lettische SSR, die litauische SSR, die tadschikische SSR, die usbekische SSR und die turkmenische SSR. [Азербайджанская ССР, Армянская ССР, Киргизская ССР, Латвийская ССР, Литовская ССР, Таджикская ССР, Узбекская ССР и Туркменская ССР.] Ответил на второй вопрос старший заходя в комнату и прикидывая с чего по быстрому тут можно начать уборку. Мальчик кивнул глухо угукнув, и снова повесил голову. Всё же услышав их имена, младшему это ничего не дало. Но сейчас его больше тревожило то, на сколько могут остаться эти чужие люди в квартире, где он сейчас проживает.. Немец дошел до двери в кабинет Союза и дальше идти не стал. Всё же чужая комната, к которой он так же не имеет дела. ГДР мелкими шагами зашел в зал, где лежали портфели других детей. Он постарался поднять один из них, но сразу же бросил на пол. Он оказался таким тяжелым... Немец одернул руку, вышел из зала и последовал обратно на кухню, чтобы почитать. Ну а что ему еще делать? Не прошло и 10 минут как раскладушка была перенесена и без того в маленькую комнату союза. Делая её ещё машине.. пришлось даже подвинуть стол как можно ближе к окуну и в бок, к стене. Но что-то подсказывало что её всё равно нужно будет отдать... Далее последовало несколько часов быстрой уборки в доме, вплоть до звонка в дверь. Союз быстро убрал остатки вещей и пошёл открывать её.. Германия всё это время сидел на кухне чтобы не мешаться Союзу и занимался своими делами... А именно смотрел в окно и читал. Звук звонка в дверь он слышал впервые, поэтому никак среагировать не успел, что бы убежать в комнату СССР. Он лишь с интересом вытянул со своего места шею и смотрел на кусочек входной двери, ибо именно туда. Стоило союзу открыть дверь как на лестничной клетке заиграла музыка. Союз всегда знал, что его дети, немного.. азартные, но вот такого поворота он точно не ожидал. Это его шокировало, и со вскинутыми бровями , союз открыл больше дверь, а там на лестнице стоят ещё несколько детей которые подыгрывали в музыке и тут началось... Азербайджан, Армения и Узбекистан в своих национальных одеждах вышли и начли петь и танцевать.. Сюр какой-то.. Но в этом сюре царило какое-то добро и тепло, и он заставил союза на время всех этих танцулек улыбаться. А к этому времени с соседних квартир по выглядывали бабульки, которым старшие помогали будучи маленькими. На третьем этаже и его лестничной клетке обрался чуть ли не весь дом. Наблюдая за общем весельем.. дверь же в квартиру была открыта на распашку.. От начавшегося громкого шума, песен и плясок, маленькому немцу стало явно не по себе. Он даже испугался такого поворота событий, поэтому оставив даже книжку на столе, ГДР прислонился к стене и начал по ней передвигаться тихо в сторону выхода из кухни. Немец остановился на пол минуты у самого края и окончания кухонной стены, и собирался с силами что бы быстро перескочить в комнату Союза. И наконец то глубокий вдох... Выдох... И своими короткими и шустрыми ножками, немец перебежал в открытую комнату СССР. Остальные лишь могли заметить его светлый силуэт на фоне стены нейтральных тонов. Но из всего этого силуэта его выдавали черные как сажа и уголь волосы... Словно тарантул быстро перескочил из одной комнату по стене в другую. Ребята закончили свои звездопляски и прошли в квартиру, естественно не с пустыми руками, а с буквально двумя ящиками вкусностей, в одном из них еда и разные вкусности для своей семьи, а второй с некоторой одеждой и разными пряностями. Дом был переполнен детьми союза и соответственно чужой одеждой и галдежом. А вот маленького немца не было заметно среди этого шума. Тот как раз и старался скрыться от всех, что бы его было не видно, а этот шум не пугал его. Немец облегченно выдохнул, как только перебрался в комнату Союза и стоял у самой двери, опираясь на нее спиной и руками. Гости начали проходить мимо комнаты на кухню. Это очень радовало ГДР, но радовало исключительно внутренне, ибо если он будет прыгать и шуметь от радости, то его определенно кто то заметит. Но эта радость длилась не более четырех минут... В комнату кто-то вошел, соответственно открыл дверь, и толкнул ею мальчика. Немец упал на пол на четвереньки и когда кто то из находящихся дома вошел в комнату СССР... Это оказался один из старшеньких союза. Наверное самый старшенький. Туркменистан. Хотя какая разница кто перед немцем? Кто его хватает за шкирку и тащит на кухню чтобы спросить у отца что это нацистский выродок делает в ИХ доме. Первая секунда, немца схватили за шкирку как только поняли кто это. Вторая секунда, гнев смешался непонимание что он делает тут. Третья секунда, ГДР уже за шкирку тащют в зал, где сидит вся родня которая шумно что-то обсуждает и пытается усется за одним столом с кухни. Четвёртая секунда, ребёнка довольно жестоко ставят на пол отвлекая всеобщее внимание и громко спрашивая: "Отец, Это Что Ещё Такое?!" Но что самое удивительное было, так это то, что ГДР даже не кричал. Что бы не было так сильно больно, он схватился руками за чужую руку и старался встать по пути на ноги. Но после резкой остановки и освобождения, мальчик падает так же на пол на четвереньки, а потом уже и целиком на пол. От него на момент падения был слышен только сдавленный и резкий выдох. Германия напугался еще больше, так как еще не до конца мог сообразить, где он, и почему такое не приятное ощущение, когда тот находится в центре внимания чужих и окружающих его людей. Все присутствующие замерли лица их выражали недоумения, и лишь лицо союза выражало неподдельное беспокойство за ребёнка, как за своего. -Туркменская ССР!, — довольно строго начал союз вставая из-за стола, из-за чего уже не него большая часть детей обратила внимание. — Оставь ребёнка в покое. -Мы не для этого сражались, что бы ты притащил в дом этого выродка! — неугомонно продолжал турк явно намекая на то, что ему здесь не место Но не успел он договорить и рассорить всех больше как союз смачно ударил своего сына по щеке.. Все поняли за, что, но девочки айкнули и прикрыли рот при этом событии.. самым же младшим старшие прикрыли глаза и уши. Это был первый раз когда кто либо в семье ссорился.. Пока висела тяжёлая минута молчания союз молча поднял Германа с пола и как своего ребёнка прижал к груди готовясь защищать того как когда-то делал это с другими.. ничего не говоря совет молча удалился из зала в свою комнату вместе с маленьким немцем оставив свою семью на муждусобные тихие разборки. Через несколько секунд они очутились в закрытой комнате… Очутившись в руках СССР, немец своими тонкими и худыми руками обнял русского, что бы не упасть. ГДР всё так же молчал, пока его не опустили на кровать в комнате Союза. Младший посмотрел на свои колени. Они покраснели, а верхняя часть кожи стесалась из-за того, что тот 2 раза упал на жесткой ковер. Речь старших он не понимал, ибо эти слова он еще не изучил и не выучил. -DDR, wie fühlst du dich?..[ГДР, ты как себя чувствуешь?..] — в пол голоса и на немецком спросил русский начиная осматривать мальчишку на наличие серьезных трамв. Он ожидал что мелкий будет реветь как вне себя от только что пережившего, но этого не было.. Но на глазах даже слез не было видно, не то, что дикий плачь. ГДР ссутулился и ровным голосом ответил.: – die Knie brennen... Und ein paar Hände.[колени жжет... И руки не много.] Младший развернул ладони лицом к СССР и показал их ему. На нижней части всё так же была стёсана кожа, и его ладошки на этом месте покраснели. А после этого, младший почесал подбородок приподняв голову. Союз даже не задумываясь, инстинктивно поцеловал ГДР'а в лоб и отошёл от него поискать в своей комнате что-нибудь чем можно обработать эти незначительные раны. Радовало одно, ГДР не плакал.. После пережитых испытаний на улице, тут и плакать особо нечего... Ну и пока старший искал то, чем можно обработать эти ранения, немей на русском задал СССР волнующий немца вопрос.: – что значит слово "выродок"? Это слово мальчик слышал часто, но до сих пор не знал его лексического значения. ГДР наблюдал за Союзом и ждал его ответ. Союз не хотел отвечать на этот вопрос и найдя перекись водорода с бинтиком, русский порвал его и свернув в несколько раз, намочил и присев перед немцем начал мягко обрабатывать его ранки. Но взглянув на любопытное лицо немца союз выдохнул и начал отвечать. -Это слово означает, — начал он вчера на русском, а продолжил потом на немецком, — Bedeutet Beleidigung, Trennung von irgendeinem Medium in eine schlechte Richtung.[Означает оскорбление, выделение из какой нибудь среды в дурную сторону.] Голос Союза звучал тихо и ровно, что бы его мог услышать только ГДР. – значит.. Я выходит для всех них плохой? — уже более неуверенно снова задал вопрос младший, а потом повернулся в сторону двери, за ней кто то очень громко разговаривал. И даже почти кричал. Это был тот же голос Туркменистана, и через несколько секунд он стих. Но немец продолжал смотреть на дверь. Мало ли... А то вдруг войдет еще.. -Ja, — на выдохе ответил советский заканчивая обрабатывать ранки триколора, — Und jetzt setz dich hier hin, ich werde mich mit ihren Streitigkeiten befassen. Ich werde dich schließen, damit niemand reinkommt. Gut? [А теперь посиди здесь, я пойду разберусь с их ссорами. Я закрою тебя что бы точно никто не зашёл сюда. Хорошо?] Немец молча кивнул, соглашаясь с ним. Немного погладив мальчишку по голове союз встал и после вышел из комнаты, как и говорилось он закрыл комнату, с характерным таким щелчком. Тогда немец наконец то позволил себе задрать ноги и на постель Союза. Он пододвинулся ближе к стене и обняв колени, молча и терпеливо ожидал, когда его откроют. Скандал угомонился где-то ближе к 9 вечера, где уже все готовились ко сну и принимали ванную, вот так, да все по очереди по одному. Пока одни купались вторые раскладывали кровати и искали постельное бельё... к этому времени союз открыл свою комнату и зашёл в неё. Заходил он не с пустыми руками, а с ужином для ГДР. Но за это время скуки, младший так и уснул... В сидячем положении, у стенки в поджатыми к груди ногами. Вещи оставались не тронутыми, что доказывало, что ГДР ничего не трогал и исключительно спал. Выдохнув союз поставил еду на свой рабочий стол и мягко уложил немца на своей кровати, а после накрыв одеялом вышел из комнаты дальше разбираться с детьми. ГДР так и продолжал спать как минимум до полуночи. Ужин оставался не тронутым, а сам мальчик так и спал под одеялом на кровати СССР. Но поняв, что находится на краю кровати, быстренько и тихо с неё встал. В доме была тишина, а из за закрытой двери не было понятно, есть ли в других комнатах свет, или нет. Немец подошел к окну и оценил обстановку: пустые комнаты, оснащённые светом от фонарных столбов, стоящих на расстоянии друг от друга 20 метров. Потом малец так же тихо вышел из комнаты русского, и увидел свет, исходящий со стороны кухни. Вот теперь он мог расслышать шепот, состоящий как минимум из двух разных голосов. Германия обернулся, и посмотрел на кровать. Там спокойным сном спал СССР... Значит на кухне либо старшие приезжие, либо дети, но учитывая доносящиеся голоса, они явно принадлежали взрослым и сформировавшимся людям... Они разговаривали на счёт произошедшего сегодня днём. - Таджикистан сам виноват в том, что получил пощёчину от отца, ты прекрасно знаешь, что в комнату союза никому входить нельзя. — говорил один из голосов. -Я прекрасно понимаю тебя, но и таджика я тоже понимаю, вы оба правы, но и не правы одновременно, — отвечал второй голос, а потом раздался звук будто что-то выпивают. Мальчишку же никто не замечал. И пока оба этих голоса не умолкли, мальчик стоял у стенки и слушал. Половину слов он так же не знал, но саму суть диалога прекрасно понимал. Через несколько секунд, ГДР вошел на кухню. Он шел на носочках, чтобы не привлекать внимание сидящих за столом и тех кто спит. Но во всяком случае, ему пришлось обратить на себя это внимание.. Немец начал отодвигать один из стульев от стола к раковине, ибо сам не доставал до самих крутящихся краников с горячей и холодной водой. А пить то хочется... Не заметить ГДР'а было не возможно, ну или нужно быть слепым. Разговор затих с появлением мальчика на кухне и всё там присутствующие начали просто наблюдать за ним и его действиями. Это ощущение, когда он находится в центре внимания снова появилось.. Но и поворачиваться он не стал, так же как и что либо говорить. Немец достал из шкафчика сверху кружку, и спустившись на стуле к раковине, он начал наливать себе воду. Далее последовали большие глотки, который утолил жажду мальчика. После этого, он прополоскал кружку под той же струёй воды и поставил на изначальное место. Теперь ему почему то стало страшно находиться среди этих чужих взрослых... Поэтому немец поторопился поставить на место и стул, а потом направился на выход из этой злощастной кухни. Его проводили взглядом и "убедившись" что немец ушёл, один из них сказал: -Чёрт, а он.. Он довольно такой маленький и вежливый.. А второй просто покивал головой. Пытаясь переварить всё то, что только что произошло. Совет же проснулся и по привычке включив свет в комнате достал стопку из шкафчика, а за ним и полупустую бутылку водки. Советский думал что все спят. Но как раз в это неудачное время вошел и немец... Он тихо прошел в комнату, и сразу обратил внимание на бутылку в руках русского. Мальчик потер глаза, ибо получил дозу более яркого резкого света, и продолжал стоять у входа. ГДР был в небольшом заблуждении... То ли ему идти на кровать дальше спать, то ли лучше выйти, потому что Союз занят уже своими делами и не спит. Звук открытой двери привлек внимание старшего. Быстро допив остатки в стопке так посмотрел на вошедшего.. Какого было удивление союза что маленький немец не спит. -Warum schläfst du nicht?.. [А ты чего не спишь?..]— в пол голоса спросил он на родном для мальчика языке, по путно убирая всё на место. Видимо не суждено ему налакаться водки. –und ich... Ich bin aufgewacht, um Wasser zu trinken. Und es stellt sich auch heraus... Wachen. [а я... Проснулся попить воды. А там тоже оказывается... Не спят.] — неуверенно ответил младший опустив голову, как будто его ругают. Может и правда не стоило вставать и уходить на кухню? Может быть, и не разбудил бы Союза... -Oh, da ist es, dass, [А, вон оно, что,]— в пол голоса ответил тот переводя взгляд на немца. — Diejenigen, die so in der Küche saßen, haben sie seit ihrer Kindheit so gern gesessen, sie saßen bis spät bei mir... [Те, что на кухне так они ещё с детства так сидеть любили, со мной до поздно сидели...] Договорил советский в пол голоса и немного улыбнувшись тот переводит взгляд на Германа, рукой мягко ударяя по дивану, будто приглашая того к себе. –und Papa hat uns ins Bett gelegt, und selten hat er ein Buch gelesen. Er ließ es nicht zu spät so sitzen... [а нас папа укладывал спать, и редко книжку читал. Он не разрешал до поздно так сидеть...] — рассказывал немец, идя к дивану. Он снова сел на него и сложил руки на колени. Было как-то не удобно предлагать ему ложиться еще спать, хотя не особо то и хотелось уже, после воды и прозревших от яркого света глаз. -Jede Familie hat ihre eigene Ordnung,[В каждой семье свои свои порядки,] — проговорил русский ненадолго прикрыв глаза. Прошло несколько секунд прежде чем союз продолжил.: -Es sei denn, es tut mir leid, das Klappbett musste den Kindern gegeben werden.[Ты если, что прости, раскладушку пришлось отдать детям.] – Alles ist gut. Ich bin mit allen Veränderungen zufrieden. Sie haben mich doch Unterschlupf gefunden...[всё нормально. Меня все перемены устраивают. Вы же меня приютили...] — не громко ответил ГДР сгиная спину вперед по ближе к коленям. Его правда всё устраивало. По крайней мере это лучше, чем на улице.. -Was würdest du dir für einen Geburtstag wünschen?[А что бы ты хотел на день рождения?], — через несколько минут молчания поинтересоваться русский, пока на кухне уже все расходились по спальным местам.. -Nun, in Bezug auf ein Geschenk oder einen Traum.[Ну в плане подарка или какой-нибудь мечты], — решил уточнить совет, сам не зная для чего. –Ich weiß nicht... Ich habe seit 3 Jahren keinen Geburtstag mehr. Und wenn gefeiert wurde... Dann habe ich immer nach einem Buch über medizinische Wissenschaft oder Technik gefragt. Aber jetzt... Ich möchte meinen Vater und meinen Bruder sehen... Zumindest zum Geburtstag...[я не знаю... У меня уже 3 года день рождения не отмечается. А если и отмечался... То я всегда просил книжку по медицинской науке или технике. Но сейчас... Я хочу увидеть папу и брата... Хотя бы на день рождения...] — последние слова прозвучали у него почти через слезы. Немец втянул подступающие к ноздрям сопли в себя, и потер глаз. Всё же он очень сильно скучал по своей единственной родне. -Ich werde versuchen zu arrangieren dir ein treffen mit Ihnen [Я попытаюсь устроить тебе встречу с ними], — проговорил он в слух, а про себя подумал:."с одним из них". -Soll ich dir nachts ein Buch vorlesen?[Хочешь я почитаю тебе какую-нибудь книжку на ночь?], — предложил русский спустя ещё несколько секунд молчания. –na... Es sei denn, es fällt Ihnen nur schwer.. [ну... Если Вам будет не трудно только...] — скромно ответил ГДР пододвигаясь к краю постели. Всё же теперь он был смущен таким предложением. -Ja, es ist nicht schwer. Ich habe alle meine Jahre bis zu 10 Bücher für die Nacht gelesen [Да не сложно. Я всем своим лет до 10 книжки на ночь читал], — в пол голоса уже сказал союз и немного погладив немца по голове встал искать книжку. Герман очень был похож на одного на детей союза, в годы ВОВ, но а сейчас же они выросли и большинство из них стали более спокойны. Тот выпрямил спину и начал уже с интересом смотреть за действиями Союза. Честно говоря, он был удивлен, что ему всерьез что то будут читать, но ему не доставило покоя срок до которого он будет читать ему книги... Совсем скоро ему не будут ничего читать, как и остальным детям. А может и будут?. Этого мы не узнаем, но за-то узнаем о большом количестве книг расположеных на полках союза. Некоторые из них были пыльными, а некоторые совершенно новые. Прошло минут 5 прежде чем старший нашёл интересующую его книжку и достал ту. По виду она не была слишком маленькой, но и большой ее назвать тоже нельзя, не сильно потрёпанной и совершенно новой, в общем, была середнячком по всем фронтам. Закончив с её поисками он вернулся на диван и дал её сперва подержать Германии. Тот ее с интересом рассматривал и листал страницы. Немец вертел ее в руках и когда только только получил ее на руки. Но все же, он продолжал ее вертеть в руках и листать страницы с картинками. И только в конце, он посмотрел на название... Это оказался средний сборник самых разных сказок со всех существующих на данный момент стран, хотя он был на русском. В принципе ничего необычного. -Es gibt Bilder in der Sammlung, so dass es besser ist, sich irgendwie bequemer zu legen [В сборнике есть картинки так, что лучше лечь как-то по удобнее], — в пол голоса, сказал союз протягивая руку что бы ГДР положил в неё книжку. –wow.. Ist das alles ein wahres Märchen? [ого.. Это всё правда сказки?]. — удивленно проговорил немец, пододвигаясь спиной к изголовью кровати, после того как он отдал Союзу эту книгу. Он был удивлен, что такая большая книга, заполнена самыми разными сказками да еще и с картинками. "Тут же ж на всю жизнь этих сказок хватит!!" радостно думал про себя ГДР, все никак не в терпенья дождаться какой-нибудь из них. -Да, — ответил СССР усаживаясь на кровать со сборником, а далее протягивая вторую руку ГДР'у, скорее всего он хочет что бы то сел на его колени. -Начнём с самого начала читать, или ты хотел бы какую-нибудь определённую сказку?,— поинтерисовался совет терпеливо ожидая его согласия. –na.. Es gibt verschiedene Helden in allen Märchen, also wenn ich einen von denen nenne, den ich kenne, wird es nicht interessant sein zuzuhören, weil ich dieses Märchen bereits kenne.[ну.. Во всех сказках разные герои, поэтому если я назову какого то из тех, которого я знаю, то слушать будет не интересно, потому что эту сказку я уже знаю.]— рассуждал Союзу Демократ, оставляя тем самым только один вариант чтения. Но намек с коленями он совершенно проигнорировал, потому что не понял, да и сидится на всем мягком очень хорошо. Младший смотрел только на книгу в руках СССР, с нетерпением начала чтения. Выдохнув старший убрал руку и положив сборник на колени второй рукой уже помогая себе открывать книгу. -Du hast immer noch Recht [Ты всё таки прав], — на выдохе и с лёгкой улыбкой проговаривал он пока открывал сборник,— Liest du Deutsch oder Russisch? [А тебе на немецком читать или на русском?] Спросил он начиная перелистывать страницы к началу одной из сказок. –das weiß ich nicht... Kann man so und so sofort lesen? [а это я не знаю... А можно и так и так сразу читать?], — после чего, немец проморгал и почесал глаз. Видимо ему всё равно до этого было, спать хотелось уже сейчас... -Man kann [Можно], — разрешил союз и улёгся на край своей подушки как бы между ног немца, причём показывая ему книгу с картинками, да и сам ближе к свету повернулся.. Мальчик поджал ноги к себе. Всё же такой позы чтения он почему то побаивался, и почему нужно было ложится между ног... Немец обнял колени и приготовился слушать сказку, смотря уже на страницы книги. Союз же ничего не сказал на счёт поведения Германии и просто начал читать сказку про теремок, первое предложение на русском, а второе было на немецком. И так была прочитанная вся сказка вплоть до момента пока они не уснули. Когда попадались картинки, Германия часто нагибался аж над головой Союза по ближе к книге, что бы разглядеть этот Теремок и всех его обитателей. Это поведение он объяснил тем, что плохо видит, что там нарисовано, и тем не менее, под конец сказки мальчик сам уснул, так и не услышав конец сказки. -Gute Nacht [Спокойной ночи], — тихо-тихо проговорил союз и убрав книгу на тумбочку выключил свет, естественно перед этим он уложил маленького немца так чтобы было ему удобно..