Утраченная запись номер 4. Фальшивая борода
26 октября 2023 г., 12:00
— И всё же… — неожиданно спросил Азирафаэль, впервые оставшись с Эдом в пугающем одиночестве, когда весь корабль уже спал, кроме них двоих. — Насколько злым ты являешься?
Эд посмотрел на него с удивлением и ухмылкой.
— Странный вопрос. Рад что ты спросил.
Эдвард медленно затянулся, так, что было слышно, как тлеет табак в его трубке, и выпустил дым в небо.
— Как сам дьявол.
Азирафаэль слегка усмехнулся, качнув головой. Так пафосно звучало, что не могло не улыбнуть.
— Что смешного? Не похож?
— Ох, нет-нет. Я не смеюсь. Просто это заставило меня вспомнить кое-кого.
— Кого? — его голос звучал слишком серьёзно.
— Эм, ах, старого знакомого. Ты его не знаешь, — Азирафаэль махнул рукой. — Отпетый негодяй. Мерзавец. Но, — его брови поднялись, и он улыбнулся. — C очень добрым сердцем, которое он почему-то неустанно скрывает.
— И он напомнил тебе меня? — разочарованно повёл бровью Эд.
— На самом деле, да.
— Херня. У Чёрной Бороды нет сердца, мужик. Общедоступный факт.
— Ох, дорогой. Может его и нет у Чёрной Бороды, но оно точно есть у Эдварда Тича. Иначе нас бы сейчас тут не было.
Эд фыркнул. Повисла тишина, разбавляемая лишь табачным дымом, шумом волн и храпом команды.
С того разговора прошёл, пожалуй, месяц.
Эд признал: Азиль — самый странный член разношёрстной команды Стида. Не Баттонс, не Роач. Азиль. Невысокий, пушистый, с щенячьим взглядом, с ухоженными руками и всепрощающим выражением лица Азиль.
Наблюдая за ним можно было заметить много интересного.
Например, что Азиль был магом. Некоторые вещи он доставал из воздуха. Кроули пытался переубедить Эда, говорил, что тот лишь горе-фокусник, но его так просто не провести. Монеты не лежат за ушами, Кроули, для них там нет места!
Ещё Азиль зачем-то прятался в бочках с книгой, которую скрывал за кафтаном на всём пути к его тайному круглому убежищу из досок, где раньше хранился порох. Все они, вероятнее всего, были из библиотеки Стида. Неужели Азиль думал, что никто не заметит, как неловко он каждый раз вылезает из бочки, опрокидываясь вместе с ней на пол?
Азиль никогда не спал. Эд ни разу так и не увидел его спящим или хотя бы сонным. Один раз пьяным, но не более.
Он никогда не кричал, не злился даже.
Знал, как ужинать. Этого не замечаешь, если не знаешь этикета, а Эд уже гордо мог сказать, что обучен ему. Азиль держал голову прямо, не нагибался навстречу еде, не хлюпал, всегда сначала дожёвывал. Всё так как это делал Стид, разве что чуть менее элегантно.
Чай с молоком и семью кусочками сахара он никогда не называл чаем, для него это было «послеобеденным десертом».
Но самой интересной странностью было то что Кроули рядом с ним будто мёдом намазано. А ведь Эд давно его знал и ни разу таким ни с кем не видел. Да и впечатление было, будто эти двое давно знакомы, но, если спросишь, оба уходят в яростный отказ, мол, они и вовсе друг друга терпеть не могут, а сами тем же вечером могут пить вино на марсе грот-мачты.
Как после такого не заинтересоваться?
При этом, странное дело, рядом с ним даже материться было стыдно. Эда яро не покидало ощущение, что за каждый его матюшок где-то там наверху бьют розгами маленьких ангелов по их детской круглой попе. Конечно, материться он не перестал, это выше его, но количество «плохих» словечек снижалось до «очень необходимого матюга».
Этот ангелок его не боялся и не избегал, глаза в испуге не метались и голос не дрожал; им просто не о чем было разговаривать и Эд готов поклясться, что слышал шорох шестеренок в его светлой голове, когда те оставались вдвоём.
В последний раз Азиль сказал что-то про хорошую погоду, Эд ответил, что всё это предвестник шторма и всё. Тишина.
Но с Кроули же они как-то общались?! Стид с ним тоже проводил много времени. А у него почему-то не получалось.
— А где ты нашёл этого Азиля? — между делом вдруг спросил Эд, придерживая книги во время шторма.
— Чего?! — кричал в ответ Стид, плавно катящийся по полу вниз вместе с книгами.
— Где ты такого откопал?! В смысле. Ну он же вообще не от мира сего.
Эд случайно убрал руку и книги волной повалились на пол. Поняв, что за глупость он сделал, то просто цыкнул, махнул рукой и пошёл поднимать Стида, на которого сыпались книги с верхней полки.
Стид зачем-то ставил их обратно на место. Эду пришлось сильно сжать его плечо и потащить к кровати. Там то он не навернётся.
— Но Эд! — протестовал Стид, но его уже усадили на матрас.
— Они упадут снова, мужик, хватит.
Стид, устало пыхтя, поднял на него глаза. Попытался встать, но Эд упёрся рукой в стенки перед ним, не давая подняться.
— Знаешь что? Прибей к полкам гвозди с верёвкой.
— Гвозди?! В такие полки, гвозди не вбиваются! Это ручная работа! Иначе я давно бы уже решил эту проблему.
— Вот и не в лом же тебе их обратно ставить каждый раз?!
— Штормы не такое и частое явление в последнее время!
Эд тяжело вздохнул. Он бы сказал, что это он обычно выводит их корабль из зон штормов, иначе Стид бы каждую неделю мог летать по каюте, получая книжной корочкой по его светлой головёшке, да отчего-то не хотел хвастаться.
— Как скажешь. Ну и чудила же ты, — хмыкнул Эд и сел рядом. — Так откуда Азиль?
Стид проигнорировал часть с чудилой.
— Азиль? — спросил он, цепляясь рукой за стену, когда корабль накренился в другую сторону. — Он как, хм, он как божий промысел.
— Чего.
— Бог отправил мне его в ответ на молитву.
— Как… ангела. —в голосе Эда звучала озадаченность.
— Можно и так сказать.
Эд задумчиво кивнул.
— Может и правда ангел? Демон же у меня есть.
Стид нахмурился и закричал куда-то вдаль:
— Эй, Азиль, ты ведь сказал бы мне, будь ты взаправдашним ангелом?
— Я — не ангел! — приглушённо донеслось из тайной комнаты Стида.
Стид качнул головой, этот ответ его явно устроил.
— Он что тут делает?! — тут же громко прошептал Эд.
— А кто по-твоему сидит на ящике с моей посудой, Эдвард? Хочешь на праздники пить из битых фужеров?
Для Эда это звучало так дико, что он хмыкнул.
— Нет, явно не хочу.
***
Увидев, как Азиль мечтательно смотрит на небо с чашечкой чая Эд вздохнул поглубже и подошёл к нему. — Хорошая погода, — скомкано начал он. — Ох, дорогой, великолепная! Верно, иногда он использовал в своей речи слово «дорогой», словно милая тётушка. Это моментально дезориентировало и Эд тут же забыл все подготовленные им ранее вопросы. — Ну, как дела там… — выпалил он лишь бы не висела тишина. Азирафаэль поднял брови. — Эдвард, неужели ты хочешь провести со мной беседу? — Да не, просто поговорить. Нет, ну, не о чём-то конкретном, бляха, ну, просто, — Эд тяжело вздохнул. — А-а-а, плевать, не важно. — Может посидим за чашечкой десертного чая? Эд посмотрел на чашку в его руке и слегка повёл плечом. — Ну, да? Зачем отказываться? Как же пронзительна была тишина между ними, даже перед штормом обычно не так тихо. — Нравится сладкое? Неожиданно спросил Азирафаэль, когда они уже уселись в столовой. — Сладкое? Не знаю. — Не знаешь? — Не знаю. — Ну, — озадаченно протянул Азирафаэль. — Мне кажется, ты крайне наслаждался мармеладом. И недавний мёд… — М, пчелиная жижа? — с одобрением кивнул Эд. — Да. Мёд. Крутая штука. — Складывается мне, любовь к десертам может оказаться нашей общей чертой. — Любишь сладкое? Азирафаэль задумался. — Что ж, не то чтобы я предпочёл жюльену с лисичками французские блины, но сладость искушает меня куда чаще. Эд откашлялся, не поняв и слова, а Азирафаэль под гнётом тишины продолжил. — Во Франции, надо отметить, потрясающий ассортимент, о котором я уже давно мечтаю. Думаю, однажды я всё же смогу там задержаться. — Нам во Франции делать нечего… — О, нет-нет, это так, мечты уже о моём собственном путешествии. — Хочешь уйти? — Не сейчас, конечно же. Когда путешествие Стида придёт к своему логичному концу, конечно я покину корабль. — Может это займет дохрена времени? Ему вроде нравится быть пиратом. — У меня времени достаточно, — он улыбнулся. — Да и, нельзя же быть пиратом всю жизнь. — Нет? — Нет! — мило хихикнул Азирафаэль. — Тебе ли это не знать? — А мне то откуда? Я не собираюсь бросать. Азирафаель посмотрел на него со снисхождением. — Ох, дорогой, всё ведь видно по твоему уставшему лицу. Эд тяжело вздохнул. — Ладно, возможно я давно уже хочу всё бросить к херам. Но Стиду это знать не обязательно. — Почему бы это? — В первую очередь ему нравятся пираты, а не бывшие пираты. — В первую очередь ему нравится Эдвард Тич. Эд чуть помолчал, отпил, облизал сладкие губы, а затем скомкано спросил: — Он так и сказал? — Это моё наблюдение. — М-м-м… — в его мычании звучало разочарование. — Но я более чем уверен в своей правоте. Азирафаэль слегка напрягся. Он не имел права вмешиваться в их отношения, да и боялся ляпнуть лишнего, что с ним тоже не редко случалось. Да и как сказать, что, если бы не проклятый остров, эти двое безнадёжно влюбленных уже, вероятно, предались любовным шалостям. — И как часто ты оказываешься прав? — Что ж, не то чтобы я считал… — Азирафаэль загадочно хмыкнул, стараясь не выдавать что уже танцевал извинительный танец в 1615ом из-за своей ужаснейшей ошибки и, опять же, из-за своей полной уверенности в том, что никто не сгорит на костре из-за того, что люди наконец узнают, что Земля крутится вокруг солнца, а никак не наоборот. Жаль, что Джордано Бруно был также сильно в этом уверен, но ему это совсем не помогло. Через пятнадцать лет бесконечной вины Азирафаэлю пришлось танцевать на потеху Кроули. Сейчас он был уверен, что этот стыд не повторится, блаженно не ведая, что до следующего танца чуть меньше века. — Я бы сказал не редко. — Какое число я задумал? — Я не телепат и не предсказатель! Я просто наблюдательный. — Ладно. Придумал. Сколько людей Кроули кинул за борт? — Я же говорю, я не телепат. — Ну, а сам то как думаешь? Раз такой наблюдательный. — Не знаю. И не хочу о таком даже думать. Хотелось бы, чтобы ни одного! — Давай. Примерное число. — Пять? Эд залился смехом. — Ну, да… даже не близко. — Выходит, Кроули многое вытворял во время ваших приключений… — Да он просто дьявол, — хмыкнул Эд, но, видя тяжёлый взгляд Азиля, замолчал. — Ну, не то чтобы много криков было. По меркам пиратства средне. Ничего прям выдающегося. Азирафаэль сжал губы. Он чувствовал его ложь. — Ты можешь рассказать больше? — О Кроули. — Д-да и не только. — Может, прогуляемся, пока не отплыли? Историй у меня много и лучше бы Кроули их не слышать. — Как тут отказать. Вряд ли мы влипнем в историю за два часа до отбытия.***
Азирафаэля и Эда нашли валявшимися без сознания на берегу, в паре шагов от лодки. Их оперативно притащили на судно и разместили в капитанской каюте. Эд был бледный, весь в поту, волосы прилипли к его лбу, а голова иногда тряслась. Но Кроули больше волновал Азирафаэль, потому что у него были идентичные симптомы, что крайне подозрительно для сверхъестественной сущности. — Может, не стоит отплывать? — Стид сидел на краю своей кровати, куда положили Эда, и проводил холодной тряпкой по его взмокшему лбу. — Я знаю одного врача, — протянул Кроули. — Плыть два дня всего. Хотя, думаю, они сами поправятся. Как-нибудь. — Разве это хорошая идея? Может на острове мы найдём какого знахаря? — Пф, знахаря. Что бы их папоротником облепили и с бубном над ними танцевали? Да Эд со стыда прям там и окочурится. — Не говори так! — Я уже встречал такое. Сначала жуткие симптомы, а потом будто ничего и не было. Обычная одер-о-э-э-э-одермность. Но ты слышал, наверное. Бушует себе тут в джунглях. Почти как простуда. — Одермность? — озадаченно переспросил Стид. Кроули еле заметно сглотнул. Не лучшая импровизация в его жизни, но худшей всё ещё было притвориться змеёй на представлении танцев со змеями. Надеялся там спрятаться в толпе «собратьев» от разгневанных пьяниц из бара, которых он оскорбил своей просьбой налить ему выпивку получше тех помоев что ему дали, а в итоге весь вечер висел на голой женщине и своими попытками уползти с неё куда подальше, получал дамской рукой по своей глупой маленькой змеиной голове, которая решила, что это хорошая идея. — Да-п. Редкая штука, но явно переживать не стоит. Стид положил свою руку, на руку Эда, тяжело смотря на его больное лицо. Он убрал прилипшие к коже пряди и на выдохе произнёс: — Где этот врач? — Строго на запад отсюда. Стид неохотно встал с места и ушёл раздавать указания команде. Как только дверь закрылась, Кроули заглянул в мешок, который нашли при них. Внутри лежали: Нож, нож поменьше, очень маленький складной ножик для чистки яблок с гравировкой змеи на чёрной деревянной ручке, свежие персики, потёртая книга и странный мешочек со смутно знакомой на ней печатью. Кроули нахмурился, обнюхал неизвестный холщовый мешок. Размотал верёвочку из пеньки и обнаружил там с виду обычное овсяное печенье с шоколадной крошкой. Он носом залез в мешок, шумно вдохнул и фыркнул. Брезгливо взял одно печенье двумя пальцами, тронул языком, будто ангел впервые пробующий человеческую еду и наконец облизал. На вкус как проклятый сахар. — Ох, Ангел… Легко перепутать запах проклятья и сахара. Как и сахар, проклятья пахнут кристаллизованной медленной смертью и повышением холестерина. Не удивительно, что Азирафаэль не заметил. Кроули получше рассмотрел печать на мешке: «дом святого прелюбодейства». Удивительно, что Азирафаэль не заметил! Тем более с острова стоит отплыть куда подальше. Рядом с оккультными церквями ему светиться себе дороже. А если кто-то из его окажется там? Кроули наверняка провонял святостью, столько дней проведя с ангелом под боком. Это стоит целого доноса и дальнейшего вызова на ковёр. Он сел рядом с Азирафаэлем. Стянул с себя перчатку и провёл по его влажному лбу. Кроули понятия не имел что случается с ангелами, при поедании проклятой пищи. Сможет ли это упроститься до простой изжоги? С Эдом то ясно, пару часов и в него вселится какой-нибудь бестелесный демон, а там уж он его вытащит и выкинет обратно в ад. А что с Азирафаэлем? В него демон уж точно не влезет. Простое чудо на нём не работало, поскольку, травм и болезней у его человеческого тела не было. Кроули обратно натянул перчатку, уселся на свободное кресло и стал ждать гостей из ада. Нога дёргалась. Мычание Азирафаэля его беспокоило сильнее, чем следует. Час он просидел спокойно, но после решил, что пора бы немного выпить алкоголя, иначе его неугомонная нога пробьёт дыру в полу. Он вышел из каюты и чуть не наткнулся на чью-то шпагу, которая тыкала лезвием ему в грудь. — Вы захвачены Чёрной Бородой! Кроули проморгался, всматриваясь в незнакомое бородатое лицо. За его спиной он увидел уже повязанных Француза и Люциуса, связанными по рукам и ногам и с тряпкой во рту. Из трюма слышно, что кто-то там копошился. Мужчина перед ним невысокий, в общем-то роскошной чёрной шевелюрой и походил на молодого Эда, но его тускло-серые глаза, пронизанные самодовольством, совсем его не красили. Перед ним зарвавшийся мальчишка лет двадцати и не более того. — Да ну? Серьёзно что ли? — хмыкнул Кроули. — Отупел от страха? На колени. Кроули крякающе засмеялся. Замолк, поняв, что эти слова произносятся на полном серьёзе и загогоготал что есть мочи, показывая на него пальцем. — Ты не Чёрная Борода! — Разве? Ты бессмертный, чтобы так говорить?! — Во-первых, да. В-конечных, я знаю Чёрную Бороду. Настоящую Чёрную Бороду. И он явно будет не рад тебя видеть. — И где он? — по тону ясно, ему не поверили. — Здесь! — игнорируя дрожь крикнул Стид, со шпагой в руках. — Это я. Кроули резко повернулся, широко распахнув глаза, так что их даже за пенсне стало видно. Он был уверен, что Стида давно связали или он сам им сдался, умоляя пощадить. — Ты?! — бородатый парень рассмеялся. Кроули бы и сам снизошел на смех, да вот ситуация совсем обратная. Это был редчайший случай, когда он решил взять всю ответственность на себя, и вдруг всё рушит Стид, который героизмом так-то никогда и не отличался. — Ты то куда, педик, лезешь?! — всё ещё смеялся самозванец. — Какой из тебя Борода? Стид приподнял голову, держа лицо спокойным. Кроули слышал, как у того бешено и испуганно бьётся сердце. — Пощады не жди. Кроули услышал, как об пол взорвалась дымовая шашка. Всё тут же заволок дым. Он эти штуки терпеть не мог. Дым вечно бил ему в нос частичками угля. В особо игривое настроение для «наебалова», Эд раскидывал их куда глаза глядят, лишь бы тумана побольше витало, от чего Кроули чихал без остановки. Видимо, Стид эту любовь к дымовым завесам перенял, что не могло не раздражать. Когда дым рассеялся, Стид исчез. Глаза самозванца недовольно сощурились. — Какого… Кроули лишь мотнул головой. — Правда думал, что Чёрная Борода выглядит вот так? — он нагло задел пальцами его бороду. — Как бы он тогда стал таким неуловимым? Фальшивая Борода резко прижал Кроули лицом к стене. Чёрное пенсне Кроули упало и он закрыл глаза. Этот жест явно не правильно поняли и раздался юношеский смех: — Стоило припереть к стенке, как вся спесь сбилась? Кроули открыл глаза и взглянул на него, ухмыляясь. На лице Фальшивой Бороды промелькнул ужас при виде золотистых змеиных глаз. Самозванец сильнее вжал его в стену, а затем повалил на пол, связал и двое из его команды потащили Кроули к уже захваченным. — Мы обречены… — протянул свежесхваченный Швед. Кроули хмыкнул. — Ну, да. Но согласись, что-то увлекательное в этом всё же присутствует.***
Стид не знал что один пронырливый змей нашёл все его секретные ходы на корабле и уже догадывался, что тот в каюте капитана. Первым делом он заблокировал дверь. Туда уже ломились, но пока что выбить не могли, стул из Бразильской Вишни держал оборону. Стид судорожно надел на себя чёрную однорукавную куртку, которая висела на кресле. Подошёл к Эду, провёл по его бледному лицу рукой и резко поднял одеяло, без толики смущения растёгивая его кожаные штаны; не время смущаться. Но, всё же румянец выскочил на лице, когда Стид стянул с него брюки и узнал, что Чёрная Борода не носит нижнего белья. Его это даже не удивило, но вогнало в краску. Стид обратно накрыл его одеялом, снял с него перчатки и пару секунд держал за руку, собираясь с силами. — Я не справлюсь… — вдруг поддался панике Стид и его голос перешёл на писк. Он крепче сжал его руку. — Но Чёрная Борода справится. Чёрная Борода. Я — Чёрная Борода. Стид тараторил себе это под нос под стук в дверь, затем сделал вдох, выдох и заниженным, расслабленным голосом признёс: — Я, мать его, Чёрная Борода. Когда дверь выбили, Стид закрыл ширмой Эда и Азиля, испачкал пальцы в угле камина и провёл себе под глазами. Растрепал волосы и разлёгся на кресле, в руках держа трубку Эда. Он держал её так, будто вот-вот закурит, хотя никогда этого не делал и после одной попытки покурить, под смех Эда, чуть не откашляв все лёгкие, решил, что это занятие не для него. В комнату ворвалось трое неизвестных. Увидев Стида, они замерли в непонимании. Стид незаинтересованно поднял глаза, хотя внутри его всего трясло и живот уже прихватило. Они все были пугающе друг на друга похожи и лишь цвет кожи был их отличающей чертой. Все лысые, с щетиной, даже рост их не сильно варьировался. У всех по серьге в ухе: у первого на правом, у второго на левом, а у третьего сразу по два кольца на обоих ушах. Третий, наверное, выше их по иерархии, подумал про себя Стид, похоже, что на ушах пиратские погоны, чтобы различать их между собой. Стид злобно набрал носом воздух. Злобно в его понимании, это задрать одну ноздрю так высоко, чтобы людям было неприятно видеть торчащие оттуда волоски. В общем-то, он просто повторял выражение лица своего отца. — Вы, блядь, ещё кто. Кто разрешил подняться на борт Чёрной Бороды?! Стид был невыносимо горд собой, его голос не срывался на испуганный визг и даже не дрожал! — Чёрная Борода… — озадаченно сказал Серьга В Правом Ухе. — Ложь! — сквозь зубы рявкнул Стид, а затем чётко, с раздражением, проговорил. — Я не разрешал. Краем глаза Стид увидел, что Серьга В Левом Ухе пальцем отодвинул ширму. — Убрал свою сраную руку! — зарычал он. — Или что? — мужчина повернулся, отвлекаясь от ширмы. Стид вскочил с кресла, прижал его к стене и вонзил нож прямо у его лица. — Или я вырву тебе твой сраный глаз. Похоже, что я шучу? Похоже, что я шучу?! Да я скормлю тебе твои же яйца, мужик! — Стид кричал так, что даже плевался. — Вы двое! Приведите сюда рыжего. — Мы не… — Что?! Глухие? Я сказал приведите сюда долговязого рыжего. Правое Ухо двинулся к двери, но, — судя по числу серёжек, Летенант, не меньше —, его остановил. Стид слышал, как они шепчутся: — Ты куда?! — Приведу рыжего. — Борода нам горло вскроет! — Да ты посмотри, у него глаза как у безумца. Может он тоже Чёрная Борода? — Гм… Лейтенант отпустил его и, видя, как Стид пялится, пошёл следом, лишь бы не оставаться. Неожиданно мужчина перед ним робко произнёс: — А вы… а вы вкусно пахнете… Стид удивлённо нахмурился и вытащил нож из стены. — Рыпнешься — я вспорю твою глотку. Кроули привели, толкая рукой в спину. Как только они свернули к камину, верёвка неожиданно спала. Кроули схватил мушкет из кобуры Стида и выстрелил одному из них в ногу. Второй хотел было достать своё мачете, но Кроули навёл на него дуло. — Оно двухразрядное. Мужчина сщурился. Оба смотрели друг на друга не моргая и в итоге Лейтенант, проиграв бесконечнократному победителю в гляделки никогда-не-моргающему-Кроули, схватил кричащего хромого товарища и повёл его к выходу. — Что за дебилы… — тихо протянул Кроули, заряжая однозарядной мушкет. — Кроули… — выходя из образа облегченно выдохнул Стид. — Вот серьёзно, долговязый рыжий? Я же не называл тебя глупой блондинкой! Ни разу! Хотя хотел… Кроули посмотрел на мужчину у стены. — Ха, заложник — это хорошо, — он связал Левое Ухо, схватил какую-то тряпку с пола и сунул мужчине в рот. — Мои панталоны… — тихо протянул Стид. — А чего ты ими раскидываешься?! — Кроули посмотрел на то как вырядился Стид и очень тяжело и недовольно вздохнул. — Ага, полное погружение в персонажа, значит. Хотел бы я этого не знать… Стид проигнорировал его слова, но покраснел. — Что нам теперь делать?! — Стид почувствовал облегчение, наконец поддаваясь страху. — Ну вот зачем ты сказал что Чёрная Борода это ты?! — Потому что я капитан! Я должен взять обязанности, пока Эд слаб! — Ну надо же, ручки то не дрожат? — К твоему разочарованию! — Всё было бы проще, если бы я стал Чёрной Бородой, твоя светлая головёшка об этом не подумала? Стид стушевался. — Ну и что! Поздно уже ссорится, надо что-то с этим делать! Кроули задумчиво смотрел на Стида. — Что? — огрызнулся тот. — Замолчи, я думаю. Кроули хмыкнул. — Интересная боевая раскраска. Он показал на угольные тени под глазами. Снизу забубнил связанный Левое Ухо с панталонами во рту. — М-м-м, я уже забыл о нём… — Ох, чёрт! Я тоже! О, нет-нет, теперь нельзя его отпускать! — Стид снисходительно посмотрел на заложника. — Мне право неловко за то что я на вас так кричал. Вам может чаю? — Какого чаю?! Нас захватывают! — Кроули помассировал переносицу и хлопнул в ладоши. — Ладно, я сказал этим придуркам запереть нас где угодно лишь бы не в кладовке. Так что там заперты Роач, Баттонс и Француз. Можно попробовать пройти через потайной ход и вытащить их, впятером то уж справимся с парочкой людей. Но я без понятия куда делся Фальшивая Борода! — Не поверишь… — тихо сказал Стид, смотря Кроули за спину. Кроули что-то недовольно прошипел, помотал головой и медленно повернулся к наставленному на него дулу мушкета. — Опусти оружие, — Стид поднёс заложнику нож к горлу, сидя на корточках. Раздался выстрел и заложник упал на пол. Стид вскрикнул от неожиданности и плюхнулся на задницу, напрочь теряя образ. Дуло вновь смотрело на Кроули. — И что? — скучающе произнёс Кроули, даже не смотря в пугающую тёмную дыру мушкета. — Он двухзарядный. — Да-да, конечно. Хмыкнул Кроули и лениво потянулся к своему мушкету. Снова раздался выстрел. — Блядь! — прошипел Кроули, хватаясь за простреленное плечо. Самозванец посмотрел на Стида. — Разрядился хрен пойми во что и выглядишь всё равно как педик. Милая подводочка. — Я должен обидится? Из уст низкосортного подражателя это даже не задевает. — Я — настоящий! — кричал тот. — Раз ты настоящий, тогда я грёбаный священник. — протянул Кроули сквозь зубы, сжимая сильнее плечо. — ты не Эдвард Тич, мы все это знаем! — Он тоже! — незнакомец показал на сидящего на полу Боннета. — Я — Чёрная Борода! — все ещё утверждал Стид. — Да заткнись уже, у тебя не получается! — У меня получилось бы лучше, будь у меня хоть какая-то поддержка! — У миня палучинясь би лутьсе ме-ме-ме. Ну поплачь ещё. — Обязательно быть таким невыносимым?! — Обязательно браться за то, в чём не разбираешься?! Вот из-за тебя нас сейчас убьют! — Не убьют, если перестанешь на меня так давить! — И что случится? Неожиданно яйца отрастишь?! Самозванец нахмуренно следил за перепалкой, бегло перезаряжая мушкет. — Не о-, я не-, они и так у меня есть! — Два льняных семечка у тебя. — Ты даже оскорбить не можешь. Самые маленькие семена у орхидей! — Ты сам себя сейчас закапываешь, орхидея недоделанная! Мне плевать на размер семечек, смысл не в этом! — Да заткнитесь! — крикнул самозванец. Стид и Кроули резко повернулись к нему и увидели тихо крадущегося сзади Олуванде со здоровенной палкой в руке. Он крутил пальцем, прося их продолжать ругаться. — А ты не перебивай! — ответил Стид. — Тебе вообще слова не давали! — поддакнул Кроули. — Ты в подмётки Бороде не годишься! Боже, да ты посмотри на себя! Мальчишка, который настолько ничего из себя не представляет, что решил притвориться кем-то, кто хоть чего-то добился в своей жизни в отличие от тебя! — Ой, как знакомо звучит то… — протянул тихо Кроули, благо Стид не услышал. — Заткнись! — Фальшивая Борода перешёл чуть ли не на визг. — М, правда глаза колит. — Стид встал выпримив спину, гордо упирая руки в бока. — Заткнись или я… Олуванде замахнулся, и Фальшивая Борода упал на землю. Стид громко выдохнул. — Как ты выбрался? — недоуменно спросил Кроули. — Ах, это… — он замялся. — Люциус там… рисует… Кроули чуть скривил лицо и качнул головой. — Ладно. Свяжите его. — кинул Стид, прячась за ширмой. Увиденное за ней его испугало. Азиль весь порозовел от жара. Стид дотронулся до него; настолько горячего тела даже во время сильной болезни он ещё не встречал. Эдвард же наоборот, совсем побледнел, щёки впали, а круги под глазами были ужасающе насыщенного коричнево-фиолетового цвета. — Кроули! Кроули, быстро сюда! — крикнул Стид растерянно. — Я тебе не… — Кроули зашёл и увидел в каком эти двое состоянии. — … собачка. Он, пряча испуг, наклонился над Азирафаэлем. Тот весь горел. И огонь в нём разжигался только сильнее, не думая утихать. Наверное и с ним было бы то же самое, если бы он случайно съел этот кусок хлеба, которые люди обзывали телом Христовым. Кроули снял перчатку и приложил свою костлявую руку тыльной стороной к красной пухлой щеке. Азирафаэль сквозь бред повернулся к источнику прохлады, что-то мыча. — Знать бы как тебя спасти теперь… глупый Ангел, — тихо проронил Кроули, убирая руку. — Мне это совсем не нравится! Я не врач, но, это что-то совсем не здоровое. Нам лучше вернуться. — В том городе была церковь? Нормальная церковь. — Нормальная? — Сколько было церквей? — Где-то… две? Не знаю, я не помню. А в чём дело? — Святая вода. Нужна святая вода. — Как она поможет? — Поможет, — Ложь. Он этого не знал. Лишь надеялся, что клин клином вышибет и адское печенье с шоколадной крошкой растворится в святой воде. — Наверное, есть. — Тогда надо вернуться. Чем быстрее, тем лучше. — Неужели ты думаешь, что в них бесы? — Так! Ты не доктор! А я вот иногда докторю. Докторствую. Докто… эм. Бабка моя врачеванием занималась. Убей самозванца и поплывём обратно. — У… убить? — Ты же сейчас Чёрная Борода. А Чёрная Борода бы его убил. — Эд бы не… он бы не убил его! — А, да. Сбросил бы за борт чтобы вода его убила. По мне так одно и тоже. — Кроули серьёзно посмотрел на Стида. — Если ты решил взять эту роль, то отыгрывай. — он отчеканил последнее слово. — Или просто признай наконец, что ты не можешь стать таким, как Чёрная Борода. Сколько бы Эд тебя не учил, это не твоё. Ты либо пират-джентельмен, либо пират-стихийное-бедствие. — Но Эд… — Слушай. Ты не Эд. Очевидно. И это причина почему ты ему приглянулся. Ты не имеешь ничего общего с Чёрной Бородой. Ни на толику. Но этот маньяк-подражатель реальная проблема. Если он узнает что Эд здесь, то убьёт его. — Он видимо даже не знает, как Чёрная Борода выглядит. — Не думаю, что это его остановит. Ты не встречал так много людей как я за свою жизнь… да и мы почти прямым текстом сказали, что он здесь. Стид тяжело вздохнул. — Иди уже. Прояви себя как капитана. — Присмотри за ними… — И так собирался. Кроули проводил его взглядом, залечил свою рану, а затем резко повернулся к Эду. — Что ж, — бубнил Кроули, — кто бы мог подумать что я однажды буду призывать демона… Кроули положил руку Эду на грудь. Он идеально слаб для вселения, но настолько упрям, что не даёт никакому демону занять своё тело. Кроули взяла какая-то странная гордость. Он нагнулся. Стал шептать ему что-то на ухо и тело Эда сразу затряслось. Как только Кроули произнёс последние слова тело обмякло. Резко открылись токсично зелёные глаза и уставились на Кроули. Вдруг лицо Эда удивилось и тело резко село. — Кроули? Слава Сатане! — Да-да, Сатане слава, надо кое-что обговорить. — Ты меня не узнаёшь? Кроули пять раз сжал губы на выдохе, создавая звук «пу-пу-пу-пу-пу-у-у». Демон с надеждой подсказывал: — Сидели вместе на лекции по пыткам колюще-режущими. — Я не, эм, Бакур? — Не. — Зевилар? — Не-е-ет. — лицо Эда улыбалось, но не как обычно, а с чуть меньшей сексуальностью и манией. Демон прям не дотягивал. — Что-то на Г? — Да. — Герит, Гатарий, Гривзен, Гиц, Гондар… — Едрить тебя в рай! Даже не близко! Это же я, Бамфир! — Это же не на Г, идиот! Ох, стой, ты наверняка безграмотный… — Да, я безграмотный, — довольно ответил тот. — В общем, Бамфхм, — Кроули пробубнил имя, поскольку сразу же его забыл. — Ситуация такова: ты мне мешаешь. — Извини? Что? — Да, я тут занят пиратством. — И-и-и? Я могу просто уйти в другое место. — Не с этим телом. — Это ещё почему. Людей много, возьми другого. — Да ты прям снимаешь это с моего языка! Но проблема в том, что этот конкретный человек под моим влиянием, конечно же, выполняет работу за троих демонов. Ты просто испортишь мне статистику. — Не моя проблема. — Зато моя! Так что покинь тело, иначе я сам тебя выпну. — Ты не посмеешь. — Ха?! Хоть Вельзевул потом пожалуйся, мне до фени. У меня тут разгар сезона. Не заставляй лучшего работника пятнадцатого века ждать! Да и я уверен, рай сейчас кусает локти: «Как же так, столько бед от одного смертного человека. Что же нам делать?» — Думаешь ангелы могут доставать зубами до локтя?.. — озадаченно спросил Бамфир и тут же попробовал сам. — Это просто… угх! Кроули был удивлён тем, что это даже не самое тупое, что он видел в исполнении Эда. По тупизне наверное место третье, сразу после попытки поковырять языком в носу, учитывая что его усы обрывали всю надежду добиться успеха на корню, но он отказывался принимать поражение, пока не устал. Кроули тяжело вздохнул, схватил Эда за грудки рубашки и, сморщив лицо, припал к губам высасывая из него демона. Тот брыкался, возмущался, но демон без собственного тела слабее младенца. Глаза Эда тут же потемнели, но удивление с лица не исчезло. Кроули отпрял. — Мужик, какого хрена? — Эд не был зол, но явно сильно шокирован. Кроули показал ему указательный палец, прося подождать. Открыл форточку и сделал самый огромный и зелёный харчок, который Эд только видел в своей жизни. Этот ядрёный плевок с пищащим криком упал в воду и загорелся. Эд проморгался. Огонь на воде быстро исчез. Кроули вытер рот и подошёл к Эду. — Мы квиты теперь. — Нет, ну, если это по-дружески… — Конечно по-дружески! — Кроули произнёс это как совсем очевидное. — Ладно. Тогда ладно. — Эд кивнул. — не будем об этом вспоминать… — Никогда в жизни. А теперь спи и восстанавливайся. — Он коснулся лба Эда пальцем и тот упал на подушку. Кроули вздохнул с облегчением. — Один есть… — он посмотрел в сторону Азирафаэля. — а вот что делать с тобой?***
— Знала бы маменька, как сильно уроки рисования мне пригодятся в жизни… — довольно протянул Люциус, смотря на наброски пяти разных пенисов в своей тетрадке. Стид крайне недоуменно смотрел на голых мужчин, лежащих на простыне в его трюме, которые несколько минут назад пытались захватить его судно. Ситуация абсурдная. Это их лишь второе судно, и все эти люди даже не слышали об Иззи Хэндзе. Купились на рассказы парня, выдающего себя за Чёрную Бороду, зная лишь слухи о том, что он отделился от прошлой команды. Тяжело это признать, но все они чем-то напоминали Стиду чёрного Пита. То ли манерой речи, то ли поведением. На то что их капитан связан они даже никак не среагировали. Более того, кажется, кое-кто подумывал о бунте, но боялись, что вспыльчивый капитан изрубит их на куски. Стид выдохнул с облегчением. Обошлось. Жаль лишь застреленного беднягу в его каюте и ещё одного раненого в ногу. Фальшивого привязали к мачте, пока тот ещё был без сознания. Олуванде ударил его не жалея силы, удивительно что ещё жив остался. Команда Фальшивой Бороды неохотно покинула корабль, долго махая Люциусу на прощание, и «Ревендж» поменял курс, плывя обратно. У них остался заложник и Стид совсем не знал, что с ним делать. Надеялся договориться как-то, или просто оставить на одиноком маленьком острове, когда будет такая возможность. Хотя, лучшим вариантом было дождаться когда Эд поправится и сам решит как с этим быть. Стид тяжело вздохнул, кусая губы. Рядом даже нет Азиля, который мог его выслушать и успокоить, остальных в команде после случившегося он как-то не особо хотел беспокоить, особенно Люциуса. Эти его взгляды, когда Стид начинает говорить об Эде, были полны такой пошлости и интереса, что местами становилось неловко. У него сейчас остался только этот… долговязый рыжий. Стид сам себе хмыкнул и робко выглянул из-за ширмы. Кроули сидел на полу рядом с диваном, на котором лежал Азиль, приложив голову к подлокотнику. — Уже плывём назад. Как они? — Эду лучше, — безэмоционально ответил Кроули. — Поспит пару часиков… или суток. Тяжело сказать я не доктор, — он тихо добавил: — И не демонолог. — А Азиль? Кроули молчал. Он закрыл глаза и тихо сказал: — Я не знаю. От Азирафаэля уже исходил еле заметный пар. — Жар не сбивается. Нужно что-то святое. — Боюсь, на этом корабле нет ничего святого… даже Библии нет. — В ней святое только название. — протянул Кроули. — Ладно, мы уплыли не так далеко. Что там с Фальшивой Бородой? — Привязан к мачте. Кроули поднялся недовольно бухтя. — К мачте! Ха! Всё делать самому! Он ринулся семимильными шагами к двери. Стид был уверен, Кроули нервничает. Движения стали совсем резкими и в голосе зазвучала нехарактерная ему нотка. — И где он? — недовольно спросил Кроули, смотря на мачту и уперев руки в бока. — Он… — Стид осмотрелся. Никого нет. — Я уверен, что его крепко связали! Откуда-то сверху раздался клич и Фальшивый на верёвке полетел в их сторону с ножом в руке. Кроули махнул двумя пальцами, и верёвка чудесным образом оборвалась. Фальшивая Чёрная Борода с грохотом упал головой на собственный нож. Стид зажмурился, а Кроули закричал полный раздражения: — Нужно выпить. Как же мне нужно выпить! Алкого-о-оль! — он раскинул руки в разные стороны. Упиваясь всё время, пока на горизонте не появилась суша, Кроули просидел у борта, в одиночестве. Голова до звона опустела, а грудь сдавило от беспокойства. Вернувшись к Азилю в каюту, Кроули взвыл. Свечение. Он светился. — Твою мать, Ангел, не смей развоплощаться! Он подбежал, кладя руки ему на грудь. Прикосновение жгло кожу. Неужели ангел в самом деле покидает своё тело? Кроули испуганно смотрел на него. Обычное чудо на Азирафаэле не сработает, сработает только то, которое заметят и наверху и внизу. Чтобы этого не произошло, нужно второе чудо равной силы, полностью противоположное. Злое и мучительное чудо невиданной силы. Кроули сжал губы. Времени совсем нет. Он бы хотел направить всю муку на себя, но, боялся, что тогда не сможет исцелить Азирафаэля до конца. — Прости меня. Это надо перетерпеть. Он направил оба чуда из своих рук в светящееся тело. Глаза Азирафаэля распахнулись, и он истошно закричал, впиваясь Кроули в предплечья. Свет усилился. Кроули шипел, хватаясь крепче за него своими пальцами. Вкладывая все силы он не смог контролировать крылья и они раскрылись, торча в обе стороны, не зная куда себя деть. А сам он дымился от священного света. Вдруг свет потух, будто всасываясь обратно. Азирафаэль замолчал, пролежал пару секунд и с громким вздохом пришёл в себя. Он тяжело дышал, ощупывая своё тело и лицо, улыбаясь и смеясь, осознавая, что он не развоплотился, хотя всё к этому шло. — Кроули! Ох, Кроули… Азирафаэль смотрел по сторонам, но его нигде не было. А позже на полу он увидел маленькую чёрную тощую змейку, которая обессиленно тыкалась носом вперёд, к лежащему на полу солнечному свету, не в силах до него доползти. — Кроули?! Азирафаэль испуганно взял его на руки и понёс на улицу. — Всё впорядке?! — взволнованно кричал Стид, прибежавший на крик. Несколько членов команды стояли за его спиной, но Азиль быстро проталкивался вперёд, выкладывая бедную змейку на бочку, чтобы тёплые солнечные лучи попали на его чёрную чешую. — Азиль? — удивлённо спросил Стид, а потом улыбнулся. — Боже, тебе тоже стало лучше! Ох! Терпеть не могу, когда Кроули прав, но вы поправились и это лучшая новость! Азирафаэль бегло глянул на Стида и кивнул. Его сейчас куда сильнее волновала почти не движущаяся змея. Кроули даже ничего не отвечал, и совсем не открывал глаз. — Где ты её нашёл? — Это Кроули. В смысле. Принадлежит Кроули. Боюсь, ей не здоровится… — Так может это, в суп её? — предложил Роач, почёсывая пальцем по лезвию. — Не смей! — Азирафаэль испуганно прикрыл Кроули руками, впервые за всё время смотря на Роача враждебно. — Ты смотри. Эта явно ядовитая. Как очухается — всё, поминай как знали. Я бы её это, — он резанул ножом воздух, — кх. — А я не разрешаю! — Неужели Кроули её всё это время тоскал с собой? — удивился Стид. — А он хорошо умеет скрывать вещи. А кто кричал? — Я. Снилось всякое. — Азирафаэль отвечал в надежде что от него отстанут. Это казалось ему очень бескультурным, но ему правда было не до разговоров. — Я могу немного побыть один? Азирафаэль, сжав губы, уставился на змею. Все кивнули и разошлись. Стид сделал это с сильной неохотой. Когда он остался один, то тихо спросил: — Пожалуйста, дай знак что ты в порядке. Змея лениво высунула раздвоенный язык, но даже не могла им пошевелить. — Ох, Кроули! Спасибо! Боюсь представить, чем бы всё закончилось, если бы тебя здесь не было! Ангел провёл пальцем по его маленькой голове, а затем одёрнулся. Кажется, это было лишним.***
Кроули очнулся. Он два раза моргнул, размял язык и поднял голову, осматриваясь. Всё выглядело большим и непривычным, особенно после длительного сна в котором ему снилось что Роач хочет порезать его на суп, а Азирафаэль вечно ему в этом припятствует и уносит Кроули с собой. Хотя, может, так и было. Наконец он понял, что лежит завёрнутый в мягкую белую ткань в руках Азирафаэля придерживающих его снизу. Ещё немного он полежал так, не двигаясь, склонив голову на потасканную тельняшку Азирафаэля, смотря на его спящее лицо, при том что с этого ракурса почти его и не видел. Через некоторое время Кроули осторожно выполз и вернул себе человеческую форму. Он недвижимо стоял напротив лежащего непробудным сном Азирафаэля. Его чёрная чёткая тень легла сквозь тёплый свет от фонаря на ангела, закрывая его целиком. Азирафаэль, видимо, был ещё слаб, раз его оболочка спала, обычно он не изменял привычкам и читал по ночам. Кроули тяжело дышал, смотря на него и вздохи становились все чаще. Что-то сгущалось внутри от мысли, что Азирафаэль охранял его всё это время. Это было не правильно. Это было слишком. Они встречались раз в несколько лет, десятилетий, а иногда и веков, но последний месяц… Может дело в дружбе с человеком? Вся эта привязанность и человеческая эмпатия. Он всего лишь поддался небольшому собственному же искушению провести пару лет в общении с человеком, а теперь не хочет прощаться и с ангелом. А дальше что? Кроули сжал кулак. Он смотрел на нежные руки, которые лежали на ткани и пару минут назад обнимали его слабую тощую серпентовую личину, грея её своим касанием. Кроули не мог понять природу своих чувств, поэтому озлобленно стиснул зубы и просто ушёл.
