Особое приглашение

Утро встретило Санджи стуком в дверь камбуза. Он открыл глаза и поморщился от этого шума. Голова ехала, словно Санджи вчера пил, но ни капли алкоголя в нём точно не было. Санджи вылез из постели с закрытыми глазами и практически по памяти добрёл до двери. — Что? На пороге обнаружился Зоро, своей внушительной фигурой закрывая стоявшее высоко солнце. Стоп. Солнце было явно выше, чем при обычных пробуждениях Санджи. — Когда завтрак? — Что? Маримо? Завтрак? — Санджи потёр глаза и уставился на мечника. — Который час? — Почти девять. — Сука! Он проспал. Санджи всегда вставал раньше всех, часов в шесть утра, чтобы сделать заготовки на день и приготовить завтрак, который должен быть самым плотным приёмом пищи за день, ведь никогда не знаешь, в какие очередные приключения занесёт их команду. Но в этот день он безбожно проспал. — Почему вы меня не разбудили! — проще всего было обвинить в собственном промахе кого-то другого, так что Санджи просто врезал Зоро кулаком по плечу и вдруг понял, что мечник был слишком высоким, а удар вышел слишком слабым. — Какого... — Почему ты всё ещё так выглядишь? Санджи обернулся в сторону, где были стеклянные дверцы одного из кухонных шкафчиков. В отражении была всё та же светловолосая девушка и возвышающийся над ней Зоро. — Да какого хрена! Санджи ещё раз ударил Зоро по плечу (для профилактики) и ощупал своё тело через рубашку: грудь, талия, длинные волосы, всё было на месте. Рекомендация Иванкова по какой-то неведомой причине не сработала. — Вот ведь истеричка, — пробурчал Зоро. — Заткнись! Не ты застрял в чужом теле! Санджи оттолкнул Зоро от двери и выбежал на палубу, быстро добежал до мужской каюты, юркнул в приоткрытую дверь и попытался собрать сменную одежду. Выбора особо не было, пришлось достать обычные брюки и узкую рубашку, которая не висела бы на теле совсем бесформенным мешком. Из каюты он забежал в ванную, чтобы быстро умыться и привести себя в порядок. Волосы сильно спутались за ночь, и чтобы расчесать их и собрать в косу потребовалось какое-то время, надеть брюки, загнуть штанины, затянуть ремень потуже, быстро почистить зубы и умыть лицо. Когда дело было сделано, он, за неимением подходящей обуви, прямо босиком добежал до камбуза. На кухне царил порядок с прошлого вечера, но в зоне холодильника слышалось копошение. Подойдя ближе, Санджи обнаружил роющегося по полкам в поисках мяса Луффи. — Санджи, я хочу есть, — его желудок издал недовольное урчание, — когда завтрак? — Прости, Луффи, я проспал. Сейчас быстренько всё сделаю. За собственный промах Санджи был готов даже простить Луффи нелегальное вторжение в холодильник. Он быстро нарезал овощи и копчёную грудинку, достал большую сковороду, дюжину яиц и кувшин молока. К импровизированному омлету в итоге бвл подан рис, идеально рассыпчатый, как и всегда, тосты с джемом и свежесваренный кофе. Это был не самый сбалансированный завтрак из всех, но зато довольно сытный. За столом команда с осторожностью осматривала Санджи, но о его продолжающейся проблеме никто не решался завести разговор. — Санджи, может возьмёшь мои ботинки? — аккуратно начала Нами-сан. — Босиком как-то не очень... — Спасибо за вашу заботу, Нами-суа-а-ан! — расплылся Санджи в блаженной улыбке. — Буду очень вам благодарен! — Вообще, по-хорошему, тебе бы и брюки переодеть, хотя у меня только джинсы. — Нами, дай Санджи юбку! В ответ Санджи кинул в Луффи скомканную салфетку и попал аккурат в лоб. Зоро просто продолжил буравить его взглядом с другого конца стола. Он всегда садился на то место?.. После завтрака Санджи сунул в рот сигарету (из-за всей утренней спешки у него даже не было времени, чтобы спокойно покурить) и встал к раковине мыть посуду. На кухню после стука в дверь зашла Нами-сан. — Я принесла тебе обувь, Санджи. — Ах, Нами-сан, я вам так благодарен! — Не стоит, Санджи. А ты... — она замолчала на несколько секунд и отвела взгляд. — Ты вчера говорил, что сегодня эффект спадёт, и ты снова будешь собой. — Ох, ничего страшного, скоро всё пройдёт! — он старался звучать как можно более жизнерадостно. — Хорошо. Если тебе нужна какая-то помощь... — Я обязательно обращусь к вам! — Да-да, конечно, — она неловко потёрла нос, — я тут подумала, может тебе и правда лучше надеть что-то из моей одежды? Или одежды Робин, у нее есть брюки, но они и правда будут длинноваты, но я могу одолжить тебе свои джинсы, хотя ты не любишь джинсы, а может и правда принести тебе юбку? У меня есть черная, выглядят строго, что-то вроде костюма, но для девочек. Санджи опешил. Джинсы он и правда терпеть не мог, но надеть юбку перед всеми было как-то унизительно. Хотя, он уже был в таком положении, что юбка как будто уже была не главной проблемой. Санджи плюнул на все: — А давайте. После мытья посуды Санджи притащил на камбуз Ден Ден Муши и закрыл за собой дверь. Юбка, чёрная, чуть выше середины бедра, состоящая из множества тонких складок, уже красовалась на бёдрах с заправленной рубашкой, а на ногах были ботинки Нами-сан, которые оказались чуток великоваты. Санджи отодвинул от стола стул, перевернул его спинкой вперёд и сел, раскинув ноги. Парочка махинаций, и вот уже Ден Ден Муши мерно гудит в ожидании ответа с другого конца линии. — Да-да? Санджи схватил бедную улитку, стоило услышать приторный голос Иванкова, и завопил: — Я сделал, как ты сказал! Почему ничего не сработало? — Что-то, Санджи-тян, это ты? — Кто ещё! — О-о-о, говоришь, ты получила оргазм? — Да! — рявкнул Санджи, кривя губы. — Говоришь, не помогло? — Ты всё слышал. — Значит, гормонов было недостаточно. — В каком смысле? Ты же говорил нужен выброс эндорфинов, я его получил. — Ты пропустила важную деталь, Санджи-тян, я говорил также про окситоцин. — Что это? — Гормон любви. Санджи молча пялился в стену несколько секунд, сжимая Ден Ден Муши, и тихо проговорил: — О чём ты? — Скажи, Санджи-тян, ты же довела себя сама? — Что за вопросы?! — Значит, да. Этого недостаточно. Я как-то не подумал, что ты пойдёшь по простейшему пути. От того, что ты помастурбируешь, эффекта не будет. Хотя, признаться, опыт довольно интересный, не находишь? — Иванков говорил тоном знающего человека. — Но о чём это я. Да, в одиночестве эту проблему (хотя, я бы не стал называть это проблемой) не исправить. Нужна, скажем так, подмога. Санджи с силой опустил лоб на ребро спинки стула и для верности приложился ещё парочку раз. За что ему такое наказание. — Ты издеваешься, да? Где я должен найти себе эту «подмогу»? — Санджи-тян, ты плывёшь на корабле, полном мужчин. Хотя, можно попробовать и с женщиной... — Ах ты, старый извращенец! Да чтобы я полез к кому-то из своих накама в штаны! Тем более, я не из этих извращенцев, как ты и твои дружки! — Да, но сейчас ты в женском теле. С мужчиной будет всё же проще. Санджи действительно злился. Иванков продолжал над ним издеваться и явно делал это с большим удовольствием. Ден Ден Муши хорошо передавал его гадкую ухмылочку на том конце связи. — Ну, как вариант, если не хочешь с товарищами, можешь остаться в этом прелестном тельце до следующего острова и там подцепить себе какого-нибудь милого мальчика. Но не гарантирую, что это поможет. Это такое тонкое дело, Санджи-тян, нужен кто-то, с кем ты знаком, и кому ты действительно доверяешь. — Ладно, я понял, — Санджи быстро отключил Ден Ден Муши и положил голову на сложенные на спинке стула руки. Это было безумием. Иванков предлагал ему затащить в постель кого-то из его накама. А самое ужасное, что Санджи понимал: попроси он об этом своих товарищей, ему, видя его положение, не откажут. Санджи дополз до разделочного стола, еле перебирая ногами, время уже приближалось к обеду, и ему нужно было раскатать тесто для печенья. Готовка всегда успокаивала и помогала привести мысли в порядок. Скалка привычно легла в ладони, и Санджи уверенными методичными движениями начал раскатывать плотное тесто в тонкий пласт. До ближайшего острова, если верить Нами-сан, при хорошем раскладе было где-то десять дней пути, да и правда, Санджи не хотелось спать с первым встречным мужиком на незнакомом острове. Конечно, было бы здорово найти милую мелорин для таких утех (Санджи шмыгнул носом, почувствовав, как от мыслей о сплетённых в постели нежных мягких девичьих телах, в носу лопаются капилляры). Нет. Это не вариант. Да и какая девушка согласится на секс с первой встречной точно такой же девушкой. Выбора не было. В голове начала выстраиваться таблица плюсов и минусов, к кому из команды можно было обратиться с подобной просьбой. Девушек (из, как минимум, элементарного уважения к ним) он отмёл сразу, как и Чоппера (фу, боже) с Бруком (это было бы вообще странно). Фрэнки был слишком киборгом для подобного, и Санджи не был уверен, что такой процесс принесёт ему больше удовольствия, чем научного интереса. Усопп был вроде ничего, если рассмотреть с такой точки зрения, вполне себе человек, даже без приколов, и после двухлетней разлуки очень даже похорошел. Но Санджи не был уверен, что, во-первых, Усопп так легко на это согласится, а унижаться и просить было уже выше его сил. А во-вторых, Усопп его не привлекал и казался слишком невинным. Не то чтобы Санджи много об этом думал... Ладно, да, он думал. Когда он только присоединился к команде в самом начале их пути, Санджи составил список привлекательности их команды, но это было скорее забавно, чем серьёзно. В те времена они все были нескладным юнцами, только вышедшими из подросткового возраста. Но когда они встретились после двух лет порознь, взгляд Санджи перевернулся с ног на голову. Но Усопп, даже если рано или поздно согласится, то с огромной вероятностью смутится настолько, что в итоге ничего просто не выйдет. Как вариант, можно было пойти к Луффи. Тот, как оказалось, пользовался популярностью у женщин, особенно у непревзойденной Императрицы Пиратов Боа Хэнкок, но уверенности в том, что Луффи вообще знает, что делать, не было никакой. Санджи, конечно, мог бы сделать всё сам, и Луффи точно бы не отказал в помощи своему накама, но, чёрт возьми, это же Луффи, милый дурачок. Да, он мог быть таким угрожающим, что поджилки тряслись, но он всё ещё был кем-то вроде младшего братишки, и совратить его казалось каким-то извращением. Поэтому оставался только... Санджи тяжело вздохнул и ударил себя ладонью по лбу, оставляя на каже след из муки́. Снова в голове возник образ глупого маримо. Особенно ярко всплыла та странная фантазия, которая довела его до конца прошлой ночью в ванной. Это было безумием. Санджи и представить себе не мог, как можно подойти к Зоро и попросить о чём-то подобном. Зоро же его засмеёт, и это будет ужасно. А если согласится, то это будет ещё хуже. Но глупо было отрицать, что Зоро горяч. Очень горяч. После тех двух лет он стал горячим настолько, что у Санджи даже в мужском теле иногда пересыхало во рту, когда Зоро выходил на палубу и тренировался со штангой в одних штанах под палящим солнцем. Не сложно было представить, как его новое тело отреагирует на такой сгусток тестостерона и стальных мышц. Санджи стукнул кулаком по столу. — Блядство. На что его обрёк Иванков. Санджи выдохнул, достал форму для печенья в виде звёздочек и быстро разделил тесто на нужные фигурки, методично закинув их на противень и в уже разогретую духовку. Кажется, выбора всё же не было. Зоро так Зоро. С ним хотя бы можно будет договориться и языком тот трепать не любил. Санджи даже упустил момент, когда успел так быстро смириться с ситуацией. После обеда Зоро обнаружился в Вороньем Гнезде (как и обычно) за тяганием железа. Его мышцы были настолько напряжены и казалось, что вот-вот лопнут, словно штанга весила килограм пятьсот. Хотя, Санджи бы не удивился, если бы это было реально так. Для задабривания Санджи прихватил с собой бутылку сакэ и быстренько налепил онигири из остатков риса и рыбы. Зоро услышал, как открывается люк и оторвал взгляд от штанги и перевёл его на Санджи. — Привет, маримо, — неловкое начало. — Я тебе тут принёс... Зоро ничего не ответил, только снял с плеч штангу и убрал её на держатель. По его обнажённой груди и плечам стекал пот, а лицо было красным. Санджи отвёл взгляд, когда понял, что безбожно пялится, а Зоро рассматривает его лицо в ответ. Его хриплый голос раздался, как гром среди ясного неба: — К чему это? — Да так, хе-хе, просто... — Что тебе нужно? — Ладно, да, — Санджи подошёл и сел на диван напротив сидевшего на коврике мечника, — у меня к тебе просьба. Зоро поднял шрамированную бровь, скрещивая руки на груди, от чего его всё ещё напряжённые мышцы рук пришли в движение. — Слушаю. Санджи закинул ногу на ногу, напрочь забыв, что сидит в короткой юбке. — Знаю, это странно, особенно слышать что-то подобное от меня. Поклянись, что никому не расскажешь, — Санджи почувствовал, как начинали трястись руки, и сжал их в кулаки. — Иначе что? — Зоро усмехнулся и подошёл ближе, нависая своей оргмной фигурой над сидевшим на диване Санджи. — Иначе ничего. Просто я тебя очень прошу никому не рассказывать. Это важно, — Санджи зажмурился, чтобы не смотреть мечнику в глаза, — пожалуйста. — Это как-то связано с этим? — С моим новым телом? Да, связано. — Хм... Видимо, ты решил обратиться с предложением Иванкова ко мне. Санджи замер. — Ч-т-то ты... — Я слышал ваш разговор по Ден Ден Муши. — Ты подслушивал! — Проходил мимо. — Гад, ты подслушивал! — Санджи подскочил с дивана и захотел грозно посмотреть Зоро в глаза и обрушиться на него гневной тирадой, но то, каким высоким тот казался теперь, выбило из колеи. Санджи задрал голову и потерял дар речи. В глаза Зоро не было ни насмешки, ни издевательства. Он был серьёзен. — Успокойся, — он схватил Санджи и тряхнул. Эти ладони были настолько огромными, что с лёгкостью обхватили хрупкие плечи. — Я спокоен! — Санджи замахнулся на мечника ногой и почти прицелился в голову, вытягивая ногу в шпагате, но Зоро ловко перехватил лодыжку и зафиксировал ногу в таком положении. — Я вижу. — Да что ты понимаешь, тупое маримо, знаешь, какое это блядство. Я буквально переступил через себя, чтобы пойти к тебе с этим дерьмом, не смей даже насмехаться надо мной. — Я и не думал. Санджи неверяще посмотрел на него. — Честно? — Честно, — он не разрывал зрительного контакта, заглядывая своим единственным тёмным глазом в глаза Санджи, словно пытаясь докопаться до глубины души, — и я понимаю, почему ты пришёл ко мне. — Даже я этого не пониманию... — прошептал Санджи еле слышно, на одном выдохе, с уверенностью, что Зоро не услышит. — Я бы скорее удивился, если бы ты пошёл к Луффи или Усоппу. — Не думай, что я от этого в восторге и с радостью побежал сюда, чтобы кинуться тебе на шею. Мне просто очень нужно вернуться в своё тело. Зоро отпустил его ногу и вздохнул. — Я знаю, кок. — И что ты... — Приходи после полуночи сюда же. Санджи замер в немом вопросе: «Что?» Зоро окинул его нечитаемым взглядом, задержавшись на помятой юбке, а потом развернулся спиной к Санджи, наклоняясь за штангой. — Будем решать твою проблему. Санджи сбежал из Вороньего гнезда с пылающими щеками. Какого хрена маримо даже не сопротивлялся. Даже не попытался воспротивиться, а просто позвал его в Воронье Гнездо «решать проблему». Санджи яростно пнул стул, забежав на камбуз. Чёртов, чёртов маримо! Ужин прошёл уже куда более сносно, остальная часть команды уже не обращали внимание на преображение кока и никто не посмел отпустить шуточки по поводу юбки (кроме Луффи, но тому было абсолютно всё равно, Санджи предусмотрительно поставил перед ним тарелку с жирным индюшачьим бедром на гриле). Но Зоро снова сел напротив и то и дело бросал на Санджи странные взгляды. В конце концов, тому это надоело, и он уставился на маримо в ответ. Зрительный контакт продержался несколько секунд, но, казалось, что это продлилось целую вечность. Взгляд Зоро был абсолютно неопознаваемым, и Санджи не мог понять, что в этот момент было у того в голове. Санджи отвёл глаза первым, не выдержав этого странного напряжения между ними через стол. Мытьё посуды и уборка кухни помогли отчистить голову от странных мыслей и странного Зоро в них. Санджи закончил все дела и ушёл в ванную, как обычно, позже всех, когда команда уже разбрелась по каютам. Время подошло к полуночи, когда Санджи стоял у раковины и сушил длинные волосы полотенцем. Пора было идти в Воронье Гнездо, но Санджи откладывал этот момент, как мог. Это было странно и неловко — идти к Зоро, чтобы... Чтобы что? В конце концов, это была необходимая мера, чтобы вернуть себе своё тело, а происходящее потом они оба забудут как страшный сон. Санджи было проще жить, убеждая себя в этом. Он надел свежую рубашку и заправил её в юбку. Надевать своё обычное бельё — мужское, в данной ситуации было как будто ещё более странно, чем всё остальное. Санджи плюнул на это и рискнул. Не надел бельё вообще. Как и обувь. Так, босиком, в одной юбке и рубашке на голое тело, он и полез наверх в Воронье Гнездо. Прохладный ночной воздух пробрался под юбку и коснулся неприкрытой тканью промежности, вызвал кучу мурашек по всему телу, от чего под тонкой тканью рубашки напряглись соски. Санджи взобрался наверх и незаметно в темноте с силой потёр грудь через рубашку, чтобы соски не торчали и не добавляли ещё больше неловкости в происходящее. Зоро сидел на полу и полировал Вадо Ичимонджи. Он был полностью одет, как сидел на ужине, разве что снял сапоги. В свете луны поблёскивали в ухе тяжёлые серьги. — Пришёл-таки. — Да. Зоро поднял единственный глаз с катаны на Санджи и мазнул взглядом по медленно краснеющему лицу. — Но у меня есть условия. — Я оказываю тебе помощь, а ты ещё ставишь условия? — он усмехнулся. — И какие же? — Во-первых, — Санджи сделал пару шагов ближе, выходя из темноты на лунный свет и загнул большой палец на вытянутой вперёд руке, — это навсегда останется между нами. — Это мы уже обсуждали днём. — Во-вторых, — с нажимом продолжил Санджи, загибая указательный палец, — не смей мной командовать. Может я сейчас и в таком теле, но я всё ещё мужчина, ясно?! Зоро снисходительно улыбнулся одним уголком губ. — И последнее, — средний палец присоединился в предыдущим двум, — это тело девственное. Так что будь понежнее. — Что ж... — А лучше вообще особо не появляй инициативу, я сам всё сделаю, — Санджи обхватил себя руками и надменно задрал подбородок, — как я могу доверить такому мужлану, как ты, это милое тельце. Они остались в тишине на несколько секунд, но ее прервал голос Зоро, сделавшийся вдруг ещё ниже, но не звучавший грубо, как раньше: — Иди сюда, кок. Он поманил Санджи рукой, как ручную собачку, и это было бы немного оскорбительно, но Санджи, на удивление самому себе, поддался и сделал несколько шагов вперёд. Когда их разделяло буквально расстояние вытянутой руки, Зоро схватил его за рубашку и притянул к себе, заставив потерять равновесие. Санджи упал к нему в руки и удивлённо ахнул. Кожа Зоро была такой горячей, Санджи непроизвольно вздрогнул и вжался в обжигающую грудь Зоро своей. Их лица оказались так близко друг к другу, что Санджи почувствовал жаркое дыхание мечника на своей щеке. — Что ты делаешь? — Забочусь об этом «милом девственном тельце». Санджи ударил кулаком Зоро в грудь. Как он смел говорить такие смущающие вещи?! Зоро наклонился к шее напротив и провёл носом до уха, делая вдох. Санджи всегда нравились шампуни с ароматами, и на этот раз он использовал ярко выраженный яблочный. Ощущение чужого дыхания на шее заставило его вздрогнуть и вцепиться пальцами в кимоно мечника. — Целоваться будем? — прошептал Зоро, опаляя кожу. От загривка вниз по спине пробежали мурашки, а широкие ладони мечника легли на талию, с лёгкостью обхватывая её. — Дурак? — Санджи зажмурился. Это было безумием. Это всё было просто странным эротическом сном из разряда фантазий, которые в реальности никогда не хотелось бы повторить, но они всё равно существовали в воображении и вызывали чувство стыда и при этом жгучее возбуждение. Хотя, с другой стороны, если это просто сон, то в нём могло бы быть всё, что угодно. — А ты хоть умеешь? Зоро ущипнул Санджи за талию, на что тот пискнул и хлопнул мечника по руке. — Не щипайся, весь настрой сбиваешь! — Вот ведь дурной, — усмехнулся Зоро и прижался губами к губам Санджи. Это было так странно и непривычно. Санджи был уверен, что губы мечника будут холодными, жёсткими и сухими, как сталь, но всё было наоборот. Они были тонкими и на удивление нежными. Санджи не ответил на поцелуй, но от неожиданности и шока не смог даже оторваться от чужого рта. Зоро, поняв, что взаимностью ему не отвечают, куснул Санджи за нижнюю губу. — Не кусайся, как собака, — прорычал Санджи сквозь зубы в ответ, но тут же был прерван ещё большим напором рта мечника. Руки на талии притянули Санджи ещё ближе, заставляя прогнуться в спине и прижаться грудью и животом к телу мечника так близко, насколько это было возможно. Это действие заставило Санджи немного потерять равновесие, и, чтобы не упасть назад, он автоматически обвил руками шею Зоро. Поцелуй был не нежным, почти яростным, и Санджи не принимал в нём активного участия, всем своим видом показывая свою непокорность, но он чувствовал, что это противостояние распаляло Зоро только сильнее. Но отрицать было бессмысленно: целовался Зоро хорошо и с неожиданной страстью. И где только научился? Мечник оторвался от его губ и поймал взглядом глаза Санджи. — Мне казалось, такие преисполненные, как ты, всегда начинают с поцелуев, — усмехнулся мечник. — Не поясничай, извращуга. Зоро отпустил одну руку с талии на ляжку Санджи, обхватил её и перекинул через свои бёдра так, что Санджи оказался верхом на коленях Зоро. Губы мечника опустились на тонкую девичью шею и мазнули по месту за ухом, пока рука скользнула чуть выше, до ягодицы, забираясь под юбку и замерла. — Ты? — М-м-м?... — Санджи забылся в ощущении чужих губ на своей шее. — Ты без белья. — Я... — И после этого извращенец я? В его голосе была слышен довольный оскал. Санджи удивлённо ахнул от смущения и переизбытка чувств, когда грубая рука скользнула ещё выше, задирая юбку на ягодицах до пояса, а губы впились в шею, всасывая кожу. Зоро замер так на мгновение и оторвался с громким причмокиванием. Он оставил на Санджи свою метку. От осознания своего положения у Санджи подкосились бы ноги, благо, что он сидел. Ужасно, что сидел он на сильных бёдрах своего заклятого приятеля и главного соперника с раздвинутыми ногами и смачным засосом на шее. И как ему потом смотреть на себя самого в зеркало? Пальцы на ягодице сжались, пока вторая рука поднялась с талии вверх по спине, вытягивая за собой из-за пояса заправленную рубашку. Одним рывком высвободив её из юбки, Зоро провёл рукой от спины по плечу и дальше по ключице на грудь, ощупывая предательски напрягшийся сосок. — Вообще без белья. — Где я, — Санджи вздохнул от ещё одного засоса чуть ниже предыдущего, — по-твоему, — он прикрыл глаза, — найду женское бельё. — Попросил бы у ведьмы, она только и рада одалживать тебе свои вещи, как я погляжу, — Зоро оторвал губы от шеи и лизнул подбородок, — эту блядскую юбку ты даже с радостью натянул. Санджи вспыхнул. — Не смей называть Нами-сан ведьмой! И не смей так говорить. — Иначе что? — Зоро расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и одновременно пальцами другой руки впился в ягодицу. — А ты только рад, да? — Санджи нагло ухмыльнулся, решив идти ва-банк. — Что я пришёл к тебе в таком виде, в этой «блядской» юбке и без белья. Зоро совершенно по-звериному рыкнул и дёрнул отворот рубашки, вырывая пуговицы до пупка. — Ты что делаешь?! — Он заткнул недовольство Санджи от испорченной рубашки диким поцелуем, кусая и сминая губы, вырывая оставшиеся пуговицы. Рука с ягодицы быстро скользнула за спину, зарываясь волосы и распуская их из уже привычной косы. Кончики волос мазнули по обнажённый ягодицам. — Ах, постой, — это была бесплодная попытка успокоить разбушевавшегося мечника, губы в губы, — Маримо, рубашка... — Насрать. Санджи чуть дёрнулся на чужих коленях и случайно прижался промежностью к паху Зоро, тут же отодвигаясь немного назад от ощущений отвердевшего члена в чужих штанах. О боже, как же Зоро был возбуждён. Санджи мысленно поплыл от осознания, что это из-за него. Из-за Санджи. Господи, помилуй. Зоро резкими движениями потянул ворот рубашки назад, стягивая её со стороны спины, от чего руки Санджи выгнулись назад. Зоро был таким сильным и озверевший, что это заставило Санджи почувствовать пульсацию и тянущее томное ощущение внизу живота, вызывающее одновременно желание и свести и раздвинуть ноги. Он никак не ожидал, что ему может понравиться чужое, мужское, доминирование, но это больше не казалось чем-то предосудительным. Это тело отключало мозг Санджи, отдавая контроль над собой бешеному мечнику. Санджи сдался, когда Зоро выкинул рубашку куда-то прочь в угол комнаты и, с лёгкостью подхватив, повалил Санджи спиной на диван, оказываясь сверху. Опять этот безумный зрительный контакт. Санджи широко распахнул глаза, чёлка сбилась, открывая доступ к обоим закрученным бровям, но это его уже не волновало. Всё его внимание приковал к себе возбуждённый, звериный, но какой-то нежный взгляд единственного глаза Зоро. На Санджи накатила волна стыда, и он поспешил отвести взгляд в сторону, неосознанно всем видом показывая покорность. Из одежды на нём осталась только смятая юбка, и осознание этого добавило смущения. Санджи рефлекторно прикрыл обнажённую грудь скрещенными руками. — Стесняешься? — проговорил с лёгкой усмешкой Зоро. Одна его рука была над плечом Санджи, позволяя нависать сверху, опираясь на диване а вторая скользнула по бедру, его внутренней части и вниз, подхватывая и приподнимая чуть вверх, так, чтобы согнуть ногу в колене. — Вот ещё, стесняться тупого маримо. Холодно просто, — пробурчал Санджи в ответ. Но это было ложью. Ему не было холодно. Ему было очень-очень жарко, и это было ужасно. — То-то ты так горишь. Губы Зоро снова опустились Санджи на шею, теперь под подбородком, и принялись покрывать кожу мелкими частыми поцелуями. Откуда в этом грубом мужлане было столько нежности и умелой страсти? Санджи задался этим вопросом между собственными выдохами, вызванными этими поцелуями. Даже в мужском теле его шея была эрогенной зоной, но сейчас все ощущения словно обострились в сотни раз. Рука Зоро с бедра переместилась на запястье Санджи, легко обхватывая, чтобы в следующее мгновение убрать его руку с груди. Вторая всё ещё оставалась на месте, и Санджи хотел сместить её так, чтобы прикрыть себя ею, но не успел. Зоро опередил его, опуская голову и мягко накрывая губами сосок. — Ха-а-а, т-ты... — Санджи прикусио губу, — ты что д-д-длаешь? Зоро не ответил, только лизнул сосок, смачивая его слюной и легонько подул. От такого действия Санджи выгнуло другой, он зажмурил глаза и стиснул зубы, чтобы не застонать. — Тебе нравится, да? — прошептал Зоро в темноте, опаляя дыханием твёрдый чувствительный сосок. Санджи ничего не ответил, но приоткрыл один глаз, совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы рассмотреть, как Зоро вглядывается в его лицо. Как хорошо, что было темно, и он не мог видеть прилившую к щекам Санджи кровь. Зоро растолковал тишину в ответ по-своему: — Нравится. Оказывается, Зоро был довольно болтливым в сексе. Зоро отпустил руку Санджи и сжал пальцами грудь, чуть оттягивая сосок. От всего происходящего кружилась голова, и тело просило только больше контакта. Санджи не мог этому противиться, убрал вторую свою руку, прикрывающую грудь, и вцепился ею в руку Зоро над своим плечом, на которую он опирался. Сил хватило только на слабый шёпот: — Хватит дразнится. — Не торопи события, кок. Самое интересное впереди. О да, Санджи знал это. Самое интересное, самое сладкое и самое горячее было впереди. Санджи был довольно опытным мужчиной, но теперь он чувствовал себя невинной девушкой, и все знания мира больше не делали его увереннее. Весь мир словно перевернулся. Он окончательно сдался. Зоро оторвал руку от дивана, привставая над телом Санджи, и сместил ладонь с женской груди на бедро, чуть сжимая пальцы на ляжке. От каждого его прикосновения по телу пробегали электрические импульсы до паха, из-за чего Санджи резко дёрнулся и сдвинул колени, чтобы хоть как-то заглушить это обжигающее чувство возбуждения. — Ну уж нет, кок. Раздвинь ноги. Санджи мотнул подбородком, вцеплясь пальцами в подушку за головой, пытаясь хоть как-то выровнять дыхание. — Что ж, — Зоро положил ладони на его ноги и обхватил икры пальцами, несильно, но ощутимо сжимая. Одно мгновение, и колени были разведены в стороны, почти открывая доступ к самому сокровенному. Санджи поблагодарил всех богов за то, что всё ещё был в юбке, и она хоть немного прикрывала промежность. Он и без того сгорал от стыда. — Давай-ка снимем эту тряпку. Зоро провёл рукой и по талии и чуть вниз, нащупал под поясницей тонкую молнию юбки и расстегнул её. Юбку он стягивал не рывком, а почти даже медленно и плавно. Санджи не знал, может тот любовался видом, а может и сам волновался. И та, и другая мысли раньше показались бы нереальными, но в таких обстоятельствах они были как будто даже логичными. Пальцы впились в подушку ещё сильнее, когда Санджи понял, что остался совсем обнажённым перед идиотским маримо между разведённых бёдер. На том всё ещё красовалась одежда. — Несправедливо, — еле слышно прошептал Санджи. — Ты всё ещё одет. Зоро замер на мгновение, но тут же расплылся в довольной ухмылке: — И правда. Он потянулся руками к собственному поясу и быстро развязал его. Вслед за поясом отправилось кимоно, его Зоро снял уже медленнее: знал, что за ним наблюдают, и не мог упустить возможности покрасоваться. А красоваться и правда было чем. От одного вида его тела в лунном свете у Санджи задрожали ноги. Зоро ослабил завязки на штанах, но не стянул их, и Санджи в каком-то смысле был ему за это благодарен. Они всё ещё были коком Мугивар Чёрной Ногой Санджи и знаменитым охотником на пиратов Ророноа Зоро. Они всё ещё были соперниками, и это всё ещё имело хоть какое-то значение. — О чём задумался? Голос Зоро выбил Санджи из потока мыслей. Санджи не сдержался от подколки: — О том, что ты медлишь. Зоро сощурился и притянул Санджи за бёдра к себе ближе, вжимаясь в раскрытое лоно своим твёрдым членом через ткань штанов, заставив Санджи подаваться собственным вдохом. — Ты, бля-а-х! — Зоро потёрся, удерживая бёдра Санджи сильными руками и не давая сдвинуться. — Урод... — Давай, кок, расскажи мне, какой я урод, — Зоро широко улыбнулся, сверкая в темноте клыками, а потом резко наклонился к лицу Санджи и низко прошептал на ухо: — когда будешь умолять меня дать тебе кончить на моём члене. С этими словами он отпустил бедро и провёл огрубевшими пальцами по нежным лепесткам плоти, задевая клитор, притираясь подушечками пальцев. Санджи жалобно всхлипнул. Между ног всё безжалостно горело, а глубоко в животе скручивалось. Колени дёрнулись. Зоро впился зубами Санджи в ключицу, одновременно с этим продолжая собирать пальцами обильно выделяющуюся смазку и размазывать её по складкам. Клитор почти болезненно ныл, ожидая прикосновений, но Зоро обводил пальцами вокруг, очень близко, но всё же недостаточно. — Так влажно, — прошептал мечник Санджи куда-то в ярёмную впадину, — ты вся течёшь, — Санджи даже не заметил, как тот перешёл на женское обращение, — из-за меня. Из-за него... Санджи сомкнул зубы, чтобы сдержать рвущиеся наружу крики. Ему было так хорошо, и он хотел, он так хотел, чтобы Зоро прикоснулся ближе, чтобы надавливал пальцами в самый центр удовольствия этого тела, чтобы выбил из него оргазм своими жёсткими пальцами, чтобы насадил его на свой член, перевернул на живот и долго и грубо брал сзади, не оставляя путей к отступлению, так глубоко и яростно, чтобы можно было почувствовать, как движется внутри его член, прижав ладонь к животу. За что Санджи такое наказание? Зоро тёр его снизу, лишь изредка касаясь влажными скользкими пальцами клитора, иногда проникая внутрь на одну фалангу и тут же убирая пальцы, чередуя эти движения. Санджи жалобно промычал, выгибаясь в спине и инстинктивно раздвигая ноги ещё шире, чтобы оказаться ближе, прижаться к чужим пальцам и насадиться на них. — Маримо... — Такая нетерпеливая, — Зоро прижался губами к щеке Санджи, и в этот момент скользнул одним пальцем внутрь, — и такая узкая. Палец вошёл легко наполовину. Он был намного длиннее пальцев Санджи, но двигался свободнее, чем когда предыдущим вечером Санджи пытался растянуть себя сам. Зоро удалось распалить его настолько сильно. Палец прошёл до основания, и Зоро чуть приподнял его кончик, задевая правильную точку внутри. Санджи знал, что это, и как это ощущается, когда пытаешься доставить удовольствие женщине, но теперь он был на той, другой, стороне процесса, и за те секунды, пока Зоро притирался пальцем к нужной зоне внутри, он чуть не сошёл с ума окончательно и бесповоротно. — Одного мало, да? Зоро вытащил палец и сразу подставил ко входу второй, медленно погружая внутрь сразу два. Это было уже чуть сложнее, но всё ещё выполнимо. Санджи трясло. Когда пальцы оказались внутри полностью, Зоро согнул их и сделал несколько поступательных движений вверх, именно так, как нужно. Санджи оторвал руки от подушки за головой и закрыл ими лицо, чтобы Зоро не видел, какое выражение беспомощности и удовольствия отразилось на нём. — Не закрывайся, — Зоро вытащил пальцы, а второй рукой отвёл ладони Санджи от лица. — У тебя сейчас такое лицо, я никогда не смогу его забыть. Санджи приоткрыл один глаз и тут же пожалел об этом: Зоро поднёс влажные пальцы к губам и положил их в рот, облизывая. Санджи не мог оторвать от этого зрелища взгляд. — Ты уже на грани, да? Но пока нельзя. Зоро откинулся назад, чуть привстал на коленях и потянулся руками к поясу штанов. Санджи зажмурился, вновь закрывая лицо руками. Он не хотел смотреть на это. Не хотел. Зоро с шумом ухмыльнулся и навалился бёдрами на бёдра Санджи. Твёрдый длинный член лёг на раскрытые нижние губы, а головка упёрлась в клитор. Зоро сделал движение тазом, проводя так головкой несколько раз, размазывая смазку. Санджи трясло. — Так хочу тебя трахнуть. Ты не представляешь. Санджи сглотнул. Он тоже этого хотел, и Зоро тоже не представлял, насколько. Санджи почувствовал, как Зоро приставил головку члена ко входу во влагалище и немного вошёл на пробу. Головка вошла наполовину, легко, как по маслу. — Ты очень сильно течёшь. Для меня. Санджи казалось, что он вот-вот задохнётся. Зоро не облегчал его страдания своими грязными фразочками. Что же с ним будет, когда... Санджи выгнулся на постели до хруста в пояснице и дёрнул ногами, когда Зоро толкнулся вперёд, плавно входя всё глубже и глубже. Это было не слишком легко, но так обжигающе, что тугие внутренние мышцы поддавались сами, призывно раскрываясь навстречу твёрдому стволу мечника. Санджи вскрикнул. Зоро обхватил его за талию и замер. Это было одновременно и странно, и немного дискомфортно от непривычного внутреннего натяжения и чувства заполненности, но ощущалось настолько естественно и правильно, что Санджи казалось, что ещё немного, то он если не кончит прямо так, то точно расплачется от переизбытка чувств. К такому определённо нужно было немного привыкнуть, но Зоро не дал прийти в себя, толкнулся ещё глубже, входя до основания. Он наклонился к лицу Санджи, почти ложась сверху, придавливая весом, накрывая своим огромным мускулистым телом. Буквально на несколько мгновений прижался губами к приоткрытым губам Санджи, ловя судорожные вдохи, нежно поцеловал тонкие пальцы, закрывающие глаза, отвёл таз назад, выскальзывая из женского тела почти полностью, но тут же плавным, но резким движением вошёл обратно. — Ах! — Санджи откинул голову назад и в безумном рефлексе открыл рот, больше не в силах давить стоны. — Боже, боже, боже... — Тише, тише, — Зоро поцеловал его в правую щёку, потом в левую, протянул одну руку, опираясь второй на диван, и отвёл ладони Санджи от лица. — Не закрывай лицо, пожалуйста. Двинул тазом, повторяя прошлое движение, на этот раз быстрее, и с упоением смотрел, как Санджи жмурится, не в силах вынести всего этого. — Ха-а-а... Зоро... — он даже не заметил, как назвал мечника по имени, и тот в ответ ещё раз толкнулся в податливое тело, — я... Ах! Это так... Так странно. Зоро... Ха-а-ах!.. Но... — Но?.. — Я н-н-не... — это было выше его сил. Каждое движение Зоро отдавалось сладкой мукой во всём теле, и он не знал, куда себя день от переизбытка эмоций. Внутри всё жгло, как огнём. — Н-н-е знаю... Зоро немного ускорился, начиная вколачиваться всё быстрее. Он лизнул ухо Санджи и прошептал: — Тебе хорошо? Санджи промычал в ответ что-то нечленораздельное. Ему было хорошо. Ему было так хорошо, как никогда до этого. Но он не мог сказать это вслух. Ему казалось, что если он признает это, то это будет полным крахом. Они зашли так далеко, но Санджи всё ещё пытался оставить в своей голове хоть какой-то барьер между ними. — Тебе хорошо, кок? Санджи замотал головой, чтобы не отвечать, на что Зоро вобрал в рот мочку уха и слегка пососал, одновременно с этим раз за разом толкаясь в нежное тело. Санджи положил руки на плечи мечника, впиваясь пальцами в горячую чуть влажную кожу. Мышцы ходили ходуном под женскими ладонями, а сам Зоро промычал, довольный прикосновениями. Санджи вцепился в его плечи, поднимая руки выше, к шее, зарываясь одной рукой в короткие колючие волосы. Санджи казалось, что если он не будет держаться за Зоро, то точно потеряется в ощущениях и потеряет сознание. Зоро был его якорем, удерживающим на поверхности, не позволяя погрузиться в липкую темноту. — Тебе. Хорошо? — отчеканил Зоро, всё также пытаясь выбить из Санджи это постыдное признание. Санджи не мог этого сказать, он мог только упиваться ощущением заполненности внутри, ощущая, как член выходит и входит обратно, раз за разом задевая все нужные точки внутри. — Зоро, п-п-пожалуйста... — Скажи мне, кок. Скажешь, и я позволю тебе кончить. — Я-я-я... Ах-а! Б-боже, Зоро, пожалуйста!.. Зоро, Зоро, Зоро... — Скажи это, — толчок. В животе запылало пуще прежнего, а пальцы мечника вцепились в бедро, прижимая его к животу Санджи, раскрывая ещё сильнее, чуть меняя угол входа, — скажи, кок. Смена угла была последней каплей, Санджи так отчаянно хотелось получить свой оргазм, что из глаз брызнули слёзы. Зоро просто мучил и терзал его. — Я же вижу, — толчок, — как сильно ты хочешь кончить, — толчок, — и чувствую, — толчок, — как сильно ты течёшь. Всего два слова, кок, и я дам тебе это. — Н-не могу, — Санджи притянул Зоро за плечи ближе к себе и в отместку с силой впился зубами в место, где соединяются шея и плечо. Зоро рыкнул, ускоряя толчки. — Можешь, — он был непреклонен. — Два слова. Санджи был готов поддаться. — М-мне... Ха! — Зоро не переставал толкаться внутрь, удерживая одной рукой Санджи за бедро. — Да? — Мне х-х-хорошо, — Санджи откинулся на подушку и наконец сдался, отпуская плечи мечника, скользнув влажным затуманенным взглядом по лицу напротив, — мне так хорошо, Зоро... Изо рта мечника вырвался звериный рык, он выпустил чужое бедро из ладони и двинул пальцами ниже, касаясь клитора. Санджи подбросило вверх. — Молодец, — Зоро улыбнулся, — заслужила. Он продолжил вбиваться, но теперь сочетал фрикции с движениями большого пальца на клиторе, разместил ладонь на покрытом светлыми волосками паху. Это было настолько хорошо, что Санджи готов был умереть. Зоро снова наклонился к его лицу, не переставая двигаться, оставил лёгкий поцелуй на подбородке и прошептал: — Кончай, Санджи. И Санджи кончил. Всё тело выгнуло так, словно из него вышла душа, из горла вырвался звонкий пронзительный стон, а глаза, залитые слезами, непроизвольно распахнулись. Зоро смотрел на это с таким странным выражением лица, но не перестал двигаться, лишь сбавил темп, перейдя на медленный. Он обхватил голову Санджи одной рукой, зарылся пальцами во влажные волосы и смотрел. Жадно вглядывался в перекошенное в удовольствии лицо, наслаждаясь сжимающими его член сокращающимися внутренними мышцами Санджи. Через несколько мгновений он остановился и мягко выскользнул из расслабившегося тела. Санджи лежал, громко дыша, не в силах пошевелиться или хотя бы открыть глаза. Он не мог даже свести ноги, чувствуя, как медленно вытекает изнутри на внутреннюю сторону бёдер смазка. Зоро отстранился, но Санджи не видел, что тот делает. Послышались отдаляющиеся шаги, но Санджи просто продолжил лежать в той же позе, не в состоянии сделать хоть что-нибудь. На него накатила такая усталость, что через какое-то время он почувствовал, как медленно погружается в сон. Снова послышались шаги, и диван прогнулся под чужим весом. Санджи дёрнулся, когда внутренней стороны бедра коснулось что-то влажное. — Лежи. Голос Зоро был тихим и спокойным. Санджи откинул голову в сторону, наслаждаясь ощущением теплого влажного полотенца, вытирающего бёдра. Прикосновения Зоро полотенцем были очень плавными и аккуратными. «Я не хрустальный», — хотел было сказать Санджи, но язык не выдал ничего членораздельного. Зоро обтёр Санджи между бёдер и провёл полотенца со груди и лицу, очищая кожу от пота. Он помог Санджи сомкнуть ноги и перевернуться на бок, укрывая чем-то тёплым в качестве одеяла. — Зоро... — еле слышно прошептал Санджи, когда понял, что тот снова уходит. На этот раз насовсем. — Спи, кок, — в его голосе слышалась странная печаль, — завтра проснёшься самим собой, и нам предстоит делать вид, что ничего не было. И он ушёл. А Санджи моментально погрузился в сон, так и не осмелившись попросить Зоро остаться с ним.