Особое приглашение

На этот раз Санджи проснулся от прохлады из форточки в Вороньем Гнезде. Было ещё очень рано — он видел это по бледно-сероватому небу за стеклом, и у него было ещё время немного полежать, наслаждаясь свежестью утра. Он зарылся носом в тонкое покрывало, которым был укрыт, и под которым было так тепло и уютно. Санджи прикрыл глаза и сделал вдох; покрывало пахло металлом, по́том и ещё чем-то терпким. Интересный запах, очень мужской. Санджи снова приоткрыл глаза. Покрывало было тёмно-зелёного цвета и смутно напоминало... Кимоно Зоро. Он подскочил на диване. В его руках и правда было кимоно Зоро. Санджи выпутал ноги из зелёной материи. Что за бред. Стоило подумать о Зоро, как в голове сразу возникли воспоминания прошедшей ночи. И как теперь смотреть мечнику в глаза? И как теперь отдать ему это чёртово кимоно, которым укрыл его, по всей видимости, сам Зоро. Санджи потёр глаза сжатыми в кулаки ладонями и почувствовал, как скользят по спине волосы. Длинные волосы. Он неверяще опустил взгляд вниз, грудь была на месте. Смачно выругавшись вслух, Санджи встал с постели и тут же застонал от лёгкой, но неожиданной тянущей боли в промежности. Они вчера устроили тут такое, но это по какой-то причине снова не сработало! Санджи вспыхнул как спичка. И от возмущения, и от смущения. Возмущения на ситуацию и Иванкова, который снова не додал ему инструкцию, как вернуть всё назад, а смущения от воспоминаний о произошедшем. Причём второе занимало его мысли намного больше. Он попытался сконцентрироваться на возмущении, но в голове всплывало только обнажённое тело Зоро в свете луны и те ощущения и эмоции, что оно вчера доставляло Санджи. Он тряхнул головой, вцепившись себе в волосы. Нельзя было слишком много об этом думать. Одежда обнаружилась аккуратно сложенной на скамейке. Причём рубашка была свежей, взамен безвозвратно испорченной Зоро, рядом лежали его же, Санджи, привычные брюки и пара трусов, а под скамьёй красовалась пара его любимых лакированных туфель. Юбка Нами лежала тоже рядом. А вот порванной рубашки нигде не было, как и оторванных пуговиц, которые вчера должны были разлететься по полу. Очевидно, что все эти вещи принёс сюда Зоро. И, очевидно, он рассчитывал, что Санджи проснётся вновь мужчиной. Не вышло. Санджи натянул свои мужские трусы, как делал это до вчерашнего вечера, юбку и новую рубашку, захватил с собой брюки и туфли и спустился вниз, на пустую палубу. Солнце только-только начинало вставать, по внутренним часам Санджи было не больше пяти утра, и к него было время, чтобы спокойно привести себя в порядок в ванной. В зеркале на него смотрел конкретный раздрай. Волосы растрепались и торчали в разные стороны, губы покраснели и опухли, он оттянул нижнюю и заметил след от укуса изнутри, а на шее красовались засосы, которые Санджи даже не попытался сосчитать, за ночь они слились в один гигантский синяк. Увидь его кто сейчас, даже Луффи, ни у кого бы не было сомнений, что Санджи жёстко с кем-то трахался. Он умылся, яростно расчесал волосы, собрал их в косу и полез на полки девушек в ванной. В любой другой ситуации он никогда бы так не сделал, это было некрасиво, но в этот раз у него не было выбора. Санджи искал тональный крем, чтобы хоть как-то перекрыть эту живопись на шее. Вот ведь маримо, неужели нельзя было делать это пониже, или лучше вообще не делать?! Санджи нашёл что-то похожее на то, что искал и выдавил немного крема на шею. Оттенок был чуть другой, но парни точно не заметят такую мелочь. А у девушек хватит такта не задавать лишних вопросов. Он размазал крем по шее, болезненно надавливая на особо синие места: маримо на нём живого места не оставил. Вышло кривовато, но намного лучше, чем было. Санджи достал пудру и закрепил это всё дело для лучшего эффекта, с удовольствием отмечая, что выглядит вполне себе сносно, если не рассматривать вблизи. Общение с женщинами не прошло даром. Санджи вышел из ванной и лёгкой походкой (насколько это было возможно, если не обращать внимание на ноющую боль снизу) дошёл до камбуза, где вчера оставил ботинки Нами. Любимая кухня встретила его тишиной и духотой, Санджи поспешил открыть форточку и влез в обувь. Он сел на диван, закурил и задумался. Что ему теперь делать? Это было каким-то бредом. Санджи выполнил нужное условие, и пусть мысли о том, как именно он его выполнил, приводили его в состояние крайнего смущения, но дело было сделано, и у него не было ни малейшего предположения, почему снова ничего не вышло. Думать об этом оказалось ещё более тяжело, чем не думать. Санджи подскочил с дивана и достал Ден Ден Муши, который прошлым днём оставил в ящике на кухне. После мерного «Пири-пири-пири» улитка поменялась в лице и заговорила голосом Иванкова, сонным и вялым: — Слушаю. — Привет, извращуга. Как спалось? Санджи не без злорадства взглянул на часы. Ровно пять сорок утра. Общение с этим придурошным уже начало выходить в привычку. Ужас. — Ой-ой, Санджи-тян, узнаю́ милый голосок. Всё ещё в этом теле? — Завали хлебальник, — Санджи сделал смачную затяжку, — я выполнил условие, и ничего не вышло. Снова. — Что я слышу! Неужели мечник-кун согласился? — С чего ты?.. Ладно, меня уже ничего не удивляет. Что опять не так? — Я же уже говорил, Санджи-тя-я-ян, нужен окситоцин. — Где я тебе его возьму?! — Хороший вопрос, — Иванков слащаво хихикнул, — можешь попытать счастье ещё разок. Санджи рыкнул: — Предлагаешь мне устроить секс-марафон? — Фу, как вульгарно. Санджи-тян, ты действуешь не совсем верно. Секс без обязательств, а я уверен, что именно так ты это и видишь, ради сухого результата — неверный способ. Ты же романтичная натура, уверен, справишься. А теперь извини, — он зевнул, — но ты прервала меня от созерцания прекрасного сна о мире, свободном от предрассудков. Иванков отключился. Показывать романтичность своей натуры Санджи не собирался. Тем более кому? Маримо? Воспоминания прошедшей ночи снова всплыли в голове. А ведь Зоро был таким милым и... Нежным? Санджи скривился. Как тупой травоголовый мечник мог быть нежным. Однако, что уж греха таить, ночью тот вёл себя, пожалуйста, намного страннее, чем Санджи мог бы представить. И как теперь смотреть Зоро в глаза? Особенно с учётом того, что вернуться в своё тело не удалось. Санджи докурил и тут же поджёг ещё одну сигарету. Ему казалось, что он упускает какую-то важную деталь, но не мог понять, какую. Для избавления от эффекта фрукта ему нужен был окситоцин. Гормон любви. О какой любви могла вообще идти речь в такой ситуации? Санджи увязывался за каждой встречной девушкой и был довольно ветреным в делах сердечных, быстро зажигался и также быстро угасал. И он определённо был по девочкам. Мужчины его не интересовали. Если бы не вся эта ситуация, разве когда-нибудь он бы полез в штаны Зоро? Санджи мотнул плечом. У него просто не было выбора. По крайней мере, он пытался себя в этом убедить. Санджи потушил сигарету и начал приготовления к завтраку. Через три часа, к тому моменту, как все члены команды были готовы атаковать кухню, с камбуза уже доносились невероятные ароматы, привлекшие Мугивар. Первой на кухню по обыкновению ворвался Луффи, сразу залетая на своё обычное место за столом. — Ура! Санджи, завтрак! — он постучал сжатой в кулаке ложкой по столу. — Вот ведь, — пробурчал Санджи, впрочем, совершенно беззлобно, — ребята! Все на завтрак! В кухню грациозно вплыла Робин, озарив Санджи своей очаровательной улыбкой. Остальные последовали за ней. Зоро зашёл последним, и как бы Санджи старался не смотреть в его сторону, но не мог не отметить, как тот замер в дверях, увидев, что Санджи не стал собой. Ещё большим удивлением стало промелькнувшее на лице мечника секундное что-то вроде облегчения. Санджи прикусил губу. И не такое померещится на голодный желудок. Нами ахнула: — О, Санджи, ты всё ещё?.. — Да, я всё ещё... — Санджи сел за стол к команде, и тут же широко улыбнулся: — Ничего критичного, Нами-сан! Скоро всё будет супер! — Су-у-упер! — Френки поднял бутылку колы в честь одному ему известного события. Санджи принялся за еду, поёрзав на стуле от неловкости. Зоро снова сидел аккурат напротив, и это уже начинало действовать на нервы. Санджи не мог даже поднять глаза от тарелки, чтобы не наткнуться взглядом на мечника. Когда Луффи смёл всё со стола, Мугивары потихоньку начали разбредаться с кухни по своим делам. Санджи отошёл к раковине, чтобы сложить грязную посуду в мойку, как за спиной послышались тяжёлые шаги. Он резко развернулся и наткнулся на стоявшего в опасной близости Зоро. — Напугал! И когда только тот успел подойти так близко? — Если остался, бери тряпку и вытирай посуду, — Санджи принял решение идти сразу в оборону из грязной кухонной утвари. — В чём дело, кок? Почему не сработало? Санджи сглотнул, и чтобы скрыть своё смущение, с силой хлопнул Зоро тряпкой по плечу. Он скривил губы. — Или вставай к раковине, или проваливай. Но в ответ Зоро сделал шаг вперёд, заставив Санджи вжаться в столешницу, удивлённо замерев. — Ты что делаешь? — Я жду объяснений. Почему ты всё ещё в этом теле? — Я не знаю! Всё должно было сработать, но этот урод Иванков постоянно не договаривает, — Санджи скрестил руки на груди в закрытой позе, — и каждый раз всплывают какие-то новые невероятные условия. Зоро тяжело вздохнул. Столешница впилась Санджи в поясницу, но он готов был пройти сквозь неё, лишь бы не соприкасаться с телом Зоро, когда тот наклонился ближе, положив руки на столешницу по бокам от Санджи. — И что мы будем делать? Санджи нервно улыбнулся: — Мы? — А что? Ты ввязал меня в это. Да и тебе больше не к кому идти за помощью, я прав? — он усмехнулся. — Не думай, что я в восторге от такой перспективы, считай, я делаю тебе одолжение. — Ой, да ладно, можно подумать, ты себя прямо так сильно заставлял! — Санджи вздёрнул подбородок. — Что ты?.. — Что-то не припомню, чтобы я тебя скрутил, связал и трахнул против твоей воли! — Да, потому что это я трахнул тебя. Санджи зарделся и ещё раз хлопнул Зоро полотенцем, когда тот решил добить его: — И чтоб ты понимал, я даже не кончил. — Что? А ведь и правда. Санджи замер. Прошлой ночью Зоро даже не кончил, позволив Санджи получить своё удовольствие. Но Санджи был настолько обескуражен происходящим, что о Зоро даже не подумал. Ох, чёрт, должно быть, это было тяжело. Санджи же тоже был мужчиной и понимал, что такое неудовлетворённость. — Я-я-я как-то не подумал, — пискнул Санджи. — Забей. Это не твоя проблема. — Но ты согласился мне помочь. — Как ты уже отметил, я не заставлял себя против своей воли. Зоро отвернул голову в сторону, выпрямляясь. В таком положении Санджи в силу своего резко уменьшегося роста доставал ему только до подбородка. Он опустил глаза. — Я... В следующий раз позабочусь, чтобы ты тоже, ну, того. Зоро дёрнулся. — В следующий раз? Санджи мысленно дал себе пощёчину. — Не поясничай. Зоро ухмыльнулся, и на несколько секунд воцарилось молчание. Санджи уже хотел было развернуться к раковине, чтобы начать мыть посуду, но тут случилось непредвиденное: Зоро подхватил его под мышки и, не обращая внимание на недовольный писк, усадил на столешницу. Их глаза оказались на одном уровне. — Как насчёт следующего раза прямо сейчас? — и он прижался губами к губам Санджи. Санджи не ответил сразу, но вцепился ладонями в шею Зоро. Она была широкой, горячей, и можно было почувствовать, с какой бешеной скоростью бьётся сердце мечника в этот момент. Санджи опешил и оторвался от его губ: — Ты дурак? А если кто-нибудь зайдёт? — Зоро переключился с губ на подбородок Санджи, и тот рефлекторно откинул голову чуть назад, давая доступ к шее. — Так даже интереснее, не думаешь? Санджи ударил его кулаком по плечу: — Ничего интересного в том, чтобы объясняться перед всеми. — Кок, — Зоро серьёзно посмотрел на него, — я закрыл дверь. Никто не зайдёт. — Ты... «...рассчитывал на это?» Мысль осталась неозвученной, когда Зоро дотянулся губами до шеи Санджи. — Зачем ты всё тут замазал? — Чтобы никто не любовался твоими «шедеврами»! Как мне надо было, по-твоему, появиться перед всей командой с таким букетом на самом видном месте, даже Луффи бы всё понял! Зоро усмехнулся ему в шею и чуть прикусил шею там, где вчера оставил один из засосов. Это действие отдалось колкой болью, и Санджи поспешил закрыть данное место ладонью. — Аккуратнее! Это больно. И вообще, хватит кусаться, как мне потом это всё скрывать? — Много болтаешь. Зоро подхватил Санджи под бёдра и притянул ближе к себе, к краю столешницы, ловко оказываясь между его ног. — Кто бы говорил! Сам вчера не затыкался. — Да, но тебе же понравилось. Зоро наклонил голову на бок и прищурился, словно довольный кот, и было в этом действии что-то настолько милое, что защемило сердце. Санджи сжал пальцами край столешницы. — Планируешь и дальше болтать? Зоро потянулся к чужой рубашке и принялся расстёгивать пуговицы. — Только попробуй снова их вырвать, прибью! — Не душни, кок, я задолбался ползать по полу в темноте и собирать твои пуговицы, — он потянул полы рубашки вверх, чтобы вытащить из-за пояса юбки. — Это в моих же интересах. — А ты, оказывается такой заботливый, — нашёл за что зацепиться Санджи, чтобы не показывать своего смущения. В последнее время он слишком часто начал смущаться перед Зоро, — укрыл своим кимоно, принёс новую одежду, собрал пуговицы с пола... Что дальше? Прочитаешь сказку на ночь и подоткнёшь подушку? В ответ Зоро опасно прищурился, внимательно рассматривая лицо Санджи в свете солнца из окна. — А дальше, кок, я тебя так оттрахаю, что на ногах стоять не сможешь. Санджи сглотнул и пошёл в отступление: — Ну уж нет, — ладонь упёрлась в крепкое плечо напротив, — я и так еле сполз с дивана утром, мне на ближайшие дни точно хватит. Глаз Зоро недобро сверкнул, пока пальцы прошлись по бёдрам, собирая края юбки гармошкой, чтобы добраться до белья. — Что, болит между... — Заткнись! — Санджи зажал ему рот ладонью. Он никак не мог ожидать, что мечник воспользуется даже этой ситуацией. Санджи резко одернул ладонь, когда почувствовал влажный кончик языка, пробежавший между пальцами. И если раньше это показалось бы ему мерзким, то теперь заставило покрыться мурашками. Санджи не нравились реакции этого тела на такие довольно невинные действия. Он почувствовал, как заливается краской лицо. — Фу, боже, это отвра... — Хорошо, тогда никакого траха, — проговорил Зоро и приблизился своим лицом к лицу Санджи, вжимаясь в его тело ещё сильнее, чтобы прошептать губы в губы: — пока что. Он снова поцеловал Санджи, перемещая одну руку с бедра на талию под рубашку и двигая её к спине, пробираясь выше. Вторая же рука добралась до внутренней стороны бедра. Санджи вздрагивал от каждого лёгкого поглаживания в этом месте. Зоро удивлённо распахнул глаза, когда просто пальцами ещё выше, касаясь белья. Мужского белья. — Это что? Мужские трусы? — А какие я должен носить? У меня нет женского белья, я же говорил! Зоро выглядел потрясённым лишь пару секунд. — Всё у тебя не как у людей. Он проник пальцами выше, запуская руку под юбку полностью, и нащупал резинку белья. Ему потребовалось буквально несколько секунд, чтобы одной рукой приподнять Санджи, а другой быстро стянуть бельё до колен. Санджи от таких движений потерял равновесие и навалился локтями на столешницу сзади, при этом несильно стукаясь головой о близко расположенную стену. Изо рта вырвалось шипение. — Не дёргай так! Зоро не ответил, только запустил руку под спину чуть выше, почти цепляясь за плечо с обратной стороны и сдвинул Санджи ещё ближе к себе, так, что ягодицы больше не лежали на столешнице, а голова наоборот съехала со стены в горизонтальное положение. Санджи уставился в потолок, но быстро поднял голову, когда почувствовал, как чужая рука стаскивает бельё ещё ниже, освобождая ноги Санджи от него совсем. На нём всё ещё оставалась юбка и ботинки, распахнутая рубашка же свободно висела на плечах, обнажая грудь с уже напрягшимися сосками и подрагивающий живот. Зоро снова замер, пробегаясь взглядом по распластавшемуся на столешнице Санджи. Их глаза встретились. — Что ты делаешь? — прошептал Санджи, еле шевеля языком. Он сглотнул, увидев, каким хищным стал взгляд Зоро. — Что-то безумное. Санджи почувствовал, как грубые пальцы задирают юбку, и попытался свести колени, но Зоро удержал. Он поддел рукой ногу Санджи под коленом и сам чуть наклонился, прижимаясь губами под коленной чашечкой. Санджи ахнул от неожиданности, всё ещё не оставляя попыток свести ноги, когда юбка оказалась на животе, а таза коснулся прохладный воздух. Из окна лился солнечный свет, и Санджи было безумно неловко. И если ночью темнота скрывала его смущение, то теперь Зоро мог рассмотреть румянец, покрывший щёки Санджи. Руки Зоро помешали свести ноги, и тот улыбнулся одним уголком губ. — Мы это уже проходили. Он снова припал к колену губами и начал медленно опускаться вниз. Санджи дёрнулся. — Стой! Ты что собрался делать?! — Санджи снова дёрнул ногами, но мечник вцепился в бёдра мёртвой хваткой, удерживая на месте. Он встал на колени и закинул ноги Санджи себе на плечи, всё ещё удерживая. Горячее дыхание обожгло внутреннюю сторону бедра.— П-перестань, это странно... — Тебе лучше быть потише, кок. Ты же не хотел, чтобы кто-то зашёл сюда и увидел тебя в таком состоянии? Санджи откинулся на спину и не нашёл ничего лучше, чем торопливо прикрыть промежность ладонями, зажмуриваясь. Зоро ухмыльнулся и развёл бёдра напротив ещё шире, наклонился и прижался губами к пальцам Санджи. Его дыхание было тяжёлым, и Санджи чувствовал это собственной ладонью. И также он чувствовал, как уже мокро было там, внизу. Зоро приводил его к такому состоянию критически быстро. — Это глупо, кок. Убери руки. — Ну уж нет! Мы так не договаривались! — Санджи готов был провалиться сквозь землю от стыда. — Это уже слишком. Язык снова опустился на пальцы кока, обводя между ними самым кончиком. Санджи мелко задрожал. Он не хотел признаваться в этом самому себе, но ему так отчаянно хотелось убрать руки, дав Зоро полный доступ к своему телу, но он не мог переступить через свою гордость. И этот свет из окна сводил его с ума, не дав скрыться от цепкого взгляда мечника. — Я чувствую твой запах, кок, чувствую, как ты течёшь, и как тебе на самом деле этого хочется, — каждое слово было сказано прямо в ладони Санджи и отдавало возбуждённой вибрацией в теле, — просто позволь мне сделать это. Вся эта ситуация настолько выводила Санджи, что ему показалось, что последнюю фразу Зоро произнёс с мольбой в голосе. Пальцы на промежности несмело дёрнулись. — Давай же, кок... Или мне придётся сделать это самому. Санджи не мог. Он так хотел, но не мог. От отрешённо прохныкал куда-то в воздух: — Сделай это сам. И Зоро сделал. Он протянул руки с обеих сторон от разведённых бёдер Санджи на своих плечах и обхватил ими запястья Санджи. В таком положении он был намного сильнее, вся ситуация играла против Санджи: глупое тело изнывало от желания и требовало прикосновений, и оно было таким слабым теперь супротив мощного мечника, что тому не составило никакого труда отвести чужие руки в стороны, крепко удерживая. Санджи почувствовал себя абсолютно беспомощным и не в силах даже пошевелиться, пока лицо мечника было у него между ног в опасной близости от... Он всхлипнул, когда к истекающему лону прижался влажный язык. Сначала лишь лёгким прикосновением, лишь одним мазком языка, но Санджи затрясся всем телом. — Маримо... — Помолчи, — и Зоро прижался губами аккурат к изнывающему от возбуждения клитору. Он обхватил горошину губами и легонько всосал, заставив Санджи прогнуться до хруста в пояснице. Его руки в ладонях Зоро сжались в кулаки и задрожали, а тот не унимался: он высунул язык и обвёл им вокруг клитора то по часовой, то против часовой стрелки, чередуя хаотичные движения. Голова Санджи откинулась назад, с силой врезаясь в каменную столешницу, но он не обратил внимание на боль в затылке, только зажмурился и поджал губы. Зоро то опускал язык, то убирал его, и каждое такое движение заставляло Санджи делать мелкие шумные вдохи, борясь с собственным желанием застонать в голос и начать подмахивать бёдрами навстречу. Санджи и раньше, будучи в своём настоящем теле, получал от женщин оральные ласки, но теперь это было чем-то несравнимы; может сказывалось длительное воздержание, а может и особенность женского тела, но если раньше его интересовал больше не сам процесс, а скорее его кульминация, то теперь его сворачивало и почти что сгибало пополам каждую секунду, пока Зоро обрушивался на это чувствительное тельце. Ужасное волнение не делало ситуацию проще, и Санджи одновременно хотелось и наорать на Зоро, чтобы тот прекратил, и начать умолять его не останавливаться никогда. А ещё Зоро с такой силой впился пальцами в его запястья, что это уже начинало граничить с болью, но для Санджи это было словно дополнительным подтверждением желания самого мечника и того, как он начинал терять контроль над самим собой. Какой же это был кошмар. В какой-то момент язык Зоро ушёл ниже, проникая внутрь, и Санджи выгнулся так сильно, одновременным напором сжимая бёдрами голову мечника. Зоро и сам всем телом вздрогнул от этого и оторвался от промежности, тяжело дыша. Санджи приоткрыл глаза, расфокусированным взглядом осматривая лицо мечника. И самым удивительным было то, какая широкая улыбка, почти звериный оскал, исказил смуглое лицо, перечёркнутое шрамом. Это было выражение абсолютного довольства и желания сожрать Санджи живьём. Но тот, не смотря на ужасающее смущение и неверие, не мог оторвать взгляд. Они больше не переговаривались, Санджи просто нечего было сказать, все слова застряли в горле, и даже на возмущения уже не было сил. Одну руку Санджи Зоро протянул немного на себя и положил его ладонь себе на голову, и это действие заставило кока непроизвольно сжать пальцам короткие волосы. — Не опускай руки, — прошептал Зоро, кладя и вторую ладонь Санджи себе на голову. Через секунду он снова прижался лицом к промежности напротив, одновременно с этим скользя ладонями вверх по женскому телу, обхватывая грудь. Соски оказались зажатыми между грубыми пальцами, что ужасно контрастировало с нежностью кожи. А с учётом того, какой чувствительной была грудь этого тела, это доставило Санджи дополнительных страданий, раздирающих всё тело импульсов. Он одновременно сжимал голову Зоро коленями и впивался пальцами в волосы, пытаясь ухватиться за волосы, но те были слишком короткими и выскальзывали из этого захвата. Зоро был таким неистовым, то впивался губами в клитор, посасывал его, то вылизывал всю поверхность, пытаясь собрать языком всю влагу, но только сильнее размазывал её, то вбивался внутрь мелкими толчками языка, что было умопомрачительно, но всё ещё недостаточно глубоко, чтобы коснуться нужных точек. И одновременно с этим он сминал грудь, вжимаясь пальцами в мягкую плоть и терзал соски. Приближающаяся кульминация заставила Санджи поджать пальцы на ногах, а Зоро, почувствовав это, обхватил большими ладонями талию Санджи в попытке притянуть его ещё ближе к себе. Под руками кока, сместившимися с головы на широкие плечи, мышцы мечника напоминали сталь и пугали своей несокрушимой силой. Не в силах больше сдерживаться, Санджи раскрыл рот, издавая несколько стонов, но от напряжения во всём теле начал задыхаться, мелко задрожал и ощутил, как это самое напряжение стекается вниз, к одной конкретной части тела, туда, где его безостановочно вылизывал Зоро, издавая влажные звуки. — З-зоро, я сейчас... Мечник ничего не ответил, но ускорил движение языка и оторвал одну рука от тела Санджи, уводя её куда-то вниз, под столешницу. А в следующую секунду Санджи в неверии распахнул глаза, когда услышал низкий тихий стон мечника, вибрирующий на языке на клиторе, что почти вытолкнуло душу Санджи из тела. Всё скопившееся внизу напряжение резко схлынуло, тело затряслось, из глаз словно хлынули искры. При этом и сам Зоро на несколько секунд замер, зажмурившись, а после отмер и оставил лёгкий поцелуй на внутренней стороне бедра. Он оторвался от Санджи и склонил голову вниз, сгорбившись. Они оба тяжело дышали, не в силах пошевелиться. Санджи беспомощно прижал руки в груди и пытался собрать хаотичные мысли воедино, всё ещё оставаясь в положении с раздвинутыми ногами, лёжа на столешнице. Но свисающие в воздухе бёдра, потерявшие опору в виде плеч Зоро, довольно быстро начали затекать. — Маримо... Зоро молчал несколько мгновений, но поднял голову, кинул быстрый взгляд на данную картину и поднялся на ноги. — Сейчас, — он подхватил Санджи на руки и прижал к себе, перемещаясь на диван. Санджи не удержался: — Ты всё-таки такой придурок. Мечник подхватил со стола бумажные полотенца и встал коленями на пол перед диваном, усаживая Санджи на диван, снова раздвигая тому ноги. — Ты что удумал?! — Цыц, — Зоро согнул ноги Санджи в коленях и поставил на диван. Это была ужасно смущающая поза, словно на осмотре у доктора. — Хочу тебя вытереть. — Я сам справлюсь! — снова вспыхнул Санджи, словно буквально несколько минут назад не стонал от рта мечника на своей промежности. Он рывком сдвинул колени, а Зоро сгорбился и смиренно наклонил голову и огладил большим пальцем стопу Санджи. — Просто дай мне это сделать, кок. — З-зачем?.. Санджи замер; Зоро выглядел теперь таким послушным, словно верный пёс у ног хозяина. — Маримо... — Если хочешь сам, то давай, — Зоро ухмыльнулся и выпрямил спину. — Только я буду смотреть. — Совсем долбанулся!? Что ещё предложишь? Я не буду этого делать! — Это не предложение, кок, это ультиматум: или это делаешь ты на глазах у меня, или это сделаю я. Санджи не знал, что было хуже. У него всё ещё оставался вариант пнуть мечника по голове и убежать, но этот вариант предательски самостоятельно вылетел из головы. Предложение, нет, ультиматум. Зоро был реально пугающим, но, чёрт возьми, это интриговало. Санджи к своему ужасу почувствовал, как снова начинает потихоньку возбуждаться. — Ладно, — буркнул он, — дай сюда салфетки. Мечник с не сходящей с его губ ухмылкой протянул Санджи пачку бумажных полотенец. Санджи оторвал одно и слегка раздвинул ноги, только чтобы проскользнуть ладонью к промежности. Бумага была жестковатой для чувствительной плоти, но хорошо собирала влагу. Зоро не смотрел на это действие, он прожигал широко распахнутым глазом лицо Санджи, заставляя стушеваться ещё сильнее и опустить глаза, и тяжело дышал. Его взгляд скользнул по лицу вниз, до груди, и кок поспешил прикрыть наготу свободной рукой. Голос Зоро — Раздвинь ноги шире. — Что? — Раздвинь ноги, кок, мы это уже проходили, что вчера, что сегодня, я уже всё видел, хватит ломаться. — Ты такой вульгарный, — Санджи скривился и ноги не раздвинул, но с удивлением обнаружил, как низкий голос мечника и его приказной тон заставляют всё внутри сжиматься. — Мне плевать, я хочу видеть, как ты вытираешь последствия... — он задумался на секунду, подбирая слово, — меня. Санджи обречённо застонал, сжимаясь ещё сильнее. Зоро одними словами сводил с ума, и Санджи точно знал, что такими темпами очень скоро снова намокнет. Смысл вообще было вытираться? — Тебе это нравится, да? Нравится, когда я с тобой разговариваю, — на злобный взгляд Санджи Зоро поспешил уточнить: — в таких обстоятельствах. — Нет. — Да ну. — Ты меня бесишь, — по факту, на данный момент Санджи бесили только собственная реакция на идиотского мечника и его правота. — Именно поэтому ты так сжимаешь колени и краснеешь аж до плеч. Потому что я тебя бешу. — Что ты хочешь, маримо? Ты уже получил, что хотел, что тебе ещё надо? Зоро замер на мгновение, уголок его губ дёрнулся. — Чтобы ты раздвинул ноги. Очевидно. Санджи нахмурился, но промолчал. — Ты же знаешь, что мне ничего не стоит сделать это самостоятельно, — Зоро двинулся вперёд и лизнул Санджи под коленкой, — или тебе нравится, когда я применяю силу? Проще думать, что тебя принуждают, да, кок? Если пойдёшь навстречу сам, не сможешь себя простить? Дёрнувшись от последовавшего за этими словами укуса на икре, Санджи разозлился ещё больше. Но злился он скорее не на тупого маримо, посмевшего сказать что-то подобное, а на то, что тот был полностью прав. Санджи было неловко, но с этой неловкостью можно было бороться, имея такую силу воли и желания, но это было словно предательством самого себя. Принять то, что он продолжал поддаваться маримо только из-за обстоятельств было намного проще и безопаснее, чем принять, что Санджи искренне сам этого хотел. Хотел, чтобы Зоро брал его раз за разом, заставлял кончать и доводил до беспамятства. — Что ты хочешь сделать? — прошептал он. — Хочу, чтобы тебе было хорошо, — Зоро положил голову на худые коленки напротив и притёрся щекой. Санджи проглотил вздох и закусил губу. Маримо был обезоруживающе честен, и в ответ у Санджи вырвалось: — Мне неловко. — Я знаю. Перевернись ко мне спиной. — Зачем? — Сделай и узнаешь. Санджи прикрыл глаза на секунду только чтобы осознать окончательно: он больше не в том положении, чтобы противиться этому приказному, но на удивление мягкому тону. — Ты ужасен. Зоро хмыкнул сквозь губы. Хотя, был ли он когда-нибудь в таком положении? Санджи медленно, не смотря в темный глаз напротив, перевернулся на бок и встал на колени. Зоро продолжал сидеть на полу и внимательно рассматривать вдруг возвысившегося над ним Санджи. Его взгляд был настолько пронзительным, что казалось, будто из глаза искрило, но, возможно, это был всего лишь луч света из окна... Развернувшись на коленях спиной к мечнику, Санджи неловко положил ладони на спинку дивана и опустился ягодицами на пятки. — Что дальше? За спиной была только давящая тишина, они молчали несколько напряжённых секунд, но этого хватило, чтобы свести Санджи с ума, в какой-то момент ему даже померещился судорожный вздох за плечом. — Маримо? Резко опустившаяся на плечо ладонь выбила воздух из лёгких. Не произнеся ни слова Зоро наклонил Санджи вперёд, уперев грудью в спинку. Второй рукой он схватил Санджи за бедро и дёрнул вверх, ставя в настолько ужасающую позу, что Санджи за секунду почувствовал, как лицо и плечи заливаются краской. От ещё большей неожиданности Санджи взвизгнул, когда на плече сомкнулись зубы, а поясница прогнулась под тяжестью огромного тела навалившегося сверху Зоро. Он было дёрнулся, но маримо крепко удерживал одной рукой за плечо, другой — за бедро. — Перестань... Зоро вгрызся зубами в плечо до искр из глаз от боли, найдя нетронутое вчерашними следами место на коже, словно изголодавшийся зверь в мясо, и Санджи затрясло от мимолётного страха — не вырвет ли Зоро ему кусок плоти прямо так. — Маримо, мне больно, — Санджи захныкал, и тот убрал зубы, но только для того, чтобы ещё сильнее всосать кожу губами. — З-зоро... В контраст с болью в плече рука, до этого плотно обхватывающая бедро, скользнула чуть выше, по ягодице, и вперёд, на подрагивающий пресс и ещё чуть ниже, надавливая на низ живота в опасной близости от паха. Основание ладони осталось на том же месте, но пальцами Зоро скользнул по лобку, — настолько его ладони были обширными, — зарываясь в тонкие волоски. Это давление на живот вызвало какую-то странную вибрацию накатившего с новой силой возбуждения внутри. Следующим же движением маримо нажал этой ладонью ещё чуть сильнее, вжав ягодицы Санджи в свои бёдра. Благо, Зоро был в штанах, иначе его колом стоявший член точно бы упёрся Санджи между ягодиц, и тот совершенно не был уверен, смог бы он сдержаться и не позволить Зоро скользнуть внутрь... С громким влажным звуком от плеча оторвались губы и сразу же оказались на шее под ухом, а пальцы в паху скользнули ещё ниже и раскрыли влажные складки. Несколько минут назад Санджи собственноручно вытерся насухо бумажными полотенцами, а сейчас снова истекал соками в нетерпении, которое сам же не хотел принимать. Средний палец Зоро опустился на взбухший клитор, притираясь, что тут же выбило из лёгких Санджи весь воздух. Указательный и средний пальцы прошлись вверх и вниз по клику нервов несколько раз, быстро и резко, и именно так Санджи и нужно было — без лишних нежностей. Пальцы были обжигающими, словно горели огнём, они скользили от клитора до входа во влагалище, размазывая естественную смазку, то легко притираясь, то несколькими резкими движениями выбивая из Санджи тихие полустоны, а в это время на шею обрушивался рот, то кусая, то всасывая одними губами кожу прямо поверх вчерашних засосов, и это было больно, очень больно, но Санджи не был бы собой, если бы боялся какой-то там боли. Особенно такой. Один палец стремительно оказался внутри, Санджи от неожиданности сжал мышцы таза, захватывая фаланги в тиски, и Зоро оскалился (Санджи буквально чувствовал это кожей), тут же подключая второй палец, проталкиваясь глубже. После ночных похождений внутри всё ещё немного ныло, но Санджи с ужасом осознал, что получает от этого кайф. И пусть вчера Зоро был нежнее, сейчас он действовал с каким-то надрывом, дёргал, кусал, в какой-то момент даже переместил руку с плеча на шею, бесцеремонно обхватывая, но Санджи плавился в этих грубых руках, и только подавался навстречу. В те мгновения он мог думать только о пальцах, так правильно скользящих внутри. Даже при том, что какое-то время назад он уже получил оргазм, его тело было очень чувствительным, но в то же время казалось ненасытным и снова изнывало от желания. Через секунду Зоро резко вытащил пальцы и оторвался от шеи. Санджи захныкал от чувства пустоты. — Сейчас, сейчас, — успокаивающе зашептал Зоро, — надо... Немного... По-другому... Он провёл ладонью по спине Санджи, собрал длинные волосы, перекидывая их за одно плечо, и дальше скользнул по позвоночнику от шеи с нажимом, пока сам сполз с дивана обратно на пол. Он огладил ягодицы и снова скользнул пальцами внутрь. Санджи заскулил сквозь зубы и слишком поздно осознал, что сам же раздвинул ноги шире, абсолютно бесстыдно раскрываясь для глупого маримо и его ловких рук. Зоро сделал несколько толчков пальцами, резко выходя из податливого тела и тут же вгоняя пальцы обратно, имитируя прошедшую ночь, движения его члена, каждым таким толчком выбивая из Санджи новый стон. Прямо так, не выходя из тела, Зоро развернул пальцы, чтобы ладонь смотрела вниз и немного сменил угол, тут же согнув фаланги, чтобы простимулировать переднюю стенку влагалища, резко и нещадно, искал ту самую точку, чтобы окончательно выбить из Санджи весь дух. Тот хотел было сделать вдох, как внутри всё пронзило такой сильной судорогой, что из горла вырвался только отрывистый крик. Зоро замер на секунду, открыто упиваясь этой реакцией. Нашёл. Он с силой притёрся подушечками пальцев к этому месту, а Санджи зажмурился и вцепился пальцами в спинку дивана как можно сильнее, чтобы не потерять равновесие, голова обессиленно опустилась вниз, каждое движение согнутых пальцев внутри по нужной точке вынуждало его прогибаться всё сильнее, от чего бёдра поднимались всё выше, грозясь и вовсе оказаться выше головы. В какой-то момент Зоро скользнул внутрь третьим пальцем, одновременно с этим подложив вторую руку под низ живота Санджи, который безостановочно дёргался в такт движениям пальцев, и на удивление деликатно надавил. В этот момент Санджи показалось, что его опустили под воду — всё вокруг вдруг стало глухо, а в глазах заискрилось. Его накрыл такой сокрушительный, второй за утро, оргазм, что всё тело содрогнулось, низ живота будто пронзило молнией, пальцы не выдержали и сорвались с дивана, и Санджи всё же бы потерял равновесие, если бы не Зоро, подхвативший трясущееся тельце, чтобы удержать и медленно уложить на диван, прижимая своей влажной от пота грудью к мягкой обивке. Санджи с трудом приоткрыл глаза, и их взгляды встретились всего на пару секунд, как Зоро наклонился и накрыл губами рот Санджи. Тот замычал от мнимого недовольства, только для вида, но на самом деле это было просто... замечательно. Отлично. Санджи влип окончательно и бесповоротно.