Четвёртая
4 декабря 2023 г., 05:00
В четвёртой нынче тоже неспокойно: мечется туда-сюда Игорь Борисович, ремнём нервно машет, как тигр хвостом, вопрошает:
— Вот как можно было додуматься, я вас спрашиваю?
Лёня и Павлик украдкой переглядываются, одними губами выводят: «Ты говори!» — «Нет, ты!»
Лёня-то на целый год старше, а Павлик зато решительнее. Ну, когда перед ними ремнём не размахивают. При виде ремня они оба маленькие и несмелые сделались, прямо жалко их.
— Ну?!
Останавливается Игорь Борисович, шарахает ремнём по диванной спинке. Ух, хлёстко, ух, страшно!
— Мы бенгальские огни делали, — говорит наконец Лёня.
— В сарае?! — восклицает Игорь Борисович. — За городом, на даче?!
— Ну, не квартиру же жечь, — рассудительно говорит Павлик.
— А сарай, значит, можно! — Игорь Борисович всплёскивает руками, и ремень от этого движения звенит угрожающе пряжкой.
— Мы же не думали, что сено так легко загорится, — говорит Лёня и исподлобья глядит на отца.
— Не думали, — с горечью повторяет Игорь Борисович и смотрит на портрет покойной жены своей, Софьи Игнатьевны.
Лёня с Павликом переглядываются сконфуженно. Знают по опыту, ежели сейчас все нужные струны затронуть, рассиропится отец, передумает пороть.
— К трамваю ещё подцепились, изверги, — жалуется Игорь Борисович, и Софья Игнатьевна глядит на него сочувственно и грустно. — А если бы убились?
— Ну, до дачи же надо было доехать, — сопит Павлик.
— Мы потом ещё к саням прицепились, — добавляет честный Лёня, и Павлик пихает его локтем.
— Конечно, а как же без этого, — ворчит Игорь Борисович и с отвращением смотрит на ремень. — Вот что мне с вами делать?
Лёня с Павликом снова переглядываются. Потом Лёня делает шаг вперёд, расстёгивает одну за другой пуговки на штанах. За ним — с тяжёлым вздохом — Павлик. Передумали, значит, струны трогать, совесть не позволила.
Пока они укладываются, Игорь Борисович задёргивает портрет Софьи Игнатьевны занавеской, чтобы не смотрела.
— Получились хоть огни-то?
— Не очень, — вздыхает Лёня, а Павлик добавляет:
— Наверное, рецепт неправильный.
— Главное, сарай загорелся, а огни — нет, — сокрушается Лёня.
Игорь Борисович аккуратно складывает ремень вдвое, концы в кулаке сжимает.
— Мы, наверное, лучше обычную иллюминацию из скорлупок сделаем, как ты рассказывал. Покажешь? — просит Павлик и добавляет: — После.
— После, — кивает Игорь Борисович и размахивается.
