Четыре этажа, два подъезда

Вот мы с вами сейчас в тридцатую пойдём и поглядим, как у Свирид Свиридыча сватовство пройдёт. Эмма-то с Силантием как раз тут проживают. Эмма — барышня интеллигентная, воспитанная, ничего удивительного, что Свирид Свиридыч… Батюшки! Эта интеллигентная и воспитанная по дивану пробегает, юбки подобрав, через банкеточку перемахивает — и в коридор, а оттуда — в детскую, а из детской — снова в коридор. И кричит страшным голосом: — Ну, попадись мне только! А впереди Эммы Силантий горным козлом скачет, хохочет. — Выдеру! — Эмма кричит. У окошка остановилась, шнур витой, которым штора прихвачена, схватила. Пока Эмма шнур от шторы отвязывает, Силантий уже за диваном схоронился и оттуда хихикает. — Смешно тебе? Смешно, чёрная твоя душа? — распаляется Эмма. — Иди сюда, штаны снимай! — Ну мам! — Снимай, сказала! Силантий нос свой из-за дивана высовывает, головой рыжей мотает: — Не-а, не буду! — Будешь как миленький! Тут Эмма вроде бы слева заходить начинает, Силантий ныряет вправо — а Эмма уже там, за вихры его ухватила, выволокла, носом в диванную обивку упёрла — и давай шнуром охаживать. — Мам, ну не больно, так не порют вовсе! — возмущается Силантий. — Не больно ему! Не больно! — восклицает Эмма и изо всех сил шнуром лупит. А он витой, да мягкий, толку-то! — Негодяй ты! Головорез! Башибузук! — Ну мам! Тут над входной дверью колокольчик серебряный звонит. — Ну вот, соседи жаловаться пришли, — всплёскивает руками Эмма. — Иди, наказание моё, объясняйся с ними. Силантий поднимается, отряхивается и вприпрыжку к двери бежит. — Свирид Свиридыч! — восклицает. — Я это вот… — говорит Свирид Свиридыч и коробку со снегурочкой в руках крутит. — А меня мама порет, только у неё не получается, — бодро говорит Силантий. — Но вы проходите, можете на кухне подождать. Тут уже Эмма из гостиной выбегает, вся красная делается. — Я свататься пришёл, — говорит Свирид Свиридыч. — Свататься! — ахает Эмма. — А этот… Он звезду с потолка в обсерватории… — Всё равно она невзаправдашняя, — сурово говорит Силантий. — Она, Свирид Свиридыч, из жёлтого стекла и сияет здорово. Я её к нам на ёлку хочу. — Звезду? — переспрашивает Свирид Свиридыч. — Ну, это, наверное… М-да. Замолкают все трое, друг друга разглядывают. — А вы действительно свататься пришли? — спрашивает Силантий и, дождавшись подтверждения, благосклонно кивает: — Мы согласны. — Силантий! — пищит Эмма и краской заливается. — Согласны, — строго говорит Силантий. — Мы давно хотели. Свирид Свиридыч, а раз мы теперь породнились, можете меня нормально выпороть? — Что? — хмурится Свирид Свиридыч. — Ну, за звезду. А то мама жуть как злится, — объясняет Силантий и Свирид Свиридыча за руку в гостиную ведёт. — Да я же… — лепечет Эмма, а Силантий уже на диван укладывается и штаны снимает. — Только вы уж не шнуром, — говорит деловито, — он небольный. Есть у вас, скажем, ремень?