Метеор

…И Сэм резко поднимается в сидячее положение, крик застывает на его губах. Он видит, как лучи утреннего солнца проникают через окно комнаты, а Дин сидит у подножья его кровати с бутылкой «Джек Дэниэлс» и двумя стаканами. — С возвращением, Сэмми. Сэм бросается к нему, глаза уже опухшие от слез, полных раскаяния и облегчения, потому что он никогда не сможет выразить словами утешение, которое он получает, когда Дин рядом. После ночи проведенной в холодном обществе Дьявола, его брат всегда будет ждать его, чтобы приветствовать с распростертыми объятиями, неважно, как он разбит внутри. Он смотрит на теплую улыбку Дина и снова понимает, ради чего он борется. Альтруизм и оптимизм, которые он видит там, достаточны, чтобы восстановить его веру в человечество еще на пятнадцать часов. Дин неловко похлопывает Сэма по спине, а затем берет бутылку и наливает алкоголь. — Хочешь немного? К вечеру всё выветрится, не волнуйся. Подумал, что это может тебе понадобиться. Сэм соглашается и подносит стакан к губам. Его руки дрожат, но не слишком сильно, и он отмечает, что отсутствие пятен и грязи означает, что его брат на этот раз действительно помыл посуду. — Как долго? — спрашивает он. — Девять с половиной часов. Вообще-то, — Дин сверился со своим часами, — Теперь, когда я думаю об этом, ближе к десяти. На этот раз было долго. — По тону его голоса Сэм понимает, что он обеспокоен такой продолжительностью. Обычно, чем дольше Сэм спит, тем хуже он чувствует себя после пробуждения. — Всё было не так уж и плохо. — И действительно, не было. Между часом, потраченным на промедление в самом начале, и относительно безобидными вспышками воспоминаний, прошлая ночь легко вошла в десятку самых лёгких ночей Сэма с тех пор, как Сатана начал ходить по земле. Худшая ночь, безусловно, наступила после пяти дней непрерывного употребления кофеина и недосыпа, когда Люцифер набросился на Сэма, как только тот появился в комнате сновидений. Он подверг Сэма шестнадцатичасовому показу отборных воспоминаний, демонстрирующих худшее из того, что может предложить человечество. Люцифер был разозлен на Сэма за то, что тот так долго уклонялся от него и пренебрегал своим физическим здоровьем, и Сэм не мог собраться с силами, чтобы сопротивляться. Убийцы, насильники, лжецы, воры и предатели, один за другим, были уничтожены Люцифером в те дни, когда он выплескивал своё разочарование. Каждый из них заслуживал ужасной мучительной смерти, но вместо этого получал быстрое милосердное забвение. Каждый умолял о пощаде, пытался заключить сделку или, опьянённый гордыней, пытался подчинить Дьявола своей воле. После каждого Люцифер останавливался, вытаскивал Сэма из воспоминаний в мир сновидений и спрашивал, почему он защищает вид, способный породить столько чудовищ, когда сам посвятил себя охоте на монстров. Сэм ошеломлённо смотрел на него, не зная, что ответить, и тогда глаза Люцифера вспыхивали гневом, и они снова погружались в воспоминания. Под конец он был сломлен. Все разумные аргументы, почему он не должен был сдаваться, разлетелись на куски. И он ждал, когда Люцифер задаст вопрос, чтобы ответить «да» — первое слово, которое он произнесёт этой ночью, и покончить со всем этим. Но Люцифер положил руку на плечо Сэма, покачал головой, извинился и отправил его обратно, так и не сделав этого. Через три секунды, увидев Дина, который заснул в ожидании его возвращения, он передумал и резко вернулся к реальности, с ужасом осознав, что только милосердие Дьявола спасло его на этот раз. — Ты вообще спал, Дин? — Я? Да, я заснул сразу после тебя. Проспал целых семь часов до звонка будильника. Значит, ты в порядке? Как все прошло? — Я не хочу об этом говорить. — Дин провёл годы в Аду, прикованный железными цепями — Сэм знал об этом, так как часто видел их глазами Люцифера. Аластар держал его в мучительной агонии, и прошло несколько десятилетий, прежде чем он сломался. Что бы он подумал, если бы узнал, что Сэма доводят до грани срыва за несколько часов каждую ночь простым обменом воспоминаний, без пыток? Он бы не испытывал отвращения, потому что Дин никогда не смог бы почувствовать отвращение к своему младшему брату. Но он был бы разочарован и не смог бы его понять. Лучше продолжать притворяться, что Дьявол использует кровь и адское пламя, позволяя Сэму сохранить своё достоинство. — Хочешь ещё виски? — Сэм осушил стакан, и Дин, увидев это, налил ему ещё двойную порцию, так же как и себе. Они выпили вместе, и ужасы ночи начали исчезать из памяти Сэма, скрываясь за дымкой утреннего солнца, алкоголя и братского общения.

* * *

После прошедшего получаса, бездельничая, пришло время вставать, связаться с импровизированными защитниками города и сообщить им, что они уничтожили гнездо и скоро отправятся дальше. Поэтому они одеваются, натягивают ботинки и уже собираются выйти из дома, когда зазвонил телефон Дина. — Это Кас? — спрашивает Сэм, когда Дин достаёт телефон и проверяет идентификатор звонящего. — Неизвестный номер, это не он. Алло? — Он не включает громкую связь, но Сэм едва слышит мужской голос на другом конце. — Чак? Чувак, рад тебя слышать. — Он жестом показывает Сэму уйти на встречу, но Сэм отрицательно качает головой в знак того, что не пойдет без него. Дин, в ответ, постукивает пальцем по своим часам и шепчет: «Ты спал дольше, чем я думал». Это был удар ниже пояса, и Сэм это понимает. Но это не мешает ему чувствовать себя виноватым. Так что он уходит, надеясь, что Дин вскоре догонит его, а не оставит в одиночестве разбираться с горожанами. — Видишь ли, это странно, но ты позвонил мне как раз в самое подходящее время. Я думал о том, чтобы позвонить тебе. — Я знаю, я видел это. — Тогда, ты знаешь, о чем я хочу спросить, верно? — Да. Но я буду уважать личную жизнь Сэма, поэтому боюсь, я не смогу рассказать тебе многое из того, что происходит. — Тогда зачем звонить, а потом просить меня отослать Сэмми прочь, чтобы мы могли поговорить наедине? — Потому что я могу рассказать тебе немного, достаточно, чтобы ты понял, но Сэм не должен узнать об этом. Это не физическая боль, Дин. Люцифер не использует ни боль, ни лишения, ни даже вожделение. Сэм стыдится рассказать тебе, потому что он считает, что не должен быть таким слабым перед тем, что он не воспринимает как пытку. — Но это неправда. Почему психологические методы являются менее жестокими? Я видел, какой эффект это дает — Люцифер в этом деле прибавил жару. Он хуже, чем Аластар. Черт, даже в Аду они ценили пару хороших психологических игр, чтобы сломать человека. Что он делает? Заставляет ли он Сэма смотреть, как убивает людей? — Это было популярно на дыбе. В разное время своего пребывания там Дин был всеми тремя игроками. — Как-то, что сделал Габриэль в «Таинственном Месте»? Нет, ничего подобного, хотя в чём-то похоже. Я не должен говорить больше. Извини. — Не проблема. Где ты был последние несколько недель? Мы пытались дозвониться до тебе, но телефон был отключён, и мы подумали, что тебя похитили. — Меня похитили. Только со стороны Михаила, а не Люцифера. Я был в… можно сказать, карантине. Они не хотят, чтобы их пророк заразился вирусом. Мне удалось ненадолго сбежать и найти телефонную будку, но они догонят меня примерно через полчаса, а потом, вероятно, посадят под замок. Возможно, это последний раз, когда мы разговариваем в ближайшее время. — Ох. Ты хочешь, чтобы мы пришли на помощь? — Нет. Я не уверен, где нахожусь, и у вас есть более важные дела. Это основная причина моего звонка. Вы должны выследить Чуму. — Почему? — Он тот, кто разработал этот вирус. Если вы убьете его, это может вызвать самоуничтожение генетического кода и уничтожить всех зомби. — «Может»? Ты говоришь, что не знаешь? Я думал, ты это написал! — Я не разработал эту историю так, как следовало бы, ладно? Я был слишком занят написанием основной сюжетной линии, и теперь всё пошло прахом. Я не собирался об этом говорить, но я знал, как закончу историю ещё тогда, когда вы меня впервые нашли. Это был не такой уж счастливый конец для вас обоих, особенно для Сэма, но в целом не так уж много людей погибло, и все концы с концами были сведены. Это был практически идеальный конец. Дин смотрит в окно, где на улице разбросаны осколки стекла, а на стенах заколоченных домов красуются жуткие граффити. — Это идеальный конец? Ты что, сошёл с ума? — Нет! Понимаешь, я никогда не говорил тебе, как всё закончится, опасаясь, что ты используешь знание о будущем, чтобы изменить концовку и попытаться спасти Сэма. Поэтому я и не рассказывал тебе о Чуме, полагая, что мои видения о вашей борьбе с ним до того, как он выпустит вирус, сбудутся, и всё будет хорошо — ведь раньше всё именно, так и происходило. Но это не случилось. Я… я, видимо, где-то ошибся. Может быть, я и должен был рассказать тебе. Но сюжет нарушен, и я не могу его исправить. Мы больше не следуем первоначальному сценарию! Все сюжетные линии в моей голове перепутались, и я могу заглянуть в будущее лишь на несколько часов вперёд. После этого момента над моим сознанием словно нависла темная туча, и я уверен: ничего хорошего из этого не выйдет. — Ну что ж, Чак, ты — яркий маяк оптимизма, — сухо отмечает Дин. — Разве ты не видишь, Дин? Теперь все по-другому! — голос Чака пронизан паникой. — Раньше ты умирал сотни раз, и я просто возвращал тебя обратно, потому что знал, чем закончится история. Ты, Сэм, и, черт возьми, я даже вернул Кастиэля, хотя изначально планировал, что он умрет навсегда — просто потому что он мне понравился. Но не на этот раз. Я не знаю концовки, и это значит, что ты или Сэм можете умереть навсегда в любой момент. Как будто Бог бросил нас, когда мы отошли от сюжета «Сверхъестественное», оставив мир на грани апокалипсиса. Больше нет защиты главных героев. Больше нет счастливого конца, только темный «Конец». — Ладно. У меня больше нет времени слушать твои страдания художника; у меня встреча. Так ты говоришь, что нам следует отправиться за Чумой, верно? — Это ваш лучший шанс. Я дам вам знать, если увижу другие лазейки в сюжете, которые вы можете использовать. — Ну, тогда пока — Удачи. Дин кладет трубку и бежит за своим братом. На импровизированном собрании в городской библиотеке Сэма и Дина благодарят и желают удачи, но жители города пришли к выводу, что после уничтожения гнезда они способны выживать самостоятельно. Прошлой ночью набегов не было, что стало свидетельством того, что, вероятно, кроаты либо окончательно покинули этот район, либо их осталось настолько мало, что позаботиться о них будет несложно. Им выдали полный бак бензина и несколько дополнительных двадцатилитровых канистр, чтобы положить в багажник на случай, если они не найдут где заправиться. Цены на бензин взлетели до небес после того, как вся международная торговля и путешествия были прекращены во избежание распространения болезней, в результате чего Америка оказалась отрезанной от её дешёвых источников нефти. А туда, куда они направляются, прямиком в самую гущу инфекции, деньги потеряли всякую ценность. Люди машут им руками и аплодируют, когда Импала прокладывает себе путь сквозь толпу. У всех на лицах улыбки, и они верят, что, возможно, всё наладится. Сэма трогает до глубины души, как человечество способно объединяться таким образом даже перед лицом самой страшной угрозы, и как альтруизм побеждает даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. Люцифер ошибается, и это новое осознание заставляет его радоваться на протяжении всего пути из города. — Чему ты улыбаешься, Сэмми? — Просто вспомнил смешную шутку про адвокатов. Ты не поймёшь.

* * *

Они едут до раннего полудня, пересекая открытые пространства и въезжая в город Миннеаполис. Здесь практически нет транспорта, дороги широкие и в отличном состоянии, благодаря чему проезд через городские районы проходит быстро и без проблем. Миннеаполис удивительно цел. Почти нет разбитых окон или сломанных фонарей, электричество работает, здесь же ловит и сотовая связь, и время от времени кто-то спешит по тротуару. Один из прохожих, увидев машину, выбегает на дорогу, заставляя их остановиться. — Пожалуйста, вы должны мне помочь! — умоляет она. Это молодая чернокожая женщина, ей, возможно, лет двадцать, и она выглядит испуганной до смерти. — Мой отец взял ружье и пошел охотиться на больных, но не вернулся. Мне нужна помощь, чтобы спасти его! Дин резко дергается за рулем, потому что перед глазами встало воспоминание: «Папа ушел на охоту… и его не было дома уже несколько дней». Но он сохраняет достаточное спокойствие ума, чтобы высунуть голову из окна и крикнуть: — Кристо! Её глаза расширяются, как будто она не ожидала от них такого, и затем… всего на долю секунды они становятся чёрными. Демон. Пытается заманить их в ловушку. Она поворачивает и бежит. Дин пускается в погоню на Импале, но она уходит в переулок, который слишком узок для машины, и к тому времени, как они выезжают, её уже нигде не видно. — Мы должны пойти за ней. — Дин, ты что, спятил? — Дин уже открыл багажник и достал ружья, заряженные каменной солью. Он не слушает. — Это ловушка, ясно как день! Если пойдем за ней, мы погибнем. Ты это знаешь. Давай двигаться к Чуме, как мы и договаривались, и не отвлекаться на смертельные забеги! — Сэм, мы понятия не имеем, где прячется Чума. Мы думаем, что он находится в штате Мэн, потому что там болезнь самая сильная. Но у нас нет никаких доказательств этого. Этот демон знал о нашем приходе и расстелил для нас красную дорожку. Это говорит о чем-то большем, чем просто логово демонов или гнездо кроатов. Либо это наш парень Чума, или Смерть, либо сам большой Л. — Но у нас нет способа их убить! Мы уже стреляли в Люцифера из Кольта, и он в порядке. Я готов поспорить на свою душу, что и Смерть не умрет от этого. Двое из троих убьют нас, даже не моргнув. Я уверен, что Чумы там не будет. — Ты боишься? — Я в ужасе. Не только у Чака бывают предчувствия. Иногда они бывают и у меня, и сейчас всё во мне говорит, чтобы я держался подальше от этого города. — Ладно. — Дин убрал один из дробовиков обратно в ящик в багажнике и начал что-то искать. — Пусть будет, по-твоему. — Он достал Кольт и спрятал его в карман. — Дин, ты… — Оставайся здесь. Я пойду туда один. — Нет! Ты идиот, Дин. Почему ты так решительно хочешь разнести себя на куски? — Потому что я устал просыпаться каждое утро и видеть, как ты дрожишь, будто весь свет покинул тебя. И что ещё хуже — я ничего не могу с этим поделать. Если есть хоть малейший шанс, что Чума находится там, мы можем закончить это здесь и сейчас и спасти этот проклятый мир. Если это Люцифер, ты окажешься у него в руках. Поэтому я понимаю, что тебе туда не стоит идти. Но я должен, ты же понимаешь, чувак? Он захлопывает багажником и бежит по улице. Он оставил нож Руби, тот самый, который Сэм всегда держит при себе на случай непредвиденных обстоятельств, а это значит… — Ох, Дин! Почему ты всё время такой чертов придурок? — Сэм бежит за братом. Плохое предчувствие или нет, пора охотиться на демонов. Демонесса всегда на шаг впереди их, прячется и перебегает из переулка в переулок, но делает это так, чтобы они могли следовать за ней. Если что-то может показать, что это ловушка, то это именно это. Поэтому их так удивляет, когда, обогнув очередной угол, они понимают, что она исчезла. — Черт. После игры в «камень-ножницы-бумага», Дин спускается первым, на шее у него висит фонарик, а Сэм следует за ним, предварительно осмотрев окрестности сверху. Единственное обнадеживающее во всей этой ситуации — это то, что канализация традиционно ассоциируется с распространением болезней, так что вероятность, что это Чума, растет с каждой минутой. Они преследуют источники электромагнитных полей по туннелям, следуя за слабыми сигналами прибора, подсказывающими им направление. Вокруг постоянно слышится шум воды, и запах просто невероятен, но они не обращают внимания ни на это, ни на влажное шлепанье своих шагов. Демона не видно и не слышно, но вонь серы здесь полностью маскируется. Для них это хорошее место, чтобы спрятаться. Впереди свет. Дин натыкается на него первым и резко останавливается. Сэм следует за ним и делает то же самое.

* * *

Первая мысль: это место огромное. Это место напоминает пещеру с высоким потолком, но его каким-то образом освещает солнечный свет, несмотря на то что они находятся на глубине всего шести метров. Река сточных вод рядом с ними превратилась в кристально чистую воду, а под ногами зеленеет трава. Вокруг стоят гигантские деревья разных пород, слышится пение птиц, и неподалеку на скамейке сидит старик с тростью, внимательно наблюдая за ними. Он машет им рукой, и они, словно марионетки на ниточках, повинуются. — Сэм, Дин. — Он кивает им в знак приветствия. — Для меня большая честь встретиться с вами лично. — Ты… Чума? — спрашивает Дин, крепко сжимая Кольт в руке. — Нет. — Смерть, значит, — предполагает Сэм. — Да. Дин прячет оружие. Они не могут убить Смерть. Это было бы бессмысленно. — Почему мы здесь? И где это место? — Дин, это мир сновидений. — Сэм протягивает руку, чтобы потрогать травинку, и она замерцает под его прикосновением. — Мы внутри своих собственных голов. — Сэм говорит правду. Он уже научился узнавать такие места. Этот разговор происходит в доли мгновения, когда вы входите в помещение — и когда он закончится, вам предстоит столкнуться с ловушкой, которую для вас подготовили демоны. Это не самая изобретательная ловушка, но она смертельно опасна. Они намерены убить тебя, Дин, и поймать Сэма, чтобы завоевать расположение, приведя его к Люциферу. — Если ты не с ними, то почему ты вообще здесь? — Я здесь, потому что я так решил, и не перебивай меня, Сэм, иначе я остановлю твоё сердце там, где ты стоишь. — Сэм открывает рот от удивления, затем фыркает. — Как будто это сработает? Люцифер снова его запустит. — Будет ли он? Мне кажется, что, столкнувшись со мной как со своим врагом, он был бы совершенно неспособен сделать это. — Смерть улыбается. Это, мягко говоря, беспокоит. — Разве ты, знаешь… — Дин пытается подобрать слово, — не связан с ним? Не должен подчиняться его приказам? — Да, я был. Но мир пошёл путем, которым идти не должен был, и для межпространственного существа, как я, правила реальности больше не действуют. Я больше не подчиняюсь Люциферу, и он не имеет надо мной власти. — Так почему же ты здесь? — Такая дерзость от такого юного человека. Эта встреча не касается тебя, Сэм; я позвал сюда только Дина и хочу говорить только с Дином. — Что бы ты ни хотел мне сказать, ты можешь сказать это при Сэмми. — Очень хорошо. Судьба Сэма неизбежна, и услышанное ничего не изменит. Дин, именно ты причина изменения реальности. Это судьба — что твой мир должен закончиться, чтобы другой мир мог выжить, и твоя задача — спасти этот мир. — Я понятия не имею, что ты имеешь в виду. — Смерть вздыхает. — Со временем поймёшь. Через пять лет. Я веду заблудшие души из этого мира в загробную жизнь, но это также работает между разными версиями одной и той же реальности. Я не знаю, с какой целью Бог так распорядился, но у него всегда была склонность к драматизму и слабость к рассказыванию историй. Захария же даже не представляет, во что он вмешивается. — Захария? Но он мёртв. — На лице Дина читается недоумение, он совершенно не понимает, куда направляется разговор. Сэм молчит. — И я — Смерть. Но цель моей встречи — извиниться перед тобой. Ты — избранный Богом, Дин, и твой брат тоже избранный. Мир должен был быть спасен вами, но по прихоти судьбы этого не произойдет. На этот раз все закончится. — Нет. — Боюсь, что так и должно быть. Прощай, Дин. До свидания, Сэм. — Нет! Мир сновидений растворяется вокруг них.