not the same as it was

Дверь в комнату распахнулась без стука. Му Цин поднял глаза от экрана ноутбука и поставил на паузу сериал, хмуря брови на Фэн Синя, который бесцеремонно прошёл в комнату и сел на его кровать настолько уверенно, что Му Цину на секунду показалось, что тот перепутал комнату. Он даже окинул её быстрым взглядом - постер с Леви Аккерманом на стене, манекен с недошитым пиджаком в углу, стопка тканей под столом и фотка их трио со школьного выпускного на этажерке. Да нет, точно его. - Ты охуел? - в голосе Му Цина очевидно недостаёт злобы и вовсе не потому, что где-то в самой глубине души (очень, очень, очень глубоко) он даже немного рад видеть Фэн Синя. Просто отношения у них в последнее время... непонятные. Пара полупьяных поцелуев, разделённая на двоих сигарета и зажимания на кухне под постоянное опасение того, что из своей спальни может выползти заспанный Се Лянь, ими разбуженный, ведь подходят под определение "странные", правда? - Бесит просто. Я из своей комнаты слышу, как ты стучишь зубами, - Фэн Синь скрестил руки на груди и взглянул на гору одеял и пледов, в которые укутался Му Цин, напоминая суровую тучку. - Ещё немного - и соседи полицию вызовут. Вдруг ты тут азбукой Морзе SOS выстукиваешь? - Если я что-то и выстукиваю, то только то, что ты долбоёб, - буркнул Му Цин, глубже засовывая нос в одеяла. - Хочешь сказать, тебе не холодно? - Ничуть, - Фэн Синь пожал плечами равнодушно. Му Цин с завистью окинул взглядом широкие плечи, обтянутые футболкой (!!!), и натянул на кончики пальцев рукава свитера. - Это ты из нас двоих змея. - А ты - псина подзаборная, - вяло огрызнулся Му Цин, не имея, впрочем, ничего против змей. Это талисман его факультета в Хогвартсе, в конце-концов! - Хули ты сюда припёрся? Позубоскалил и проваливай. - Стук твоих зубов мне сосредоточиться мешает, - старенькая кровать скрипнула, когда Фэн Синь неловко поёрзал на месте, и Му Цин вскинул бровь вопросительно - как же, поверил он, что дело только в этом. - Может, согреть тебя? Му Цин, всё ещё вскинув бровь скептически, пару секунд смотрел на то, как Фэн Синь, состроив комичное выражение лица смешно шевелит бровями. Шерстяные гусеницы двигались вверх-вниз. Не сдержавшись, Му Цин фыркнул, спрятав смешок в одеяле. Воодушевлённый его реакцией Фэн Синь начал двигать бровями ещё активнее. - Ты придурок, - хмыкнул наконец Му Цин и тут же без паузы добавил. - Залезай. Краешек одного из одеял отогнулся в немом приглашении. Му Цин на Фэн Синя не смотрел - устроил ноутбук на коленях поудобнее, и, подвинувшись немного, вперился в экран, словно там было что-то интересное кроме поставленного на паузу кадра из сериала. На несколько секунд Фэн Синь замер в немом изумлении - брови всё ещё смешно изогнуты, глаза круглые, как монетки, а губы подрагивают, словно он хочет что-то сказать, но не может сформулировать мысль. А потом с быстротой и ловкостью гепарда он скинул с себя футболку и треники и быстро нырнул под одеяла, сразу прижимая Му Цина к себе. - Разделся ты зачем?! - прошипел Му Цин, больно толкая его локтем под ребро. - Ты что, в бане, идиот? - Кто ещё идиот, - Фэн Синь поморщился от толчка, но объятий не разомкнул, только прижал Му Цина к себе ближе. - Между прочим, кожа к коже согреваешься быстрее. Снимай свой свитер! - и, не тратя времени на уговоры, Фэн Синь подлез пальцами под чужой свитер, намереваясь сам его стащить. - Не буду я его снимать! - взбунтовался Му Цин, отбиваясь от Фэн Синя, пнул его по бедру и стукнул по слишком наглым рукам. - Да он колючий! - Мне не колючий! Му Цин едва успел поймать ноутбук, который чуть не полетел на пол - пришлось закрывать его и ставить на тумбочку у кровати - Фэн Синь за это время успел обрести тактическое преимущество и задрать свитер вместе с футболкой ("У тебя тут ещё и футболка? А чё сразу не водолазный костюм?") почти до груди. Впрочем, избавившись от балласта в виде ноутбука, Му Цин бросился защищать своё право носить свитер (и честь) куда более свободно, больно щипая Фэн Синя за бока и прицельно пинаясь по лодыжкам. Одеяла сбились в ком под ногами, подушки разлетелись по всей кровати, пока они вертелись на постели, будто ужаленные, валяя друг друга по простыням. Это не было похоже на обычные их драки (уже, впрочем, давно с ними не случавшиеся). В шутливых ударах не было реальной силы, оба поддавались друг другу, Фэн Синь смеялся от несильных тычков в бок, да и Му Цин едва сдерживал улыбку. Наконец Фэн Синь всё же смог поймать извивающегося, как змея, Му Цина, и, прижав его руки к бокам, повалил их обоих на подушки. Крепко прижался к его груди своей, для надежности обвил его ноги своими ногами ("Кто ещё тут змея" - прошипел Му Цин, попытавшись цапнуть Фэн Синя зубами). - Всё, - выдохнул Фэн Синь, переводя дыхание. Уголки его губ подрагивали, будто от широкой улыбки у него болели щёки. - Снимай, - и Фэн Синь уткнулся носом в висок Му Цина, тяжело дыша. Его тёплое дыхание щекотало кончик уха. Му Цин собирался спорить до последнего, отстаивая своё право носить уродливые свитера, но, внезапно почувствовал, как у него взмок затылок - пока они бесились, валяясь по всей кровати, стало жарко - и только тихо фыркнул. - Сниму. Ладно, - и он повернул голову влево, пытаясь поймать взгляд Фэн Синя. - Отпусти меня сначала, придурок. И так и замер. Лицо Фэн Синя было совсем близко - он лежал, прижавшись щекой к подушке, и улыбался, как полный дурак. Му Цин скользнул взглядом по мягким ямочкам на щеках, по растрёпанным прядкам волос, выбившихся из пучка, по морщинкам, разбегающимся от зажмуренных глаз, до полных губ, растянувшихся в заразительной улыбке. Фэн Синь лежал вот так, на его кровати, сжимал его в объятиях, улыбался своей дурацкой улыбкой. Как будто они и не враги вовсе! Му Цин поморщился про себя - ладно уж, слишком громкое слово. Разве были они когда-то врагами? Соперниками - быть может, вечно соревнующимися за внимание Се Ляня (и друг друга) придурками - безусловно. Но уж никак не врагами. Особенно сейчас. Ну какой человек может вот так пялиться на губы своего "врага" и с тянущим чувством где-то под ключицами думать о том, как же ему хочется его поцеловать?... Ведь он знает на вкус эти губы, знает, какие они мягкие, как могут требовательно сминать его рот, пока чужая ладонь так властно зарывается в волосы на затылке, сжимает их, притягивая ближе... Му Цин сглотнул, и, скользнув глазами выше, наткнулся на острый взгляд Фэн Синя. Замер на секунду - в его золотых глазах горел тот же огонь, что и в его, Му Цина, сердце, сбившемся на пару тактов от этого пронзительного взгляда. И сколько он вот так смотрел на него, пока Му Цин, замечтавшись, залип взглядом на его губы?... Разозлившись от того, что его поймали за бесстыдным разглядыванием, Му Цин дёрнулся в чужих руках и пнул Фэн Синя коленом по бедру. - И чего ты вылупился? Отпускай уже! Фэн Синь поспешно отпустил его, так резко размыкая руки, что Му Цина кольнуло лёгкое чувство досады - объятия были всё же... приятны. Не собираясь признаваться в этом ни самому себе, ни, уж тем более, Фэн Синю, Му Цин быстро стянул через голову свитер, не заметив, каким взглядом Фэн Синь скользнул по животу, обнажившемуся на несколько секунд, пока Му Цин, чертыхаясь, не поправил футболку. - Футболку снимать не собираюсь, - хмуро зыркнул он на Фэн Синя. - А не нравится - проваливай. - Как скажешь, - Фэн Синь только качнул головой, и, поправив подушки, развалился на них, откидываясь на кровать. - Так что смотреть будем? - Я... - Му Цин открыл было рот, но все мысли вымело из головы штормовой волной. Прямо перед ним Фэн Синь, словно и не ждал никакого ответа, небрежно стянул резинку с пучка - отросшие волосы едва прикрывали уши - зажал её между зубами, и, закинув руки за голову, расчесал пятернёй тёмные пряди. Распущенные волосы шли Фэн Синю невероятно, и Му Цин просто не мог оторвать взгляда от его движений. Короткие прядки выскальзывали из пальцев, но Фэн Синь всё же победил их, собирая снова в крошечный пучок на затылке. - Оставь, - вырвалось у Му Цина невольно. Фэн Синь взглянул на него непонимающе, застыв вот так - с резинкой в зубах и заведёнными за голову руками (Му Цин, позорно краснея, пытался спасти остатки своего самоуважения и хотя бы не пялиться на сильные руки с напрягшимися мышцами - получалось слабо). Фэн Синь должен был выглядеть смешно, по-дурацки! Но выглядел только невероятно горячо. Упрямая прядка снова выскользнула из пальцев, пощекотав скулы, и тут Фэн Синь наконец отмер, опуская руки. Волосы снова рассыпались, прикрывая покрасневшие кончики ушей. "Пожалуйста, только молчи!" - взмолился про себя Му Цин, и, вспомнив про ноутбук, отвернулся так резко, что только тёмный хвост мелькнул в воздухе. - Уж не знаю, как ты, - Му Цин нервно нахмурился, снова беря с тумбочки ноутбук. - А я смотрю детективный сериал. Называется "Тьма". Движения его были резкими, а взгляд кидал молнии - и, видимо, Фэн Синь благоразумно решил не развивать тему, просто щелкнув резинкой на запястье. - Тьма?... О, я о нём слышал! - Фэн Синь оживился, и, немного поёрзав, подсел ближе. Обнажённое плечо обжигало даже через футболку, а чужое колено касалось бедра Му Цина. Тот стоически игнорировал непрошенные прикосновения. - Там... кажется, про путешествия во времени, да? Про... что-то с физикой? - Фэн Синь нахмурился, вспоминая, и Му Цин неохотно кивнул. - Всё сложнее... но что-то вроде того. Я уже посмотрел половину сезона, учти. - Ничего, втянусь, - отмахнулся Фэн Синь, закидывая руку на плечо Му Цина. И, предупреждая его ворчание, тут же быстро добавил. - Давай, включай, а я тебя греть буду. Я же обещал, да? Ну, действительно, Му Цин же не просто по приколу пригласил Фэн Синя к нему присоединиться в просмотре сериала, да? Назвался грелкой - пусть работает! Решив так, Му Цин поёрзал немного, устраиваясь поудобнее в чужих объятиях, и включил сериал, всё же великодушно запустив серию сначала. Там всего-то двадцать минут прошло! Фэн Синь, как обычно, смотреть спокойно фильм не мог - то и дело что-то комментировал, шутил дурацкие шутки (Му Цин только фыркал, вовсе не от смеха, конечно, а от тупости этих шуток). - А кто это? Почему у них с тем челом из будущего одинаковые имена? - Это он и есть. - Охренеть, это отец главного героя, получается? - Угу. - И младший брат его девушки?... - Агааа. - Мрак какой-то. - Ну, или тьма. Ха. - Слушай, тебе не кажется, что вот этот главный герой похож на главного злодея? - Да нихрена они не похожи. - Ну, не знаю... вайб у них один. - Вайб... тебя Цинсюань покусал? - Да иди ты. Перебрасываясь ленивыми оскорблениями и обсуждая сюжет, они посмотрели пару серий. Фэн Синь сходил за чаем, принёс им обоим дымящиеся от пара кружки. Му Цин сам затащил его под одеяла, сам закинул ногу на чужое бедро, натягивая на лицо настолько равнодушное выражение лица, словно не сделал ничего необычного. Чай был с травами и мёдом - понимание того, что Фэн Синь знает, какой чай ему нравится и сделал его специально для него, ошпарило скулы сильней кипятка. Му Цин почти уткнулся носом в кружку, чтобы не посмотреть на Фэн Синя даже случайно. Всё лицо горело, но отнюдь не из-за горячего чая. А огромный глупый орган внутри, который должен был перекачивать кровь и делать всякие другие важные вещи почему-то решил на пару секунд остановиться, загромыхав в ушах с новой силой. Кажется, новую серию включил Фэн Синь - но Му Цин был так занят своими переживаниями, что даже пропустил её начало, впрочем, быстро втянувшись. Он только почувствовал, как Фэн Синь уложил подбородок на его макушку - чужое сердце, чьи удары ощущались через тонкую ткань футболки, билось почти также быстро, как его собственное, но Му Цин, краснея скулами, ничего не сказал, даже когда осмелевший Фэн Синь мимолётно прикоснулся к его макушке губами. Внутри разгорался тёплый огонёк, пускавший мурашки по шее. И, пока Му Цин мог делать вид, что увлечён сериалом и не обращает никакого внимания на Фэн Синя за его спиной, он просто тихо наслаждался этим ощущением уюта. Только непривычно мягко водил кончиками пальцев по рукам Фэн Синя, так надёжно его обнимающим. Фэн Синь, тем временем, немного поёрзав, уложил голову на плечо Му Цина. - Ничего не видно за твоими волосами, - фыркнул он - Му Цин только лениво пихнул его коленом, не протестуя. Тяжесть чужой головы ("Чугунной, потому что глупой!") давила приятно, а тёплое дыхание легко щекотало кончик покрасневшего уха. Ноутбук на коленях что-то бубнил на фоне - даже понимая, что он пропускает большую часть происходящего на экране, и, скорее всего, серию придётся пересматривать заново, Му Цин не хотел разбивать этот застывший момент молчаливого уюта между ними двумя, и, полностью забив на сюжет, просто валялся в объятиях Фэн Синя, переплетя свои ноги с его. Внезапно Му Цин почувствовал на щеке тёплое дыхание. Фэн Синь слегка повернул голову, замер на несколько долгих секунд. Му Цин почему-то замер тоже - секунды тянулись томительно долго, отдаваясь грохотом сердца в ушах. А после - Фэн Синь мягко коснулся его шеи губами - так легко и невесомо, что можно было решить, что Му Цину просто показалось. От смущения заполыхали уши. Му Цин напрягся - на несколько секунд его плечи окаменели, и Фэн Синь за его спиной замер вместе с ним. Затем, вздрогнув едва заметно, Му Цин снова расслабился. И, прикрыв глаза, чуть склонил голову на бок, словно давая Фэн Синю молчаливое разрешение. На что?... Чёрт... Да на всё что угодно. Мягкие губы скользили по шее, вызывая мурашки - тепло, немного щекотно, волнительно. Сначала Фэн Синь целовал его совсем легко, словно осторожничая, но потом, осмелев, прихватил зубами кожу, втягивая её в жаркий рот - и Му Цин ахнул негромко, впившись ногтями в руку Фэн Синя. - Всё в п... - Фэн Синь отстранился тут же - голос его звучал ниже, чем обычно, с лёгкой хрипотцой, и Му Цина тут же повело. Он зажмурился ещё крепче, отчаянно перебивая Фэн Синя: - Продолжай! Лёгкий поцелуй опустился на уголок губ, и Фэн Синь вновь послушно склонился к шее Му Цина - если бы тот знал, что Фэн Синь сейчас не менее красный, чем он сам, может, и не нервничал бы так сильно. Почему-то Му Цин гораздо меньше волновался тогда, когда, пьяный, зажимал Фэн Синя на балконе на вечеринке Цинсюаня, целовал его, ощущая чужой язык чуть ли не в глотке, и позволял горячим рукам Фэн Синя держать его на весу, словно пушинку. Сейчас всё ощущалось как-то... интимнее?... Волнительней?... Губы Фэн Синя снова коснулись его шеи - на этот раз он, смелея, сразу скользнул по нежной коже языком, прижался ближе, пуская в ход зубы. Му Цин закинул руку назад, запуская ладонь в чужие растрёпанные волосы на затылке, пропуская их между пальцами. Фэн Синь выдохнул горячо и несдержанно впился зубами в чужую шею. Му Цин только тихо простонал, откидывая голову сильнее. Под кожей искрами вспыхивало возбуждение. То, что делал Фэн Синь, было приятно - может, потому, что внезапно его шея оказалась настолько чувствительной, а, может, просто потому, что это был Фэн Синь. И само осознание того, что завтра, возможно, Му Цин будет носить на шее следы, им оставленные, пускало по коже мурашки. Тонкие пальцы перебирали короткие пряди волос - Му Цин, вряд ли осознавая, что он сейчас делает, скользил ногтями по чужому затылку, заставляя Фэн Синя горячо выдыхать на влажную кожу. И Му Цин уже вряд ли смог бы сказать, кому принадлежали несдержанные стоны, срывающиеся с губ - ему или Фэн Синю. Никто из них и не обратил внимание на то, что ноутбук затих - серия закончилась, и комната погрузилась в тишину, наполненную лишь тихими звуками их сбитого дыхания и влажных поцелуев. - Мне всё ещё холодно, - Му Цин резко повернулся к Фэн Синю, вскидывая подбородок. Взгляд скользнул по чужим припухшим губам, по глазам, зрачки в которых расширились настолько, что цвет радужки можно было только угадать. - Холодно?... - пробормотал Фэн Синь хрипло - Му Цин с силой закусил губу, когда услышал его голос _вот таким_ - низким, тёмным, по-настоящему блядским. - Я вид... слышал... Я где-то читал... - Му Цин отвёл взгляд, усилием заставляя подрагивающий голос звучать ровно. - Что если подрочить... можно согреться. Читал. Где-то. Да, - скулы у него наверняка были краснее чёртового помидора, и Му Цин уже готов был сбежать отсюда, придушив Фэн Синя подушкой, если тот посмеет над ним посмеяться. - Читал? - откликнулся Фэн Синь эхом, словно не до конца осознавая происходящее. Попытался поймать взгляд Му Цина, и, не преуспев в этом - тот усердно отводил глаза - откашлялся смущенно. - И ты хочешь подрочить? Мне? И чтобы я... тебе? Плечи Му Цина закаменели. - Нет, сейчас позвоню Се Ляню, попрошу его присоединиться! И одноглазого своего пусть захватит! - Му Цин зло вспыхнул и уже дернулся было отвернуться, чтобы завернуться в одеяло и выпнуть Фэн Синя с кровати огромной гусеницей, как вдруг теплые сухие губы прижались к его собственным губам. Фэн Синь целовал его мягко и осторожно, словно проверяя границы дозволенного. Му Цин сам подался ближе к нему, скользнул языком по его губам, и Фэн Синь, смелея с каждым движением губ, опустил руки на его бедра, притягивая Му Цина к себе ближе. Му Цин согрелся моментально - руки Фэн Синя были горячее огня, а тело словно чертова печка. Узкие ладони скользнули по груди, плечам - Му Цин словно изучал руками чужое тело, оглаживая каждый сантиметр. Опустился ниже, задержав ладони на выпирающих косточках таза, и замер у резинки белья. Подумалось на секунду - не чувствовал ли себя Фэн Синь глупо? Он тут сидит в одних трусах, пока сам Му Цин плотно упакован в пижамные штаны и футболку. Но все лишние мысли тут же вымело из головы, когда Фэн Синь нырнул широкими руками под его футболку, поглаживая живот - и Му Цин, тихо выдохнув, выгнулся навстречу горячим ладоням, обнимая Фэн Синя за талию. Бедро сместилось из-за движения и словно само по себе вклинилось между ногами Фэн Синя - и Му Цин вдруг почувствовал насколько тот возбуждён. На пробу он надавил бедром сильнее, потираясь им о чужое возбуждение, и успел уловить трогательно вскинувшиеся брови Фэн Синя и тихий стон, сорвавшийся с его губ. Му Цин поймал губы Фэн Синя своими, втягивая его в новый поцелуй, и прижался к нему ближе, снова ведя ладонями по его телу. Тонкие пальцы огладили подтянутый живот, поднялись груди - Му Цин не отказал себе в удовольствии сжать её ладонями, аккуратно цепляя короткими ногтями (Фэн Синь издал ещё один хриплый стон, сжимая руки на его бедрах), и, на секунду задержав дыхание, опустил одну ладонь вниз, накрывая ей член Фэн Синя через ткань трусов. Фэн Синя словно подбросило на кровати - разорвав поцелуй, он только жалобно выдохнул: "А-Цин...", когда ладонь Му Цина начала двигаться, и уткнулся носом в его шею, прижавший к ней раскрытыми губами. Му Цин делал ровно так, как понравилось бы ему самому - мягко сжимал, массировал чужой член в ладони, чувствуя сквозь ткань, как он твердеет всё сильнее. Фэн Синь в долгу не оставался - покрывая кусачими поцелуями шею Му Цина, он также опустил ладонь вниз, сжимая член Му Цина через ткань домашних штанов. Руки их иногда сталкивались, мешая друг другу, но оба не решались сделать следующий шаг. Му Цин, с силой кусая губы, вскидывал бедра, толкаясь в чужую ладонь, но стоны всё равно срывались с губ, от чего Фэн Синь несдержанно впивался в его шею сильнее. - Чёрт... Я не могу... - наконец хрипло выдохнул Фэн Синь, отстраняясь, и, рвано впившись в губы Му Цин, тут же разорвал поцелуй. - Я хочу тебя раздеть. Можно, А-Цин?... Сердце Му Цина пропустило удар - называть его вот так было просто-напросто запрещённым приёмом. Боясь, что голос его подведёт, он отвёл глаза, просто кивнув - Фэн Синь тут же взял его за подбородок, целуя снова, и потянул его вниз, укладывая их обоих на кровать. Горячие руки Фэн Синя снова легли на бедра Му Цина, уверенно притягивая его ближе. - И сколько у тебя там штанов? - пошутил Фэн Синь, потянув их за шлёвки вниз. Му Цин больно ущипнул его за бок. - Не узнаешь, если не заткнешься, - прошипел он, и снова заткнул Фэн Синя своими губами, приподнимая бедра, чтобы с него было удобнее снимать штаны Фэн Синь, видимо, решил не мелочиться и спустил штаны сразу вместе с бельем - Му Цин, отвечая тем же, помог ему избавиться от боксеров, прижимаясь ближе, чтобы не замерзнуть. Впрочем, сейчас он думал о холоде меньше, чем когда-либо. Его член прижался к члену Фэн Синя. Оба резко выдохнули, качнув бедрами навстречу, неровным движением притираясь друг к другу. Горячие ладони Фэн Синя тут же легли на его задницу, притягивая ближе. - Не бойся, я не дам твоей чудесной жопке замерзнуть, - шепнул он издевательски, опаляя ухо Му Цина горячим дыханием, и, предупреждая чужое негодование, мягко втянул мочку в рот, сжимая её зубами. Му Цин подавился недовольным ворчанием - тот сорвался с губ тонким стоном и дрожью - и, сердясь на себя за несдержанность, укусил Фэн Синя в плечо. - Просто заткнись, - наконец выдохнул Му Цин, и обхватил член Фэн Синя ладонью - может, хотя бы это заставит его заткнуться. Фэн Синь горячо выдохнул, утыкаясь носом в волосы Му Цина, и, крепче сжав его задницу в руках, толкнулся бедрами. - Обхватишь их вместе? А-цин... - прошептал он отчаянно, притираясь к члену Му Цина своим. - Хочу тебя ближе... Му Цин, покрасневший, кажется, до самых корней волос, тонко всхлипнул, нервно кивнув. Голос Фэн Синя кружил голову, сбивал сердце с ритма, заставлял руки дрожать. Ничего не ответив, он закинул одну ногу на бедро Фэн Синя, прижимаясь к нему ближе, и обхватил ладонью оба их члена. Тихий стон, который сорвался с его губ, Фэн Синь поймал своими губами, снова его целуя - влажно, порывисто, скорее сорвано дыша в поцелуй, чем целуя по-настоящему. Ладонь не смыкалась до конца - это не имело ничего общего с тем, как он, Му Цин, дрочил сам себе. Чужой член прижимался к его собственному, такой же возбуждённый и горячий, пачкал пальцы смазкой, вздрагивал, когда Му Цин, сжимая ладонь, ввёл ей вверх и вниз. Фэн Синь коротко постанывал в его губы, сжимал в руках задницу, скользя пальцами между ягодицами - Му Цин каждый раз тонко всхлипывал, несдержанно вздрагивая, когда шершавые подушечки то касались нежной кожи внутренней стороны бедер, то с нажимом задевали анус - первый раз, когда он вот так вздрогнул, Фэн Синь сбивчиво прошептал в его волосы: "Я не буду, А-Цин, не сегодня, я просто... можно?..." и Му Цин рвано кивнул, снова ловя губы Фэн Синя своими. Му Цин поймал момент, когда Фэн Синь вздрогнул особенно крупно, и, негромко простонав, впился губами в местечко за ухом, кончая - на пальцы Му Цина брызнула сперма. Он и сам продержался недолго - это был его первый вот такой опыт, ощущений было слишком много, они накладывались друг на друга, словно картинки - жар, поднимающийся огненным валом снизу живота, бьющееся в истерике сердце, пересохшие губы, распахнутые глаза. И Му Цин кончил следом за Фэн Синем, громко простонав его имя (сам Му Цин, конечно же, собирался отрицать этот факт до гробовой доски). Двигаться не хотелось. Рука лежала под неудобным углом, по-дурацки прижатая к животу чужим горячим телом, а на пальцах подсыхала сперма. Му Цин смотрел куда-то в пространство пустыми глазами, не слыша, а, скорее, чувствуя, как Фэн Синь что-то шепчет, касаясь губами его волос. Малодушно хотелось притвориться, что он уснул, остаться вот так ещё на какое-то время. Чувствовать, как Фэн Синь обнимает его, поглаживает по спине, оставляет лёгкие поцелуи на виске. По позвоночнику пробрало внезапной дрожью. Это всё... слишком. Паника поднималась изнутри липким комом и он зашевелился, пытаясь выпутаться из сбитого комка одеял и объятий Фэн Синя. - Пусти меня. Голос Му Цина звучал как-то отчуждённо, он сам слышал его словно со стороны. - Опять хочешь сбежать от разговора? - Фэн Синь и не думал выпускать Му Цина из объятий, только крепче сжимая вокруг него свои медвежьи лапищи. - Ты не думаешь, что хотя бы теперь нам стоит... - Отлить мне надо! - вспыхнул Му Цин, больно пинаясь под коленку, и тут же тихо добавил, отводя глаза. - Поговорим потом. Когда вернусь. - Ну, надеюсь, ты не спустишься в Министерство магии, только чтобы от меня свалить, - фыркнул Фэн Синь, всё же отпуская Му Цина и разваливаясь на его кровати. Кажется, одеваться он вовсе не собирался. Му Цин красноречиво показал ему фак, и, побарахтавшись под одеялами, натянул на себя трусы и спортивные штаны, старательно не глядя на Фэн Синя (пусть тот и выглядел как грёбаный греческий бог) и сразу торопливо сбегая в туалет. Только закрывшись на защелку в ванной, он позволил себе прижать ладони к щекам и взглянуть на себя в зеркало. Раскрасневшийся, растрёпанный, с засосом на шее и покрасневшими губами. Будь здесь Се Лянь, они бы не избежали любопытных взглядов и вопросов. Му Цин хлопнул себя по щекам несильно. И с чего в такой момент он думает о Се Ляне? Мысли носились в голове стаей бешеных бабочек, сталкивались между собой, Му Цин не успевал ухватить за хвост ни одну из них (у бабочек есть хвосты? да? нет? а не похуй ли?). Он снова вгляделся в своё отражение, словно оно должно было сказать ему что-то, что пока ещё не понял он сам. Вроде, всё, как обычно - нос, рот, два уха (и пять проколов в них, надо бы сделать ещё). И глаза. Сверкающие так ярко, что впору выключать чёртову лампочку - и без неё будет светло как днём. Сияющие ровно так же каждый раз, когда он смотрел на Фэн Синя. Когда разглядывал его фотки в инсте (кто вообще выкладывает тупые селфи своего пресса из качалки... надо сохранить). Когда переругивался с ним перед парами (на парах и после них). Когда набрасывал на плечи Фэн Синя, уснувшего на столе за учебниками, свой плед. И, наверняка, когда целовал его, забывая обо всём. Включив слегка подрагивающими руками ледяную воду, Му Цин сунул руки под кран, замирая на пару секунд. Мыслить рационально и здраво. Не поддаваться эмоциям. Холод обжигал и помогал придти в себя, руки немели, но Му Цин с каким-то мазохистским удовольствием тёр их друг о друга, неотрывно глядя на то, как ледяная струя впивается в руки, вымораживая их до боли. Ладони словно кололо сотней маленьких иголок. Наконец моргнув, Му Цин отдернул руки, быстро умывшись резковатыми движениями. Холодная вода плеснула на шею, заставляя дрожать, покрываясь мурашками. И Му Цин снова поднял глаза на зеркало. С мокрых прядок стекала вода, ресницы слиплись, а он вглядывался в своё отражение, плотно сжав губы. Можно ли смыть также влюблённость?... Не успела мысль оформиться в голове - и Му Цин шарахнулся от зеркала, словно испугавшись - этой мысли, себя, всего на свете. Дрожали не только губы от холода, но и пальцы черт знает от чего - Му Цин сжал их крепко в кулаки, так, что скрипнула мокрая кожа, и зажмурился, глубоко дыша. К горлу подступал противный комок, и Му Цин с усердием сглотнул его, сдерживая рвущийся из горла звук. Три резких вдоха и выдоха. Надо бы четыре - грёбаный квадрат дыхания - но Му Цину всегда больше нравились треугольники. Или какие-нибудь пазлы с ебанутым узором, настолько же неподходящие ко всему окружающему, как и он сам. Фэн Синь забился в его мысли плотнее, чем табак в сигарету, и Му Цин не знал, как его оттуда вытравить. Не знал, хочет ли. Не знал, что ему делать. Не знал, зачем он вообще Фэн Синю сдался - вот такой неправильный, нервный, сбегающий от сложных разговоров, хотя сложный до невозможности сам. Не знал, сдался ли он ему вообще?... Пусть всё на свете и говорило, что, да, сдался. И любимый чай на столе утром, и улитка с корицей на перерыве перед тяжёлой парой. И тёплые носки, подаренные просто так, без повода, и эти нелепые, но такие уютные объятия после дрочки. И взгляды Фэн Синя - такие же, чёрт возьми, напрочь в л ю б л ё н н ы е как у него самого. Глаза Му Цина были покрасневшими, но сухими. Дрожь постепенно утихала на кончиках пальцах, пропадая совсем, словно мимолётно потревоженная гитарная струна. И, открывая дверь, Му Цин уже почти спокойно выдохнул. Может, он и не был готов что-то начать. Но определённо хотел попробовать.