Between the lines

Ну правда, сколько уже можно? Пошла уже десятая минута как Минхо – пока что безуспешно, но, Феликс уверен, это ненадолго – прожигает Джисона взглядом. Будь это практика или обычный вечер в общаге, он бы, конечно, тактично свалил, но они на сцене. На сцене, Минхо, а не в душе! Феликс лишь продолжает улыбаться толпе, про себя кастеря зависшего придурка на чём свет стоит. «Ли, мать тебя растудыть, Минхо, у тебя вообще совесть есть? Почему, в конце-концов, между вами снова оказался я?! Почему не Чан, Чонин, Чанбин, да кто угодно? Почему. Снова. Я. Иногда мне кажется, что ты делаешь это просто чтобы меня помучить. Попрошу Сынмина ночью намазать тебя зубной пастой, и плевать на расписание, ты заслужил!» Минхо лишь протирает глаза, – «Ага, зараза, глазки-то небось устали вот так без передышки воздух пилить!» – и продолжает свою слежку. «Может я чего-то не вижу?» – Феликс наклоняется вперёд, выискивая предмет столь пристального внимания Минхо, но всё безуспешно: предмет сидит у него под боком и разглядывает ободок в руках Хёнджина. Точно, ободок! Феликс перегибается через Джисона, выхватывает у Хёнджина из рук украшение и трясет над своей головой. Оба провожают взглядами его действия с совершенно уморительным лицом. Фанаты начинают хихикать, а Джисон смотрит сначала на ободок, потом на Феликса, потом снова на ободок и снова на шамана-самоучку. Если это не защитный обряд, то что? – Ты дурак? Феликс лишь оборачивается на Минхо. Тот, как будто в окаменевшей полудрёме, продолжает бессовестно пялить на Джисона. Плевать он хотел на Феликса и его ободок, у него тут дела поважнее. Остаётся только уронить руку и безуспешно пытаться сдержать порывистое желание треснуть старшего по лбу. Ну какой же влюблённый идиот...