Часть 3
23 сентября 2023 г., 23:00
Юля закончила купать Михаль, причесала ей волосы, брызнула духами.
Утро выдалось напряженным. Дочь все никак не могла проснуться, потом собраться. Юля все торопилась и опоздала, но в результате никто не заметил ее опоздания. Столько переживаний ни о чем. Блин.
Ухо само выловило средь знакомых утренних звуков стук каблуков. Юля, неожиданно для себя, ждала продолжения рассказа. Зои вошла, поздоровалась, понюхала воздух, понюхала розу и улыбнулась Юле:
— Ну, ты ждешь вторую часть Марлезонского балета?
— Да.
— Тогда слушай, дитя мое, поучительную историю о том, как одна жещина сошла с ума от другой женщины… — Зои прервалась и засмеялась. — Ты правда хочешь послушать?
— Да, — повторила Юля, глядя в веселые голубые глаза за стеклами очков.
— Игаль, мой бывший босс, попросил меня встретиться с Михаль, чтобы она проконсультировала меня по всяким таким вопросам сердечной деятельности. Они с Игалем не афишировали свое знакомство, но она у него не раз выступала экспертом в суде. Обычно врачи побаиваются, но ей было пофиг. Ничего и никого она не боялась. Кроме, — Зои слегка покраснела, — меня, но и то совсем недолго. Пока не поняла, что я как мемори фоам .
— А зачем? — спросила Юля.
— Что зачем? — не поняла Зоя.
— Зачем тебе про сердце надо было знать.
— А, так у Игаля контора специализировалась по правовой работе в сфере охраны здоровья. Он хотел, чтоб адвокаты его хотя бы приблизительно разбирались с чем имеют дело.
Мы с ней встретились, она мне кратко прочитала лекцию про сердце, анатомию и физиологию, заставила выучить наизусть семь причин, ведущих к инфаркту. Заставила нарисовать схематично сердце и коронарные сосуды, рассказала про образование бляшек внутри этих коронарных сосудов и немного о биохимических процессах. Я сидела, поражённая ею в самое сердце. Голос, низкий и хрипловатый, черные глаза, духи эти. (Выяснилось, что этот зен стоит 3 копейки, но мне он показался суперэлитным ароматом).
Она спросила меня улыбаясь:
— Есть вопросы?
И я как полная дура кивнула.
— Спрашивай.
— А что это за духи?
Она рассмеялась:
— Зен, от Шисейдо.
— О!
Потом она сказала мне:
— У меня 40 минут свободных, кофе выпьешь со мной?
Мы спустились в Арому .
Она заказала капучино в стеклянной кружке, а я холодный американо мефурак , который не любила, но это было так стильно и шикарно.
- Что значит мефурак?Разобранный? Это как? - поинтересовалась Юля.
- Да. Кофе отдельно, молоко отдельно и сахарный сироп отдельно и сам добавляешь молоко и сироп сколько хочешь и когда хочешь. - ответила Зоя.
Михаль с любопытством посмотрела:
— Тебе вкусно?
Я кивнула:
— Конечно
— Я не люблю горький кофе. — Сказала она и высыпала в кофе пакетик сахара.
Я посмеялась.
А потом я просто попросила у нее разрешения позвонить ей когда-нибудь. И позвонила, попросив встретиться еще раз. Тогда я еще наглая была. Это сейчас я знаю свое место.
Юлька непонимающе уставилась на нее.
— Ну, это такие лесбиянские заморочки. Понимаешь, они к бишкам относятся очень подозрительно. И обычно, знаешь, это стуц. Стуц-стуц-стуц, — Зоя, смеясь, сделала неприличный жест.
Юля продолжала смотреть непонимающе.
— Стуц — это секс на один раз. Сленг такой. На иврите, — пояснила Зоя.- Но оставь, это я сильно вперед забегаю.
— Ну, значит, мы договорились встретиться еще раз. Я, конечно, хитрила, но меня накрыло по полной. Я думала о ней все время. Взгляд этот ее пронзительный мне покоя не давал — как уставится, то сразу хотелось себя проверить — не испачкано ли лицо, может пятна на юбке, я сразу переставала ссутулиться. С детьми в парке, с мелкими у врача, какие-то болезни,кружки, а в голове крутится она, ее черные глаза, ее голос. Как она смотрела, что говорила — каждое слово, каждый оборот ее речи я смаковала. Даже слово дефибриллятор я на иврите выучилась выговаривать точь-в-точь как она.
— Дэфибрилятор, — старательно выговорила Зоя. А по ночам эротические сны — я просыпалась за ночь раз или два от сильного оргазма.
Мы договорились через две недели встретиться.
И, вот, я чувствую, что не дождусь. Начинаю бомбить ее сообщениями. Она отвечает через раз… муж спрашивает с кем-ты переписываешься?
Я говорю, что по работе. Доктор Михаль Яалом, из Кирьят Оно, кстати. Не знаешь такую? Он тоже из Кирьят Оно.
Он говорит, что нет. Но и пофиг ему было.
Короче, все равно она не могла раньше встретиться… и увиделись мы через две недели.
Она улыбалась своей этой улыбкой. Мы сели в кафе38 в Тель-Авиве. Тогда я впервые увидела, как она спорит из-за шекеля. Там такая штука была. Туалет почему-то платный, но для посетителей кафе — бесплатно. Я пошла, а там попросили шекель, я заплатила. Я вернулась за столик и ей рассказала — мне казалось это смешным и… не очень честным. А ее это взбесило, она сначала поссорилась с работником в туалете, который взимал оплату, а потом пошла ругаться с главным по смене. Я стояла рядом и мне было стыдно. Потом мы опять пошли в туалет и там мне вернули этот несчастный шекель. Я засунула его в самый маленький кармашек в кошельке, он до сих пор там. Не знаю, что я тогда подумала. Вернее, знаю, но мне до сих пор… немного стыдно, за то что тогда было стыдно.
Вдруг Зои вскочила с кресла, наклонилась, прижалась щекой к щеке Михаль и горячо зашептала:
— Прости меня, Михаль, я была такая дура, такая дура…
Юля почувствовала, что как будто наблюдает за постельной сценой, хотя Михаль лежала безмолвно, а Зои плакала — необъяснимая аура окутала их обеих, не давая проникнуть помехам извне.
Юлия деликатно вышла из палаты.
***
— Артем, — задумчиво сказала Юля. Знаешь, у нас посетительница одна, очень-очень странная женщина. Я не очень ее понимаю. Артем глупо хихикнул: — В вашей богадельне все странные. Сумасшедшие старики! Юля парировала: — Может и сумасшедшие, но зато все богатые. И знаешь, я тоже могла бы хотя бы попробовать, у меня хорошее образование и иврит у меня легко пошел. Артем нахмурился: — Да. Это да, но как же — он обвел взглядом. — Все это? Юлия тоже не представляла себе, как тянуть съемную квартиру, жизнь и какую-то учебу. Но… все-таки в ней теплилось желание и надежда. Опять же хотелось каблуки, юбки, как у этой, а не сиреневую форму.
