КОРОЛЕВСТВО ЦВЕТУЩЕЙ ВЕСНЫ

      Заглянув внутрь повозки Ван Инсу уверился, что там действительно лежал труп. В полумраке ему удалось разглядеть ленту на горле, которая в некоторых местах пропиталась кровью, по которой он смог понять, что мужчине отрезали голову. Отойдя на шаг назад Ван Инсу обеспокоенно посмотрел на Ли Яна. Тот обхватил себя руками и задрожал всем телом, и, судя по выражению лица, начал придумывать себе всякое по причине того, что к повозке с трупом была запряжена лошадь Дин Сяна.               — Скорее всего, лошадь твоего Дин Сяна украли, поэтому она сейчас здесь, — чтобы хоть как-то его успокоить, мягко сказал Ван Инсу. — Не волнуйся, мы сейчас всё выясним.               — Угу, — тихо кивнул Ли Ян.               — Ли Ян?              Послышался знакомый голос, и Ли Ян, подпрыгнув вверх, обернулся и посмотрел в сторону постоялого двора. На пороге стоял живой и здоровый Дин Сян, а рядом обнаружился незнакомый молодой паренёк. Через мгновение чёрный плащ упал с плеч Ли Яна прямо в грязь, а он, подбежав к Дин Сяну, заключил его в крепкие объятия.               — Как же я рад тебя видеть. Никогда не думал, что не видеть тебя несколько недель будет так невыносимо, — шмыгнув носом, прошептал Ли Ян, после чего слегка отстранился, чтобы посмотреть на Дин Сяна.               — Я тоже скучал, — измученно улыбаясь, ответил тот.              Он был слегка удивлён таким внезапным проявлением чувств со стороны Ли Яна, ведь прекрасно знал, что тот не любил разбрасываться нежностями, хоть Дин Сян и знал, что занимает особое место в его сердце.               — Что у вас произошло? Почему твоя лошадь запряжена к повозке, в которой находится труп? — тяжело дыша, спросил Ли Ян, начав судорожно оглядывать Дин Сяна, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.              Парень виновато потупил глаза и тихо сказал:               — Я всё объясню, но не здесь. Давай зайдём внутрь.              Обернувшись, Ли Ян увидел, как Ван Инсу и близнецы одобрительно кивнули, и потому, не раздумывая, вместе с ними последовал за Дин Сяном.       

      ***

             Все они сидели за большим столом на первом этаже постоялого двора. Ли Ян, Ван Инсу, близнецы и евнух Ду сидели напротив Дин Сяна, и жавшегося в дальнем углу Дихуана. Дин Сяну пришлось долго объяснять всё то, что с ними произошло и, когда он дошёл до событий, связанных с трупом У Тоу, выражения лиц всех присутствующих заметно поменялись.               — То есть ты хочешь сказать, что всё это время вы путешествовали в одной повозке с трупом? А другой труп, только живой. Ходячий труп или как ещё его назвать, сидел рядом? — спросил Ли Ян, указав рукой в сторону Дихуана, который тут же опустил голову.               — Если так подумать, то да, — смущённо улыбнулся Дин Сян. — Но это нам совершенно не мешало, даже больше. Дихуан очень сильно нам помогал с поисками монаха.               — Ты шутишь? По-твоему, это нормально — путешествовать вместе с двумя трупами? Тогда мы тоже должны были взять с собой труп генерала Шаня, он бы составил отличную компанию вашему трупу, и им было бы не скучно!               — Ли Ян, не говори такого, — потерянно отозвался Дин Сян, который прежде никогда не видел друга в таком состоянии.               — Прости, — Ли Ян закрыл лицо руками, и его плечи задрожали. — Вы должны предать этот труп земле и не мучить его более.               — Ни за что! — крикнул Дихуан, вскочив со своего места, и Ли Ян послал ему ненавистный взгляд, ведь тот напоминал ему зелёное чудище, что погубило генерала.               — Давайте успокоимся и немного подумаем, что мы можем сделать в этой ситуации, — в примирительном жесте подняв руки, сказал Ван Инсу, после чего посмотрел на близнецов, ища поддержки.       Те были слишком поглощены мрачными мыслями и не обращали внимания на то, что происходило вокруг.               — Мы слишком устали с дороги, и с вашего позволения, удалимся в комнату, чтобы отдохнуть, — в конце концов сказал один из них и, потянув за собой брата и евнуха, быстро скрылся из вида.               — Ну раз так, то я хочу взглянуть на труп, если ты позволишь, — улыбнувшись, сказал Ван Инсу, глядя на Дихуана. — Обещаю ничего с ним не делать.              Парень пугливо кивнул и Ван Инсу осторожно обратился к раздражённому Ли Яну.               — Ты на него не хочешь посмотреть?               — Мне хватило одного раза, — мрачно отозвался тот.               — Хорошо, тогда останься тут и поговори с Дин Сяном.       

      ***

             Ван Инсу направился к повозке в сопровождении Дихуана. Хоть из рассказа Дин Сяна тот представлял большую опасность, Ван Инсу не чувствовал какой-либо исходящей от него угрозы. Парень был зажатым, стеснительным и неразговорчивым, и по опыту он знал, что за редким исключением подобные ему хоть и сторонились людей, но не хотели им вредить. Парень пережил многое, пока не обнаружил свою ядовитую особенность, и, скорее всего, теперь из-за этого он испытывал чувство вины, которое обострилось со временем. И Ван Инсу подозревал что именно из-за чувства вины Дихуан не смог избавиться от трупа У Тоу.       Тяжело вздохнув Ван Инсу вошел в повозку и сел рядом с трупом, но вскоре заметив волнение Дихуана, поспешил того успокоить.               — Не волнуйся, просто хочу его осмотреть. Как ты сумел так долго поддержать его тело в хорошем состоянии?              Присев рядом, Дихуан сгорбился и тяжело вздохнул, после чего подробно рассказал про средство, что он использовал.               — Аконит значит? — задумчиво протянул Ван Инсу. — Я слышал про ядовитые свойства этого цветка, но никогда не подумал бы, что при его помощи можно поддержать молодость тела, а в вашем случае сохранность трупа. Кстати, как давно это произошло?               — Около семи или восьми дней назад, — грустно ответил Дихуан.               — Ничего страшного. Скажи мне, сколько средства у тебя осталось?               — Не очень много.               — И что ты будешь делать, когда оно закончится?               — Вы, господин, тоже поддерживаете мнение вашего спутника, что я должен предать его тело земле?               — Отчасти, да. Ты должен освободить его душу от мучений и скитаний, и пока ты это не сделаешь, его душа не успокоится.               Услышав такое, Дихуан совсем поник и ещё сильнее сгорбился.               — Но, думаю, пока у тебя есть это средство, ты ещё можешь немножко оттянуть этот момент, — ободряюще сказал ему Ван Инсу. — Я не знаю, будут ли другие божества столь же добры и захотят ли тебе помочь, как помогла Богиня Шёлковой Нити, поэтому ты должен быть готов к тому, что вскоре придётся с ним расстаться.               — Понимаю. Именно из-за этого злился ваш спутник? — растерянно спросил Дихуан, и Ван Инсу ему кивнул.               — То, что случилось несколько дней тому назад … Ох … Это было тяжёлым ударом, особенно для Ли Яна. Не сердись на него. Он обращался не к тебе, а к прошлому самому себе … Он винит себя за то, что не углядел в том человеке опасности, и позволил совершить такое. Ли Ян чувствует свою вину за смерть генерала, также как ты чувствуешь вину перед этим трупом, что носишь с собой. Вы чем-то даже похожи, — улыбнулся Ван Инсу. — Я не имею ничего против тебя, но ты должен понимать, что рано или поздно кто-нибудь обнаружит труп, также как его обнаружили мы, и тогда твоим друзьям будет трудно объяснить что к чему.               — Тогда я немедленно покину этот город, — дёрнулся с места Дихуан, но Ван Инсу остановил его, положив руку на затянутое в перчатку запястье.               Ван Инсу посмотрел в его глаза для пущей убедительности, а потом мягко сказал:               — Не нужно. Парни к тебе привязались, и если ты их сейчас оставишь, они будут грустить. Ты ведь не хочешь, чтобы они грустили из-за тебя, верно?               — Не хочу, — согласно кивнул Дихуан и, выдернув свою руку, прижал к груди.              Ван Инсу улыбнулся, после чего, легонько похлопав его по плечу, добавил:               — Думаю, завтра–послезавтра всё решится. Так что не торопись уходить … Как по мне, так я бы с радостью взял бы тебя с собой.               — Спасибо, господин, — благодарно поклонился Дихуан.               — Хорошенько подумай о том, что я тебе сказал.              Ван Инсу поднялся со своего места, и перед тем как выйти из повозки, остановился и задумчиво сказал:               — Знаешь, а ведь сейчас ты можешь к нему прикоснуться, не боясь, что убьёшь.       

      ***

             Несколько десятков провальных попыток спустя Ян Вэй всё-таки приноровился отправлять через ворона послание для Ван Инсу. Уголёк знал Ян Вэя в лицо ещё с тех времён, когда он и его хозяин жили по соседству на побережье, но всё же не сразу разрешил тому к себе подойти, и потому парню пришлось прибегнуть к хитрости. К короткому посланию, что он писал для своего друга, он прикреплял золотую монету, чья блестящая поверхность привлекала ворона. Увидев её, он тут же хватал и взмывал в небо, преодолевая огромные расстояния, чтобы доставить письмо своему хозяину.              Ворон закружил над повозкой именно в тот момент, когда из неё вышел Ван Инсу, и дабы не привлекать внимание, он свернул в тёмный переулок рядом с постоялым двором, где Уголёк приземлился ему на плечо и сбросил в руки маленькое послание. Развязав красную ленту и отвязав золотую монету, Ван Инсу подбросил её в воздух, а ворон, поймав её клювом, покружил над его головой, после чего вновь спланировал на его плечо. И стоило Ван Инсу развернуть письмо и вчитаться в известие о начавшейся войне, как из ниоткуда перед ним появился Ли Ян.               — Что это такое? — удивлённо спросил тот.              Недолго переговорив с Дин Сяном, Ли Ян, волнуясь за сохранность Ван Инсу, пошёл его искать, и, выйдя из постоялого двора, увидел, как тот свернул в переулок. Без задней мысли он пошёл за ним и стал свидетелем весьма необычной сцены передачи послания.               — Что это такое? — переспросил он, указав на бумагу в руках Ван Инсу, а тот взял, да и спрятал её за спиной.               — Ничего, — беззаботно улыбнувшись, ответил тот, но Ли Ян ему не поверил.              Не дав опомниться, мужчина быстро ухватил Ван Инсу за руку и потянул на себя. Вследствие небольшой потасовки, больше похожей на драку двух опьянённых мятой котов, ему удалось урвать себе заветный клочок бумаги.               — Это … что это значит? — вчитавшись в написанное, с ужасом спросил Ли Ян.               — Началась война, Ли Ян, война! — тяжело вздохнув, ответил ему Ван Инсу.              В тот момент, когда Ли Ян поражённо стоял и осмысливал его слова, хитрый ворон выхватил клочок бумаги и вернул его хозяину, а бедный парень в недоумении на него уставился.               — Это кто? — спросил он у Ван Инсу.               — Его зовут Уголёк, и он очень хороший, — гордо ответил тот.              Ворон каркнул и резво помахал крыльями прямо перед носом Ли Яна, а тот, недовольно поморщившись, полюбопытствовал:               — Ван Инсу, у тебя есть ручной ворон, который приносит тебе записки со странными сведениями?               — Ага. Правда, прелесть?               — Не очень.               — Знаешь поговорку «Любишь меня — люби и моего ворона»? Это прям про нас с тобой, так что, Ли Ян, будь добр и хорошо относись к моему Угольку, — довольно лыбясь, выдал Ван Инсу, и Ли Ян в очередной раз смерил его недовольным взглядом.               — Тебе не удастся отвлечь моё внимание. Не в этот раз. Я знаю тебя наизусть, Ван Инсу!               — Ну, не совсем. Голым ты меня ещё не видел!              В этот раз даже такая похабная шутка не смогла развеселить Ли Яна и тот, плотно сжав губы, начал буравить Ван Инсу тяжёлым взглядом.               — Скажи мне, сообщение о войне — это правда? — в конце концов, спросил он.               — Правда, — тяжело вздохнув, ответил Ван Инсу. — Я получил это известие от друга из дворца...               — У вас что-то случилось?              Обернувшись на голос, Ли Ян и Ван Инсу увидели стоящего чуть поодаль Дин Сяна.              «Началась война», — хотел было ему крикнуть Ли Ян, но не успел даже звука произнести. Громко хлопая крыльями, Уголёк взмыл в воздух, а Ван Инсу притянул Ли Яна за талию и впился в его губы страстным поцелуем. Увидев их, Дин Сян весь покраснел и, смущённо прикрыв лицо руками, убежал прочь, оставив двух мужчин самозабвенно целоваться в полутёмном переулке.              Поцелуй был горячим, влажным и ненасытным, прямо как Ван Инсу, который всё теснее прижимал к себе чужое тело, пока не почувствовал резкую боль в правом боку.               — Отстань! Мы должны ему рассказать! — взревел Ли Ян, дёрнувшись вслед за Дин Сяном.               — Не надо, — быстро схватив его за руку и удержав на месте, спокойно сказал Ван Инсу.               — Почему? Он должен знать! — отчаянно выкрикнул Ли Ян.               — Известие о войне доберётся до этого города к завтрашнему дню, — закрыв ему рот ладонью, тихо прошептал Ван Инсу. — Уже завтра все будут знать о начавшейся войне, поэтому подари им одну безмятежную ночь … Позволь им остаться в неведении, хотя бы до завтрашнего утра. Пусть они спят спокойно, не дрожа в страхе, волнуясь о своих жизнях … прояви милосердие Ли Ян …              Ли Ян покорно кивнул, и Ван Инсу, улыбнувшись, убрал руку с его лица, но манящие губы вскоре выдали очередной поток несуразицы.               — О, Владыка Небесный! Он видел, как мы целовались, — начав нервно ходить из стороны в сторону, отчаянно выдал Ли Ян. — Что я ему теперь скажу? Как объясню? Он же теперь … Я же теперь … Я не смогу смотреть ему в глаза!               — Вали всё на меня, — пожав плечами, спокойно ответил ему Ван Инсу.               — Непременно так и сделаю, ведь ты и правда виноват! — злобно процедил сквозь зубы Ли Ян.               — Я ему всё объясню. Твой Дин Сян хороший парень, вот увидишь, он всё поймёт, — подмигнул ему Ван Инсу и, взяв Ли Яна под локоть, направился к постоялому двору объясняться с Дин Сяном.