ГЛАВА 82. Календула и мята. Часть 7
12 ноября 2025 г., 19:08
По древней легенде Дурман являлся полубожеством, который из-за нелюбви к людям поселился в месте под названием — долина Цветочного Беспокойства, и с тех пор там начали пропадать люди. Некоторые на десятки лет, а некоторые и навсегда, потому на всех картах королевства сия долина помечалась красным, чтобы любой путник знал, что туда ни в коем случае не стоит идти. Но по этой же причине отыскать долину не составляло труда.
Выйдя из леса, что соседствовал с этим опасным местом, наши путники увидели большое заросшее сорняками поле, а вдалеке старую мельницу.
— Предлагаю пойти к ней, может, там что-то обнаружим, — сказал Чжань Цао, и все согласно кивнули.
Но приблизившись к мельнице, им пришлось остановиться и выйти из повозки, а всё потому, что ближе к деревянной постройке были разбиты аккуратные грядки с овощами.
— На первый взгляд это место заброшено. Интересно, кто же всё-таки заботится об этих грядках? — задумчиво спросил Бо Хэ, глядя на добротное пугало, что охраняло овощи чуть поодаль.
— Я, конечно. Кто же ещё? — возмутился чужой голос, а следом пугало повернулось к ним лицом.
Рваная, выцветшая одежда с длинными рукавами, что скрывала ладони, непричёсанные белые волосы и соломенная шляпа – неудивительно, что изначально они приняли мужчину, что стоял к ним спиной, за пугало.
— Простите, что вторглись в ваши владения… — растерянно промямлил Бо Хэ, когда мужчина подошёл к нему ближе и, глядя прямо в глаза, безумно улыбнулся.
— Ты знаешь, кто я такой?
Бо Хэ неоднозначно пожал плечами. У мужчины, что ранее изображал пугало, были полностью белые глаза, из-за чего чёрная радужка придавала ему ещё более зловещий вид.
— Нет, не знаю, — отрицательно мотнул головой Бо Хэ.
Мужчина с подозрением на него посмотрел и, судя по нахмуренным бровям, намеревался сказать пару лестных слов в адрес проходимцев, что посмели его потревожить, но внезапно его привлекло забавное действие: у одного из близнецов порвалась дорожная сумка, и оттуда выпала тяжеленная лавандовая печать, которая скатилась ему прямо под ноги. Человек в соломенной шляпе наклонился и поднял её, после чего, вальяжно повертев ею в руках, сказал:
— Вы, голубчики, пришли по адресу! Меня зовут Дурман, и я провожу вас в волшебное место, где вы отыщите именно то, чего больше всего желаете!
***
— Так вы, господин Дурман, говорите, что знаете, что именно открывает лавандовая печать? — в десятый раз спросил Ли Ян. — Да, и это что-то находится в той мельнице, — невозмутимо ответил Дурман. — А вам можно доверять? – нахмурившись, спросил стоящий рядом мастер Чжань Цао, на что Дурман, с вызовом на него глядя, выдал: — А ты попробуй! Мастер скривился, после чего, потеряв всякий интерес общаться с полубожеством, обратился к Дихуану: — Тебе вместе с У Тоу придётся остаться тут и, в случае чего, попытаться нам помочь. Если услышишь, как мы кричим — ломай дверь! — Хорошо… — Ну что вы там застряли? Шевелитесь! — крикнули близнецы, которые вместе с евнухом Ду уже стояли на ступеньках мельницы. — Мы идём! — крикнул им Ван Инсу и, взяв под руку Ли Яна, потащил того к мельнице. За ними последовал и мастер Чжань Цао, а Бо Хэ, чуть помедлив, подошёл к Дурману и скромно спросил: — Мы долго там пробудем? — Немножко, да, — с улыбкой ответил тот. Тогда Бо Хэ развернулся к повозке и, ненадолго в ней скрывшись, вышел оттуда с глиняным горшком. Трепетно прижимая его к груди, он подошёл к грядкам возле стены мельницы и руками выкопал небольшое углубление в земле, куда посадил чудовищный цветок. — Что вы делаете? — спросил Дурман с неизменной жуткой улыбкой. Отряхнув руки от грязи, Бо Хэ выпрямился и, вернув улыбку, ответил: — Позаботьтесь, пожалуйста, о нём. — А что это? — Это чудовищный цветок. Он мне очень сильно нравится, но взять его дальше с собой я не могу. В горшке он зачахнет, поэтому можно я оставляю его вам? Дурман наклонился и заинтересованно осмотрел чудовищный цветок, после чего весьма довольным голосом сказал: — Прелесть. Он просто очарователен! Что вы за него хотите? — серьёзно спросил он. — Это подарок вам за помощь, так что — ничего, — улыбнулся Бо Хэ. — Ну нет, я должен вас отблагодарить за чудовищный цветок. — Тогда пожелайте мне удачи! — Только и всего? — Да, этого будет достаточно. — Хорошо … — загадочно протянул Дурман, и на долю секунды Бо Хэ показалось, что у того за спиной в небе сверкнула молния. — Ваша удача будет ждать вас дома, а если точнее у соседки. — Спасибо, — неловко улыбнулся Бо Хэ, на что Дурман громко рассмеялся. — Мельница закрыта. Как нам попасть внутрь? — слегка раздражённо спросил Чжань Цао, который, пока Дурман и Бо Хэ общались, неистово дёргал за дверь. — Ох, простите, совсем забыл вам сказать о том, что мельница закрыта, а ключ только у меня, — тоном, абсолютно не выражающим сожаления, сказал Дурман, вытащив небольшой ключ из своего рукава. — Вы не будете так любезны, отдать нам его? — осторожно спросил подошедший к Дурману Ван Инсу. — Не буду, — капризно ответил ему тот, прижав ключ к груди. — Вы, возможно, что-то хотите взамен? — спросил Бо Хэ и по широкой улыбке Дурмана понял, что угадал. — Вы правы, я кое-что хочу. — Что же это? Скажите быстрее, мы теряем время, — нетерпеливо начав крутить в руке топор, сказал Чжань Цао, и Дурман сразу же указал рукой на его оружие: — Вот это и хочу! Увидев, на что именно указал Дурман, мастер быстро спрятал топор за спиной. — Ну уж нет, своё оружие я никому не отдам! — Это только на время. Когда вы вернётесь, получите его обратно. Обещаю, я буду бережно к нему относиться. Тут вокруг столько всего — раскинув руки в стороны, довольно протянул Дурман. — Я хочу заняться уборкой и мне много чего нужно срубить, поэтому топор мне очень нужен. — Не отдам! — сердито воскликнул Чжань Цао, но поймав тяжёлые взгляды остальных, нахмурился пуще прежнего и нехотя отдал топор. Дурман, восторженно захлопав в ладошки, схватился за него, но мастер рукоять сразу не отпустил и между ними началось забавное перетягивание оружия. — Чжань Цао, тебе сколько лет-то? Три?! — прикрикнул на него Бо Хэ, и мастер нехотя сдался, отпустив топор, за что получил от Дурмана ключ от мельницы. — Если с этим ключом опять что-то не так, — попытался он тому пригрозить, но Дурман внезапно перестал улыбаться и посмотрел на него угрожающе, из-за чего Чжань Цао не стал заканчивать своё предложение и, быстро развернувшись, направился к двери. — Интересно, что мелит эта мельница? — про себя спросил Бо Хэ, и только когда все они зашли внутрь, а дверь мельницы за ними закрылась, Дурман ответил: — Эта мельница не мелит зерно… она мелит время…***
Дверь мельницы захлопнулась за ними, как только они зашли. Внутри обнаружилось огромное колесо, которое должно было крутиться, когда ветер снаружи вертел лопасти, но из-за его отсутствия оно стояло на месте. В самом углу они заметили дверь и прочный канат, что соединял её ручку с деревянным колесом. — Может быть, если покрутить колесо, сможем открыть дверь? — предложил Бо Хэ. — Нет, нужно вернуться к Дурману и хорошенько с ним потолковать, кажется, он решил нас обмануть, — процедил сквозь зубы Чжань Цао. Ранее Дурман сказал им, что только если они зайдут внутрь все вместе, смогут найти тайник, который открывает лавандовая печати, но держащий её в руках Фэн Лин крутился по помещению и нигде не находил подходящего для неё отверстия. Послушав мастера, Фэн Син вернулся к двери мельницы и толкнул её, но внезапно та оказалась закрытой. — Мастер, вы уже успели запереть дверь? — удивлённо спросил он. — Нет, — нахмурившись, ответил Чжань Цао, глядя на блестящий ключ в своих руках. — Тогда почему она закрыта? — недоумённо спросил близнец, толкнув дверь ещё раз. Вскоре к нему присоединился брат и мастер Чжань Цао, и втроём они безуспешно пытались открыть дверь. Глядя на начавшийся переполох, Ван Инсу обратился к Бо Хэ: — Думаю, вы правы, и нам действительно нужно покрутить колесо! — Давайте! – воодушевился аптекарь и вместе с Ван Инсу подошёл к колесу. Стоило им его еле коснуться, как в тот же миг колесо завертелось с невероятной скоростью и, перетянув прочный канат, открыло маленькую дверь. — Пойдёмте быстрее, дверь открылась! — крикнул остальным Ван Инсу и, крепко взяв Ли Яна за руку, первый шагнул вперёд. После недолгих препирательств все остальные с опаской последовали за ними, и снова стоило им всем оказаться в пустом подвале, как очередная дверь за их спинами захлопнулась. Слабо горящий фонарь освещал тёмный подвал, и Бо Хэ подбежал вперёд, у противоположной стены обнаружив нечто странное. — Колодец исполнения страхов, — прочитал он надпись на табличке. Под ней находился колодец, но не совсем обычный. В круге колодца была прорезь и каменные ступеньки, что уходили куда-то вниз. — Воды там вроде нет, может быть там выход? — задался вопросом Ван Инсу, подойдя ближе. — Закрытыми дверями нас явно подталкивают вперёд, так что, думаю, нам нужно спуститься, — кивнул Бо Хэ. — Согласен. Если что, мы всегда можем вернуться назад. Если уж нас заманили в ловушку, то давайте пройдём через неё до конца! — согласился Ван Инсу. — Но что если… — Не упирайся, Чжань Цао! — прикрикнул на него Бо Хэ, и пока они спорили с Ван Инсу, взяв тусклый фонарь, начал спускаться. Следом за ним внизу оказался Ли Ян, потом близнецы с евнухом Ду, а последними спустились Чжань Цао и Бо Хэ, с удивлением обнаружив, что оказались в огромной пещере со множественными коридорами. — Ну и что дальше, умники? – раздражённо спросил Чжань Цао. — Думаю, нужно вернуться и попытаться отыскать другое решение, это слишком опасно, — задумчиво проговорил Ван Инсу. В следующее же мгновение сверху послышался шум и со стороны каменных ступенек хлынул большой поток воды, который сбил их с ног и унёс всех в неизвестном направлении.***
Бо Хэ очнулся на земле, а вокруг был полумрак. Быстро ощупав себя, чтобы удостовериться, что с его телом всё в порядке, и не обнаружив ран, он резко встал на ноги и начал осматриваться по сторонам. В пещере, где он оказался, на стене висел факел, да так высоко, что Бо Хэ не смог его достать. После нескольких тщетных попыток до него допрыгнуть парень оставил глупую затею и, подобрав с земли свой ранец, двинулся вперёд. Спустя некоторое время, он услышал тихий всхлип, который вскоре повторился, а потом ещё и ещё, и Бо Хэ, недолго думая, отправился в том направлении, откуда они слышались. Вскоре перед ним предстала картина, очень сильно его поразившая. Маленький мальчик, не больше двух лет, болтая голыми ножками в воздухе, сидел на высоком камне. Его сапоги и штаны были внизу, а сам он неуклюже прикрывал себя кусками одежды тыквенного цвета. Мальчик утирал покрасневший носик крохотной ладошкой и, судя по выражению лица, был совершенно расстроен тем, что не мог слезть с камня. Присмотревшись, Бо Хэ заметил, что его короткие до плеч волосы были седыми на затылке, и, сложив всё вместе, он понял, что перед ним сидел никто иной, как малыш Чжань Цао. — Какой же ты у нас очаровательный, — не сдержавшись, сказал он. Мальчик насупился, тут же перестав тереть красный носик, после чего недовольно посмотрел на Бо Хэ. — Сверчок, помоги мне отсюда слезть! — детским голоском, но серьёзным взрослым тоном сказал он, и Бо Хэ не сумел сдержать улыбку. — А волшебное слово? — спросил он задорно, на что Чжань Цао отвёл взгляд и тихо пробубнил: — Пожалуйста. Бо Хэ широко улыбнулся и подошёл ближе. Сначала он поднял с пола его сапоги и штаны и спрятал в своей сумке, а следом завернул Чжань Цао в тыквенную одежду и взял на руки. — Поставь меня на землю! Я могу ходить! — начал возмущаться тот, на что Бо Хэ строго ответил: — Сапоги тебе велики, штаны тоже. Если пойдёшь босиком, непременно застудишь свои крохотные ножки, а ты лучше меня знаешь, что бывает, когда с самого детства держишь ноги в холоде. — Что? — недоумённо хлопая глазками, спросил Чжань Цао. — Если мужчина в детстве держит ноги в холоде, то, когда он вырастает, становиться не на что непригодным мужем, а если по-простому — импотентом. Ты же не хочешь стать импотентом, да, А-Цао? — Не хочу, — обиженно пробубнил мастер, спрятав смущённое лицо в складках одежд Бо Хэ. — Я так и подумал — улыбнулся Бо Хэ, после чего, поудобнее ухватив Чжань Цао, решил продолжить свой путь прямо, надеясь в скором времени найти выход из пещеры. — Когда ты очнулся на том камне, то уже был таким? — чуть погодя спросил он, отмечая, что факелы на стене начали мелькать всё реже. — Да, — обиженно проговорил Чжань Цао. — Наверное, поэтому он и назывался «колодцем исполнения страхов», — тяжело вздохнув, сказал Бо Хэ, внезапно поняв, что вновь стать ребёнком и было самым большим страхом Чжань Цао. — Хорошо, что он не исполнил мой страх, — весело добавил он, чтобы подбодрить малыша. — Иначе пришлось бы убегать от гадюк, а с тобой на руках это было бы не так уж и легко сделать. — Ты боишься змей? – тихо спросил Чжань Цао. — Да, особенно чёрных гадюк. Как-то раз наткнулся на одну в детстве, потом целый год спал с зажжённой свечой. — Хорошо, что она тебя не укусила, — пробубнил Чжань Цао и зашевелился у Бо Хэ на руках, прижимая ручки к животу. Аптекарь не сразу понял что к чему, но услышав гулкое урчание живота, догадался. — Кажется, наш малыш проголодался, не так ли? — весело спросил он, а Чжань Цао вмиг покраснел и засмущался. Ничего постыдного в том, что его тело требовало еды, не было, но всё же такое повышенное внимание и забота со стороны Бо Хэ сильно смущали Чжань Цао, к тому же ему было стыдно за то, что Бо Хэ увидел его таким. Когда он вновь очнулся в теле ребёнка, его охватила паника. В его голове всплыли воспоминания тяжёлых дней, когда он был беспомощным и беззащитным. Обычно у детей есть поразительная способность забывать трудное детство, но в случае с Чжань Цао это не работало: он помнил абсолютно всё, из-за чего ему было ещё труднее. Но Бо Хэ, кажется, совсем не волновала его беспомощность, наоборот, весело что-то себе насвистывая под нос, он нашёл подходящий камень и, присев на него, начал копаться в своей сумке, откуда вскоре достал паровую булочку. — Тебе сладкая булочка, а мне взамен, сладкий поцелуй от тебя. — Ишь чего удумал! Я не собираюсь тебя целовать! Сдалась мне твоя булочка, — обиженно насупился Чжань Цао, а Бо Хэ только рассмеялся. — Один сладкий поцелуй в щёку, только и всего! Ну же, решайся, или я сам съем булочку — дразнил он Чжань Цао, и, в конце концов, тот сдался. — Если кому-нибудь расскажешь, я тебя прокляну! — Запишу в дневник и буду беречь его как зеницу ока, — смеясь выдал Бо Хэ, подставляя Чжань Цао левую щёку. Мастер воровато посмотрел на булочку в его руках, потом на белоснежную щёку и решил, что еда ему важнее собственной гордости, поэтому, быстро потянувшись, коротко чмокнул Бо Хэ в щёку. Тот в ответ расплылся в довольной улыбке и протянул булочку, которую Чжань Цао ухватил двумя ручками и быстро вгрызся в сладковатое тесто молочными зубами. — Приятного аппетита, — сказал ему Бо Хэ и, поднявшись с камня, продолжил свой путь. Он медленно шёл по полутёмной пещере, вглядываясь вдаль, в надежде увидеть выход, но впереди была лишь непроглядная тьма, и его мало-помалу начало охватывать отчаяние. Тихое сопение заставило его отвлечься от тёмных мыслей, и, посмотрев вниз, он увидел сладко спящего на его руках Чжань Цао. Обхватив двумя руками половину недоеденной булочки, тот прижимал её к своей груди, носиком уткнувшись в грудь Бо Хэ. Не удержавшись, Бо Хэ чмокнул Чжань Цао в макушку. Мальчик улыбнулся и довольно причмокнул, но потом нахмурился, прижавшись ближе. Вдруг он начал жалобно всхлипывать. Посчитав, что тому снится плохой сон, Бо Хэ остановился и присел на низком камне рядом со стеной. — Наверняка в прошлый раз, когда ты стал маленьким, тебе пришлось несладко, — тяжело вздохнув, сказал Бо Хэ и начал медленно укачивать Чжань Цао. Задумавшись, он вспомнил, как мастер вскользь упомянул, что после превращения ему было особенно трудно, и почему-то Бо Хэ стало грустно. — Наверняка, поэтому ты и стал таким ворчливым, — тихо сказал он, прежде чем убаюканный тихим сопением Чжань Цао, заснул сам.
