Властвовать в пору смут / TO RULE IN A TURBULENT WORLD

В повозке Ю Мяо постоянно пребывал в плавающем сознании, чувствуя дискомфорт во всем теле. Она пропускала воздух со всех сторон, слабые порывы ветра продолжали задувать внутрь, вызывая у него головную боль, а постель сырая и холодная. В конечном счёте он больше не мог этого выносить и сполз вниз на дно кареты, схватив книгу, прежде чем устроиться перед печью, чтобы согреться, укутавшись в толстое одеяло. Снаружи ветер постепенно утихал. Ю Мяо очень скучал по Ли Чжифэну, но кто знает, как он сейчас. Раздался слабый стук приближающихся копыт, и Ю Мяо подумал, что это должностное лицо крепости Яньбянь, тем не менее вокруг не последовало никакого движения. Только он собрался открыть окно кареты, как вдруг услышал крик. – Ааааа! У Ю Мяо мгновенно сжалось сердце, он сразу понял, что произошло. Весь караван уже проснулся, и снаружи раздался голос Хао Саньцяня: – Все держите ухо востро! На караван напали бандиты! Ужасные крики доносились один за другим, и Ю Мяо мгновенно побледнел от ужаса, а его ноги задрожали. Хао Саньцянь вновь крикнул: – Всем достать оружие! Молодой господин, оставайтесь на месте, не выходите! Ю Мяо был в повозке совсем один, его зрачки медленно сужались, а разум в одно мгновение затуманился. Он слышал об ограблении караванов. В прошлом, когда в мире было больше беспорядков, бандиты, которые убивали и грабили перевозчиков товаров, были повсюду, однако в последние годы всюду царили мир и спокойствие - так почему с ними случилась такая неприятность? Сердце Ю Мяо тяжело билось в груди, и он продолжал себя успокаивать: “Всё в порядке, всё в порядке, если у этих людей хватило смелости забраться так далеко, значит, они имели некоторые навыки”. Торговцы с северо-запада намного сильнее обычных разбойников, так что они, должно быть, уже подготовились. Снаружи раздался ещё один ужасный крик, за которым последовало паническое ржание лошадей. Ю Мяо мгновенно затаил дыхание, наклоняясь, чтобы заползти под тахту, ища кинжал, который дал ему Ли Янь, когда он уходил. Он сжал его в руке и спрятался под тахту. Голоса кричащих варваров становились всё громче и громче. Снаружи был полный бардак, но Ю Мяо ничего не видел и не осмеливался подглядывать, поэтому он мог определить, сколько людей на улице и как идет бой, основываясь только на звуках. – Осторожно, у них есть лучник… Крик резко оборвался, и за ним последовал ещё один ужасный вопль. Раздался свист стрел. Одна из стрел пробила окно кареты и вонзилась в деревянную стену, продолжая в ней дрожать. Непрерывно доносились истошные вопли, и мгновение спустя наступила тишина. Снаружи мужской голос варвара что-то сказал, и затем со всех сторон донёсся звук приближающихся шагов. Варвар то и дело громко смеялся на языке, который Ю Мяо не понимал, ни единого слова. Скрываясь, он тайно проклинал то, насколько глупой являлась эта группа. Если они намеревались грабить, то почему решили напасть именно сейчас? Разве не было бы гораздо лучше, если бы они ограбили их караван, прежде чем они вошли в город-крепость? То, что они тогда имели, было товарами центральной равнины. Решив ограбить их сейчас, бандиты делают не что иное, как просто тащат обратно свои собственные меха и другие местные товары из-за границы… Кстати, а почему они не решили напасть раньше? Весь этот путь от горы Янкоу до этого места был прекрасной возможностью! Почему же они не ограбили их тогда? Ю Мяо пришла на ум смутная идея… Этих людей же не возглавляет Ли Чжифэн?! Нет, не может быть… эта мысль подобно тени окутывала всё его существо. Без предупреждения повозка начала трястись, и сердце Ю Мяо снова подпрыгнуло от удивления. Варвары кричали, и вскоре вся повозка опрокинулась влево, отчего Ю Мяо увидел звёзды перед глазами. Лошади испуганно заржали, и стук копыт постепенно удалился. Повозка целиком перевернулась на землю. Уголь из печки вывалился наружу и упал на покрывала, в мгновение ока поджигая внутреннюю часть кареты. Ю Мяо громко закашлял и, услышав шумный гомон снаружи, понял, что больше не может прятаться, поэтому ему пришлось использовать свою верхнюю одежду, чтобы прикрыть голову, пока он открывал окно. Варвары беспорядочно кричали над его ухом, и в тот момент, когда Ю Мяо вышел, его подняли за шкирку и протащили по плотному снегу, прежде чем бросить на землю. Заснеженная земля была ледяной. “Мне конец” - подумал Ю Мяо. В такой момент ему хотелось крикнуть: «У меня нет денег, не убивайте меня», но вместо этого он не мог удержаться, чтобы посмотреть вверх, пытаясь увидеть, есть ли Ли Чжифэн среди этой группы людей. Варвары подняли факелы, их лица с суровыми чертами стояли вокруг, как будто железная башня. Поначалу Ю Мяо находился в ужасе, однако после того, как он рассмотрел этих людей, то постепенно успокоился. Хвала небесам, Ли Чжифэна здесь не было. Но опять же, наводчик не обязательно должен показываться лично. Предводитель варваров отдал приказ, и кто-то подошёл, чтобы надёжно и крепко связать Ю Мяо, засунув ему в рот рваную тряпку, и бросил его в повозку, которая перевозила все товары. Варвары взволнованно переговаривались друг с другом, сидя верхом на лошадях. Ю Мяо не мог определить, из какого племени пришли эти люди. Оглянувшись назад, он увидел, что варвары захватили меньше десяти экипажей, и поэтому предположил, что довольно много торговцев, должно быть, сбежали раньше. Должно быть так и было. Эта шайка дикарей видела, что он хорошо одет, так что они, вероятно, планировали взять его в заложники и потребовать от Великого Ци выкуп, чтобы вернуть его. Подумав об этом, Ю Мяо почувствовал себя гораздо более расслабленным. Сейчас он больше всего боялся увидеть Ли Чжифэна, но при таких обстоятельствах бессмысленно слишком много думать. Он был единственным живым пленником из всего каравана. Варвары проявили небрежность - при осмотре не обнаружили и не забрали его кинжал. Ранее Ю Мяо засунул его в сапог и теперь слегка потряс правой ногой. Тяжёлый кинжал всё ещё был там. Его руки были связаны за спиной, так что вытащить кинжал и перерезать веревки, чтобы сбежать, не составило бы труда. Так-то оно так, но, несмотря на это, сейчас стояла холодная зима, за горизонтом равнин ничего не было. Даже если он сможет вырваться из плена, куда ему бежать? Возможно, не пройдёт и четырёх часов с того момента, как он убежит, прежде чем замёрзнет насмерть на этой оледеневшей равнине. Пока он не собирался сбегать, решив понаблюдать, как события будут развиваться дальше. По направлению ветра Ю Мяо определил, что они направляются на северо-запад, всё дальше и дальше в том направлении, откуда они пришли… Если он пересечет Великую стену, то, вероятно, в этой жизни будет чрезвычайно трудно снова вернуться через границу. В один миг невыразимое страдание окутало его разум, а мысли разбежались, пока он ворочался с боку на бок. К тому времени, как Ю Мяо вдалеке увидел деревню, туманное небо уже посветлело. Солнце скрылось за плотным слоем облаков; снежные хлопья падали на землю. Деревня полностью почернела от огня, и с первого взгляда становилось ясно, что это было временное пристанище, которое варвары захватили после набега. Кровь до сих пор покрывала заснеженную землю, а по обеим сторонам дороги лежали брошенные человеческие трупы. Варвар поднял Ю Мяо и бросил его во всё ещё целый дом. Тот ударился головой о деревянные половицы, отчего его зрение на мгновение потемнело, после чего с трудом пошевелился. В комнате было совсем темно, света почти не было, а в медном котелке помещалось лишь несколько кусочков раскалённого угля. Вместе с тем в комнате раздался кашель. – У-у-у-у… – Ю Мяо извивался со всё ещё засунутой ему в рот тряпкой. – Кто там? – донёсся голос юноши из-за угла стены. – Ух… – Ю Мяо перевернулся и лёг на землю. Через некоторое время глаза Ю Мяо привыкли к свету; оглядевшись, он увидел молодого незнакомца, примерно того же возраста, что и он сам. – Тебя тоже взяли в плен? – шёпотом спросил юноша. Ю Мяо медленно кивнул. Юноша обернулся и, используя связанные за спиной руки, потянулся к Ю Мяо и вытащил тряпку, засунутую ему в рот. Ю Мяо сделал глубокий вдох. – Не говори… – сказал юноша. – Только пискнешь, и они нас побьют. Поэтому они разговаривали шёпотом. – Как тебя зовут? – спросил Ю Мяо. – Чжао Чао, – ответил юноша. – А тебя? Как тебя поймали? Смерив его взглядом, Ю Мяо увидел, что тот в лохмотьях и одет в кожаные доспехи. Он ответил: – Меня зовут Ю Мяо. Я следовал вместе с торговым караваном в Цзянбэй, и на полпути нас ограбили. – Я же тайком выбрался на охоту со слугой. Чёрт побери, я не ожидал, что столкнусь с этими людьми, – выругался Чжао Чао. – Из какого они племени? – поинтересовался Ю Мяо. – Я предполагаю, это ветвь татарского народа… - очень тихо ответил Чжао Чао. У Ю Мяо вздрогнуло сердце. – Они имеют какое-нибудь отношение к цюаньжунам? Чжао Чао казался немного удивленным. – Нет, почему ты вдруг спросил об этом? Цюаньжуны с северо-востока, а татары с северо-запада. Они даже говорят на разных языках. Ю Мяо кивнул, с его сердца наконец-то спало тяжелое бремя, и он сказал: – Я придумаю способ спасти тебя. Чжао Чао немедленно ответил: – Не делай ничего опрометчивого. Это место слишком далеко от Яньбянь, и у них есть собаки. Они догонят нас раньше, чем мы успеем далеко убежать. Ю Мяо неохотно издал «мгм» и заставил себя сесть. Двое молодых людей сидели, прислонившись к стене, и Ю Мяо всё время поглядывал на Чжао Чао. Хотя этот юноша носил кожаные доспехи солдата, вёл он себя совсем не как солдат. Его доспехи были запятнаны кровью, а в глазах и бровях, казалось, прятался след острого лезвия, готового поглотить. Грубая рубаха под доспехами была разорвана в клочья так, что ткань едва прикрывала его тело. – Позволь спросить тебя… – Между словами Чжао Чао испускал гнетущую ауру. Несмотря на то, что они говорили тихо, его тон не оставлял места для споров, заставляя Ю Мяо обратить внимание. – С каким торговым караваном ты приехал? – приподняв брови, тихо спросил он. – С идущим под конец года караваном семьи Ю? – Да, да. – согласно закивал Ю Мяо, а Чжао Чао слегка нахмурил брови. – Чжангу из министерства гражданской администрации, родственник Ю Дэю?! Ю Мяо был потрясен. – Ты его знаешь? Он мой дядя. Чжао Чао медленно кивнул, изучая лицо Ю Мяо в слабом свет огня. – Ты ведь из Цзянбэй, верно? Тебя зовут Ю Мяо? Значит, это ты… Ю Мяо совершенно ошеломлён. – Да, да, да! Меня зовут Ю Мяо. Ты меня знаешь? Чжао Чао молчал и только смотрел на Ю Мяо, затем слегка улыбнулся и кивнул. Ю Мяо не ожидал, что столкнётся в таком месте с кем-то, кто знает о его семье, и подумал про себя, что на этот раз все будет не так безнадёжно. Затем Чжао Чао продолжил. – Как только столица получит известие, они обязательно пошлют кого-нибудь, чтобы спасти тебя, так что просто терпеливо жди и помни, что нельзя действовать безрассудно. Мы должны защитить наши жизни. Ю Мяо продолжал кивать, понимая, что молодой человек перед ним, наверняка не простого происхождения, и шёпотом спросил: – А как же ты? – Ты меня не знаешь. Мой отец всего лишь мелкий чиновник. Я вышел на охоту с друзьями, но не ожидал, что меня схватят, так что нет смысла говорить об этом, – сказал Чжао Чао. – В моем сапоге кинжал, – сообщил Ю Мяо. – Давай для начала перережем веревки? – Не сейчас, – ответил Чжао Чао. – Мы должны дождаться подходящего момента. Не волнуйся, мы точно сможем сбежать. Сердце Ю Мяо, которое было сильно встревожено половину ночи, наконец, успокоилось, и он прижался и съёжился рядом с Чжао Чао, положив голову ему на плечо, прежде чем задремать. Чжао Чао не обладал крепким телосложением, хотя и был на голову выше Ю Мяо и держался, как молодой господин, выросший в роскоши. По какой-то причине он давал чувство защищённости. Как будто, просто опираясь на него, Ю Мяо чувствовал, что этот мрачный и сырой деревянный домик становился безопасным. Поблизости раздался гул голосов. Ю Мяо тотчас же проснулся ото сна и, подняв голову, увидел, что Чжао Чао смотрел на него, низко опустив голову. – Что случилось? – Ю Мяо немного напрягся, его брови нахмурились. – Мы можем поесть? У Ю Мяо были связаны руки и ноги, поэтому, когда он проснулся, то не мог вытереть лицо. Потому он уткнулся головой в затылок Чжао Чао и потёрся о воротник его рубашки. Чжао Чао прошептал: – Ты довольно симпатичный, в кого пошёл, маму или папу? – В маму. Ю Мяо ярко улыбнулся своими алыми губами и сверкнул белыми зубами. Когда он был в столице, Ли Янь и другие “в шёлковой одежде, с нефритовыми поясами, юные и энергичные”, и почти все, кто видел его, говорили ему, что он красив. За исключением его отца, который всегда пренебрежительно повторял: расшитая узорами подушка, внутри которой нет ничего, кроме соломы. Когда дверь открылась, небо снаружи уже прояснилось, а лучи света проникли внутрь, заставляя Ю Мяо и Чжао Чао прищурить глаза. Высокий и крупный варвар вошёл и бросил на землю лепёшку и несколько комков снега. Ю Мяо как раз думал о том, как бы поесть, когда увидел, что мужчина подошёл к нему, а затем поднял его за шиворот. Ю Мяо удивленно воскликнул, а Чжао Чао крикнул: – Не трогай его! Из уст этого человека вырывалась целая вереница слов, но Ю Мяо ничего не мог понять. Вместе с тем он увидел, как Чжао Чао заставил себя подняться и врезался головой в этого варвара, сильно укусив его за запястье. Варвар мгновенно отпустил Ю Мяо и отбросил его в сторону. Он схватил Чжао Чао за волосы и разбил его голову о стену! Громкий удар раздался пару раз, и Ю Мяо закричал срывающимся голосом: – Отпусти его! Чжао Чао! Чжао Чао……! – Не… не говори, – голос Чжао Чао был оглушен. Этот варвар пришёл в ярость из-за Чжао Чао, отчего потащил его за ноги, а Ю Мяо в слезах кричал им вслед: – Чжао Чао! Чжао Чао! Дверь с грохотом захлопнулась, и снаружи раздался громкий треск хлыста. Ю Мяо начал понимать, что Чжао Чао принял на себя побои, чтобы спасти его, совершенно незнакомого человека. Слёзы текли по лицу Ю Мяо, он упал на колени, дрожа и рыдая. – Чжао Чао… Чжао Чао… Ю Мяо опустил голову на землю и рыдал, задыхаясь от слёз. Снаружи Чжао Чао стонал от боли, получая удары, но варвары вовсю смеялись. Кто знает, сколько прошло времени, прежде чем дверь вновь открылась, и Чжао Чао упал с окровавленной головой. Он лежал там абсолютно неподвижно, словно мёртвая собака. – Чжао Чао! – не сдержал крик Ю Мяо. На земле Чжао Чао перевернулся и попытался откатиться в сторону стены, прежде чем ответить на последнем издыхании. – Я в порядке… не бойся. По лицу Чжао Чао размазано немного снега, левый глаз сильно опух, а в уголке губ следы крови. Он наклонился в объятия Ю Мяо. Ю Мяо плакал, пока удерживал его, дрожа всем телом. Чжао Чао уткнулся головой в Ю Мяо, и после частого и тяжелого дыхания постепенно успокоился. – Иди поешь… – прошептал Чжао Чао. Ю Мяо перестал плакать и подошёл, чтобы наклониться и поднять лепёшку, прежде чем вернуться, затем он снова пошёл, чтобы забрать брошенные на землю комки снега, вцепившись в них ртом. – Дай мне немного воды, – попросил Чжао Чао. Ю Мяо жевал снежок во рту, и после того, как тот растаял, он опустил голову и, используя свои губы, напоил изо рта в рот Чжао Чао. Чжао Чао жадно глотал, и Ю Мяо повернулся, чтобы откусить лепёшку, пережевать её, и затем накормить Чжао Чао. Щёки Ю Мяо слегка покраснели. Дело не в том, что он никогда раньше не целовался с другим мужчиной, но прямо здесь и сейчас, по какой-то причине тот момент, когда он кормил Чжао Чао, заставляет его сердце биться сильнее. В этой тёмной комнате они словно доверили друг другу свои жизни. – Почему ты спас меня? – спросил Ю Мяо. Чжао Чао ответил с безразличным видом: – Ты красив. Я не вынесу, если тебя побьют. Я просто заботился о сохранности твоей внешности. Что не так? Ю Мяо не знал смеяться или плакать. – Я тебе отплачу. – Поцелуй меня ещё раз и я приму это в качестве оплаты, – сказал Чжао Чао. Ю Мяо опустил голову к земле, чтобы откусить ещё кусочек лепёшки и прожевать, думая, что если бы он подружился с этим парнем ещё в столице, то они наверняка проводили бы совместно всё своё время. Что Ли Янь, что Пин-Эр - никто не обращался с ним так хорошо, как Чжао Чао. Ласковая нежность со стороны молодого человека очень волновала, особенно после того, как испытал это с Ли Чжифэном, Ю Мяо не мог не чувствовать как трепещет его сердце. После Ю Мяо снова кормил Чжао Чао: язык Чжао Чао подталкивал вперед, подавая ему что-то в ответ. Когда Ю Мяо прикусил эту штуку, то только почувствовал, что это что-то очень твёрдое и, держа во рту, он облизнул её, ощущая слабый привкус крови, как будто это необычная жемчужина. Ю Мяо: – ? Чжао Чао: – Небольшая награда от меня, ха, - рассмеялся Чжао Чао. – Что это? – неразборчиво спросил Ю Мяо. Он выплюнул эту штуку, и она приземлилась на подол его одежды. При свете он увидел сломанный коренной зуб и мгновенно всё понял. Он сломался после того, как Чжао Чао избили. – Выброси его, – небрежно сказал Чжао Чао. Уголки глаз Ю Мяо слегка покраснели, он снова взял его зубами, отвернулся, чтобы открыть воротник, а затем опустил его во внутренний карман. И вот в таком положении двое молодых людей прижались друг к другу в уголке этого тёмного дома. В комнате становилось всё холоднее и холоднее. Наполовину склонившись в объятия Ю Мяо, Чжао Чао хриплым голосом начал петь. – Мир огромен… На моём сердце печаль; это существование тянется бесконечно, но мне больше не о чем просить… Всё, чего я желаю, всё, что я не могу потерять… Ю Мяо уже слышал эту песню раньше, и в тот же миг его мысли устремились к далёкому Цзянбэю. Ю Мяо запел: – Те, кто знакомы со мной, понимают мои страдания… Те, кто не знает меня, задаются вопросом, что я ищу… Чжао Чао устало поинтересовался. – Ты тоже знаешь эту песню? – Моя мама пела ее мне, когда я был маленьким, – ответил Ю Мяо, глубоко погружённый в свои мысли. В крыше дома у них над головой была дыра, в ночном небе сияла яркая полная луна, и свет её лучей падал вниз через эту щель. – Твоя мама в Цзянбэе или в столице? – поинтересовался Чжао Чао. – Ее уже нет с нами, она похоронена в Цзянбэе, – ответил Ю Мяо. – Меня тоже научила этой песне моя мама. – Где твоя мама? – Тоже покинула мир, похоронена в префектуре Лян. – Твой отец пришлёт кого-нибудь, чтобы спасти тебя, верно? Чжао Чао горько улыбнулся. – Я не сын главной жены. Ю Мяо понял и кивнул, затем спросил: – Какой чиновник твой отец? – Незначительный, – ответил Чжао Чао. – Дома никто не смотрит мне в глаза, не спрашивай больше. Быть зависимым от отца, матери или предков – это не то, что значит быть мужчиной. – Когда мы выберемся отсюда, то просто следуй за мной, – взволнованно сказал Ю Мяо. – Будь уверен, этот молодой господин имеет более чем достаточно денег, чтобы ты мог их потратить. Чжао Чао начал смеяться. – Очень хорошо, договорились. Ю Мяо действительно от всей души хотел отблагодарить Чжао Чао, хотя бы за то, что он принял на себя эту долю побоев, если не сказать больше. Затем он добавил: – Я спою тебе песню. – В горах деревья и на деревьях ветви. Обожаю тебя, о! Вы не знаете. Голос Ю Мяо был чистый и ясный, уголки губ Чжао Чао приподнялись, и он поинтересовался: – Песня Юэ? Твоя мама – женщина Юэ? Ю Мяо кивнул, они вместе прижавшись друг к другу, и тихо засопели. В полусонном состоянии Чжао Чао прошептал ему на ухо: – Когда твоя семья придёт, чтобы выкупить тебя и ты вернёшься в столицу, помоги братцу найти кое-кого. Человека по имени Дэн Линь из дома министра церемоний… Ю Мяо знал этого человека. Он ладил с Ли Янем, Пин-Эром, семьями министров и заместителями министров гражданской администрации и юстиции, но только потому, что отцы и дяди этих людей являлись правительственными чиновниками при императорском дворе, а также состояли во фракции наследного принца. Однако министр церемоний и судьи Верховного суда не поддерживали наследного принца, поэтому он мало общался с ними. – Не думай об этом, – сказал Ю Мяо. – Если мы сможем уйти вместе, я потрачу за твой выкуп столько денег, сколько потребуется. – Замечательно, если мы сможем уйти вместе, – произнёс Чжао Чао. – Но если нет, то просто следуй моим указниям и передай сообщение в дом Дэн – это тоже будет хорошо. Посмотрим, повезёт ли нам. Ю Мяо издал «мгм» и заснул, прислонившись к Чжао Чао. Со связанными руками и ногами его конечности немели, что причиняло неудобство. Неизвестно, сколько времени он спал, когда Чжао Чао внезапно его позвал. – Проснись, Ю Мяо, – настоятельно призывал Чжао Чао, – ты слышишь это? – Что? – Ю Мяо с всё ещё затуманенным взглядом поднял голову, до сих пор будучи полусонный. Губы Чжао Чао практически прижимались к его губам, когда он сказал тихим голосом: – Снаружи какое-то движение. Где-то очень, очень доносились трагические вопли варваров, а поодаль гневно кричали люди. Несмотря на то, что они не знали языка, Ю Мяо сразу же понял ситуацию. – Кто-то пришёл нас спасти? – Ты ведь спрятал… – начал Чжао Чао, но прежде чем он успел дать указания, Ю Мяо стукнул ногой, и из его сапога выпал кинжал. Он повернулся с оружием в руке, перерезая верёвки, связывающие его руки. Этот кинжал был чрезвычайно острый, режет железо, как простую глину, мгновенно рассекая одним движением. Чжао Чао похвалил: – Хороший кинжал! Где ты его взял? Ю Мяо повернулся и, нервно перерезая верёвку Чжао Чао, прошептал в ответ: – Мне его дал Ли Янь. – Сокровище сына первого министра Ли, – подразнил Чжао Чао. – Может быть, оно даже даровано императором. Теперь скажи мне честно, маленький засранец, ты неплохо постарался в столице, а? Ли Янь положил на тебя глаз? Даже украл игрушку своего старика, чтобы отдать тебе? Ю Мяо покраснел, поднимая кулак, готовый нанести удар, но руки Чжао Чао высвободились из пут и быстро заблокировали его; затем он взял кинжал, чтобы перерезать верёвки вокруг своих ног. Ю Мяо заговорил: – Оставь этот кинжал себе… – Придержи его для собственной защиты, – Чжао Чао сунул кинжал обратно в руки Ю Мяо, затем взяв его за руку, повёл к окну, чтобы осмотреться. Когда Чжао Чао увидел, что кто-то широкими шагами бежит к маленькому домику, то торопливо позвал. – Возвращаемся, быстро! Эти двое спрятались в углу, и Чжао Чао свободно накинул верёвки на их тел – так Ю Мяо притворился, что всё ещё связан. Как только они легли обратно на землю, посреди суматохи дверь распахнулась. Вошёл крепкий здоровый варвар с бородатым лицом, закрыл за собой дверь, блокируя вход в маленький домик, и что-то сказал им. Ю Мяо не понял, поэтому посмотрел на Чжао Чао, но тот только медленно покачал головой. Этот страж спрятался у окна и выглянул наружу. Снаружи продолжали доноситься громкие крики, и с каждым криком дикая радость Ю Мяо поднималась на ступеньку выше, его сердце громко стучало, словно барабан в груди. Он использовал глаза, чтобы подать знак Чжао Чао, но тот всё равно медленно покачал головой, показывая ему, чтобы он не действовал опрометчиво. Страж несколько раз намеревался выйти, чтобы помочь, но в последнюю секунду, дойдя до двери, он снова заколебался. Расстроено за ним наблюдая, Ю Мяо хотел лишь только подойти и заколоть его насмерть своим кинжалом. Мгновение спустя снаружи что-то прокричали. Страж отозвался и вытащил саблю из-за пояса, прежде чем обернуться. – Сейчас! – взревел Чжао Чао. Ю Мяо сообразил, что этот страж, вероятно, собирается убить их обоих или взять в качестве заложников, так что если они не дадут отпор сейчас, то когда ещё им действовать? С кинжалом в руке Ю Мяо бросился вперёд. Страж поднял ногу, и Чжао Чао яростно крикнул, когда бросился на него со стороны. Когда страж увидел, что эти двое совершенно неожиданно освободились от своих верёвок, то сначала опешил, и, воспользовавшись этим моментом, Ю Мяо кинулся вперёд, вонзая кинжал прямо ему в грудь. Страж мгновенно взревел и отшвырнул Ю Мяо прочь ударом наотмашь, забрызгав кровью его голову. Тем не менее, хотя кинжал вонзился в грудь этого варвара, он не пронзил его сердце, а только застрял между его рёбер с бешено брызжущей кровью. Чжао Чао вновь яростно закричал: – Умри! Чжао Чао вскочил и напал на стража сзади. После этого шлепка ладонью размером с чашу для милостыни в голове Ю Мяо всё звенело и трещало, но страж, похожий теперь на обезумевшего тигра, повернулся, чтобы схватить его за шею, сбив его с ног. Затем он прижал Чжао Чао спиной к стене. Чжао Чао, ударившийся затылком о стену, выплюнул белую пену. Напрягая все силы, он поднял ногу и начал пинаться как сумасшедший, и большие руки стража напряглись. С трудом поднявшись на ноги, Ю Мяо увидел, как Чжао Чао, который находился за спиной стража, шевелит губами, чтобы что-то сказать, а его шея полностью покраснела. Чжао Чао: – Убе…гай… Страж грубо перекинул Чжао Чао через плечо и бросил его, отчего последний врезался в угол. Уже несколько дней он почти ничего не ел, поэтому у него даже не было сил подняться. Грудь этого варвара полностью залита кровью, и подняв длинную саблю, он кинулся на Чжао Чао. – Ааа! – Ю Мяо яростно закричал и безрассудно бросился вперёд. В тот момент, когда Чжао Чао вот-вот мог быть разрублен пополам саблей этого бородатого мужчины, Ю Мяо крепко схватил варвара за ногу! Тот мгновенно повалился на землю и перевернулся, ударив ногой прямо в затылок Ю Мяо. Последний тотчас сильно вскрикнул, но продолжил крепко держаться за эту ногу. Тем временем в углу Чжао Чао корчился и с трудом поднимался, хаотично хватаясь за появившуюся опору. Второй удар этого варвара попал в лицо Ю Мяо, отчего у него потемнело в глазах. Третий удар пришёлся в грудь. Единственной мыслью в голове Ю Мяобыло: «Я умру, но даже тогда не отпущу тебя». Ю Мяо держался на последнем издыхании, в этот момент Чжао Чао нашёл камень и бросился с ним в атаку; несколько раз не глядя яростно ударил им варвара по лицу. Он попытался подняться, но правая рука, сжимающая меч, оказалась придавлена Чжао Чао. Чжао Чао резко ударил, заставив варвара содрагаться, и затем нанёс ещё один удар. Чжао Чао схватил рукоять кинжала, всё ещё торчащую из груди мужчины, и безжалостно повернул её. Варвар испустил безумный рёв перед смертью, а его ноги отбивались так сильно, что Ю Мяо чуть не умер. Камень то поднимался, то обрушивался вниз, то поднимался, то обрушивался вниз. Затем варвар перестал двигаться. Чжао Чао по-прежнему бил как сумасшедший, и после десятка раз варвар перестал шевелиться, глаза его выпучились, а кашица мозгов свисала с лица, кровь растекалась по всей земле, смешиваясь с розовым мозгом. Ю Мяо лежал, растянувшись на земле, у него гудело в голове, и его сотрясали приступы тошноты. Чжао Чао поддержал его, в панике крича ему в уши и похлопывая по лицу. Ю Мяо с трудом открыл глаза, и далёкие звуки, казалось, постепенно возвращались, голоса то приближались, то удалялись, плавая туда и обратно. – Я давно не ел, – сказал Чжао Чао. – У меня нет сил… – Он мёртв… – спросил Ю Мяо. – Мертвее всех мёртвых… – ответил Чжао Чао. Они оба залиты кровью. Чжао Чао вытащил кинжал. – Пошли… Уходим… – Я больше не могу… – произнёс Ю Мяо. – Ты убегай, быстрее… – Ты не можешь здесь умереть! – прогремел голос Чжао Чао у него в ушах. Ю Мяо, казалось, немного восстановил силы, Чжао Чао потянул его подняться; они споткнулись, когда толкнули дверь, и упали в снег. Снаружи не было ни единой живой души. Вдалеке, у костра, лежало несколько трупов, мир был спокоен и тих. Чжао Чао проглотил несколько кусочков снега, прежде чем снова подняться, немного поддерживая Ю Мяо. У обоих закружилась голова, пока они бежали к выходу из деревни, не зная, куда именно бегут. По пути они пару раз падали, но всё же поднимались на ноги. Всё это время Чжао Чао рукой поддерживал Ю Мяо за бок, таща его с момента, когда они начали свой побег. – Почему здесь никого нет? – удивился Ю Мяо. – Не знаю… – откликнулся Чжао Чао. – Может быть, все уничтожены войсками… Мы должны найти лошадь… Двое бежали ко входу в деревню. Снаружи раздался яростный крик, за которым последовала стрела. Чжао Чао внезапно отбросил Ю Мяо на землю, защищая его под собственным телом, а позади них кричали два варвара, бросившихся в погоню с длинными саблями, поднятыми в руках. – Не смотри… – Чжао Чао использовал своё тело, чтобы защитить Ю Мяо. Ю Мяо лежал на снегу, передняя часть его тела не ощущала ничего, кроме холода, но он чувствовал биение сердца Чжао Чао на своей спине. – Мы умрём… – спросил Ю Мяо. Чжао Чао не ответил. Однако вдалеке весь шум резко прекратился. Пронеслась ещё одна стрела, и пронзила сначала грудь ближайшего варвара, принося с собой брызги крови и пройдя сквозь, потом проникла в шею преследователя позади. Двое преследующих солдат, один спереди, другой сзади, одновременно закричали, падая на заснеженную землю. Тяжело отдышавшись, Чжао Чао попытался поднять Ю Мяо на ноги. Молодой человек перепрыгнул через снежную насыпь при въезде в деревню, пуская стрелу за стрелой и сбивая еще двух преследователей, которые близко подошли. – Не волнуйся, они пришли к нам на выручку! – воскликнул Чжао Чао. Шатаясь, Ю Мяо поднялся, его глаза настолько распухли, что он едва мог их открыть. Чжао Чао, на полголовы выше Ю Мяо, стоял, загораживая ему обзор. Ю Мяо выглянул посмотреть из-за его плеча, и увидел высокий и большой силуэт. Этот человек был одет в серый плащ из волчьей шкуры, железную боевую юбку, надетую на нижнюю половину его тела, чешуйчатые кожаные боевые сапоги, а на спине носил колчан. Он вынул стрелу, положил её на лук, ослабил тетиву. Все это было сделано одним движением, быстрым, как молния, и сбило варваров, атакующих со всех сторон. – Иди! – крикнул мужчина. – Ли Чжифэн?! – воскликнул Ю Мяо. Ли Чжифэн повернул голову, чтобы посмотреть на него, а затем медленно отступил, продолжая стрелять из лука, защищая их обоих при переходе через снежную насыпь. Ю Мяо с трудом узнал его: казалось, будто мир пронизан светлыми нитями в его затуманенном зрении и пошевелил губами, но не издал ни звука. Вдалеке раздался голос другого человека: – Мы проложим путь отсюда! – Они уже сбежали! – выкрикнул Ли Чжифэн. – Уходим, сейчас же! – Их главные силы найдут нас очень скоро! – Садитесь на лошадей, все вы! – Господин Чжао! Чжао Чао пришёл в себя и закричал: – Линь Фэй! Военный командир бросился вперёд и, преклонив одно колено к земле, быстро произнёс: – Я старший офицер крепости Яньбянь Линь Фэй… Чжао Чао тут же его перебил. – Сейчас не время! Уходим! Боевые кони заржали, а Ли Чжифэн сбил двух последних врагов. Затем он повернулся, поддержал Ю Мяо, и помог ему взобраться на коня, прежде чем развернуться и тоже вскочить на него, приземлившись позади Ю Мяо, сжимая ногами бока лошади. – Но! Десятки боевых коней понеслись быстрой рысью. У Ю Мяо голова шла кругом – он никогда бы не подумал, что тем, кто придёт его спасать, окажется Ли Чжифэн! Он протянул руку и обнял Ли Чжифэна за шею. Резко подул холодный ветер, и Ли Чжифэн распахнул свой плащ из волчьей шкуры, крепко прижимая Ю Мяо к себе, затем на скаку опустил голову и нежно коснулся губами лба Ю Мяо. В этот момент Чжао Чао крикнул на расстоянии. – Противник догоняет! Как тебя зовут? – Он цюаньжун! Слуга молодого господина Ю! Он тот, кто пришёл, чтобы сообщить нам и сказать, чтобы мы организовали преследование из крепости! - ответил Линь Фэй. – Их слишком много! – закричал кто-то. Группа людей во весь голос обсуждали, бешено мчась на лихих боевых конях, но Ли Чжифэн не проронил ни слова. – Почему ты вернулся? - спросил устало Ю Мяо. Окружающие их яростные порывы ветра и снега будто бы ничего не значили, а хлопья снега мягко парили в воздухе и падали на их тела. Низким и глубоким голосом Ли Чжифэн ответил ему: – Я скучал по тебе.