Любимчик Императора

      Сражение шло полным ходом. Всё было как раньше, отчего в какой-то момент Пан Юнксу даже заскучал, уже зная, что сделает каждый его враг, и когда он это сделает. Очень хорошо помня мельчайшие детали битвы, юноша ловко обводил атаки врагов, краем глаза замечая и своих людей. — Дэм Мин! — крикнул Пан Юнксу, пустив заряд духовной энергии. Всего через мгновение голова противника полетела с его плеч вместо головы ошарашенного юноши, чудом избежавшего смерти. — Спа..сибо — дрожащим голосом изрёк Дэм Мин, продолжив сражение, будучи внимательнее.       То, что юноша смог изменить события прошлого, заставило его сердце биться в неуспокоенном ритме. «Значит, я могу менять судьбу, как хочу? Как же это чудно!» —чувствуя себя Богом мести и смерти, юноша усмехнулся самому себе, одним лёгким движением снеся ещё парочку врагов.        «А вот и он» — улыбнулся Пан Юнксу, увидев, что перед ним стоит сам Моу Лин. В первой жизни парень очень удивился тому, что Император решил сражаться именно с ним лично, а не с их командиром. Но только потом юноша узнал, что командир под шумок сбежал, когда понял, что ситуация безнадёжна. Потому-то отдуваться за бой и пришлось молодому парню.       Обычно главнокомандующий с презрением относился к Пан Юнксу, считая, что у того ещё молоко на губах не обсохло, дабы быть его подменой, но ничего не мог с этим сделать, ведь Император Цзань лично назначил юношу на данную роль. Когда-то Пан Юнксу считал это честью, но теперь понимал, что его просто сделали оружием. Никакой честью там и не пахло.       Сейчас на поле битвы счёт выживших был примерно равным. Когда Пан Юнксу был повержен, армия не могла больше сопротивляться и сдалась, лишившись двух своих глав.       Пан Юнксу помнил, где он ошибся в прошлый раз, потому, повторяя все свои движения и даже получая незначительные травмы, юноша выжидал, когда же мужчина применит свою технику. И как только Моу Лин дёрнул пальцем, парень начал действовать.       Пронзающая молния окутала тело парня, заставив упасть на землю, а воткнутый меч лишил каких-либо действий. Пан Юнксу лежал в грязи, смотря снизу-вверх, как на него взирают жёлтые зрачки врага, поднося к горлу юноши свой нож, показывая этим, что он побеждён.       Но это было в прошлом. Сейчас же Пан Юнксу избежал атаки Моу Лин, вместо этого обрушив на Императора свою силу и мощь, ловко проносясь рукой по духовному ядру. И, как только мужчина упал на землю, Пан Юнксу приложил к его горлу свой меч, повторяя точные события прошлого, вот только уже наоборот. — Ах! — вздрогнули все войны, увидев, что юноша повалил самого Императора Моу Лина.       Осознавая, что одно движение отделяет его от смерти, Император лежал смирно, наверняка уже с досадой думая, что они проиграли. Как вдруг, Пан Юнксу убрал свой меч от его шеи, с улыбкой произнеся то, что вдвойне поразило всех находящихся на битве людей. — Я хочу к вам в воины! Возьмите меня, пожалуйста, к себе, — с милой улыбкой произнёс парень, садясь на колено и смотря в удивлённые зрачки Императора Моу.       Всего пару секунд назад поле было заполнено сражающимися войнами, но теперь же все отложили мечи, не зная, что им делать, и не понимая происходящего.       По сути, если бы Пан Юнксу убил Императора Моу, то все оставшиеся должны были бы сложить свои мечи, признав поражение. Вот только, юноше ни к чему смерть мужчины, ведь он должен стать его оружием для мести.       Пан Юнксу был в восторге от этого момента, ведь именно сейчас он перед всеми предаёт Императора Цзань, просясь к чужим владениям. Когда-то юноша посчитал бы это неслыханным позором, убив любого, кто посмел бы предать его господина, но теперь нет. Позор был тогда, когда он верил и любил Цзань Цзинсун, а теперь настало время возмездию. — Почему ты решился на это сейчас, а не в начале битвы? — с подозрением спросил Моу Лин, так же не понимая происходящего, как и все вокруг. — Надо же мне было показать вам свою силу и то, что я могу убить вас, если захочу. Иначе какой от меня прок? — выдал юноша, но, увидев недоверие на лице мужчины, продолжил: — Поверьте, господин Моу, я очень сильный и послужу вам верой и правдой, будучи вашим оружием, но не за просто так. — И что за условие? — спросил Моу Лин, давая сигнал своим воинам о том, чтоб они стояли на месте и не вступали в бой, пока он ведёт переговоры.       Подойдя ближе, Пан Юнксу, не ведая страха, подошёл чуть ли не в плотную к Моу Лину, заранее зная, что тот очень правильный и не станет убивать его в тихую. Император был почти на полторы головы выше Пан Юнксу, потому тот слегка привстал на носочки, прошептав ему на ухо: — Вы позволите мне лично убить Цзань Цзинсун. — проговорил юноша, после чего бросил взгляд на Императора, державшего при себе меч и готового пустить его в бой, совершенно не доверяя странному юноше. — Это всё? Богатства, почёт, место в правительстве? Всего этого тебе не надо? — бросил мужчина, не веря, что юноша может желать лишь смерти бывшему господину и ничего более. Но Пан Юнксу действительно желал лишь мести. — Этот мусор мне ни к чему. Моё единственное условие то, что я озвучил. И только оно. — твёрд был в своём решении парень, перед глазами которого все ещё стоял усмехающийся Цзань Цзинсун, считающий его сломанным мечом. — Почему ты не можешь сделать это сам? — все ещё не верил юноше мужчина.       И правда, почему? Если сейчас Пан Юнксу одержал бы победу, то пойдя к лживому Императору смог бы убить его, ведь тот не подозревал в фальши своего раба. Но разве это интересно? Взять и убить. Слишком скучно. Пан Юнксу мучился год, и желал, чтобы Цзань Цзинсун познал такую же боль. — Убить могу, но это не совсем то, что мне нужно. Я хочу куда большей его смерти. Я хочу, — на лице парня появилась злобная ухмылка, — Его полного уничтожения. — Хм.. — Моу Лин сомневался, что было вполне нормально.       Пан Юнксу был некой легендой, и многие знали его. Молодой талант, принёсший своему Царству ни одну победу и почёт. Парень всё время проводил в сражении, и его единственной отдушиной являлся Император, редко кидая свою лживую любовь парню, как подачку. Вот только, об этом никто не знал и считал, что между господином и подчинённым крепкая дружеская связь. И о том, что эта связь порвалась, тоже никто ещё не ведал. Потому то Император Моу и сомневался, но всё же, не желая терять сильного воина, мужчина кивнул. — Хорошо, я позволю тебе это сделать взамен на твою службу. — Император протянул руку в знак заключения договора, но стоило Пан Юнксу потянуться к ней, как из толпы выбежал юноша, отчаянно закричав: — Пан Юнксу, как вы можете предавать Его Высочество? Вы же с ним так близки!       Юноша на мгновение замер, переведя взгляд на Дэм Мин, наивно верившего в искренность и добродушие Цзань Цзинсун, считая его хорошим… А ведь это Юнксу прибил глупому уму данную мысль.       «Ты всегда был глуп и наивен, Юнксу» — прозвучал ненавистный голос в ушах парня. И тогда он осознал, что и впрямь был глупцом, свято верившим в любовь. Теперь он в неё не верил и желал жить лишь жаждой мести, разгоревшейся в нём как пылающее пламя. — Ха... — раздался легкий смешок юноши, после чего он, как обезумевший, расхохотался, вспоминая всю боль, которую он вытерпел ради Императора Цзань. Скольких людей он убил, и самого себя в том числе… — Дэм Мин, ты будешь моей весточкой Цзань Цзинсун, — с неуважением бросил парень, говоря достаточно громко, чтобы каждый воин его услышал, — Скоро от королевства Цзань не останется и следа! Кто не глуп, сдастся господину Моу Лину, а кто наивен и туп, — отвернувшись от ошарашенного парня, вновь подошёл к не менее удивлённому господину Моу, Пан Юнксу, взяв его руку в свою. — Тот и не достоин жизни!       Рукопожатие случилось, и в тот же миг на руке Императора и солдата возник символ, говорящий об их договоре. Пан Юнксу смотрел на него, как на первый шаг к своей цели… Цели растоптать человека, растоптавшего его сердце.       В это время Моу Лин смотрел на чересчур довольного юношу с интересом, но также и опаской, понимая, что от такого можно ждать, что угодно. Но даже не представляя, на что на самом деле способен человек, переживший чудовищные пытки и предательство, и помнивший все эти ощущения на своём теле и груди так отчётливо, будто это было вчера.       Пан Юнксу не испытывал к Моу Лин ничего, но знал, что у того хорошая армия. Стоит направить её в нужное русло, и тогда…       «Цзань Цзинсун будет проклинать тот день, когда забрал меня с улицы и решил сделать своим мечом»