У леди Мэри есть рога

"Что ж, теперь мне точно конец! Она сдаст меня Святому Воинству! А они? Что они будут делать с нарушительницей Эдикта? Хорошо, если просто изгонят из Англии. Но этот Лид... У него явно ничего просто не будет! Что вообще делают с фейри???" Панические мысли метались в голове Мариэталль, мешая сосредоточиться и придумать, как выбраться из ситуации. Между тем Элизабет ждала. О, она-то точно торопиться не будет! Всегда успеет сдать глупую фейри на опыты. — Я...ммм...мисс Купер..., — проблеяла Мариэталль. — Добрый вечер? Погода сегодня просто замечательная, вы не находите? Элизабет задумчиво кивнула. — Да, хорошая погода. Ваших рук дело? — Ну что вы! — отмахнулась Мариэталль, старательно кося под дурочку. — Разве ж обычный человек может управлять погодой! — Обычный не может, — согласилась Элизабет. — Не морочьте мне голову, мисс Лайт. Или как вас там зовут? Снежинка? Я всё видела. Что вы сделали с моим братом? Он отдаст вам наши земли? Или женится на вас? — Не хватало ещё тратить магию на этого сноба! — возмутилась Мариэталль. Осознала свои слова. — Ой. Элизабет подняла к лицу освящённую ладанку. Приблизилась. Мариэталль завороженно смотрела на блестящий металл. Золотистые рожки под чёрной шляпкой засветились как солнце. Бледная человеческая кожа истончилась, стала почти прозрачной. Голубые глаза, одолженные у небесной тверди, засияли, перламутровая синева заслонила белки. С каждым шагом Элизабет фейри расползалась на части, стремясь вернуться в родную стихию. "Что же делать?!" — лихорадочно думала Мариэталль. За спиной её, за дверью детской продолжала надрываться Джоанна. Скользнуть туда, выбраться из окна, умчаться к облакам? И тут же попасть в руки Титании, которая неудачливой шпионке явно не обрадуется. И уж точно провал не простит. С Элизабет можно хотя бы попытаться договориться. — Убери...боль...— прохрипела Мариэталль. В голосе фейри загремел, завыл ветер. Стены дома мелко затряслись. Элизабет дрогнула, глаза её расширились от страха. Ладанку, впрочем, она не отпустила. — Уберу. А взамен вы ответите на мои вопросы. — Да... Элизабет спрятала ладанку в карман платья. Воздействие не исчезло, но значительно уменьшилось. Фейри задышала свободнее, кожа снова обрела плотность. — А теперь проследуйте в мою комнату, мисс Лайт. Ни к чему обсуждать серьёзные вопросы в коридоре. И без фокусов! Это, — Элизабет похлопала себя по карману, — всё ещё при мне. Мариэталль покорно кивнула. В конце концов она что-нибудь придумает. Элизабет села за маленький письменный стол - такой же строгий и безыскусный как она сама. Мариэталль оглядела комнату. Бежевые обои в тонкую коричневую полоску, изящная деревянная мебель, два стула без подлокотников с жёсткими спинками. На один из них Элизабет указал Мариэталль. — Итак, рассказывайте. С самого начала. Фейри собралась с духом. Пока они шли сюда, решимость и сообразительность по капли покидали её. Но кое-что Мариэталль знала точно - про план Титании люди знать не должны. Потому что испугаются или всё испортят. А значит, нужно... — Я просто хочу жииииииить! — заныла Мариэталль, заламывая руки. Прекрасные голубые глаза наполнились слезами горя и отчаяния. — Я всего лишь маленький дух, которого гоняют святые отцыыыы! Разве же плохо я служу лорду Куперууууууу?!!!! Мариэталль завывала очень убедительно. В этот концерт она постаралась вложить всю свою душу, применила все приёмы, которые подмечала у актёров на сцене театров. — Нигде нет мне пристанища! Нигде нет угла! После изгнания доброго слова никто не скажет! Да разве ж я кому какое зло сделала?! А туда же - фейри, исчадие, существо! Мисс Купер, не гоните меня, молю вас..., — Мариэталль на мгновение задумалась, подбирая что-нибудь святое для Элизабет. —...Всеотцом молю вас! Выступление фейри закончила тихими нежными всхлипами в белый кружевной платочек. Несколько секунд женщины сидели в тишине. А потом Элизабет зааплодировала. Она делала это долго, громко и нарочито медленно. — Браво, мисс Лайт или как вас там! — насмешливо сказала Элизабет. — Это, право, было очень драматично. Но неубедительно. В следующий раз попробуйте тщательнее подбирать реплики. Фейри подняла голову. Трагичность исчезла с её лица также как появилась. Фейри пожевала губами. — Так плохо? — уточнила она. — Ну не критически, — снисходительно ответила Элизабет. — Но слез было, пожалуй, слишком много. А теперь давайте без цирка. Что вам нужно от моей семьи? Мариэталль вздохнула. Слезы, эти капли пара на её лице, мгновенно высохли. Не получилось. Стоило ожидать, что на эту черствую булку чужое горе не подействует. Хочет чего-то чёткого и ясного? Будет. — Мне нужно где-то жить, мисс Купер. — просто ответила, фейри. — Я сбежала с Яблочного острова потому что там, откровенно говоря, нечего делать. Вы себе вообразить не можете, как там скучно. А тут, среди людей... У вас же всё такое любопытное! Вы развиваете технологии, науку, культуру! Мариэталль говорила с жаром, совершенно искренне. Она ведь даже почти не врала. — Какое-то время я жила у весьма почтенной дамы, но мне пришлось съехать оттуда из-за появления одного очень неприятного гостя, — продолжала фейри. — Так я осталась без крыши над головой, а что важнее - без места, куда могла бы возвращаться, не вызывая подозрений. А тут ваш брат. И ведь никто бы в жизни не догадался искать фейри прямо под боком у лорда, да ещё и у того, кто громко выступает против церкви. Мариэталль поймала насмешливый взгляд Элизабет. Помрачнела. — Так что я совершенно точно не ожидала встретить тут слугу Святого Воинства, — закончила она. — Клянусь, я не причинила и никогда не причиню вреда детям лорда! — поспешила добавить Мариэталль, предупреждая вопрос Элизабет. — Я сильф. — Фейри воздуха, — кивнула Элизабет. — Откуда вы...? Впрочем, неважно. В любом случае мне не нужны ни дети, ни уж тем более лорд Купер. Только защита и возможность оставаться среди людей. Быть частью вашего мира. Не будете же вы спорить с тем, что с моим появлением жизнь эта дома несколько улучшилась? Если позволите, я останусь здесь и буду и дальше действовать исключительно в интересах своего нанимателя. Ни слова лжи. Ни слова истиной правды. Тидиус мог бы гордиться ею. Элизабет задумчиво смотрела на Мариэталль и перебирала цепочку от серебряной ладанки в кармане платья. — Так значит вы никак не влияли ни на Джозефа, ни на детей? Допустим, в отношении брата я вам верю. Почему-то мне кажется, что крайне сдержанный и погружённый в работу мужчина никак не может привлечь внимание хорошенькой фейри. Майкл тоже неё вызывает у меня опасений. А вот Джоанна... Голос Элизабет стал жёстче. В этот момент из-за стены детской опять раздался разъярённый крик девочки. Мариэталль похолодела. — До вашего появления в этом доме моя племянница никогда не выдавала таких громких вокализов. Это наводит на подозрения, нет ли тут руки фейри. Сильфида разозлилась. Подозрительно прищуренные глаза этой птицеобразной женщины, которая смела вести допрос, её тонкие пальцы, спокойно лежащие на блеклом как она сама платье... Кто бы мог подумать, что угроза миссии будет исходить от столь бесцветного существа! Мелькнула мысль рассказать Элизабет про нага и Джоанну. Перенаправить подозрения и тревоги на другое, столь же неприятное сильфиде существо. Как бы славно и легко решило это все проблемы! Фейри даже открыла было рот, но передумала. Вспомнила, с какой мукой рассказывал про связь с девочкой наг... Каким искренним, полным боли был исполнен плач Джоанны... — У девочки первый подростковый кризис, — в итоге сказала Мариэталль. — Это... — Я слышала, что вы говорили моему брату, — перебила её Элизабет. — А ещё видела, как светились эти ваши штуки на голове. — Я применила магию один раз, потому что ваш брат точно уволил бы меня за объяснения, — а вот теперь в ход пошла ложь. — Простите, мисс Купер, но насколько я могу судить, покойная хозяйка не жаловала детей своим вниманием. К девочке предъявляли столько требований, что она вдохнуть не смела без разрешения. А когда леди Купер умерла, вместе с ней исчез и вечный контроль. Джоанну, как бы это сказать... — Прорвало? — подсказала Элизабет. — Да! — обрадовалась фейри. — Как плотину. Выражение лица мисс Купер было странным. Она будто размышляла, но совсем не о племяннице. Отстранённо глядела в пустоту невидящим взглядом. — Джозеф обожал Кейт, — сказала Элизабет наконец. — Любое нелестное слово о ней пресекал на корню, даже вызывал людей на дуэли. Вы верно поступили, не известив его о причинах поведения Джоанны. Элизабет решительно поднялась. Мариэталль поспешно последовала её примеру. За время их разговора опустились сумерки, заползли длинными пальцами трогать фигуры двух женщин, стоящих друг напротив друга. Таких разных. Таких одиноких в своих собственных пузырях. Мисс Купер ещё раз внимательно с ног до головы оглядела фейри, а потом к вящему изумлению последней протянула ей руку. — Вы можете оставаться здесь столько, сколько потребуется, мисс Лайт. Со своей стороны я обещаю сохранить ваш секрет. Мариэталль осторожно протянула руку, но тут же отдернула ладонь. — Освящённое серебро, — виновато пробормотала она на изумление Элизабет. — Оно осыпается и остаётся на коже людей. — О, правда? Не знала. Элизабет торопливо вытерла руки носовым платком. — Конечно, не знала, не у тебя же от него глаза вылезают... — Что вы сказали? — Сумерки наползают, говорю, мадам. Пора готовить детям чай. — Действительно. Что ж, я вполне довольна нашей беседой, мисс Лайт. Вы можете быть свободны. Мариэталль привычно поклонилась и направилась к выходу из комнаты. — Однако помните, — подала голос Элизабет. — Я знаю про вас. Я знаю, кто вы. И при необходимости мне достанет решимости исполнить свой долг. — Я запомню, мисс Купер. Мариэталль усмехнулась про себя. Глупая, глупая женщина. Даже леди Кейт хватило ума вытребовать у нага гарантии сотрудничества. А эта? Просто отпускает сильфа, да ещё и предъявив ей своё оружие, и думает, что всё легко и хорошо устроила. Внутри Мариэталль рождалось несвойственное ей озорство, желание подшутить над человечкой, которая решила поиграть в благородство с фейри. Что-нибудь невинное, но действенное, чтобы не зазнавалась. Размышляя об этом, Мариэталль добралась до комнаты детей. Джоанна, вымотанная истерикой, спала на полу, на той самой подушке, которую положила ей под голову ненавистная гувернантка. Фейри рассматривала ребёнка. Худенькое тело со впалыми щеками, бледная и изможденная. Длинные чёрные волосы спутались в колтуны и грязными водорослями прилипли ко лбу. Ослабевшая. Маленькая. Тоже очень глупая. Но такая привязчивая, такая несчастная без своего чешуйчатого друга. Что-то внутри Мариэталль дрогнуло. Дымное сердце воздушной фейри сгустилось, толкнулось в груди. Сильфида осторожно подняла Джоанну, уложила в постель. Во всяком случае так девчонка не простудился на вечных сквозняках. Вскоре в спальню вошёл Майкл. Он с тревогой взглянул на сестру. — Джоанна заболела? Мариэталль кивнула и с неожиданной для себя нежностью погладила мальчика по голове. — Да, мистер Майкл, вашей сестре нездоровится. Думаю, завтра ей придётся остаться в постели, а я побуду с ней. Так что на урок к мистеру Кроу вы пойдете один. Вы же сможете сделать это самостоятельно, как настоящий взрослый джентльмен? Майкл серьёзно кивнул. На его маленьком лице отразилась решительность и воля. Сейчас он был так похож на свою тётку, что фейри передёрнуло. — Вы можете на меня положиться, мисс Лайт, — пообещал Майкл. — Я и уроки сам сделаю. — Благодарю вас, — искренне сказала Мариэталль. — Вы достойный сын своего отца. Утром пришёл мистер Кроу. И принёс в дом луалит.