Нежность звезды

Остаток недели прошёл спокойно. Критика в мой адрес сократилась, оскорбления почти не писали. Мне даже удалось выбраться в торговый центр и погулять в любимом парке в тишине и спокойствии. Я приняла участие в съемке для модного журнала Harper's BAZAAR и ходила на тренировки. Раньше такие проекты могли лишь сниться, а сегодня это была моя рутина. Вечером я обычно занималась самокопанием и жалела себя. Себастиан никак не появлялся и это напрягало. Мне до сих пор были неясны его мысли и отношение ко мне. Если я хотела воплотить в жизнь свой план, то нам нужно было как минимум чаще общаться и немного сблизиться. Возможно, я его совсем не интересовала как девушка, а на что-то надеялась. Сегодня был день релиза клипа, а вечером мы едем на тусовку в честь окончания съёмок. Рада, что немного отвлекусь и расслаблюсь. Планирую полностью забыться и не думать ни о Крисе, ни о Себастиане. Хотя бы сегодня. Клип был опубликован, и я не могла избавиться от волнения. С трепетом листала комментарии, постоянно обновляя страницу, чтобы увидеть, как стремительно росли просмотры и лайки. Ощущения были странные, но в то же время очень приятные. Внутренний трепет, который отдавался лёгким покалыванием в ладонях и ногах, заставлял меня чувствовать, что я на самом деле достигла чего-то значимого. Неужели мне удалось сделать нечто подобное? Я в одном клипе с моим кумиром… Это ли не мечта? Мы все действительно вложили душу в этот проект, проделав отличную работу. Я проверила социальные сети, а там бардак из комментариев и завал сообщений. Люди увидели в нас любовников и не упустили возможности обвинить нас во всем, что только можно было. Результат очевиден — сыграли отлично, и работа выполнена на все сто. В ролике мы действительно смотрели друг на друга с такой страстью и обожанием, что трудно было не поверить в происходящее. Но это всего лишь клип. Или… наверное, так. Финальный день съемок всё ещё вертится в моей голове, как вереница мыслей, но время всё расставит на свои места. Сейчас я хочу просто сосредоточиться на своей работе, несмотря на все шумные разговоры вокруг. Сегодня меня собирал стилист, работающий в нашей компании. Мастерски нанесли вечерний макияж, укладка была просто безупречной, а образ подобрали почти привычный для меня. Мини-юбка из пайеток серебряного цвета, белая шифоновая блузка, лодочки в тон и чокер на шее — всё идеально сочеталось. Когда город поглотили сумерки, и машина понеслась навстречу ночной жизни, я не могла не наслаждаться каждым моментом, наблюдая за тем, как меняется картинка за окном, предвкушая этот вечер. Водитель остановил машину у входа в клуб. Вокруг уже собрались репортеры, фанаты и фотографы. Все, конечно, ожидали появления Эйбеля, но, к моему удивлению, и ко мне проявляли не меньший интерес. Слухи и обсуждения в интернете разгулялись не на шутку, несмотря на мои официальные отношения. Фанаты выкрикивали вопросы, стараясь быть как можно громче, и где-то среди них я услышала недовольные возгласы, порой даже оскорбления. Я намеренно игнорировала их, проходя с блистательной улыбкой в здание. Внутри нас ждали с Эйбелем, чтобы дать интервью, и я была готова к этому. Вход встретил глухой музыкой, доносившейся из основного помещения, где уже отдыхал народ. Я прошла вдоль по слабо освещенному коридору, найдя огромные двери, откуда и была слышны звуки вечеринки и веселья.

Big Sean - Bounce Back

Я шагнула в основной зал, где уже царила атмосфера ночной жизни. Музыка била в ушах, наполняя пространство энергией. Это был не просто клуб, а заведение для избранных — элитное место, куда, похоже, не каждый мог попасть. Тина заранее провела мне инструктаж, объяснив, как себя вести в таких местах, и, признаюсь, я была ей благодарна за это. Заранее попыталась обезопасить меня от возможных неприятностей, на которые не хотелось бы наткнуться в таком обществе. Помещение утопало в неоновом свете, создавая эффект магии. Высокие потолки украшали огромные блестящие люстры, которые словно парили в воздухе, придавая месту величие. На стенах — объемные орнаменты, выполненные в роскошном стиле, которые не только украшали пространство, но и создавали иллюзию уюта и безопасности. Всё это производило впечатление места, где ты невольно расслабляешься, думая, что здесь тебе точно не будет угрожать ничего плохого. Я продвинулась вглубь зала в поисках знакомых лиц, и вскоре заметила бар. Именно туда мне и было нужно. Сделав заказ на коктейль, я с нетерпением ждала, когда первые капли алкоголя приятно согреют меня и принесут чувство расслабления. Музыка качала, а атмосфера вокруг становилась всё более располагающей. Я наслаждалась моментом, поглощая всё вокруг и ощущая, как постепенно напряжение уходило. И вот, из толпы появилась одна из работниц с площадки съемок, и, направилась ко мне. — Лиса, добрый вечер! Мы ждем вас на интервью, пройдемте со мной? — Здравствуйте, да, конечно, — оставила свой незаконченный коктейль и ушла за девушкой, пробираясь через шумную толпу. Люди веселились, не обращая ни на кого внимания. В толпе пару раз виднелись лица известных людей шоу-бизнеса. Многие были, очевидно, пьяны, а кто-то под веществами. Таких персонажей было видно невооруженным глазом, если тебе хоть раз попадались подобные. Мы двинулись куда-то вверх по лестнице, и в большой комнате нас ждал Эйбел и журналистка. Помещение просторное, похожее на VIP-зону, выполненное в тёмно коричневых тонах, которое так же обходилось лишь вспомогательным светом. Напротив входа стояли два больших кожаных дивана буквой Г, перед ними расположился кофейный столик. Висел небольшой телевизор, на котором транслировался общий зал с гостями. Сбоку расположена зона для мини бара и стол, на случай, если захочется накрыть небольшое количество закусок к алкоголю. Сегодня он выглядел довольно необычно для меня. На нём была куртка-бомбер с эмблемой его лейбла XO, под ним обычная чёрная футболка, поверх которой висела цепочка с подвеской. Чёрные джинсы и кроссовки. На голове белая кепка, прикрывающая верхнюю часть лица. Это напомнило «старого» Викенда. По всей видимости, сегодня у него было соответствующее настроение. — Добрый вечер! — приветствовала всех. — Добрый вечер, Лиса! Я Дана Дэвис. Мы как раз вас и ждём, — ответила слишком наигранно журналистка. Женщина с короткой стрижкой, ей было около сорока. Выглядела хорошо. На ней был свободный брючный костюм бежевого цвета. В глазах играл интерес и нетерпение. Это было заметно, по потиранию рук и натянутой улыбке. Я прошла к диванам и невольно села рядом с Эйбелем, напротив женщины. — Начнем, — нарушил дружелюбную атмосферу Эйбел. Сегодня артист выглядел слишком загадочно и было трудно прочитать его эмоции. С момента моего появления он взглянул в мою сторону всего лишь раз, на входе. Мне удалось запечатлеть, как он с интересом осмотрел мои ноги, проведя взгляд вверх до лица. Мы расположились и начали вести беседу, сдержанно отвечая на вопросы. — Скажите, пожалуйста, в клипе между вами очевидна химия и притяжение. Хотите сказать, между вами лишь рабочие отношения? Невооруженным глазом заметно влечение, — пыталась прощупать почву и старалась заглянуть каждому в лицо, ожидая реакции. — Давайте помнить, что я состою в официальных отношениях, — сразу же взяла инициативу в свои руки, — очевидно, если бы что-то было, мы бы не стали это показывать на весь мир. Это было бы неразумно, — закинула ногу на ногу и подвинулась ближе к спинке дивана. Эйбел напрягся всеми мышцами, но это заметить удалось лишь мне. — Но ведь это могло возникнуть во время съёмок, не так ли? — продолжила настаивать она, слегка опустив голову и наклонив её вбок. — Это не так, — внезапно и резко вмешался в дискуссию мой коллега. В его голосе прозвучала едва сдерживаемая злость. — Вы ставите под сомнение наш профессионализм? — он выпрямился, будто готовясь к защите. — Тогда объясните, каким образом актёры на экране изображают любовь, страсть, боль — и зритель верит в каждое слово, в каждое движение? Но за кадром всё оказывается игрой. Как вы это объясните? — отчеканил он, глядя в упор, с раздражением, будто каждое слово было вызовом. — Ну, фильм — это одно, а клип всё-таки немного другое, не думаете? — не унималась она, продолжая давить, будто выжидая, когда мы оступимся и скажем ей то, чего не было. В её голосе сквозила фальшивая вежливость, прикрывающая жажду сенсации. Какая же наглая женщина. — Не думаю, — уже менее лояльно продолжила я, — это такая же кропотливая работа большой команды. Нескончаемое количество репетиций, прогонов, работы со специалистами разного спектра. Если вы думаете, что я новичок и не умею работать на камеру, то вам бы следовало подробнее изучить мои прошлые работы в объективе. Эйбел не просто так пригласил меня в проект, а наверняка был уверен, что я профессионал. Закроем эту тему. Сама от себя не ожидая такой пламенной речи, я с силой осушила стакан с водой, словно стремясь остудить пламя, бушующее внутри. Осознание сказанного медленно накатывало, придавая телу лёгкую дрожь, будто после сильного всплеска адреналина. Эйбел, явно не рассчитывав на подобный поворот, выглянул из-под козырька своей кепки с удивлённым выражением — приподнятые брови ясно читались как немой вопрос: «Что это сейчас было?» Я в ответ изогнула бровь и, скривив губы в недовольной гримасе, кинула в него молчаливое «Надоело уже. Заканчиваем». Отмахнулась ладонью, как бы ставя точку. Он уловил мой посыл без слов, слегка кивнул и, чуть посерьёзнев, перевёл взгляд на журналистку. Та, казалось, была полностью поглощена своими записями — что-то строчила в блокноте с таким рвением, будто только что услышала откровение года. На нашу немую перепалку она даже не обратила внимания, продолжая выполнять свою «священную» миссию. — У вас есть еще вопросы? — пристально смотрел и выжидал он. — Какие совместные проекты вы ещё планируете? — оторвавшись от своих конспектов, подняла голову обратно на нас. — Время покажет. Мы только выпустили клип. Необходимо отследить его статистику и сделать выводы. После этого можно будет говорить о чём-то ещё. — Понимаю... — Нас заждались гости, давайте на этом закончим, — резко вырвал женщину из своих раздумий, не дав шанса на новые вопросы. Я с лёгкостью выдохнула, позволяя напряжению наконец покинуть тело, и откинулась на спинку дивана, словно сбросив с плеч невидимый груз. Очевидно, эта женщина вовсе не собиралась так скоро уходить — в её взгляде ещё теплился азарт, голод к сплетням, желание вытянуть хоть что-то. Но под пристальным, тяжёлым взглядом Эйбеля она заметно стушевалась. Его молчаливое, но недвусмысленное «хватит» витало в воздухе, и, как бы не хотелось ей настаивать, здравый смысл всё-таки победил. Собрав бумаги и криво улыбнувшись, она с неохотой поднялась со стула, изобразив что-то вроде благодарности, и, ни с кем больше не глядя в глаза, удалилась прочь. — Да, конечно, спасибо за интервью, мне уже тоже пора. — Вас проводят, я позову нужных людей, — он достал телефон. — Нет, что вы, я са… — хотела закончить, но он прервал её. — Я настаиваю, — отправил сообщение и поднял на неё глаза. Давит, словно огромный свирепый буйвол, чьё присутствие невозможно игнорировать — такая энергетика исходила от Эйбеля. Его молчание было красноречивее любых слов, и этого оказалось достаточно, чтобы задать нужный тон. Через мгновение двери бесшумно отворились, и в комнату вошёл помощник со съёмочной площадки. Он, не сказав ни слова, с профессиональной вежливостью жестом указал журналистке на выход. Та, недовольно поджав губы, нехотя поднялась, не получив ни шанса остаться, ни возможности подслушать то, что не было предназначалось для её ушей. Мгновение — и мы остались наедине. Тишина между нами зазвенела особенно отчётливо, будто весь шум клуба остался за плотной, невидимой завесой. — Ты сегодня не в духе, — обратилась к нему, заводя руки за спину. Он прошёл к месту со столиком и достал воду из мини бара. — Нет настроения, — коротко ответил он, отпив несколько глотков из бутылки. — По какой причине? Клип произвел ошеломительный успех уже в первый день, — встала недалеко от него, обложившись плечом, глядя за его действиями. — Это не связано с клипом, не бери в голову. Пойдём, хочу тебя с кое-кем познакомить, — он оставил бутылку на столе и прошёл к выходу.

The Weeknd - Escape From LA

Мы вышли из комнаты, проходя в большой VIP зал, который был немного меньше общего. Здесь так же было много людей, которые не обращали внимания на нас. Среди них были известные диджеи, продюсер лейбла XO, начинающие артисты, и другие люди, которые так или иначе были связаны с их компанией и музыкальной индустрией. Эйбел периодически останавливался около кучек с людьми и немного общался, принимая поздравления. Каждый раз он представлял меня, и было приятно, что он обо мне помнил. Я отвечала на обычные вопросы и старалась быть довольно открытой к диалогам, но чувствовала себя слегка некомфортно. Ко мне было повышенное внимание, особенно со стороны мужчин. Эйбелю это не нравилось, и он держал меня рядом с собой, не дав никому и шанса подойти близко. Мы прошли вглубь, в небольшое огороженное пространство. Я попыталась рассмотреть присутствующих здесь людей. Эйбел остановился и передал мне бокал с коктейлем. Я села за барную стойку и отпила расслабляющую жидкость. Вдруг он подошёл — и, обернувшись, я едва не поперхнулась трубочкой от шока. Передо мной стояла Лана Дель Рей. Да-да, настоящая. С сигаретой в одной руке и лёгкой, почти ленивой улыбкой на губах. Мне на мгновение показалось, что я сплю. Вот-вот зазвонит будильник, вырвав меня из сладкого морока, где звёзды casually появляются в элитных клубах, чтобы завести светскую беседу. Но нет. Это была реальность. Сама Элизабет Грант стояла передо мной — живая, чувственная, уверенная. Кто бы что ни говорил о её нынешнем образе, она выглядела великолепно. Всегда выглядела. Независимо от формы, от макияжа, от модных тенденций. Её пышную грудь подчёркивал чёрный велюровый корсет, бедра обтягивали плотные джинсы с высокой талией, а на ногах сияли классические шпильки. Волосы, распущенные и будто небрежно растрёпанные, казались нарочно неуложенными — но именно в этом и заключалась их магия. Простой образ, никаких изысков — и вместе с тем ошеломительный эффект. Такой, который не создаётся усилиями стилистов, а рождается изнутри — из силы, харизмы и необъяснимой ауры, которой обладали единицы. — Лиса, это Лана, моя старая приятельница. Слышала о такой? — с издевкой проговорил он. — Ты шутишь? — вышла из ступора и перевела глаза на него, — как можно не знать Лану Дель Рей? — удивленно подняла брови и раскрыла глаза, не поняв, что это была шутка. — А ты милая, — сказала она, изящно выпуская дым и лениво улыбаясь. — Можешь звать меня Лиз, — мягко добавила, протягивая руку с безупречно ухоженным маникюром. Я вложила свою ладонь в её — тёплую, сильную, уверенную. На мгновение меня будто окутало особое поле — аура женщины, чья слава не только в хитах и голосе, но в умении оставаться собой в мире, который диктует правила. Её облик, стиль, имидж — всё это менялось с годами, подстраиваясь под время, настроение, альбомы. Но то, что внутри — её дух, харизма, стержень — оставались неизменными. Для меня Лана всегда была чем-то большим, чем просто артистка. Она не гналась за одобрением публики, не следовала слепо моде или хайпу. Она сама была течением. Она жила творчеством, искренне, без расчёта. Не ради наград или гонораров, а ради ощущения полёта, внутреннего отклика, ради души, которая нашёптывала ей новые строки. Именно этим она и покоряла мир. Своей правдой. Тем, как отдавалась каждой песне, будто растворялась в ней, будто пела не голосом, а сердцем. На сцене она была необузданной, чувственной, свободной. Эталон женственности, силы и тайны. Эталон Ланы Дель Рей. Настоящей и великой. — Очень приятно, я Лиса, мы вместе работали над проектом Эйбеля, — живо приняла её руку и улыбнулась в ответ. От этого прикосновения по телу словно пробежал лёгкий ток, разливаясь теплом от кончиков пальцев до самой груди. Я старалась запечатлеть этот момент в памяти навсегда. — Оставляю вас пообщаться наедине, а мне нужно ещё встретиться с некоторыми людьми, — быстро испарился, как будто его тут не было. Мы раздали рукопожатие и встали ближе к барной стойке. — Я видела клип. Не могла оторвать о тебя глаз, ты умеешь притягивать к себе внимание, — подмигнула мне артистка, снова забрав моё внимание от испарившегося Эйбеля, и я совсем перестала о нём думать. — Я польщена настолько, что у меня закружилась голова от ваших слов, — нервно хохотнула, потеряв контроль и ощутив внутренний трепет. Бедром прислонилась на барную стойку, положив локоть поверх, будто пытаясь заземлиться в этой невероятной реальности. Трудно было поверить в услышанное. Мне всегда было тяжело принимать похвалу — казалось, что всё выглядело не так, как хотелось бы, и результат редко радовал меня по-настоящему. — Расслабься, мы все обычные люди. Говорю истинную правду, тебе нужно быть более уверенной в себе. Только наглость и уверенность дают зелёный свет артистам. Здесь не место скромникам, запомни это, дорогая. Она вальяжно встала, продолжив элегантно докуривать свою сигарету. — Спасибо большое, всё ещё не могу поверить, что могу говорить с вами лично и слышать такие замечательные слова в свой адрес, — широко улыбнулась и посмотрела на неё. — Перейдем на «ты». Не такая уж я и старая, — засмеялась она. — Что ты, дело не в возрасте совсем, — я приложила свободную руку к груди, немного хмурясь, стараясь не задеть её. — Ты слишком смущаешься, надо это исправлять, — певица затушила сигарету в пепельнице и заказала нам два шота текилы. Я отставила свой коктейль в сторону, и мы быстро опустошили стопки. После чего последовало ещё три таких же, и меня хорошенько развезло. Лана оказалась удивительно открытой и живой женщиной. Градус алкоголя сыграл свою роль, и я расслабилась, словно упав в безмятежный поток. Громкая музыка звучала как далёкий шум, создавая особый транс, в который я погружалась всё глубже. Тёмное помещение словно окутывало, лишая ясности, но создавая атмосферу, в которой можно было потеряться. Прохладная барная стойка приятно охлаждала кожу, открывшуюся от мини-юбки, а горячие глотки алкоголя согревали изнутри, создавая гармоничную симфонию ощущений. Идеальное сочетание. Лана рассказывала яркие и смешные истории о своей карьере, о том, как начинала с пения в кабаках, тусовалась с байкерами и устраивала такие вечеринки, что забывались все заботы. Несмотря на обеспеченную семью, Лиззи всегда сама шла к своим целям, работая с упорством и самоуверенностью, с которых начинала свой путь с самых низов. Мы сидели рядом за баром, так близко, что каждое её слово доносилось до меня легко, а я в свою очередь старалась не терять ни одной мелочи в её рассказах, наслаждаясь моментом. — Сейчас совсем другое время. Пробиться честным путем и талантом трудно. Но если ты будешь придерживаться своих принципов и делать только то, что тебе нравится, ради собственного удовольствия, а не ради популярности, то у тебя будет фундамент. Потому что тренды и мода меняются каждый день, а люди, пришедшие к тебе за твоей индивидуальностью, останутся на долгие годы. Перед тобой откроются все дороги, выбирай ту, к которой лежит твоя душа, а не более выгодную. Тогда ты точно не ошибешься, — она сделала жест, пригласив меня выпить, и мы с удовольствием опрокинули стопки, осушая их до дна. — Мне часто кажется, что я недостаточно хороша и не могу выбирать сама, что мне нужно. Делаю то, что говорят, потому что со стороны виднее, — я искривила лицо, то ли от горечи алкоголя, то ли от собственной речи, поняв, что это моя проблема. — Крошка, пока ты так рассуждаешь, твое место займет какая-нибудь бездарная курица, которая лезет везде, чтобы показать всем свою голую задницу или сиськи. Вот это её «популярность». Но ты — другая. В тебе есть харизма, внутренняя сила, свет, — она сделала пару тычков пальцем прямо в мою грудную клетку, выделив слова, — я работаю так и сразу вижу таких людей, понимаешь, о чём я? — она склонилась ближе, заглянув мне прямо в глаза и положила руки на барную стойку. — Понимаю. И всё равно мне трудно в это поверить. Но буду работать над собой. Не вижу ни одного повода не верить тебе, — мы звонко рассмеялись, продолжив смотреть друг на друга. В любой другой день мне было бы некомфортно так близко находиться с незнакомым человеком, но не с ней. Сегодня — это другое. — Вот и молодец, — Лана положила руку мне на плечо и поддерживающе погладила, убрав её через пару мгновений. Я ощутила удивительное спокойствие рядом с ней. Как будто у меня появилась старшая сестра, которая сейчас поддерживала меня. — Слушай, а что у тебя с Эйбелем? — внезапно ошпарила меня певица, загадочно нахмурив брови. — В каком смысле? — её хитрый взгляд замер на мне на мгновенье. — Что между вами происходит? Ты явно его волнуешь, как и он тебя. — Все так считают, но мы просто коллеги. Для меня Эйбел продолжительное время является кумиром и примером для подражания. Он великолепный артист, на этом все, — начала тушеваться и снова забираться в свой кокон, вспомнив о смущении. — Брось, крошка. Я знаю этого парня не первый год, он очень странно себя ведет, — она помахала рукой, играя бровями. — Что ты имеешь в виду? — Он ни разу не знакомил меня со своими коллегами в любой сфере и проектах, до сегодняшнего дня. — Вряд ли это повод задуматься, — отмахиваюсь. — После того, как Сел с ним порвала, он и смотреть ни на кого не мог. Это очень ударило по нему. Но то, как он смотрит на тебя сейчас, я была удивлена. Такой же взгляд был подарен только одной женщине. Это была Гомез, точно тебе говорю, — убеждала меня Лана, хлопая по плечу. — Почему они расстались? — резко подняла глаза на неё, подвинувшись ещё ближе. — Эта дура всё ещё страдает по бывшему, — изобразив неприязнь, она махнула рукой, — считаю, что такая женщина, как она достойна большего, чем вонючий Бибер. Она сильная и самодостаточная, но первая любовь не отпускает бедняжку, — с долей грусти подытожила. — Так значит, всё, что происходит вокруг неё и Бибера — правда? — Отчасти. Она очень грамотно умеет делать скандал и сенсацию из своей личной жизни. Как-то она приревновала Эйбеля ко мне. У нас тогда вышел трек Lust For Life, и на одной из премий она прилипла к нему, как банный лист. Он хотел пообщаться со мной, но эта девочка не отходила от Эйби ни на шаг, смотря на меня убийственным взглядом. Мы тогда отошли в сторону и пообщались с глазу на глаз. Для меня Эйбел, как младший брат и я его довольно хорошо знаю. Это не тот человек, который будет изменять в отношениях или что-то вроде того. — Я помню эту премию и статьи о ревности, — задумчиво вспомнила новости шестилетней давности. — Ого, да ты истинная фанатка, — подколола меня, смеясь. — Даже спорить не буду, это так, — хохочу вместе с ней. Пообщавшись ещё недолго, она извинилась, сказав, что ей нужно ехать. Мы попрощались, оставив друг другу номера. Почувствовав, что мне хватит пить, я попросила стакан воды на баре. Не заметив, как мне его подали, сзади подсел какой-то мужчина, явно находящийся под алкоголем и веществами. — Одна тут? — прижался плотнее и хищно оскалился. Я развернулась и увидела причину своего раздражения. По телу пробежали неприятные мурашки, наполовину отрезвив меня. Я вспомнила про свою воду и выпила залпом весь стакан. — Не одна. Жду парня, — попыталась соврать. — Я весь вечер наблюдаю за тобой. Кроме твоей подружки никого больше не было. Он прижался ещё ближе, обдав меня неприятным запахом перегара, которое я прекрасно почувствовала, несмотря на моё алкогольное опьянение. — Если бы ты смотрел внимательнее, то видел бы, что я пришла сюда не одна, и далеко не с подругой, — уже начала злиться и отодвинулась от неприятного собеседника. Я начала чувствовать себя странно, будто голова становилась чугунной, а земля уходила из-под ног. Понимала, что мне нужно подышать и сбежать от этого придурка. Встала и напролом пошла к выходу из зала, расталкивая толпу. Вышла в длинный коридор и пыталась найти выход, но совершенно перестала понимать, где нахожусь, и ловила панику, начиная задыхаться. Грубая мужская хватка вырвала меня из этого состояния, и, развернувшись, я увидела того самого парня, который только что так нагло ко мне подкатывал. — Уже уходишь? — он снова оскалился, не разжимая свою хватку. — Ты что, идиот, отпусти сейчас же, — начала орать, попытавшись освободиться. Но мужчина был вдвое больше меня, а моё тело совсем перестало слушаться. Ноги стали ватными, а голова налилась свинцом. Ещё недавно я начала трезветь, а сейчас было ощущение будто я пьянее, чем была до этого. Он затащил меня за угол, в пространство, где нас точно никто не мог увидеть и начал лапать, несмотря на мои крики. Поднял юбку и попытался пробраться дальше. Я не сдавалась, продолжая пищать и уже ревела, умоляя меня отпустить. Вдруг он отлетел от меня в другую сторону помещения, а я рухнула на пол прямо в том состоянии, в котором была, продолжив трястись от страха, хватая воздух ртом. Подняв голову, я увидела Эйбеля, который беспощадно избивал кулаками по лицу моего обидчика. Он уже лежал без сознания, но в Эйбеля будто кто-то вселился, заставляя наносить всё больше ударов уже ногами. — Прекрати, ты убьёшь его, — закричала я в ужасе, но не смела пошевелиться, прикрыв рот руками. Он резко остановился и сделал пару шагов в сторону. Достал телефон и сделал звонок. Через мгновенье появился охранник, забрал обмякшее тело и унёс куда-то. Молча подошёл ко мне, сел и заглянул в моё испуганное лицо. Я продолжила трястись и всё ещё ощущала тяжесть в теле. — Он успел что-то сделать? — дьявольские глаза смотрели прямо в душу. Он очевидно был не в себе, но не пьян и не под чем-то. Судорожно помотала головой из стороны в сторону, показав жестом, что нет. — Пойдем, я помогу тебе прийти в себя. Он помог мне встать. И тут до меня дошло, что я стояла с поднятой юбкой и в белых полупрозрачных трусах. Весело. С дрожью в руках я начала расправлять одежду, пытаясь вернуться в реальность, но вместо привычного смятения почувствовала волну лёгкости, захлестнувшую меня с головой. Тяжесть рассеялась, уступив место ясности и необычному возбуждению, что, казалось, заполнило меня целиком. Он молча взял меня за руку и повёл в комнату, где у нас брали интервью. Усадил на диван и отошёл заварить чай, одновременно обмыв руки в рядом стоящей раковине. В комнате было душно и темно. Я расстегнула пару верхних пуговиц рубашки и стала искать бутылку с водой. Увидев одну на столике, встала и направилась в сторону, где Эйбел был занят чашками и заваркой. Подойдя вплотную, открыла бутылку и жадно отпила несколько больших глотков воды. Последние несколько оказались слишком большими, что пролились мимо рта, облив подбородок и открытые ключицы. Рубашка слегка намокла, а кожу приятно охладило. Он перевёл взгляд на меня, потом на ключицы и рубашку. Я смотрела прямо на него, не отрывая глаз.

***

Я услышал, как она подкралась, словно дикая кошка на охоте, становясь рядом со мной. Звук открывшейся бутылки, мокрые хлюпанья воды и то, как она пролилась мимо, что заставило девушку слегка ахнуть. Нервы были и так на пределе, а она вздумала играть со мной. Повернув голову я встретился с ледяными глазами, полными вызова и к моему удивлению, желания. С ней было что-то не то. Я схватил, не глядя пару сухих салфеток, и вместо того, чтобы передать их ей, почему-то сделал по-другому. Придвинувшись ближе, нежно приложил салфетки на мокрые места, но она не шевелилась, а всё ещё смотрела. Подняв взгляд я не выдержал этого напряжения. Отбросив салфетки в сторону, подвинул её лицо за подбородок и поцеловал в пухлые губы. Девушка охотно ответила и закинула свои хрупкие руки мне на плечи. Я обхватил её талию, прижав к себе. Понял, что полностью перестал контролировать себя, я отпустил ситуацию. Даже если сейчас это здание загорится, я не остановлюсь, не перестану целовать желанные губы.