Нить из иголок

      Итачи рассказывал план, пытаясь обдумать все возможные варианты развития событий. Саске стоял рядом, внимательно смотря на лицо брата. Густые черные ресницы, ровная переносица, умеренно пухлые губы — это невыносимо привлекало младшего Учиху. Ресницы слабо трепетали на ветру. Губы изгибались, двигаясь в такт словам. Взгляд поднялся к нему, темный и глубокий.       — Ты слушаешь меня? — спросил вдруг Итачи.       — Конечно, — легкомысленно отозвался Саске.       — Повтори мне, что я последнее сказал?       — Что-то о том, что крайне важно не позволить Обито захватить кого-то из нас в свое Камуи.       — Мне кажется, или ты слушаешь только вполуха? Чем заняты твои мысли?       — Тобой. Разве это не очевидно?       Итачи наклонился ближе, так что их носы едва не соприкоснулись.       — Это не то, чем твои мысли должны быть заняты сейчас.       — Не думаю, что я могу остановить свое влечение к тебе, — взгляд Саске мигрировал от темных глаз брата к его губам, а после возвращался обратно и так по кругу, безостановочно, невыносимо влекомый им. Казалось, преодолей он еще всего пару сантиметров, и смог бы поцеловать Итачи. Насладиться его вкусом, запахом, теплом.       Вязкое чувство внизу живота становилось все ощутимей от этих жадных мыслей. Их окружала вокруг только опасность, и весь мир был под угрозой, но, хах, Саске мог думать только о том, как сильно он вновь хотел прильнуть к Итачи. Ощутить вибрацию его глубокого голоса на своей коже, тепло прикосновений, движение твердых умелых пальцев внутри…       Саске резко свесил голову вниз, чувствуя, как его щеки неумолимо заливает румянец. В таком положении парень ощутил тепло чужой кожи рядом, покалывание на поверхности своей от слишком близкого нахождения брата.       — Милый мой Саске, почему ты такой нетерпеливый? — томный шепот распространился внутри сознания младшего Учихи, точно сладостно-ядовитая паутина. — Я должен буду хорошо научить тебя контролю в будущем, — Итачи слабо выдохнул горячий воздух в ушную раковину другого, и Саске ощутил, как мгновенно возбуждение прокатилось вдоль его позвоночника и осело внизу. — Концентрироваться, когда необходимо, возбуждаться, когда мне удобно, и кончать по моему приказу.       Саске невольно сглотнул, чувствуя, что его горло стало слишком сухим. Сердце билось быстрее из-за слов брата, а предвкушение становилось все больше. Даже понимая, в какой ситуации они сейчас находятся, Саске все равно был бы не против, чтобы Итачи уложил его прямо здесь, вошёл без подготовки и трахал до изнеможения, учил бы и учил, пока он и в самом деле не стал бы реагировать только по его приказу. Черт, как же он хотел увидеть Итачи таким властным… Быть с ним как можно ближе, чтобы брат в самом деле воплотил все свои угрозы в жизнь.       Итачи приподнял согнутым указательным пальцем правой руки подбородок, заставляя Саске взглянуть ему в лицо.       — О чем ты снова думаешь? Я не вижу границ твоих зрачков? — лукаво прищурившись, спросил Итачи, и в этот момент он показался Саске самым соблазнительным человеком на всей земле.       — Может к черту все это? Уйдем куда-нибудь далеко и пусть сами разбираются со своими надуманными проблемами? — во взгляде младшего Учихи и правда проскальзывала слабая надежда на это.       — Будь терпеливей, мой малыш, — успокаивающе сказал Итачи и коротко поцеловал его в губы. — Потерпи еще немного, а после я хорошенько награжу тебя.       — Ты обещаешь? — Саске наклонился и поцеловал, только на пару десятков секунд дольше продлевая их соприкосновение, проводя языком вдоль таких желанных губ аники.       — Будь послушным, я обещаю, — прошептал Итачи, и позволил их языкам переплестись. Он и сам ощутил желание продолжить, но должен был остановиться. Жар губ и влага чужого рта резко исчезли, и старший Учиха чувствовал разочарование от этого. Он медленно потер блестящие влагой губы Саске, вспоминая, как те были такими влажными и соблазнительными, багрово-красными, когда Саске брал у него в рот, точно маленький непослушный демоненок, что хотел свести его с ума.       Старший Учиха отпустил отото и отодвинулся от греха подальше.       — Я надеюсь, что ты услышал меня, — уже на расстоянии спросил Итачи, и увидел сожаление и потерю во взгляде напротив.       — Я понял, брат, — чинно ответил Саске.       — Мой большой и умный малыш так разумен, — лукаво издевался Итачи.       — Ты!.. Зачем ты говоришь так? — сразу же возразил Саске.       — Ну как зачем? Маленькие дети — маленькие потребности, большие же — становятся такими жадными, их аппетит все растет и растет.       Саске насупился, но не нашел возможности опровергнуть слова аники. Его аппетит и правда многократно возрос с того времени, как он встретил вновь Итачи.       — Потому ты должен будешь хорошо утолить его, как компенсация за прошлые пустые обещания, — тихо ответил младший Учиха, слегка повернул голову в сторону.       — В этот раз обещания не будут пустыми, — в тон ему ответил Итачи и нежно поцеловал в висок, прижимая к себе, когда оказался сбоку. — Пошли, у нас не так много времени.       — Еще один, — повернулся к нему Саске, удерживая брата за запястье.       — Такой липкий, — добродушно пожаловался старший Учиха, но все же исполнил его просьбу, целуя сначала в щеку, а после и коротко в губы, чтобы снова слишком не увлечься.       — И чья это вина? — задал риторический вопрос Саске.       — Я готов взять на себя всю ответственность, можешь не волноваться об этом, — тихо и серьезно ответил Итачи.       Саске молчал, но в самом деле он был безумно рад слышать эти слова, просто его счастье было тихим и нежно согревало его внутренности со всей той любовью, что даровал ему брат.       — Давай, поскорее покончим с заданием. Мне уже надоело наблюдать за всем тем цирком, что они устроили, — решительно заявил младший Учиха, свято веря в то, что чем раньше они начнут, тем раньше закончат, и тем скорее он сможет снова остаться наедине со своим любимым аники.       — Конечно, как скажешь, — снисходительно отозвался Итачи, следуя за ним, благоразумно умолчав о том, что именно Саске был тем, кто задержал их ранее.       Учихи направились прямиком к укрытию Тоби, больше не тратя времени на обсуждения и разговоры, чтобы успеть все-таки застать противника до того, как тот выдвинул все свои силы в бой. Им было более выгодно сразиться с «главнокомандующим» армии вместо того, чтобы превращать все происходящее в настоящую войну, где уже было бы не обойтись силами пары человек.       Когда они прибыли к месту назначения, Саске передал металлические колья, запечатанные в его руке, воронам Итачи, и те, словно обычные птицы, разлетелись по округе, неся приспособления. Когда они оказались на месте, Итачи посмотрел на Саске с ожиданием в глазах.       — Все на месте, — сказал тихо.       — Он все еще внутри? — уточнил Саске.       — Это его настоящее тело, я уверен, — ответил Итачи.       Змеи располагались на их торсах, не шевелясь, словно большие темные украшения, замерли с закрытыми глазами, накапливая чакру в своих телах. Парни настолько привыкли к этому маленькому ритуалу, что вообще не обращали на них внимания, сконцентрированные на воплощении плана сражения в жизнь.       В руке Саске заскрежетали маленькие белые молнии, точно полупрозрачные древние птицы. Он прижал руку к колу и чакра, запечатанная в птицах Итачи, передалась на другие колья.       — Стихия молнии громовой переплет, — тихо проговорил Саске, активируя технику. Перед ними вырос огромный синий барьер, и стрекотание древних птиц стало намного громче, заполняя собой все пространство вокруг.       Младший Учиха выпрямился, осматривая свое творение.       — Вышло хорошо, ты молодец, — похвалил брата Итачи.       Саске довольно ухмыльнулся.       — Это было легко, — коротко взглянул он на аники. — А сейчас займемся тем, что было дальше по плану.       Итачи думал, что тот пропустил все его слова мимо ушей, но оказалось, что это было совсем не так. Старший Учиха почувствовал облегчение от того, что Саске оставался все еще достаточно внимательным, несмотря ни на что, ведь на поле боя обычная невнимательность могла стать его смертельным приговором, чего Итачи совсем не мог допустить.       Его внимание привлекла чакра противника, что стала намного отчетливей. Они оба повернулись почти одновременно и увидели, как Обито вышел из своего убежища, ища вторженцев. Его взгляд стразу же устремился в их сторону. В тот же момент множество птиц взмыло в воздух внутри барьера и полетели в сторону Обито, превращаясь в разнообразное холодное оружие. Это было весьма зрелищно, особенно для Тоби, что смотрел, как небо над ним закрывается темной занавесью атаки других Учих. Но будто физические техники могли победить его, хах.       Один из кунаев, что приземлился за его спиной вспыхнул черным пламенем. Ощутив жар, Обито тут же ушел прочь. Он мог «соприкасаться» с этим пламенем, когда был в Камуи, но не мог находиться там вечно, и тогда мужчина внезапно осознал, что задумали братья.       Обито попытался вырваться, но пламя на удивление стремительно последовало за ним, а после все вокруг резко вспыхнуло черным, когда пламя Аматерасу распространилось внутри запечатывающего пространства в виде треугольной призмы, поднимаясь пылающим столбом к небу.       Не имея другого выхода, Обито пришлось оставаться в своем пространстве, чтобы не сгореть заживо, он не мог поверить, что попал в такую наглую ловушку.       Глаза Саске обрамлял фиолетовый оттенок мелких чешуек, слабо переливаясь, а золотые зрачки внутри шарингана светились в полумраке, когда природная чакра восполняла его потери от использования столь масштабной техники. Итачи же также стал поглощать природную чакру. Он спустился на землю, спрыгнув с дерева, готовясь активировать свою технику. Старший Учиха был готов к тому, что Обито что-нибудь приготовит, когда вернется из своего пространства, но и они не пришли с пустыми руками.       Даже если он захочет поглотить Аматерасу в Камуи, Обито обязан для этого держать хотя бы один глаз открытым. А если тот открыт, значит Итачи способен активировать свою технику иллюзий. Да и сможет ли Обито справиться с огнем в другом пространстве, если тот одинаково не гас и оставался таким же опасным?       Долгожданные пять минут прошли, и даже еще почти сорок пять секунд сверху, когда Обито появился среди черного пламени, вынужденно прерывая технику. Как и ожидал Итачи, тот сразу же снова активировал Камуи, только ками известно, как он смог снова активировать её так быстро, наверняка также использовал некоторые с секретов клеток Хаширамы.       Но как только пламя перед Обито исчезло, появилась Рин, и она горела в огне. Её персиковая кожа лица плавилась, точно разреженный металл, открывая красные мышцы и белые кости черепа. Глаза Обито расширились в шоке, а тело дернулось навстречу девушке — все заняло не больше десятка секунд, но и этого хватило, чтобы его итог был предрешен.       Итачи активировал свое Сусаноо и Цукуеми еще перед тем, как тот возник в поле зрения, и стоило Обито посмотреть перед собой, убрать Аматерасу, засомневаться всего несколько долгих секунд, видя сгорающую в пламени Рин, и этого хватило Итачи. Тело мужчины проткнул клинок Тоцука. Он выглядел пораженным всего мгновение, прежде чем оказался запечатанным внутри техники.       Секунды сомнений стоили ему победы.       Саске спустился к Итачи, вставая рядом.       — Стоит ли нам уничтожить и его маленькую Армию?       С помощью улучшенного природной чакрой вечного мангекье шарингана они видели, как почти незаметная, но отличимая от обычной «природная» чакра Зетсу распространяется под землей в разные стороны.       — Если мы оставим это на попечение Конохи, прошлые ошибки могут повториться. Также настоящий Зетсу все еще скрывается, — задумчиво произнес Итачи.       — Тогда попробуем уничтожить хотя бы часть из них? — предложил Саске.       — Определенно.       Итачи приложил руки к земле, и та задрожала под ними. Саске коротко взглянул на брата и также последовал его примеру. Он сконцентрировался, чтобы видеть в почве более ясно и обнаружил множество едва различимых силуэтов в земле, что двигались внутри. Младший Учиха также направил туда свою чакру, превращая её в огромную сеть стихии молнии. С одной стороны — электричество, покрывая огромную площадь, расползлось внутри земли, поражая свои цели. С другой — черные земляные змеи Итачи использовали соответствующую силу стихии, чтобы надежно связать белых Зетсу прямо внутри, так что те оказались в ловушке без возможности побега. Когда цели были обездвижены, настоящие змеи, Аода и Шигеми, на телах Учих пришли в движение. Они поняли, что от них требуется, и, используя свойства сэн-чакры, ускорили деление клеток и жизнеобеспечение внутри тел противника.       Учиха выровнялись, наблюдая за тем, как редкие заросли вокруг превращаются в густой непроходимый лес. Оказывается, не обязательно обладать стихией дерева, чтобы заставить все вокруг расти.       Парни, не скрывая удивления, смотрели, как полу пустырь вокруг превращается в густой лес, и это вызывало внутреннее удовлетворение, когда что-то опасное так просто превратилось в полезное — по истине прекрасно использованная возможность.       — Я и не думал, что правда получится, — признался Аода, что смотрел вперед, опираясь туловищем на плечо Саске в своей уменьшенной форме.       — Вы правда хорошо поработали, — похвалил своей призыв младший Учиха.       — Да, хоть этим было и трудно овладеть, но результат того стоил, — подтвердил Шигеми, также все еще обвитый вокруг руки и торса Итачи.       — Спасибо, вы в самом деле сильно помогли, — похвалил и себе старший Учиха.       — С вами приятно работать, — кивнул змей, зная, что его ожидает сегодня вкусный ужин с курочкой в меню. Грех было бы не постараться ради такого. М-м, мягкий и сочный, тающий во рту вкус, что оставлял легкий привкус крови на языке… Он даже высунул вперед раздвоенный язычок, шипя, будто представляя тот себе.       — Осталось поймать Кабуто и самого оригинального Зетсу, — сказал Саске. — Он на удивление хорошо бегает, — усмехнулся угрожающе парень.       — Кабуто должен заняться Орочимару, я отправил к нему ворона, — ответил Итачи.       — Что тогда с Зетсу? Я не сомневаюсь в том, что его не было среди этих подделок, — выразил свои убеждения младший Учиха.       Итачи на мгновение задумался.       — Точно не среди них, на это не стоит и надеяться, но вот, судя по известной мне информации, он бы не стал действовать безрассудно или открыто, всегда предпочитая загребать жар чужими руками… Весьма вероятно, что Зетсу прямо сейчас вместе с Кабуто, — предположил старший Учиха.       — Ты знаешь, где они могут быть? — спросил Саске.       Итачи утвердительно кивнул.       — У меня есть некоторые данные, только это немного далеко от нас.       — Пойдем ли мы сейчас туда, или стоит ранее отправиться на встречу с временным Хокаге? — снова задал вопрос младший Учиха, хотя он не горел желанием идти ни к первым, ни ко второму.       Итачи, кроме нежелания Саске, также оценивал, что в сражении ранее они не экономили и потратили большое количество чакры. Если они слишком скоро снова вступят в борьбу, ничем хорошим это не обернется, но и пускать все на самотек с поимкой других приспешников плана «Глаз Луны» — не самая хорошая идея. Эти увертливые твари имеют просто устрашающую способность к выживанию.       — Отправимся, чтобы поймать других, — заключил старший Учиха.       — Куда?       — Страна Облака.       Саске понимающе кивнул. Не теряя времени, Учиха погасил Аматерасу, и они сразу же отправились в путь, настраиваясь на новые сражения. Стоило им пробежать совсем немного, как Итачи вдруг остановился, застыв на месте. Саске также поспешно затормозил. Братья встретились глазами.       — У тебя есть идея? — понял его многозначительный взгляд младший Учиха.       — Ты же владеешь призывом ястреба?       — Да, это Гаруда.       — Насколько долго он может лететь?       — Насколько хватит моей чакры… — бровь Саске немного приподнялась. Он еще никогда не использовал своего ястреба как транспорт, не в сражении… Это… Кажется, ему придется перед этим спросить разрешения у своей птицы?.. — Ты правда хочешь сделать это? — уточнил младший Учиха.       — Только, если мы выдвинемся по прямой, сможем сберечь огромное количество времени, — со слабо читаемым предвкушением в глазах посмотрел на него Итачи. И почему Саске показалось, что его брат хочет не поймать злодеев, а просто прокатиться на птичке с ветерком?..       Младший Учиха едва сдержал улыбку, чтобы не засмеяться вслух. Они сменили курс и направились к ближайшей скале, чтобы расположиться на открытой местности, которая была бы более удобной для призыва птицы.       Когда Саске уже собрался складывать печати, внезапно подал голос его другой призыв на поясе.       — С-саске-сама, — позвал Аода.       Учиха остановился и посмотрел на своего змея.       — Что такое, Аода?       — Этот ястреб… Он ведь не голодный?       Саске сразу же понял, о чем волнуется его призыв, и едва удержался от улыбки, опасаясь, что его культурный змей обидится и уйдет, если он будет смеяться над ним слишком громко.       — Не волнуйся, Аода, я не позволю ему прикоснуться к тебе, даже если он будет очень голоден, — немного с парализованным выражением лица проговорил парень, пытаясь выглядеть серьезным и решительным.       Итачи посмотрел на свою змею и наклонился ниже, тихо говоря.       — А ты не боишься? — с абсолютно непроницаемым выражением лица.       — Я укушу его, если он посмеет напасть, — горделиво произнес Шигеми.       Итачи молча кивнул, но про себя подумал, что, хотя этот змей очень храбрый, лучше бы эти двое не сражались, когда они с Саске будут лететь над морем.       Наконец Саске едва заметно глазу сложил череду печатей и призвал огромного ястреба, что с грохотом, разгоняя воздух в сторону, хлопнул большими крыльями.       Гаруда замер в воздухе на одной высоте, а после приземлился перед Саске. Он своим острым взглядом окинул их разношерстую команду, собранную на скорую руку.       — Здравствуй, Гаруда, сможешь ли ты долететь до Страны Молнии, не делая перерывов в пути? — Саске увидел, что внимание его призыва немного отвлечено. Он проследил за взглядом птицы, и увидел, что тот прикован к змее на его торсе. Сразу же после Учиха ощутил, как усиливаются змеиные объятия на его грудной клетке. Он запахнул плащ, и взгляд птицы сразу же вернулся к его лицу. — Если я поделюсь с тобой своей чакрой?       Гаруда наклонил голову в сторону, будто выражая свои сомнения.       — Её хватит, — твердо ответил Саске.       Птица следом кивнула, принимая условия презывателя.       — Также это — мой брат, — указал Саске в сторону Итачи, — он полетит с нами. Итачи в это время уже также запахнул плащ, но Шигеми все равно выставил свою черную с зеленоватым отливом приплюснутую мордочку, чтобы с вызовом посмотреть на птицу. Итачи мягко спрятал того обратно, и только тогда Гаруда немного наклонился вперед, молча соглашаясь и позволяя людям забраться на него.       — Ш-ш-ш, — послышалось тихое под плащом.       Итачи успокаивающе постучал сверху по плащу.       — Подожди немного, и все увидишь.       Они разместились на ястребе и взмыли в воздух, быстро отрываясь от земли. Ветер засвистел в ушах, и разнёсся потоками прохладного воздуха вокруг тела. Небо окрасилось яркими пятнами оранжевого рассвета. Оранжево-розовым переходил в серый и синий на волнистых тучах, к которым казалось, подай рукой, и сможешь прикоснуться, но они все же не поднимались так высоко.       Когда они набрали достаточную высоту, Саске сразу же занял позицию для медитации, Итачи расположился напротив брата. Не прошло и пары десятков секунд, как младший Учиха распахнул свои красивые обсидиановые глаза.       — Брат, ты можешь расположиться где-то в другом месте? — с приподнятой в сомнении бровью спросил Саске.       — Почему?       — Ты отвлекаешь, — младший Учиха снова спрятал свои красивые драгоценные камешки под веками, слегка хмурясь.       Итачи это позабавило.       «Такой милый», — старший Учиха наклонился и поцеловал его в складки на переносице.       — Не хмурься, малыш. Я пересяду.       Саске чувствовал улыбку и теплое дыхание на своей коже, но держал глаза плотно закрытыми, чтобы избежать этого соблазна. Не место и не время… Он вернет все сторицей в будущем, при первой же возможности.       Младший Учиха промолчал, а после почувствовал, как тепло укрыло всю его спину и расползлось вдоль живота.       Саске глубоко вдохнул через нос, сразу же протяжно выдыхая.       — Аники, что ты делаешь?             — Я сменил положение, как ты и просил, — мягко ответил старший Учиха.       «Стало только хуже… Как я должен концентрироваться в этом положении?» — подумал младший Учиха, но на самом деле не хотел больше прогонять брата. Да и куда здесь иначе деваться? Они ведь на птице!       — Да, — Саске плотнее закрыл глаза, пытаясь отвлечься.       — Расслабься, как ты будешь медитировать, когда так напряжен? — прозвучал тихий магнетический голос Итачи прямо над его ухом.       Кожа Саске сразу же покрылась мурашками, а тело напряглось еще больше.       — Тише-тише, глубокий вдох и медленный выдох, — бархатным тоном вел Итачи.       Из-за его слов Саске и правда стал расслабляться, но вместе с тем в голову полезли и не совсем приличные картины. Ощущение прикосновения спины и бедер Итачи позади него стали четче, рук на его талии. Жара, что распространялся вдоль позвоночника…       Итачи смотрел, как бледная кожа меняет своей цвет с теплого молочного на нежно-розовый, и едва сдерживался, чтобы не поцеловать его шею и не попробовать эту мягкую ткань на вкус.       Несравненный запах Итачи проник в ноздри и внутри стало так хорошо, что Саске правда смог полностью расслабиться. Он откинул голову на плечо брата, чувствуя, как потоки воздуха обдувают его лицо, как колышутся волосы, и как тепло ему в сравнении с холодным воздухом между облаков.       Итачи почувствовал, как чакра собирается в теле брата, и, прислонившись к его виску, также стал накапливать силы перед ожидающим их боем.       Тихий свист ветра, холодные потоки, возможные опасности, что их ожидают — ничто из этого не могло проникнуть в их уютный мир, где царило только тепло близкого человека.