О реках золота

Было раннее утро. Тарталья, привыкший к строгому соблюдению почти армейского режима, уже не спал. Он сидел в своей каюте и рассматривал подаренные ему Гео Архонтом палочки для еды. Молодой человек неоднократно, но в шутку жаловался, что совсем исхудает в Ли Юэ, потому что не может есть, используя палочки. И тогда-то, видимо, щедрому Архонту и пришла мысль подарить Тарталье столовые приборы с особыми выгравированными рисунками на них. Дракон и феникс. Чайльд не мог знать об истинном значении подарка, потому что спрашивать Архонта напрямую было бы нетактично. Однако у кого бы из местных жителей Ли Юэ Тарталья ни пытался узнать, что обозначают эти самые дракон и феникс, каждый трактовал изображения по-своему: кто-то говорил о том, что подобные рисунки символизируют пожелание благополучия и успехов в работе, а кто-то рассказывал, что именно такие парные палочки богатые люди дарят молодожёнам на свадьбу. Последнее особенно удивило Тарталью в своё время. Он не знал, что ему и думать: Гео Архонт отвечает на флирт таким изысканным образом или просто пытается показать дружелюбие? Чайльд на самом деле давно и немного безуспешно оказывал знаки внимания Архонту, но… Кто он такой, право слово, чтобы иметь хоть какие-то шансы на отношения с самим Божеством? Иногда отчаяние охватывало молодого человека, словно бы он любил луну — прекрасную и такую родную, но недосягаемую. Тарталья не знал, понимал Гео Архонт его намёки или нет, потому что тот никогда не высказывался прямо по этому поводу, однако на предложения провести время вместе всегда соглашался, хотя ни разу не пытался сблизиться. Чайльд очень желал прикоснуться к нему, подержать за руку, например, но по очевидным причинам боялся. И в итоге просто изнемогал от любви, надеясь на чудо в дальнейшем. Потому и было Чайльду страшно услышать от Царицы повторный приказ прибыть в Ли Юэ. Быть может, вдали от объекта своих чувств он постепенно забылся бы в работе и оставил всякие романтические желания, но теперь молодой человек не только не остановится, но и, наоборот, станет смелее. Так он решил сам, наблюдая за переливавшимся в волнах золотистым солнечным светом. Если Гео Архонт откажет и разорвёт всякие отношения, то так тому и быть, но Тарталья должен знать о его настоящих чувствах. Чайльду надоело томиться в ожидании чужого первого шага. Подходило время завтрака. Тарталья надёжно спрятал палочки для еды и вышел из каюты. Корабль был в плавании уже который день, но сегодня он наконец прибудет в Ли Юэ. Чайльда переполняли восторг и всё же тревога. Его ожидало знакомое, по сути, место, ставшее едва ли не родным, в котором он должен выполнять жестокое поручение Царицы. Раньше Тарталья не задумывался о том, что чувствуют Божества и знать этого, в сущности, не хотел. Но Гео Архонт слишком многое изменил во всё ещё формировавшемся мировоззрении Чайльда, заставляя теперь теряться в противоречии. Юношеская и привычная жестокость, жажда драк и состязаний никуда не делась, но теперь умудрялась сочетаться с наивностью, светлыми чувствами тоски, нежности и самой настоящей любви. Рядом с Гео Архонтом Тарталья преображался, становился более мягким и почти забывал о проблемах и привычных тревогах. А потому и казалось, что в нём — его судьба. Но, к сожалению или к счастью, Чайльд всё ещё оставался верен родине и идеалам Царицы, хоть и стал в последние месяцы колебаться. В ресторане молодой человек на собственное благо не встретил Синьору. Завтракать, находясь с ней в одном помещении, ему бы не позволила гордость. К тому же было стойкое ощущение, что Синьора всегда замышляла что-то против него, но до сих пор в целом это никак не подтверждалось. Чайльд заказал привычную еду Снежной, пока ещё мог ей насладиться, ведь совсем скоро он окажется вынужден периодически изменять своим сформировавшимся вкусам и пробовать новые блюда. Просто потому что знакомые ему в Ли Юэ не готовят. Чтобы сократить расходы и не тратить денег попусту, корабль в Ли Юэ направлялся не с двумя единственными пассажирами Предвестниками, но и нельзя сказать, что другие люди на борту были простыми жителями Снежной. Чайльд, сидевший за круглым столом с белой скатертью, тайно поглядывал на присутствовавших в ресторане, и одну женщину даже узнал. Она была писательницей из знаменитого и богатого рода. И другие люди также являлись представителями элитного общества Снежной, судя по их манерам и одежде. Никто не захотел контактировать с Чайльдом и завязывать разговор, но то было и к лучшему: молодой человек и сам не желал беседовать и знакомиться с кем бы то ни было. Впрочем, быть может, гости корабля оказались осведомлены, что перед ними не простой юноша, а один из Предвестников Фатуи. После завтрака время для Тартальи стало тянуться ещё медленнее, он едва находил себе место от скуки, но в итоге самым банальным образом сел в каюте и начал читать роман из Ли Юэ, купленный у торговца в порту Снежной. Не то чтобы парень надеялся получить какую-то достоверную информацию из художественной литературы, но его позабавил слог и удивили сюжетные повороты: жители Ли Юэ осмеливались писать всякие небылицы про собственного Архонта? Да, в таких работах его восхваляли, показывали в лучшем свете, однако… С чего авторы романов взяли, что Гео Архонт может менять облик и превращаться, например, в дракона? Чайльд сначала посмеялся над написанным: бред! Чистая выдумка, написанная, чтобы обогатиться на образе любимого народом Гео Архонта. Но чем дальше он читал, тем больше сюжет захватывал его воображение и тем больше узнавалось подробностей про культуру и мышление если не самого Бога, то хотя бы его подданных. А вдруг и правда Гео Архонт — дракон, потому и подарил палочки для еды с таким изображением? В дверь неожиданно послышался громкий стук, но никто не зашёл. — Господин Чайльд! Корабль причаливает в Ли Юэ! Даже не поняв, кто сообщил ему это, молодой человек воодушевлённо ответил, а после стал укладывать вещи обратно в чемодан. Тарталья вскоре почти выбежал из каюты, выйдя на палубу. Солнце окрасило небо своим огненным закатом, облаков оказалось почти не видно, а вода за бортом была спокойна. Тёплый ветер земель Ли Юэ обдал худые щёки Чайльда, и парень отчего-то улыбнулся, словно возвращался домой. В каком-то смысле, наверное, так и было. Гавань, как всегда, была полна людей, шума и искусственного света от фонарей. Чайльд слышал что-то восторженное о «Празднике морских фонарей», но сам на нём закономерно никогда не присутствовал. Хотя не отказался бы, пожалуй, выпади возможность. Тарталья стал сходить с корабля, умиротворённо смотря вокруг. Его небольшой чемодан вмещал всё необходимое, и он нёс его в крепких руках.

***

Спустя всего два дня отдыха и адаптации к Ли Юэ, Чайльд первым делом отправился в приёмную Цисин. Там его ожидала всё та же старая бюрократия, с которой он никак не мог смириться. Подобными вопросами в Снежной обычно занимался не Тарталья, но сейчас именно он представлял дипломатические интересы своей страны, так что придётся потерпеть и пройти досмотры, допросы и убедить секретарей организовать ему встречу с руководительницей Цисин. — Прошу прощения, но у госпожи Нин Гуан все встречи расписаны на месяц вперёд. Можем записать вас на вторую неделю следующего месяца, — просматривая расписание, ответила секретарь в чёрно-вишнёвом платье. Если честно, Чайльду иногда казалось, что абсолютно все люди низших позиций в Цисин выглядели совершенно одинаково не только из-за одежды, но и внешности. Он даже не старался запомнить их имён и знал только представителей верхушки организации. — И что же, вы даже не можете передать ей сообщение? — Зависит от того, какое у этого сообщения будет содержание. — Скажите, что с ней по поводу экономического соглашения на поставку лекарств хочет увидеться одиннадцатый Предвестник Фатуи — Чайльд. Секретарь услужливо записала сообщение на пергамент с некой особой красной меткой. — Вы его представитель? — без намёка на шутку, совсем серьёзно спросила женщина, но Тарталья закономерно разозлился. — Я и есть Чайльд! — возмущённо заметил он, немного скривив лицо от негодования. Секретарь сложила руки в характерный для жителей Ли Юэ жест извинения. — Прошу прощения, я едва знакома с вашей организацией. Но я пометила сообщение, чтобы его доставили быстрее. Куда вам потом направить ответ? — В Банк северного королевства. — В графе «Имя» указать просто «Чайльд»? — Да, в Банке всё поймут. Секретарь кивнула, а короткое отведённое на приём время закончилось. Тарталья удалился из приёмной, но следующий человек за ним не зашёл. Потому что секретарь после ухода Предвестника тяжело вздохнула и повернулась к стене, к которой ранее сидела спиной. — Каковы дальнейшие распоряжения, госпожа Е Лань? После этих слов из-за каменной колонны в отдалении комнаты выплыла стройная и высокая женщина с задумчивым выражением лица. — Я лично поговорю с Нин Гуан, а бумагу передай мне. Встречу с ним нельзя откладывать, но я не знаю, как она отреагирует на это. — Почему нельзя? — Предвестники — по-своему опасные в дипломатическом плане люди. С ними надо соблюдать предельную осторожность, — ответила Е Лань, изучая пергамент, а сама параллельно думала: «Сейчас Властелин Камня ведёт внезапные переговоры, теперь этот Чайльд пришёл просить аудиенции Нин Гуан: что-то тут нечисто», — и мысль эта была напряжённой, почти пугающей, но Е Лань сохраняла хладнокровие. — Возвращайся к работе, — приказала Е Лань секретарю, забирая бумагу с собой, а затем также покинула приёмную Цисин.

***

Тарталья очень хотел записаться ещё и на приём к Властелину Камня, но, столкнувшись с очередной бумажной волокитой, смиренно отложил эту затею. Быть может, потом ему повезёт, а пока ему нужно было дождаться встречи с Нин Гуан. Во время записи его немного поразило то, что секретарь совсем не удивилась просьбе, ведь Нин Гуан занималась, скорее, не экономическими вопросами в Цисин, а общеполитическими, была руководителем организации. Конечно, она могла решать любые проблемы Ли Юэ сразу после Властелина Камня и являлась по совместительству его правой рукой, но обычно экономические соглашения подписывала Кэ Цин. В этом как раз и была причина, почему Тарталья просил аудиенции именно Нин Гуан — она была ближе всех к Властелину Камня, поэтому могла знать об их хороших, по крайней мере, дипломатических отношениях, в то время как с Кэ Цин… Тарталья знал, что дипломат из него, мягко говоря, не очень, потому что нередко он становился центром сложных психологических ситуаций и конфликтов из-за своей юношеской воинственности и нетерпеливости, которые тяжело уживались со слишком строгими порядками жителей Ли Юэ. Но тем не менее он искренне пытался понять чужие традиции, если не принять, то хотя бы просто сосуществовать с ними. И в этом он делал определённые успехи, которые хотелось невольно продемонстрировать Властелину Камня при личной встрече. Если она, конечно, случится, думалось Чайльду. Из-за очереди в приёмной Тарталья потратил почти половину дня на ожидание, и сейчас время клонило ближе к позднему вечеру. Темнело, зажигали бумажные фонари, люди стали возвращаться с работы. Чайльд шёл мимо «Глазурного павильона» в Банк северного королевства, чтобы проверить почту, но вдруг услышал спокойный и до приятной боли в сердце знакомый голос: — Здравствуй, Чайльд. Тарталья резко обернулся и увидел того, о ком грезил последние несколько дней как минимум. Молодой человек ахнул от неожиданности и удовольствия при виде статного мужчины с непоколебимой осанкой в тёмно-коричневом брючном костюме. — Здравствуйте, Властелин, — Чайльд низко поклонился, приветствуя Архонта в традиционной манере жителей Ли Юэ. Властелин Камня бархатисто и тихо засмеялся, довольный поведением Тартальи. — Успел что-то выучить, как я вижу. Похвально, — с этими словами Гео Архонт подошёл к Чайльду, опуская руку в чёрной перчатке на его всё ещё склонённую голову. После приветствия жители Ли Юэ обычно ожидали благословения Архонта, и Тарталья его получил, после чего выпрямился и почти с обожанием посмотрел на Властелина Камня. — Но не утруждай себя сегодня вечером: зови меня просто Чжун Ли. Мужчина нежно улыбнулся, и сердце Тартальи затрепетало. Он почувствовал, что мысли едва формулируются в его голове от волнения. — Хорошо, — кивнул парень. — Неужели вы меня искали, Вла- — но тут же остановился, понимая, начал говорить неправильно. — Чжун Ли… Чем я обязан вашему появлению? — О, я всего лишь хотел пригласить тебя на ужин. Ты ведь ещё не ел? — непринуждённо, как о давно решённом деле говорил Чжун Ли, чем заставил Тарталью удивиться. — Но… — однако Чжун Ли не дал молодому человеку договорить. — Возражения не принимаются. Ты уже несколько раз приглашал меня и платил за ужин. Настало моё время отплатить тебе тем же добром. Пойдём в «Глазурный павильон»? И, не дожидаясь ответа, зная, что Чайльд согласится, Чжун Ли направился в ресторан. У официантки на входе он забронировал столик и одним лишь взглядом, когда повернулся, позвал парня за собой. Чайльд, внутренне трепеща то ли от счастья, то ли от необъяснимо приятного ощущения рядом с Чжун Ли, послушно зашёл. В ресторане были ещё люди, но проницательный Властелин Камня заказал стол на пару персон, готовый оплатить все места, лишь бы он и Тарталья сидели только вдвоём. Официантка сопроводила их к столику, который закрывался от общего зала большой ширмой. Чжун Ли, как и полагается, сел во главу стола. Тарталья расположился за местом на углу слева от него. — Не стесняйся, заказывай всё, что пожелаешь. Тарталья не знал, что и думать: его мысли заполонило только ощущение необъятной радости при виде возлюбленного. Но всё же он не мог позволить себе такую роскошь, как потерять всякое самообладание. Ему нужно было показать себя перед Властелином Камня в первую встречу после долгой разлуки с самой лучшей стороны. Сделав заказы и ожидая приготовления еды, Чайльд и Чжун Ли, наконец, заговорили. — Ну давай, побеседуем по-дружески, как в старые добрые времена, — улыбнулся Чжун Ли, чётко осознавая всю неловкость ситуации для Тартальи. Он догадывался, что молодой человек испытывал к нему чувства, но закономерно не мог знать и оценить степень привязанности: может быть, это была лишь юношеская влюблённость, а, кто знал, вдруг и настоящая любовь? Чжун Ли проверял парня на прочность и верность, если так можно было выразиться. Ведь он, будучи внешне взрослым мужчиной, а психологически древним существом, осознавал, что любым своим неосторожным действием может как убить всякое светлое чувство в Чайльде, так и, напротив, увидеть излишнее в том, что было простой игрой для того. — Давайте, — легко согласился Тарталья, постепенно расслабляясь. — Я хотел записаться к вам на приём, но секретари Цисин выбили меня из сил своими бумагами. Откуда же вы знали, что я в Ли Юэ? Чжун Ли едва заметно нахмурился. Ему «птичка нашептала». — Ох, это немного долгая история, так что давай отложим её на десерт, если ты не против, — и метафорично, и прямолинейно одновременно ответил Гео Архонт, очевидно хитря. Но Чайльду ничего не оставалось, кроме как согласиться. — Какими судьбами снова в Ли Юэ? — задал Чжун Ли вопрос, аккуратно разливая заранее приготовленный в ресторане чай по чашкам. Он лишь изредка смотрел на Тарталью, каждый свой взгляд превращая в снисходительный подарок, в то время как Чайльд не мог противостоять соблазну и не отводил глаза в сторону. Он хотел запомнить как можно больше, увидеть всё, насладиться каждой секундой чужого присутствия рядом. — Работа, что же ещё, — пожал плечами Чайльд, не очень довольный темой разговора. Любой приказ Царицы меркнул в его глазах, когда он видел перед собой этого мужчину и… чувствовал его совсем близко. Тарталья вдруг заморгал чаще, возвращая себя в реальность. Что это он такое только что подумал? Властелин Камня ему просто знакомый разве что, они не любовники, чтобы такие мысли были позволительны. Но что-то природное почти вопило в Чайльде, когда он смотрел на Чжун Ли. Что-то не поддающееся рационализации. Природа омеги, скорее всего. Тарталье пришлось сжать руки в кулаки на коленях, чтобы небольшой физической болью отогнать свои неподобающие мысли. Чжун Ли отпил чай, прикрыв глаза. Он явно никуда не торопился и словно ожидал продолжения речи Чайльда. — Но я, если честно, скучал по здешним местам. — О, вот оно как. Чем же запомнились тебе мои владения? — словно заигрывая, как хотелось думать Тарталье, спросил Чжун Ли. Мужчина делал что угодно, чтобы специально не смотреть на молодого человека — поправил чёрные плотные перчатки на руках, начал медленно есть принесённые блюда, долил себе немного чая. «Тем, что здесь я встретил вас», — подумал Чайльд, но, естественно, ему пришлось ответить иначе: — Особым морским теплом и высочайшими горами. Здесь необъяснимо спокойно и просто приятно проводить время. Жаль, что у меня его слишком мало, чтобы полноценно наслаждаться жизнью здесь. Чжун Ли улыбнулся, поставив чашку на стол и, наконец, посмотрев на Тарталью. — Если любишь смотреть на пейзажи с высоты, то недалеко от Гавани есть Гробница Дуньюй со статуей Архонта как раз на не очень высокой горе. Оттуда открывается интересный вид на древние развалины. Можешь устроить себе путешествие по возможности. Чайльд рискнул заглянуть в золотистые глаза Чжун Ли, но быстро смутился и спрятал взгляд. — Спасибо за рекомендацию. Я буду иметь в виду. Очень скоро официантка принесла последнее блюдо. Но трапеза ещё совсем не заканчивалась. Видя, что Тарталья более умело справлялся с приёмом пищи именно с помощью палочек, Чжун Ли снова не удержался от похвалы. — Твоё умение держать палочки в руках явно усовершенствовалось с нашей последней встречи. Молодец, исправляешь ошибки. У Чайльда складывалось ощущение, что с ним действительно флиртовали, но так завуалированно и изысканно, используя игру с интонацией и словами, как подобает только самому Архонту. — Не мог не попытаться хотя бы. Ваши замечания не остались незамеченными. Чжун Ли слегка улыбнулся: намеренно или случайно, но молодому человеку удалось так же тонко и красиво ответить. — Но где же мой подарок, позволь поинтересоваться? — Я, к сожалению, не мог знать, что вы пригласите меня на ужин, поэтому не взял его. Но я привёз ваши палочки с собой. Я просто боюсь сломать их в бою. А моя работа, сами понимаете, иногда подразумевает сражения. Чжун Ли, соглашаясь, кивнул. — Конечно, такую прелесть было бы ужасно потерять в схватке или среди похитителей сокровищ. Эти палочки дорого стоят, они выручили бы целое состояние. — Я слишком высоко ценю ваш подарок, чтобы подвергнуть его такой опасности. Но я тренировался именно на тех палочках. Чжун Ли после разговора вдруг достал из глубоких карманов своего пиджака чёрный футляр с золотистым узором, в котором лежали точно такие же, как подаренные Тарталье, палочки с драконом и фениксом. До этого для еды мужчине палочки не требовались, но сейчас стали вдвойне уместными. Чайльд почувствовал, как смутился от увиденного даже сильнее, чем от собственных мыслей ранее вечером. Неужели Гео Архонт и в самом деле был к нему неравнодушен, но в силу своего воспитания и происхождения показывал чувства только ему понятным образом? Однако Тарталья не стал ничего уточнять про палочки, продолжив трапезу и задав интересующий его вопрос повторно: — Так откуда же вы всё-таки знали, что я вернулся в Ли Юэ? Чжун Ли охнул и элегантно взмахнул рукой, как будто одним этим жестом говоря: «Точно! Как я мог забыть?» — Если честно, я до последнего откладывал этот разговор не потому, что не доверяю тебе, а лишь потому, что не знаю, как ты отреагируешь на мой рассказ. Тарталья встревожился, временно прекратив есть, и обеспокоенно посмотрел на Чжун Ли. — Прошу вас, не томите, иначе мне станет только хуже. Властелин Камня кивнул. — Днём я имел честь беседовать с твоей коллегой — Синьорой.