Клинок Мурасаме

— Итак, начнем наш классный час с проверки посещаемости, — проговорила Окаминэ-сенсей, доставая классный журнал. Снова обычные школьные будни. Ничего необычного. Шидо, Оригами и Тока молча сидели за партами, наблюдая, как классный руководитель ведет учёт посещаемости занятий. — Ицука Шидо? — Здесь. — Ямабуки Ай? — Здесь. — Арисава Тацуки? — Здесь. — Тономачи Хирото? … Тишина. — Тономачи сегодня отсутствует? Ицука, ты случаем не знаешь, где он? — Нет, в последнее время мы с ним не особо разговариваем, — честно признался парень. — Вот как?.. — учительница слегка кивнула. — Ну хорошо, нужно будет уточнить этот вопрос. Пойдем дальше. Хакурей, Мурасаме до сих пор в больнице? — Да, он… — Я здесь. Прежде чем девушка успела договорить дверь открылась и в класс вошел юноша с черными волосами. Он шел, опираясь на устройство, похожее на костыль. Взгляд всей аудитории переместился на него. — А-а?! — у Рейму отвисла челюсть. — Ты что тут делаешь?! Тебе ещё неделю нужно восстанавливаться! — Ходить могу значит восстановился, — ответил Евгений, подойдя к своему месту и сев за него. — М-Мурасаме, ты уверен? — забеспокоилась Тамаэ. — Всё-таки здоровье — это самое главное. Не нужно переступать через самого себя. Может тебе ещё немного отдохнуть? Твоя мама сказала, что ты попал в аварию и повредил руки и ноги. Ты должен был пролежать в больнице по меньшей мере месяц. — Не переживайте, Окаминэ-сенсей, если бы я все ещё чувствовал себя плохо, то не пришел бы сюда, — успокоил учительницу Женя. — Я ведь не совсем идиот чтобы рисковать своим здоровьем. — И то верно… — кивнула женщина. — Н-но если тебе станет хуже, то немедленно иди в лазарет, понятно? — Вас понял. — Хорошо, продолжаем проверку посещаемости. Учитель вновь начала перечислять имена учеников. Мурасаме почувствовал легкий толчок в свою спину. Он повернулся. — Рада что с тобой всё хорошо, Женя, — тепло улыбнулась Тока. — Ага, я тоже рад что ты в порядке, — юноша улыбнулся в ответ. Рейму же бросала напряженные взгляды на Мурасаме. Однако внезапно её внимание переключилось на другой голос. — Доброе утро, прошу прощения за опоздание. Глаза Токи, Оригами, Шидо и Жени расширились. Оно и понятно. В класс вошла та, кого они меньше всего ожидали увидеть. Её волосы блестели подобно чёрному жемчугу, белая кожа точь-в-точь как фарфор, губы цвета спелой вишни складывались в пленительную улыбку, а из-под чёлки вместо глаза таинственно мерцал золотом циферблат. Во всём мире есть только одна такая девушка. Куруми. Токисаки Куруми. Худший Дух, которому подчиняется Ангел, что повелевает временем, — Зафкиэль. — Ч-что… — А? Токисаки? Ты вернулась? — задала вопрос Тамаэ, не на шутку удивившись и посмотрев на девушку, вошедшую в класс. — Да, прошу прощения за долгое отсутствие. Мне срочно пришлось уехать за границу. Но теперь я вернулась и готова продолжить обучение. — Вот как? Это конечно хорошо, но тебе придется долго усваивать пропущенный материал. — Ничего страшного, думаю мои одноклассники с удовольствием мне помогут, — Куруми повернулась к классу и слегка подмигнула. Но взор её был направлен лишь на двух человек. Евгений Мурасаме и Шидо Ицука. Прозвенел звонок. Толпа учеников обступили парту Токисаки, словно она была каким-то диким зверьком. Мурасаме медленно поднялся на ноги и собрался подойти к ней, но внезапно его взяла за руку Рейму. — На пару слов. — Э-эй, не так агрессивно… Юношу буквально утащили из класса. Жрица вела его по коридорам, пока не добралась до лестницы. Она начала быстро подниматься вверх, пока не достигла входа на крышу. Рейму буквально пнула дверь и потащила парня за собой. — Какого хрена ты творишь? — девушка прижала его к стене, крепко держа его за плечи. — Забыл наш разговор? Для тебя сейчас любое общественное место является прямой дорогой в могилу. Раз ты такой тупой повторю ещё раз. Призвав то оружие, Энума Элиш, ты спровоцировал мощный выброс духовной энергии. Настолько мощный что его почувствовала даже Мариса, пролетавшая над Парижем. — Да-да, я помню, — вздохнул Евгений. — Это означает что всплеск духовной энергией охватил как минимум всю Японию. — И в этом всплеске была зафиксирована ТВОЯ духовная энергия. Теперь как минимум все маги Японии знают о твоем существовании. Они будут тебя искать. Я ведь говорила тебе залечь на дно и как можно реже появляться в общественных местах. Напомню, что ты теперь не маг особого уровня, половина твоей духовной энергии просто исчезла из тела. — Да знаю я, — юноша скрестил руки на груди. — Я просто хотел поговорить с Шидо насчет DEM и их планов. — Об этом не переживай, я уже всё ему объяснила. Разговор двух напарников неожиданно прервала появившаяся на крыше Куруми Токисаки. Рейму отошла от Жени и посмотрела на духа. — К тебе у меня тоже есть вопросы, — заговорила жрица. — Что ты здесь забыла? Снова хочешь Шидо поглотить? — Разумеется хочу, но если DEM его убьют, то все мои планы пойдут коту под хвост. — Тогда почему не сожрешь его прямо сейчас? — Боюсь создам слишком много шума, — объяснила девушка, прислонившись к стене. — Сожрешь его, когда он у всех на виду. Тем более я обещала одному человеку немного повременить с его поглощением. Да, Мурасаме? — Вроде того, — ответил Евгений. — Слушай, Куруми, а тебе больше Лена не нужна? — Нет, она ведь всё нам рассказала, а значит пользы от неё больше нет. Делай с ней что хочешь. — Что ж, это хорошая новость. У меня как раз есть идеи куда её пристроить. — Рада за тебя, но не думай, что это все новости на сегодня. — А случилось что-то ещё? — Мурасаме младший приподнял одну бровь. Куруми отошла от стены и немного прошлась по крыше. — Я решила немного проследить за Уэсткоттом, — начала она. — Он серьезно подошел к подготовке к войне с Рататоском. — Это стало понятно, когда он устроил нападение пустых на заводы Рататоска, — ответил парень. — Что конкретно он сейчас делает? Токисаки молча повернулась к нему лицом. Даже невооруженным глазом было видно, что она напряжена и встревожена. — Собирает армию.

◇

Тюрьма. Полагаю каждый из вас хоть раз, но слышал об этом месте. Неприятное здание, в котором заключены люди, совершавшие какие-либо преступления. Это нам всем известно. Но эта тюрьма отличалась от остальных. Алькатрас. Казалось бы, ничего необычного. Тюрьма, находящаяся на острове в заливе Сан-Франциско. В разные годы он был фортом, потом на нем построили крепость. А в 1861 году остров стал функционировать как тюрьма. Но не для людей, а для магов. Алькатрас был спроектирован так, чтобы удерживать внутри самых опасных колдунов, заклинателей и чародеев. Здесь не было простых камер и решёток. Каждый блок представлял собой сложную маготехническую конструкцию, сочетающую сталь и рунические печати. По периметру острова тянулся невидимый купол, завеса, которая гасила любую попытку колдовать. Здесь содержали тех, кто либо сошёл с ума от собственной силы, либо совершил преступление против государства или Совета магов. В Алькатрасе время текло иначе - дни казались вечностью, а вечность превращалась в наказание. И именно сюда, сквозь холодный туман залива, прибыли Освальд Уэсткотт и Артемизия Эшкрофт. — Ты уверен, что это хорошая идея? — спросила девушка, проходя вместе с мужчиной мимо камер, в которых содержались заключенные. — Разумеется, — ответил Авантюрин, вертя в руках рубин. — Это приказ самого Айка, завербовать самых сильных магов. А на моей памяти таких всего пятеро. Четверых мы уже приняли в свою команду, остался последний. — И кто же? — Маг особого уровня, псих, принимавший участие в гражданской войне в Ишваре. — Погоди, ты серьезно хочешь завербовать ЕГО?! — Артемизия отшатнулась. — Я понимаю, он маг сильный, но у него с головой не всё в порядке. Что, если он вместе с врагами начнет атаковать нас? — Поверь мне, этого не произойдет, — успокоил девушку Освальд. — Мы создадим для него такие условия, от которых он не сможет отказаться. Эшкрофт слегка успокоилась, но все ещё была напряжена. Она последовала за мужчиной, продолжая осматривать здание. Наконец они дошли до ничем непримечательной камеры. Освальд махнул рукой, и сопровождавший их охранник приложил карточку к замку. Механизм издал сухой щелчок, и по стальной двери пробежали тонкие линии светящихся рун, медленно угасая. Камера открылась, но вместо привычного глухого скрежета петли выдали глухой, почти предостерегающий гул. Внутри, на полу, скрестив ноги, сидел мужчина. Его длинные волосы обрамляли лицо, а руки сковывали стальные наручники. Он поднял голову и улыбнулся — слишком широко, слишком спокойно. — О, — протянул он, глядя на Освальда и Артемизию, — Гости? Давненько ко мне никто не заходил… Девушка инстинктивно сделала шаг назад, а Авантюрин же, напротив, шагнул вперёд, сжимая в руке рубин. — Ну здравствуй, Кимбли. Давненько хотел увидеться с тобой лично, — произнёс он ровно. — У меня есть для тебя предложение. На свободу не хочешь? — На свободу? Ого, давно я не слышал этого слова, — тихо усмехнулся маг. — Допустим хочу. Что от меня требуется? — Тебе придется заняться любимым делом… — Освальд слегка прищурился, посмотрев на мага перед собой. — Багровый алхимик.

◇

Дверь медленно открылась. Не успел Мурасаме младший зайти в квартиру как в его объятия тут же прыгнула Ния. — С возвращением, Женяша, — она поцеловала парня в щеку и немного отстранилась. — Как всё прошло? Избавился от Елены? — Ты так это говоришь будто я её убить собирался, — ответил Женя, закрыв за собой дверь и начав снимать куртку. — Я попросил Тахомару присмотреть за ней. К счастью, он согласился. — Вот и славно. Теперь мы снова одни, как и должно быть. Палец мангаки скользнул по груди Евгения. — Итак, чего же ты хочешь в первую очередь? Поесть? Принять ванну? Или… — Только не говори… — Или меня? Женя слегка вздохнул и протер глаза. — Есть только две вещи, которые я сейчас хочу. Первое: это бургер. Второе… — Второе и так понятно, Женяша. — А вот и не угадала. Второе: спокойно провести время с моей девушкой. Без секса. — Ну во-о-от… Ния наигранно вздохнула, немного прошлась и упала на диван. Парень лишь усмехнулся. В какой-то мере ему нравилось так дразнить её. Он подошел к ней и потрепал её волосы. — Хватит дуться, радость моя, — сказал он, сев рядом. — Ты что, не рада проводить со мной время? — Конечно рада, — она тут же подползла к нему и положила голову к нему на колени. — Просто мне хочется большей близости между нами. Большей страсти. Юноша начал гладить мангаку по волосам. — Я понимаю, но в данный момент нам лучше всего просто отдохнуть вместе. Согласна? Ния чуть нахмурилась, но всё же кивнула. — Ладно, — тихо сказала она, закрывая глаза. — Только помни, Женяша, я не сдаюсь так просто. — О, я и не надеюсь, — усмехнулся он. — Ты ведь у меня упрямая. Мягкая тишина наполнила комнату, перемежаемая только звуками улицы за окном. Женя откинулся на спинку дивана, чувствуя, как усталость постепенно отступает, а тепло Нии на коленях расслабляет сильнее любой ванны. — Хочешь узнать, как долго я могу быть спокойной? — вдруг произнесла она, не открывая глаз. — И как долго? — Минут… пять. В ту же секунду девушка схватила Евгения за воротник и притянула к себе. Она прижала парня к кровати и оседлала его, заглянув ему в глаза с хитрой, почти хищной улыбкой. — И эти пять минут уже прошли, — прошептала она. Женя закатил глаза, но уголки губ предательски дёрнулись в улыбке. — Ты неисправима, — тихо сказал он, положив руки ей на бёдра. — Я же просил… — Просил, но я же не обещала, что буду послушной. Тем более… — она потерлась носом о его нос. — Я хочу продолжить то, на чем мы остановились в тот день, когда нас безжалостно прервали. С этими словами мангака впилась в губы парня, начав медленно, но страстно его целовать. Мурасаме закрыл глаза, прижимая девушку к себе. Его ладони, сначала осторожно лежавшие на её бёдрах, постепенно скользнули вверх, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Хонджо, словно угадывая каждую его мысль, углубила поцелуй, но в какой-то момент он всё же мягко отстранился, тяжело дыша. — Ния… — он чуть улыбнулся. — Если мы продолжим, я уже точно не смогу остановиться. — А кто сказал, что нужно останавливаться? Внезапный тихий хруст заставил пару остолбенеть. Они медленно повернули головы и заметили сидящую за столом Окиту. Её взгляд был направлен влюбленную парочку, а в руках была небольшая пачка орешков. Все ещё смотря на Евгения и Нию она медленно, неспеша, положила орешку себе в рот, начав медленно жевать. Девушка и юноша переглянулись, а затем снова направили взгляд на Окиту. — И давно ты там сидишь? — наконец задал вопрос Женя. — …Час уже, — спокойно ответила Содзи. — Час? Серьезно? — Я овладела способностью стоять настолько недвижимо что становлюсь незримой для глаз… — Но ты же орешками хрустишь… — Неторопливо… Плавно… Совершенно незаметно… — ответила Окита, снова медленно отправляя себе в рот орешек. Евгений посмотрел на своего слугу и тихо вздохнул. — Ты появилась в тот момент, когда мы начали целоваться, да? — …Да. Ния закрыла лицо ладонями и тихо застонала. — И ты всё это время просто… сидела и смотрела? — спросила она, чуть повернувшись в сторону Окиты. — Наблюдала, — невозмутимо поправила та, продолжая грызть орешки. — Это было… познавательно. Евгений покачал головой, чувствуя, что остатки романтического настроения безвозвратно улетучились. — Ну и как, понравилось? — Честно? — Содзи задумалась, прищурившись. — Я ожидала больше драмы. Ния тихо хмыкнула и опустила голову на колени Жени. — Так, Женяша, может, всё-таки бургер? — Бургер… и спальня с запертой дверью, — вздохнул он, бросив косой взгляд на Окиту.