Между свечой и солнцем

             - Орден Гусу Лань примет Хэцинь.       Глаза заклинателей повернулись к нему; одни расширились от удивления, другие - в смятении.       - Глава Ордена Лань, ты уверен?       В тоне императора сквозило беспокойство. Они спорили об этом давным-давно. Но в напоминании о том, что было потеряно той ночью, не было необходимости.       - Средний брат…       Веер Хуайсана замер; шок отразился в его чертах.       Капитуляция Не Цзунхуэя и признание в том, что он сделал, перед всем военным советом вызвали смятение, особенно с учётом того, какой удар его действия нанесли по репутации Ордена Не.       Глава Ордена Оуян потребовал казни генерала Не. Однако император умело отклонил это предложение, и Хуайсан заметно расслабился, когда глава Ордена Оуян неохотно согласился.       Расследование действий генерала Не будет проведено позже, если и когда посланник Ордена Вэнь, наконец, их покинет.       Но заявление Лань Сичэня сделано не для этого. Его заявление связано с тем, что Цзинь Жулань и Оуян Цзычжэнь покинули цитадель. Их не нашли ни в Нечистом Царстве, ни в лесах, окружающих крепость.       Они исчезли.       И судя по острому взгляду, который он получил от своего брата, а также по лёгкому прищуру глаз Ваньиня, они заподозрили то же самое. Учитывая то, насколько проницательным был Оуян Цзычжэнь, существовала вероятность того, что и он, и Цзинь Жулань могли подслушать разговор у костра.       О том, как проникнуть в Безночный город и спасти Вэй Усяня, Вэнь Сычжуя и Цзинъи.       Цзинь Жулань был дерзким, но не таким импульсивным, как Цзинъи. Сичэнь знал, что молодой человек не устоял бы – пламя справедливости, стремления всё исправить горело в нём ослепительно ярко, едва ли не сильнее, чем в его сыне – и отправился в путь.       Его решение – его заявление – было принято насторожено, но разумно.       Старейшины Ордена никогда не потерпят этого. Но Сичэнь не собирался отказываться от единственного шанса, который он мог дать четырём молодым людям и Вэй Усяню, - лучший шанс сбежать.       Его руки, сцепленные за спиной, слегка напряглись, когда он повторил свои первоначальные слова и добавил то, что, как он надеялся, было чем-то более приемлемым для Альянса.       - Орден Гусу Лань примет Хэцинь. Наше единственное условие - мы хотим заключить брачный контракт. И мы хотим, чтобы Вэнь Жохань присутствовал при этом.       Это был единственный путь.              Сычжуй оглянулся, услышав, как Цзинъи глубоко вздохнул и шумно выдохнул. Как бы он ни хотел протянуть руку и коснуться пальцами руки принца, он этого не сделал. После того, что произошло – после того, чему стал свидетелем Цзинъи – его друг теперь понял, насколько опасна ситуация для них обоих.       Один из стражников внутри уже сообщил об их присутствии. Указанный стражник вскоре вернётся и сообщит, кто из них пойдёт первым.       Скорее всего, первым будет отчитываться сам Сычжуй, поскольку его доклад был относительно коротким. Но, зная огромный полёт фантазии, который был присущ Вэнь Жоханю, когда различные петиции и люди хотели, чтобы их услышал главный заклинатель, был шанс, что Цзинъи возможно вызовут первым.       Это заставило бы Сычжуя ждать – вероятно, несколько часов кряду – пока призовут его. Он не осмелится вернуться в свою комнату, если позовут Цзинъи. В первый и последний раз, когда он ушёл, после того, как кто-то был вызван перед ним, он был наказан за свои очевидные проступки.       Стражник вернулся:       - Вэнь Сычжуй, главный заклинатель сейчас выслушает Ваш отчёт.       Сычжуй коротко кивнул и переступил порог массивных дверей. Огромные створы сомкнулись за его спиной, но юноша не обернулся. Вместо этого, он двинулся вперёд, мимо различных министров и советников (по его мнению, подхалимов), которые прозябали при дворе. Мимо Вэнь Чао, на котором практически висела Ван Линцзяо. Мимо Вэнь Сюя, который взирал на него с яростным гневом. Волосы кузена по-прежнему были короткими, хотя с того момента, как Сычжуй обрезал их прошло уже более двух недель.       Старшие ученики - совершенствование большей части из них даже не могло сравниться с навыками Дивизии Лазурного Дракона, опять же, по мнению Сычжуя – тоже присутствовали в зале. Ему показалось немного странным, что их призвали ко двору, но он предположил, что книги, которые читал Цзинъи, служили двойным уроком по совершенствованию и Ордену Вэнь.       У Сычжуя никогда не было формального образования в области совершенствования – в отличие от учеников. Некоторым основам он научился у своих тёти и дяди. Тем не менее, большая часть его образования была сосредоточена на боевой подготовке; очень мало на теоретических и других областях исследований, связанных с заклинательством. Именно поэтому Сычжуй был очень смущён, когда Цзинъи предложил ему отправиться на ночную охоту – и не просто для того, чтобы лучше понять планировку Безночного города.       Глаза, а также продолжающийся рассеянный шёпот, насмешливое хихиканье и тому подобное следовали за юношей. Он проигнорировал всё это – слова отца, обращённые к нему, а также знание того, что Цзинъи находится в его сердце и мыслях, придавали ему сил.       Сычжуй остановился в центре зала, прямо перед лестницей, ведущей к трону Вэнь Жоханя. Он поклонился, поздоровался и вытащил отчёт. Один из министров принял у него доклад, и Сычжуй поднялся из поклона.       Отчёт был передан Вэнь Жоханю, который взял его и лениво пролистал. Ничто в выражении лица мужчины не выдавало того, о чём он думал.       - Я не слышал ни о каких казнях, Сычжуй, - заявил главный заклинатель несколько минут спустя, откладывая сшитые бумаги на подлокотник трона.       - Некоторые из них сбежали. Стражники погнались за ними, поймали их и убили на месте, - ровным и уверенным тоном солгал Сычжуй. - Возможно, они не были главными зачинщиками, но нет сомнений в том, что то, что они стали свидетелями последствий, которые они сами и вызвали, вселило в них страх. Я намерен продолжать расследование.       Вэнь Жохань кивнул, но больше ни о чём не спросил:       - Оставайся на сегодня. Я уверен, что ты сможешь узнать что-то интересное и новое от принца Ланя.       - Да, главный заклинатель, - ответил Сычжуй сквозь короткий насмешливый шёпот.       Он поклонился и отступил в ряды министров и советников слева от себя. Он не был уверен, разрешено ли ему находиться в зоне учеников, поскольку он никогда официально не был принят в их ряды и не обучался как таковой.       Был вызван Цзинъи. Он появился и уверенной походкой приблизился к лестнице. Его глаза не искали Сычжуя, но юноша был уверен, что принц заметил его в строю.       Вэнь Жохань начал расспрашивать Цзинъи – безжалостно и прямо, требовательными словами. Они беседовали о техниках Ланей, связанных с изгнанием нечистой силы, вызовом духов и на многие другие темы, о существовании которых Сычжуй никогда не подозревал.       Ответы принца были краткими; Цзинъи всё ещё сопротивляется. Тем не менее, поскольку вопросы, время от времени, повторялись и делались всё более развёрнутыми, ответы становились немного длиннее – как будто их исподволь вытаскивали из принца. Блеск в глазах Вэнь Жоханя сверкал всё острее.       Только потому, что Сычжуй узнал некоторые слова, которые лично дописал в заметки Цзинъи, он понял, что его друг просто играл. Что кажущийся расстроенным тон был ненастоящим…       Пронзительный крик хищной птицы внезапно сотряс воздух. Принц замолчал, а ученики и придворные ошеломлёно огляделись.       Несколько секунд спустя в зал влетел орел. К одной из его лап был прикреплён небольшой бамбуковый кожух.       Все взгляды устремились к Вэнь Жоханю, но птица неожиданно полетела вовсе не к нему. Грациозно взмахивая могучими крыльями, орёл направился к принцу Ланю и приземлился на его вытянутое запястье. Цзинъи успел вытянуть руку в последний момент, едва избежав острых когтей, грозящих впиться ему в лицо, голову или плечо.       Озадаченный принц отцепил бамбуковый кожух, открыл его и вытряхнул на ладонь свиток. Нахмурился, прочитав надпись снаружи, и развернулся к Вэнь Жоханю.       - Это для Вас, главный заклинатель.       Зал наполнился ропотом; многие придворные смотрели на происходящее с озадаченными лицами.       Один из учеников выступил вперёд и взял свиток у Цзинъи. Орёл издал громкий протяжный звук, клацнул клювом в сторону ученика и резко взлетел, пару мгновений спустя растворившись в воздухе.       В зале тотчас возникла суета. Через свиток было пропущено несколько заклинаний, проверивших послание на наличие ловушек, а потом его с поклонами поднесли Вэнь Жоханю. Сычжуй с лёгким опасением наблюдал, как мужчина развернул небольшой свиток. Его тёмные глаза двигались взад и вперёд, прежде чем на его лице появилось выражение мрачного веселья.       - Хэцинь был принят с одним условием, - объявил Вэнь Жохань и опустил свиток себе на колени.       Сычжую решительно не понравился проницательный взгляд этого человека, особенно направленный на Цзинъи.       - Глава твоего Ордена, твой приёмный отец, хочет заключить брачный контракт. Напрямую. Со мной. Он считает, что Орден Гусу Лань имеет силу – влияние – на это соглашение.       Зал наполнил издевательский смех; среди тех, кто громко смеялся, был и сам Вэнь Жохань. Сычжуй увидел, как Цзинъи слегка сжался, и пожалел, что не может сорваться со своего места и подойти к нему.       Вэнь Жохань поднялся и насмешливо взмахнул свитком:       - Итак, Орден Гусу Лань считает, что у него есть силы вести переговоры. После того, как они отказались склониться и принять условия соглашения более двадцати лет назад, вынудив моего сына Вэнь Сюя принять решительные меры, чтобы предотвратить дальнейшее кровопролитие…       - Вэнь Сюй сжёг Облачные Глубины! Мой дом!..       Гневный протест Цзинъи был прерван ударом слева, который он получил от Вэнь Жоханя. Сычжуй закусил губу настолько сильно, что пошла кровь, и попытался подавить крик тревоги, когда Цзинъи кучей рухнул на пол.       Однако, как бы болезненно это ни выглядело, принца это не остановило. Сычжуй видел, как он вытер кровь, капающую с губ, и вызывающая ухмылка растянула его губы, обнажив окровавленные зубы.       - Это не было решительными мерами! Это было настоящее убийство!..       С губ Сычжуя сорвался сдавленный крик, нечто среднее между «Нет!» и «Прекратите!». Он не мог продолжать смотреть, как Цзинъи причиняют боль. Обутая в кованый сапог нога Вэнь Жоханя замерла на расстоянии нескольких сантиметров от живота принца.       - Пожалуйста, остановитесь, главный заклинатель! – воскликнул Сычжуй и едва не упал, когда кто-то из придворных, среди которых он стоял, вытолкнул его вперёд.       Вэнь Жохань слегка прищурился, его дикий взгляд ещё не стих. Мгновение спустя мужчина всё-таки пнул Цзинъи мыском сапога и отошёл.       - Теперь семь, принц Лань. - Это всё, что сказал Вэнь Жохань, прежде чем вновь уселся на свой трон со свитком в руке.       Сычжуй слегка нахмурился, не совсем понимая, что это значит. Но его внимание было отвлечено, когда Цзинъи медленно поднялся. На одной стороне его лица медленно расцветал внушительный синяк от этого единственного удара.       Сычжую отчаянно хотелось броситься к нему и помочь. Ему потребовалась вся его воля, чтобы этого не сделать. Он заставил себя сохранять дистанцию между ними.       - Сычжуй и принц Лань, вы двое отправитесь к главному астроному и попросите его определить благоприятную дату для церемонии, - приказал Вэнь Жохань.       Сычжуй поклонился:       - Как пожелаете, главный заклинатель.       Цзинъи сделал то же самое, хотя его слова прозвучали скорее как едва слышный шёпот, но Сычжуй осмелился предположить, что была в них и доля язвительности.       - Ван Линцзяо, сходишь к главному астроному с ними. Запиши рассказанные подробности. Мы увидим, как сильно глава Ордена Лань захочет обсудить контракт, как только обнаружит, что в Хэцине для этого места нет.       За его словами последовал хриплый смех, явно с намерением ещё больше унизить их обоих. Сычжуй не позволил этому повлиять на себя; хотя он видел, что Цзинъи задевает поведение придворных, хотя он и делает настолько твёрдое и храброе лицо, насколько это возможно.       Что ещё хуже, Сычжуй почувствовал, как взгляд Ван Линцзяо скользит по ним двоим. Он поклонился Вэнь Жоханю и, развернувшись, устремился к дверям, удивив Цзинъи своей поспешностью. Опомнившись, принц через пару секунд нагнал его, А вот Ван Линцзяо пришлось не просто. Сычжуй с садистским удовольствием услышал её испуганный возглас раздражения: тесная одежда, которую женщина выбрала сегодня, не позволяла ей идти так быстро, как шли они двое.       Юноши оставили её далеко позади, добравшись до вотчины астронома за несколько минут. Цзинъи попытался сдержать смех, но безуспешно.       Сычжуй изо всех сил старался игнорировать хихиканье принца, зная, что не может проявить никакого духа товарищества – даже перед учеником астронома. Когда они оказались в приёмной, Сычжуй церемонно представился ученику и согласился подождать.       Ученик юркнул за одну из дверей, а буквально через пару минут в приёмную влетела Ван Линцзяо. Она фыркнула, глядя на Сычжуя, но тот проигнорировал её.       Цзинъи же оглядел взмыленную женщину, хмыкнул и закатил глаза. Ван Линцзяо явно обиделась на это, но вместо того, чтобы сказать что-либо на словах, принялась обмениваться с принцем сердитыми взглядами. Это ещё больше позабавило Цзинъи – и ещё больше укрепило его решимость подколоть её.       Сычжуй подавил желание закрыть глаза и вздохнуть. Что-то в здании астронома заставило Ван Линцзяо, как ни странно, не произносить вслух её обычные глупости. Это радовало, а вот совершенно ребяческие переглядки, которыми обменивались Цзинъи и женщина, немного раздражали.       - Главный астроном сейчас примет вас, господин Вэнь, принц Лань.       Цзинъи вернул своё внимание к происходящему и последовал за другом. Сычжуй услышал, как ученик придержал недовольную Ван Линцзяо, но не обратила внимания на то, что ещё говорилось.       Внутри комнаты их ждал сам главный астроном. Юноши остановились. За их спинами послышались шаги. Ван Линцзяо всё-таки прорвалась внутрь, но не подошла ближе, только шагнула за порог. Ученик удерживал её там.       По мнению Сычжуя, метод определения «благоприятной» даты свадьбы был немного странным. Тем не менее, он покорно устроился на указанном месте, Цзинъи тоже. Им обоим было любопытно, поскольку ни один из них никогда не изучал этот процесс и толком ничего не знал об астрономии.       На то, чтобы определить благоприятную дату, потребовалось больше половины дня. К тому времени, Ван Линцзяо уснула стоя. Даже Сычжуй, ожидая результатов, впал в лёгкое оцепенение. Однако всех их разбудил хлопок в ладоши главного астронома.       - Двенадцатый день десятого месяца! – объявил он.       - Это меньше чем через месяц! - воскликнул Цзинъи.       - Да, это так, - невозмутимо проговорил главный астроном. – Главный заклинатель просил назвать дату, она названа. Вы все можете уйти.       Было ясно, что их дальнейшее присутствие главный астроном считал помехой, поэтому Сычжуй поблагодарила его за службу – на что брови мужчины слегка приподнялись от удивления – и направился к двери. Он услышал вежливые слова Цзинъи, прежде чем его догнали шаги.       - Я не хочу сейчас возвращаться в нашу комнату, принц Лань, - внезапно заявил Сычжуй, остановившись перед лестницей.       Ван Линцзяо проницательно взглянул на них обоих, и тоже не стала спускаться по лестнице, чтобы доложить главному заклинателю.       Сычжуй постарался проигнорировать её и сохранил тот же тон.       - Давай отправимся в город, - предложил он и посмотрел на принца. - Туда, где мы оба сможем погрузиться в удовольствия, которые он предлагает. И, чтобы ты также смог выбрать подходящую спутницу, которая составит тебе компанию в постели после церемонии.       Озадаченный взгляд, брошенный на него Цзинъи, исчез, как только появился. Как и лёгкое расширение его глаз. Действительно, стоило и дальше практиковаться с полуправдой; Сычжуй был рад, что принц довольно легко распознал ложь.       Сычжуй не взял друга за руку и не обнял его за плечи. Всё, что он сделал, это схватил Цзинъи за левое запястье и потащил его за собой. Изумлённое выражение лица Ван Линцзяо осталось позади.       Их не остановила стража у ворот. Вместе они вошли в город. Сычжуй провёл принца по разным улицам и переулкам – к определённому району города.       Он почувствовал, как Цзинъи испуганно замер на мгновение, как только они миновали тёмно-красные, сверкающие фонари Фуфэна, которые чётко отличали эту часть города от любого другого места. Сычжуй мягко потянул друга за собой.       Бордель, в который они вошли, был не из лучших, и находился в дальнем конце этого квартала удовольствий. Запах духов, которым обдало их обоих на входе, был тяжёлым и довольно пьянящим. Цзинъи споткнулся, и Сычжуй притянул его немного ближе. Он привык к этому запаху.       Женщина у стойки с любопытством посмотрела на них обоих. Сычжуй незаметно вытащил из кармана металлический знак и продемонстрировал его на раскрытой ладони. Глаза женщины слегка сузились, а потом она улыбнулась и повела их дальше.       Они поднялись по лестнице – по двум пролётам на третий этаж. Сычжуй держал Цзинъи ближе к себе, понимая, насколько тот смущён и растерян. Комната, в которую их привели, была предпоследней в правом коридоре.       Внутри на большой кровати лежали две пышнотелые женщины, одетые совершенно неподобающе. Глаза Сычжуя даже не задерживались на них, а вот Цзинъи напрягся, старательно отводя глаза – этикет заставлял его вести себя именно так.       Сычжуй втащил принца в комнату, и провожавшая их женщина с тихим щелчком закрыла за ними перегородку.       Тем не менее, ни одна из женщин не сдвинулась с места, они так и лежали, развалившись на кровати. Сычжую пришлось силой тащить Цзинъи через комнату. Он остановился лишь один раз, для того, чтобы активировать ряд деревянных рычажков, скрытых кнопками за столом, на котором стояло несколько музыкальных инструментов.       Через полминуты крохотная дверь приоткрылась. Сычжуй распахнул её шире и втолкнул Цзинъи в проём. Затем скользнул следом и тихонько прикрыл дверь за собой. Проигнорировав озадаченный взгляд принца, Сычжуй снова взял его за запястье и начал спускаться по узкой лестнице.       Они вышли на улицу совсем в иной части города – красные фонари, символизирующие развлечения, больше не горели над ними. Фонарей Фуфэн было здесь всего несколько штук. Юноши находились недалеко от того места, где раньше жили гора Дафань и Дивизия Лазурного Дракона.       Сычжуй отпустил запястье Цзинъи и огляделся вокруг с задумчивой улыбкой на лице. Здесь было тихо, но если бы он закрыл глаза, то мог бы легко представить, как жители горы Дафань, время от времени, забираются так далеко, чтобы собрать припасы и обменяться некоторыми предметами с жителями этого квартала, ближайшего к дальнему концу квартала удовольствий.       - Давай продолжим, - сказал он и отправился в путь.       Шаги Цзинъи за его спиной слегка зачастили, пока принц не догнал его. А когда Сычжуй оглянулся, он увидел, как друг смотрит по сторонам с широко раскрытыми глазами.       Они направились в пустующий район, где раньше жила гора Дафань. Те, кто въехали сюда после того, как «коренные» жители сбежали, поспешили убраться после того, как Сычжуй убедил их сделать это. Он сделал это, чтобы защитить себя и дать Вэнь Жоханю иллюзию того, что, возможно, однажды гора Дафань снова займёт это место.       Сычжуй остановился перед своим старым домом. Он протянул руку, осторожно толкнул дверь и вошёл. Цзинъи последовал за ним.       - Здесь я жил, - начал он, внезапно почувствовав смущение, когда принц огляделся вокруг.       Те, кто сбежали, взяли с собой только самые необходимые вещи – одежду, провизию и некоторые инструменты. Подставка для доспехов, различные книги, которые он собирал и читал на протяжении многих лет, и мебель остались. Его сундук, скорее всего, был пуст – он надеялся.       Цзинъи хмыкнул:       - Это выглядит…       - Пусто?       - Нет. - Цзинъи слегка покачал головой. - Аккуратно. Очень похоже на то, что однажды я мельком увидел, когда заглянул в одну из комнат в цзинши. Доме, где Ханьгуан-цзюнь оставался в уединении.       Сычжуй не ответил. Он подвёл Цзинъи к кровати, единственному месту, кроме холодного пола, где было достаточно места для них обоих.       - Подожди здесь, я найду бинты и травы, - сказал он.       - Всё в порядке.       Сычжуй не упустил из виду, что по лицу принца на мгновение пробежала дрожь, а стоило ему попытаться отступить, Цзинъи тотчас схватил его за руку.       - Со мной всё в порядке, Сычжуй. Я быстро выздоравливаю. Разве ты не помнишь, что ты сказал? В том фермерском доме?       Сычжуй немного покраснел. Цзинъи усмехнулся и потянул его за руку, молча настаивая на том, чтобы он сел.       Нежное чувство от того, насколько ребяческим был этот жест, наполнило Сычжуя. Он решил побаловать Цзинъи. Как только он сел, принц отпустил его и откинулся назад, упав на кровать. Его ноги свисали с края, а на лице сияла широкая улыбка.       Беззаботная, весёлая атмосфера, которую Цзинъи создал одними своими действием, согрела Сычжуя. Он огляделся вокруг и услышал довольный вздох принца.       - Хорошо у тебя. Действительно тихо. Очень похоже на библиотеку Облачных Глубин. Я никогда не думал, что буду скучать по тишине, - заговорил он через несколько минут.       Сычжуй оглянулся. Глаза Цзинъи всё ещё были закрыты, но теперь его руки были сложены на затылке.       - Цзинъи?       Принц открыл один глаз:       - Хм?       - Расскажи мне, пожалуйста, что такое Облачные Глубины?       Цзинъи ухмыльнулся:       - Конечно.       Мгновение спустя он приступил к своему рассказу. Цзинъи поведал о том, как рос там, в горном Ордене, среди облаков. Поведал забавные истории о лекциях, о библиотеке и всех её книгах, об учениках и их выходках, о приглашённых студентах и о знаменитых гостевых лекциях Гусу Лань, перемежающихся нарушениями правил.       Сычжуй смеялся вместе с принцем. А, время от времени, закрывал глаза и наслаждался звуком его голоса, наполняющим комнату.       Он слушал истории о различных ночных охотах, о видах призраков и случайных демонах, с которыми сталкивался Цзинъи. О том, как последняя партия младших учеников, которую он курировал вместе с другим старшим учеником своего Ордена – до того, как разразилась война – застыла, когда они столкнулись с относительно безобидным растительным духом.       Это были забавные истории; истории светлых времен. Истории, которые он хотел бы пережить, а не расти в Безночном городе. Они не вернули Сычжую сгоревшие в лихорадке воспоминания о том времени, которое он, по-видимому, провёл в Облачных Глубинах, но они наполнили его радостью.       - Сычжуй?       Сычжуй опустил взгляд. Цзинъи убрал руки с затылка и положил их на кровать. В голосе принца звучала некоторая усталость – солнце уже село, и наступила ночь. Ни одна свеча не была зажжена; дому нужно было сохранять иллюзию пустоты. Несмотря на слабый лунный свет, он увидел, что у Цзинъи задумчивое выражение лица, и он жевал нижнюю губу.       - Да? – спросил Сычжуй.       - Как ты думаешь, Вэнь Жохань воспользуется датой свадьбы и нападёт во время церемонии?       - Да.       - Я тоже так думаю.       Сычжуй лёг рядом, но не придвинулся к Цзинъи. Он не был уверен, как его друг отреагирует на близость в данный момент, но и не мог игнорировать бессильный тон, который услышал.       - Что тебя беспокоит?       - Зачем ты провёл нас через этот бордель?       Сычжуй некоторое время не отвечал. Поездка сюда была импульсивной. Тем не менее, после объявления было ясно, что им обоим нужно уйти куда-нибудь ещё, а не оставаться во Дворце Солнечного Огня. В его намерения не входило ни раскрывать Цзинъи секретную сеть, ни использовать преимущества, которые давала эта сеть.       Он знал, что, покинув этот дом, они уже никогда не смогут вернуться.       - Это было... что-то... что неожиданно оставил один из людей моего подразделения, - осторожно проговорил он. - Что-то, что защитит нас, пока мы здесь остаёмся. То, чем мы больше не сможем воспользоваться.       - Было ли это связано с проблемой сбоев, которую Вэнь Жохань поручил тебе расследовать?       Лёгкая улыбка тронула уголки губ Сычжуя. Он забыл, насколько проницательным был Цзинъи за всем этим дерзким, вспыльчивым и нетерпеливым выражением лица.       - Просьба главы Ордена Лань провести переговоры по контракту может дать этому «чему-то» преимущество, - осторожно проговорил он.       - Вэнь Жохань не сдвинется с места, - заявил Цзинъи деловым тоном. - Даже я вижу, что он знает и чует ловушку. - Принц глубоко вздохнул и добавил: - Но ты прав. Нам нужно убедить Вэнь Жоханя отправиться на переговоры.       - Есть идеи? – повернув голову, спросил Сычжуй.       В темноте глаза Цзинъи слегка блестели, отражая залитую лунным светом комнату. Ещё одна улыбка озарила его красивое лицо.       - Несколько, - услышал Сычжуй его ответ. - Абсурдные идеи, но они есть.       - Я бы хотел их услышать.       И Цзинъи начал объяснять. Сычжуй слушал, тихо смеясь вместе с принцем над некоторыми из наиболее нелепых вариантов. И пусть большинство идей Цзинъи были смехотворными, некоторые из них оказались вполне жизнеспособными, при правильном применении и вложенной в них правильной полуправде.       А когда идеи начали иссякать, а голос Цзинъи начал ещё больше окутывать Сычжуя сонливостью, он мягко шикнул на принца.       Тот немного помычал, а потом зевнул.       Сычжуй вложил свою руку в руку Цзинъи, переплетая их пальцы. Ни один из юношей не чувствовал необходимости придвинуться ближе друг к другу, довольствуясь тем, что они просто лежат на кровати, пока их ноги всё ещё свисали с края.       - Давай останемся здесь сегодня вечером, - мягко предложил Сычжуй.       - Давай, - согласился Цзинъи, подавляя ещё один зевок. - Мне бы этого хотелось.       Сцепив руки вместе и наслаждаясь теплом, они погрузились в сон.              Следующее утро…       Сычжуй проснулся, когда Цзинъи сделал это: сдвинулся на кровати и нежно прикоснулся губами к тыльной стороне его ладони. Это простое действие мгновенно стряхнуло остатки сна с Сычжуя.       Между юношами было мало разговоров, пока они приводили в порядок себя и дом перед тем, как тихо уйти.       По краю неба уже пробивался рассвет, но солнце ещё не поднялось над чёрными горами. Юноши не спеша вернулись в центр города, следуя предписанному маршруту, чтобы сохранить прикрытие того места, куда они ускользнули.       Очень немногие люди в этот час не спали, но стражники, заметившие их на выходе из увеселительных заведений, удивлённо моргнули. К полудню эта сплетня распространится, и каждый человек во Дворце Солнечного Огня узнает, где они предположительно провели ночь.       Они вернулись в свою комнату, и влились в привычную утреннюю рутину. И только после того, как Цзинъи выставил поднос с остатками завтрака за дверь, Сычжуй, наконец, поднялся с того места, где сидел.       Он встретил принца на полпути от двери к столу. Нет нужды говорить, что Сычжуй воспользуется «благосклонностью» Вэнь Жоханя и попытается убедить принца уйти. Но прямо сейчас они взялись за руки, и неожиданно Цзинъи наклонился вперёд, соприкоснув их лбы.       Сычжуй увидел, как прикрылись глаза принца; он явно наслаждался моментом.       Через несколько секунд Цзинъи отстранился, поднял руки и слегка обхватил ладонями шею Сычжуя. Сычжуй обнял Цзинъи за талию. Для них обоих это было утешительным жестом.       - Будь осторожен, - прошептал принц.       В утреннем свете его золотисто-карие глаза показались Сычжую невероятно красивыми. Ему хотелось остаться в таком положении подольше, но он не осмелился. Ему придётся уйти сейчас, чтобы успеть на личную аудиенцию к Вэнь Жоханю – до прибытия остальных придворных.       - Я постараюсь, - торжественно пообещал Сычжуй.       Принц продолжал удерживать его ещё несколько секунд, а потом Сычжуй вырвался. Неохотно Цзинъи отпустил.       Сычжуй подошёл к двери, открыл её и шагнул в коридор. Больше не оглядываясь, он направился в сторону главного зала. У входа он также не задержался. Его шаги были быстрыми, но спокойными и чёткими. Стражники у дверей выглядели удивлёнными его появлением в столь ранний час; без сомнения, они немного дремали на посту.       Его объявили и разрешили войти, тяжёлые двери закрылись за ним. В главном зале было жутковато, там не было никого, кроме Вэнь Жоханя. Мужчина стоял возле высохшей лавовой купели в центре зала.       - Главный заклинатель, - поприветствовал его Сычжуй и поклонился.       Ответа не последовало, мужчина лишь коротко взглянул на него и снова вернул своё внимание к рытвине в полу. Сычжуй не воспринял это как приказ удалиться, поскольку Вэнь Жохань не сдвинулся с места, и выжидательный взгляд в его глазах не исчез.       - Я считаю, что в Ваших интересах вести переговоры по брачному контракту, а не требовать и ожидать его подписания Орденом Лань, - немного выждав, начал Сычжуй.       - Информация из публичных домов? – насмешливо проговорил Вэнь Жохань.       Это было свидетельством того, как быстро новости о том, где они с Цзинъи были, дошли до ушей этого человека.       - Ты никогда не ходил к ним, - помолчав, заметил Вэнь Жохань.       - Мне надлежит позаботиться о том, чтобы принц Лань оставался относительно счастливым.       Ответом ему стало презрительное фырканье. Тем не менее, Вэнь Жохань не отвернулся от пересохшей купели и не отвлёк своё внимание на что-то другое, как он обычно делал, когда ему надоедали темы, предложенные министрами, учениками или даже его собственными сыновьями.       - Вы получите преимущество для Ордена Вэнь, главный заклинатель, - продолжил свою ложь Сычжуй. - Хотя я, возможно, не смогу родить детей при жизни, принц Лань может. Любые дети, рождённые от его увлечений, будут иметь его кровь. Его возможности. Его силу.       - Ты бы позволил наставить себе рога.       Это был не вопрос, а утверждение. Было ясно, что Вэнь Жохань не верил в эту часть, хотя мысль о том, что в его руках окажутся потомки самого духовно чувствительного Ордена, заинтриговала его. Вэнь Жоханю предлагали не только контролировать жизни этих детей, но и потенциально возродить совершенствование Ордена и снова сделать его могущественным. Очень заманчивое предложение.       Сычжуй понимал, что их с Цзинъи план сработает только в том случае, если Вэнь Жохань поверит его лжи, и он продолжил:       - Принц Лань спас мне жизнь. Я бы не назвал его другом, но эти последние несколько недель, которые вы позволили нам провести вместе, дали мне представление о нём. Чем он счастливее, тем более отзывчив. Угрозы ему, как Вы это продемонстрировали сегодня, только вызовут негодование и гнев. Ему будет труднее принять свою судьбу.       - Орден Вэнь не балует заклинателей. Тебе лучше запомнить это, или мне ещё раз напомнить?       - Нет, - поспешно согласился Сычжуй. – Мы не балуем. Но мы ещё не женаты. Орден Лань попросил всего об одной уступке, хотя мог бы попросить гораздо большего…       - Потому что они слабые…       - Если да, то почему Вы отступили, главный заклинатель?       Удар слева был достаточно сильным, но Сычжуй не дрогнул. Вместо этого он встретил враждебные глаза главы твёрдым, непреклонным взглядом.       - Это сейчас, главный заклинатель, - тихо заявил он.       Вэнь Жохань не пошевелился. И при этом мужчина ещё не опустил руку, хотя Сычжую показалось, что она немного ослабла. Клочки энергии обиды кружились вокруг Вэнь Жоханя, но запах разложения и гари не сильно усилился.       - То, что предлагает принц Лань и его потенциальное потомство, - это будущее. То, что просит глава Ордена Лань, - это простая просьба. Всё это - на будущее. Я предлагаю воспользоваться переговорами.       - Ни один ребёнок, рождённый от семени принца Ланя, не будет принадлежать Ордену Лань, - хмуро произнёс Вэнь Жохань.       - Они должны это знать.       - Это можно записать…       - И легко обойти, главный заклинатель.       Проницательный взгляд, который бросил на него Вэнь Жохань, был нечитаемым. Но Сычжуй не волновался. Он уже поймал главу в паутину лжи. Всё, что ему теперь нужно было сделать, это убедить мужчину отправиться на переговоры.       Между ними воцарилась тишина. Вэнь Жохань больше не обращал внимания на лавовую купель. Он стоял перед ней, как будто это была его кафедра.       - А что насчёт долга принца Ланя?       - Семь раз спасённый, я полагаю? - проговорил Сычжуй, сохраняя спокойствие, насколько это возможно.       Он мог разумно предположить, что в седьмой раз он спас жизнь Цзинъи вчера. Оставалось только догадываться, как Вэнь Жохань вёл подсчёт. Но у него было ощущение, что ничего хорошего из этого возмещения не выйдет – то, что Цзинъи «задолжал» за то, что его жизнь была спасена семь раз, будет востребовано в самой извращённой форме.       - Шесть раз тобой, один - твоим отцом.       Сычжуй опустил взгляд. Благодаря этому заявлению он понял, с чем связаны долги. Башня Кои. Ляочэн. Цинхэ. Военный лагерь. Лента Цзинъи. Хэцинь. И наконец, вчерашний день. Большинство из них относилось к тщательно разработанному шестнадцатилетнему плану Вэнь Жоханя. Всё было разрушено за несколько месяцев.       Было глупо спрашивать, как Цзинъи – или Орден Лань – выплатят такой тяжёлый долг. Вместо этого Сычжуй спросил:       - Могу ли я взять на себя долги и связанные с ними наказания? В конце концов, нам предстоит пожениться.       - Можешь, - ответил Вэнь Жохань с недобрым блеском в глазах. - Но больше никаких разговоров о вашем союзе. Возможно, наказание, применённое для погашения долга, научит тебя лучше контролировать принца Ланя. Взамен я пойду на переговоры.       - И какое это наказание? - спросил Сычжуй.       Вэнь Жохань просто улыбнулся со зловещим выражением лица. Мужчина отступил назад и раскрыл руку; жестом руки приглашая Сычжуя заглянуть в пустую лавовую купель.       Сычжуй так и сделал и не смог остановить дрожащий, полный трепета выдох.