Пора домой

Россия, Санкт — Петербург, 2000

      — Валера, — Диляра легонько, но настойчиво тормошила спящего парня за плечо, пытаясь разбудить.       На часах было четыре часа ночи, все обитатели четырёхкомнатной квартиры в центре Санкт-Петербурга мирно спали в своих кроватях. Хотя нет. Вечером Малика и Наиля уснули в спальне родителей, потом ночью прибежал Равиль, испугавшись монстра под кроватью, и в итоге Ляйсан теснилась между детьми и собакой, которая удобно расположилась в ногах, без возможности пошевелиться.       Через несколько часов темноволосой нужно было вставать на первую пару в юридический вуз, но в отличие от родственников ей не спалось.       — Сегодня не моя очередь выгуливать Алиску, — сонно пробормотал Туркин и спрятал голову под подушку.       — И заводить двойняшек в школу, — добавил он.       В большой семьей никто не останется без дела, как на первом знакомстве пояснила Ляйсан, поэтому потенциальный зять имел домашние обязанности.

Россия, Санкт-Петербург, 1999

      — Ты сейчас надо мной издеваешься? — Ляйсан в притворном удивлении приподняла брови.       — Когда я успеваю тебе изменять, если порой у меня нет времени банально помыть голову? — она одарила мужа осуждающим взглядом и продолжила собирать разбросанные игрушки по комнате.       Девушке стало до глубины души обидно, потому что за девять лет совместной жизни она не давала ни малейшего повода усомниться в своей супружеской верности. Целыми днями она только и занималась семьей.       — Вот только не надо распускать слюни, — Кащей с отвращением скривил лицо, его ладони нервно сжались в грозные кулаки, — если трахалась с ним — имей смелость признаться.       — Я помогла нашему соседу перевести инструкцию с английского, а он мне подарил цветы в качестве благодарности. И все, — заливаясь жгучими слезами от обиды, раздраженно воскликнула девушка.       — Такие веники просто так не дарят, — фыркнул темноволосый, с ненавистью поглядывая на пышный букет роз, стоящий в вазе.       У Ляйсан возникло непреодолимое желание поинтересоваться, откуда у мужа столь феноменальные знания о цветах, если последний раз он дарил ей букет на рождение двойняшек девять лет назад.       — Доволен? — в порыве бешенства девушка схватила букет и выкинула его из окна.       — Я сама встречу Диляру на вокзале, — смахнув слезы, брюнетка схватила ключи на тумбочке и накинула поверх растянутой футболки кожаный плащ.       Эффектные облегающие платья, шпильки, короткие юбки канули в прошлое, теперь только джинсы и мешковатый свитер, в которых удобно копаться в песочнице и катать коляску.

***

      — Может по бургеру с картошкой, а после запьём это все колой? — предложила брюнетка, остановившись на светофоре.       Ей совершенно не хотелось возвращаться домой к постоянно недовольному мужу.       — А мелкие? — нахмурилась Диляра.       — Раз в полгода побудут с папой, — пренебрежительно махнула рукой женщина, одарив старшую дочь широкой улыбкой.       Как бы тяжело не было Ляйсан, например, без поддержки мужа, она не посвящала детей в свои проблемы: Диляра, Малика, Наиля и Равиль наслаждались безоблачным детством.       — Только не рассказывай им, иначе проснешься с зубной пастой на лице, — Ляйсан улыбнулась уголками губ.       Всем четырем детям девушка старалась уделять равное количество времени, но они все равно умудрялись ссориться и драться за материнское внимание.       Шины взвизгнули, и белая иномарка, набирая скорость, помчалась по широкому проспекту, обгоняя машину за машиной.       — Ты сейчас нарушила, как минимум три правила дорожного движения, — вжавшись в сидение, укоризненным тоном отозвалась Диляра.       — Я многодетная мать, мне можно, — невозмутимо пожала плечами брюнетка.

***

      — А я уже испугалась, что ты приведешь в дом нашего с папой ровесника, — с набитым ртом ответила девушка, — девять лет — это не смертельная разница.       — А как же Леня? — в отличии от матери, Диляре кусок в горло не лез. Она презирала себя за то, что, находясь в отношениях, по уши влюбилась в другого парня.       — Ты любишь Леню? Нет?  Тогда зачем тратить и свое, и его время? — брюнетка вытерла липкие руки салфеткой и нежно опустила руку на плечо дочери.       Вот поэтому Диляра и не боялась всем делится с матерью, в любом случае Ляйсан всегда поддерживала дочь и никогда не осуждала, как в свое время её Флюра Габдулловна.       — Расскажешь о нем подробнее? — нетерпеливо спросила Ляйсан.       — Валера он, — Диляра мечтательно закатила глаза.       Она выбрала парня точь-в-точь, как Кащея.

Россия, Санкт — Петербург, 2000

      — Валера, я по-другому вопросу, — притворно сладким голосом начала девушка.       Присев на корточки, она ласково провела теплой рукой по голове возлюбленного. Если на парня не действовали слова, значит время пустить в ход маленькие женские хитрости.       — Я сплю, — Туркин заглянул в янтарные девичьи глаза и нехотя отвернулся к стене.       Диляра подросла, и из симпатичной девчушки превратилась в ослепительную красавицу. А могло ли быть иначе при таких генах?       — Сейчас вернется твой батенька и расквасит мне нос. Знаем, проходили, — ворчал Туркин, не привыкший стесняться в выражениях.       Диляра чувствовала, на первый взгляд, беспричинную тревогу. Ей казалось, что вот-вот случится что-то непоправимое, или уже случилось.       Девушка присела на край дивана в гостиной, на котором уже три месяца спал Валера (это было одно из условий мамы), и тихо заплакала.       Услышав жалобный плач возлюбленной, Туркин резко вскочил с кровати и принялся безуспешно её успокаивать.        — Мама никогда не плачет без причины, она что-то от нас скрывает, — всхлипывала темноволосая.       Турбо подозревал, где собака зарыта, но до разговора с Ляйсан он решил не посвящать Диляру в свои догадки.       — Дилёк, прекращай, иначе сейчас затопим вшивых интеллигентов, — парень вытер тыльной стороной ладони слезы возлюбленной и заложил за ухо кудрявую прядь.       — Здравствуйте, извините, пожалуйста, но, кажется, вы нас топите, у нас плавает в коридоре коллекционное издание Пушкина четырнадцатого века, — он пародировал соседей-музыкантов, живших снизу.       — Пушкин жил в восемнадцатом веке, — смеясь в кулак, чтобы никого не разбудить, возразила Диляра.       — Ну, восемнадцатого. Где у вас ромашковый чай? — русоволосый посадил девушку на стол и стал открывать кухонные шкафчики.       — У нас, — усмехнулась девушка.       Туркин быстро влился в семью. Равиль показывал ему приемы, который выучил на секции бокса, Малика и Наиля приглашали на чаепитие с плюшевыми игрушками, а Ляйсан брала с собой за покупками.       — Пойдем спать ко мне в комнату, — Диляра обвила руками шею парня и впилась ему в губы долгим, страстным поцелуем.       — А если Ляйсан узнает? — Турбо машинально отстранился от темноволосой.       — Не парься, мама все понимает, — отмахнулась руками девушка и улыбаясь добавила, — она сама меня в восемнадцать родила.       — С чего тогда Ляйсан поселила меня на диване в гостиной? — Валера скептически выгнул бровь.       — Она же не может прямо сказать: «Дети, трахайтесь сколько хотите!», — ничуть не смутилась Диляра.

***

      — А я в туалете был, — нагло соврал Туркин, озадачено потирая затылок.       Он проспал и не успел утром вернуться на диван в гостиную до того, как проснется Ляйсан.       — Доброе утро. Я так и поняла, — спокойно произнесла темноволосая, стоя у плиты, — кофе будешь?       Туркин мялся, сконфуженно ёрзал на стуле, не решался поднять глаза на девушку, и выпил две чашки кофе перед тем, как завести разговор.       — Я знаю, что вы с Кащ… мужем разводитесь, — на одном дыхании выпалил Валера.       От неожиданности Ляйсан выронила из рук чашку. Ей наивно казалось, что она мастерски скрывает развод: придумала командировку, присылала детям подарки из Москвы якобы от папы.       — Дети не догадываются, — русоволосый опустился на колени и стал помогать женщине собирать мелкие осколки фарфора, — давайте лучше я? Вдруг вы порежетесь.        — Как ты это понял? — женщина тяжело сглотнула комок в горле и попыталась улыбнуться парню, который, почуяв её тревогу, беспокойно поглядывал на нее.       — Мамка, когда батя ушел к продавщице, тоже создавала видимость благополучия и плакала в ванной, а потом наглоталась таблеток, — упоминание о отце заставило Туркина покраснеть от злости.       — Мне жаль, — тихо произнесла Ляйсан, погладив парня по руке.       — Вы ни в чем не виноваты, —  Валера пытался подобрать утешительные слова, но понимал, что ни одно из них не поможет сейчас брошенной женщине с тремя несовершеннолетними детьми на руках, — вы хорошая мать. Если бы у меня была такая мамка, извините, мать, я бы наверное вырос другим человеком.       — Вы всегда можете положиться на меня, — добавил он.       — Спасибо, — брюнетка улыбнулась уголками губ, — ты хороший парень. Диляра в надежных руках.

Россия, Казань, 1999

      — Ба, если вдруг ты забыла, я приехала к тебе на летнее каникулы, а не на исправительные работы, — ворчала Диляра, неся в руках две хозяйственные сумки с овощами и фруктами с дачи.       — В Питере есть и яблоки, и картошка, и даже манго, — темноволосая поставила сумки на платформу и устало вытерла пот со лба тыльной стороной ладони.       — С пестицидами. Если родители не заботятся о вашем здоровье, то мне это придется взять в свои руки, — хмыкнула Флюра Габдулловна.       — Приедем домой, сварим малиновое варенье, замаринуем огурцы,— удобно расположившись на скамейке на пригородном вокзале, пожилая женщина мечтательно закатила глаза.       — И квасить капусту? — в притворном изумлении Диляра округлила глаза.       Флюра Габдулловна кивнула.       — Веселуха, — хмыкнула темноволосая.       — Мы завтра можем сходить на городской пляж, — ничуть не смутившись, предложила пожилая женщина.       — А как же поход в семь утра на рынок и выяснение отношений на почте? — девушка вопросительно выгнула бровь.       — Спасибо, что напомнила, — Флюра Габдулловна мило улыбнулась внучке.       Бросив на пожилую женщину злобный взгляд, Диляра направилась в сторону вокзала.       — Ты куда? — хмуро поинтересовалась Флюра Габдулловна.       — Прогуляюсь, пока электрички нет, — фыркнула темноволосая, — можно?       — Только панамку надень, — согласилась пожилая женщина.       — Увы, — русоволосый развел руками, — кто следующий?        Прогуливаясь по станции, Диляра обратила внимание на возбужденную толпу. Подойдя ближе, она увидела напёрсточника, «быков» (охрана напёрсточника) и наивную жертву, которая повелась на легкие деньги.       — Я хочу отыграться, — пожилой мужчина достал последние десять рублей из кармана пиджака и в очередной раз потерпел неудачу.        — Подними стаканы, — уверенным голосом скомандовала Диляра, желая вывести мошенника на чистую воду.       Папа научил девочку играть в наперстки, и поэтому она знала все обманные пассировки.       — Кто следующий? — Валера сделал вид, что не услышал просьбу темноволосой.       — Я, — пробравшись сквозь зевак, Диляра резким движением бросила на импровизированный стол из ящиков пятисотрублевую купюру, — только играем по моих правилах. Я ведущая. Если ты угадаешь, под каким из напёрстков находится шарик — пятьсот рублей твои. Если нет — возвращаешь ему деньги.       Диляра терпеть не могла, когда сильные обижают слабых, поэтому и выбрала профессию юриста.       — Эй, тебя как зовут? — Валера пытался догнать незнакомку.       Мог ли Туркин выиграть дочь Кащея? Конечно же нет.       Темноволосая сделала вид, что перекатила шарик из одного напёрстка в другой, на самом же деле шарик попал в третий напёрсток.       — Незаконная организация азартных игр может повлечь за собой: обязательные работы на период до 240 ч; штраф до 500 тыс. руб, — буркнула Диляра, — хочешь заплатить штраф? Нет? Тогда отойди.

Россия, Санкт-Петербург, 2000

      — А вы поймали его на измене? — сгорая от любопытства, поинтересовлася Валера, расставляя тарелки на столе.       Валера не уважал Кащея с того самого случая с Ералашем, а сейчас тот окончательно упал в его глазах. Как можно изменить женщине, которая родила тебе четверых детей? Начнем с того, что это не по-пацански.       — Валера, — женщина одарила потенциального зятя неодобрительным взглядом, — если я один раз излила тебе душу, то это не повод задавать дурацкие вопросы. Иди лучше открой дверь, а я пока детей разбужу.       Как только Туркин открыл дверь, в квартиру без всякого приглашения влетела расфуфыренная девица.       — Миленько, но нужно сделать ремонт, — блондинка скинула красные туфли на высоком каблуке, оглядываясь по сторонам.       — Родная, ты квартирой ошиблась? Мы шлюх не вызивали, — Валера перегородил девице легкого поведения вход на кухню. Неужели эта та самая Кащеевская подстилка? Ну и вкус у него, Ляйсан в длинном домашнем халате с пучком на голове выглядела намного эффектнее.              — Мальчик, это ты кто, и что ты делаешь в моей квартире? — прошипела девушка, толкнув парня в грудь.       Карина специально пришла утром, когда дети еще не в садике и школе, чтобы морально уничтожить Ляйсан.       — Ляйсан Рамазановна, доброе утро, — незнакомка дружелюбно махнула рукой темноволосой, — как ваши дела? — с издевкой поинтересовалась она.       — Пошла вон, — процедила сквозь зубы женщина.       — Это вы пойдете вон, а я останусь, — блондинка нагло присела за стол, — как же вы похожы на папу, — подперев щеку рукой, она обвела взглядом озадаченных детей.       — Мам, кто эта тетя? — Равиль устремил взгляд на побледневшую маму.       Ляйсан не хотела, чтобы дети стали свидетелями склоков между мамой и папой, опасаясь за их моральное состояние.       Да, Кащей унизил её, буквально втоптал в землю, но женщина делала так, чтобы в глазах Диляры, Малики, Наили и Равиля папа оставался самым лучшим.       — Девушка твоего папы, можете звать меня мама Карина, — ничуть не смутившись, ответила незнакомка.       — Подстилка, — бросив сочувственный взгляд на темноволосую, Диляра влепила незнакомке мощную пощечину левой рукой.       — Моя девочка, — восхищенно проговорил Валера. Пацаны не поднимаю руку на женщин, но парень не мог наматывать сопли на кулак, когда его потенциальной теще плюют в душу, поэтому резким движением вылил манную кашу на голову незнакомки.       — Так ей! — с вострогом воскликнула Малика и швыркнула в лицо блондинки бутерброд с маслом.       — Кетчупа? — враждебно предложил Равиль и выдавил весь кетчуп из пакета в брендовую сумку незнакомки.       У него самая лучшая мама на свете и он не позволит всяким теткам унижать её.       — С майонезом вкуснее, — Наиля повторила проделку младшего брата.       — Ах вы маленькие гавнюки, — процедила сквозь зубы Карина.       Ох и зря она это сказала! Пускай прибирает к своим ручонкам и квартиру, и мужа, но Ляйсан не простит оскорбление детей.       — То, что сейчас сделает мама не повторяйте, — женщина обратилась к детям, — и закройте глазки.       Темноволосая схватила за волосы соперницу и, повалив на пол, стала бить кулаками.