Почему это так странно...

Каково быть самым настоящим мудаком, позорным человеком, реальной профессиональной бездарностью во всей красе? Никогда не думал, что я таким стану. Стану ублюдком. Даже если у меня есть куча свободного времени — я проебу его даже не по полной как последний придурок. Буду сидеть в телефоне, заниматься всякой хуйнёй, лишь бы не заниматься своим хобби. Даже в игры нормально не играть — просто залипать на какую-то хрень, на пустоту, на шум. Нет, конечно, ничего страшного в этом нет, если бы это было иногда. Просто чуть-чуть времени. Но у меня это вся жизнь. Вся моя жизнь — бессмыслица, я ни к чему не стремлюсь, нет целей, нет мечты, нет ничего, кроме родителей. У которых есть стабильная работа, деньги, дома, квартиры. А я? Я ничего не унаследую, если и дальше пойду по пути бездаря. Мне стыдно, но я забуду эту стыдобу за пять минут своего свободного времени. Я ничтожен. Я не смогу поменяться по-настоящему в лучшую сторону. Я всегда буду заниматься хуйнёй и никому не буду нужен. Ни друзьям, ни родителям, никому из близких. Потому что я ни на что не способен. Во мне больше лени, чем человечности. Я непреодолимая, живая, вонючая плохая сторона. Я боюсь этого, но мне одновременно похуй. И не знаю, как я до сих пор жив. Если бы не родители — я бы уже давно умер где-то на пороге своей взрослой жизни. Плохой сын, мудак, ублюдок — вот три слова, которые меня определяют. Почему я такой идиот? Я не борюсь с инфантильностью, я сижу на ней, как на троне, и не собираюсь слазить. Ещё чуть-чуть, и мне уже будет сорок, а я ничего не добился. По сравнению с родителями я ничто. Ни денег, ни квартиры, ни семьи. С самого начала я жил в бездне своих мыслей, не замечая этого из-за своей избалованности. Но я всё-таки решил — попробую заработать денег. Отец бы не гордился, он бы скорее убил меня, уничтожил и назвал бы безумцем. Но мне нужны были деньги. Я использовал разные отвратительные пути. Да, использовал и людей, не самых хороших. Но всё-таки — это не мудачество, если мудак мудачит мудаком. Это же так не работает. Я видел одного парня, довольно красивого. Он идиот, но даже он лучше меня. Его звали Владик Митоник. Я не хотел, но заметил однажды, как он прикрывал зад, выходя из квартиры. Его неродной отец натягивал штаны, а Владик посмотрел на меня со страхом. А я улыбнулся. Мне было похуй. Плевать, что его насилуют, что он живёт в аду. Я не собирался быть героем. Парень не должен быть моей принцессой, и никто не будет моей принцессой. Никто. Мне нечего было терять, поэтому я попросил его об услуге — заняться онлайн-мастурбацией. Он создал себе аккаунт на вебкаме и совал всякое во всякие проходы. Я не смотрел, не пытался — мне просто нужно было продать. А потом я шантажировал его, что расскажу матери. Но не рассказывал про отчима, мне просто было всё равно. И потом однажды я увидел — Владик бегает по улице, полуголый, вся голова в крови, орёт, как безумный. А потом его сбила машина. И машина не остановилась. Она размазала его по асфальту. Я это снимал. И выкладывал. Потому что мне нужны были деньги. Грязные, покрытые кровью, человеческими обломками. Я продавал это в паблике, где платили за такой контент. Прибыль росла. Мне было плевать, что кто-то страдает, умирает. Главное — деньги. Даже после смерти Владика я выкладывал видео. Потом я решил избавиться от девственности. Ко мне пришла дамочка, и я оторвался на ней по полной. Только платить не захотел. Придушил подушкой, а потом ещё пару минут наслаждался. Это было даже приятно, хоть и отвратительно. Никогда не хотел бы повторять. Потом я всё это сфоткал — фотки были стрёмные, непрофессиональные. Чтобы не палиться, я перекинул вину на других, распространял дезинфу, подтирал следы. Хотя мог бы просто удалить всё. Но это скучно. А я не люблю скуку. Боже, я никогда не думал, что стану убийцей. Человеком, которого сам ненавидел. А теперь я оправдываю себя и буду оправдывать до конца жизни. Как все убийцы, психи и дегенераты. Мы все погрязли в грязи, и нам проще соврать, чем вытереть кровь с рук. Искренность мы не покупаем, мы её продаём. И там, где она нужна, её всегда не хватает. Я доставал трупы с кладбища и выкидывал их почти в центр города. Это ужасно, но мне нужна была реакция людей. Хотел снять, выложить, продать. Деньги не пахнут — они уже воняют гнилью, но пока они не сгнили — их надо тратить. Я тратил на рекламу у конченных блогеров, на конченных сайтах. Где порнуха, где люди гниют за похоть. Там психи, им нравится дерьмо. Они готовы платить. Зачем я раньше пытался быть героем? Рыцарем без коня, но всё равно пытался спасать. Спасал девочку, которую обсирали два урода, которые не любили, когда с ними говорят по-русски. Мне не было плевать, я заступился. Я думал, она влюбится. Думал, будет благодарна. Слишком много фильмов пересмотрел. Потом защищал другую. Всё ради выгоды, ради самоутверждения. Никто не бросался мне в объятия. И правильно. Нет, я не ною. Просто держу всё это в себе. Пытаюсь сдерживать, но не получается. Я идиот. Мне нужен стимул. Я хочу стать писателем. Но я плох в грамматике, не могу даже посуду нормально помыть, пропылесосить, не могу вникнуть ни в учёбу, ни в хобби. Я неспособный человек. От меня нужно избавиться. Даже если я когда-то стану главным героем — я должен умереть. Не обязательно сейчас, не обязательно в агонии — просто исчезнуть. Я натворил слишком много уродливого, слишком много зла. Люди, которых я мог спасти, остались ни с чем. Я мог, но не сделал. Я мудак и останусь мудаком. И даже после признания я буду обижаться, если меня так назовут. Почему я убил того бомжа? Он лазил по мусорке, а я шёл по той же улице, где сбили Владика. Я выкаблучивался, взял арматуру и пробил ему голову. Потому что я «лучше». Потому что я могу. Может, я слишком человечный? Но человек — это ошибка, и я вырожденная ошибка. Сегодня последний день, когда я могу хоть слово сказать. Я нанял киллера. Он убьёт меня этой ночью. Я не знаю как, не знаю во сколько, но знаю, что сегодня. Я не хочу, но должен умереть. Забавно, да?  Этот чел заплатил сверх худшему киллеру на свете. Я стою, держу зонтик и строительный нож, а тут — такая добыча, мудак мудака видит издалека. Поэтому напялил маску как чудила. Пора истреблять себе подобного. Дюк входит в хату и видит в кровати что-то. Сдёргивает одеяло — а там зеркало с обломками. Позади — никого. Он бегает по дому, никого, никакого мудака здесь нет. Он сбежал. Сбежал от своей ответственности. Да и к чёрту, я не герой. А деньги оставлю себе. Уйду — не с пустыми руками...