Клятва на крови

Горо шумно открывает дверь. Она не заперта. Он врывается в просторную квартиру. Жучок, который он цеплял на Ви, ранее не передавал этот адрес. Новое имущество? Тайное логово? Мышеловка… для него? Как бы то ни было, эта квартира подходит воровке-вороне: взгляд Горо выхватывает позолоченные вазы и декор на фоне приглушенных красноватых тонов. Берлога хищницы с сокровищами и трофеями павших воинов, пытавшихся одолеть ее? Хищница ждала Горо: Ви сидит напротив двери. На краю подиума, отделяющего вход от жилой зоны. Будто на краю сцены. У Горо зашкаливает пульс и еще какие-то показатели, о чем свидетельствуют всполохи красных уведомлений, перекрывающих обзор. В глазах Горо кровавый отблеск – так он отключает вывод показателей. Ему нужно сфокусироваться на его воровке. И он фокусируется на Ви. Впервые Горо видит ее с распущенными волосами. Белые пряди раскинуты по плечам, но те, что у висков, заплетены в косы и закреплены на макушке. Бесконечные волосы удлиняли ее и без того длинные конечности: шею, руки, ноги, пальцы. Он невольно отмечает про себя, что ее губы кажутся блестящими и влажными, хотя на звонке они были сухие. Нанесла макияж перед его визитом? Одета она тоже странно. Обтягивающие светлые брюки, будто для верховой езды. Бледно-серый, как ее кожа, корсет. Или топ. Или что там носят женщины… Все происходящее кажется нереальным: Ви уничтожила армию Ханако-сама, и теперь он стоит перед ней с отцовской катаной. А Ви, словно призрак, бесцветно смотрит перед собой. Весь ее облик не из этой эпохи, какой-то театральный; и лишь едва заметные серебристые импланты на руках говорят о том, что она настоящая, а не призрак прошлого. Это дурной, лихорадочный сон. Ви не сразу реагирует на гостя. Но вскоре она поправляет волосы и будто невзначай бросает взгляд на Горо; будто он уже давно здесь стоит, будто ничего особенного не происходит. На Горо смотрит древняя душа в теле молодой девушки: у нее потухшие темные глаза с едва заметными золотистыми вкраплениями. Как такая хрупкая воровка, «не оставляющая ни крови, ни следов» – вдруг смогла расправиться с бойцами «Арасаки»? Кто вселился в нее? Кто бы это ни был, он оставил ее бескровной и потухшей. Но даже несмотря на жалкий вид, она по-прежнему чертовски красива и чертовски опасна. Как голодная ядовитая змея или хищная кошка. Которую он ненавидит отчаянно и так же отчаянно жаждет. Наконец, Ви встает. – Горо, – тихо произносит она. Страха в ее голосе нет. Она протягивает к нему руку, будто в замедленной съемке. Такэмура, точно зверь, с невероятной скоростью для своего крупного тела оказывается рядом с ней. Молниеносно разворачивает ее спиной и плотно прижимает к себе, скрутив ее руки, чтобы не вырывалась. Но она и не пытается. Горо чувствует сладковатый аромат ее волос. Он приносит глупые воспоминания, заставляет сердце в груди предательски биться сильнее. Он дышит тяжело, почти касаясь губами ее уха. Внезапно Ви начинает содрогаться в его хватке. Плачет? Она запрокидывает голову назад так, что ее затылок оказывается у него на плече. А на тонкой длинной шее он отчетливо видит проводок сонной артерии. Ви снова содрогается. Нет, она не плачет. Смеется. – Это мне в спину упирается рукоятка ножа или вы просто рады меня видеть? – Все забавляешься? Ты хоть понимаешь, что наделала? Вместо ответа Ви продолжает смеяться. Горо еще больше закипает. Эта девчонка не боится его. Пока… Тогда Горо разворачивает Ви к себе и хватает за горло. С силой прижимает к стене. Она перестает смеяться, но ее губы сложены в ухмылке. Что ему с ней делать? Убить? Он убивал по приказу женщин и стариков. Может, и детей… неизвестно, кто мог находиться в том или ином здании, где надо было устраивать зачистки врагов корпорации. Но сейчас ему никто не приказывает, кроме огня, полыхающего в груди. Пламя выжигает Горо изнутри, жаждет стереть эту насмешливую улыбку с лица воровки. Но как? Он вытаскивает катану. Ви с любопытством опускает глаза, длинными пальцами цепляясь за руку Горо, которая все еще обхватывает ее шею. – Значит, все-таки рукоятка. Катана? Красивая. Горо сильнее прижимает Ви к стене, так, что она слегка ударяется затылком. Заставляет посмотреть ему в глаза. Она ухмыляется. Горо молчит, плотно сжав челюсти. Ему не нравится, что она совсем не боится, совсем не сопротивляется. Считает его слабаком. Считает, что он не может причинить ей вреда. А он может? Горо задумывается, проводя лезвием по щеке Ви. В висках пульсирует так, что он бы не удивился, если это почувствует Ви через прикосновение изящного оружия. – Зачем ты это сделала? – Горо шипит сквозь зубы. – Ради счастливой концовки. – Ви отвечает дерзко и самодовольно. – У тебя ее не будет, глупая девчонка! Внезапно Ви начинает закашливаться. Наконец, в ее глазах читается страх. Но не из-за него… Из-за чипа? Он чувствует, как тело Ви обмякает. Кажется, она падает. Все совсем не так, как он себе представлял… а что он вообще себе представлял? Горо ослабляет хватку, когда Ви начинает сползать по стенке. Это ошибка. Глупая ошибка старого дурака. Как только он размыкает пальцы на ее шее, Ви молниеносно подскакивает и бросается на него, валит на спину прямо на кровать рядом. Сидя на нем сверху, она пытается выхватить катану. Ее белые волосы касаются его лица, а бедра с силой сжимаю его туловище. Но в открытой борьбе ее силы недостаточно. Даже в своей лучшей форме Ви не справилась бы с Горо. Он переворачивает ее на спину и придавливает своим телом. Она рычит, вертит головой из стороны в сторону, пытается укусить его. Тщетно. Когда она выдыхается и, наконец, смотрит на Горо, на ее губах начинает играть улыбка. Горо не понимает, что за игру она затеяла. И все это время он не выпускает катану из руки. – Ты не боишься меня? – почему-то спрашивает он. Его слова горячим потоком касаются губ Ви. Между их лицами ничтожное расстояние. Такое, что Ви может пересчитать все его шрамы, а Горо – заметить едва видимую полоску импланта, проходящую поперек ее лица. – Я боялась вас когда-то, – отвечает она, не сводя с него глаз. – Но потом я стала бояться ЗА вас. Горо удивленно хмурится. – Я так боялась вас потерять… что пришлось устранить дьявола, которому вы продали душу. – Что ты… Не давая ему договорить, Ви неудержимо впивается в его губы. Ее язык так настойчиво проникает ему в рот, будто она бесстрашно хочет поглотить весь его огонь, что разливается внутри и ищет выход. Горо откликается на ее требовательный поцелуй, теряя остатки жалкого контроля. И тут Ви обхватывает его ногами и с силой переворачивает на спину, перехватывая катану. Очередная ошибка падшего самурая. Теперь воровка может убить его. Но мгновенья проходят одно за другим, а лезвие так и не касается его тела. Ви осматривает катану и, наконец, произносит: – Не люблю холодное оружие в постели. Оно нам будет мешать, не так ли? С этими словами она отшвыривает катану в сторону, и та звонко ударяется об пол. Затем Ви начинает расстегивать его рубашку с победоносным видом. Ведь между ними больше нет расстояния, нет никаких обязательств и обстоятельств. Между ними нет гребанной «Арасаки». Поэтому Ви ухмыляется. Горо привстает на локтях и делает то, что хотел с самого начала: стирает эту ухмылку с ее лица. Своим поцелуем. *** То, что они делают, не похоже на занятие любовью. Это занятие ненавистью. Оно причиняет боль и одновременно долгожданное удовольствие. Им не надо произносить слова, чтобы выплеснуть все, что накопилось между ними. Он кусает ее за шею, и она знает, что это – вопросы. Почему ты не приняла помощь Ханако, почему решила мою судьбу, почему своим поступком лишила меня прежней жизни? Она отвечает ему ладонью, зажимающей его рот: я хотела спасти вас… тебя. Намотанные на кулак длинные светлые волосы кричат: что это за спасение? Ты же уничтожила все, что было мне дорого! Царапины на спине злостно вопрошают: а как же я как же я как же я?! я ведь очень дорогая… и не только, как свидетель. И, наконец, губы и язык, скользящие между ее ног, признают правоту Ви, ее власть над ним. А когда их тела долгожданно сливаются воедино, она не может не кричать о своей победе. А он не может больше общаться мыслями. Его губы сами начинают нашептывать ей на ухо все, что на душе, без всякий фильтров. Валери. Какая ты красивая. Как давно я тебя хотел. Ее взгляд затуманен. Она просит еще. Поворачивается к нему спиной. Горо надавливает Ви на поясницу, заставляя сильнее прогнуться и опуститься на локти. Она подчиняется. Его руки скользят по ее хрупкой влажной спине. Затем он вновь входит в нее. Даже в постели Ви не может не баловаться. Она почему-то начинает елозить из стороны в сторону, не давая ему погрузиться в нее полностью. Ви оборачивается на него. По-кошачьи шипит. Что же, раз она хочет с ним поиграть... пусть. Он резко хватает ее за длинные волосы, наматывая на руку так, что она вынуждена запрокинуть затылок. Ви вскрикивает и замирает. Прямо как кошка, которую кот хватает за шкирку... чтобы не сопротивлялась. Горо продолжает одной рукой держать ее за волосы, а другой крепко хватает Ви за бедро. Он еще раз входит в Ви резко и полностью, заставляя ее стонать. И с каждым толчком – все громче и громче. Он затыкает ее рот рукой, она больно кусает пальцы. Вскоре он уже не может сдерживать все накопившееся пламя. Оно выплескивается под стоны Ви. Он опускается на нее, целует в плечо. Переворачивается на бок. Ви тоже поворачивается, прижимается к нему. Оба тяжело дышат, наслаждаясь опустошением. Горо замечает, что на ее запястье намотана его резинка для волос. Точно трофей. В процессе она яростно пыталась ее снять, и у нее это получилось. Теперь его длинные, тронутые серебром волосы, раскиданы по спине и плечам. Когда дыхание выравнивается, Ви вдруг задает вопросы, лезвием рассекающие тихую ночь: ​​– Почему ты пришел с этой катаной? Ты правда хотел убить меня? Горо задумывается. – Она не для тебя, а для меня. Я… хотел провести обряд сэппуку. Но ты позвонила, и я… Он не договаривает. Тут же жалеет, что признался ей. Но слова назад не забрать. Ви приподнимается на локте и смотрит на него, будто видит в первый раз. – Клятва на крови… я поклялась, что спасу вас обоих… и я спасла. Осталась спасти себя… Горо обеспокоенно смотрит на нее. Чип путает ее мысли, затуманивает разум? Ви закрывает рот рукой. Глаза наполняются слезами, и они тут же текут по щекам. Горо не понимает, что происходит, но он не хочет, чтобы его воровка плакала. Или боялась. Он мягко прижимает ее к себе, гладит по голове, успокаивает. Пока ее плечи не перестают содрогаться от рыданий и она не засыпает в его объятиях.