Клятва на крови

Перед глазами Ви ее ладонь, прижатая к экрану в Компэки плаза. По другую сторону экрана японец в черном костюме — Такэмура, телохранитель Сабуро. И он подходит опасно близко. Все в его походке, движениях и взгляде кричит о том, что перед ней холодный безжалостный убийца. За которым будто тянется кровавый шлейф. Почему этот мужчина кажется ей до боли знакомым? И откуда появляется настойчивый голос в ее голове: Он телохранитель Сабуро, мать его, Арасаки. Думаешь, он стал им благодаря красивым глазам? Ви задерживает дыхание, как и Джеки рядом с ней. От страха ее сердце начинает биться слишком быстро. Ей кажется, что обученная ищейка Сабуро обязательно почует ее липкий ужас и услышит бешенный стук в груди… Глаза японца с кроваво-красным отблеском сканируют пространство. Вот, сейчас он найдет воришек! И погубит… Спасет только чудо. Неожиданный поворот. Но ни того ни другого не происходит. Телохранитель находит Ви. Он смотрит прямо на нее. Его кулак тут же пробивает тонкий экран. Он трещит неестественно, точно лед. Мужчина хватает Ви за горло. Джеки пытается ухватить подругу, но тщетно. Японец притягивает ее к себе, и вместе они проваливаются в пропасть. В разинутую пасть бесконечной тьмы… Это происходит так быстро и резко, что у Ви все переворачивается внутри. Будто она на американских горках. Где-то вдалеке Ви слышит знакомый голос: — Бля, я же говорил! Она выныривает из пропасти наружу, на свет. Рассекает солнечный день, как птица. Ви и правда на американских горках. Вагонетка, в которой она сидит, стремительно едет наверх. Рядом с Ви сидит Джонни. — Я же говорил, — повторяет он. — Тили-тили-тесто, Арасачий пес — жених, а ты — невеста! Затем он поворачивается к Ви и смотрит на нее из-под очков с этой его противной легкой ухмылочкой. Спрашивает: — Как прошла ночка? Старик там кони не двинул? — Ой, иди ты в жопу. Я, между прочим, спасла вас обоих, как и обещала! — ответила Ви беззлобно, а затем спросила. — Как ты там, Джонни? — Нормально, пойдет. Обо мне печься уже не надо, Ви. Мой тебе совет: не глуши вискарь, пока сидишь в горящем здании. Ты должна спасать свою жопу. Черт, ВЫ должны спастись. Вместе со своим самураем. Ви хмыкает, сильнее вцепившись в поручень вагонетки. — Да-да, ты выиграла лишь один раунд у его смерти, но она все еще гонится за Такэмурой… — продолжает Джонни. — Арасаковские псины из его же стаи вовсю шныряют, и поверь, скоро они нападут на ваш след. И если они отыщут вас… финита ля комедия. Джонни и Ви оказываются на вершине горки. Вагонетка замирает перед резким падением. — Ты знаешь, что делать, — сказал Джонни и рассеялся в воздухе, словно призрак. Он и был призраком. Ее цифровым фантомом. Ее вымышленным и одновременно настоящим... другом. Ви на аттракционе резко опускается вниз. Дыхание перехватывает, а волосы развеваются на ветру. Услышав позади какой-то механический звук, она оглядывается назад. Это робонаемник Йоринобу Арасаки. Он невесть откуда приземлился на вагонетку позади нее, смотрит на Ви сияющими красными глазницами, подбирается все ближе и ближе. На месте Джонни рядом с Ви теперь сидит Горо. Который из вчерашнего незнакомца и противника за экраном в Компэки Плаза — стал тем, за кого она готова и умереть, и воскреснуть. Меж тем вагончик аттракциона катится вперед мимо пустынь, машин, автобусов и шатров кочевников Альдекальдо. Горо дает ей пистолет. Это уже было с ней? Дежавю… Ви думает, вот сейчас он скажет, что от нее воняет. Но вместо этого он велит ей: — Просыпайся! И Ви, подчинившись, просыпается. Чувствует, как простыня неприятно липнет к обнаженному влажному телу. Точно ли это был сон? Или Альт могла как-то перенести энграмму Джонни в ее подсознание, чтобы он поговорил с Ви? Нет, это уже не кибертехнологии, а магия какая-то. Ви невольно вспоминает Джонни среди мистических декораций в заброшенном театре. А ведь тогда он напомнил ей волшебника. Кто знает, вдруг магия имела место быть, черт возьми? Ви неподвижно сидит на кровати, уставившись в угол. Туда, куда падает из окна яркий розовый свет городского освещения. Сколько она уже так сидит? Горо просыпается, будто чувствуя напряжение Валери. Он приподнимается, прослеживает ее взгляд. Ничего. Никого. Лишь язык розового света, облизывающий комнату. Ви спиной чувствует его немой вопрос. Она поворачивается и отвечает: — Джонни. Будто это о чем-то ему говорит. Горо хмурится, и Ви все же решает объяснить: — Энграмма в моем чипе. Это Джонни. Я никак не могу привыкнуть, что этот засранец больше не со мной. Вместо ругательства это по-детски нелепое и милое «засранец». С надломом, с комом в горле. — Я не могу привыкнуть… к тишине. Черт, уже третья ночь без Джонни. Просыпаюсь и все жду, когда он скажет гадость. А он молчит. Горо все еще не совсем понимает, о чем речь, но улавливает суть и говорит: — Мы оба потеряли тех, кто нам дорог… Снова эта фраза. Дежавю. Горо уже произносил ее в кафе «Дайнер Тома». — Но мы нашли друг друга, — добавляет он и целует ее в уголки губ. Ви проводит рукой по его щеке и смотрит так странно, будто пытается понять, настоящий ли Горо, не мерещится ли он ей? Затем она снова поворачивается к стене, в угол, в котором часто посреди ночи стоял Джонни и курил свои призрачные сигареты. Она пытается представить его, скрестившего руки на груди и несущего чушь, которая так часто ее смешила. Черт, как же больно расставаться с друзьями. Сначала Джеки, теперь Джонни... Она смотрит на свою ладонь, на которой так и не зажила царапина от пореза. Отметина осталась напоминанием о ее клятве: Спасти всех, кого люблю... и себя. Затем мыслями и телом Ви возвращается к Горо и прижимается к нему. Он охотно пускает ее в свои объятия, целует в лоб, гладит по волосам. Затем берет ее за руку, переплетая пальцы. Это прикосновение... Ви кажется, будто он уже брал ее за руку так. Дежавю. Валери забыла, что такое действительно было. После неудачной беседы с Ханако и последующей битвы с наемниками «Арасаки», Горо принес измученную Ви в задрипанный гостиничный номер на окраине города. Она была в полубреду. И забыла, как хватала его за руки и просила не уходить. Он остался на десять минут, держал ее ладонь, пока она не провалилась в сон. И все-таки ушел. Больше Горо не совершит такой ошибки. *** Тик-так. Горо причесывается в ванной, а Валери хитро наблюдает за ним из спальни. На ней его рубашка, которую она забрала себе в качестве трофея. Больше из одежды на ней ничего нет. Горо отворачивается от Ви, затем поворачивается снова — и вот она, бесшумно и быстро, оказывается на пороге в ванную комнату. Выжидающе смотрит на него, будто Горо — птичка за окном, на которую она охотится. Он улыбается. За неделю, что они провели в ее квартире, это успело стать их ритуалом. Затем Ви бросается на него, обхватывает руками шею. Поймала! Она встает на носочки, чтобы дотянуться до щеки. Он ожидает укуса, но сегодня что-то идет не так: она мягко касается губами его кожи с посеребренной щетиной. Ведет губами от щеки до виска, затем аккуратно покрывает это место поцелуями, и снова спускается вниз, оставляет влажную дорожку языком у края шейного импланта. Горо чувствует, как по телу бегут мурашки от этой невыносимо приятной нежности. Он толком не помнит, когда испытывал нечто подобное в последний раз. И испытывал ли? Может, с Азуми, которая так и не стала его женой? Впрочем, между ними особых чувств и нежности никогда не было… им просто было удобно вместе. Стало неудобно, когда он получил пулю в живот, заслонив телом Сабуро. Тогда Азуми впервые поняла, как опасна его работа. Еще стало неудобно, когда на вечернем приеме корпорации на ее платье брызнула кровь убитого Такэмурой шпиона. Тогда Азуми впервые поняла, как опасен сам Горо. Она была из холеного мира, где существовали лишь красивые машины, украшения и одежда… но никак не кровь на этой одежде. В общем, cоздавать семью, будучи телохранителем Сабуро Арасаки, было неудобно. Возможно, подобную нежность он испытывал в молодости? Когда в отпуске из армии встретил подругу детства… Фумико. Но нет, там была просто юношеская безудержная страсть, которая погасла так же быстро, как и вспыхнула. Остальные женщины из его прошлого были как сны: появлялись ночью и рассеивались днем. Но Валери… за неделю подарила ему больше нежности, чем кто-либо за всю его жизнь. Приручила к прикосновениям, как озлобленную собаку, которую взяли в дом после долгих лет на цепи. Ви обхватывает его лицо ладонями, и он выныривает из своих мыслей. Наконец, она целует его в губы. Аккуратно, едва касаясь. В такие моменты ему хочется, чтобы время остановилось. Но неожиданно она прерывает поцелуй, ухмыляется и по-хозяйки шлепает его по заднице. В этом вся Ви. Его Ви. — Я чуть руку не отбила! — она нарочито жалобно потирает ладонь. — У тебя зад, как у броненосца. Там боевой имплант стоит что ли? Горо смеется. Ви часто удается его рассмешить. Вместо ответа он хватает ее и перекидывает через плечо. От неожиданности она визжит, играюче хлопает его по спине. — Сейчас проверим, где спрятаны импланты у тебя, — спокойно говорит Горо, не обращая на дрыганья Ви никакого внимания. Она смеется и вырывается, когда он опускает ее на кровать. Его рука скользит под ее рубашкой… которая раньше была его — и начинает бессовестно ощупывать ее грудь и бедра. — Горо, щекотно же! Да и нет у меня в груди имплантов… какая бы дура поставила себе импланты первого размера? — Тебе они не нужны, — горячее дыханье Горо касается ее шеи. — Ты прекрасна. Ви смеется, но ее смех постепенно гаснет, а тело напрягается. Горо отрывается от ее шеи и следит за взглядом. Ви смотрит на часы. Он сразу понимает, о чем она думает. Тик-так. Время идет. Они не могут вечно прятаться в этой квартире, делая вид, что снаружи не рыщут Арасаковские псы. Что Ви не кашляет кровью по утрам. Что чип не убивает ее… Тик-так. Как же им хочется остановить время. Остаться навсегда в этом мгновенье, в объятиях друг друга. Но время осуждающе смотрит на них с циферблата на стене и требует, чтобы они начали действовать. Ви хнычет, когда Горо отпускает ее, хотя только что делала вид, что ей щекотно. Она не хочет думать о времени. О спасении. О собственной клятве. — Что мы будем делать дальше? — Горо садится на край кровати и смотрит на Ви так, будто сканирует ее. Но его оптика по-прежнему серебряная. Ви вдруг довольно улыбается, обнажая ровный ряд белых зубов. Она плюхается Горо на колени, обвив шею руками. — Ты сказал «мы»? В ее голосе звучит нескрываемый восторг. Она начинает снова целовать его, но на этот раз несдержанно, резко. Покрывает лицо поцелуями, добирается до губ, которые изогнуты в ухмылке. — А ведь еще неделю назад ты хотел меня прибить… Наконец, она целует его — исступленно, жадно, долго. Горо первый прерывает поцелуй и хрипло произносит: — Мы же договорились об этом не вспоминать. К тому же… Он резко приподнимает Ви, прижимает ее к себе. — Я бы не смог… А вот наказать такую дрянную девчонку — вполне. С этими словами он пару раз слегка шлепает ее по заднице. Отчасти в отместку за ее выкрутас в ванной комнате. Ви смеется и вырывается, и в конце концов, ей это удается. — Это еще кто кого накажет… Вновь ловя игривое настроение, она садится на Горо сверху и хочет то ли пощекотать, то ли что — но Горо не дожидается экзекуции и перехватывает ее запястья, возвращает к себе на шею. Тик-так. Она читает на его лице, что больше нельзя шутить со временем. — Послушай, Ви. Твой чип… он убивает тебя. Мы должны что-то сделать. Ви, поняв, что Горо настроен на серьезный разговор, выдыхает и, поколебавшись, слезает с него и садится рядом. Деловито заправляет густые белые волосы за уши. И произносит: — Перед налетом на «Арасаку» Вик щелкнул меня по носу: мол, ты совсем плоха, долго не протянешь… Говорит, сделай что-нибудь. — Вик мудрый человек, надо было слушать его, а не рисковать жизнью… — Да это ты послушай! — Ви нетерпеливо вскакивает с кровати. — Ну что я могла сделать? Я думала, что отправив Джонни в киберпространство, чип перестанет меня убивать… Как выяснилось, черта с два! Перед нашей с тобой страстной встречей, я снова приползла к Вику и он снова за свое: мол, все плохо, дорогуша. Однако он тоже не сидел на жопе ровно. Нашел какого-то технаря, и этот чувак продал Вику прогу, которая замедляет разрушительные процессы в системе. И поставил мне… Горо оживляется, и, не скрывая радости, спрашивает: — Так ты теперь?.. — Нет, я все еще умираю. — Ви опускает голову и добавляет тихо: — Но, как я уже сказала, процессы замедлились… Я выиграла немного времени... Она задумчиво гладит подбородок и продолжает: — Чтобы я делала без Вика? Хоть он вечно бурчит, но он всегда меня выручает. По сути он мне как отец… Горо вопросительно вскидывает брови: — А я тогда кто? Кажется, Вик младше меня. Ви снова улыбается, на этот раз хитро-хитро. — А ты папик, конечно же! Горо хмурится, склонив голову набок, призывая на помощь всю мощь своего лингвоимпланта. — Не понял разницы между «отец» и «папик»… но чтобы ты ни имела в виду — мне это не нравится, — отрезал он. — А мне очень-очень нравится. Ви ложится рядом и кладет голову ему на колени. Еще неделю назад она и не смела мечтать о таком, а сейчас ей, точно последний глоток воды перед смертью — дарована долгожданная возможность вот так прикасаться к Горо, как будто они были вместе всю жизнь. — Ви? У тебя есть идеи, как можно избавиться от чипа? — Угу. Моя крутая подруга Панам, лидер клана кочевников Альдекальдо — выяснила, что есть какие-то кибербедуины в пустынях с охренеть-технологиями. До них надо доехать, конечно, как-то втереться в доверие и уповать, что они смогут помочь… но все же это лучше, чем ничего. — Значит, кочевники… — Да, я заодно твою мечту исполняю, так? Ты ведь думал об этом… тогда на крыше, помнишь? Ты говорил, уйти бы в кочевники и все такое. Правда, придется долго тащиться по пустыням, жить в палатках, питаться консервами, ходить в кусты и биотуалеты, мыться в водоемах или самодельных душах… после этого жизнь в Найт-сити покажется тебе не такой уж плохой… Горо берет руку Ви и начинает целовать каждый палец, сам не ожидая от себя такой нежности. Что она с ним сделала? Как приручила к себе? И почему она… эта воровка? Или все дело в ее прекрасных глазах и улыбке… — А что потом? После того, как ты вылечишься? — Если я вылечусь, Горо… — Нет. После того, как ты ВЫЛЕЧИШЬСЯ. Что тогда? Ви театрально хмурится, приложив палец к губам. Другую ее руку все еще держит Горо. Ту самую, со шрамом от клятвы на крови. И сейчас он нежно проводит пальцем по нему. — Ну, Панам вроде хотела отстроить где-то там на юге нормальный лагерь. Не палаточный, а прям микро-городок, чтобы совсем уж не бомжевать. Базу, из которой будем отправляться в командировки… Горо молчит. Слишком много мыслей роится в голове, подобно насекомым. Он уже не в состоянии их обработать, там сплошные: «Нет-нет-нет!». Но глубоко внутри, в сердце, все кричит: «Да! Да!». Лишь бы быть рядом с ней. Ви хмыкает: — Представила тебя в твоем ослепительно белом костюме, как ты ставишь палатку. У тебя вообще есть какая-то более практичная одежда? Или вся заточена под выход на красную дорожку? — Ты ведь знаешь... я все оставил в апартаментах «Арасаки». В фургоне была сменная одежда, но ты ее украла, — c этими словами Горо поправляет воротник рубашки Ви, которую она присвоила себе, и которая ей бездонно велика. — Хорошо хоть успел перекинуть часть средств до блокировки счета и перенести на надежную щепку. — Отлично, надо тебе прикупить что-то… практичное. У меня для тебя найдется разве что кое-какая куртка. Затем Ви снова усаживается сверху на Горо. — Брюки придется снять, и я с этим помогу… Надо проверить твой размер. Ви хитро улыбается, а Горо закатывает глаза и от такого пошлого флирта. Который, впрочем, ему очень нравится. — А разве за все эти дни не успела проверить? — Теперь я сделаю... более детальный осмотр. Она целует Горо, после чего опускается перед ним на колени и принимается расстегивать ремень его брюк. У него в очередной раз пробегают мурашки по всему телу. Завтра, рано утром, они отправятся в путь на микроавтобусе Ви, замаскированным под компанию по ремонту оптики. Ви объяснит, что вечером и ночью патрули усиленные, а с утреца Арасаковские болванчики любят поспать. Будто Горо не знает, как работают корпораты… По дороге Ви и Горо заглянут к проверенным ребятам купить снарягу. Затем доедут до Пустошей на встречу с Панам, а уже оттуда все вместе поедут в лагерь Альдекальдо. Так решили сделать на всякий случай, если вдруг будут хвосты — чтобы не приводить их к отшельникам, а скинуть где-то по пути. Но все это лишь завтра. А сейчас, когда Горо запускает пальцы в волосы Ви, направляя ее движения… время останавливается.