Искра в тишине

Сначала космические путешественники летели сквозь кромешную тьму, и вдруг из тумана выплыла огромная, гнилая голова божества. Это была не планета, а буквально череп размером с мегаполис, который дрейфовал в пространстве. Из пустых глазниц бил неоновый свет, а в районе "затылка" припарковались сотни кораблей — от ржавых корыт до золотых яхт суверенов. — Ух-ты, папа не рассказывал мне про гигантскую летающую голову... — завороженно проговорила Сэм, увидев в лобовое стекло звездолёта приближающееся Забвение. После посадки Стражи куда-то направились, а Сэм последовала за ними. Пахло какой-то смесью формальдегида, дешёвого масла и древней мертвечины. "Ну ещё бы, — подумала Александр, еле сдерживая рвотные рефлексы (её обоняние в шлеме заметно улучшилось, впрочем, как и все другие чувства), — мы же внутри трупа!". Местные шахтёры повсюду тащили вёдра с какой-то светящейся жижей. Ракета сказал, что это спинномозговая жидкость, и она дороже золота. Пока компания шагала к ярко раскрашенному, но очень старому зданию, на котором красовалась вывеска: "Сапог", девушку толкнул трёхметровый розовый гуманоид, а под ногами пробежало что-то с щупальцами вместо ушей. Похоже, Забвение являлось притоном для всех, кому некуда было податься. На углу Сэм увидела золотистого ретривера в скафандре, решив сразу, что галлюцинация от паров мозга, но нет — пёс посмотрел на неё и она услышал у себя в голове: "Добро пожаловать на станцию, товарищ. Не делай глупостей". — Офигеть, — произнесла русоволосая, — телепатическая собака-коммунист! *** — Стоять, Квилл! С оружием внутрь нельзя, — у двери перед Стражами возник громила с розовым ирокезом, наполовину "закованный" в метал. — И смотри давай, без глупостей. У нас теперь камеры повсюду. Команда вздохнула и по очереди скидывали своё оружие перед охранником. Звёздный Лорд отдал бластеры, Гамора и Дракс — лазерные мечи и копья, Грут, за неимением ничего подобного, протянул громиле цветочек. Сэм, естественно, прошла вслед за деревом. Последним остался Ракета. Он отстегнул свой рюкзак, и на землю с тяжелым звоном и гулом посыпались массивные штурмовые пушки, обтекаемые космические винтовки и высокотехнологичные бластеры. Оружие летело в кучу одно за другим, пока гора вороненой стали и мерцающих индикаторов не сравнялась с ним ростом. Глядя на сваленный перед собой арсенал, способный уничтожить целую колонию, он агрессивно погрозил громиле: — Я запомнил состояние каждой из моих красоток. Одна царапина — и я размажу тебя по этой стенке. Тот хмыкнул и пропустил его внутрь. В баре стояли шум, гам, дым, из невидимых колонок гремела музыка, а за стойкой наливали субстанцию, которая, казалось, способна растворить обшивку любого корабля. Повсюду виднелись трубы, кабели, вживлённые прямо в древнюю кость, у Сэм было ощущение, что вся эта махина может в любой момент закрыть рот и всех пережевать. За липкими столами киборги, собранные из ржавого металлолома, соседствовали с двухголовыми беженцами, которые спорили сами с собой, в углу пульсировали розовым светом живые сгустки энергии, впитывающие пары алкоголя, пока суровые охранники придерживали за загривки зубастых тварей, рычащих на каждого встречного. Атмосфера царила такая, будто мир застрял внутри сломанного компьютера на краю света. — Что ж, смотри очень внимательно, Сэм, — хлопая её по плечу, сказал Звёздный Лорд. — Грязные, вонючие и уродливые головорезы, готовые снести голову за один лишь косой взгляд — вот, что из себя представляет галактика. Девушка никак не могла прийти в себя от смешанных чувств. — Обалдеть, — только и ответила она. Компания уселась за стол. Сэм сняла шлем с головы, чтобы не привлекать внимания, и положила рядом на скамейку. Сосредотовшись на рассказах Стражей об опасностях Вселенной и из приключениях, она не слышала и не видела, как неподалеку от них два существа, похожих на хамелеона, уже какое-то время шептались, глядя на неё: — Эй, у этой девчонки шлем Центуриона Новы. Он стоит десять миллионов юнитов! — Плевать на деньги. С помощью этой штуковины мы сможем подчинять себе миры. Пока Сэм была поглощена историями Стражей, хамелеоноподобные тени скользнули к скамейке. Отрабатывая слаженно, как пара карманников, один из них создал дымовую завесу своим хвостом, а второй в это же мгновение ловко подцепил шлем длинным липким языком. — Эй! Верни! — подскочив со скамьи, закричала Александр, обнаружившая пропажу. Стражи сразу сообразили, в чём дело. Они схватились за оружие... Вернее, за кобуры от них. — Ах-ты ж... Стоять, мелкие воришки! — крикнул Ракета, бросаясь в погоню. — И что за дурацкие правила — сдавать пушки и автоматы? Уже через секунду похитители оказались в десяти метров от стола. Тот, что покрупнее, не раздумывая, выхватил добычу. Его глаза азартно вращались в разные стороны. С глумливым смешком он натянул тяжелый шлем Центуриона на свою голову, рассчитывая на мгновенное могущество. Но вместо власти пришла агония. Шлем вспыхнул ослепительным неоновым разрядом, цепи голубой энергии оплели тело закричавшего вора, выжигая саму его суть. Стражи и Сэм, почти настигшие беглецов, остановились в ступоре. Короткий, полный боли крик оборвался мгновенно: свет погас, оставив на месте живого существа безжизненную, иссохшую коричневую статую с застывшей гримасой боли. Второй "хамелеон", увидев участь напарника, в ужасе зашипел и в мгновение ока растворился в толпе, оставив своего окаменевшего друга в качестве украшения интерьера. Ошарашенно глядя на коричневую статую, Сэм не могла пошевелиться от ужаса. — Он что, просто... — только и смогла вымолвить она. — Не паникуй! Наверняка можно вернуть... — Квилл запнулся, глядя на то, как от статуи отвалился кусок чешуйчатого пальца. Тишина длилась всего мгновение. Питер ещё не закончил фразу, а по коричневой поверхности статуи побежала тонкая, едва заметная трещина. Она началась от самого основания шлема и молниеносно расползлась вниз, к скрюченным пальцам вора. В ту же секунду всё тело существа, ставшее хрупким, как пережженная глина, начало осыпаться. Сначала отвалились плечи, превращаясь в мелкий песок еще в воздухе, а затем и вся фигура рухнула, подняв облако едкой коричневой пыли. Шлем Центуриона с глухим звоном упал на пол, абсолютно чистый и холодный, словно и не он только что уничтожил живое существо. На том месте, где стоял "хамелеон", осталась лишь бесформенная горка праха, которую тут же начал раздувать работаю щий в помещении кондиционер. — Вы же сказали, что шлем безопасен... — произнесла Сэм, со страхом осознавая, что эта убийственная штука была у неё на голове двадцать минут назад. — Да, должен был, — нахмурилась Гамора. Кажется, Стражи Галактики были не особо напуганы. Но всё равно каждый из них напрягся. Сэм, все еще бледная от увиденного, медленно протянула руку. Она боялась, что металл обожжет ее или превратит в такую же горку пыли, но как только ее пальцы коснулись холодного корпуса, шлем отозвался едва уловимой, мягкой вибрацией. Он узнал хозяйку. — Хватай его, и валим, пока охрана Забвения не пришла выяснять, кто тут разбрасывается прахом, — скомандовал Ракета, оглядываясь на собирающуюся толпу зевак. Сэм прижала шлем к груди, и команда быстрым шагом направилась к звездолёту. Драксу пришлось буквально прокладывать путь плечами сквозь любопытных инопланетян, а реактивный енот что-то ворчал под нос о том, что "безопасность — это для слабаков". Когда шлюз "Милано" с шипением закрылся, отрезая их от шума города, Сэм наконец смогла выдохнуть. Она опустилась в кресло второго пилота, глядя на шлем в своих руках. В стерильном свете корабля он выглядел всё так же величественно, но теперь девушка знала, какая разрушительная мощь скрыта за его блестящим забралом. — Добро пожаловать домой, — тихо сказал Питер, щелкая тумблерами на панели. — Ракета, прогревай двигатели. Уходим в прыжок, пока этот тип не привел сюда своих друзей. Звездолет плавно оторвался от платформы и, вспыхнув яркой точкой, исчез в бескрайней пустоте космоса. Когда они вышли на стабильный курс в гиперпространстве, гул двигателей стал убаюкивающим, но в кабине всё еще висело напряжение. Питер Квилл передал управление автопилоту и повернулся к Сэм. — Эй, — мягко окликнул он её. — Ты выглядишь так, будто увидела привидение. Хотя, технически, ты увидела кучку пыли, что гораздо гигиеничнее. Девушка не ответила, она продолжала смотреть на шлем, лежащий у неё на коленях. Звёздный Лорд вздохнул и сел на край консоли. — Послушай, я знаю это чувство. Когда ты понимаешь, что в твоих руках не просто крутая игрушка, а что-то... способное стирать людей из реальности... В разговор вклинился Ракета, проходя мимо с гаечным ключом: — Если шлем решит тебя испепелить, мы хотя бы сэкономим на твоих обедах. Но пока ты кормишь его правильными мыслями, он — твой лучший щит. Просто не давай его примерять всяким ящерицам. Дракс ободряюще кивнул: — Сила — это не то, что ты носишь на голове. Это то, как ты её используешь. Оставь страх там, на Забвении, вместе с тем прахом. Здесь ты среди своих. — Я есть Грут, — поддержал его Грут, но Сэм его не поняла. И всё же она почувствовала, как тяжесть в груди начинает отпускать. Она провела ладонью по гладкой поверхности шлема, и на этот раз он ответил ей теплым, почти дружелюбным светом индикаторов. — И куда теперь мы летим? — спросила она. — Делаем круг вокруг планеты Титан, чтоб не попасть в лапы к Таносу, а потом посмотрим. — Танос? — Александр вдруг заволновалась. Это имя упоминал Джесси Александр. — Кто это? — Спроси у Гаморы, — махнул рукой на женщину Ракета. — Лучше тебе не знать, Сэм, — ответила та. — Постарайся с ним не связываться. *** Питер Квилл спустился в трюм и уселся на стол, погрузившись в раздумья и глядя в круглое окошко иллюминатора. — О чём задумался, Пит? — к нему подошла Гамора и приобняла одной рукой. — Почему с Сэм такого не произошло? — спросил Квилл, имея ввиду ту страшную сцену с "хамелеоном". — Эта штука выбрала её не за красивые глаза. Возможно, она чувствует, что Сэм не собирается "подчинять миры", как те недоумки в баре. — Ты забыла историю с моим отцом, Гамора? И с Во́рлаком? Они-то как раз и собирались подчинять миры. — Хм... Действительно, это странно.