Искра в тишине

🎧Katy Perry — Kiss me, kiss me После того как техники закончили осмотр обломков, Кристоф объявил перерыв. — Том, Майя, Лейла — все в столовую, — скомандовал он тоном, не терпящим возражений. — Сэм переутомилась, я отведу её в медотсек на базовый осмотр. Рыжий Джо бросил на друга понимающий взгляд и, приобняв Лейлу за плечи, увёл её в сторону лифтов, громко рассуждая о том, что сегодня в меню обязательно должен быть запечённый корень флукса. Филдер лишь молча кивнула и ушла следом, скрывая за маской безразличия рой догадок. Как только коридоры опустели, Кристоф резко свернул в сторону технических уровней, где находились заброшенные залы старой обсерватории. Здесь было темно, пахло озоном и старой обшивкой, а звуки штаба сюда не долетали. — Крис, это не медотсек, — Сэм остановилась, а подозрением глядя на его напряженную спину. Он обернулся. Его глаза блестели. — Угу. Мне нужно знать, Сэм. Была это случайность или... — он замолчал, подбирая слова. — Попробуй ещё раз. Направь энергию в ту старую мишень для калибровки. Сэм неуверенно подошла к металлической панели. Она закрыла глаза, пытаясь вызвать то же чувство ледяного пожара в груди. Она вытянула руку, представляя, как сила течет по сосудам к ладони. Но... ничего не произошло. Тишина. — Я не могу, — прошептала она, опуская руку. — Я ничего не чувствую. Просто пустота. Кристоф сделал шаг к ней, его голос стал ниже. — Вспомни тот момент. Вспомни страх, твою реакцию, когда дрон летел на тебя. Он внезапно сократил дистанцию, почти вплотную, и Сэм почувствовала жар, исходящий от него. Его присутствие заставляло её сердце биться чаще, а ту самую искру внутри — снова подавать признаки жизни. — Попробуй ещё раз, — выдохнул он ей почти в самые губы. — Представь, что я — тот дрон. Защищайся. Сэм вспыхнула, её взгляд встретился с его карими глазами, и в этот миг между ними проскочил настоящий электрический разряд. Ладонь Сэм внезапно озарилась мягким голубым сиянием, и по комнате пронесся низкий гул. Сэм снова вскинула руку, и на этот раз голубое марево вокруг её пальцев стало ярче. Она чувствовала, как присутствие Криса — его запах, тепло его тела и этот невыносимо пристальный взгляд — действовал на неё как детонатор. Чем ближе он стоял, тем сильнее внутри закипала энергия, отзываясь на каждое его движение. — Твоё сердце бьётся слишком быстро, — прошептал Крис, и Сэм не поняла, упрёк это или наблюдение. Он осторожно накрыл её предплечье своей ладонью, направляя её руку к мишени. — Не пытайся вытолкнуть силу. Просто позволь ей течь через тебя, как будто я — это опора, а ты — проводник. В месте, где его пальцы касались её кожи, посыпались крошечные искры. Сэм затаила дыхание. Она чувствовала, как внутри неё пробуждается настоящий шторм, но теперь он не был пугающим. Рядом с Крисом эта мощь казалась... правильной. Словно часть энергии, дремавшая в ней, узнавала его. — Сейчас, — скомандовал он. Александр выдохнула, и короткий, ослепительный импульс сорвался с её пальцев, с гулом врезавшись в мишень. Металл мгновенно раскалился добела, а по помещению разнеслась волна воздуха. Сэм покачнулась от отдачи, и Крис мгновенно подхватил её за талию, прижимая к себе, чтобы она не упала. — Ты видела? — его голос дрожал. — Это не был случайный выброс. Ты управляла им. Сэм подняла на него глаза, всё ещё тяжело дыша. Расстояние между ними сократилось до минимума. Она видела каждую искру в его зрачках и понимала, что её сила почему-то реагирует не только на опасность, но и на него. — Почему это происходит, когда ты рядом? — тихо спросила она, не спеша отстраняться. Кристоф молчал, и в этой тишине заброшенной обсерватории напряжение стало почти осязаемым. Он знал ответ из тех же архивов: сила Сверхновы всегда резонирует с тем, кто был ему близок. Но признаться в этом себе значило признать, что их судьбы переплелись задолго до этой встречи. — Я бы хотел, конечно, проверить один момент, но... — протянул Крис, и его голос стал совсем низким, вибрирующим где-то у самого её уха. Он не закончил фразу, но его рука, всё ещё лежащая на её талии, чуть сильнее прижала Сэм к себе. Сияние вокруг её пальцев, которое должно было угаснуть после выстрела, вдруг вспыхнуло с новой силой. — Проверить... что? — прошептала Сэм, чувствуя, как её собственная сила буквально поёт от его близости. Кристоф смотрел на её губы, и в его глазах боролись офицерская выдержка и чувства. Он понимал, что если его теория верна, то эмоциональный всплеск может вызвать неконтролируемый выброс энергии, который засекут все датчики Ксандра. Но искушение было слишком велико. — Это может быть опасно, — закончил он, всё же сокращая расстояние ещё на миллиметр. — Для системы. Для штаба. И, возможно, для моего самообладания. Сэм увидела, как тяжело ему даётся каждый дюйм этой дистанции. Она сама подалась вперёд, и в этот миг по заброшенной обсерватории прокатилась беззвучная волна тепла. Шлем в лаборатории на другом конце здания в этот момент внезапно вспыхнул ослепительным светом, заставив приборы диагностики зашкалить. Кристоф замер в миллиметре от неё. Он чувствовал её прерывистое дыхание и то, как воздух между ними буквально трещит от статического напряжения. Сияние вокруг пальцев Сэм стало почти невыносимо ярким, освещая его лицо и резкие тени в старой обсерватории. — И... это может быть слишком... преждевременно, — выдохнул он, всё же заставляя себя отстраниться. Он медленно убрал руку с её талии, и Сэм почувствовала, как голубой свет мгновенно начал тускнеть, превращаясь в едва заметное мерцание. В комнате сразу стало холоднее и тише. Кристоф провел рукой по своим волосам. Его глаза всё ещё блестели, но он уже взял себя под контроль. — Извини, Сэмми. Моя теория подтвердилась: твоя сила напрямую завязана на эмоциях. И на тех, кто рядом. Но если мы сейчас продолжим проверять это... — он усмехнулся, — мы просто перегрузим датчики этого сектора, и сюда прибежит вся армия во главе с Ирани. Он подошел к разбитой мишени, изучая оплавленный край. — Тебе нужно научиться вызывать это состояние без... экстремальных факторов. В бою меня может не быть рядом, чтобы "катализировать" твою искру. А ещё... научись контролировать её. Сэм кивнула, чувствуя одновременно и облегчение, и странный укол разочарования. Она понимала, что он прав, но та неожиданная уверенность, которую давало его присутствие, была слишком притягательной. — Идём, — Крис снова стал строгим, хотя в его взгляде, когда он смотрел на неё, всё ещё читалось то, чего не было в уставах Новы. — Нам нужно вернуться к остальным, пока Том не начал придумывать небылицы о том, где мы пропадаем. Когда Сэм и Кристоф вошли в общую столовую, там уже вовсю кипела жизнь. Шум голосов, звон посуды и запах горячей еды мгновенно обрушились на них, заставляя окончательно вернуться в реальность. Том Джо и Лейла сидели за самым дальним столом, явно дожидаясь их. Как только пара приблизилась, Том замер с ложкой в руке, подозрительно прищурившись. — О, явились! — Том перевёл взгляд с Криса на Сэм и обратно. — Вы где пропадали? Мы с Лейлой уже успели обсудить три теории вашего исчезновения: от похищения Скруллами до внеплановой инспекции подвалов. Лейла легонько толкнула Тома локтем в бок, но сама не сводила с Сэм любопытного взгляда. Она сразу заметила, что та выглядит иначе. В её волосах всё ещё летала пара статических искорок, а щёки горели неестественным румянцем. — Мы были в медотсеке, я же сказал, — Кристоф сохранял безупречное спокойствие, хотя его голос звучал чуть глубже обычного. Он сел напротив Тома и невозмутимо принялся за еду. — Александр нужно было проверить уровень сахара после такого выброса на полигоне. — Сахара, говоришь? — Джо усмехнулся, подмигивая Лейле. — Ну-ну. А чего тогда у тебя самого вид такой, будто ты только что через чёрную дыру пролетел? Сэм поспешно уткнулась в свой поднос, стараясь не смотреть на ни на кого из сидящих за этим столом. — Ладно, — Лейла решила спасти подругу от допроса и заговорила более добродушно. — Главное, что всё в порядке. Сэм, попробуй этот фрукт, он отлично восстанавливает силы. Тебе они завтра понадобятся — Майя сегодня тренировалась в два раза дольше обычного. Кажется, она готовит реванш. *** Ночью Сэм не спалось. Слишком много вопросов крутилось в голове: странная сила, вырвавшаяся из рук, загадочное прошлое её отца и этот непонятный момент близости с Крисом, заставивший её сердце биться намного быстрее обычного. Накинув куртку, она прокралась по тихим коридорам к архивной библиотеке Цитадели — огромному залу, где в парящих кристаллах хранилась история тысяч миров. Сэм нашла терминал и ввела имя: "Ричард Райдер". Перед ней замелькали сводки сражений, голограммы Земли и отчёты о Волне Аннигиляции. Она жадно вчитывалась в строки о дружбе Райдера и Джесси Александра, когда за спиной раздались тихие, размеренные шаги. — Информация о нём заблокирована на уровнях выше базового, — негромко произнёс знакомый голос, выходя из тени стеллажей. Сэм вздрогнула и обернулась. Кристоф был в простой черной футболке, выглядел усталым, как будто он тоже не ложился. — Я не могла уснуть, — призналась она, отходя от терминала. — Крис, почему ты не сказал, что мой отец и твой были не просто напарниками? В этих файлах написано, что они доверяли друг другу свои жизни чаще, чем кто-либо другой в Корпусе. Кристоф подошёл ближе, его рука коснулась холодной консоли. — Знаешь, я ведь до семи лет жил на Земле, — вдруг признался он. — Пока он был, мы были обычной семьей. Но когда он погиб, всё рухнуло. Моя мать... просто исчезла, пропала без вести. Сэм затаила дыхание. Она никогда не слышала от своего куратора таких откровений. — Твой отец, Джесси, был единственным, кто пришел за мной, — Крис горько усмехнулся. — Он отчаянно хотел забрать меня к вам, чувствуя долг перед моим погибшим отцом. Но он еле сводил концы с концами, обеспечивая твою маму и тебя. А признаться Нове Прайм, что великий Центурион живет в нужде и не может прокормить еще одного ребенка, для него было выше его гордости. Он замолчал на мгновение, перебирая в памяти те дни. — Поэтому он привез меня сюда, на Ксандр. Отдал в руки Ирани Раэль, зная, что здесь я буду сыт, обучен и в безопасности. Он спас меня, отдав Корпусу, но я долго не мог простить ему того, что он оставил меня в этом холодном блестящем мире, а сам вернулся на родину. Теперь русоволосая понимала, почему Кристоф так смотрел на неё — она была частью той жизни, которой его лишили. — Он просто хотел для тебя лучшей доли, чем та, что была у нас, — сказала она, опуская глаза на пол. — Я знаю это, — ответил он, глядя на Александр. — И ирония в том, что именно ты принесла мне весточку из того дома, который я потерял. Он уселся на ступеньки лестницы, ведущей на второй этаж библиотеки, и кивком головы пригласил девушку приземлиться рядом. — Я ведь знаю тебя очень давно, — снова произнёс брюнет. — Мы часто бывали у вас в гостях. Сэм задумалась, роясь в воспоминаниях. Но успеха она не достигла, и поэтому грустно ответила: — А я... я совсем не помню этого... Как будто память стёрли. — Ты же была совсем маленькой. Это естественно, что ты ничего не помнишь. — Крис, расскажи о тех временах ещё что-нибудь, пожалуйста! — русоволосая сложила руки в мольбе. Райдер пожал плечами. — Я помню, как пахло старым маслом в гараже твоего отца, — Крис едва заметно улыбнулся, и эта улыбка была самой искренней из всех, что Сэм видела у него. — Твой папа вечно возился с каким-то ржавым пикапом, а мой сидел на крыльце и спорил с ним о том, какая футбольная команда круче. Я помню тебя... Ты вечно пыталась стащить у нас мяч. Джесси тогда казался мне самым могучим человеком на свете, даже без всяких шлемов. Иногда я закрываю глаза и всё ещё чувствую вкус того лимонада, который делала твоя мама, — добавил он немного тише. Слова признания своих слабостей давались нелегко. — Это единственное, что согревало меня все эти дни здесь, на холодном Ксандре. Русоволосая заворожённо слушала его. Образ сурового наставника окончательно рассыпался, оставив перед ней того самого семилетнего мальчишку, которого когда-то разлучили с домом. Она хотела что-то ответить, но в этот миг по залу пронёсся низкий гул. Свет в терминалах моргнул и резко погас. Библиотека погрузилась в абсолютную, непроглядную тьму. Автоматическая блокировка дверей сработала с тяжелым металлическим лязгом. — Что это?.. — прошептала Сэм, инстинктивно подавшись в его сторону. — Тише, — его рука мгновенно нашла её плечо, притягивая ближе. — Система ушла в режим глубокой перезагрузки. Это странно... такого не должно быть ночью.