(don`t) touch

Ох, Эзреаль был пьян. Эзреалю нравилось. Эзреалю не нравилось, что ему нравилось. Вечер протекал весьма спокойно и мирно - возможно, этот клуб был не так плох, как могло показаться на первый взгляд. Тут очень вкусная - и, боже, очень, очень дорого выглядящая - еда, вкусные закуски, приветливый персонал и самое главное - огромный выбор различных коктейлей. Он не хотел обозначать для самого себя, почему у него вдруг резко возросла терпимость к алкоголю. Дело могло быть в том, что алкоголь тут в коктейлях вообще не чувствовался, в том, что в последнее время у Эза в принципе возросла какая-то нездоровая тяга к саморазрушению, а возможно, все гораздо проще, и причина, по которой так сильно хотелось накидаться в дрова сейчас мирно попивала крепкий виски из низкого стакана с огромным кубиком льда в нем, скучающе скользя взглядом по всем находящимся в помещении. Но, конечно же, нет, последняя причина явно не имела места быть - Эз же не какая нибудь малолетка, чтобы напиваться из-за весьма мудацкой неудачной любви, верно? Когда у барной стойки Эзреаль просил повторить “Секс на пляже” в третий раз, к нему подошел Афелий. – Все в порядке, Эз? – в чужом голосе не было этого опоясывающего волнения, такого, будто мамочка печется о своем ребенке, что не могло не радовать. Это была просто дружеская забота - просто обычный вопрос, который друзья иногда задают друг другу в баре.– Да, все отлично, – Эзреаль мягко улыбается, глядя на друга, у которого глаза тоже все-таки чуть подернуты пеленой опьянения - явно Сетт постарался, но вряд ли непреклонный Фел позволил бы спаивать себя до состояния беспамятства, – тут очень вкусные коктейли. Ты же знаешь, что я не люблю алкоголь, но это… – Да, по тебе видно что здешний бар тебе очень понравился. Эз чуть хмурится. – Я что, выгляжу сильно пьяным? – Слегка, – тихий смешок, окутанный заботой, – ты все еще неотразим, можешь не переживать об этом. Но все же будь осторожнее. Тут конечно очень хорошая охрана, – Афелий обвел взглядом несколько широкоплечих секьюрити, разбросанных то тут, то там, – но мало ли. Все, кроме Шиды, раскидались по клубу. Он весьма… – Внушительных размеров, да? Невероятно. – Мгм, – парень согласно кивает, – мало того, что клуб двухэтажный, так еще и на третьем этаже к нему приставлен десятиэтажный отель, которому это место фактически принадлежит. – Так вот, почему здание такое огромное…погулять действительно есть где, – задумчиво изрекает Эз, делая глоток, – но я не думаю что уйду дальше бара или танцпола. И куда все пропали? И почему ты не с Сеттом? – Сетт ушел болтать с каким-то знакомым, которого встретил. Его компания сидит на втором этаже, а мне не особо интересно слушать про спорт и качалки, так что я предпочел немного прогуляться, он в любом случае не проторчит с ними слишком долго. – Уверен? – Абсолютно. Эти ребятки бесят его до глубины души, и пошел он исключительно из вежливости. Ёнэ и К`Санте пошли поболтать о чем-то во внутренний двор, а Каин… – Он не выглядит скучающим, – Эз осторожно взглянул в сторону Шиды, что просто сидел на роскошном диване и пил.  К нему вдруг подходит какая-то девушка: удивительно стройная китаянка в роскошном и весьма открытом, черном, бархатном ципао. Казалось, ее каблук на туфлях можно было использовать как холодное оружие, тем не менее, она села рядом с Каином с грацией черной кошки, мягко положив тонкую ручку ему на бедро.  Эзреаль напряженно смотрел, позабыв о “конспирации”, не отрывая взгляда - все мышцы вмиг напряглись, поджались, словно лопнут вот-вот и кровь хлынет прямо из кожи, а язык нервно провел по вдруг сухим, несмотря на липкий блеск, губам. Он сжал в тонком кулаке идеально выглаженные брюки, стараясь дышать ровно - получалось откровенно плохо. Откуда это… – Эз, перестань так пялится, – сказал Фелий тихо, но, тем не менее, тоже не отрывал взора, периодически посматривая на друга. Бледные, длинные пальцы поползли выше, но Каин, осторожно улыбаясь, остановил девицу на полпути, схватив ее за кисть - та начала дуть губки, явно говорить что-то приторно грязное, стараясь заработать свои деньги. Однако с первого раза до нее дошло - она сложила ладошки на тонких бедрах, о чем-то щебетала пару минут, пока Шида, подперев рукой щеку, внимательно слушал ее. Девушка то и дело поглядывала вниз, туда, ради чего она пришла - но парень был непреклонен. В конце концов, он уже активно замотал головой в стороны, выражая отрицание, но, тем не менее, мягко посмеиваясь - Эза бесило даже это. – Со мной значит ни словом, а как с проститутками поболтать - так мы первые, - пробубнил он себе под нос, хмурясь пуще прежнего, но Фел, судя по всему, услышал. – Эзреаль… – Оставь свои нравоучения при себе, – слишком резко сказал он, отчего Афелий поджал губы, но, вздохнув, действительно замолчал. Китаянка, тем временем, также грациозно поднялась с дивана и откланялась, уходя с идеально ровной осанкой и без капли расстройства на лице - таких как Каин она найдет и уже сможет уломать с десяток за вечер.  Эзреаль был вне себя от злости, и искренне не мог понять, почему, отчего сердился еще сильнее. Каин ведь отказал ей. Он не пошел в ближайший номер в отеле, не снял с нее это чертово платье, не трахнул ее на мягком матрасе, пока она выдавливала (а может, сделала бы это искренне) из себя стоны удовольствия, лишь бы заломить цену побольше - ничего этого не было. Шида все еще тут, сидит на этом диване и пьет свой разбавленный льдом виски, выглядит совершенно незаинтересованным ни в ком, ни в одной проститутке этого злачного места. Он ни на кого не смотрит. Кроме Эзреаля. Он только сейчас заметил, как зеленые глаза впились в него - Эза всего передернуло. Он уверен, что Каин видел, как Эз наблюдал за ним, и самодовольная улыбка, последовавшая после пары секунд переглядок, это подтвердила.  Шида салютует пузатым стаканом, отпивая напиток не отводя взгляда, и Эзреаль яростно вскакивает с высокого стула. – Урод… – Ты куда? – уже обеспокоенно интересуется Афелий, готовый вот-вот хватать друга. – На второй этаж. Не могу смотреть на это лицо, меня сейчас стошнит, – лжет Эзреаль на “пять с плюсом”, как ему самому кажется, пока нервно трясясь, ищет ближайшую лестницу. Взгляд Каина мажет по нему. И Эзреаль действительно боится себя.

***

– Еще раз привет. Чего один сидишь? Ясуо появляется также неожиданно, как и в самый первый раз тут, когда Эз увидел его. На нем уже другая одежда - темно-коричневый смокинг и рубашка, и, черт возьми, так он выглядит еще старше Ёнэ, однако трудно отрицать, что подобный наряд ему к лицу не меньше, чем стрит-стиль, в котором он появился в начале вечера. – Да так…вышло. Все куда-то разбрелись, а я не слишком люблю подобные места, чтобы разгуливать по ним также свободно и беззаботно. – О, правда? – мужчина улыбается, но Эза эта улыбка отчего-то напрягает. То неприятное послевкусие еще никуда не делось, – мой брат тоже не особый любитель, но ради меня сделал исключение. Я постарался устроить все так, чтобы ему было максимально комфортно. Как думаешь, вышло? “Вырисовывается беседа” пронеслось в зеленой голове. Что ж, в любом случае это лучше чем сидеть и страдать в одиночку. Да и Ясуо не кажется опасным, а скорее наоборот - тем, с кем можно приятно и спокойно провести вечер, и возможно заставить чертового Шиду ревновать. – Думаю, да? – неуверенно ответил Эз, отпивая из своего бокала, – Ёнэ все же был сначала немного на панике в силу своей гиперответственности, в остальном…что ж, учитывая, что я не видел его уже около сорока минут, думаю, он расслабляется.  – Рад это слышать. А что насчет тебя? – В смысле? – Ты расслаблен? Раз уж ты не в восторге от подобных мест, возможно, тебе слегка дискомфортно, особенно без компании? – Ох, ну… – Эзреаль чувствует, как осторожно и медленно парень вторгается в его личное пространство, но ничего не может (или не хочет?) с этим сделать, – я чувствую себя неплохо. Но от компании не отказался бы -  в конце концов, мы очень мало поболтали во время торжественной части, верно? – Это точно, – мужчина присаживается за соседний барный стул, – всегда мечтал с тобой познакомиться. А как только выдалась возможность - было не до этого. – Оу…и чем же вызван этот…интерес? – Ну как, – Ясуо машет бармену, и тот, кажется, понимает его без слов, – сам Эзреаль из Heartsteel. К тому же очень хороший друг Ёнэ - он много о тебе рассказывал. – Обо..мне? – неуверенно интересуется Эз, удивленный подобной разговорчивостью мамочки их группы. – Ну, – Ясуо явно стушевался, – не только о тебе. Он в принципе про вас, как группу, много хорошего говорил. И о тебе в частности. – Вот как…      Дальнейшая беседа потекла спокойной, мирной речкой, без волн и камней. Они говорили о совершенно разных, но, тем не менее, максимально отстраненных вещах, без остановки на какой-либо конкретной теме. Это все ощущалось как очень затянувшийся, но, тем не менее, весьма приятный small talk - из Ясуо вышел хороший собеседник, и даже Каин с его подобием выходки (Эзреаль, прекрати лгать себе, он не сделал ничего плохого) отошел на второй план, остался где-то там, на первом этаже этого клубешника на том роскошном диване. А Эз тут - на втором, среди RGB-софитов, создающих сочетанием приятное фиолетово-розовое свечение, и совсем-совсем ни о чем не переживает. Лгун. Ясуо рассказал, что его любимый коктейль - стингер, и что он вообще большой поклонник всего с мятным и освежающим вкусом. Что музыкой он занимается с самого раннего детства, и True Damage, хоть и не остались на плаву также, как это сделали Heartsteel - Эз почувствовал в этом отблеск укора и зависти, но уверял себя в том, что его пьяной голове показалось - эта группа дала ему хороший толчок в дальнейшую музыкальную карьеру, и с этим сложно поспорить. Диджеить в клубе вроде этого было действительно чем-то престижным, однако о том, какими связями он сюда добрался, история умалчивает. Да и не особо-то оно и интересно - даже если он спал с кем-то ради этого, в любом случае, это не входит в юрисдикцию собачьих дел Эзреаля. Когда успевший протрезветь Эзреаль опьянел вновь во время разговора за парочкой - конечно же, там было больше чем парочка - коктейлей, мозг соображал уже с трудом. За весь вечер в нем уже было явно больше дюжины стаканов с совершенно разным содержимых разного градуса, и для обычного человека растягивать подобное на уже почти три часа было бы не так плохо - но не для обычно непьющего Эза. Брат Ёнэ же выглядел совершенно трезвым, хотя пил ничуть не меньше. И чем больше затуманенному разуму было сложнее переваривать информацию, тем в более странное русло заходил диалог. Эзреаль был не настолько пьян, чтобы с трудом анализировать свои и чужие слова и действия, но почему-то с этим все равно было тяжело справляться. – А что у тебя на личном фронте? Девушка есть? Этот вопрос ввел в ступор. Не было никаких предпосылок к тому, чтобы они вдруг начали обсуждать подобные вещи - кажется, пару предложений назад они говорили о том, в каком ресторане самая лучшая кухня по их мнению. – Девушка? Эм…нет?  – Что насчет парня? Эз почти поперхнулся - что ж, пока что у него хватает выдержки, чтобы держать свою эмоциональность в какой-никакой узде.    – Почему… – Вы с Шида Каином довольно близки, верно? Между вами такое…напряжение, вот я и подумал - вдруг вы пара. Возможно, в ссоре. – Нет, мы не в отношениях, – возможно слишком резко выпалил Эз, но оправдываться было уже поздно, – мы довольно близкие друзья, но о…отношениях и речи не может быть. Говорить такое было натурально болезненно. Слова не были ложью в каком-то смысле - но ощущение было такое, что он нагло обманывает Ясуо, и от этого тошнило.       Собеседник выглядел неоправданно обрадованным и заинтересованным, но у Эза не было ни времени, ни желания размышлять над тем, чем была вызвана эта улыбка, которую мужчина очевидно пытался спрятать за своей широкой ладонью. Главное - что сработало. – Прости мне мою бестактность, простое любопытство.  – Да, я понимаю. Все…в порядке, – Эзреаль неуверенно улыбается, прокашливаясь. – Акали вроде бы была в отношениях с Каином, – вдруг задумчиво сказал парень, а у Эза сердце в пятки бухнуло - это последнее, о чем он бы хотел говорить сейчас, – сильно счастливой во время отношений с ним она не выглядела. – Да? Он хороший друг, странно, что он оказался плохим любовником. Я мало что знал о их отношениях, мне почти не рассказывали. Эзреалю казалось, что он строил из себя дурачка на “ура”, однако карие глаза напротив пронизывали так, будто знали подноготную каждого слова, что он роняет из своего рта. И это могло быть правдой -  в конце концов, они в одной группе, Акали могла рассказать ему все, и происходящее сейчас на самом деле было всего лишь глупым цирком, но пути назад уже не было. Проблема была не только в том, что Эз залгался, но и в том, что он не знал, зачем вытаскивать эту ложь из него.                                            – Думаю, из тебя – Ясуо вдруг положил ладонь на коленку Эза - не интимное место, чтобы напрягаться, но Эз весь сжался, – любовник вышел бы получше.  Повисло неловкое молчание - Эзреаль не знал, как реагировать. Чувство, окутавшее его с ног до головы, сложно было назвать полноценным испугом, но приятного в нем было мало. Однако, рука ушла с его колена также быстро и неожиданно, как оказалась на нем - парень не уверен, что ему это вообще не показалось с пьяну - и мужчина напротив просто спокойно посмеялся, разряжая обстановку. – Прости мне мои глупые шутки, возможно, я немного пьян. Мне надо ненадолго отойти к стойке, и мы вернемся к беседе, хорошо?  – Да…да, конечно, – Эз выдавил из себя подобие улыбки, – мне тоже нужно отойти в уборную. – Тогда до встречи. “Что ж, Эзреаль, это была всего лишь глупая пьяная шутка” успокаивал себя парень, глядя в огромное зеркало в туалете. Зеваки, заходящие сюда затем, зачем обычные люди обычно ходят в уборную, смотрели на Эза как минимум странно, но ему было все равно. По крайней мере, у него было время успокоиться - и это время он потратил с пользой.  Уборную и общие клубные помещения разделял небольшой кусок пространства - в нем было 2 двери, ведущие в туалет, и две запертые для персонала. Отсюда открывался хороший вид - темные кирпичные стены с бледно-желтыми лампами хорошо контрастировали с яркими софитами основного помещения, обладали неплохой звукоизоляцией и давали глазам и ушам (и мозгам) отдохнуть от громкого шума и яркого света. Эз искренне не хотел отсюда выходить, засмотревшись на небольшой аквариум с экзотическими рыбками, вмонтированный в стену. – Тебя пытаются развести на секс, – скучающе отозвался Каин, что неожиданно материализовался рядом. Как Эз не заметил его присутствия поблизости, того, как он подошел к нему - вопрос, конечно, великолепный, но он ответит себе на него чуть позже.        И Эзреаль вдруг почувствовал себя неожиданно хорошо. Приятно. Неведомое доселе нечто потекло по венам, отдавая нервные импульсы в мозг, и он, опираясь плечом о плотное стекло аквариума, улыбнулся уголком губ, чуть склонив голову вбок.  – И что? – хрипло отозвался он, не стараясь оспорить это предположение во имя собственных желаний, пытаясь проанализировать чужое лицо.  Шида, казалось, не излучал ни единой эмоции. Словно нахождение тут, общение с Эзреалем, констатация такого, казалось бы, немного мерзкого факта - все это не более чем удручающая обязанность, скукота, не достойная и толики его внимания. – Давно ты стал дешевой клубной шлюхой? – изгибает бровь Каин. – Шлюхи за деньги трахаются, умник. – Ты еще и бесплатно ему дать собрался? Уморительно. Хотя бы коктейль пусть оплатит тебе, а не позорится. – А ты как, успел оплатить той китаянке коктейль? – проговаривается он. Каин кажется удовлетворенным такой реакцией. – А ты смотрел настолько внимательно, что на таком расстоянии смог рассмотреть даже ее национальность? Сдаешь позиции, Эз, где твоя каменная выдержка? Эзреаль крепко сжимает зубы: глупым решением было ожидать от Каина какой-то другой реакции. Он чувствует, как напрягаются желваки и челюсти, когда тело вмиг твердеет, всем своим существом, каждой клеточкой и мышцей возмущаясь тому, что все идет не так, как хотелось бы. Не так, как глупый пьяный Эзреаль успел вообразить в своей голове.  – В твоей крашеной башке никак не может уложиться тот факт, что люди друг на друга могут смотреть не как на болванку для удовлетворения своих желаний, – связная речь давалась Эзу с трудом, но он искренне пытался, – а как на интересного человека с которым приятно общаться, да? Не каждый в этом клубе - шлюха, желающая поиметь меня. В отличие от тех, кто постоянно крутится рядом с тобой, Каин. – Да ладно, – Шида тихонько посмеивается, и у Эза невольно поджимается что-то внутри, – моя крашеная башка может различить, когда собеседник смотрит в глаза или на улыбку, – Каин подходит ближе, пока, в конце концов, Эзреаль не оказывается вплотную к стене. Дыхание перехватывает от подозрительно знакомой сцены, – а не на блядский вырез пиджака. Он, черт возьми, назвал тебя “хорошим любовником”, и ты действительно поверил в то, что это всего лишь пьяная шутка? Тонкий палец тычет в оголенный участок кожи. Эзу кажется, что он задыхается - рука Шиды ледяная. От него пахнет знакомым одеколоном, незнакомыми сигаретами и совсем немного алкоголем, но, как и всегда, его блядский взгляд чище и ярче, чем у любого трезвенника. Кажется, зелень в его глазах светится в полумраке. “Он приперся ко мне в хлам пьяный ближе к вечеру. Я вообще впервые видела его пьяным, думала, что алкоголь его совсем не берет, а он накидался так, словно впервые в жизни вообще выпил.” Интересно, как выглядит пьяный Каин? – Он раздевал и жрал тебя взглядом все время, пока не умотал к своей отстойной диджейной стойке. Даже тогда, когда вы обсуждали домашних животных, он думал о том, как бы тебя выебать,  – жестко чеканит Шида, не убирая руку, – и он видит в тебе трофей, который классно было бы завоевать, а не интересного собеседника, идиот. Сам Эзреаль из “Heartsteel”, прикинь? В то время как его жалкая группа не прожила в чартах и месяца, мы держимся уже больше полугода, и он хочет всего лишь убедить себя, что его популярность все еще стоит хотя бы того, чтобы завалить в кровать такую мировую звезду, как ты.   Эзреаль молчит, не способный прохрипеть хоть что-нибудь. – Он видит в тебе не человека, – заканчивает в конце концов Шида, и Эз видит, как тот все таки кидает взгляд на оголенную бледную грудь, усыпанную бодичейнами, что сверкают серебром в мягком свете от аквариума, – а милого мальчика для секса, которого ему удобно предоставил брат, сам того не зная, – заканчивает он тихо, почти шепотом, не отрывая глаз, и Эзреаль может проследить, как дергается чужой кадык.  Чужое мягкое движение пальцем скорее машинальное, чем подкрепленное какими-то помыслами, но Эзу все равно хочется упасть на колени. Он, несмотря на такую искреннюю ярость, чувствует обман в чужих словах. Чувствует, что Каин ничем не отличается, когда вновь срывается, пусть и в такой незаметной, казалось бы, манере. – По себе людей не судят, Шида, – чеканит Эз, находя наконец в себе силы на то, чтобы отбросить чужую руку. Лицо Каина, на первый взгляд, никак не меняется, но Эз, чувствуя себя совершенно помешанным и больным на голову, прослеживает каждое микро изменение в чужой мимике, с каждой секундой все больше жалея о произнесенных словах. Он сегодня слишком, слишком много болтает - Шида отходит на пару шагов назад молча, натягивая на лицо какую-то странную улыбку. Она больше похожа на улыбку Рааста, чем Каина, и Эзреаль просто надеется, что ему показалось. – Как скажешь, Эззи, – приторно тянет он, разворачиваясь в сторону толпы, туда, где Эз теперь почувствовал бы себя более безопасно, – в таком случае, установи четкий прайс, будь добр. Буду знать, сколько мне нужно, чтобы наконец трахнуть тебя. Хорошего вечера. Каин растворяется в толпе - Эзреаль все-таки оседает по скрипучему стеклу вниз, на пол, не заботясь о своем белоснежном костюме. Чужие слова оседают в голове пеплом; Эз чувствует, что его мутит.Он не знает, сколько просидел так, в полной прострации и непонимании происходящего, сколько зевак косо посмотрели на него и, возможно, сфотографировали - это все чертовски неважно. Каждая встреча с Каином оставляет после себя острое послевкусие, такое, словно его заставили съесть Каролинского Жнеца и не дали запить молоком или хотя бы водкой. “Сколько мне нужно, чтобы наконец трахнуть тебя”  Его вновь передергивает, прежде чем из мыслей вытащит знакомый голос. – Эзреаль? Все в порядке? Это Ясуо. Вернулся, видимо, а он тут рассиживает в невминозе и в своей одной из худших ипостасей.  – Я…да. Немного плохо себя почувствовал, пытаюсь отойти. – Ох, ужасно, тебе нужно выпить воды. Я сейчас принесу, будь тут, хорошо? Эзреаль послушно сидит, даже не пытаясь подняться на ноги - слишком не до этого, слишком много ощущений, звуков, запахов и чувств, чтобы заставить себя хотя бы шевелиться. Слишком много слишком, и это, спустя месяца затишья, безумно выматывает; и возможно, дело не только в Каине, но и в выпитом за вечер алкоголе. Ясуо возвращается с стаканом воды - от нее странно пахнет, но Эзу слишком лень и слишком сухо в глотке чтобы думать об этом сейчас. Он осушает весь стакан почти залпом, чувствуя, как все же понемногу становится лучше. Вдруг нападает дикая сонливость. По ощущениям не проходит и минуты - глаза начинает дико жечь, как когда ты долго сидишь перед компьютером, а тело становится ватным и мягким. Мышцы не слушаются - Эзреаль не может контролировать свои конечности, и от этого становится тревожно. Все это время Ясуо сидит рядом на корточках  и поглаживает его по плечу. – Ясуо, я… – В сон клонит? Эз находит в себе силы чтобы кивнуть. – Я могу отнести тебя в номер, чтобы ты вздремнул, – заботливо проговаривает мужчина, но до Эзреаля слова доходят уже обрывками, – я скажу ребятам, что тебе стало плохо, и разбужу через часик, идет? – Да…спасибо большое. Ясуо осторожно поднимает его, поддерживая под руки, чтобы создать опору. Эзреаль помнит только то, как они доходят до стеклянного лифта сквозь густую и душную толпу, а дальше наступает приятная прохлада, и темнота окутывает уставшее тело мягкими, совсем не страшными объятиями.  Сон сейчас действительно необходим.

***

Каин искренне пытался расслабиться - вливал в себя тонны алкоголя, попросил кальян у хостес, раскурил его на пару с Сеттом и Афелием, однако ничего не помогало. Мозг отказывался принимать алкоголь, кровь отказывалась всасывать спирт, Эзреаль пропал с этим чертовым извращенцем и непонятно, решит ли этот урод воплотить свои желания в жизнь или нет. А Шида не мамочка, и даже не в таких хороших отношениях с Эзом - спасибо большое, любимый “я” и Рааст - чтобы ходить за ним по всему клубу и приглядывать.  Радовало только то, что молчало чудовище в голове; еще бы оно не молчало после тех доз лекарств, что Каин всыпал в себя перед выходом. Он правда хотел поговорить с ним. Правда хотел донести, что Ясуо - не тот, кому стоит доверять, старался говорить максимально честно и четко, ясно, по делу, а потом, возможно, вывести диалог в какое-то более спокойное русло, лишь бы разрешить весь этот пиздец, происходящий между ними уже не первый месяц. Шиде казалось, что месяца в полном одиночестве должно хватить в полной мере для налаживания тотального бардака в своей голове - однако, казалось, что стало только хуже. Но теперь, когда Эзреаля нет на горизонте больше часа - Каин действительно начинает нервничать. Он вспоминает себя тогда, когда искал Эзреаля по всему городу, и искренне не хочет испытывать это рвущее грудь, мышцы и мясо чувство страха вновь. Он не уверен что совладает с собой на этот раз. Чертовски не уверен. – Афелий? – он наконец находит его где-то во внутреннем дворе, что почти безлюден в это время - внутри шумит музыка и чьи-то крики. Возможно, там происходит что-то интересное, и все сбежались туда. Сетта рядом с синеволосым почему-то не видно. – Да?  Каин замечает, что Фел, на удивление, действительно пьян, и даже предполагает, кому за это можно сказать спасибо. Будь обстановка чуть более мягкой и располагающей, он бы обязательно посмеялся с этого. Снял на камеру и потом, утром, когда все протрезвеют, скинул в общий чат. Но сейчас… – Эзреаля не видел? Тонкие брови чуть хмурятся. – Зачем спрашиваешь? – Давно не видно его. Совсем за друга не печешься, что-ли? – Он не маленький ребенок, – протестует парень, скрещивая руки на груди, – что с ним может случиться плохого? Шида поджимает губы, скручивая ладони в кулаки у себя на боках. – Не можешь просто сказать, где он? Афелий молчит. Смотрит внимательно-внимательно, и взгляд у него вдруг становится таким чистым, словно он не влил в себя ни капельки в этот вечер, и Каин вдруг понимает, к чему это молчание. – Я не трону его. Клянусь. Я просто переживаю. Фел подходит к нему вплотную; кладет руку на плечо, и сжимает так сильно, что даже крепкому Шиде кажется, что у него сейчас треснут кости. – Я не верю ни единому твоему слову, чтоб ты знал. – Не сгущай краски, будь добр, – Каин чуть кривится от неприятных ощущений, – ты же знаешь, я сам выясню, если мне надо будет. Любыми способами.  Афелий вновь замолкает. – Let sleeping dogs lie, – шепчет Шида ему на ухо, тихо усмехаясь, – слышал такую поговорку? Где Эзреаль, Афелий? – В номере отеля. Ему стало плохо минут 15 назад, он уснул, и Ясуо отвел его в комнату отдохнуть и чуть протрезветь. Каин чувствует, будто ему на голову упал тяжелый мешок с камнями. Он не отдает себе отчет в том, как откидывает Афелия к стене, прижимая его так сильно, что тот начинает хныкать. – Что ты сказал? – Мне больно, черт возьми, какого хуя ты творишь? – Переслушай себя еще раз. “Ему стало плохо, он уснул, и Ясуо отвел” - тебя ничего, блядь, не смущает в этих трех диаметрально противоположных и никак не связанных друг с другом действиях? – ярость кипела в Каине хуже лавы в вулкане. Он не понимал только одного - как лучший друг Эзреаля смог действительно поверить в тот бред, что ему наплел Ясуо. – Каин, это же-ай, – он дергается, но Шида хватку не ослабляет, – это же Ясуо…это брат Ёнэ, он не мог бы… – Ты чертов идиот, которому действительно нельзя пить, – шипит Каин, – знаешь, что Ясуо ему сказал, перед тем, как Эз исчез с поля зрения? “Я думаю, из тебя вышел бы отличный любовник”, хотя перед этим они говорили о совершенно не связанной с такой темой хуйне. Ты действительно думаешь, что не заинтересованные в сексе люди ведут себя так? – Пожалуйста, ты мне сейчас плечо сломаешь, – прошептал Фел, – может тебе послышалось или еще чего, ты же сам общался с Ясуо, ты знаешь- Каин прерывает чужую прерывистую речь, отпуская его. Он слышит, как из сжатых напряжением легких выходит весь воздух разом - Афелий стонет от облегчения, а Каин не знает, куда деть себя от ярости. – Я сломаю тебе шею за эту выходку, когда протрезвею, – тихо сказал Фелий, все еще держась за больное плечо. – Пошел нахуй, “лучший друг” чертов. Пока ты мне тут угрожаешь - Эзреаля с огромной вероятностью трахают в каком-то номере в бессознательном состоянии. – Иди выпей таблеток, Каин. Паранойя - первый признак того, что твои аскорбинки перестали действовать. – Знаешь, что действительно является первым признаком, Афелий?  Афелий смотрит сверху вниз, и в алых глазах вновь полыхает яростный пожар. Но на Каина такие штуки не работают - он смотрит прямо туда, где пахнет гарью, ветки трещат, обугливаясь, и шипит жженое мясо волков и зайцев. – Когда я начинаю косой людям головы отрубать. Вот это - признак. И растворяется в тени.

***

Прогуливаясь по пустым коридорам отеля уже десять минут, Каин действительно начинает сомневаться в своих догадках. Ни одного следа Эзреаля - ни запаха, ни звуков, ни шорохов, ничего. Кромешная тишина.Возможно, он действительно поспешил с выводами? Возможно Ясуо реально просто заботливый чувак, который не очень удачно шутит, когда он пьяный - по причине того что он действительно гей, или по причине того, что он просто дурак, не так важно. Шида чувствует себя полным придурком, и уже начинает раздумывать о том, как будет извиняться перед Афелием за свою выходку, пока машинально поднимается на пятый этаж. Подошва берца вдруг пинает что-то тяжелое - Каин чуть не спотыкается, сумев вовремя поймать равновесие, и провожает взглядом нечто маленькое и стеклянное, что покатилось к середине коридора по мягкому ковру. Он доходит до этого “нечто”; поднимает в руки, как оказалось, медицинский бутылек, и внимательно его рассматривает. – Пентобарбитал… – читает он медленно, по слогам, поворачивая пузатую бутылку и копаясь в своей голове, пытаясь вспомнить, что это за препарат, – барбитурат для… На “барбитурате” чтение заканчивается.  – Снотворное, – Каин осматривает пробку на наличие повреждений, и обнаруживает там тонкую дырку от медицинской иглы, – ебучий- Договорить он не успевает. Кто-то хватает его с двух сторон, натягивая на глаза и завязывая у рта какую-то ткань - попытки дергаться и сопротивляться оказываются бесполезными; те люди, что держат его, явно сильнее и выше минимум в полтора раза. Он только мычит, мотыляя головой из стороны в стороны, создавая видимость того, что он действительно очень пытается выбраться и очень испуган. Амлбалы, что куда-то весьма грубым образом ведут его, молчат, как рыбы, не роняют ни звука, и Шиде тяжело сдержать ухмылку. “Я же тебе говорил, что как только ты что-то найдешь, на тебя отреагируют” скучающе отзывается голос в голове, явно не впечатленный гениальностью своего “хозяина”. Каин лишь послушно плетется, еле успевая переставлять ноги, стискивая зубы так крепко, как только может.