Охота двух ястребов

      Целитель Сандрилас пришёл утром на обход и сообщил, что Гарри может вставать и ходить. Он назначил курс укрепляющих средств и препаратов для наращивания мышечной массы, сообщив о выписке к полудню. Однако повторный приём назначен на следующую неделю, в пятницу, в его кабинете на улице Горгулий.       — Если возникнут вопросы, свяжитесь со мной через каминную сеть. Обычно я в кабинете с восьми до семи. Если занят, оставьте сообщение моей секретарше Бренде, — он дружески хлопнул Гарри по плечу: — Берегите себя, мистер Поттер, и не бросайтесь на тёмных волшебников в ближайшем будущем. И постарайтесь не сводить Северуса с ума.       Гарри рассмеялся.       — Постараюсь, сэр. Спасибо за всё. Вы замечательный врач.       Сандрилас улыбнулся.       — Спасибо, Гарри. Увидимся через неделю, в десять тридцать утра.       После того, как целитель разума ушёл, Северус предложил Гарри принять душ, а затем он заказал завтрак.       Гарри спрыгнул с кровати и направился в ванную. Теперь, когда он был здоров, вспомогательные чары не реагировали на него, и он мог принять душ и одеться сам, не чувствуя, что за ним наблюдают, или как призрачные пальцы помогают ему.       После завтрака Гарри почувствовал странную усталость, и Северус велел ему вздремнуть. Зельевар тоже дремал в удобном кресле у окна, когда сова постучала в стекло. Снейп тут же проснулся с палочкой наготове, затем расслабился, когда увидел, где он находится и что его разбудило. Он сунул палочку обратно в карман и упрекнул себя за то, что всё ещё действует по боевой привычке, затем открыл окно.       Сова влетела и направилась прямо к нему.       — Воин, у меня есть для тебя сообщение.       — Спасибо, Авантюрин, — сказал Северус на сносной птичьей речи. Некоторые анимаги развили способность говорить на языке своих животных форм, даже находясь в человеческом облике. Северус обнаружил это, когда Свобода стал Гарри, и после полутора месяцев использования своей собственной формы ястреба-тетеревятника он теперь мог понимать и говорить по-птичьи. Он также был знаком с совами Хогвартса, которые теперь считали его и Свободу героями и сочиняли собственные рассказы об их приключениях, рассказывая эти истории своим птенцам. Хедвиг рассказала ему об этом, и Северус нашёл это странным и трогательным.       Он взял конверт, который сова протянула ему, и в качестве награды наколдовал живую землеройку, так как совы, как и ястребы, больше всего любят живую добычу. Авантюрин взяла угощение и улетела. Северус открыл сообщение и увидел, что оно от Альбуса.

Дорогой Северус, Я разбираю свой кабинет и убираю свои личные вещи, так как, как ты знаешь, я не вернусь в Хогвартс в следующем году. Я нашёл несколько вещей, которые могут тебя заинтересовать, а также хочу попросить тебя об услуге. Пожалуйста, зайди с Гарри, как только сможешь. Надеюсь, у него всё хорошо. С уважением, Альбус.

      Северус сунул записку в карман и задумался, чего же хочет от него старик. В прошлом, когда Альбус говорил, что ему нужна услуга, это обычно означало какое-то опасное задание. Но теперь, когда Волдеморт был мёртв, как и почти все Пожиратели смерти, ему больше некого было посылать на задания своего главного шпиона. «Наверное, он хочет, чтобы я показал ему, как пользоваться каким-нибудь магловским прибором, или спросить меня о магловских обычаях или что-то в этом роде». Северус не возражал, он скорее подозревал, что посмеётся над чистокровным гриффиндорцем, пытающимся «стать магглом» и стать как любой другой Том, Дик или Гарри.       Однако сначала предстояло официально оформить усыновление и назначить встречу с министром магии. Кроме того, следовало избегать назойливых журналистов, которые после смерти Волдеморта буквально преследовали Гарри, стремясь взять эксклюзивные интервью и вторгаясь в его личную жизнь. Первые две недели Гарри провёл в коме, но теперь… они набросятся на него, как блохи на бездомную собаку.       Северус удивился, что они не пытались проникнуть в больничную палату, но подозревал, что это заслуга Сандриласа — тот явно не любил журналистов больше, чем сам Северус. Профессор был за это благодарен: это давало ему столь необходимое спокойствие и время для общения с сыном. После согласия Гарри на усыновление Северус ощутил ещё большую привязанность и защитническую заботу по отношению к нему. Теперь, чувствуя себя уверенно в том, что Гарри его не отвергнет и не покинет, он мог свободно выразить свои глубочайшие чувства и окончательно принять мальчика как сына.       Взглянув на спящего Гарри, Северус сам задремал, успокоенный мыслью о том, что всё хорошо.

***

      — Вы уверены, что прочитали и поняли все условия и согласны на это по своей собственной воле, мистер Поттер? — в третий раз спросила дружелюбная ведьма из Службы по делам детей.       Гарри подавил желание нетерпеливо огрызнуться и почтительно ответил: — Да, прочитал. Я хочу, чтобы Сев стал моим приёмным отцом, а я — законно его сыном.       — И нет родственников, которые будут возражать против этого?       — Нет, — сказал ей Гарри. Дурсли с радостью избавились от него, как и он от них.       — Очень хорошо. Тогда подпишите здесь, — она указала на нижнюю часть последней страницы договора об усыновлении.       Гарри взял красное перо и с размахом подписал своё имя — Гарри Джеймс Поттер. Это был последний раз, когда он делал это, так как теперь он собирался взять и фамилию Снейпа и навсегда стать известным как Гарри Джеймс Поттер-Снейп.       — Теперь вы, мистер Снейп, — ведьма передала Северусу перо, и он расписался рядом с Гарри.       Затем она подписала своё собственное имя — Аманда Дейрдре Хокинс — на строке «свидетель», и пергамент засиял. Все присутствующие почувствовали покалывание от заключённого магического контракта.       — Ещё одна вещь, прежде чем вы станете официально семьёй, — Аманда достала из ящика небольшой перочинный нож и сказала: — Протяните руки ладонями вверх.       Они сделали это, и она уколола пальцы каждого из них, пока не появилась маленькая капелька крови.       — Теперь возьмитесь за руки и сожмите пальцы.       Северус обхватил меньшую ладонь Гарри своей и прижал свой большой палец к большому пальцу мальчика. Он почувствовал внезапное покалывание в руке — знак того, что заклинание начинало действовать.       — Теперь повторяйте за мной: «Кровью я усыновляю тебя и делаю тебя своей роднёй на все дни нашей жизни. Мой дом — твой дом, и я приветствую тебя с распростёртыми объятиями, во веки веков. Мы едины — кровь, кости и плоть».       Оба повторили заклинание чёткими, звенящими голосами и почувствовали, как что-то вроде огня пронеслось по их рукам и наполнило их теплом и умиротворением, которых они никогда раньше не испытывали. И всё было кончено.       Когда Северус отпустил руку Гарри, мальчик посмотрел на свой большой палец и не увидел на нём никаких следов от раны. Каким-то образом вызванная магия исцелила крошечный порез. Он улыбнулся Северусу, который заключил его в короткие объятия.       — Поздравляю вас, мистер Снейп, с новым сыном. И вас тоже, мистер Поттер, с новым отцом.       — Вообще-то, отныне я хочу, чтобы меня называли мистером Поттером-Снейпом, — поправил Гарри.       Аманда широко улыбнулась ему.       — Поздравляю, мистер Поттер-Снейп. Желаю вам радости, и пусть Мерлин хранит вас.       Она вручила Северусу копию документов об усыновлении и свидетельство, а затем он ушёл с Гарри.       Северус с облегчением вздохнул, что усыновление прошло так гладко. Он ожидал, что какой-нибудь репортёр ворвётся с камерой и начнёт щёлкать фотографии, но, к счастью, никому из них не удалось их найти.       Когда Гарри наконец выписали из больницы, едва он ступил на тротуар, как его окружили репортёры, тыча ему в лицо камеры, перья и блокноты, желая получить интервью и эксклюзивы. Северус крепко схватил его за руку и аппарировал так быстро, как только мог, оставив прессу в недоумении относительно того, куда он и победитель Волдеморта исчезли.       Но Северус знал, что скоро их снова найдут, и хотел поскорее закончить дела в Министерстве и вернуться в Хогвартс. Как только зельевар поймёт, что Альбусу от него нужно, он сможет забрать сына домой в Паучий тупик.       — Пойдём, Гарри. Посмотрим, свободен ли министр и когда можно назначить с ним встречу, — сказал Северус, подталкивая подростка вперёд.       — Почему мы бежим, Сев?       — Мы не… бежим, просто идём быстрым шагом. Чем скорее мы закончим наши дела здесь, тем скорее мы сможем навестить Альбуса, а затем отправиться домой.       — И тем легче будет избежать всех этих надоедливых репортёров, — мудро сказал Гарри.       — Именно так, птенец.       Они спустились на лифте на шестидесятый уровень, а затем прошли по светлой обшитой панелями прихожей к кабинету министра. Северус один раз постучал и подождал, пока секретарь впустит их.       Они вошли в кабинет, оформленный в лавандовых и золотых тонах, традиционных цветах монархии, и на каждой стене висела картина, изображающая известное событие. К своему огорчению, Северус увидел себя и Гарри, сражающихся с Волдемортом. «Чудесно. Теперь мы знаменитости. Чёрт возьми!»       Секретарь, стройная ведьма лет тридцати пяти, подняла глаза от своего стола и ахнула.       — Великий Мерлин! Северус Снейп и Гарри Поттер! — прощебетала она, как будто они были ангелами с небес. — Чем могу быть полезна?       — Мы хотим записаться на приём к министру Фаджу, — объяснил Северус.       — По важному экологическому вопросу, — добавил Гарри.       — О, понимаю! Обычно у меня не было бы проблем с записью вас на приём, но следующая неделя полностью занята. Мне очень жаль, может быть, мы могли бы попробовать другую неделю, например, вторник? — она выглядела расстроенной.       Гарри стало неловко, и он сказал: — Не волнуйтесь, всё в порядке. Министр — занятой человек. Следующий вторник звучит неплохо. Да, Северус?       — Меня устраивает. Во сколько?       Она сверилась со своим календарём.       — Как насчёт утра? Около десяти тридцати или одиннадцати?       — Хорошо, — сказал Гарри. Он был немного разочарован тем, что министр не мог уделить ни минуты даже героям волшебного мира. Но, по крайней мере, у него был назначен приём.       — Тогда увидимся. О, и не могли бы вы расписаться вот здесь для меня? — она робко протянула книгу для автографов.       Они оба с размахом поставили свои подписи, а затем ушли и аппарировали прямо за ворота школы.       Обменяв плоть на перья, они пролетели остаток пути до замка и попали в кабинет директора, воспользовавшись большим эркером, которым всегда пользовался Фоукс и который всегда держали открытым, чтобы он мог приходить и уходить, когда ему вздумается.       Гарри наслаждался коротким перелётом и возможностью снова расправить крылья. Когда он влетел в окно и приземлился прямо перед столом директора, а затем снова превратился в Гарри, Дамблдор поднял глаза от коробки, которую упаковывал, и улыбнулся. Воин подлетел к нему и мгновением позже проделал тот же манёвр.       — Здравствуйте, мои ястребы! — приветствовал их старый волшебник, прежний блеск вернулся в его глаза, несмотря на изменившийся статус. — Гарри, мой мальчик, как ты себя чувствуешь? Что целитель Сандрилас говорит о твоём здоровье?       — Всё в порядке, сэр, — сказал Гарри, улыбаясь. Он подумал, что бывший директор хорошо выглядит, учитывая то, что он пережил и от чего отказался. — Вы тоже хорошо выглядите. И у меня для вас хорошие новости, — он сделал паузу и посмотрел на Северуса, который слегка улыбнулся и кивнул.       — Хорошие новости? Тогда давай рассказывай.       — Меня усыновили. Северус. И теперь я его сын, Гарри Поттер-Снейп, — гордо заявил Гарри.       Альбус буквально сиял.       — Поздравляю, Гарри! И Северуса тоже! Вы оба должны гордиться и радоваться, как и я! Отметим это обедом в «Трёх мётлах»!       — Альбус, я был бы не против, но ты же звал меня, чтобы показать что-то и попросить об услуге? Давай сначала этим займёмся, — Северус легко обнял Гарри за плечи, слегка сжав.       — Ах да, конечно. Посмотрим… куда я дел папку?.. — старик принялся рыться в коробках, разбросанных за столом. — А, вот! Северус, это твой старый учебник по зельеварению с твоими пометками на полях. Думаю, тебе будет приятно его вернуть, может, как память.       Северус взял книгу, бережно перелистывая страницы. Учебник «Продвинутые зелья» пробуждал и приятные, и не очень воспоминания.       — Спасибо, Альбус, — он повернулся к Гарри. — Вот, это поможет тебе подготовиться к следующему году. Читай внимательно и не пробуй зелья из моих пометок, не посоветовавшись со мной.       Гарри взял книгу, пролистав её. Книга была затёртая, но даже по пометкам Северуса было видно, что в ней множество полезных советов. Это сильно ему поможет. Он улыбнулся отцу.       — Спасибо, Северус, — пока ему было легче обращаться к профессору по имени, чем называть его отцом. Но, возможно, когда-нибудь это изменится.       Альбус выудил из другой коробки конверт с надписью «Лили Эванс».       — Гарри, это тебе. Я хотел отдать тебе это давно, нашёл в руинах Годриковой впадины, но потерял и нашёл только сейчас, разбирая стол.       Гарри взял конверт. Внутри были детские и юношеские фотографии Лили, несколько с Петунией и юным Северусом, несколько — с Северусом, идущим рядом с ней, и одна, где они вдвоём держат золотой котёл и улыбаются. Также там был золотой медальон в виде котла на зелёной ленточке с датой 1974 года и сложенный пергамент с рецептом зелья «Эликсир вечного сна».       Северус, заглянув Гарри через плечо, увидел фотографии и медальон, и сердце его сжалось. Он прекрасно помнил тот год, когда Слизнорт выдвинул их кандидатуры на престижный конкурс юных зельеваров «Золотой котёл». И как они, будучи самыми юными участниками, победили. «Она сохранила его даже после замужества с Поттером. И эти фотографии… я помню, когда мы снимали ту, что в парке, и ту, что на её заднем дворе, а эту — у озера в июне…»       — Северус, смотри! — Гарри показал ему содержимое конверта. — За что была эта награда?       Северус объяснил: — Это был «Золотой котёл» — награда лучшим юным зельеварам. Мы с Лили были самыми юными участниками того года, и никто не ожидал нашей победы, ведь нужно было сварить сложное зелье собственного изобретения, а мы были всего лишь четверокурсниками. Но мы создали «Эликсир вечного сна» — зелье, погружающее человека в подобие комы на несколько дней. Не такое сильное и опасное, как «Зелье живой смерти», но подходящее для тех, кто страдал от сильных болей из-за ран и заклятий вроде «Круцио». Это принесло нам победу, а эта фотография сделана сразу после объявления результатов, — он показал на снимок, где они с Лили держат золотой котёл. — Котёл и сертификат у меня до сих пор, а медальон оставила она.       Он помнил, как был потрясён и обрадован, как Лили бросилась ему на шею и радостно поцеловала. Это был их первый поцелуй — невинный, счастливый, полный ликования от победы, которую он никогда не забудет.       — Милая Лили… я помню… — прошептал он, смахивая слёзы.       Гарри обнял его.       — Хотел бы я тоже помнить.       Северус посмотрел на своего нового сына.       — Когда-нибудь я расскажу тебе о ней, и тогда ты узнаешь её получше.       — Превосходная идея! — одобрил Альбус.       — Спасибо за это, директор. Я положу всё в свой фотоальбом, — пообещал Гарри.       Альбус добродушно кивнул. Затем сел, перебирая официальные документы на столе, и жестом предложил остальным сесть. Его сияние исчезло, лицо, обрамлённое бородой, стало серьёзным.       — А теперь о причине, по которой я вас позвал, Северус. Как вы знаете, я вынужден оставить пост директора из-за… моего… состояния, — он откашлялся. — Я долго думал о своём преемнике, ведь это традиционная обязанность уходящего директора. Минерва не подходит — она уходит на пенсию и хочет провести время с семьёй на своей родине, в горах. Затем я подумал о Флитвике, но он признался, что, хотя ему нравится преподавать, он плохой администратор. Я с ним согласен.       — Кого же вы выберете? Не Сибиллу и не Стебль же? — спросил Северус, чувствуя нарастающее беспокойство. «Старый хитрюга, только попробуй!»       Альбус покачал головой, усмехнувшись.       — Нет-нет. Я их очень люблю, но они не смогут руководить школой и взаимодействовать с министром. В конце концов, оставался только один выбор, только один волшебник, знающий эту школу как свои пять пальцев, преданный ей и ценящий знания, любящий её как второй дом и способный поддерживать порядок среди учеников, родителей и Совета управляющих. Человек, имеющий репутацию героя. Северус, ты — мой выбор на пост нового директора Хогвартса.       Северус молчал несколько минут. Он предвидел такой исход, но не чувствовал себя подходящей кандидатурой. Он не доверял себе так, как Дамблдор.       — Альбус, я… я польщён твоим выбором, но не уверен, что готов принять его. Мне нужно время… подумать. Ты рассказал кому-нибудь ещё о своём решении?       — Нет, Северус. Пока это между нами. Но я должен представить свой выбор до конца недели. Пожалуйста, не тяни с решением. Я серьёзно. Ты лучший кандидат. Ты справишься, возможно, даже лучше меня.       — Глупости, Альбус!       Тогда заговорил Гарри.       — Я согласен с профессором Дамблдором, Северус. Ты умеешь заставлять людей слушаться. Даже упрямых волшебников и нахальных сопляков вроде меня. А это как раз то, что нужно директору. Заставлять слушаться, подчиняться и чувствовать себя в безопасности.       — Гарри прав.       — Я подумаю об этом, — твёрдо сказал Северус. — Может, теперь пойдём пообедаем?       — Да. Я умираю с голоду, — сказал Дамблдор. — Хотя, боюсь, нам придётся идти пешком, так как я больше не могу летать.       — Ничего страшного. Нам всем не помешают физические упражнения, — сказал профессор зельеварения, а затем открыл дверь для своего бывшего работодателя.