ГЛАВА 14.
17 июня 2024 г., 14:07
— Получается, что мне так и не удалось сбежать от водных процедур? — жалобно протянул Цянь Ту, следуя за Лу Вэем к ванной комнате.
— Если они додумаются пустить собак по твоему следу, то в два счёта найдут тебя здесь. Я не могу так рисковать, так что придётся натаскать для тебя несколько вёдер воды, чтобы отмыть тебя уже наконец, — ворчливо сказал Лу Вэй и войдя в маленькое помещение с бочкой посередине, тут же схватил пару огромных пустых вёдер для воды, что лежали в углу.
— Я мог бы помыться в озере, — тут же предложил Цянь Ту и получил очередной недовольный взгляд от Лу Вэя.
— Даже не думай о том, чтобы выйти из дома. Кто-то может тебя заметить, и тогда наш обман раскроется. Будешь сидеть в доме тихо и не высовываться...
— А что потом?
— Посмотрим… Сначала нужно тебя отмыть. Жди тут, я сейчас приду!
Широко шагая, Лу Вэй направился прямиком к озеру через дорогу и, набрав полные вёдра воды, вернулся обратно.
— А вода тёплая? — спросил Цянь Ту.
— Холодная как моё сердце, — ответил ему Лу Вэй, выливая в бочку набранную воду.
— Стоит мне оказаться внутри, она тут же потеплеет, как и ты, — выдал свою не самую удачную шутку Цянь Ту и вовремя отошёл в сторону, ведь иначе Лу Вэй огрел бы его по голове ведром.
— Да чтоб тебя! — в сердцах воскликнул тот и направился к озеру, чтобы набрать ещё воды.
Вернувшись, он увидел голого Цянь Ту, сидевшего в бочке с водой и медленно вылил ему на голову полные вёдра воды, а после бросил в его сторону маленькое полотенце и хлопком закрыл дверь ванной комнаты.
***
Цянь Ту так долго возился в ванне, что Лу Вэй успел приготовить ужин, расставить его по тарелкам и поставить на стол в главной комнате. Он сел на стул лицом к двери, что вела к ванной комнате, для того, чтобы увидеть, когда оттуда выйдет Цянь Ту. — Ты там утонул что ли? — недовольно спросил Лу Вэй, который был не самым терпеливым человеком на свете. — Не дождёшься, — весело воскликнул Цянь Ту, открывая дверь ванной. Он был весь мокрый, с завёрнутом полотенцем вокруг талии и широкой улыбкой на лице. Может быть, он даже хотел немного впечатлить Лу Вэя своим обнажённым видом, но ему это явно не удалось, потому что тот, окинув его недовольным взглядом, бросил в него ворох тряпок, сказав: — Давай побыстрее, ужин стынет. — Это что, новая одежда? — восторженно спросил Цянь Ту, расправляя серого цвета одежды, что оказались у него в руках. — А где моя старая? — Сжёг, — сухо ответил ему Лу Вэй — Как сжёг? — обиженно спросил Цянь Ту. — В чём же я обратно пойду в тюрьму? — Ты собрался обратно? Так чего же не сказал сразу? Я бы тебе отвесил смачный подзатыльник, ты бы до тюрьмы буквально летел. — Конечно же я не хочу обратно, но если так получится, то куда уж я денусь, и, к слову, если меня увидят в этих одеждах, то сразу поймут, что я был у тебя. — Не поймут. Одежду эту я купил в городе по дешёвке. Их никто, кроме меня и тебя, не видел, так что, если ты не будешь распространяться, никто не узнает, что я тебе помогал, — пристально глядя на Цянь Ту, сказал Лу Вэй, давая тому понять, что, стоит Цянь Ту растрепать о том, что Лу Вэй ему помогал, тюрьма покажется ему благодатью. — Чего отдаёшь мне тогда, если себе купил? — тихо пробубнил себе под нос Цянь Ту, притворяясь слегка обиженным. — Неудобные очень одежды эти и больно колючие, когда прилегают к телу, но тебе в самый раз, — довольно улыбаясь, проговорил Лу Вэй, а после схватил со стола деревянный гребень и кинул им в Цянь Ту, приговаривая: — И расчеши уже эти заросли на голове, похож на болотного духа. — Сам ты болотный дух! — пробубнил тот и взяв гребень, развернувшись, вновь скрылся в ванной комнате. Еда совсем уже остыла, когда он оттуда вышел. На этот раз Лу Вэй окинул его критичным взглядом и остался довольным. Простая серая одежда хорошо подходила по фигуре и выгодно подчёркивала тонкую талию и широкие плечи, а расчёсанные назад волосы, скреплённые тонкой лентой, сделали из мартышки вполне приличного человека. Его причёска больно походила на то, как сам Лу Вэй укладывал свои волосы, и, кажется, Цянь Ту был особенно горд тем, что смог её повторить. — Сядь уже за стол, еда давно остыла, — сказал Лу Вэй, отводя взгляд в сторону. — Слушаюсь и повинуюсь, — ответил Цянь Ту, отвесив Лу Вэю шутливый поклон, после чего сел за стол, принюхиваясь к еде. — Ммм, бесподобно. Опять рис и рыба? Как будто и не выходил из тюрьмы. — Чем тебе рис и рыба не угодили? — недовольно буркнул Лу Вэй, начав поглощать остывшую еду. — Ничем. Рис и рыба теперь мне всегда напоминают о тебе, — сказал Цянь Ту и широко улыбнулся, отчего смотревший на него Лу Вэй отвёл вновь свой взгляд в сторону. — Кхем-кхем, а ленту откуда раздобыл? — поинтересовался он. — Оторвал небольшой кусочек с нижних одежд. Там меня уж точно никто не будет проверять, ну, может, только ты, но я на это даже не надеюсь, — сказал Цянь Ту и громко рассмеялся. Лу Вэй вновь украдкой на него посмотрел, а потом в третий раз отвел взгляд в сторону, и это показалось Цянь Ту очень уж подозрительным. — Ты чего? — удивлённо спросил он, пристально глядя на Лу Вэя. — Ничего, — хмурясь, ответил тот. — Ой, как же нехорошо врать своему мужу. Ну же, скажи, неужели между нами есть какие-то секреты? — Нету никаких секретов, просто... просто… ты какой-то смазливый что ли? — смущённо выдал Лу Вэй. — Какая удача, что матушка сделала меня таким смазливым ― теперь я нравлюсь своему мужу! Ну не счастье ли это? — весело сказал Цянь Ту и принялся жадно поглощать еду. — М-да, радость безграничная, — недовольно буркнул Лу Вэй, отвесив самому себе воображаемый подзатыльник. Цянь Ту застал его врасплох, и Лу Вэй выпалил то, что на самом деле подумал. Видимо, из-за того, что на протяжении нескольких месяцев он видел лохматого и немытого Цянь Ту и теперь, когда тот привёл себя в порядок, он показался ему привлекательным. Нет, даже не так, не привлекательным, а просто нормальным. Нормальное лицо, правильные черты, уложенные волосы, и, дешёвая, но чистая одежда могли сделать из любого преступника представительного господина, хоть Лу Вэй и был уверен, что Цянь Ту до представительного господина как ему до наместника провинции, но всё же угораздило его сказать, что тот смазливый. Хорошо, хоть не сказал, что Цянь Ту красивый, иначе тот наверняка до конца жизни напоминал бы ему об этом.***
— Спасибо за вкусный ужин, муженёк, — весело сказал Цянь Ту, вставая из-за стола и начиная собирать грязную посуду. — Ты ведь говорил, что не говоришь спасибо, — напомнил ему Лу Вэй. — Остальным не говорю, но тебе, в качестве исключения, готов говорить это хоть каждый день. Ты для меня особенный, знай это, — сказал Цянь Ту и, подмигнув, отправился на кухню вымывать посуду. Лу Вэй направился за ним, проследить за происходящим, но Цянь Ту оказался хозяйственным и вмиг разобрался, что и где, начав мыть грязную посуду. — Как радостно, что ты меня пустил к себе! — сказал тот, глядя на хмурого Лу Вэя, что стоял в проёме двери. — Отчего же тебе радостно? — подозревая что-то неладное, спросил Лу Вэй. — Мне радостно из-за того, что теперь мы живём под одной крышей, а в скором времени окажемся ещё ближе. — Куда ещё ближе-то? — недовольно буркнул Лу Вэй. — Например, в одной постели, — хитро ухмыляясь, ответил Цянь Ту и быстро увернулся от летящей в его сторону тряпки. — Не будет никакой постели ― так и знай! — крикнул ему Лу Вэй. — Ну, а как же? У тебя в доме наверняка только одна единственная кровать, и ты, как радушный хозяин, не постелешь мне на пол и придётся пустить меня к себе в кровать, а уж там, в тесноте да не в обиде, познакомимся ближе и наконец-таки станем настоящими мужем и... мужем, — весело воскликнул Цянь Ту, оставив посуду сушиться на столе и поравнявшись с Лу Вэем. — Мечтать не вредно, — ядовито улыбаясь, бросил тот. — Да вот только ты прогадал, дорогой гость. Помимо моей комнаты, у меня ещё целых две свободных, в каждой из которой есть по кровати. Выбирай не хочу! — Тц, матушка уродила меня красавчиком, но несчастным человеком. Вот так всегда! Не везёт мне, так не везёт! Ну давай, показывай свои кровати, что уж тут поделать, — тяжело вздыхая, сказал Цянь Ту и поплёлся вслед за Лу Вэем, который то и дело недовольно на него поглядывал. — Это моя комната! В неё ты не заходишь! — скомандовал Лу Вэй, указав на деревянную дверь, выкрашенную в тёмно-коричневый цвет. — Слушаюсь и повинуюсь. — А рядом ― комната моих родителей, — указал Лу Вэй на другую дверь, выкрашенную в зелёный цвет, — там есть широкая кровать, но... — Я там спать не буду! — громко воскликнул Цянь Ту, и Лу Вэй, удивлённо на него посмотрев, спросил: — Неужто призраков боишься? — На всём белом свете я не боюсь абсолютно ничего. Но всё же тревожно мне спать в комнате, в которой жили твои родители. Вдруг им не понравится твой выбор, и они захотят меня придушить, я ещё слишком молод, чтобы стать призрачной невестой... Ой, то есть призрачным женихом. — Горе-жених, не иначе, — тяжело вздыхая, кинул ему Лу Вэй и повёл Цянь Ту в сторону кухни. Рядом с кухней обнаружилась маленькая комнатушка без окон, в которой были одна-единственная кровать и маленький стульчик, на котором стояла подставка с расплавленной свечой. — Зимой в этой комнате очень тепло, и, если снаружи бушует холод, я сплю здесь. Как тебе? Достойная комната для жениха? — с лёгкой издёвкой спросил Лу Вэй, глядя на Цянь Ту. — Лучше всех, — тут же заверил его тот, с разбегу плюхнувшись на кровать и блаженно простонав. — Мягкая кровать — это высшее наслаждение. — Рад, что смог тебе угодить, — вновь с издёвкой произнёс Лу Вэй, после чего принёс с кухни новую свечу и ещё одну старую подушку из кладовки. — Надеюсь, ты не храпишь. У меня очень чуткий сон, — сказал он, кинув Цянь Ту подушку. — Нет, не храплю, — растерянно сказал тот. — Зато воешь как сутулая собака, — недовольно пробубнил Лу Вэй, вспоминая о том, как во сне скулил Цянь Ту. — Что уж поделать, таким уродился, — тяжело вздыхая, ответил тот, после чего послал воздушный поцелуй Лу Вэю, приговаривая: — Сладких тебе снов, муженёк, пусть тебе приснюсь я. — Надеюсь, что нет, — сказал ему Лу Вэй и, выйдя из комнаты, громко захлопнул за собой дверь.
