Аконит. Взойдёт луна

– Если ты не против, моя стая хочет встретиться, – начал Дилан, возвращаясь на кухню. Он взял в руки кружку с маленьким смешным волчонком, чихающем от запаха цветов и нарисованным в стиле аниме, в которой остывал его чай. Парень втянул его обжигающие пары носом. Тепло разлилось по телу приятной пульсацией. Волк не мог замёрзнуть, но человеческая часть всё ещё тряслась, вспоминая ледяные вёдра воды. Эндрю задумался, вероятно, обдумывая: стоит ли идти. – Я им сказал: если ты откажешься, я приду один, – с неуверенностью добавил Дилан, ковыряя керамическую ручку. – А? – словно очнувшись от сна, отреагировал Эндрю. Дилан закатил глаза и повторил сказанное ещё раз. – Нет, если хотят, давай встретимся. Я не против, – парень пожал плечами. – Тогда, увидимся завтра? – Дилан поплёлся к выходу. Эндрю схватил парня за рукав кофты, в которой по-прежнему грелся парень. Дилан дёрнулся от такого резкого движения, второй отпустил руку. – Извини, – сказал Эндрю, робко отводя глаза, – Оставайся пока здесь. Не думаю, что сейчас лучшее время шарахаться тебе одному по улицам. Это небезопасно. С одной стороны, Дилану жутко хотелось развеяться, погулять, с другой, парень понимал, что это, возможно, единственное место, где он сможет уснуть сейчас, если вообще ему это под силу. Парень кивнул в одобрительном жесте на предложение. – Пап, тебе пора, – крикнул Эндрю в пустоту, – в этом доме место только максимум для двоих. – Вот ты и уходи. Не моей идеей было его спасать, – послышалось в ответ из спальни. Следом зашуршала газета и заскрипело кресло. Шаги медленно и лениво приближались. В дверях появился Адам. – Как там должен сказать хороший отец? Наркота под матрасом, травка в бачке, – сказал мужчина, почёсывая затылок. – Хороший отец должен был сказать: «Ходить в лес ночью – плохая идея», а не тащить меня туда, – парировал Эндрю, слегка стукнув отца в плечо. – Кстати о лесе… Давненько я там не был, – сказал Адам, – Ну, увидимся завтра вечером. Парни переглянулись, не понимая намёка. – Да, я иду с вами. И почему молодым надо вечно всё объяснять, – пояснил мужчина, – Я дверь захлопну. Адам юркнул в коридор, а через пару секунд стукнула входная дверь. На улице уже темнело. Послышался вой. Тогда на улице фонарь, стоявший у крыльца маленького жёлтого дома Эндрю и раскидывающий пятна света, очертил силуэт человека, меняющего облик, а потом откинул тень животного, скрывающегося за кромкой деревьев. Ребята просидели ещё немного за пустыми разговорами. Эндрю рассказывал знакомые его новости спорта. Вскоре Дилан не начал клевать носом. Нервное напряжение за такой большой промежуток времени сильно измотало его, поэтому тело просило только несколько вещей: принять горячий душ и лечь в постель. Юноша скрылся в недрах квартиры, оставив Дилана наедине с кружкой. Дилан начал сомневаться, что оборотни не умеют читать мысли. Вернувшись, Эндрю кинул в парня полотенце и всучил стопку свежих чистых вещей. – Ванна по коридору и направо. Соседняя со спальной дверь, – объяснил хозяин дома. – Спасибо, – поблагодарил Дилан. Только сейчас парень понял, что он за сегодня говорил слова благодарности больше, чем за всю свою жизнь. – Да, что уж там. Это просто душ. Ложись в спальне, я лягу в гостиной, – продолжил Эндрю. Дилан не стал высказывать мнение о том, что гостиная предназначена для гостей, а не для хозяев дома. Он прошуршал в ванну. Впервые за почти неделю, плечи Дилана опустились. Вода медленно просачивалась сквозь спутанные и слипшиеся от грязи волосы. Парень с жадной охотой подставлял тело под горячие струи. Казалось, что вода вместе с напряжением в мышцах смывает и воспоминания о часах ада, проведённые вне этих стен. Не только времени, проведённого с отцом, но и всех лет в бегах. В душу вкрадывалось спокойствие. Голова опустела. Сколько он провёл времени под горячими струями? Пять минут? Десять? Час? Скорее всего намного больше, потому что вода уже стала обжигающе ледяная, когда мысли были приведены в порядок. Выходя из ванной Дилан воткнулся в мягкие пушистые тапочки, которые Эндрю оставил, уходя к телевизору. Волчий слух уловил мирное сопение из гостиной под звуки стрельбы из какого-то боевика. На кухне горел свет. «Видимо, Эндрю забыл выключить», – догадался парень. Погасив лампы, он украдкой заглянул в гостиную. Его старый друг крепко заснул в кресле с пультом на колене. Только сейчас Дилан понял: сколько времени прошло с их последней встречи, при этом они словно вчера ещё вместе громили ворота соперника. Новичок-оборотень бережно накинул на Эндрю плед и, осмотрев напоследок помещения, вышел в свою комнату. Сейчас спальня не казалась спичечным коробком. Дилана вполне всё устраивало. Что ещё нужно? Только кровать и одеяло, чтобы уснуть, а остальное – уже мелочи для комфорта. «Комфорт переоценивают. Кому-то для хорошего сна нужна маска, кровать и расслабляющая музыка, а кому-то достаточно просто найти то, что можно положить под голову и чем накрыть тело, чтобы скрыть его от прохлады ночи и утра…» – размышлял парень. Дилан плюхнулся на кровать. Его тело несколько раз отпружинило, а затем матрас поглотил руки и ноги, принимая форму парня. Глова начала тонуть также. «… а кому-то ещё нужен водный матрас. Время идёт, а причуды Эндрю не меняются. Чего только стоила его желание: играть со светящимися коньками». Дилан позволил воспоминаниям детства убаюкать себя. Учёные всё ещё спорят: зачем людям снятся сны. Кто-то утверждает, что сон – это попытка мозга напомнить человеку о важных или светлых моментах его жизни, другие же утверждают, что сон – попытка организма подготовиться к стрессовым ситуациям в реальной жизни. Чем страшнее ситуация во сне, тем проще человек должен отнестись к ней в реальности. Что думает Дилан на этот счёт? Он сторонник обеих теорий. Вот и сейчас в мире грёз всё началось спокойно. Маленький Дилан гонял шайбу по раздевалке в полу наряженной форме. Это была очередная ночь перед выходными. В такие дни он с Эндрю всегда оставался на льду чуть ли не до утра: проводили ночную тренировку, смотрели записи матчей будущих соперников. Дилан искал бреши в их защите, а Эндрю записывал на подкорку финты и приёмы нападения, чтобы выработать лучшую стратегию обороны. Но эта ночь была особенной. Эндрю отличался своим рвением. Всё, что он хотел – он шёл к этому по принципу: «Вижу цель, не вижу препятствий». Вот и сейчас маленькому Эндрю захотелось погонять шайбу в светящихся коньках. Дилан за несколько часов ожидания уже успел дважды отсмотреть материал прошлого матча «Ночных птиц» - следующих их соперников. Эндрю что-то мастерил, закрывшись в туалете с рулоном клейкой ленты, набором батареек и какой-то штуковиной. – Ты должен увидеть первым, но после того, как будет всё готово, – тогда сказал он. Дилан устал ждать, поэтому крикнув Эндрю, что он будет на льду, парень рванул вперёд, схватив коробку с шайбами. Ночная арена всегда завораживала Дилана. Днём она была полна народа, а сейчас тишина, нарушаемая только скрежетом конька об лёд и изредка ударом грома, с которым шайба сталкивается с бортом. Свист в ушах, когда скорость была на максимуме, густой ночной воздух и темнота, хранящая секреты, о которых днём стыдно даже вспоминать – всё это до самых мелочей, было любимо Диланом. Послышался грохот. Во внутреннее помещение кубарем ворвался Эндрю, стараясь сохранять равновесие. С первого взгляда, Эндрю напоминал пришельца: клюшка выглядела как автомат, к которому были примотаны батареи. К атрибуту тянулись провода, обвивающие руку и палку клюшки. Провода разветвлялись на поясе и как змеи растягивались по ногам, утопая в коньках. Они же слабо напоминали средство передвижения на льду. Больше светящуюся бомбу или две миниатюрных летающих тарелки. Коньки синхронно переливались всеми цветами радуги. Эндрю что-то нажал на клюшке, и иллюминация отключилась. Глаза Дилана вновь начали привлекать к темноте, но ненадолго. Эндрю шагнул и конёк, на который тот опёрся, на несколько секунд озарился ярко-жёлтым светом и погас. Следующий шаг зажёг другой ботинок, но уже темно рыжим. – Ты похож на Годзиллу, которая наступила в радугу, – простонал сквозь слёзы Дилан. Он повалился на лёд, отбрасывая клюшку и хватаясь за живот. Где-то по среди ночи уже взрослый Дилан, крепко спящий на чужом водном матрасе, улыбнулся и впервые за несколько лет желал, чтобы сон не кончался. Но почему он был уверен, что сон – подготовка к стрессу? Парни гоняли шайбу: сначала Дилан нападал – Эндрю оборонялся, потом наоборот. У каждого была своеобразная способность – запоминать характер игры своего соперника и потом воспроизвести её на тренировках. Никто об этом не знал, а они этим пользовались, поэтому и стали лучшими. Земля под ними колыхнулась. Лёд усыпался мелкими трещинами. Новый толчок расколол лёд на две половины точно по красной линии – центру поля. Парни оказались по разные стороны от разлома. Земля продолжала двигаться пока обрыв не поглотил всю центральную часть поля. На арене стало жарко, что лёд поплыл, а свет от тусклых одиноких ламп над ним стал красным и мощным. Дилан посмотрелся в луду напротив и увидел уже взрослого себя. В ужасе он посмотрел в сторону своего друга. Эндрю оставался таким же беззаботным подростком, гоняющим шайбу сам с собой. Словно картина, происходящая вокруг не касалась его, поэтому он её не видел. Из недр расщелины что-то вынырнуло с диким воплем, поднимая осколки льда над собой в воздух. Это чудовище впервые появилось в его кошмаре. Человек, чьё лицо покрывала тьма. Костяные крылья торчали из спины и монотонно двигались вверх и вниз. С рук капала чёрная вязкая жидкость, напоминающая кровь. Спина была усеяна гигантскими когтями. Как только тьма с лица сползла на другую половину поля, лицо Дилана застыло в ужасе. Джордж в своём низменном чёрном костюме взревел и кинулся на Эндрю. Крик Дилана застрял в глотке, когда когтистая рука его отца пронзила друга. – Эй, парень, очнись, – раздалось в его голове. Дилан резко сел, хватая ртом воздух. Эндрю находился перед ним: целый и невредимый. Его обеспокоенный взгляд исследовал лицо Дилана, стараясь понять причину кошмара. – У тебя был кошмар. Всё в порядке. Ты в безопасности, – попытался успокоить Дилана Эндрю. – Насколько это возможно, – запыхавшись промямлил парень. – Пошли, – сказал Эндрю, вставая и уходя на кухню. – Как ты понял… – начал Дилан, идя следом. – Сначала я услышал журчание воды. Бедный мой матрас. Потом запах страха. У тебя он специфический, – пояснил Эндрю, наливая молоко в небольшую кастрюльку. Дилану от чего-то стало стыдно. Мозг всё ещё крутил кадры из сна, но парень постарался сосредоточиться на настоящем. Он глубоко вздохнул. Запах какао наполнил его лёгкие. Плечи парня сразу поникли. Эндрю постучал ложечкой по кружке, привлекая внимание своего гостя. – Бери, – едва сонным голосом сказал он. – Извини и спасибо, – сказал Дилан, беря чашку и ещё раз втягивая запах какао. В детстве он всегда его пил, чтобы успокоиться, пока жил у бабушки и подсадил на это Эндрю. Теперь не оставалось сомнений, что это именно его друг. – Друг всегда говорил, что какао – всё, что нужно от ночных кошмаров, – улыбнулся Эндрю, потягивая напиток из своего стакана. Они молча сидели и пили. У каждого в голове роились свои мысли: Дилан старался не думать о сне, а побольше думать о том, как он будет объясняться перед Леной, а Эндрю думал о том, что его гость упорно кого-то напоминает. Вечер следующего дня наступил быстро. Парни уснули в соседних креслах при просмотре какой-то комедии. Разбудил их пришедший Адом. Начало дня ознаменовалось поездкой в кафе. «Волчья луна» ничуть не изменилась с того момента, как Дилан был там, кроме того, что покрылось слоем пыли, а кресла в центре были странно сдвинуты в форме кушетки. Вход ребят ознаменовался ярким звоном колокольчика. Лена, Бетси и Кристиан, сидевшие за столом в углу, повернули головы. Взгляд Кристиана замер на вошедшем госте. – Ты, – громко произнёс он, показывая пальцем на Эндрю. – Ты, – растеряно ответил Эндрю. – Я, – ответил официант, – ты. – Я, – ответил Эндрю, выдыхая и слегка расслабляясь. – Замечательно, полагаю, вы уже знакомы. Думаю, откуда – мы послушаем в другой раз. Я – Лена, – представилась женщина, подходя к парням и протягивая руку Эндрю.

***

Ещё на подходе к кафе Дилан уловил новые нотки травок Би, поэтому заранее предупредил об их свойствах Эндрю, дав ему немного времени решить: хочет ли он продолжать. Эндрю принюхался, стараясь различить состав смеси. Тишина в кафе нарушалась тяжёлым дыханием владелицы мотеля, втягивающую слабый сигаретный дым. – Ваши сигареты просто сногсшибательные, – попытался разрядить обстановку Эндрю, – Если я правильно угадал сушеные листки мяты и смесь китайского аконита? – А белокурый красавчик шарит, – сказала Би и щёлкнула пальцами в подтверждении догадки. – Извини, это всего лишь меры предосторожности. Если тебе станет проще – это её новая смесь, поэтому мы тоже максимально ослаблены, – попыталась объяснить Лена. – Ничего страшного. Не думаю, что вы хотели навредить мне, – пожав плечами, парировал Эндрю. – Если это новые травки, то почему они не действуют на меня? – задал вопрос, сбитый с толку Дилан. – С чего ты взял, что они не действуют на тебя? Этого быть не может, – начала Бетси, но её рот с щелчком захлопнулся, когда Дилан вонзил в деревянную столешницу когти. – Ну вот, это был мой любимый стол, – театрально вздохнул Кристиан, – Ты мог воткнуть свои когти во что-нибудь другое? Бетси, например, раз она сомневается. – Я не сомневаюсь. Я в замешательстве. Аконит действует на всех оборотней без исключения. – Мы так думали, – вмешалась Лена, – прежде, чем будем разбираться с этим, давайте выпьем крепкого кофе. Думаю, сейчас он не повредит никому. – Да, давайте выпьем, – подтвердил официант. – Вот и замечательно, итак, Кристиан, будь добр принести нам пять кофе, – сделала заказ Бетси. Глаза официанта моментально пронзили её гневностью и ленью. – Почему я? Кафе сейчас закрыто, – попытался избавиться от работы Кристиан. – Потому что ты по-прежнему официант и получаешь за это деньги, – решила подыграть Лена. Кристиан издал что-то похожее на отчаянный вздох и, принимая поражение, поплёлся в сторону барной стойки. – Позволите мне, мисс, налить кофе самому, – вдруг заговорил Эндрю. На него уставилось три пары непонимающих глаз, поэтому парень улыбнулся и постарался пояснить, – Ничего личного. Просто предосторожность. Губы Лены растянулись в одобрительной улыбке. Женщина кивнула в сторону копошащегося за стойкой Кристиана. – Думаю, мы сработаемся, – начала женщина, – Кристиан покажет, что и где. Колокольчик вновь прозвенел, оповещая о приходе ещё одного человека. Адам ввалился в кафе весь в синяках и ссадинах. Руки были оцарапаны, а бежевые брюки, небрежно висевшие на поясе, были подраны на лоскуты. – Кто же это вас так? – поспешила на помощь Лена, пробегая обеспокоенным взглядом по мужчине. – Вы задали не правильный вопрос, – постарался вставить своё слово Эндрю, – Правильно будет: Что с машиной Адам? Разбил ещё одну? – Я не виноват, что тут сложно припарковаться, – надув губу, обиженным тоном начал Адам, – И да, я отец этого балбеса. – Ну да, вы действительно правы. На пустой парковке пристроиться в единственный столб, стоявший по центру, – очень сложная задача, – произнесла Бетси, изучая парковку через щёлку, раздвинутых полосок жалюзи. Лена засмеялась, стеснительно постаравшись прикрыть улыбку ладонью. Мужчина неказисто протянул руку женщине, та, в свою очередь, ласково улыбнулась и пожала её. Уши Адама слегка покраснели. – О боже, только не это. Даже не думай Адам, – прорычал на своего отца парень. – Кристиан, нам шесть кофе, – дополнила свой заказ бывшая альфа. Официант отреагировал на это ещё одним отчаянным вздохом. Когда Эндрю зашёл за стойку, готово уже было всё кроме одного заказа. Парень подошёл к стойке с выставленными на поднос кружками готового напитка и выплеснул содержимое одной в раковину. – Иди перекури, я отнесу им всё, – улыбаясь, сказал Эндрю. Кристиан кивнул и шмыгнул в коридор для персонала. Оборотень-спасатель составил на подносе все кружки и отправился к столу. Дилан отхлебнул от своего напитка и поморщился скорее по привычке. Парень с детства терпеть не мог кофейную горечь. В добавок к этому четкие ассоциации опасности примешались, потому что от любимчиков отца всегда пахло дешёвыми кофейными помоями. Сейчас в кружке не оказалось странной горечи, наоборот вкус шоколад и молоко обволакивали рот, а мозг благоговейно урчал. Он терпеть не мог кофе, но пил, поскольку напиток позволял бодрствовать дольше положенного. С самого детства он обожал заканчивать вечер чашкой какао. В бегах он пару раз тоже так делал в особо тяжёлые дни. Дилан отхлебнул ещё, чтобы проверить: не показалось ли ему. «Нет. Это абсолютно точно какао. Но откуда? Тут им даже и не пахнет», – рассудил Дилан, потом его мысли уткнулись в знакомый вкус, и картинка сложилась. Он посмотрел на Эндрю, который старался смотреть куда угодно, только не на Бетси и не на него. Дилан благодарно кивнул, слегка приподнимая кружку, чтобы уточнить, к чему относится благодарность. Эндрю кивнул в ответ. – Можно немного личный вопрос? – прогремел голос Адама. – Если мне правильно рассказали, то мы должны были встретиться со стаей этого мальчика, но я не чувствую здесь присутствия альфы. Эндрю пнул отца под столом и добавил: – Тебе это никто не рассказывал, ты как обычно подслушал разговор, – он отвернулся от отца к остальным и продолжил, – Вы не обязаны отвечать на это. Я чувствую, что здесь присутствует альфа, но немного ослабленный, скорее всего, после битвы. – Ты прав, юноша, – продолжила разговор Лена, игнорируя шиканье Бетси справа от себя, – Я была альфой этой стаи, пока нас не предали. До следующего полнолуния у нас нет лидера, но мы связаны большими нитями, чем просто волчьи узы, поэтому нам переносить это проще. Думаю, этого достаточно, чтобы удовлетворить любопытство Адама. Мужчина кивнул и отхлебнул кофе. Лена мило улыбнулась и повторила действия с кофе. Кристиан вернулся и начал своё любимое занятие: задавать вопросы. Дилан и Эндрю охотно на них отвечали, рассказывая все, что помнили. Глаза Лены и Адама иногда делались испуганными, но в основном наполнялись яростью и болью. После того, как Дилан закончил, Бетси встала и подошла к нему. Дилан хотел было начать оправдываться, но не успел. Женщина обняла и крепко прижала к себе. – Извини, что не смогли уберечь тебя, – прошептала она. Дилан слегка закашлялся немного от нехватки воздуха, немного от трав, паров аконита и табака. Кристиан тут же пошутил, что у него аллергия на Би. Теперь за столом сидели пятеро и один стоял с лиловым синяком возле. Вернее, сидели четверо, Адам в середине разговора как школьник отпросился в туалет. – А что с тобой произошло? – спросил Дилан, переводя оценивающий взгляд на Кристиана. – Ну, – начала парень, потирая затылок, – я мало, что помню. Обрывки и не больше. Лена пыталась помочь вспомнить, но от этого лучше не стало. Помню, что мы разделились, и я увёл кого-то за собой, но долго не получилось отвлекать. Помню, что сначала я уводил, а потом начал убегать. В итоге попался в капкан местных охотников и словил пулю с аконитом в плечо. Дальше как в тумане. Меня куда-то тащили, потом я лежал на пороге странного строения. Вокруг меня были звёзды Давида, а на деревянных дверях кресты. Помню, что было адски больно. Моя кожа словно плавилась под собственным весом. Там я пролежал до рассвета, пока не пришёл в себя, а потом, как только смог сползти на землю, ещё пару часов возле, пока всё не восстановилось не перестало вертеться в глазах. До сих пор не понимаю, что это был за сарай. – Это давнее оружие охотников, – начал объяснять Эндрю, – вернее одной конкретной семьи. Они научились использовать религии против оборотней… – Не сложно приспособить использовать против вас то, что было сделано самим человеком, – вставила Би. – Не знаю, как они это называют, – кивнув в знак солидарности, продолжил Эндрю, – Но члены моей стаи называли это тюрьмой для особо опасных оборотней. Кто туда попадал, тот оттуда не возвращался. Это место специально замаскировано, чтобы оборотни и волки не смогли его найти. Только четверо человек охотников знают точные координаты. – Прости за такие вопросы, – Лена вдруг решила сменить тему, – Но что стало с твоей стаей? Я не чувствую твоей связи с альфой. – Из моей стаи остался только я и Адам. Остальные были перебиты на дикой охоте в полнолуние у Ганз. Мы в то время ушли на рыбалку для добычи еды нашим мелким, а когда вернулись в живых уже никого не осталось. На телах каждого члена моей семьи был вырезан перечеркнутый волк. Запах вокруг столика сменился. Горечь, витавшая от кофе, уступила место отчаянию, грусти и страху одиночества. Всем с обострённым нюхом стало ясно, что Эндрю говорит правду. – Думаю, что выражу мнение всех. Вы можете присоединиться к нам, – начала Лена, – хотя, думаю, это мы примкнём к тебе. Я чувствую в тебе силу альфы. – Я рад принять ваше предложение, мисс, – признался Эндрю, – не думаю, что Адам будет против. – Спешу вас огорчить ребята, – вмешалась Бетси, – Но, раз вы сбежали, полагаю, скоро и нам всем предстоит встретиться с ними. Нужно подготовиться к войне. Время играть в солдатики прошло, пора поиграть по-взрослому. Лена и Би снова начали вести диалог только на им двоим понятном языке. Эндрю уставился на такой способ общения как завороженный. «Неужели, я также пялился как идиот в первый раз», – подумал Дилан. – Да, точно также ты и пялился, – снова словно читая мысли, проговорил Кристиан, – Думай тише. Уши закладывает, – добавил он, театрально затыкая уши. – Да, ты как всегда права, – вдруг прервала молчание Лена, – Нас ждёт большая битва, к которой нужно подготовиться. – У нас, судя по всему, – продолжила мысль Лены Бетси, – Один человек, который хоть как-то умеет сражаться, половина нормального солдата, – последние слова она сказала, указывая пальцем на Кристиана, – и один совсем салага. – Ну, спасибо, – сказал Кристиан, – Я хотя бы могу контролировать себя. – Я могу потренировать вас двоих, – предложил Эндрю, обводя взглядом парней, – Кристиан поможет Дилану с контролем, а я помогу Би с вытяжками из аконита. Бетси поперхнулось кофе. Она надеялась, что ослышалась. Оборотень, который возится с аконитом? Это даже звучит смешно. – Да, Бетси, если вы не против, – попытался пояснить Эндрю, – Полагаю, нам нужны будут все силы, которыми мы располагаем. Она кивнула, соглашаясь с планом. – Осталось одно: определиться, где мы будем тренироваться, – озвучила проблему Лена, – Мой лес – теперь место небезопасное, там мы словно с мишенью на спине. Думаю, он и будет первым местом, где нас будут искать. Мотель и кафе тоже не безопасные. – И где жить. Я не вынесу больше в этом мотеле, – пожаловался официант. – Твоя кладовка класса люкс всё ещё свободна, – парировала Би. Впрочем, она понимала, что он прав. Все замолчали. Кто-то думал над решением вопроса, кто-то витал в своих мыслях, готовясь к будущим тренировкам. Эндрю думал о двух вещах сразу. У него было решение проблемы. Сомнения всё с большей силой поселялись в его душе, но он так боялся ошибиться, поэтому решил не торопиться и собрать ещё доказательств. От чего-то Эндрю доверял этим людям, но не знал: доверятся ли они ему, и всё же решил попробовать. – У меня, кажется, есть решение проблемы. Не знаю, как вы к этому отнесётесь, ну раз мы теперь – одна команда, я вполне могу озвучить. Предлагаю тренировки проводить в лесу возле моего дома и на заднем дворе. Мы с отцом обнесли дом большим забором, чтобы ограничить почву для сплетен. Пожить также предлагаю у меня. – Ты готов на такое пойти? – удивлённо посмотрела Лена. – Но там не поместятся все, – одновременно с этим вставил Дилан. – Я думаю, решение неплохое, – Эндрю пожал плечами, – о моём жилище мало кто знает. Домик, Дилан прав, небольшой, но в принципе, если вытащить всю ненужную мебель на задний двор, кухня вполне станет ещё одной полноценной спальней. Нас всего семь человек. Думаю, Тони тоже присоединиться к нам, – закончил Эндрю. – А погода позволяет готовить и кушать на заднем дворе, – поддержала идею Бетси. – Тогда решено: мы едем в гости, – заключил Кристиан. Дилан посмотрел на Эндрю и одними губами произнёс имя «Адам». Эндрю улыбнулся. Впервые в его глазах заблестел огонёк озорства и предвкушения. Теперь он был копией себя из детства. – Адам будет в шоке, – в слух подтвердил Эндрю. Все присутствующие рассмеялись. – Да, ты прав, я в полном шоке, но раз так решило большинство, мне тоже стоит подчиниться, – сказал, только что вошедший в зал Адам, глядя в глаза одному единственному человеку из присутствующих.

***

Ребята договорились встретиться в доме Эндрю. Он с Диланом ушли первые, чтобы подготовить пространство для проживания огромной толпы. Кристиан ушёл собирать свои вещи, а Адам повёз Лену и Бетси в мотель. Дилан впервые увидел задний двор будущего общежития. Сказать, что он остался в шоке, значит абсолютно промолчать. Свободное пространство вокруг было размером со стандартную хоккейную площадку, скрытую от посторонних глаз большим забором. Деревянные колья возвышались над домами соседей на добрых полтора метра. С внутренней стороны двора по периметру были посажены массивные дубы. В дальнем углу забора стояла большая металлическая дверь, ведущая в лес. Парни вытащили кровать из спальни, диван и кресла из гостиной. Больше всего времени понадобилось, чтобы освободить кухню. Теперь встал вопрос: как это подключить с улицы. В нужный момент подоспел Кристиан. Официант дал о себе знать ещё с подъездной дорожки, насвистывая мотив одной ему известной песни. – Эх, всему вас учить нужно, – сказал Кристиан, принимаясь мастерить переходники и разветвители. Уже через несколько минут под навесом внутреннего дворика работал полный кухонный боекомплект. Лена, Бетси и Адам появились уже, когда закатное солнце освещало кроны дубов, а луна постепенно погружала во мрак другую часть города. Бетси шла впереди и курила очередную смесь трав. Лена и Адам шли немного позади, мило беседуя о чём-то своём. Адам активно жестикулировал, а Лена беззастенчиво смеялась. Эндрю с Кристианом мастерили ужин в новой трапезной. Дилан старался помогать им, правда заключалась она больше в невмешательстве в процесс и редком мытье посуды. Сон захлестнул обитателей дома практически сразу после ужина: кто-то нормально не спал из-за кошмаров, кого-то подкосило нервное напряжение. Как-только вся компания оказалась внутри, было решено разделиться по комнатам и отдохнуть, а тренировки начать с завтрашнего дня. – Давай те поступим так: оборотня-девочку и одну мадам я предлагаю определить в спальню. Там достаточно места, чтобы обустроиться женщинам, – начал делить Адам, – Кристиан, Дилан и Эндрю останутся здесь, в гостиной. Вряд-ли кто-то захочет позариться на содержимое дома или его жильцов, когда на коврике спят три полу волка, – сбавив тон, прошептал он. Лена захихикала, а остальные закатили глаза, – Ну, а ваш покорный слуга так уж и быть, возьмёт на себя ответственность охранять запасной выход во двор, что на кухне. – Мне кажется, или он сейчас обозвал нас дворнягами? – театрально закрывшись ладонью от Адама, но не понижая тона, проговорил Кристиан. – Не гавкай, – поддержала мужчину Бетси. Утро для Дилана началось ещё ночью. Все мирно спали, тогда как Эндрю нужны были ответы, на не заданные вопросы. Он пихнул Дилана, когда часы показали 4:30 утра. Парень отреагировал мгновенно, потому что тоже не спал. Его тело требовало нагрузки. Ноги словно сводило от недостатка движений. Эндрю махнул своему гостю на выход и, встав, направился туда же. Ему не нужно было оборачиваться, он знал, что Дилан плетётся следом. Новичок не знал, куда его ведут и вопросов по этому поводу не задавал. Он шёл медленно, потягиваясь и разминая затекшие мышцы. В бегах они всегда были в напряжении, поэтому разогревать их не приходилось. Казалось бы, он ещё несколько дней назад готов был попрощаться со своей жизнью, его тело безмолвно обмякло на деревянном столбе от слишком сократившихся мышц. Любой нормальный человек полгода только шел бы на поправку, но он был «естественным» существом, а ещё он был Диланом, поэтому его второе «я» уже сейчас просилось пустить в уши завывания ветра и почевствовать морозную свежесть. Глаза Дилана округлились, когда на горизонте начали возрастать стены ледовой арены. «Он точно не умеет читать мысли? Или Кристиан прав, и я слишком громко думаю?» – рассуждал Дилан. Волк начал легонько царапать струны души, а внутри зародился трепет. – Я подумал, что нам стоит отвлечься. Давай немного погоняем шайбу, – попытался завести разговор Эндрю. Настроение Дилана, лежащее где-то между рыбой удильщиком и дном Марианской впадины, начало всплывать. – Иди ты, – сказал Дилан, не пытаясь скрыть свою улыбку. Он легонько стукнул Эндрю в плечо, а потом подумал: «Я дам тебе ещё отпор». И он не дал отпор. После небольшой разминки и растяжки парни поделили шайбы и решили немного потренироваться по отдельности. Это обоим им наскучило быстро, поэтому игра не заставила себя долго ждать. Их было всего двое, хотя с каждой стороны должно быть пять человек и вратарь. С другой стороны, каждый горел как олимпийский факел и жаждал соревнований, поэтому заряд сил позволил отыграть за каждую позицию на поле: нападающего, защитника и вратаря. Волчья реакция и повышенная выносливость были идеальным подспорьем. Как бы Дилан не старался, счёт в их импровизированном матче рос не в его пользу. Парень не расстраивался. Он моментально вспоминал все свои фишки и движения, поэтому рост счёта к концу третьего периода замедлился, а Дилан почувствовал, что Эндрю наконец-то напрягся. Третий период начался со счётом «7:3», но уже к концу новичок-волк почти сровнял его. Игра завершилась с разрывом в одно очко. «Так играет только один человек. Но это не может быть он», – думал Эндрю, валясь с ног на лёд и хватая ртом холодный воздух. Послышалось два резких движения, рассекающих замёрзшую воду, а потом в плечо Эндрю влетел Дилан. Хохот эхом отразился от пластиковых и металлических ограждений поля. Парни лежали и смотрели на табло, висевшим чёрным кубом под потолком. На нём отражался итог их встречи. Парни вернулись в свою обитель уже ближе к обеду. В доме всё было тихо: Кристиан листал каналы телевизора, стоявшего в гостиной, Бетси сидела на полу рядом с ним, скрестив ноги и читая книгу «Азы хоккея для будущих волков». – Вот вы где, – отозвался Кристиан, не отрываясь от телевизора, когда дверь с тихим скрипом закрылась, а в гостиной появились хоккеисты, – А мы уже вас как не потеряли, – последние два слова он выделил отчетливее, как бы говоря: всем глубоко пофиг, где вы были. – Интересное чтиво. Хочу попробовать эти приёмы, – поделилась своим мнением Бетси, тыкая в иллюстрации силовых атак, – О, а вот этот, которым можно перекинуть через борт, вообще огонь. – Ты тоже играла в хоккей? – поинтересовался Эндрю. – Я? Нет, я была пай-девочкой и занималась фигурным катанием, – начала Би и задумалась, – ну, по понедельникам, средам и пятницам. – А по вторникам и четвергам? – решил уточнить Дилан. – Тогда я ходила на в зал на бои без правил, – призналась женщина. Три пары глаз уставились на неё. Бетси оглянула каждого и пожала плечами, возвращаясь к чтению. Тренировки начались после обеда. Работы для Кристиана было совсем немного, потому что Дилан контролировал и взаимодействовал со своим волком практически без слов. Они находили точки соприкосновения моментально. Время на обдумывание действий не тратилось совсем. – Мне кажется, что у вас с ним один мозг на двоих, – сказал Кристиан и получил кулаком в челюсть, не успев защититься. Бетси, наблюдавшая за тренировкой под руководством официанта, рассмеялась. – Не знаю, разделяем ли мы один мозг, но желания у нас сходятся практически всегда, – с улыбкой добавил Дилан. Лена вышла на террасу во внутреннем дворе держа кружку свежезаваренного кофе. Подмигнув Бетси, Лена свойственной только их манере разговора попросила подыграть ей. Непонимающий взгляд Би сменился издевательским, когда к ним присоединился Адам. – Не возражаешь, если заберу вашу подругу на вечер? – спросил Адам у Бетси. Та в ответ подняла бровь в немом вопросе, адресовав его Лене. – Я сказала, что пойду, если ты отпустишь меня, – пояснила Лена. Владелица мотеля открыла рот в немом «А» и кивнула, стрельнув взглядом в Адама. – Ты хочешь пойти? – спросила она Лену. Бывшая альфа едва заметно наклонила голову вправо и вперёд. В их языке этот жест значил – согласие. Би звонко рассмеялась. – Можешь забрать её, но я приму возврат только с выкупом, – сказала она. Лена пронзила свою подругу гневным взглядом, в ответ на это смех стал ещё заливистей и звонче. Лена, развернувшись, пошла в домик. Адам чуть ли не в припрыжку побежал за ней. – Эх, как маленькие дети, – покачав головой, сказала Бизнес-леди. Настало время общей тренировки под руководством Эндрю. Дилан никогда ещё не видел официанта таким серьёзным и сосредоточенным. – Слушайте план. Мой учитель всегда говорил одно и то же, – начал свою тираду Эндрю, – Нельзя драться с желанием убить. Это никогда не приведёт к победе только потому, что ярость не позволяет мыслить трезво и читать движения вашего соперника. Моё главное правило в битвах: следи за всем, что происходит, – Дилан попытался возразить, – Нет, – отрезал Эндрю, – У меня есть опыт боя, и ты видел меня в действии, поэтому доказывать мне ничего не нужно, – Эндрю вернул разговор в тренировочное русло, – Нужно стараться подметить каждое движение. Какая главная ошибка была у тебя, воспользовавшись которой Ганз сбежала? – Эндрю ткнул пальцем в своего предполагаемого потерянного друга. Повисла тишина. Шестерёнки Дилана зашуршали с ускоренной быстротой и утроенной силой. Он пожал плечами. – Твоей главной ошибкой было, что ты следил только за этой сукой, – начал Эндрю, плюнув на землю на последнем слове, – Если бы заострился хотя бы на секунду, ты бы увидел, что возле выхода стоит стол, на котором склянки с разным порошком. Неважно даже то, что в них. Это уже потенциальная опасность. – Но как ты…? Ты же был в отключке, – удивлённо выпалил Дилан. – Я этот стол заметил сразу, когда ворвался. Эффектное появление отвлекло этих хищников, а я смог осмотреть цех. Когда я очнулся, ты стоял и задыхался возле разбитой банки, которая находилось на столешнице. Не стоит большого труда сложить два и два, чтобы понять, что ты не учёл этого момента. – Это все, конечно, круто, но теория – всего лишь слова. Я не видел тебя на практике, – встрепенулся Кристиан. – Хорошо, давай те поступим так. Нападайте, а я буду защищаться, – сказав это, Эндрю принял неполную форму волка, – думаю, этой формы будет вполне достаточной для первой тренировки. – И куда делся тот застенчивый мальчик, который пришёл в кафе, – прокричала с другого конца дворика, наблюдавшая за сценой Бетси, – Такой Эндрю мне нравится больше. После этих слов, кажется, уши Эндрю слегка покраснели, но он быстро отогнал смущающие мысли и еле внятно, насколько это позволял сделать полный рот клыков, крикнул ей в сторону: – Застенчивости и смущению нет места, когда ты пытаешься выжить. – Звучит как тост, – сказала женщина, поднимая бокал какао в воздух и улыбаясь. Эндрю вздохнул, выдохнул, огляделся и прорычал «Нападайте» своим подопечным. Кристиан сразу же обратился и рванул вперёд, занося руку с когтями вверх. Дилан решил последовать совету Эндрю и оценить обстановку. Официант подпрыгнул, а Эндрю нырнул под него и нанёс удар кулаком грудь. Движение пришлось с такой силой, что Кристиан немного отшатнулся назад. Но парень быстро пришёл в себя и кинулся снова. Эндрю плавно отходил в сторону забора, пока между ним и деревянной конструкцией не осталось пары метров. Кристиан снова прыгнул, а его соперник отошёл в сторону. Грохот распространился на всю округу. Где-то в глубине леса закаркали вороны, взмывавшие ввысь и потревоженные нелепым столкновением официанта с досками. Грохот сменился непривлекательным лошадиным ржанием Бетси, которая приговаривала: «Вот так его». В голове Дилана родился план: напасть внезапно, пока Кристиан, выставляя себя на посмешище, отвлекает их тренера. Официант после двух неудачных попыток напасть сверху решил сменить тактику добавив немного неожиданности и много волка. Он встал и кинулся в сторону Эндрю, который уже приготовился к защите, но тут официант резко свернул. Тренер проследил это движение, не меняя позы. Кристиан снова сменил направление и в метре от Эндрю поднырнул. Тренер подпрыгнул вверх и, махнув ногой, зарядил ему в лоб. – Неплохой ход, – признал Эндрю, - сработало бы с кем-то другим, но не со мной. Мне понравилось. Кристиан искренне улыбнулся, потирая разрастающийся синяк по середине лба. – А я уже думал, будет скучно, – сказал официант, – оказывается мне есть, чему поучиться. Кристиан заметил движение за спиной Эндрю, а потом в воздух взмыл Дилан, поднимая в урагане опавшие с дуба листья. Эндрю схватил ногу Дилана, которой тот пытался атаковать и перекинул парня через себя, попадая прямиком в Кристиана. Бетси разразилась новой волной хохота, когда парни покатились словно один большой снежный шар. – Твоя тактика тоже не плоха, – снова признал Эндрю, – Ты воспользовался тем, что Кристиан меня отвлёк и решил напасть. Могло бы сработать. Есть одно «но»… – продолжил парень, но тут официант присоединился к нему, и они вместе произнесли: – Ты слишком громко думаешь. Они переглянулись и засмеялись. – Боже, теперь их двое, – закатил глаза Дилан, – что это вообще значит? – Это значит, – начал пояснять Эндрю, – что весь твой план написан у тебя на лице. Ты сначала проследил взглядом свой маршрут обхода меня, а потом чётко следовал ему. Да, меня поразило то, что ты безошибочно просчитал моё положение на несколько шагов вперёд и понял, где я окажусь, учитывая то, что я раскусил тебя и постарался изменить своё место. Теперь парни беспрекословно слушали своего наставника. Тренировка заключалась примерно в том же, что и сейчас: Дилан и Кристиан нападали на Эндрю, иногда вместе, иногда по одному, но теперь старались просматривать пространство вокруг и просчитывать не только движения Эндрю, но и свои. Сначала их совместное нападение напоминало разговор слепого с глухим: они сталкивались друг с другом, мешали. Но к концу тренировки у них получилось пару раз ударить наставника. Их тандем обретал слаженность движений и плотное взаимодействие, эта картина не могла не радовать Эндрю. Он как более опытный игрок мог приспособиться к работе в команде, тем более во время тренировки он выяснял их слабые места, чтобы в настоящем бою закрыть их. Лена и Адам вернулись к закату. Женщина несла огромного плюшевого волка, а мужчина тащил огромный моток сахарной ваты. Кажется, жизнь начала налаживаться. Новые члены большой волчьей семьи вписались в неё как родные кусочки мозаики. Так протекали недели. С утра парни отрывались на льду, иногда к ним присоединялись Кристиан и Бетси, потом тренировки до позднего вечера. Дилан старался запоминать все советы и движения, а его связь с волком крепла больше и больше. Теперь их общение проводилось на уровне эмоций и инстинктов. Слова больше были не нужны. Бетси тоже старалась не отставать. Хоть она и была обычным человеком, не обладающим никакими «естественными» возможностями, женщина не уступала оборотням и на пол шага, а в некоторых моментах даже превосходила их в точности и тактичности своих действий. Адам решил всерьёз закрепиться в общении с Леной, поэтому каждый день предлагал ей новые места для прогулок. Возвращаясь с одной из них, когда время было далеко за полночь, Адам припарковал свой автомобиль на подъездной дорожке к дому. На капот тёмно-рыжего авто был сброшен фритюр с эмблемой «Волчьей луны». На нём было выцарапано жутким и кривым подчерком: «Вы же не думали, что сможете убежать от меня? Встретимся у сами знаете какого домика в лесу. Завтра ночью. Пора ответить за своё неповиновение». На грохот вышли все обитатели дома. Кристиан вытаращил глаза на искорёженный капот раритетного Форд Мустанг 1964 года. Дилан с заспанными глазами и растрёпанной копной волос не понял с первого раза суть происходящего. Но как только смысл был достигнут, его лицо вытянулось в странном выражении, похожем на шок. – Нет, детка, что они с тобой сделали, – начал хныкать официант, осматривая повреждения, – Я мог простить, что ты выкрасил её в оранжевый цвет, но то, что кто-то присобачил к ней фритюр – эта была последняя капля. – Кажется, мы все знаем этого «кто-то», – сказала Бетси, смотря на послание. – Что ж, – выдохнул Эндрю, – Думаю, пора проверить, чему мы научились, – сказал он, почёсывая затылок, – Только добавим ещё одно преимущество – Адама. Бетси непривлекательно фыркнула, а Кристиан и Дилан, переглянувшись, посмотрели на Эндрю непонимающими глазами. – Адам обладает интересной особенностью, – вдруг начала пояснять Лена, – Его слух намного острее нашего. Он за несколько километров может различить хлопанье крыльев птицы. Думаю, мы сможем использовать этот навык себе на руку, верно? – договорила она, обернувшись к Эндрю лицом. Парень кивнул ей, подтверждая верность догадок женщины. – И никому, конечно же, не интересно, откуда ты это знаешь? – цокнув языков и протягивая каждое слово, спросил Кристиан. Лена привела всех к своему домику. Луна в чистом небе словно большой прожектор освещала округу. – Так вот он какой – запретный плод, – начал официант и получил затрещину от Бетси. – Пригнитесь, – скомандовал Адам. Все подчинились. Буквально в паре сантиметров над их головами просвистело два металлических шара, связанных леской. Устройство обвилось вокруг опорного столба крыльца и застыло. Эндрю подошёл поближе, чтобы осмотреть его. На шарах была вырезана перечёркнутая голова волка. – Кажется, вы завели новых домашних питомцев? – из глубин леса раздался голос Клинтона, – Эй, ты седой, узнаешь марку? По глазам вижу, что узнаешь. – Кажется, нас не представили, – вмешался Адам, – ты, мудак, должен мне новую машину или свою жизнь. Клинтон рассмеялся, появляясь из глубин леса, скрытых ночной тьмой. За ним последовал Тони и ещё с десяток оборотней в полной форме. Клинтон был одет в классический строгий костюм, только место рубашки заняла чёрная водолазка. На шее, обёрнутой массивной цепью, болтался кулон волка. Стая нападающих издала вой, от которого земля под ногами Эндрю задрожала. Рычание Клинтона разнеслось по округе, чтобы каждый его услышал. Волки, словно получив команду «фас», сорвались со своих мест, окружая ребят в кольцо. – Хорошее решение, – не смог сдержаться Эндрю. – Я знал, что хоть кто-то оценит, – отозвался Клинтон, – В вашей шайке наконец-то появился настоящий ценитель боевых тактик. Кольцо сомкнул Тони, но встал он не лицом в круг, а, развернувшись к своему альфе. В центре западни тоже показалось шевеление. Адам сел ровно по центру, подогнув ноги в коленях и обхватив их руками. Один из волков кинулся на ребят. – Десять часов, – сразу же отозвался Адам. Он слышал движение его врага, когда он только поднимал ногу, делая первый шаг. Кристиан развернулся, врезаясь когтями в горло нападающему. – Три, семь и пять, – снова послышался голос мужчины. Ребята тоже встали в кольцо, только они защищали, а не нападали. Защищали Адама. Эндрю перехватил движения двоих из трёх монстров, откинув их в толпу других оборотней. Лена превратилась быстро превратилась в волка того же с белой шерстью. Только сейчас, по сравнению с другими зверьми, Дилан понял, насколько большим животным она была. В свою высоту звериная форма Лены была больше столба их четырёх волков. Женщина вцепилась в горло одного из нападавших и когтистой лапой пригвоздила к земле ещё одного. Адам продолжал отдавать команды. Дилан остался один возле него, а потому чувствовал, что само сражение протекает вне его участия. «Двенадцать часов», – прозвенел в голове парня голос Адама. Дилан моментально огляделся. Эндрю вспарывал брюхо какому-то серому животному с зелёными пятнами, который старался когтями уцепиться поглубже в своём оппоненте. Его друг не стал расходовать энергию на полное обращение, поэтому ловкость, скорость и реакция в половине волка была намного хуже. Теперь он пропускал удары, укусы, но его глаза также бегали по всему полю, изучая расстановку и передвижения всех существ, а одно ухо было направлено в сторону его отца. Кристиан был зажат с трёх сторон, но Лена тоже это заметила и кинулась в его сторону, отшвыривая бездыханное растрёпанное тело какого-то коричневого волка с белыми пятнышками под глазами. Никто не мог сейчас атаковать нового неприятеля. Стало быть, пришло Дилану вступить в битву. От этой мысли мир сузился в трубу. Кровь в висках застучала, а волнение окатило его ледяным штормом. Дыхание сделало частым и глубоким. Ощущения можно было сравнить с моментом игры при равном счёте, и игроку даётся возможность пробить буллит и вывести свою команду вперёд. Все зависит только от тебя. Так чувствовал себя Дилан. Его организм оправился от волнения быстрее, чем разум, поэтому к моменту защиты уже было всё готово – острые когти сверкали под сиянием луны, а клыки горели от желания вонзиться в мягкие ткани. Волк парня желал почувствовать запах и вкус крови. Дилан успел заметить только угольно-чёрную шерсть, а потом картинка в голове перевернулась. Тупая боль разрасталась в плече. Волк словно Белаз сбил парня. Он тут же вскочил и кинулся в атаку. Зверь когтистой лапой ударил, а Дилан присел, поэтому движение не достигло цели, и парню открылся прямой путь к груди животного. Оборотень решил воспользоваться этим моментом и вцепился когтями, проходя густую шерсть, под кожу. Волк зарычал, Дилан дёрнул руку, чувствуя, как кожа под ними разрывается, словно нож режет подтопленное масло. Из ран закапала чёрная жидкость. Красные глаза уставились в парня, буквально лучась ненавистью и желанием убивать. Оборотень замешкался под пристальным вниманием этих глаз, успев прошептать только: «Клинтон…». Волк вонзил свои клыки в руку парня, чуть выше локтя. Дилан пискнул. Звук смешался с жалобным рыком. Клинтон словно ухмыльнулся и резко дёрнул головой, стараясь разорвать руку. Перед глазами парня появились прозрачные мушки, а в нос ударил запах собственной крови. От шока Дилан молчал, нанося удар за ударом и впиваясь когтями в морду. Движения Клинтона замедлились, сквозь сомкнутые челюсти зверь рычал от боли. Его морда превратилась в кровавое месиво. С носа свисали ошмётки кости с кусками шерсти, слипшейся от крови то ли человека, то ли животного. На голове, между очертаниями волчьих ушей, виднелись три глубокие царапины, через которые проглядывались кости. Одно ухо было порвано, но Клинтон, игнорируя боль, не выпускал из пасти руки Дилана. Та, в прочем, выглядела не многим лучше: пальцы произвольно дёргались в жутких судорогах, кожа в местах, куда вонзились клыки была разодрана. Через открытые места виднелись попытки мышцы сократиться. Мышечное волокно безуспешно пыталось сжаться, чтобы согнуть руку и ответить на атаку, но присутствие внутри ткани чужих клыков не давало этому произойти. Дилан собрал, покидающие его силы, и вцепился в саму сверху, вонзая кость окровавленные когти. Нельзя было понять: чья это кровь. Животного или человека? Дилана или Клинтона? Она уже смешалась друг с другом. Парень вспомнил, что на кануне, на вечерней тренировке, Кристиан рассказывал, что можно сделать в подобной ситуации. «Выхода нет. Нужно пробовать хоть что-то», – пронеслось в голове Дилана. Его сознание висело перед большим обрывом, называемым паникой и вот-вот грозилось сорваться туда. Парень сохранял спокойствие и сам удивлялся этому. Он попросил своего волка дать ещё немного силы, на один, последний манёвр. Сквозь свою боль зверь услышал парня, и его руки начали медленно крепчать. Дилан потянул вверх верхнюю челюсть Клинтона, она поддалась. «Значит он тоже не пределе», – догадался парень. Его эта мысль не то, чтобы порадовала, но явно вселила большую надежду на удачный исход поединка. Пасть Клинтона медленно начала открываться, позволив мышцы руки сократиться. Дилан потянул руку ниже, раскрывая клыкастую бездну больше, а потом вытащил руку из неё. На глазах мышца начала затягиваться, хотя боль и оставалась прежней. Парень кинулся на своего противника, отвернувшегося и пытающегося восстановить силы. Оседлав волка, Дилан впился клыками в шерсть, пробиваясь к коже на шее. Укус оказался эффективным. Волк упал навзничь, придавливая под своим весом оборотня, которые не успел вовремя убраться. Монстр начал кататься по земле, стараясь скинуть с себя не уступающего парня. Дилан несколько раз ударился о камень. Голова жгуче болела в затылке. На помощь подоспел Кристиан, придавливая волка к земле, чтобы тот замер на одном месте, а Лена вцепилась в задние лапы, перекусывая сухожилия. Она запомнила с детства, что, если перерезать сухожилия, волк станет лёгкой добычей, так как не сможет передвигаться. Приёмный отец так учил её сражаться, и сейчас она была благодарна этому. Клинтон взревел, дёргая задними лапами и пытаясь встать, но официант словно тяжёлая наковальня удерживал его на месте. Дилан окинул беглым взглядом доступное ему пространство и заметил, что Эндрю отбивался от трёх оборотней, а Адам оттаскивал от него ещё двоих. В игру вступил Тони, прыгая сверху на Клинтона и впиваясь когтями в брюхо и медленно вспарывая его. Волк начал извиваться как змея, а потом замер. Дилан почувствовал – как что-то мокрое затекало под его спину и окружало со всех сторон. Парень постарался принюхаться и понял, что это была волчья кровь. Зверь не двигался и часто дышал, а потом его тело начало уменьшаться на глазах. Волчья голова обрела вполне округлую форму, клыки сменились зубами, а когти – человеческими ногтями. Черная густая шерсть сменилась лёгким волосяным покровом. Перед ними предстал человек. Волчье исцеление работало неспешно, поэтому перекусанные сухожилия, вспоротое брюхо и адское месиво вместо лица остались и у человека. Клинтон лежал ничком едва дышал, когда его глаза открылись. Бордово-кровавый сначала померк, а затем и вовсе сменился серым. Эндрю обернулся вокруг. – Глядите ка, – сказал он, указывая на поле позади них, – Крысы бегут с тонущего корабля. Вся армия Клинтона, вернее оставшаяся в живых небольшая часть, спешно покидала поле боя в разные стороны. Из десяти существ в живых осталось четверо, и те уносили ноги. Клинтон закашлял. Рот наполнился кровью. Кашель был признаком, что жидкость заполняла лёгкие. Кашель повторился, а Клинтон рывком сел, опустошая желудок прямо под ноги Кристиана. Держать его не было смысла. Сейчас он уже ничего сделать не смог. – Самопровозглашённый король повержен, – послышался из кустов голос Бетси. Женщина следовала плану – оставалась в тени, но была готова вступить в бой, если явные перевес битвы сдвинется в сторону врага. Было трудно уговорить её держаться подальше от боя. Лена чуть ли не подралась с ней, но в итоге Адам проявил чудеса дипломатии. Он поспорил с ней. «Если Лена победит в равном поединке меня, то ты не суёшься, – сказал тогда Адам». Исход поединка был очевиден, но Бетси была очень азартным человеком и при том любила безнадёжные случаи, поэтому согласилась. Сражение продлилось всего пару минут: Лена уложила Адама на лопатки и вырубила мощным ударом в челюсть. – Пусть бегут, предатели, – прохрипел Клинтон, – А тебя, сука, – он уставился на Лену, – надо было убить, когда была возможность. – Ты умираешь и смеешь угрожать моей семье? – вступил в диалог Адам, – Да ты ещё более отбитый, чем я себе представлял, а ещё ты мне должен машину тварь. Клинтон попытался рассмеяться, но тут же задохнулся, и кашель снова накрыл его, а вокруг изо рта вылетали брызги крови. Адам не выдержал, и его рука вонзилась в горло Клинтону, а вторая пробила рёбра немного левее центра. Он дёрнул сначала шею, вырывая трахею, а потом углубил руку в груди и рванул. Нечеловеческий вопль сотряс округу, а потом всё стихло. Только хлопанье крыльев перепуганных птиц вдалеке улавливалось волчьим слухом. Тело Клинтана рухнуло на землю, а сердце в руке Адама, сделав несколько последних сокращений, остановилось. Все молчали, потом Лена с облегчением выдохнула. – Мы победили, – сказал Дилан. – Да, – сказала она, – одной проблемой меньше. Всегда жалко убивать своих, но, когда они становятся слишком тяжёлой занозой, выхода не остаётся. Все же, он был оборотнем, а значит и достоин быть похоронен как оборотень. – Это как? – поинтересовался Дилан. – Его тело должно быть сожжено, – пояснил Кристиан, – Древняя традиция. Наши предки верили, что огонь способен оставить все тайны сокрытыми. Наскоро был сооружен небольшой деревянный помост. Никто не хотел находится здесь дольше положенного. Хоть победа и была за ними, но все хотели поскорее выбраться из леса. Тело, скрытое белой тканью, найденной в домике Лены, было водружено на него, а Адам поджёг помост. Все дождались, пока огонь уносил секреты с собой по ту сторону существования мира. В это время солнце уже начало рассеивать ночную тьму и согревать своими лучами холодные закутки леса. Бетси аккуратно собрала остатки праха и пепел в мешок, который был развеян у горного ручейка, найденный Диланом во время охоты. – Думаю, теперь мы готовы и к главной нашей битве, – сказал Эндрю, смотря как легкий ветерок подхватывает пепел, чтобы помочь огню унести тайны подальше. – Угу, – подтвердила Лена, – но сначала… – она задумалась, – Нельзя также на пустую голову рваться в новый бой. Этот требует более тщательной подготовки. – Но сначала давайте поедим и отоспимся. Мы можем себе это позволить, – сказала Бетси, подходя со спины к Адаму и Лене, и обнимая их за плечи. Дорога в город проходила в приятной тишине. Слух оборотней наполнял волнительный трепет сердец.