Аконит. Взойдёт луна

01:30. Обратный путь команды от леса до внедорожника, брошенного где-то во дворах, занял больше времени, чем предполагалось. – Не думаю, что Король сунется к нам в ближайшее время, – сказал Эндрю, когда они подошли к внедорожнику Чарльза. – Ты отрезал ему ноги? – поинтересовалась такой уверенностью Бетси. – Нет, к сожалению, его руки и ноги целы, но вот Дилан знатно попортил его рубашку… – начал Эндрю. – А ещё, он чуть не выпотрошил его грудину, – перебил парня официант. Подворотня, в которой Чарльз решил скрыть грузовик от любопытных глаз, выглядела как небольшая свалка. Вонь. Вывернутое содержимое мусорных баков. Всё это словно откидывало вы человечество на сотни лет развития назад. Точнее было бы сказать, что время в этом проулке не властно. Однако автомобиль, ели втиснутый между домами и напёрстками-баками, массивным чёрным пятном выделялся. Он был словно большим для этого места. – Наш маленький мальчик растёт на глазах, – сказала Бетси, нагигранно всхлипывая. – А ещё нашего мальчика, оказывается, зовут не Дилан, а Николас, – вставил официант. – Думаю, настало время уже открыть правду нам, – сказал Тони. – Я расскажу всё, что вы хотите знать… – начал было Дилан, но Лена в два шага оказалась рядом с ним и зажала его рот руками. – Нет. Сначала мы вернёмся домой, а потом уже все остальные вопросы, – сказал Эндрю, словно срывая слова с языка Лены. Женщина только лишь кивнула, поймав взгляд Дилана. – Будешь молчать, пока что? – спросила она. Оборотень кивнул. Она отняла руку от его рта и вытерла слюнявую ладонь о кофту, которую Кристиан нацепил, откопав её в лагере охотников. Послышался нарастающий гул. Перед ними, почти нос к носу, остановилась вереница внедорожников, таких же чёрных, как последний час перед рассветом. Окно ведущего авто слегка приоткрылось. В полоске открывшегося салона сверкнули глаза, обрамлённые вереницей морщин. Мужчина посмотрел на Чарльза. – Миссия выполнена, – сказал Чарльз, – отправляйтесь в лагерь и ждите сбора. Рад, что мы никого не потеряли, но будьте осторожны, пока не подтвердится, что они либо все передохли, либо покинули город. Мужчина в машине слегка кивнул в знак того, что он понял приказ. Окно плавно закрылось, а авто тут же сорвалось с места. Вереница таких же металлических близнецов потянулась за ней. – Можно я займу переднее место? – спросил Кристиан. – Ну уж нет, – отозвалась Би, – сидеть рядом с потными подростками и стариками, у которых бурлят гормоны я точно не буду, а если посмеешь занять переднее место, будь готов почувствовать вкус аконита у себя в чае. Официант понимал, что она шутит, но всё равно крупно сглотнул и кивнул, залезая на заднее сиденье со словами: «Тогда я еду с краю». – Мы рады, что достигли поставленных целей, – сказал Камилла, когда ребята вернулись и прошли в основной шатёр, – пока вы возвращались, патруль доложил, что город их машина покинула. Внутри был только один Король. – Куда направился? – поинтересовалась Лена. – Выше по стране. Я велела своим ребятам установить за ним слежку. Если что-то в его действиях мне покажется странным или опасным, я свяжусь с Тони, – заключила глава лагеря. – С Тони? – переспросила Бетси. Женщина кивнула, а уши полу человека немного порозовели. Все были уставшие, поэтому никто не стал развивать эту тему дальше. – Как нам вас благодарить? – вдруг спросила бывшая глава стаи. – Вы ничего нам не должны. Мы тоже преследовали свои цели, поэтому присоединились к вам. Хотя, буду рада, если вы время от времени будете здесь появляться. Скажем, – она подошла к Тони и, заглянув в его глаза, улыбнулась, – для совместных тренировок. И да, думаю, вы уже поняли, но я предпочитаю все точки расставить: город Сиэтл полностью открыт для вашего посещения, но лучше предупредите заблаговременно, чтобы кто-то не знающий не подстрелил вас. – Мы признательны оказанному доверию, – начал Эндрю, – и будем рады приезжать сюда. Мне понравилась идея совместных тренировок. Нам есть, чему поучиться друг у друга. Парень кивнул Чарльзу, а тот ему в ответ. Команда загрузилась в уже знакомый внедорожник и направилась в аэропорт. Путь до дома предстоял не близкий, но все были довольны и радовались жизни. Дилан, глядя в иллюминатор, впервые вздохнул и камень погони упал с его груди. Дышать с каждой новой попыткой становилось всё проще. Оковы, сковавшие грудь много лет назад в подвале отца, ослабевали и вовсе рушились. – Ты же знаешь, что теперь от их вопросов тебе не отвертеться? – спросил занимающий соседнее место Кристиан. – Я и не буду пробовать. Как можно выстраивать доверительное общение, если я сам большую часть жизни с вами врал? – спросил его Дилан. – Глубоко капнул, – удивлённо произнёс официант. Парень в ответ ему лишь ухмыльнулся. Самолёт качнуло. Кристиан весь побелел, а дыхание стало прерывистым. От усиленного слуха Дилана это изменение не могло укрыться. – Что случилось? – спросил он. Самолёт затрясся, начиная руление к полосе. Пальцы официанта впились в мягкую обивку кресла, с такой силой, что костяшки побелели, – Ты боишься летать, – догадался парень. Кристиан едва заметно кивнул. Дилан легко улыбнулся, нажимая кнопку для вызова бортпроводника. Милая и улыбчивая девушка принесла стакан воды и небольшой бумажный пакетик, словно понимаю к чему это может привести. Дилан отложил пакетик и протянул стакан воды официанту, благодаря девушку за помощь. Кристиан залпом осушил стакан и снова впился в сидение. – Знаешь, – мягко начал новичок, – мой друг тоже всегда боялся летать. Он рассказывал, как мама помогала бороться с этим страхом, – давай попробуем? – Кристиан помотал головой, отказывая. Дилан тут же отстранился. – Мне не нужна помощь, – прошептал Кристиан. – Как скажешь, крутой парень, – пожав плечами, ответил Дилан, – Но ты сам говорил, что помощь нужна всем. Оба затихли. Самолёт начал набирать скорость, а потом взмыл вверх. Дилана всегда завораживало наблюдение за взлетающими железными птицами. Он всегда задавался вопросом: «почему такая махина взлетает словно пёрышко?» Эти мысли посетили его и сейчас, а парень позволил им себя убаюкать. Сон пришёл сразу, но нём Дилан играл своей командой против команды отца. Он победил Джорджа. Небольшой домик на окраине Вёрта уже казался таким уютным. Ребята не спали почти трое суток. Однако самым энергичным казался Адам. Правда взбодрила его не порция кофе, выпитая в аэропорту. Лучшим адреналином был счёт за парковку, на которой мужчина оставил свой автомобиль. – Я оставил её на три дня, почему цифра, словно она год тут стояла? – шокированным тоном сказал он. Все вокруг рассмеялись. Всю дорого от аэропорта до дома Бетси не вылезала из телефона. Она печатала сообщение, через несколько мгновений телефон оповещал о поступлении ответа. Такая картина резка бросалась в глаза, потому что владелица мотеля редко и в крайних случаях использовала мобильник. Лена заглянула через плечо на экран. – Когда ты только успела дать ему свой номер? – сдавленно пропищала бывшая глава стаи. Бетси шарахнулась, пряча сообщения и скрывая мобильник от активизировавшихся любопытных глаз. – Я? Он сам попросил мой номер, – попыталась отбрехаться как школьница Бетси, – Ну, пока мы вас ждали возле дома адских гончих Короля. По возращении в дом все разбрелись по «спальням». По дороге было решено сначала отдохнуть, а потом уже продумывать дальнейшие действия. Первым проснулся Дилан. Он решил дождаться всех за столиком под навесом. Его выход на задний двор был отмечен очередным пируэтом от красно-огненного лётчика. В ожидании он придался воспоминаниям. Парень не любил так делать, но мрачные мысли не посещали его голову с момента прилёта. Вспоминалось только беззаботное детство. «Раз опасность миновала, надо рассказать всё Эндрю, а вдруг ему этого не нужно?» – пронеслось в голове Дилана. В забвении своих грёз, он не заметил, как оставшаяся часть команды заняла места вокруг стола. Запах кофе вывел его из ступора. Перед его носом мелькнула та странная чашка с чихающим волком, и сладостный запах какао заполнил его тело. Тепло слабыми пульсациями наполняло его. Он удовлетворённо и благодарно вздохнул. – Думаю, пришло время для ответов, – начал Дилан. – Ты не обязан, – попыталась поддержать его Лена, но твёрдый и уверенный взгляд парня остановил её. Женщина кивнула. Дилан давно не был так уверен в чём-либо. За столько лет лжи всем и каждому, он боялся, что и правда будет измазана отходами вранья. – Обязан, – сказал он, – как уже было сказано, моё настоящие имя Николас, – парень замялся, – Николас Стюарт. – Подожди, у Короля фамилия – Стюарт, – решила уточнить Бетси. – Он – мой отец, – начал свою историю парень. Эти слова словно прорвали платину чувств и эмоций, которые Дилан таил всё время в бегах. Он рассказывал всё: о смерти матери; о том, как его отец издевался над ней; упомянул о лучших временах детства – время, проведённое с Мари; похищение Дилана отцом; смерть бабушки; скитания по штатам и о том, как его нагнали отцовские хищники в Нью-Йорке: и том, как его нашли дети на заброшенном кладбище, а затем о его переезде в Вёрт. – Ну, а дальше вы итак всё знаете, – закончил он. На протяжении всего рассказа Дилана преследовали сцены прошлого, только раньше они причиняли боль. Сейчас, к удивлению парня, душераздирающие сцены не доставляли какого-то беспокойства. Он себя ощущал посреди большой бурно несущейся реки, каждая капля которой была частичкой его воспоминаний. Это чувство всегда преследовало его, только раньше его смывала эта река жизни. В данный момент он был словно на небольшой горе или камне по среди реки. Бегущая вода огибала остров вместе с парнем. Закончив историю, он обвел пустым взглядом каждого. Лена стирала со щёк катившиеся градом слезинки. Бетси докуривала вторую пачку самокруток. Её нога нервно дёргалась. Тони ходил кругами, а Адам барабанил по столу. Кристиан своровал сигарету у Бетси и докуривал её. Эндрю словно провалился в свои воспоминания. Он словно находился в одной реке с Диланом, только его тело течение уносило всё дальше. Дилан же не чувствовал ничего. Казалось бы, рассказ истории не должен отнимать столько сил, но сейчас он чувствовал выжитой губкой и хотел поскорее свернуть разговор, чтобы немного отдохнуть. Но его никто не собирался так быстро отпускать. Со всех сторон посыпались вопросы. Окружающих мало волновало детство и семья. Все пытались более детально расспросить о жизни в бегах. Дилан не утаивал ничего, честно отвечая на вопросы. Когда все замолчали, Эндрю пришёл в себя. Парень уже знал, что это именно тот Дилан, которого он столько искал, но убедиться было нужно. – Так вот откуда в тебе такое рвение в хоккее, – скорее утвердительно сказал он, – А что случилось с членами твоей команды? Ты никогда не узнавал? – Нет. Меня не особо интересовала судьба игроков, – с тяжелым вздохом усталости начал говорить он, – У меня в то время был друг. Мы с ним играли с самого первого клуба. Потом меня похитили, но ему сломали руку. Мне тогда удалось стащить у адского гончего телефон, и я узнал, что он жив. Когда я сбежал, я постоянно читал новостные сводки, стараясь найти хоть какое-то упоминание о нём, но всё было тщетно. Помню, что тогда он постоянно называл улиткой. Мы всегда соревновались в скорости, и я всегда проигрывал ему доли секунд. Дилан замолчал, вспоминая эти прекрасные дни. Молчали и остальные, стараясь дать возможность выговориться. Но Эндрю был словно ошпарен. Да, он догадывался, что это потерянный друг. Но сейчас прошлое его настигло, а все возможные сомнения растворились. – И как нам теперь тебя называть? Дилан или Николас? – спросил Тони. – Я был, есть и останусь Диланом. Отец дал мне имя Николас, но бабушка поменяла мне его. Я уже и не помню того времени, когда меня называли вторым именем, – пояснил Дилан. – Замечательно, – воскликнул официант, – тебе всё равно не идёт имя Николас. Все дружно рассмеялись. Все, кроме Эндрю. По его лицу нельзя было понять, что происходит у него в голове. – Я пойду проветрюсь, – резко поднимаясь, сказал парень и потянулся к выходу из дома. Лена окликнула Дилана и кивнула, как бы говоря: «Сделай с этим что-то». Парень понял намёк и пошел следом. Он догнал Эндрю на подъездной дорожке к дому. – Пошли со мной. Хочу кое-что показать тебе, – сказал Дилан своему старому другу. Он зашагал впереди, не оглядываясь назад. Неловкость между ними не позволяла делать лишних движений, но он точно знал, что Эндрю следует прямиком за ним. Через полчаса они оказались в центре города, а ещё через пять минут на крыше высотного здания на Централ-Стрит. – Зачем ты привёл меня сюда, – наконец произнёс Эндрю. Его голос был лишён каких-либо эмоций. – Не знаю. Меня держали в подвале, словно в клетке, а здесь я чувствую свободу. Знаешь, как птица, – сказал Дилан, подходя к самому краю настолько близко, что камушки бетонной крошки полетели вниз. Он раскинул руки, как птица крылья расправляет в полёте. – Я знаю, что это ты, – сказал наконец Эндрю. – Что? – ошарашено спросил Дилан. Эндрю подошёл к краю и сел рядом с Диланом. Новичок последовал его примеру и умостился на край. Они молчали и смотрели, как под их ногами вереница машин тянется куда-то. Дилан словно отключился от происходящего. Его мысли были пусты, а ветер словно выдувал их зачатки. Копошение сбоку заставило парня повернуться в сторону Эндрю. Эндрю что-то искал в одном из многочисленных карманов своих штанов. Зелёные брюки, облегающие массивные и мускулистые ноги, обладали шестью глубокими карманами. В них можно было разложить добрую половину ассортимента супермаркета. Эндрю достал небольшой свёрток красной ткани и передал его Дилану. Прямоугольник был бережно свёрнут. На ощупь под многими слоями находилось что-то твёрдое. Оборотень не стал медлить и начал разворачивать. Размотав пять слоёв ткани, парень наткнулся на перемотанные скотчем две тонкие деревяшки. Он ногтями подцепил краешек клейкой ленты и размотал деревяшки. Увидев содержимое, Дилана словно пробила молния с ног до головы. Он шарахнулся в сторону от вещицы, которую ему передал Эндрю. В голове произошёл взрыв эмоций. Его руки затряслись. Сердце заколотилось как бешенное. Воздуха перестало хватать. Только сейчас мозг понял, что парень не дышал. На лбу выступили крупные капли холодного пота. Он сглотнул. – Откуда у тебя это? – хриплым шепотом спросил Дилан. Картона оказалось небольшой фотографией. С неё на парня смотрела молодая женщина с огненной причёской и голубыми глазами, которые лучились счастьем. Он уже видел эту фотографию. Она почти каждую ночь приходила во снах. В те грёзы, которые не были кошмарами. Эта была та же самая фотография матери, которую Дилан видел в медицинской карточке. Единственное светлое воспоминание, которое у него было о ней и которое он не надеялся уже увидеть. Ему показалось, что это сон, но нет. Холодные дуновения ветра покалывали кожу, а фотокарточка реальным грузом лежала в руке. Она была настоящей. Он не спал. – Я спёр её из архива госпиталя, с надеждой, что, когда найду тебя, отдам её, – начал Эндрю, – Я хотел, чтобы у тебя было хоть какое-то воспоминание о матери. Внутри всё оборвалось. Эта была именно та фотография. Эндрю узнал его. Он всё время надеялся отдать эту находку. Дилан заключил своего друга в крепких объятиях. Влага выступила из глаз. Что-то сломалось в Дилане в этот момент. Все защитные стены и оборонительные башни, что он возводил, рушились. Укрепления, что окружали его сердце и душу начали сыпаться ещё в тот момент, когда Кристиан появился в его сне, а после Лена обратила его. Сегодня. Сейчас. В это мгновение, разом рухнуло всё. Те угли, что остались от доверия к людям начинали искрить. Эндрю растерялся. Он уже был уверен в том, кого нашёл, но всё равно не мог в это поверить. Он столько лет выслеживал людей Короля. Собрал внушительное досье на каждого члена его команды. Он буквально по лоскутам собирал воедино кусочки событий, произошедших с его другом, после того, как Дилана похитили. Он в своём плане раз за разом пытался понять, где держат Дилана. Хоть у него и была информация почти о каждом передвижении Короля, Эндрю ничего не имел о местонахождении Дилана. – Но как? – спросил Дилан. – Пока я был мелочью, я начал собирать информацию о твоей семье, – начал рассказ Эндрю, – Что ж сказать, милой мордахе и детской улыбке открываются почти все двери. Так я узнал, что твой отец – Король и вытащил адрес его дома. Ночами я следил за ним в соседних кустах. Так выяснил, что у него трое приближенных Аарон, Рико и Ганз. – Сомневаюсь, что мелкому такое под силу, – улыбнувшись, сказал Дилан. – Я не сказал, что был один. В тот же вечер, пока мы ждали врача в приёмной, а моя рука болталась как шарнирная фигурка, я рассказал всё Адаму, и он поддержал меня. Благодаря ему, я узнал, что твоя мать умерла. Я выяснил координаты госпиталя и решил восстановить картину с момента твоего рождения. – Звучит как-то жутко, – сказал Дилан, слегка передёргивая плечами. – Иди ты, – стукнув в плечо парня, сказал Эндрю, – Возможно, если бы не та вылазка, то мы могли бы с тобой не разговаривать сейчас. – Справедливо, – подметил парень. – Я, помнится, тогда провёл всю ночь в коробках среди медицинской макулатуры. Я знал только примерный диапазон лет, поэтому пришлось шерстить три года смертей. Ты знал, что люди в те года помирали как мухи? – не дождавшись ответа, он продолжил, – Сначала мне попадали одни, – он начал цитировать грубым голосом, словно тараторил сводку новостей, – «Скончался от сифилиса», «Скончалась от оборота», на следующий год, в следующей коробке, сменилась формулировка «Причина смерти – инсульт», «Причина смерти – инфаркт», пока я не дошёл до карточки Рейчил. Как только я её открыл, сразу понял, что попал в цель. Ты в детстве безумно был похож на неё. Раз семейное воссоединение было таким, – Эндрю прервался, подбирая слова, – сумбурным, я подумал, что отец явно не питает родительской любви, а потом я вспомнил, что ты о матери мало, что рассказывал. А те крохи историй были светлыми, ты был счастлив, когда вспоминал рассказы Мари о Рейчил. Вот я и решил забрать фотографию с собой. – Но я почти уверен, что когда мы виделись последний раз, ты был человеком, – сказал Дилан, явно наводя историю на нужную ему линию. – Этим не стоит гордиться. Ты слышал, как я назвал Адама лучшим отцом? – на последних двух словах Эндрю очертил в воздухе кавычки. Дилан кивнул, молчаливо отвечая на вопрос. Его друг продолжил, – Так вот. Этот мудак сначала пропал на две недели, а потом сказал мне, что нашёл нитку, тянущуюся к тебе на местном городском кладбище. Я в эту же ночь и рванул рыскать в окрестностях, а Адам пошёл со мной. Я удивился, конечно, потому что он принимал косвенное участие в восстановлении правды, но я не придал этому значения. В итоге, в ту ночь меня и укусили. А потом понеслось: первое полнолуние, знакомство с охотниками, жизнь в лесу и переезд сюда. – Но почему столько лет ты продолжал меня искать? – решился Дилан задать главный вопрос. Эндрю замолчал. Он смотрел на движущуюся вереницу машин. Так могло показаться со стороны. На самом деле, парень смотрел словно сквозь. Будто старясь проникнуть куда-то глубже: не под землю, а словно в саму суть мироздания. Дилан уже хотел извиниться за заданный вопрос, как вдруг Эндрю заговорил снова. – Я обещал, – едва слышно сказал он. Ветер тут же подхватил эти слова и растворил в своём порыве, но волчий слух позволил расслышать сказанное, – я обещал, – повторил он громче и увереннее, – Я не мог не сдержать слово. Ты был моим единственным другом. Я не мог поступить иначе, понимаешь? – Эндрю посмотрел на Дилана. В его взгляде было больше слов, чем в том, что он говорил. Дилан тоже почувствовал эту связь, которая установилась между ними с самой первой встречи. Казалось, за столько лет все нити, связывающие их души должны были истереться и разорваться, но они превратились в канаты. Эта связь отвечала на все подобные вопросы. – Чего уж я точно не ожидал, – решил сказать Эндрю, – что, когда найду тебя, ты тоже будешь оборотнем. Как так произошло? – Решил от тебя не отставать, – парировал Дилан. Эндрю залился смехом ярким и будоражащим. Как и в детстве, его было всегда просто рассмешить. – А если серьёзно? – успокаиваясь, спросил Эндрю. – Если серьёзно, то я чуть не сдох. После Нью-Йорка я приехал сюда. Показалось, что этот небольшой городишка вполне может помочь мне скрыться. Я решил устроиться на подработку, чтобы наконец-то скопить на документы. А как говорится: в семье не без урода, – и я рад, что впервые оказался уродом не я. Клинтон, ну тот, кто первый на нас напал, устроил мне свой допрос с пристрастием, после которого я чуть коньки не отбросил. Тогда Лена меня и обратила. – Если я правильно прикидываю, та ночь, то полнолуние, когда я встретил тебя с Кристианом, было твоим первым полнолунием? Дилан кивнул. Эндрю откинулся на спину, облокачиваясь на руки. Его глаза, впервые за это вечер, отвлеклись от достижения тайн Вселенной и обратились к небу. Серость окрасила небосвод. Солнечные лучи не могли пробиться к поверхности земли, задерживаясь и рассеиваясь в серой пелене. От этого тучи были похожи на громадные гроздья розового винограда. – А какое было у тебя первое полнолуние? – робко спросил Дилан. – Твоё, по сравнению с моим, было просто походом в парк аттракционов с сахарной ватой, – Эндрю засмеялся, а Дилан фыркнул, откидываясь назад и повторяя движения Эндрю, – Я стал волком здесь, в Верте. Я понимаю поговорку: «Кладбище – это не конец, а только начало» – немного иначе. Пока я ждал свою первую луну, я уже был наслышан о местных стаях, в том числе, об альфе, которая смогла договорится с охотниками. Я и подумать не мог, что буду с ней знаком. Так вот, мой альфа был, как это сказать, – Эндрю помахал рукой, пытаясь подобрать слова, – был примерно таким же отцом, что и Адам. Ему было плевать на обращённых им людях. Вот и меня полнолуние застало в машине с отцом. Он уже успел адаптироваться к своему волку внутри, а я впервые почувствовал, что внутри меня появился кто-то ещё, – мысли в голове Дилана начали рисовать картинки. Он представлял себе Эндрю в его первую волчью ночь. Его друг в это время продолжил, – Я испугался. Меня накрыла паника, из-за приступа которой я не мог дышать. Потом внутри словно что-то надломилось. Как потом сказал Адам, у меня реально сломалось ребро. Но на тот момент, я вообще ничего не понимал. Из рук появились когти. Я чуть себе язык не откусил от обилия клыков во рту. А потом я услышал рычание. Оно явно вырывалось изнутри меня. Волк просил свободы. Он был зол и ненасытен, поэтому меня накрыла ярость. Жажда. Я хотел крови, – Дилан взглянул на Эндрю. Глаза парня напротив поблекли. Он тоже вспоминал, и, как понял Дилан, говорил об этом кому-то впервые, – Я оказался снаружи машины, как оказалось, вырвал дверь с корнем. А потом побежал. Бежал, пока не наткнулся на запах человека. Приближаясь, я начал слышать стук её сердца, как кровь текла по её сосудам. И я напал. Я хотел растерзать её. Помню, как полосонул её по животу, а дальше всё как с великого похмелья. Помню только то, что белый волк меня откинул от женщины. Я ударился головой, знаешь, будто мозги встали на место. Человек снова встал у руля. Потом уже, конечно, всё стало проще. Дилан задумался. Его первая луна была довольно проста, по сравнению с ситуацией Эндрю. А ещё, белый волк никак не выходил из его головы. Ему что-то казалось смутно знакомым. – Я пытался после полнолуния, – снова заговорил Эндрю, – разыскать женщину, но только потратил время в пустую. Я хотел извиниться. – Эй, – Дилан коснулся плеча своего друга, – ты не должен корить себя. Я уверен, что она жива, а ты виноват в случившемся всего лишь от части. – Но я хотел её смерти, – попытался снова Эндрю. – Я в свой первый раз хотел разорвать Кристиана, – решил перевести тему Дилан, – Представь, как мне пришлось сдерживаться? Ведь он бесит даже в обычные дни. А в полнолуние у него будто всё обостряется. Эндрю робко улыбнулся. Дилан улыбнулся ему в ответ. У парня была куча вопросов, поэтому он решил воспользоваться моментом и озвучить их. – Мне Лена рассказывала, что люди могу превращаться в волка только в старости или, если достигли полного единения с ним. Какой случай у тебя? – Ну, мне, как и тебе сейчас, семнадцать. Поэтому я предполагаю второй вариант. Если так подумать, я даже понятия не имею, как так получилось. Благодаря всему времени, что я искал информацию о тебе или Джордже, я поэтапно прокачивал свои навыки оборотня: слух и реакция, зрение и обоняние, а потом в момент опасности быть раскрытым я обратился в волка. Это уже было совсем другое. Знаешь, я чувствовал, что происходящее правильно. Это была истинная свобода. – Ты давно обратился? – Ну, слушай, может год или полтора назад. – Когда я тебя увидел, я чуть не обделался. Катаюсь себе, никого не трогаю, а тут собака. – Пошёл ты, – Эндрю толкнул Дилана, – Для собаки я слишком большой. Парни замолчали. Солнце уже опускалось за горизонт. Сумерки спускались на землю, покрывая всё в вечерний полумрак. Каждый думал о своём. Между ними повисло, что называется, уютное молчание. У обоих складывалось ощущение, что это не они разлучились на четыре года. Будто это происходило с кем угодно, только не с ними, а они вот так сидели всё это время на крыше небоскрёба на Централ-Стрит и разговаривали. Им, как и в детстве, было комфортно друг с другом, даже в глубокой тишине. – Когда я тебя встретил впервые, ты тогда пересёкся с Кристианом возле дома с граффити во всю стену. Я как раз шёл покататься на арене, а потом ночью ты пришёл ты. Было забавно смотреть на тебя на льду. Мне была знакома техника, но за стольким временем отсутствия в твоей жизни льда, она немного притупилась. В общем, я тебя не узнал тогда, но хотел помочь тому парню. Возле твоего номера в мотеле я учуял запах оборотней, вернее, узнал кучу запахов: пот, который показался мне знакомым, – Эндрю начал загибать пальцы, – тонну моющего средства, немного отчаяния, острую похоть, полагаю, полагаю она исходила от Бетси, смесь аконита и волков. Но он явно не был твоим, поэтому я решил понаблюдать за тобой, вдруг это вывело меня на зацепку. – И оно вывело, – дополнил Дилан. – Да, и, ты не поверишь, я счастлив, что послушал своего волка, – улыбнулся Эндрю, – в противном случае, ты был бы уже мёртв. – Я забыл поблагодарить тебя, – начал Дилан, но Эндрю перебил его. – Считай, что я вернул тебе должок за столько лет мучений в одиночестве. – Я думаю, нам пора возвращаться. Если мы задержимся ещё немного, Бетси с Кристианом начнут спасательную операцию, – сказал Дилан. – Тоже верно, – ответил Эндрю, поднимаясь с края крыши. Путь домой пролетел незаметно. Они шли, обсуждая происходящее. Дилан поведал о сражении Клинтона и Лены. А Эндрю о том, как Адаму удалось договориться охотниками, чтобы они смогли остаться в городе. Для этого отцу Эндрю приходится иногда им помогать в расследовании каких-то особых дел. Сейчас в этом причудливом доме, похожем на русскую глубинку, было тихо. Бетси и Кристиан сидели в зале – комнате мальчиков – и читали очередную книгу по силовым приёмам в хоккее; Адам и Тони тренировались на заднем дворе; Лена сидела на «кухне», потягивая кофе. – Я тут подумала, – начала она, завидев парней, – У нас сейчас передышка, надеюсь, что длительная, а наши финансы невечные, поэтому с завтрашнего дня кафе возобновляет свою работу. Тони уже в курсе, что ему придётся работать за двоих… – От Клинтона всё равно толку не было, поэтому особо ничего не поменяется, – крикнул мужчина, скидывая с себя Адама и перебивая Лену. – Кристиану я скажу завтра утром, иначе он не даст спать своим нытьем, – продолжила женщина, – тебя я предупреждаю сейчас. Правила те же. – Кстати об этом, – начал Эндрю, почёсывая руку, – Если от Клинтона мы избавились, теперь у вас, должно быть, дефицит персонала. Я могу занять его место? – Могу взять тебя помощником шефа, если, конечно, Тони не против, – сказала Лена. Тренировка остановилась. Тони пытался отдышаться. Адам лежал на земле, хватая ртом воздух. Шеф-повар оглядел Эндрю с ног до головы, оценивая. – Я не против. Думаю, от него будет явно больше толку, чем от Кристиана, – заключил Тони. – Замечательно, зарплата на два доллара меньше, чем у Тони. Нужны твои документы, чтобы оформить официально, – сказала Лена. Эндрю кивнул в знак понимания. – А для меня найдётся местечко? – спросил Адам. – Могу предложить место управляющего: будешь заниматься общением с клиентами и договариваться о поставках, – рассуждала Лена, – Меня как раз просила Бетси помочь ей с ремонтом мотеле. – Круто, – сказал Тони, и они с Адамом отбили кулаки. – Не хочу знать, как давно вы подружились… – Эндрю закатил глаза и скрылся в доме, за ним последовал и Дилан. Возвращение к работе требовало больших усилий.

***

Утро началось с отчаянного вопля Кристиана. Лена поднялась раньше всех, потому решила поделиться новостью об открытии кафе со своим официантом. Его реакция была предсказуемой. Через мгновение вокруг стола под навесом, где сидели Лена и официант, оказались все оборотни, готовые к бою. Чуть позже, обходя всех появилось заспанное лицо Бетси. Она потянулась. – Хорошая реакция, мальчики, – сказала она, – но не стоит так напрягаться. Просто кто-то не хочет работать. – Он заорал не от этого, – сказала Лена. – Я не хочу ему подчиняться, – завопил Кристиан, тыкая пальцем в Адама, который стоял впереди всех и хрустел пальцами. Эндрю и Дилан переглянулись и одновременно закатили глаза. Эндрю попросил Лену выйти, чтобы обсудить имеющийся у него вопрос с глазу на глаз. Пока они дискутировали, Бетси и Тони решили размяться в лёгкой тренировке-спарринге. Все остальные удивлёнными глазами наблюдали за этим сражением. Никто не знал, что Би может так виртуозно швырять оборотня по всему двору. – Знал бы, что ты так умеешь, – сказал Тони, переводя дыхание, – Давно бы закрыл зал и дрался с тобой. Владелица мотеля показала знак перерыва и, сунув сигарету себе в зубы, пошла под крышу и облокотилась на холодильник. Женщина была хитра, сильна и загадочна. Она всегда обдумывала проходящее сражение, предугадывая движения Тони. Его волчья реакция не помогала ему. Он наносил удар за ударом, но Бетси каждый блокировала. Происходящее можно было сравнить с тем, как маленький мальчик впервые пришёл в секцию вольной борьбы. Солнце показалось из-за туч, накрывших город вчера. Тут же вверх взмыли птицы, радостно перекрикивая друг друга. Дилан обратил внимание: неизменный лётчик всё также покоился на столе. Время всё также было не властно над ним, словно он был не из этого мира. – Идёмте, – сказала Лена, возвращаясь во двор, – Эндрю присоединится к нам позже. – Как так? Можно с ним? – начал возмущаться официант, – Почему ему можно прогуливать, а мне нельзя? – Вот, когда ты начнёшь вести себя как адекватный, тогда и можно будет, – пробубнил Тони, скрываясь в доме. – Сегодня я и Бетси побудем в кафе. Посмотрим, как справится Адам, – продолжила женщина. Кафе открылось вовремя. Кажется, люди словно ждали этого. Буквально через час свободного места не было. Кристиан метался между столами, стараясь успеть ко всем, и на помощь к нему пришёл Адам. На кухне первое время тоже было сложно, но Дилан, на удивление Тони, оказался не промах. Он быстро втянулся, помогая Тони. Да, парень не готовил, потому что не умел. Зато он мог подавать необходимое. Их волчья реакция позволяла в считанные миллисекунды слушать друг друга и перебрасывать друг другу приспособления. Лена и Бетси сидели всё в том же дальнем углу и, потягивая кофе, обсуждали последние новости. Они все выпали из настоящего, поэтому город блистал жизнью без них. Лену беспокоила ещё одна проблема, но она решила озвучить её в конце дня, чтобы не заставлять нервничать других раньше времени. Сейчас она была довольна всем. Эндрю появился ближе к обеду с пакетом в руках. Лена кивнула в сторону кухни, а потом указала на дверь, ведущую на улицу в качестве чёрного хода. Эндрю послушно пошёл туда. Лена едва слышно для человеческого слуха произнесла: «Дилан, выйди на задний двор. Нужно поговорить». Этого было достаточно, потому что через минуту парень вышел с кухни и направился во двор, где его уже ждал Эндрю. – Привет, – сказал Дилан, когда увидел своего друга. Он невольно улыбнулся. – Привет. Вчера Лена сказала, что мне нужны документы для работы здесь, и я вспомнил кое о чём. В общем, вот, – Эндрю протянул пакет Дилану. Парень замялся, но пакет взял. Эндрю покачал головой, как бы говоря: «Давай. Не тяни. Открывай». В пакете лежал большой белый конверт формата листа бумаги. В правом верхнем углу располагался круглый герб штата. Дилан театрально продемонстрировал волчий коготь на своём пальце и вскрыл им конверт. Среди кучи бумажек и анкет парень обнаружил документы: карта социального и медицинского страхования, водительское удостоверение, удостоверение личности и паспорт. Все они были оформлены на некого Дилана Дэвиса. – Я не понимаю, – прошептал парень. Его мозг словно отказывался воспринимать информацию. Бумаги, документы, его имя на каждом. Заполненные анкеты, подписанные бланки. Он всё это видел, но разум отказывался понимать саму суть. – Ты говорил, что у тебя нет документов, значит ты не можешь полноценно жить, – начал Эндрю, – Я подёргал за ниточки, и теперь ты стал не просто человеком, ты стал гражданином. – Но откуда? – мозг Дилана постепенно начал осознавать происходящее, но очень медленно. – У меня там работает, – Эндрю замялся, обходя острые углы, – хороший знакомый. Я вчера вечером позвонил ему и попросил помочь. Продиктовал все твои данные, а к утру в базах страны появился новый гражданин. К обеду, как я пришёл, были готовы и сами документы, – Эндрю робко улыбнулся. – Откуда у тебя мои данные? – продолжал тормозить Дилан. – По-моему, за несколько лет, которые я потратил, чтобы собрать все части правды о тебе, я кое-что знаю. Место рождения было взято из карты Рейчел, дата рождения – оттуда же. Имя твоё мне известно. – Но фамилия? Это не моя настоящая, – парень просматривал документы повторно, стараясь насладиться моментом. В голове гудело одно: «Я человек. Реальный». Эндрю выхватил у Дилана из рук несколько бланков и полистал их. Среди них была жёлтая бумажка с защитой от копирования. Он протянул этот бланк своему другу. – Это? – Дилан прочитал название, – Свидетельство об установлении опеки. Опекуном был признан Адам Дэвис. Опека устанавливалась над Диланом Стюартом с последующей сменой фамилии на Дэвис. – Я подумал, что ты будешь не против, – начал Эндрю, – Я всегда мечтал о брате… Эндрю не успел договорить. Дилан обнял его, крепче стискивая с каждым вздохом. Эндрю тоже обнял друга, прижимая к себе. Он прислушался. Новичок едва слышно, даже для слуха оборотня, шептал одну фразу: «Спасибо. Теперь я человек», «Спасибо. Теперь я человек». Дилан чувствовал, что внутри глубоко разливалось теплота. Он полагал, что именно так ощущается счастье. – Как ты уговорил Адама? – приходя в себя, спросил Дилан. – Это было проще, чем я думал, – сказал Эндрю. – Я не мог поступить иначе, – послышался голос Адама, а потом и сам его обладатель появился на улице, – Он горел желанием найти тебя и защитить, – мужчина показал пальцем на своего сына, – а сейчас я понял, что скорее ты его защитишь, а не наоборот. Ты стал своим, поэтому я и согласился. Дилан всё ещё отходил от шока и не заметил, как Лена появилась в дверях, а за ней и остальные члены стаи. – Ты тоже знала об этом? – спросил парень своею бывшую альфу. – Эндрю мне сообщил с утра и спрашивал моего одобрения. Кончено, я была согласна, – пояснила Лена. – Что я пропустил? – вмешался официант. Дилан помахал в воздухе документами. Кристиан подошёл и внимательно осмотрел каждую. – Теперь у тебя есть брат, – констатировал он. Парень кивнул, – и, по сравнению с прошлым, даже адекватный отец. Я рад за тебя, – он крепко сжал плечо Дилана. Тони и Бетси кивнули. – Так, всё. Пойдёте. Вечером нам предстоит обсудить ещё одну тему. А сейчас все работать. Если мы сейчас всех там не накормим, думаю, он поедят нашу мебель, – сказала Лена. Рабочий день с этого момента пошёл как по маслу. Приподнятое настроение каждого члена команды отражалось и на посетителях. День проходил быстро. Дилан, Эндрю и Тони работали в замечательном тандеме. Адам с Кристианом без проблем справлялись в зале. Лена и Бетси тоже помогали ребятам. В полночь двери заведения покинул последний посетитель, а Лена заперла за ним дверь, сменив табличку на «Закрыто». Усталость наконец пробралась в тела каждого. Ребята сдвинули два кресла вместе и расположились вокруг стола. Все выглядели уставшими, кроме Дилана. Он искрился счастьем и бодростью как новогодняя ёлка. – Тебя словно к аккумулятору подключили, – заметил Кристиан. – Извините, – сказал Дилан и тут же получил по голове от официанта, – Просто, я был никем столько лет. Недавно приобрёл стаю, а сегодня я нашёл семью и стал личностью. Всё это для меня новое. Такое ощущение, что я начал жить только сегодня. Все молчали. Лена и Бетси улыбались. Дилан смущённо спрятал глаза в пол. Сидевший рядом Эндрю слегка качнул коленом, выражая молчаливую поддержку. Улыбка Дилана стала шире, он качнул ногой в ответ, принимая и благодаря за то, что его друг рядом. «Его брат», – поправил он себя мысленно. «К этому нужно будет привыкнуть», – подумал парень. Сегодня все увидели в двух друзьях подростков. Они выглядели как дети, кем и являлись. Дети, которым пришлось слишком рано повзрослеть. – Итак, ещё один вопрос, – начала Лена, – завтра ночью наступает полнолуние. Мы должны определиться, как восстановить стаю. Нам нужен альфа. Предлагаю Эндрю. Все глаза уставились на неё. Кристиан от удивления открыл рот. Бетси потянулась к сигарете, пачку которых Адам пододвинул к себе. Казалось, только Тони был не удивлён. – Я? – сдавлено прохрипел Эндрю. – Да, – сказала Лена. Её уверенность сбивала с толку. – Я посчитаю, что ты будешь хорошим альфой. Дело в том, что я уже была лидером и не смогла уберечь этот титул, поэтому не могу позволить поставить мою семью под угрозу. – Ты не можешь так поступить, – сказал официант. – Может, – сказал Тони, – Как я понял, вопрос о том, что она станет альфой не стоит, верно? – Лена кивнула, – А из всех здесь сидящих, альфой может в полной мере стать Эндрю. – Спасибо, – сказала Лена Тони. Дилан окинул взглядом Эндрю. Его брат остолбенел. Руки у него вспотели и тряслись. Он нервно дёргал ногой, сдерживая неровное дыхание и грохочущее сердце. – Я думаю, что Эндрю справится, – решил вмешаться он, – Я так понял, Лена не просто предлагает стать альфой. Она предлагает стать членом стаи, – она кивнула, – Эндрю, соглашайся. Парень наконец поднял глаза. Он внимательно изучил всех своим взглядом. – Если я не справлюсь? – его вопрос прозвучал в тишине как шелест листьев на ветру. – Эндрю, послушай меня, – начала Лена, – не справилась я, когда нужно было защитить стаю. Ты за эти несколько дней выполнил все задачи, поставленные перед лидером. Ты смог скоординировать нас так, чтобы в полной мере защитить. Ты будешь не один. Я буду тебе помогать в качестве советника альфы. Ты не будешь один. Мы все будем вместе и будем помогать тебе. Эндрю молчал. Молчали и другие. В воздухе нарастало напряжение. – Значит, – начал Эндрю, – большая стая? Большая семья? – Да, – сказали Лена и Бетси одновременно. – Адам, ты против? – спросил у отца парень. – Как он может быть против? – вмешалась владелица мотеля, – Он опутан теперь. – Конечно, нет. – начал отец, – Ты хотел стаю вместе с Диланом, это хорошая возможность. Соглашайся. – Хорошо, я согласен, но я не знаю, что делать дальше? – спросил Эндрю. – Искра альфы даётся в полнолуние, когда все члены будущей стаи проходят ритуал веры. Твой ритуал, означающий появление доверия к своим ребятам. Подумай, что это может быть? – Кажется, у меня есть идея, – сказал Эндрю и лукаво улыбнулся. Он мог с этим справиться не один.