Не выводи меня

метро, час пик. она держит его, обхватив двумя руками спину, прижавшись своим носом к его, наивно, мягко улыбается. он тоже. но не так искренне как она, скорее с саркастической ухмылкой, его руки опущены и сжаты в кулаки. через четыре дня, он скажет ей «надоела». @Анна Лукащук

***

Хьюго накладывал порцию свежего пожаренного бекона на тарелку, подавая Норт. Он жил с ней больше восьми лет, полностью привыкая к новой жизни. Когда родителей убили, она заменила ему и мать и отца. Норт была по меркам праведности не самым лучшим человеком и поначалу не понимала, что нужно делать с ребёнком, но за время их проживания они нашли к друг другу подход. Однажды, поклявшись быть преданным союзником и послушным сыном, он оставался таким до конца, не смея просить о большем. Дав кров и еду, ещё юная девушка познала азы материнства и воспитания подрастающего поколения. Их переезд, первый поход на аттракционы, купленный в переулке кот, чтобы он не скучал дома в её отсутствие, обучение школьной программе на дому, где она объясняла неполучившиеся руны. Он до конца будет предан ей за спасение от нищеты и голода беспризорника. Что бы она не сделала и как бы она себя не вела, он будет ей помогать, сопутствуя по жизни. Единственное, что он не мог принять, так это Забини, что тревожил его покой, выводя Норт из себя. Как и сейчас, он, ставя тарелку и учтиво улыбаясь, Лексан обошел Блейза, покидая дом по незаконченным делам, что ещё остались в подвалах Азкабана. — Нет, он точно меня ненавидит, — Блейз накладывал себе бекон, бурча под нос, что Лексан совершенно не цепляло. — Он мой помощник, Забини. Он не обязан накладывать тебе есть, — парировала девушка, не отрываясь от газеты. Все заголовки Американского СМИ гудели о похоронах крупного инвестора, в чем непосредственно была её заслуга. — Тебе не кажется, что операция выйдет из-под контроля? — не унимался Забини, заставляя отложить газету. — С чего бы? — Малфой и Грейнджер. Само это сочетание противоречит. Конечно, люди взрослые, но школьные будни не уйдут просто так. К тому же война внесла свою лепту в их отношения. Не надо было отправлять их вдвоём. Помедлив, Норт ответила: — Не думаю. Мы правильно поступили. Если бы пошли мы, это вызвало бы больше проблем. Тем более, может наедине они найдут контакт, — проигнорировав взлетевшую бровь мужчины в немом сомнении, она продолжила, — Ну сколько воды утекло. К тому же, насколько я поняла, предвзятость к оппоненту только у Гермионы. Даже интересно наблюдать за их схватками. — Сколько не смотрю, так и не пойму, почему ты всё ещё здесь, — Забини прожигал её взглядом, казалось бы ничего не выражавшим, но Норт слишком много пережила, чтобы повестись на эту иллюзию. — Кто ещё будет сохранять гармонию в этом доме? Ты? — сделав глоток чая, она с вызовом смотрела на Забини. — А разве не видно? — парировал он, выходя из-за стола. В одиночной тишине Норт старалась развеять свои сомнения насчет операции. Бирн не должен был ничего заподозрить. Вспоминая старого знакомого, её передёрнуло.

***

Совсем юная девушка ждала своего возлюбленного. Неопытная в амурных делах, но наученная жизнью она понимала, что тот не разведётся с женой, но те часы счастья, что он ей дарил, были бесценны. Заправляя выбившиеся волосы, она увидела его, но тот был не один. — Лексан, познакомься, это мой друг — Аарон Бирн, — мужчина элегантно поцеловал руку незнакомки под её смущённую улыбку, — Я хочу, чтобы вы сотрудничали. Аарону нужна твоя помощь, я же знаю, что только ты на это способна, — одурманенная любовью девушка беспрекословно согласилась с просьбой, не задумываясь о последствиях, что это принесёт.

***

— Я тебя буквально чувствую. Норт вышла из тени, прожигая мужчину единственным взглядом, на который теперь способна, ненавистью. — Зачем тебе это? В мире мало наркотиков? Нужны только краденные? — Это лишь повод, милая. Фолл мне много задолжал, а раз он и его жена мертвы, то осталась ты и… его отпрыск, — хищный оскал больше не пугал её, лишь больше заставлял презирать. — Он просто ребенок. — Ты тоже была им, когда спала с женатым, а теперь, будь добра, выбирай.

***

Раскладывая документы на столе, Блейз ей мешал, перекладывая их в другие папки. — Нет, это не должно быть здесь, — перехватила она пергамент, тянув на себя. — Это не твои документы, Норт, — перетягивал Забини. — Я их начала раскладывать первая, — парировала девушка. Нервы ни к чёрту. Её сердце не на месте. Прошло больше суток, а от Малфоя и Грейнджер никаких вестей. — Комплекс неполноценности? — ухмыльнулся слизеринец, выворачивая её руку, перехватив папку, но Норт была изворотливее в комплекции тела, выбивая мужчину из равновесия, падая на пол. Перекатываясь, меняясь позициями, Забини оказался сверху, прижимая её руки к полу. Папка выскользнула из рук, покоясь где-то сбоку. Смотря из-под упавшей на глаза челки, Норт впервые посмотрела на Забини, действительно его рассматривая. Карие глаза на фоне смуглой кожи придавали мулату особого шарма с огоньком в искрящем зрачке. Когда в последний раз человек, невидящий лиц, обращал внимание на такие мелочи? Паника подкатывала к горлу, сжимая тело. Она же не может, нет. Заметив испуг на лице девушки, Блейз встал с нее, помогая подняться. — Кхм… Всё в порядке? — отряхивая невидимую пыль с рубашки, он старался сделать вид, что не заметил изменений в поведении зеленоглазой. Он лишь хотел немного приструнить её нрав, но и не предполагал, что может ей быть так ненавистен. — Эта папка должна быть тут, — бросила она листы на стол, покидая кабинет. Гарри написал, что приедет в течение пары дней. Пытаясь вспомнить знакомого, силуэт растворялся в её подсознании. Когда она узнала в больнице, что у неё прозопагнозия, сначала не поверила. У всех были травмы, сотрясение, ну а как иначе? Бесчисленные сражения не проходят просто так, но позже, когда поняла, что не может опознать преступника, смирилась со словами врача. Она не запоминала лица на протяжении нескольких лет, но тут в её пространство беспардонно влез Забини и нарушил её покой. Душевные терзания прервал ворвавшийся Хью. — Они в камере в доме Бирна, — сердце Норт пропустило удар.

***

Гермиона проснулась, приподнявшись на локтях. Тело ломило, но уже не так сильно, как вчера. Только сейчас она осознаёт, что произошло в том доме и что могло произойти. По телу прошёл озноб. Она так долго бежала от всех сражений, но вот в двадцать восемь лет снова подверглась этим терзаниям. Мерлин, она всадила палочку в глаз Бирна. Спотыкаясь о ход мыслей, Гермиона прикрыла лицо руками, массируя сонные глаза. Как бы сильно не отгоняла мысль, она её настигла. Малфой поцеловал её. Конечно же, это было в целях сохранения её жизни и разума, но факт остаётся неоспорим. Это было. И как теперь смотреть ему в глаза? Собрав волю в кулак, она встала с постели одеться. Синяк на скуле болел, но под чарами гламура видно его не было. Спустившись в холл и не предполагала, что столкнётся с ним так быстро. Серый дым съедал её изнутри, но спокойная фигура не подала признаков эмоций, за что Гермиона была благодарна. Просто помощь, ничего иного. — Почему так тихо? — Грейнджер перевела взгляд на Паркинсон в изобилии запаха дорогих духов. — Привет, — по спине прошёлся табор мурашек. Не обращая внимания ни на кого, она кинулась на шею к такому родному теплу. Она так скучала. — Привет, — тихо прошептав где-то в районе шеи, золотая девочка отпустила золотого мальчика, давая пространство для воздуха, — Как давно ты здесь? — Приехал, пока ты спала, — не смотря на радостность момента, Гарри оставался серьёзен, — Можно тебя, поговорить, — он перевел взгляд на Малфоя, — Наедине. Устроившись на кухне, Гермиона налила Гарри чай, присев рядом. — Почему не рассказала? — голос, не терпящий оправданий. Она понимала злость и негодование друга, ей не за чем спорить. — Ты бы отговорил. — Конечно, Гермиона! — начал он повышать тон, — Посмотри на себя, пятьдесят процентов живого тела. Если бы ты сразу мне всё рассказала, мы бы что-нибудь придумали, но я узнал об этом от Паркинсон. Не от тебя, — ей не было стыдно, если к этому вёл Гарри. Она до сих пор убеждена, что тогда бы он наотрез отказался бы учавствовать в этом бедламе и отговаривал бы её. Меньше всего сейчас хотелось выслушивать нотации от друга на гудящую голову. Растирая виски, она хотела быстрее закончить свой выговор. — Тогда почему ты здесь? Гарри молчал, не спеша с ответом, изучая её. Та Гермиона, что он помнил всего пару недель назад, была упрямой, повёрнутой на работе девушкой с синдромом отличницы. Всё, что её волновало — это вовремя сданный отчёт, свежая книга, отношения с Роном и получение поста судьи на месте Кингсли. Сейчас перед ним другая Гермиона. С тем же упрямством и горящими глазами, но уже далеко не из-за документооборота в Министерстве. Дело Малфоя вернуло ей прежний азарт жизни. Может, физически она и выглядит изнеможённой, но в душе пылает. Если она что-то надумала, останавливать будет бессмысленно. — Я здесь, чтобы помочь тебе разобраться со всем дерьмом Малфоя и не дать сойти с ума, — рассмеявшись, Гермиона обняла Поттера, отгоняя мысли, что ее смех совсем не звучал как нормальный, прошлый. До ночи она общалась с Гарри, пытаясь понять, когда для него Паркинсон перестала быть стервой со Слизерина. Хотя скорее, отметила она для себя, такой она до сих пор являлась за исключением того, что ему понравилось с ней общаться. Оказалось, Пэнси прекрасно разбирается в делах гостиничного бизнеса и даже навела его на след нескольких давно разыскиваемых преступников, что скрывались в других Штатах в её отелях. Согласившись с ним, что слизеринцы бывают сносны, она рассказала, что Малфой спас её в камере, единственное, умалчивая как. Кстати о Малфое, она не видела его с тех пор как покинула с Гарри холл, оставив компанию наедине.

***

Малфой всё ещё плохо переваривал в своём поле зрения Поттера. Когда Пэнси предложила ему обратиться к нему за помощью, он лишь, скривившись, отмахнулся, думая, что достаточно намекнул, что не станет его терпеть. Поэтому Паркинсон всё сделала сама, осведомив его уже после завершения. Слишком много сейчас было на нём. Голова раскалывалась. Поттер со своей помощью, Пэнси, что лезет куда не надо, Забини с Норт, как кошка с собакой наломали дров, теперь разгребай. Камни пропали чёрт знает куда, и вишенкой на торте стала Грейнджер со своей блядской панической атакой. Он правда испугался за гриффиндорку. Ещё не хватало, чтобы его посадили за смерть золотой девочки. Единственное, что он не понимал, как теперь выкинуть этот момент из головы. Его язык, что раскрывал её сухие губы, передавая кислород. Тонкие запястья, что он держал, лишь бы она не причинила себе боль. Зажмурившись ещё больше, Малфой потушил сигарету о пепельницу. Тонкие пальчики пробежались по его шее, обнимая сзади. Нежные губы, проводя дорожку поцелуев от макушки до шеи, совсем не расслабляли, а наоборот, напрягали мышцы, вызывая раздражение. Не заметив отдачи, девушка цокнула, огибая кресло, присаживаясь напротив. — Зачем ты приехал? Закончил все дела? — Я сюда только трахаться приезжаю, Гринграсс? К твоему сведению — это мой дом, — раздражение закипало, но он не понимал от чего. Та, в ком он видел спокойствие, стала раздражать на подсознательном уровне, а он медленно катился с ума. Фыркнув, Астория почти подпрыгнула с дивана от злости, подходя к нему. Её глаза сверкали разочарованием вперемешку слёз, скопившихся в уголках. Малфой смотрел на её прямой профиль, ровный тон лица, уложенные волосы, идеально выглаженное шёлковое красное платье, сравнивая и тут же себя одёргивая.

***

Кружась в танце, он не мог оторвать глаз от маленького огонька, на чьей талии покоятся его руки. Ещё тогда, на святочном бале он отметил, что она была неплоха собой, танцуя с Крамом, но сейчас на его месте сам Малфой, и теперь он понимает, почему этот неотесанный мужлан хвастался её фигурой. Гермиона тихо рассмеялась, но он это заметил. — Давай посмеёмся вместе. — Нет, нет, — замотала головой Грейнджер, краснея от собственных мыслей, но под косой взгляд Драко, вздохнув, произнесла, так тихо, что еле слышно, — Я представила, что мы летим над полом, но мы не птицы. — Крылья могут у нас вырасти. — Как? — искренний интерес, словно он говорил с ребёнком. — Поживёшь — узнаешь. Есть чувства, которые поднимают нас от земли. Не беспокойся, уверен, у тебя будут крылья. — А у тебя были?

***

— Не выводи меня, Гринграсс, — предупреждающе, тихо отпивая огневиски. — Нет, Малфой, хватит! — душа девушки кипела, — Ты пропадаешь, срываешься, берёшь и уходишь. Я не лезу в твои дела, но так продолжаться не может, — всё-таки упавшие слёзы стекали по острым скулам, запеленяя образ мужчины. Поднявшись с кресла, Драко прижал к себе девушку, чувствуя намокшую ткань на своём плече. Астория сжимала его плечи как спасательный круг, в то время как он же тянул её ко дну, — Я чувствую, что с тобой что-то не так, особенно с тех пор как ты уехал, — всхлипывая, Гринграсс освободила хватку, подняв на него глаза полные отчаяния, — Пожалуйста, Драко, прекрати нас мучить. Я согласна на всё, — прошептала она, на что Малфой лишь сильнее прижал её к себе. В последний раз.