По вере вашей да будет вам

Женя проснулась рано утром и осторожно выбралась из-под пострадавшей. Потянулась, прохрустела косточками, которые затекли за то время, пока она спала сидя. Она сунула себе за щëку кусочек хлеба и взглянула в окно. На подоконнике стояла вазочка с сухостоем, а на стекле капли дождя были. — Надо помыть, — Женя покачала головой, а затем открыла окно, запуская свежий воздух в дом, который тут же кружевную шторку закачал. Заварила себе травы и сделала несколько глотков, смакуя на языке пряный вкус. Жизнь налаживалась. Тут вон красотку в лесу нашла, теперь оставалось только найти того, кто с ней это сделал, чтобы порчу навести и тот отплатил как следует. Раздалось громкое мяуканье, а Женя обратила внимание на кошку, которая сидела рядом с незнакомкой. — Что у вас там? — она подошла и увидела, что тело девушки дергалось. — Ну-ка, тихо-тихо, — Женя опустила руки поверх рук девушки и прижала к кровати, мягко поглаживая. — Тише-тише, хорошо всë. Агапия, молоко еë не пей. Я пойду поработаю, а ты охраняй еë. Если что, беги ко мне и кричи, — ведьма погладила кошку по голове, взяла ведра пустые и из дома вышла. В окна уже солнечные лучи проглядывали. Девушка очнулась. Наконец глаза открыла, которые тут же светом ярким резануло. Чуть привыкла и взглядом осмотрела дом. Уютно, пахло вкусно, пылинки под солнечным светом летали, пританцовывали. У окна висели и сушились разные травы в веники собранные. На подоконнике ваза стояла с сухостоем невероятно красивым. Дверь была, которая вела в другую комнату, видимо, на кухню. На стуле рядом стояла чашка с каким-то отваром, а от тела пахло отвратительно. Она дрожащие руки перед лицом подняла и осмотрела. Синяки на запястьях тонких были пугающие. Агапия встала, принюхалась и на лицо девушки взглянула, а затем с места сорвалась и в окно открытое юркнула. Уже через десять минут в домик вошла Женя и увидела девушку, которая на неë карими глазами смотрела, цвет которых на темную смолу походил. — Ну здравствуй, — она расплылась в улыбке, поставила ведра и подошла к кровати, нависая над лицом. — Здравствуй, — прошептала еле-еле. — Где я? И… Кто ты? — Ну погоди, сейчас поесть нам приготовлю и обсудим. Было ощущение, что у Жени внутри сад распустился. Девушка живая. Разговаривает, видит, понимает. Теперь ведьме предстояло привыкнуть на двоих готовить. Совсем скоро она уже пюре сделала, зелень положила и редиску нарезала. — Я Евгения, можно просто Женя. Это мой дом. Никого у меня не осталось, кроме кошки Агапии, которая рядом с тобой крутится. — Мне надо… Встать и идти, — девушка попыталась сесть, но всë тело ломило, голова кружилась, а сил не было. — Ага, давай. Сил никаких нет и как далеко пойти собралась? Куда? — Тоже верно… — она обессиленно опустилась обратно. На кровати было мягко, а под рукой ощущала нежную шубку кошки. Она всë мурчала без конца, словно порадовать пыталась или успокоить. — Ты как в лесу оказалась? — Женя руки о подол белого платья вытерла и за кувшин взялась, наливая молоко по кружкам. — Парнишка… Выбросил, — девушка закашлялась. — Он кто тебе? — Женихом должен был быть, — она тяжело вздохнула, а по щеке слеза скатилась. — Ну-ну, тише, — Женя кончиками пальцев по щеке скользнула, смазывая слезинку. — Не надо из-за таких слезы лить. — Болит всë. — Он что с тобой сделал? У тебя такие… Раны на теле. — Бил он меня. Бил, а потом проездом выкинул в лесу у вас. Женя сглотнула и отвернулась, стараясь слëз не показывать. Еë коробило от несправедливости и такого жестокого отношения к девушкам. Алина кончиками пальцев перебирала кисточки на покрывале и дышала ровно, стараясь слëзы не пустить. — Тебя волки могли съесть, знаешь? — Женя присела на край кровати, а тарелки на стул рядом поставила. — Знаю. Ты чьих будешь? — Медведева, — девушка сделала глоток молока и усы рукой стерла. — Откуда такая фамилия смешная? — незнакомка попыталась улыбнуться. — Дед в юности деревню от огромного медведя спас, гул прошелся и все стали его так звать, — Медведева дернула плечами и девушке кружку протянула с молоком. — Я Алина, — она пожала девушке руку, а другой взяла кружку. — Оставайся со мной, Алина, будешь по хозяйству помогать, а то как бабушка умерла я не со всем справляться успеваю. — Ладно. — Так быстро согласилась? — Женя усмехнулась и ложку пюре себе в рот запустила. — Давай, иди сюда, — она придержала голову Алины и ложку к еë губам поднесла. — Всяко лучше так, чем как было… — она съела ложку. — Я за тебя всю жизнь молиться буду, — она сжала кружку с молоком обеими руками и начала жадно пить. Женька же отвернулась, да усмехнулась себе под нос тихонько. — Молиться буду… — произнесла себе под нос и головой покачала. — Ты замужем? — вдруг спросила Алина. — Нет и не собираюсь. Сдались они, — Женька рукой махнула и улыбнулась. — Согласна. А что ты сделала? Я уже ангелов видела, а потом темнота и голос девушки молодой, красивый. Это твой был, кажется. — Помогла тебе и всего-то, — Медведева усмехнулась и встала. — Мне работать надо, а ты спи. Отдыхай, сил набирайся. — Погоди… Платье моë… — Я раздела, прости за это. Его разрезать пришлось, потому что снять иначе не смогла бы, — Женя сглотнула, стало как-то ужасно неловко. — Слишком плохо, да? — с опаской спросила Алина, а взгляд на покрывало опустила. — Тело у тебя красивое, но тот кто это сделал… — она покачала головой, а руки в кулаки сжала. У Алины щëки зарумянились от слов «тело красивое», она ещë раз на свою спасительницу посмотрела. Красивая. Высокая, стройная, с красивыми волосами темными, с румянцем на щеках, да губами пухлыми. Лицо аккуратное, худое, а руки длинные и стройные, каждую косточку видно, да вены натруженные. Платье самое простое, белое и легкое, с подолом в траве, земле и молоке выпачканном. — Можно я тебе помогу? — Сколько я тебе говорила, просто лежи. Не шевелись, чтобы мои старания насмарку не пошли. Как поправишься, тогда решим, а сейчас просто лежи. Пей отвар, он от боли помогает и раны быстрее заживают, — Женя кивнула. — Ладно. Спасибо тебе ещë раз, Евгения. — Потом рассчитаемся, — она подмигнула и улыбнулась одними уголками губ. — Я скоро буду. Если что, развлекайся с Гапой, она ещë та собеседница, — Женька на кошку кивнула, которая снова около Алины устроилась. Девушка молча кивнула и снова глаза прикрыла, проваливаясь в сон. Женя с улыбкой из дома вышла, а сердце неожиданно странно за ребрами затрепетало. Глупости какие.