Плоть слаба

      Двумя месяцами ранее Велиар сам явился к Леонарду с повинной. Он и не думал скрывать то, что совершил: Господин узнал бы всё в любом случае. Велиар был готов к этому так же, как и к наказанию за содеянное. Он и так чувствовал себя наказанным, лицезрея, как Лео тщетно пытается вернуть и присвоить себе другого демона — Анку.       Если бы не прямой приказ, Велиар за считанные часы приволок бы Анку и прекратил эту многолетнюю игру в кошки-мышки. Он просил об этом не единожды, но каждый раз получал отказ. Верность не дрогнула, но послушание треснуло. Сперва это была лишь тонкая, почти неощутимая брешь, однако представившаяся возможность вогнала в неё клин и расширила до разлома, сквозь который уже сочилось наружу всё то, что Велиар так долго сдерживал.       Сначала он ослушался и посетил плененного Леонардом человека. У Велиара не было сомнений в том, что в новой смертной игрушке Господина заточена часть Анку. И ему не требовалось подтверждения связи Анку с этим человеком, создание которой допустил этот никчёмыш из мира демонов. Велиар всё видел и без глупых разговоров.       Но разговор состоялся и за него Велиар не был наказан, как стоило. Господин лишь напомнил Велиару о том, кому тот принадлежит. И сделал он это слишком мягко.       После того, как его Господин проявил милость, Велиар оступился вновь. Как он ни старался, он не мог отыскать в себе истинных причин. Поэтому и пришёл к Леонарду как на покаяние.       — Господин, — Велиар припал к коленям Лео и с подобострастием заглянул ему в глаза: — тот браслет, что вы мне передали. Я отдал его Анку.       Откровение Велиара было воспринято так, будто другого поведения от него и не ожидалось:       — Ты сплошное разочарование. Вероятно, ты таким стал отчасти и по моей вине. Полагаю, что уединение должно отрезвить тебя.       Так Велиар оказался заперт в пустой запечатанной Леонардом комнате, расположенной где-то в нижних уровнях Залов. Для бессмертного демона это было сравнимо разве что с пощёчиной: унизительно, но не более. Однако к его заточению прибавилось регулярное общество Данеля и его тупой, прямолинейный садизм, который он с нескрываемым удовольствием демонстрировал на Велиаре. Только вот удовольствие было далеко не обоюдным. Велиар презирал Дэна, и увечья, наносимые им, оставались всего лишь увечьями, болью ради боли, лишённой всякого изящества.       Мучитель не гнушался и моральных издевательств:       — Может, тебе пора уже показать мне свой истинный облик? Тогда и больно не будет, и может появятся силы сопротивляться мне, а не просто лежать беспомощным мешком.        Но Велиар не поддавался и стойко принимал всё это ради одного — в любой момент может прийти Господин. Тогда он как самый преданный слуга, сможет продемонстрировать то верен ему до конца, даже если для этого нужно терпеть лишения.       С каждым днём Велиару становилось всё сложнее полностью исцелять телесную оболочку: голод, давящие со всех сторон стены, присутствие Данеля медленно но верно истощали его. Раны заживали всё хуже, а тело покрывалось уродливыми рубцами. Когда Господин Леонард впервые посетил его в этом заточении, Велиару было до боли стыдно за свой облик. Полуголый, истерзанный, он выглядел ничтожно на фоне лаконично, но со вкусом одетого Господина с его до бронзового блеска приглаженными в хвост волосами и идеально выправленной алой рубашкой. Даже когда Леонард подвернул рукава, складки легли в безукоризненном хаосе.       Велиару захотелось развеяться в пепел, когда от серии режущих ударов плетью из его собственной груди вырвался сладостный, возбуждённый стон. Ведь эту плеть держала рука Господина. А он-то точно знал, как и куда наносить удары, чтобы демона скрутило в мучительной истоме.       — Научись держать себя в узде, Велиар, — с разочарованием произнёс Леонард.       Отвратнее всего было то, что при этом присутствовал Дэн. Стоило Господину удалиться, как этот бесцветный громила не преминул ткнуть в свежую рану:       — Оу, Велиарчика это возбуждает? Почему же, когда я делаю то же самое ты так чу́дно не стонешь? Или может мне нужно трахнуть тебя разок-другой, чтобы получить твоё расположение?       — Попробуй. И моргнуть не успеешь, как мы поменяемся местами.       Велиар был прав: без отмашки Господина никто не осмелится его трогать, а он сам в этом случае получил бы полное право на самооборону. Мысли о том, как он подвешивает Дэна на крюках или понемногу обваривает кипятком, попутно вытягивая из него силы, делали пребывание в заключении чуть менее мрачным. Тем более что мучитель действовал без фантазии, топорно. Велиар всегда знал чего ожидать. Это в итоге и помогло сохранить невозмутимый вид, когда обожаемый и вожделенный Господин снова посетил его. Получив порцию хлёстких ударов плетью, выдержав удушающий хват тяжёлой руки, Велиар ликовал, видя удовлетворённое лицо Леонарда, отдающего приказ Дэну:       — Свободен. Выведу его сам.       Велиар чуть не прокололся на этом моменте — бурно разыгралась фантазия о том, зачем и куда Господин лично будет его сопровождать. Но «выведу» означало лишь «выведу». Покинув комнату он получил сухое:       — Приведи себя в порядок. Тебе нужно подготовить всё к Собранию. Через двадцать восемь дней будет передача Залов.       — Новый хозяин уже озвучил какие-то пожелания?       — Да, Зак тебя в это посвятит.

***

      После той охоты с Лидерком, после того, как собственная плоть предала его, Велиар с холодной, почти ритуальной беспощадностью обратил всё своё существо к единственному, что могло вернуть ему утраченное равновесие. К покорности. Он полностью отдал себя безукоризненному исполнению каждого указания, оставленного Господином.       Поручение подготовки владений Лео к передаче новому хозяину хоть и выглядело со стороны, как продолжение наказания, на самом деле приносило Велиару лишь чувство облегчения. Изначально, ещё до проступка с браслетом, Залы должен был принять сам Велиар. Но планы Леонарда изменились. Залам был найден другой, более подходящий хозяин.       Остальная прислуга относилась к этому факту по-разному: кто-то с разочарованием, кто-то с сочувствием, а кто и с нескрываемым злорадством. А Велиар внутри себя ликовал. Ему опостылело это до унылого мрачное подземелье в самом центре густонаселённого города и он терпел это место только ради того, чтобы быть рядом со своим Господином, служить ему. А получить Залы значило лишиться и этого.       Сейчас же всё складывалось наилучшим образом: Анку исчез с горизонта, как минимум ещё на одну человеческую жизнь, Залы будут переданы более достойному этой роли демону, а после церемонии Велиар вновь отправится в путь со своим Господином.

***

      Наконец — финальный обход Залов. Всё готово к торжественному приёму. Воздух уже дрожал от концентрации демонической силы, а гости всё прибывали. Леонард не упустил случая обставить всё с шиком. Весь персонал сменил обычную тёмную одежду на лазурные костюмы, украшенные золотистой вышивкой. Мягкий свет выгодно подчёркивал роскошь главного зала: хрустальные подвески люстр отбрасывали блики на натёртую до блеска посуду, а небольшие столики, застеленные мерцающим атласом, ниспадали на пол изящными складками.       У подиума, где квартет уже играл ненавязчивую музыку, собрались блаженно улыбающиеся девушки в лёгких цветастых туниках на голое тело — главный заказ нового хозяина Залов. Велиар с большим облегчением перепоручил эту прихоть Заку в обмен на организацию угощений. Месяц назад, когда Зак впервые перечислял ему список того, что Леонард желал видеть на столах во время церемонии, он запнулся уже на втором слове, а после третьего и вовсе сдался:       — Да я в этой кухне не секу. Не понимаю я этого аристократского удовольствия — жевать что-то. Вот по девкам запрос мне ближе.       Велиару обе темы были неинтересны, но всё же в вопросах высокой кухни того и этого мира разбираться ему было куда проще.       — Велиар! Это потрясающе! Я не хотел появляться, но когда узнал, что ты будешь тут всем заправлять, то не мог себе позволить не посетить это сборище ненадолго, — со спины его похлопал по плечу смуглый демон в пернато-чешуйчатой накидке.       — Шакс, не преувеличивай мою значимость, — Велиар сдержанно улыбнулся. — Все это заслуги Господина, я лишь скромный исполнитель.       — Слишком скромный. Не в укор твоему господину, но ты зарыл в себе столько талантов, о которых я знавал прежде.       — Таланты все при мне, и Господин осведомлен о них поболее твоего, Шакс, — обрубил Велиар.       Златозубая улыбка пропала с лица демона:       — Вам виднее. Хорошего вечера.       Другие гости, как и Шакс, без стеснения восхваляли «таланты» Велиара. Восхищала их по сути лишь его способность быть умелым помощником, слугой, который точно исполнял и даже предвосхищал волю Господина. Роскошь и излишества, так высоко оцениваемые гостями, отражали лишь пожелания Леонарда. Похвала за послушание от кого-то кроме Господина была для Велиара оскорбительна.       Леонард с упоением развлекал беседами и на правах гостеприимного хозяина подливал им в бокалы искрящийся изумрудно-рубиновыми всполохами напиток. Демоны не гнушались и обычного алкоголя, что изготавливают смертные, но запас этого темного нектара хранился и подавался по особым случаям, подобным этому.       — Еле нашёл тебя! Ты от меня что-ли скрываешься? — Лидерк нагнал Велиара у самого входа в подсобный коридор, куда тот как раз собирался нырнуть, чтобы своим появлением взбодрить прохлаждающуюся там прислугу.       Если бы не буйные соломенные вихры, то Лидерка было бы сложно узнать в этом фрачном костюме. Кремовая рубашка, галстук-бабочка были идеально подобраны под темно-зелёный бархат.       «Зак, оказывается, не только в девках разбирается» — отметил про себя Велиар, оценив хороший вкус сегодняшнего костюмера Лидерка.       — Если ты меня искал у стола с едой, то напрасно, — Велиар с укоризной осмотрел наполненную с горой тарелку в руках Лидерка, отчего некоторые из закусок застыли, прерывая свою попытку сбежать.       — Не удержался, — он закинул в рот моргающий шарик, в желейном нутре которого колыхались нашинкованные овощи. — Тут всё прям на мой вкус.       — Да тебе хоть голубя непотрошеного дай — тоже на твой вкус. Гостям оставь. И на настой чешуйчатки не налегай. Знаешь же, что…       — Не учи. Без тебя соображаю. Праведник нашелся. Я только поздороваться подошел. Весь месяц носишься — хрен выцепишь. Ты как? В норме вообще?       — Я точно не буду в норме, если эти ленивые задницы будут вместо работы отсиживаться по коридорам. У тебя все?       — Д-да.       — Помоги мне вот с чем…       Лидерк радостно улыбнулся:       — С чем? Скажи!       — Найди Зака, и пусть он приглядит за Ксафаном. А то наш уважаемый гость не всегда бывает сдержан в своих пламенных эмоциях, — Велиар скользнул в подсобку и плотно прикрыл за собой дверь, оставив Лидерка по ту сторону.       Разогнав кучкующихся официантов, Велиар лбом в грудь столкнулся с Леонардом.       — Мы заждались, — холодно произнес Господин.       — Распорядиться еще о формигитовом нектаре?       — Это непременно, но вперед завершим официальную часть.       Как бы Велиару ни хотелось улизнуть и не присутствовать в этот момент, теперь точно придется идти. Таков уж обычай передачи: все знают, кому обещаны Залы, но без официоза обойтись нельзя. А Велиар, судя по настойчивости Господина, должен быть его частью.

***

      — Благодарю за оказанную мне честь, — Мельхом коротко кивнул Леонарду в ответ на его торжественную, многословную речь. — Не сомневайтесь, всё вверенное мне под управление я обязуюсь не только сохранить, но и приумножить, — Он игриво ущипнул девушку в тунике, стоящую подле него, и та тонко засмеялась, крепче обвивая оголённый торс демона.       Велиар лишь коротко повёл бровью. Хоть он и считал Мельхома достойным, мудрым демоном, но его показная развратность не могла не раздражать. Велиар бы и бровью не повёл, устрой Мельхом оргию с толпой демонесс и демонов прямо во время церемонии. Но вот привычка таскать за собой с десяток человеческих женщин, пусть даже в качестве аксессуаров, казалась Велиару неуместной и в какой-то степени отвратительной. Но, похоже, это смущало только его одного.       Официальная часть подошла к концу. Гости разбрелись по залу, разбившись на небольшие группы, и в воздухе повисла расслабленная атмосфера. Велиар намеревался обойти гостей, чтобы убедиться, что никто не скучает и бокалы не пустуют, когда Мельхом махнул ему рукой, подзывая к себе.       Несмотря на серо-синий подтон кожи и графичные узоры на лице, руках, шее и груди, которые при ближайшем рассмотрении оказывались подгнивающими струпьями, Мельхом не производил отталкивающего впечатления. Напротив — было в этой трупной гнильце какое-то притягательное демоническое обаяние.       — Составишь мне компанию? А то и пообщаться не успеем, как Леонард тебя у меня украдёт.       Велиар украдкой посмотрел на Господина. Тот, по-видимому, не услышал своего имени, любезно беседуя с бледным красноглазым демоном.       — Может, я найду, чем переманить тебя и ты останешься? Пока ты сходу мне не отказал, заверю: положение правой руки — это самое малое, что могу тебе предложить. Но гадать стану. Называй свою цену сам! — Мельхом сверкнул острыми клыками в располагающей улыбке.       Теперь уже две девушки почти висели на нём, восторженно заглядывая в глаза и кивая каждому слову. Мельхом, не отрываясь от разговора, время от времени одаривал их нежными поглаживаниями сквозь ткань невесомых туник, и речь его сопровождалась тихими, млеющими от наслаждения вздохами. Ещё несколько девушек стояли поодаль, послушно ожидая, когда на них обратят внимание. Велиар старался сохранить невозмутимость, но Мельхом уловил оттенок презрительного отвращения.       — Неужели ты думаешь, что я всегда окружен прекрасными леди и моей правой руке не найдётся место подле меня? Отнюдь, — в подтверждение своих слов он жестом отослал обнимающих его девушек к остальным и положил Велиару руку на плечо. — Сегодня просто есть повод себя побаловать, но а так все будет в рамках приличия — не больше пары самых скромных нимф. Хотя твой друг радует меня своей пылкостью, даже начинаю ревновать эту прелестницу.       Мельхом указал на софу у одной из стен. По соломенным вихрам Велиар узнал затылок Лидерка. Под ним полулежала девушка: смоляные длинные волосы разметались по обивке, тело изгибалось змеёй, а зубы впивались в пальцы, которыми Лидерк пытался приглушить её стоны. Голова его была крепко зажата между её бёдер. Фарфоровая кожа девушки местами уже была покрыта отметинами от глубоких, кровоточащих укусов. Велиар поспешно отвёл взгляд.       — Расслабься. Не всем обязательно должно нравиться одно и то же, — Мельхом приобнял Велиара за талию. — Оставайся, я уверен, что мы сможем найти точки соприкосновения.       — Что я вижу! Уже совратил одного моего подопечного и не может насытиться! — произнёс Лео с дружелюбной улыбкой, подходя в сопровождении того самого красноглазого демона в неброской шерстяной робе землистого цвета.       — Ничего-то от тебя не скроешь! Но мне не удалось вытянуть из него и слова, хоть я до безобразия приветлив и общителен сегодня. Он первый, кто не удостоил меня и парой ответных фраз.       — Быть может, ты предложил что-то непристойное? — Леонард с укоризной глянул на собеседника.       Велиар поспешил ответить за Мельхома:       — Мы лишь вели приятную беседу, Господин. Я слишком заслушался и поэтому был так молчалив. Думаю, что Мельхом не воспримет это на свой счет.       — Безусловно, друг мой. Хорошие слушатели всегда на вес золота.       Леонард усмехнулся:       — В любом случае, мы ненадолго прервём вашу идиллию. Я хотел бы представить Велиару моего давнего знакомого Аннеберга. Он любезно согласился предоставить нам и временное прибежище в обмен на небольшую услугу.       Аннеберг коротко кивнул, затягиваясь засаленной тонкой трубкой:       — Гостям я всегда рад. Особенно таким, как вы. Жилище скромное, но уютное. А услуга. Так, пустяк, не спешите с этим.       — Ещё раз благодарю за великодушие, Аннеберг. Велиар, я отлучусь. Зайди ко мне, как только вы с Мельхомом вдоволь насладитесь обществом друг друга.       Выждав почтительную паузу, Велиар пожелал собеседникам приятного продолжения вечера и направился к Господину.       — Так что тебе предлагал этот делец? — с порога с леденящим спокойствием спросил Леонард.       — Ничего, что могло бы меня заинтересовать, Господин.       — Обнимал он тебя, как по мне, весьма недвусмысленно.       — Не хочу плохо отзываться о Мельхоме, но то, какие мысли он вкладывал в эти объятия — его личное дело. Меня это ни капли не тронуло.       — Я вообще обнаружил твою удивительную популярность среди моих гостей. Насчёт некоторых был даже удивлён, что вы знакомы. Сегодня ты притянул львиную долю внимания к своей персоне.       — Господин, могу заверить, что это не более чем светские ритуалы. А моя скромная персона лишь получает отголоски лучей внимания, предназначенных Вам.       Леонард с удовлетворённой улыбкой опустился в кресло, свободно разведя колени. Рукой он небрежно огладил бедро, расправляя невидимую складку на брюках. От одного вида этой властной, вальяжной позы Велиар нервно сглотнул.       — Не стой, располагайся.       Трепеща всем нутром, Велиар опустился на колени у ног Господина. Он провёл пальцами по гладкой коже дорогих туфель, прежде чем бережно, одну за другой, снять их и отставить в сторону. Затем перешёл к стопам: разминал неспешно, с благоговейной тщательностью, чувствуя под пальцами каждый изгиб, каждую косточку. Плоть под его руками была обманчиво тёплой. Под ней бился холод силы Господина. Подлинной, равнодушной ко всему, кроме собственной воли. Она скользила под кожей Леонарда, как ледяное течение под тонким слоем прогретой солнцем воды. Когда она касалась кончиков пальцев, ладони у Велиара перехватывало дыхание. Он впитывал это ощущение каждой частичкой себя, пока поднимался ладонями выше: от щиколоток к икрам, выше, к бёдрам, еле сдерживаясь от того, чтобы не прижаться губами к ткани брюк.       Он с замиранием сердца ухватился за петлю пуговицы, когда в дверь раздался стук, а за ним — встревоженный голос Зака:       — Лидерк сожрал двух девок и ломанулся в город!