ꊐꂅꉢꂅꃃꁲꋪ ꀊꏿꃃꌦꅐꂪꁲ

— Ну? Так и будешь молчать, Намико? Я пыталась успокоить своё частое дыхание, но этого не получалось. — Говори блять! — Харучьë тыкал сильнее стволом в затылок и я заговорила. — Меня позвал Ран, сказал у вас проблемы на таможне с поставкой наркоты. — Пиздишь! Тебя Сенджу сюда пропихнула? — Нет. Я с ней не общаюсь больше. Она меня подставила, выдала всю информацию полиции, за что на мне висит шесть уголовных дел! Ран предложил свою помощь, а в замен я должна вам помочь, — я так быстро затараторила, что не хватало воздуха. — Ищешь защиты тут? Я молчала. Почувствовав, как он опустил пистолет. — Можешь не искать её тут. Харучьë развернулся и ушёл. Когда дверь захлопнулась, я села на пол дрожа. Нет, не всё так просто. Страх стал одолевать меня. Что ещё меня ждёт? А вдруг Харучьë узнает, что я ему частично солгала? Он просто убьёт меня. Это ловушка, в которую я добровольно пошла. Обхватив колени плюхнулась лицом в них. Меня дико трясло. Дверь открылась. Я не пошевелилась, вдруг пришёл Харучьë закончить начатое? — Котик, ты чего? Это был Ран, его ласковый голос окутал меня, в душе я облегчённо вздохнула. Но продолжала сидеть, тело не слушалось, мне до сих пор было страшно. — Намико? Я молчала, ком стоял глубоко в горле. — Намико! Услышала, как на стол что-то поставили, по звуку — чашка. А потом почувствовала дыхание где-то над головой. — Намико, что случилось? Не могу вымолвить ни слова. Как-будто преграда какая-то. Ран приподнял моё лицо и посмотрел сквозь стекло моих очков в глаза. — Санзу? Он обидел тебя? Взгляд сказал всё за меня. Хайтани встал и стремительно пошёл к двери. — Подожди, — еле выплюнула эти слова, — Не нужно. Он остановился, снова опустился ко мне взяв лицо в ладони. — Что он сделал? — Ничего. Припугнуть решил. — Удалось? — Удалось. Ран встал и подал мне руку. Я взяла её и поднялась следом за ним. Посадив на диван, Ран протянул мне чашечку с кофе. — Попей, успокойся. Я взала кофе в трясущейся руки и стала быстрыми глотками пить. Он был на сколько горячим, что обжёг язык. — Осторожнее, горячо. — Поняла уже. Ран сел за стол и смотрел на меня. Я вопросительно посмотрела на него. — Что он сделал? — Приставил пистолет к затылку и спросил зачем я тут. — Блять, это следовало ожидать, — Хайтани замолчал, потом стал задумчиво тереть подбородок, — Просто хотел запугать тебя, не более, он не выстрелил бы. — продолжил он. — Да кто ж знает этого грёбанного психопата? Ран ухмыльнулся и встал, обойдя стол, стал ходить по кабинету. — Мы все непредсказуемые. Я сузила глаза смотря на него. Интересно, при других обстоятельствах, он смог бы так же хладнокровно подставить дуло к моему лбу? А ещё я думаю о том, что услышала сегодня утром. Его друг умер от наркотиков, тех, о которых рассказывал шеф Ясуда. Но по данным полиции, их расспростроняет Бонтен, но Ран сказал, что нашёл и убил этого человека. Что-то не сходится. Либо Ран убил посредника, либо он не в курсе, что промышляет за его спиной Харучьë, либо вообще не имеет к этому дело. Нужно разобраться. Но стоит ли рассказать об этом Хайтани? Я же обещала не врать ему. Встав с дивана, подошла к столу и облокотилась на него задом, поставив чашку. — Ран, мне нужно рассказать тебе. — На счёт? — На счёт твоего друга. Эти наркотики… — Стоп. Не здесь. Вечером пойдём в клуб отдохнуть и перетрëм всё. — В клуб? В ваш? — Нет, другой. Тут нельзя. Я поджала губу и быстро кивнула. — Что тебе нужно для работы? — Ноутбук или компьютер, заглушки сигналов, флешки… Короче, дохрена всего. Могу в принципе всё из дома забрать. — Уверена? — Да, всё равно основную работу буду тут делать. — Хорошо. Вечером заедем — заберём. — А что мне сейчас делать? — Нужно бы прибраться. Пыльно пиздец. Сейчас уборщицу позову. Я придержала ходящего туда — сюда Рана за руку. — Я сама. — Сама? — Да, поможешь мне? — Конечно блять, в костюме я ещё не убирался. — Так сними его, — я закусила губу игриво смотря на Хайтани, — Или тебе помочь? Ран довольно улыбнулся и схватил меня за талию. Ему не нужно намекать дважды. А потом впился в губы, сжимая мою задницу, он толкнул пахом меня в стол. Языком он гладил мой, а потом двигал им то по кругу, то посасывал его. Кусая, оттягивал нижнюю губу. Взгляд стал затуманенный. Его массивное тело стало сильнее прижимать меня к столу, а потом лёгким движением он посадил меня на него, освобождая от одежды. Кепка с очками осталась где-то в толстовке, я сидела в джинсах и лифчике, а Хайтани сладострастно сжимал мою грудь, он сдавливал её, а потом опустился лицом и прикусил сосок через тонкий лифчик. Я невольно вздохнула, а Ран уже целовал мою шею, более чувственно, чем предыдущие разы, я открывала шею сильнее, чтобы каждый её сантиметр был покрыт его губами. Поцелуи снова переместились на губы, он положил руку на затылок и углублял поцелуй, вдавливая меня к себе. Я стала говорить в самые губы. — Ран, не лучшее время и место. Он выдохнул. — Это была твоя инициатива, котик. Ран раздвинул мои ноги и вжался сильнее своим стояком. — Снимай уже свои ебучие штаны. — Сними сам, Хайтани. Он рывком положил меня на стол и стянул джинсы вместе с трусами. Ран стал расстëгивать ремень, а за ним ширинку. — Подожди. Дверь. — Что дверь? — Закрой её. Ран закатил глаза, отошёл и провернул ключ в замке. А потом, словно хищник, быстро подошёл и резко просунул пальцы мне во внутрь, они легко зашли, а потом стали хлюпать от движения руки Хайтани. Я стала дышать чаще и пыталась сдерживать стон. — Мне нравится, как ты стонешь, не сдерживайся, Намико. После этих слов я стала стонать громче. А потом почувствовала пустоту внутри. Он вышел из меня, а внизу заныло от его отсутствия, но недолго. Ран вошёл в меня снова, уже во всю длину и стал двигаться с напором. Стол начал нарочно скрипеть в такт нашим движениям. Хайтани сжимал мою грудь, но потом приподнял меня и расстегнул застёжку. Лифчик ослабился, а Ран рывком снял его у ложбинки. Он впился губами в сосок, целуя его, а потом взяв в рот стал ласкать языком. Всё это время, Ран продолжал двигаться. Резко и грубо. Он остановился, спустил меня вниз, развернул к себе задом и положил грудью на прохладный грязный стол, шлëпнув по заднице, Хайтани вошёл в меня. Держа за талию, быстро и жёстко брал, что искры летели из глаз. Я уже не стесняясь кричала, в безумном удовольствии. Несколько раз я испытала оргазм, но он продолжал и продолжал, не думая о том, что может кто-то услышать. Ещё один грубый толчок и тёплая жидкость залила мою спину. Ран тяжело дышал, словно пробежал несколько забегов по стадиону. Он вынул с нагрудника жилетки платок и протёр мою поясницу. Я выпрямилась и подняла вещи. Расположившись на диванчике, стала натягивать бельё отвернувшись от него. Прочувствовав дыхание на шее — я повернулась, Ран смотрел на меня, глаза были странными, в них была страсть вперемешку с нежностью, а на губах лёгкая улыбка. Прикрыв глаза, он ласково поцеловал меня, а в руку взял моё лицо. — Намико, нравишься ты мне. — Говорил уже. — Очень нравишься. Но пока, никому не нужно знать об этом. Я хотела узнать почему, но Хайнани не дал задать вопрос и уже двумя руками обхватил лицо и нежно-нежно поцеловал, осторожно касаясь губами. — Давай уже приберëмся тут, — сказал он. — Ну давай, руки только не распускай больше, иначе придётся в грязном кабинете работать. — Да что ты говоришь, — он схватил меня за талию, а носом прошёлся по моей шее, — Твой запах дурманит меня. — Да что ты говоришь. — Сучка, — я чувствовала его улыбку на моей шее, а потом лёгкий поцелуй, — Сейчас принесу тряпки, а ты оденься пока. Я до сих пор стояла в нижнем белье. Ран провернул ключ, открыл дверь и вышел, а я принялась одеваться. Когда оделась, стала рассматривать кабинет и думать, как примерно можно всё тут расположить. Я прищурилась, слишком светло, не привыкла к яркому свету. Придётся жалюзи повесить, диван передвинуть и хотелось бы небольшой столик. Ран пришёл довольно быстро, в руках у него были тряпки и небольшое ведерко. — На меня как на идиота посмотрели, когда я попросил это всё, — он поднял ведро с тряпками чуть выше — демонстрируя. Я же улыбнулась, а когда стала забирать инвентарь, чмокнула его в щеку. Ран поставил на стол ведро, а потом стал снимать жилетку, а за ней рубашку. — Опять?! Хайтани рассмеялся. — Не хочу засрать одежду. На этом всё, он остался в брюках, а потом закурил сигарету стряхивая пепел на пол. — Эй, мы тут убираемся как бы, а не мусорим ещё больше. — Всё равно убирать, какая разница. Пока я протирала стол и шкафы от пыли, Хайтани ходил по кабинету и курил, а потом затушил окурок в чашке из-под кофе. Походя, он всё же взял ещё одну тряпку и окунул её в воду. На протяжении получаса мы приводили кабинет в «божеский вид». Окна и полы решили всё-таки оставить на уборщицу. Ран помогал передвинуть мебель под мой вкус, пока он занимался перестановкой, в дверь постучали. — Привет, можно? — Заходи. Это был брат Рана. От Риндо веяло дружелюбием, я это ещё заметила тогда, на концерте. — Как дела, Намико? — Знаешь, как меня зовут? — Конечно знаю, было глупо врать. Я улыбнулась. — Чем занимаетесь? — Убираемся как видишь, — закатывая глаза произнёс старший Хайтани. — Ты и уборка. Можно зафоткаю? — Только попробуй. Риндо стал смеяться, и держа телефон в руках, стал щёлкать. Ран прыгал с тряпкой возле него, пытаясь выбить смартфон. Потом довольный младший брат, убрал телефон в карман брюк. — Убью тебя, если кто-то увидит. — Ну-ну, не сердись братан. Может вам помочь? Я подняла голову от подоконника, сдувая пряди волос с лица. — Нет, спасибо. Мы уже почти закончили. — А ты чего тут? Забыл спросить. — Она теперь с нами. Ран по-свойски положил руку мне на плечо. — Ну круто, девушек у нас в организации не было. Я легко улыбнулись. Да уж, это не лучшее событие в моей жизни. — А в Бонтен много человек? Я знаю только вас и братьев Акаши, ну и Главу теперь. — Помимо нас ещё троë, познакомим потом, они в разъездах. Хотя тачка Коко стоит тут, значит — приехал, — выглядывая в окно сказал Риндо. Не очень то хотелось с остальными знакомиться, хрен знает, что у них в голове. Но придётся в любом случае, работаем же вместе теперь. Работаем, звучит в данном контексте странно. — Ладно, я пойду. — Давай, уборщицу позови. Полы помыть надо и окна. — Сам помоешь, у тебя неплохо получается. Ран кинул тряпку в дверь, но Риндо успел уже её прикрыть. — Придурок. Я домывала подоконник. — Фух, ну я всё, закончила. — Я тоже. — Ты почти ничего не сделал, помощник. — Как это? А мебель? А диван кто протёр. — Ой, ладно-ладно. Ран сел на диван закидывая ногу на ногу, а голову уронил на спинку. — Намико, поехали уже. Хочу всадить вискарика и расслабиться. — А ты так напрягался я смотрю. — Какая ты язва. Он встал, надел рубашку, взяв жилетку в руку. — Короче, жду внизу. Ключи в двери оставь. — Хорошо. Я осмотрела кабинет. Он мне даже нравился. Теперь он чистый и ухоженный. Оперевшись руками на стол, думала о том, как буду тут работать. Конечно, это было не лучшим вариантом, но уже ничего не поделаешь. Дверь открылась, наверное уборщица пришла, но когда я повернулась, сердце начало бешенно колотиться. Я стала тяжело дышать, а слëзы стремительно потекли вниз. Это он… Тот человек, из-за которого, я чуть не умерла. Человек, которого любила каждой фиброй и которого не видела около трёх лет. — Нами-чан? Только он называл меня так. Я смотрела на него, как же сильно изменился. Вместо чёрных волос, теперь выбеленные длинные, а висок всë так же выбрит прямоугольником и там точно такая же татуировка «Бонтен» как и у Рана. В ухе длинная серьга, которая касалась его плеча. — Хаджиме? Он улыбнулся краем губ. — Иди ко мне, птичка, — Хаджиме распахнул руки и я как зомбированая пошла в его объятья. Это было на автомате, я не могла и не хотела сопротивляться. Он прижал к своей груди и погладил мои волосы.