Выбирая звёзды

      Эзра со злостью смотрел на лежащий перед ним чёрный, уже без всяких золотистых искр внутри, шар. Точнее, на две скрепленные между собой полусферы с небольшой прямоугольной выемкой внутри, превратившие артефакт в то ли меньшую, то ли, наоборот, большую головоломку.       Нет, ну каков мерзавец.       — Он твой, — Лионель аккуратно, почти бережно положил их находку на столик в общей каюте перед уходом.       После неприятного момента с лихорадочным бредом они пересекались лишь по необходимости: весь второй день Ли провалялся в горячечном сне у себя в каюте, да и после не стремился показываться на глаза — лишь когда им всё же пришлось обсудить дальнейшие планы. Эзра тоже благополучно заперся в рулевой, выбираясь лишь за едой и чтобы дать лекарство. Продолжать торчать в Секторах, пока Лионель очухается, он не хотел — неизвестно, когда не повезёт, и «Мунин» засекут либо местные патрули, либо местные же заправилы, и без того уже долго проторчали. А что там, как и куда — потом разберутся, на месте.       — Думаешь, потусовался пару дней на другой планете и теперь весь такой прошаренный? — Эзра насмешливо глянул на Ли: тот уже успел привести себя в порядок и теперь, с подчищенными пёрышками и чисто выбритый, подчёркнуто прямо сидел на диване, сложив руки на коленях, и смотрел куда-то в стену.       — Разберусь как-нибудь, — пусть Ли ещё и не оправился до конца, но чувствовал себя явно вполне уверенно, хотя голос ещё отдавал хрипотцой.       — Посмотрел бы я на это, — Эзре хохотнул, небрежно откидываясь на спинку. Закинул ногу на ногу и принялся считать, загибая пальцы: — Ты не знаешь, где и как обменять твои славные золотые монетки на реальные деньги. Ты не умеешь передвигаться по городу иначе как пешком. Ты не ориентируешься в городе, и навигатор тебе не поможет, потому что пользоваться им ты тоже не умеешь. Не знаешь даже общих законов. У тебя даже банально лингвы нет! И прикид твой. Уверен, я ещё что-нибудь пропустил. Так хочется прыгнуть в черную дыру?       — Разберусь, — повторил Лионель, упрямо поджимая губы. На наёмника он так и не смотрел, постоянно отводя взгляд. — Если ты считаешь, что я не думал об этих... моментах — ты ошибаешься. Однако они незначимы для выполнения моей задачи. Для тех, с кем я желаю говорить, всё это не имеет значения, главное — добиться нужной мне встречи. Мы бы с тобой и не пересеклись, если бы не это неудачное стечение обстоятельств.       — Ты удивительно везуч на невезучие обстоятельства, — метнул ядовитую шпильку Эзра, но Ли её стоически проигнорировал.       — Так или иначе, но я приближаюсь к своей цели, — Лионель чуть качнул головой, словно отвечая на собственный мысленный вопрос. — И, полагаю, ты согласишься доставить меня до места, где я смогу связаться с нужными мне представителями власти? Ты уже поднялся в воздух, не думаю, что ради желания выкинуть меня за борт.       — На Терру-3 я не летаю, — сразу категорично отрезал наёмник, — и начинать не собираюсь, хоть пешком ты до неё решишь добраться.       — Пусть так, — Лионель был покладист. — Как насчёт ближайшей цивилизованной планеты, где я смогу найти Посольство?       — Что, уже не боишься? — Эзра ехидно приподнял брови и попытался поймать холодный взгляд.       — Другая организация была бы предпочтительнее, но это не столь значимо. Есть вещи важнее, — Лионель смотрел куда-то над его головой. — Да и времени сколько прошло. В любом случае, это не твоя забота. Так что, мы летим или ты всё-таки познакомишь меня с открытым космосом? Я плохо представляю, что со мной будет, но летальный исход очевиден. В ином случае — обещаю, я буду ненавязчив.       Если бы Эзра умел одним взглядом превращать в космическую пыль, он бы сейчас непременно воспользовался этой способностью.       — Нет, ну какая же скотина! — стукнутая в гневе кулаком панель сердито и обиженно замигала, предупреждающе загорелись несколько значков. — Да не ломаю я тебя! — прикрикнул на глупый прибор наёмник, пытаясь взять себя в руки. Безнадёжно, впрочем — злость и непонимание накатывали волнами, переплетаясь где-то внутри в бешеный и неконтролируемый коктейль. Тот самый, после которого незадачливый выпивоха идёт горланить непристойные песни, совершать тупые героические подвиги и приставать к патрульным с предложениями вечной любви.       Подключив логику, придраться к действиям Лионеля было сложно. Он обещал оставить найденную ими таинственную сферу в полном владении наёмника. Оставил. Про начинку речи не было!       Как он смог открыть шар? Как он вообще догадался, что тот открывается!? Ещё и стопку монет оставил, приложив сверху издевательскую записочку из невесть где найденной бумаги — Эзра даже не поленился и смотался проверить замок в мастерской: не тронут, значит, книги не пострадали. В качестве компенсации, мать его!       На протяжении полёта Лионель действительно ни разу не побеспокоил его, и так же тихо и незаметно ушёл сразу после приземления. Лишь оставил рядом с оставленной на столе сферой деньги, пока наёмник не видел, и приведшую в недоумение записку — поначалу, ровно до того момента, пока, взятый в руки, артефакт не развалился на две ровные половинки.       На что Лионель рассчитывал? Думал, он бросится следом, чтобы забрать оставшуюся часть сферы? Останется здесь и будет ждать возвращения? Плюнет на всё, заберёт деньги и благополучно исчезнет?       Наёмник не понимал, и это бесило до невозможности.

***

      — Надо же, уже второй раз… — молодая ксеноска с красивыми, огромными и ярко-голубыми раскосыми глазами недовольно нахмурила белые брови. Свет в комнате снова заморгал, как и голографический экран перед ней, на несколько секунд выключился и снова вернулся к начальному состоянию. — Наверное, на станции проблемы.       Лионель согласно покивал, изобразил на лице смесь понимания и недовольства непонятной станцией, и выжидательно уставился на администратора.       — Ладно, — сдалась ксеноска. Чужая речь давалась ей с трудом, но девушка явно старалась угодить настойчивому посетителю. — Раз связь барахлит, сообщу лично, но вам придётся ещё немного подождать решения. Думаю, встречу назначат на ближайшие дни.       — Ничего страшного, — Лионель вежливо улыбнулся. — Вашей вины в этом нет.       Всё внутри кипело от нетерпения и раздражения на непредвиденные задержки — он и без того потратил слишком много времени! — но показать это было никак нельзя.       Девушка скрылась за дверью, и только тогда Леритье позволил себе негромко вздохнуть.       На этой планете не было Посольства — человеческое население составляло слишком малую часть, к тому же обособленно живущую лишь в паре городов — зато в управляющих должностях здесь были именно люди. И, возможно, ему могли помочь.       Не то чтобы у него было много вариантов, разве что вернуться обратно на «Мунин» — но вряд ли ему там будут рады. К скулам непроизвольно прилила кровь: вспоминать о произошедшем без стыда или неловкости не получалось. Пусть виной всему были жар, болезнь, лихорадка, он не должен был позволять себе такой свободы.       Слабый.       Влетев в выделенную ему каюту, он ещё добрый час загнанным зверем метался от одной стены к другой, разрываясь между желаниями побиться головой об стену или рухнуть лицом в матрас и постараться забыться. Второе в итоге победило, и он почти сразу провалился в болезненное и горячечное забытье.       Неважно. Всё равно «Мунин» со своим пилотом уже наверняка поднялся в воздух; Лионель искренне надеялся, что наёмник удовлетворится оставленной компенсацией. Тонкая металлическая пластинка размером с фалангу пальца, усеянная странным объёмным узором из линий, неприятно холодила даже через нагрудный карман. Забрать её казалось правильным — как и спуститься в заброшенный храм.       Затем последовали муторные скитания по городу: тут, видимо, удача решила компенсировать ему предыдущие провалы, по крайней мере, ему удалось встретить нескольких местных, что смогли разобрать его речь и хотя бы жестами направить в нужную сторону.       Лионель не переставал поражаться разнообразию архитектур городов. Косоватые каменные домики на его самой первой планете, огромные, устремленные ввысь стеклянные башни буквально в паре дней полёта, полуутопленные в болоте сарайчики... Здесь — обычные каменные дома, в основном безликие, аккуратные, не высокие и не низкие, пустые в разгар буднего дня улицы.       «Люди же не только на Терре-3 расселились, — воображаемый Эзра из прошлого пожал плечами. — То есть, сначала-то там, а потом, когда получилось чуть выдохнуть, кто куда: кто-то пытался построить идеальный мир согласно своей культуре, кто-то подстроиться под имеющийся, кто-то просто выживал. Напомни как-нибудь свозить тебя на Цунниен, гарантирую, офигеешь».       Слетать на Цунниен они уже не успели.       Судя по лености и безразличию, с которыми его в местной администрации приняли, в тихом городке царило болото не хуже того, из которого они выбрались: последнее вязко цепляло ноги, первое — разум. Одно из тех славных местечек, где никогда ничего не происходит.       Если закрыть глаза и представить, будто здесь нет небольших серебристых полупрозрачных экранов, вещающих о чём-то на непонятном языке, искусственных вытянутых вверх лиловатых растений в углах да тонкого четырехрукого робота, одинаково приветливо встречающего на входе и предлагающего забрать верхнюю одежду и выпить кофе, можно было бы подумать, что он почти в самой обыкновенной мэрии, такой, что была в каждом мало-мальски крупном городе его родных мест.       Дверь негромко хлопнула: вышедшая девушка была явно удивлена и растерянна.       — Вас готовы принять немедленно, — несколько неуверенно протянула ксеноска. — Прошу.       Лионель торопливо поднялся. Снова везение? Хотелось бы, но выкормленная за все годы мнительность опасливой змеёй развернула в груди свои кольца.       Второй этаж ничем не отличался от первого. Третья по счёту дверь, небольшая комната ожидания с безобразно прелестным голубым диванчиком, словно бы выпрыгнувшим из дома престарелой почтенной матроны, ещё одна дверь. Ксеноска не заходит следом, остаётся в коридоре, и Лионеля встречает долговязый мужчина с усеянным морщинами лбом и проклёвывающейся на подбородке козьей бородкой.       — Мне сообщили о вашем... необычном случае, — зам-кого-то там — по отдельности слова в должности были понятны, но вместе складывались в какую-то пафосную неразбериху, — вежливо и равнодушно улыбнулся, но взгляд, которым он окинул гостя, казалось бы, с головы до ног, был цепким и слишком внимательным.       Проигнорировав отсутствие нормального приветствия, Лионель устроился на стуле напротив, также не спрашивая разрешения. Возможно, здесь такие правила, возможно, нет, но стоять, словно провинившийся, или униженно просить разрешения, он не собирался. Никакой реакции в ответ не поступило, но стало отчётливо заметно, насколько натянутая улыбка у хозяина кабинета.       Свет мигнул.       — Я понимаю, что моя просьба может быть проблематична, — ровно начал Лионель, — однако я несу важные вести, которые необходимо доставить как можно быстрее. Увы, я потерпел крушение, но мне повезло — мой сигнал о помощи довольно быстро поймал другой пролетающий корабль.       Распространяться о своих путешествиях с наёмниками — обоими — не хотелось, но придуманная за время путешествия и скитания по городу история казалась если не правдоподобной, то хотя бы удобоваримой.       — Действительно, повезло, — кивнул зам. — Полагаю, документы остались на месте крушения? Впрочем, назовите мне своё имя — если вы действительно с Терры-3, ваши данные будут в базе, — он что-то ввёл в планшете, встроенном прямо в стол и не видным с места посетителя.       — Эзра Морган.       Свет мигнул.       — Простите? — приподнял брови чей-то зам. — Фамилия кажется знакомой.       — Это довольно распространённая фамилия, — врать, так до конца, и с максимально уверенным видом. — Я встречал минимум троих однофамильцев, и это только те, кого могу вспомнить сходу.       Зам (кажется, администратор говорила его имя, или нет, возможно, он просто прослушал, занятый своими мыслями) хмыкнул, но всё же ввёл что-то на экране. Поднял полный иронии взгляд:       — Вы очень изменились, мистер Морган.       Лионель напрягся. Зная о наличии некой базы данных о рождённых на Терре-3, он допускал, что его будут искать в ней — и, разумеется, не найдут. Хотя он и не знал, насколько подробна внесённая информация, имя обычного выходца из небольшого городка не должно было вызвать никаких подозрений...       Граф спокойно и почти мило улыбнулся:       — В наше время эксперименты с внешностью — лёгкая забава. Особенно, когда этого требует работа.       — Да, хирургия нынче творит чудеса, — вежливо согласился чиновник. — В таком случае, полагаю, вы не откажетесь, если мы сверим данные посредством ДНК-теста?       — Простите?       Свет мигнул.       — Это не займёт много времени, не беспокойтесь.       — Мою личность удостоверят непосредственно по прибытии на Терру-3. Разве будучи человеком, я не могу рассчитывать на помощь моего народа?       — Учитывая ваше происхождение... — зам задумчиво постучал по краю стола, — вы должны иметь представление о структурах безопасности.       — Учитывая моё происхождение, — Лионель с трудом сдержал удивление от первой половины фразы и решил ориентироваться наугад, — вам стоит учитывать возможные последствия от проявления излишней инициативности.       За дверью послышался шорох.       — Полагаете, раз смогли без особых проблем покинуть Сектора, вам повезёт и здесь?       Пальцы чуть не вцепились в подлокотники — сдержать себя получилось в последний момент.       — Не припомню, чтобы я что-либо говорил про Сектора, — демонстрировать обеспокоенность резко накалившейся ситуацией Лионель не собирался. — И с какого момента вы следили за мной? Могли бы тогда уж помочь мне быстрее сориентироваться в городе.       Свет мигнул.       — О, ваше появление стало для меня сюрпризом, — чиновник небрежно отмахнулся. — Мы лишь знали, что... нанятые вами люди пересекли границу Секторов. Увы, связь оборвалась, и с вашей стороны очень любезно объявить о себе самостоятельно.       — Мы? — Лионель окинул взглядом комнату: догадываясь, что наличие оружия вряд ли сыграет в его пользу в тихом городке, он заранее припрятал его в укромном уголке, и не прогадал; на входе в администрацию его ждала проверка противно жужжащими дронами, напряжённо реагировавших даже на металлические пуговицы на камзоле и кольца. Зато сейчас пришлось прикидывать, что в весьма скудно обставленном кабинете можно было бы использовать себе в помощь.       — Не утруждайтесь, — обладатель козлиной бородки был абсолютно спокоен, — здесь всё под камерами — вы знаете, что такое камеры? — а с дронами вы уже наверняка встретились. Любое ваше сопротивление будет расценено как нападение на представителя власти. У вас приметная внешность. Всё ещё не хотите представиться настоящим именем до того, как мы возьмём кровь на анализ?       Свет мигнул.       — Только после вас, — металлическая пластинка холодила кожу даже сквозь ткань, и это странным образом успокаивало. — Вы так и не сказали, кто «мы».       — Вы узнаете, — пообещал чиновник. — Более того, могу пообещать, вы даже попадёте на Терру-3, как и хотели.       — Думаю, я откажусь, — Лионель поднялся, резко отодвигая кресло. Если держаться правой стороны... — Наше положение взаимно: как будет расценено нападение на мирного посетителя? Жаль, условия вашей помощи мне не подходят: пожалуй, я решу проблему самостоятельно.       — Не глупите, — хозяин кабинета нахмурился. — Вас попросту объявят преступником, и тогда вами займутся все правоохранительные службы города. У нас маленький городок, спрятаться особо негде. Не усложняйте никому жизнь — и вам обеспечат комфорт. Мы ведь лишь, — он тонко улыбнулся, — просим вашей помощи.       Свет мигнул.       — Оказание помощи — дело добровольное, — Лионель ещё на шаг приблизился к столу, когда чиновник внезапно чуть дёрнулся и замер: взгляд изменился, стал испуганным и удивлённым, он словно тщательно к чему-то прислушивался.       — Вот как… Слушаюсь, — почти прошептал мужчина. — Правила изменились, — резко осипшим голосом обратился он к своему гостю и что-то нажал на планшете. — Я правда рассчитывал на сотрудничество, — взгляд был почти сочувствующим. — Если бы вы были чуть менее предвзяты... Что вы принесли из Секторов?       — Себя, — нахально улыбнулся Лионель, упираясь ладонью в край стола. Тяжёлый, не перевернуть. — Вы же сами сказали, что я так любезно принёс вам себя.       Свет мигнул.       Дверь сзади негромко хлопнула.       — Надо же, ты всё-таки выбрался, — знакомый голос.       — Надо же... вы тоже, — Лионель обернулся, презрительно глядя на наставившего на него бластер Ажа. — Уверен, та верёвка очень помогла вам в этом.       — Лучше не дёргайся, умник, — фыркнул наёмник. — Мне снова предстоит тебя сопровождать, как судьба играет, а?       — Мистер Аж сопроводит вас, — подтвердил чиновник. — Но прежде отдайте то, что вы нашли.       Лионель снова обернулся к столу. Потянулся к нагрудному карману, вытащил пластинку — та болезненно, словно сопротивляясь, кольнула пальцы холодом — и потянулся, чтобы положить на стол. Оба мужчины не отрывали от него внимательного взгляда.       Свет мигнул.       Он больше никогда, никогда не будет ставить в своём кабинете красивые и такие увесистые и легко ложащиеся в руку бюсты и статуэтки. Эта, изображающаяся какое-то пятиногое существо, очень отдалённо напоминающее жабу пучеглазой мордой, словно ждала своего звёздного часа и чётко, ровно, словно пущенный над водой камень, полетала в заданном одним движением направлении. Промахнуться на таком расстоянии было невозможно.       Козлобородый вскрикнул и, вцепившись одной рукой в спинку кресла, начал заваливаться назад: по закрытому ладонью лицу потекла струйка крови, но Лионель уже не смотрел: ещё чего-нибудь увесистого рядом не оказалось, и он просто бросился к на миг растерявшемуся наёмнику, отталкивая своим телом.       Бластер в перехваченной руке тихо стрекотнул и плюнул чем-то раскалённым в потолок. Лионель попытался отвести Ажа от двери, схлопотал удар в бок, на мгновение выбивший дыхание, ответил ударом в горло. В последний момент успевший прикрыться локтём наёмник злобно оскалился, перехватывая его за запястье, заставляя сжать зубы от прострелившей руку боли, но Лионель всё же смог вцепиться в плечо совсем рядом с шеей, второй продолжая удерживать бластер дулом вверх.       Свет мигнул.       Коренастое тело под ним внезапно крупно дёрнулось и тут же резко обмякло: оно упало бы, не окажись рядом опоры в виде держащего его противника, рот широко открывался, словно крича, но из горла не доносилось ни звука, пальцы скривились птичьими когтями, вздулись жилы на висках и шее.       Лионель отшатнулся назад, в последний момент удержав равновесие, со страхом и ужасом глядя, как от горла тут же рухнувшего наёмника стремительно расползаются красно-оранжевые тонкие ярко-светящиеся линии. Словно паутина, они расползлись по правой стороне лица, скользнули вниз под ворот, оплели шею. Аж лишь тихо и жалобно скулил будто сорванным в агонии голосом, ставшие мгновенно непослушными руки скребли по груди и наконец добрались наверх, до места, где билась жилка, и отбросили что-то в сторону. Тело в последний раз дёрнулось и затихло.       На полу в белом свете ламп поблёскивала тонкая металлическая пластинка, выпавшая из растрепавшегося в пылу драки рукава.       Мимоходом бросив взгляд на Ажа — тот не подавал признаков жизни — Лионель опустился на колени, с осторожностью проводя ладонью над оказавшимся тем ещё опасным сюрпризом кусочком металла. Ничего. Лишь ощущение, будто по коже провели кусочком льда. Раскрывать, как он работает и что запустило столь впечатляющее и уничтожающее действо, артефакт явно не собирался.       Чуть помедлив, Лионель всё же сгрёб пластину в ладонь. Та никак не отреагировала и, убранная обратно в карман, вновь странным образом успокоила.       Свет мигнул.       В крайнем случае её, кажется, можно использовать вместо оружия.       Выпавший из руки наёмника бластер был совсем непохожим на привычные Ли пистолеты: те давали уверенность чуть оттягивающей тяжестью, рельефным рисунком под пальцами, стреляли громко и разбрасываясь дымом, отдавая в руку. Оружие этого мира было совсем лёгким в сравнении, из чуть шершавого ни теплого, ни холодного материала, казалось простым и грубоватым — лишь сбоку слабо поблёскивал небольшой тёмный квадрат. Опыт был для него новым — Эзра своё оружие никогда не давал. Что ж, придётся учиться на ходу, Лионель лишь понадеялся, что оно не разрядится после пары выстрелов, и припрятал оружие за пазуху. От стола раздался стон — чиновник или кем он был на самом деле, мог прийти в себя в любой момент, и Ли метнулся к двери, прислушиваясь: в соседней комнате было тихо, да и из коридора не доносилось ни шума шагов, ни жужжания дронов. Не успели поднять тревогу? Или не стали поднимать тревогу, понимая, что это вызовет вопросы? Поэтому и пришёл только Аж — он здесь, кажется, свой. По крайней мере это объяснило, откуда неизвестные узнали, что он был в Секторах. А вот он сам, кажется, ошибся. Снова. Будто ты способен на что-то иное. Лионель мотнул головой, отгоняя мешающее. Всегда не вовремя. Нужно сосредоточиться, и быстро. Итак, тревогу не подняли — в чём бы ни были замешаны эти двое, остальные явно не при делах, и объяснить нападение на «обычного посетителя» было бы проблемно. Но поднимут, как только вскроется произошедшее здесь — и, вероятнее всего, очень быстро. На этот раз повод будет: Лионель действительно подставился. Их разговор не слышал никто, и обставить всё так, будто он напавший на людей безумец, будет легко. Значит, нужно прятаться. Куда? Скрыться в незнакомом городе? Если за ним отправят местную стражу, гораздо лучше ориентирующуюся в знакомых улицах, это будет проблематично. А отправят наверняка. Попытаться вернуться к «Мунину»? Если Эзра уже улетел, эта единственная на данный момент дающая надежду затея превратится в провал. Да и захочет ли... Лицо снова обожгло стыдом — как и прежде, стоило Ли вспомнить о произошедшем. Неважно, это все неважно. Его чувства не имеют значения, он должен выполнить поставленную самому себе задачу. И если судьба решила вновь свести его с бывшим воз... любовником, грех этим не воспользоваться. Значит, обратно к «Мунину». Для начала попытаться разведать, на месте ли тот, дальше — по обстоятельствам. Нет, нет. Для начала — выбраться отсюда, и попытаться уйти как можно дальше, пока в тихом мирном городке не подняли тревогу.       Свет мигнул.       Лионель выдохнул и тихо, спокойно, прошёл через приёмную в коридор. Никакого шума, эти люди не хотели поднимать шум, потому и были все эти уговоры, а значит, пока что он — просто очередной проситель, уходящий с закончившейся аудиенции. Возможно, конечно, внизу его уже ждёт вооруженный отряд, но тогда взять его на втором этаже, без путей к отходу и гражданским под ногами, было бы гораздо легче...       Шаг, шаг, шаг. Ступени не деревянные и не каменные, не издают ни звука, но какая-никакая жизнь в этой обители скуки и тоски всё же есть: пытается выбраться в закрытое окно муха или кто-то на неё похожий, кружатся в солнечном свете пылинки, слышно лёгкий сквозняк от двери...       Мимо по лестнице попытался проскочить какой-то парень, чуть задев плечом.       Всё внутри вытягивается в натянутую, готовую вот-вот лопнуть струну, но внешне граф Леритье спокоен и безмятежен: он даже позволяет себе лёгкую недоумённую улыбку.       — Извините, — тут же повинился растяпа, — опаздываю...       — Ничего, — Лионель пожимает плечами. Похоже, никто не слышал их возни, всё действительно произошло быстро и тихо, но как быстро всё обнаружится... Скорее всего, очень быстро.       Лионель лишь чуть ускоряет шаг, потому что очень хочет наконец снять номер в гостинице и отдохнуть после долгого дня...       Возможно, времени у него даже меньше, чем он рассчитывал, но выдавать себя нельзя, как бы ни хотелось сорваться на бег.       Старательная ксеноска за стойкой улыбается всё той же вежливой приветливой улыбкой. Она ещё не знает, как и спокойно жужжащие дроны.       — Вам удалось найти решение проблемы? — девушка делает какую-то пометку в своём планшете.       — В определённом смысле да, — Лионель почти не врёт, он не получил помощи, но получил знание, хоть и напоминающее больше яблочный огрызок. — Вы были правы, нужно ещё время. Не подскажете ближайшую гостиницу?       Если повезёт, его даже будут сначала искать там, но почему она так медленно отвечает!?       Нет, это просто ты слишком торопишься.       — Есть отель «Карилла» в двух кварталах отсюда, — наконец отвечает девушка. — Скинуть вам адрес?       — Нет, спасибо, так найду. Немного прогуляюсь, — Ли торопливо кивает, находиться здесь ещё дольше ему почти физически тяжело, да и «скидывать» некуда. Дроны не обращают на него внимания, он ведь выходит, а не заходит, хоть в этом ему пока везёт. Тёплый пыльный воздух солнечного дня першит в горле подобно песку, он сворачивает в сторону, указанную администратором до гостиницы, попробует «потеряться» где-нибудь по пути...       Он идёт вдоль дороги с странного вида каретами, не похожими на уже виденные им корабли (они уже не удивляют, кажется, он начинает привыкать видеть новый мир на каждой новой планете), и вот уже зелёные башенки, чуть возвышающиеся над однотипными домами, и такого же цвета надпись «Карилла» на фасаде, а вокруг всё ещё идёт своим ходом жизнь маленького городка. Вокруг ходят люди, изредка с лёгким недоумением посматривающие на него, они ничего не знают, но невольно становятся защитой — вряд ли на него нападут посреди оживлённых улиц.       И всё же лопатки холодит ожидание куда более пристального интереса к его личности.       Лионель морщится — его вид слишком приметен — вылавливает момент, когда мимо проезжает особенно крупная карета, и сворачивает с улицы в более узкий проулок. Он всё ещё слишком на виду, но здесь много путей и проходов между домами, куда можно будет уйти при необходимости. Заблудиться он не опасается — общая тенденция в устройстве улиц проста и понятна, нужно лишь придерживаться нужного направления.       Свет в витрине, мимо которой он проходит, слегка мигает, и это на секунду привлекает его внимание и заставляет обернуться: в стену на высоте шеи ударяется короткий тонкий дротик и бессильно падает на каменную дорогу.       Всё это происходит настолько бесшумно и быстро, что несколько людей, проходящих недалеко, даже ничего не замечают.       Лионель торопливо вскидывает ворот камзола — невелика защита, но хоть что-то, быстро поднимает дротик и скользит взглядом вдоль улицы. Коротко блестит стальной бок, прежде чем скрыться за углом.       Проклятье.       Разумеется, никто не будет вступать в прямое столкновение, скорее его попытаются загнать подобно дикому зверю. Здесь город на их стороне, но пока он может попытаться скрыться. Он торопливо, почти срываясь на бег, идёт вперёд, стараясь выбирать путь так, чтобы вместе с ним было хотя бы несколько прохожих, петляя и переходя с одной стороны улицы на другую. Главное — сохранять спокойствие. Пока он в черте города, открытого нападения не будет, вот дальше придётся сложнее. На ходу рассматривает вытащенную из кармана иглу, которой в него стрелял дрон: тонкая и короткая, её можно было бы даже не заметить, а остриё испачкано в чём-то жёлтом. Яд? Похоже, судьба тогда улыбнулась ему, подмигнув неровным светом витрины, и теперь он хотя бы знает, чего можно ждать и кого высматривать.       Сейчас — вдруг осознает Лионель, проходя мимо очередной подсвеченной надписи на фасаде, гаснущей на несколько секунд при его приближении и снова загорающейся — сейчас тоже. Он оборачивается, смотрит на витрину, оставшуюся метрах в десяти позади — она абсолютно покойна.       Не перебои на станции, что бы это ни означало.       Краем глаза Лионель подмечает блеск стали; он не успевает разглядеть её источник, но на всякий случай сворачивает и тут же ругается — в небольшом перешейке между домами нет ни души, и он всё-таки срывается на бег, торопясь преодолеть опасное место.       Дрон опускается с воздуха перед самым носом, и лишь благодаря рефлексам Лионель успевает прижаться к стене — почти слышит, как дротик рассекает воздух рядом с лицом — и, не раздумывая, ударяет прямо в светящийся белым большой круглый «глаз» локтем. Этого достаточно, чтобы механический страж замешкался, и в ход идёт прихваченный у Ажа бластер. Спусковой крючок скользит под палец легко, и достаточно почти мимолётного касания — воздух взгревает яркая вспышка: дрона с силой отбрасывает в сторону, он тяжело, с металлическим скрежетом, падает на землю, подставляя солнцу оплавившийся бок. Белый глаз гаснет.       Несмотря на то, что Ли примерно представлял, чего ожидать от космического оружия, увиденное всё равно потрясло. Что же будет с человеком?       Впрочем, если охота началась, у него, вполне вероятно, будет возможность узнать. И хорошо, если не на себе.       Всё же он не знает, на сколько выстрелов рассчитан бластер, поэтому продолжает придерживаться выбранной ранее тактики, внимательно глядя по сторонам и вверх — но больше сталь не мелькает в солнечном свете. Удалось оторваться?       То, что он недооценил дронов, Лионель понял, свернув в очередной проулок. Сразу трое крутились в самом его конце, перекрывая выход, и тщательно сканировали своими белыми глазами чистую улочку. И один из них, кажется, успел, его заметить.       Поспешно отступив, Лионель хотел уже было вернуться и поискать другой путь — и замер. Ещё двоих он увидел ещё в воздухе, в том самом месте, откуда он только что пришёл. Путь назад был закрыт, и уж они-то, судя по предупредительному жужжанию, точно его увидели.       Оставалось только броситься вперёд, наконец срываясь на бег, и судя по шуму, дроны немедленно бросились следом. Он почти успел добежать до угла, когда плечо несильно ударило — к счастью, игла прошла вскользь и не смогла пробить плотную ткань камзола, а одна из закрытых дверей в доме распахнулась, и худая, но сильная рука, твёрдо схватив его за локоть, уверенно втащила в тёмное помещение.       — Уймись, — Морган без особого труда увернулся от рефлекторной попытки отбиться и бесцеремонно затолкал Лионеля в крохотный лифт. Двери захлопнулись с громким щелчком, и горло свело почти забытой дурнотой; к счастью, подъём был недолгим.       — Дроны видели, куда мы зашли, — они вышли на последнем этаже, и Эзра тут же, аккуратно обойдя окно, отступил к небольшой металлической дверце, судя по всему, ведущей на чердак.       — Я в курсе, — буркнул наёмник. — Но замки они взламывать не умеют, только выбивать. Скорее будут по окнам искать, — он косо глянул в сторону закрытых рам. — Тут можно уйти, но прежде... — Эзра достал из кармана две чёрные половинки сферы с углублением в центре и протянул Лионелю.       Тот нахмурился:       — Не думаю, что сейчас подходящий момент, чтобы делить нашу...       — От тебя фонит, как от реактора, — резко прервал его Эзра. — На энергетическом сканере ты как одно большое пятно, думаешь, как я тебя нашёл?       За окном мелькнула тень, и Эзра мгновенно прижался к стене и мотнул головой, подзывая Ли встать рядом.       — Убирай живо, — прошипел наёмник, почти силой впихивая ему располовиненный шар. — Пока они не...       Стекло взорвалось осколками внутрь, к счастью, не задев никого из них, но воздушный удар всё равно заставил оступиться. Рука только дёрнулась к бластеру, как сзади раздался хлопок — и влетевший было дрон через подоконник вывалился обратно на улицу.       — Их будет больше, — заметил наёмник, взмахивая бластером. — Я только пока тебя искал, штук десять насчитал. Живее!       Лионель торопливо вытащил кольнувшую холодом пластинку. В ядро сферы она легла как влитая, и стоило ему только подумать, как закрыть оказавшийся хранилищем шар, по каёмкам скользнула золотистая искра и половинки, словно примагниченные, захлопнулись — даже шва не осталось, будто он только что вытащил артефакт из храмового тайника.       — Отлично, — Эзра мельком глянул на свой браслет. — Теперь им будет сложнее. Я знаю эту модель, тепловизоры у них никчёмные, а в остальном их поисковые системы настроены на зрительный сканер. Идём, пока остальные не налетели.       — Ты здесь всё уже изучил? — полюбопытствовал Лионель, когда они поспешно поднялись на чердак.       — Здесь хорошая наблюдательная позиция, — отозвался Эзра, присаживаясь на высокий подоконник и оглядываясь. — Я видел по сканеру, в каком направлении ты движешься, и отсюда уже заметил, как тебя окружают, — он резко сбавил голос и кивнул вниз: — Вон. Перекрывают все выходы.       Лионель, стараясь не сильно высовываться, глянул вниз. Четыре дрона внизу разделились на пары: двое двинулись дальше, двое остались на углу, настороженно поворачиваясь вдоль своей оси.       — Почему они не поднимаются? — тоже негромко спросил Ли, провожая взглядом двух дронов.       — Жилое здание. Они могли напасть, пока точно знали, что ты здесь, но сбились, когда источник энергии исчез со сканеров. Теперь будут пасти на выходах, а мы пока, — Эзра махнул рукой в сторону соседнего здания, — переберёмся по крыше на ту сторону. Если, конечно, — добавил наёмник, на мгновение задумавшись, — им не отдадут приказ наплевать на гражданских и идти тараном.       — Пока я добирался сюда, они особо не вмешивались.       — Видимо, хотели взять тихо. Но здесь уже почти граница города, их начинает поджимать. Это обособленное поселение, уже в соседнем городе объявить тебя в розыск будет сложно без кучи бюрократических проволочек. Так что выбираемся — и к ксеносам. Ага, кажется, последний! — Эзра спрыгнул с подоконника. — Разлетелись, теперь только эта парочка на позиции. Пошли.       — Почему ты вообще пошёл следом? — Ли, вслед за ловко запрыгнувшим в небольшой люк в потолке наёмником, выбрался на плоскую крышу.       — Почему ты ушёл без предупреждения? — парировал Эзра, с насмешкой глядя, как Ли немного виновато хмурится.       — Мне показалось, так будет лучше, — Лионель с сомнением заглянул в промежуток между крышами домов. Метра два, не сложно, интересно, могут ли дроны смотреть наверх?       — Спрашивать не пробовал? — с ехидцей протянул Эзра, легко перемахивая через препятствие, но Лионель лишь пожал плечами и, после небольшого разбега тоже оказавшись рядом, слегка поморщился:       — Как по мне, всё было очевидно, — здесь люк в крыше слегка заклинил, и им пришлось оттягивать его в четыре руки, стараясь при этом не шуметь.       — Умный, да? — сердито пыхнул Эзра, отдуваясь и попутно спрыгивая внутрь. — И гордый? Помощь не нужна, мне уйти? Или, — он странно, одновременно хитро, ядовито и высокомерно глянул на Ли, — смелости не хватает?       Лионель на мгновение замер, под каблуком сапога хрустнула какая-то дощечка.       Пусть он рассчитывал, что всё пройдёт совершенно иначе, реальность показала, что помощь ему всё-таки была нужна. Да и...       — Извини, — наконец выдавил Ли. — Та сцена, я был не в себе. И сейчас, — он мягко улыбнулся, — всё же я себя переоценил.       — Люблю быть тем, кто говорит: «А я предупреждал», — тягуче пропел наёмник и тут же пренебрежительно фыркнул: — Обычно это говорят в мой адрес.       Ли, не сдержавшись, хихикнул, и Эзра чуть запнулся, на мгновение поймав взгляд смеющихся тёплых чёрных глаз. Пришлось даже слегка прикусить себе язык, чтобы вернуться к действительности.       — Насчёт твоих подкатов — забей. Ты бредил.       — Ты не?       — Ой, брось, ты уж точно не хуже пьяных обмудков и уёбков, возомнивших себя идеальными искусителями. Лионель, спускающийся по лестнице — на этот раз Эзра решил обойтись без сигнализирующего о своём прибытии лифта и выйти тихо — споткнулся, чуть не пролетев полпролёта. Пальцы с силой сжали перила.       — И часто ты, хм, — он чуть помедлил, восстанавливая равновесие, — сталкиваешься с подобными личностями?       — По-разному, — Эзра был абсолютно безмятежен, лишь со скепсисом оглядел его манипуляции на лестнице и тут же отвернулся.       — Ясно, — Ли подавил вздох: говорить что-то большее наёмник явно больше не собирался. — Всё равно...       Морган отмахнулся, возясь с металлической входной дверью. Пискнуло, в появившуюся щель немедленно просочился свет, и Эзра осторожно выглянул наружу.       — Тихо, — заметил он. — Значит, конкретного приказа им ещё не отдали. Мы вышли с другой стороны. Идём тихо, если что — прячемся в домах. «Мунин» я посадил почти у самой границы, тут полчаса максимум, если бегом. Повезло, что тут не слишком-то много охранных систем, на Терре-3 вот так сбежать было бы попросту невозможно.       — Почему ты вдруг заговорил про Терру? — Ли тоже выглянул наружу, оглядывая чистую улицу.       — Потому что ты туда собираешься, — хмыкнул Эзра. — Глупо и самоотверженно, а если судить по нынешней ситуации и тому, что ты все ещё «знаменит», так и вообще полный кретинизм. Я же правильно понял, тебя ищут не потому, что ты кому-то красиво и многословно нахамил?       — Если я разбил собеседнику голову статуэткой, это считается хамством? Я ещё не знаком со всеми нюансами вашего этикета.       Эзра ошалело фыркнул, подавился смешком и, всё же не сдержавшись, тихо засмеялся, давя звук ладонью.       — Нет, конечно, — наконец выдавил он сквозь похихикивание. — Подозреваю, в твоих обстоятельствах это было базовым проявлением вежливости.