Retrouvaille

Положить конец —

Значит положить начало.

Субин не хотел. Сообщение от Вио, загоревшееся на экране телефона, выжглось в его сознании и заставило трепетать всей душой. «У меня в 17:00» — приговор к неизбежной участи. Ёнджун звёздочкой распластался на кровати Бомгю и обеспокоенно наблюдал за младшим. — Всё хорошо? Субин кивнул в поисках мыслей и слов в пустыне своего разума. Что он вообще хотел сказать Вио? В голове был вакуум. Что он надеялся передать, когда импульсивно написал Вио «Давай поговорим»? Первоначальный запал решительности растворился в воздухе. — Ты уверен, что вам стоит встречаться у него дома? — Ёнджун поднялся с кровати Бомгю и устроился рядом с парнем. — Да, всё нормально, — Субин пожал плечами, кусая нижнюю губу. Старший прожигал дыру на его лице. — Ты ведь знаешь, что не должен делать это в одиночку, если не хочешь? Я могу пойти с тобой. Субин фыркнул и посмотрел на друга взглядом, говорящим «ты что, дурак?». — Ага, конечно, Вио будет просто в восторге. Несмотря на напряжение, губы Ёнджуна растянулись в отрешённой улыбке. — Наверное, — он обвил Субина рукой, утягивая за собой вниз, в мягкие объятия матраса. — Почему жизнь такая сложная? — кровать скрипнула. — В детстве всё было по-другому. Что случилось? У Субина вырвался горький смешок. — Чанбин случился. В конце концов, разве это не правда? Всё могло сложиться совсем иначе, если бы Ёнджун в Америке подружился с более достойными людьми, которые не стали бы рушить их дружбу из-за того, что они ревнивые придурки. — Хмм, точно, — промычал Ёнджун и слегка прижался к парню сбоку. — Прости. Субин уставился в белый потолок, наблюдая за бесцельным полётом мухи. Он бы хотел поменяться с ней местами. Жизнь мухи казалось очень простой. Незамысловатой. Летаешь, достаёшь людей, ешь какие-то отбросы, умираешь. — Я ненавижу его поступок, но мне всё равно его немного жаль. Ёнджун нахмурился, лениво играя с краем футболки Субина. — Почему? Младший слегка пожал плечами, потерянный в мыслях. — Наверное, тяжело быть влюблённым в своего друга так долго. И разве это не пик иронии? Разве Субин не собирался сделать ту же ошибку? Может, скоро он начнёт сжигать письма Ёнджуна. Может, он ничем не лучше Чанбина. Субин подумал, что ради Ёнджуна мог бы сжечь целые города. Старший прекратил все движения. Тишина окутала их, после чего он отстранился и сел, прервав молчание странным смешком. — Да… — он провёл пальцами по волосам, бросив на Субина быстрый неопределённый взгляд, и снова упал на кровать Бомгю. Последующее молчание затянулось слишком надолго. Затем его нарушил голос Ёнджуна, мягкий и приглушённый подушкой, едва слышный Субину. — Ты расстанешься с Вио? Младшему стало немного дурно. Расстанется ли? Вио с его лучезарными очаровательными улыбками, с ног до головы одаривавший Субина безвкусными букетами, объятиями и поцелуями. Однако с этими воспоминаниями смешивалось такое же количество моментов, оставивших во рту горькое послевкусие. Шутки, начинавшие причинять дискомфорт; попытки пересечь границы, на которые Субин не давал согласия; явное собственничество, казавшееся удушающим; шёпот, наполненный ревностью; их близость, омрачённая таким сильным желанием, на которое Субин не мог ответить взаимностью. «Тебе напомнить, с кем ты встречаешься?» Воспоминание о рычащем на ухо голосе Вио и пальцах, что возились с ремнём Субина против его желания, вызвало мурашки по спине. — Наверное, — наконец прошептал Субин в тишину. Размышляя о прошедших днях, парень осознал кое-что важное: он почти не думал о Вио. Его присутствие, или, скорее, отсутствие, не оставило за собой пустоту в повседневной жизни Субина. Наоборот, он чувствовал себя счастливее, свободнее, и это умиротворяющее одиночество намекало: возможно, без нависающей тени Вио ему было лучше. — Наверное? — Ёнджун приподнял голову и изогнул бровь в безмолвном вопросе, ожидая прояснения или, может, подтверждения. — Да, — повторил младший уже более уверенно, пусть его голос и надломился под весом такого признания. — Я понял, что не люблю его по-настоящему, — слова принесли облегчение и в то же время ввергли в пучину ужаса. Субин застонал, пряча лицо в ладонях, когда на него обрушилась реальность ситуации. — О боже, он меня возненавидит. Ёнджун промолчал, не стал возражать и давать пустых заверений. Он, как и Субин, достаточно хорошо знал Вио. Они оба остро осознавали грядущую бурю, реакцию отверженного сердца, особенно такого беспокойного и гордого, как у Вио. — Ну, если тебя это утешит, меня он тоже наверняка возненавидит, — Ёнджун усмехнулся, однако улыбка тронула лишь губы, а во взгляде появилась унылая смиренность. — Он всё ещё думает, что я твой тайный бывший. Я удивлён, что он не врезал мне, когда узнал про поцелуй, — они оба вздохнули. — Так что, по крайней мере, Вио будет ненавидеть нас обоих, — добавил старший, пытаясь разрядить обстановку кривой улыбкой. Субин фыркнул, несмотря на тяжесть ситуации. — Мы просто отличная команда. Комнату наполнили короткие напряжённые смешки, попытка найти утешение в абсурдности их нелёгкого положения. — Но если серьёзно, — спросил Субин более нервно, чем ему хотелось. — Как думаешь, он поймёт? Ёнджун вздохнул. — Сомневаюсь. Вио всегда было сложно понимать других, особенно когда вовлечено его эго, — он ненадолго замолчал и, похоже, заметил скривившегося Субина, сердце которого затрепетало от внезапного страха. — Так что, если он реально начнёт преследовать меня, думая, что я «тайный бывший» и всё такое, это будет полностью твоя вина, — он попытался пошутить снова, и это немного сработало. — Справедливо, — признал младший, кривая ухмылка тронула его губы. — Я возьму всю ответственность. Даже напишу тебе письмо с извинениями, поэтичное и проникновенное. — В ямбическом пентаметре, пожалуйста, — подхватил Ёнджун. — Сделаю всё возможное, Шекспир, — ответил Субин, которому подшучивание принесло такое необходимое облегчение. Между ними повисло очередное молчание. Ёнджун вновь нарушил его, нерешительно и любопытно. — Был ли какой-то момент, когда ты понял… ну, насчёт своих чувств к Вио? Вопрос застыл в воздухе. Мысли Субина лихорадочно устремились, как ни странно, не к Вио, а к Ёнджуну. Его улыбающееся лицо стало первым, что всплыло в сознании среди этого хаоса. Парень вспомнил их близость, те короткие мгновения, когда пространство между ними, казалось, пронизывало напряжение, которое он не осмеливался признавать. Моменты на полу в студии танцев, где Субин ощущал необъяснимое умиротворение, даже если бы мир вокруг рушился. И если бы Ёнджун опустился вниз и сократил оставшееся расстояние, Субин встретил бы свой конец с распростёртыми объятиями, свободный и счастливый. Сердце, выпрыгивающее из груди при одном только взгляде на Ёнджуна, желание быть ближе. То, как просто голос старшего по телефону мог унять любой шторм внутри Субина, остановить хаос в его голове, принести покой и тишину. Так что да, было множество моментов, когда парень понял свои чувства, но почти все они были связаны с одним синеволосым парнем, вызывающем в животе Субина эмоции и бабочки, которые он должен ощущать с Вио, а не со своим лучшим другом. От такого глубокого и ужасающего осознания Субин лишился дара речи. Ну уж нет, он не собирался говорить это вслух. Он промолчал, и Ёнджун продолжил. — Это из-за того, что тебе нравится кто-то другой? Тот парень из клуба? Что вообще у вас с ним было? — Субин чувствовал, что старший пытается звучать равнодушно, хотя на самом деле вопрос явно мучил его уже долгое время. Сердце сжалось, и Субин закрыл глаза в надежде, что оно перестанет колотиться. — Ничего, — пробормотал он под нос, не особо желая обсуждать тот неловкий и стыдный момент из своей жизни. — Когда я поймал вас возле клуба, так не казалось, — бросил старший. Субин фыркнул. «Поймал» звучало так, будто он делал что-то нелегальное. — Я просто хотел немного отвлечься, вот Бомгю и предложил. Глупый совет от глупого Бомгю. Вот и всё. Ёнджун сел. — Отвлечься от чего? «От тебя», — хотел сказать Субин. — От жизни, — ответил он. Ёнджун закатил глаза на такой расплывчатый и неудовлетворительный ответ. — Но когда я приехал туда, то понял, что мне нужно было не это, так что я остановился… — Субин неловко почесал шею. — Прежде чем что-то случилось. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — И что же тебе было нужно на самом деле? Хороший вопрос. — Ты, — выдало сердце Субина, прежде чем разум успел остановить, и ему захотелось задушить себя своей же подушкой. Парень почувствовал, как ускоряется пульс и краснеют щёки. Какого чёрта это было? Что это вообще значит? Зачем он это сказал? Что с ним не так? Ему стоит переехать в другую страну, отрастить бороду и открыть маленькую кофейню где-нибудь в Швеции, где он и умрёт в одиночестве в лесной хижине. Его тело съедят три кошки, которых он заведёт ради компании. — То есть… ты умеешь отвлекать… — Субин попытался оправдаться, но сомневался, что это работало. — Помнишь, когда мой папа попал в больницу после аварии, ты пришёл ко мне и помог нарисовать открытку и отвлёк меня? Это, эм… Я имел в виду, ты… хорошо умеешь отвлекать меня… такими способами… Без сомнений, это звучало жалко и абсолютно неправдоподобно, но Ёнджуну, кажется, было плевать. Он одарил его маленькой довольной ухмылкой. — Помню, — ухмылка стала более озорной, и он вскочил с кровати и снова навис над Субином, шевеля руками в воздухе, словно готовясь к атаке. — Значит, тебе нужно моё гениальное отвлечение от предстоящей встречи с Вио? — поддразнил он, шутливо играя бровями. Младший засмеялся и попытался увернуться, когда Ёнджун набросился на него и стал безжалостно щекотать. — Н-нет, стой! — протестовал Субин вперемешку с хихиканьем, извиваясь на кровати, и комнату наполнил весёлый смех Ёнджуна. Однако старшего было не так просто остановить. Со сверкающими глазами он продолжил бороться с Субином, кидаясь подушками и ворочая одеяла в шутливой схватке. Неожиданно Ёнджун переменил положение и накрыл парня собой словно одеялом, устраивая подбородок на его плече и утыкаясь носом в шею. — Помнишь, — мягко прошептал он, обдавая кожу тёплым дыханием, — раньше я всегда тискал тебя до посинения, когда ты грустил или переживал. Субин чувствовал, как тихо опускается и поднимается грудь Ёнджуна. Он обнял парня, и их ноги переплелись машинально. — Конечно, помню… — промычал он, растворяясь в объятиях. Старший ткнул его в ямочку. — Всё ещё работает? — спросил он с дразнящей улыбкой и проскользил пальцами к мочке уха, растягивая и играясь с ней. Субин подался навстречу прикосновению и с довольным вздохом закрыл глаза. — Немного, — признал он со слабой улыбкой, желая остаться здесь навсегда. Ёнджун был тёплым. Но Ёнджуна, похоже, ответ не удовлетворил. Решительно фыркнув, он наклонился вперёд и внезапно прижался к шее Субина губами. Неожиданное ощущение послало по телу младшего электрический разряд, а сердце взорвалось фейерверками. Его мозг завис. — Что ты делаешь? — промямлил он, слегка ошеломлённый, когда старший продолжил. — «Немного» недостаточно. Я могу лучше, — заявил Ёнджун низким хрипловатым голосом, проводя по его коже губами. — Я очень серьёзно отношусь к своей работе. О какой работе он вообще говорит? Прежде чем Субин успел полностью осознать происходящее, он почувствовал, как Ёнджун мягко задел кожу зубами, от чего всё тело загорелось пожаром. Касание языка, тёплые губы на его шее, синие волосы щекочут подбородок, и, о боже, куда подевались его мозги? — Перестань, дурак, щекотно, — он попытался слабо протестовать, но вместо того, чтобы шутливо оттолкнуть, притянул парня ближе, вцепившись пальцами в его свитер. Сердце в груди бешено колотилось, и Субин наклонил голову в сторону, открывая Ёнджуну больше неисследованного пространства. Тот промычал и осмелился легко засосать его кожу, отчего голова Субина закружилась. На мгновение ему показалось, что он вот-вот лишится сознания и вознесётся прямиком в рай. — Ёнджун?.. — в голове был туман, веки закрывались, и Субин не знал, что хотел сказать. Когда старший слегка отстранился, сердце парня пропустило удар. Он молился, чтобы Ёнджун не заметил, какой эффект произвели на него эти касания. А затем Ёнджун просто пробормотал тихое: — Бинни? — и наклонился снова, проводя по коже языком и заставляя до позорного громко выдохнуть. — Лучше? Субин не очень понимал, что старший вообще имел в виду под своим «лучше?» Что должно было стать лучше после такого? Его разум? Нет, он был в ещё большем беспорядке, чем когда-либо, запутавшийся в паутине противоречивых эмоций и мыслей. Его сердце? Лопнуло, взорвалось и выдохлось. Всё его тело? В огне, каждое нервное окончание горит, покрывается мурашками. Как он вообще теперь будет смотреть на Ёнджуна, не думая о его губах на своей шее? Не сумев сформулировать связный ответ, Субин быстро повернул голову и оказался в нескольких сантиметрах от лица Ёнджуна. Их дыхание смешалось в маленьком пространстве. Сердце Субина остановилось, пока он онемело смотрел в глаза друга, чувствуя прилив эмоций и неприемлемых мыслей, которых он не мог назвать. Или, скорее, не осмеливался. — Надеюсь, вы сейчас не сексом занимаетесь! Они оба вздрогнули из-за неожиданного вмешательства, щёки окрасились в ярко-красный от смущения. Они поняли, что в общежитие вломился кое-кто, чей голос раздался в комнате подобно грому. Субину захотелось кого-нибудь убить. Кого-нибудь по имени Чхве Бомгю. — Тебе конец! — воскликнул он с горящими глазами. Не менее взволнованный Ёнджун негодующе возразил: — Что? С чего бы нам? — однако протест остался без внимания, пока взгляд Бомгю скользил по их переплетённым телам и красным лицам. Он вскинул брови, безмолвно оценивая картину. Субин мягко спихнул Ёнджуна с себя и вскочил на ноги, уставившись на свою жертву. Бомгю завопил, пытаясь сбежать в ванную. Однако не успел он захлопнуть дверь, как Субин добрался до неё, распахнул и ворвался внутрь, повалив парня на пол. — Ёнджун, спаси! — закричал Бомгю, когда Субин обрушил на него серию щекоточных атак, и вскоре он уже плакал от смеха и умолял друга простить и пощадить его «молодую драгоценную жизнь». — Не-а, ты заслужил, — услышали они довольный крик Ёнджуна из другой комнаты. — Ненавижу тебя! Вас обоих! — проныл Бомгю, распластавшийся на пыльном полу ванной, когда Субин наконец смилостивился. — Вставай в очередь! — засмеялся Ёнджун.

+X+

Он всё ещё не хотел. Субин мялся у двери дома Вио, занеся руку над звонком. Горячий воздух лишь усиливал нервозность, бурлящую в венах. Парень нажал на кнопку и звук словно отдался эхом, знаменуя начало того, что, как боялся Субин, станет концом. Вио открыл почти сразу, будто ждал прямо за дверью. Это напугало Субина настолько, что он чуть не вскрикнул, что было бы очень неловко. На лице Вио читалась буря эмоций: злость, отчаяние и что-то, ужасно напоминающее надежду. Субин сглотнул. — Наконец-то, — напряжённым голосом произнёс Вио. — Я уже решил, что ты передумал. — Почти, — нечаянно признался Субин чересчур честно, заходя внутрь. В горле пересохло. — Но нам нужно поговорить. Дом был точно таким, как он запомнил — тщательно прибранным, однако каждый предмет был выбран с целью впечатлить. Вио закрыл дверь с решительным щелчком и повернулся к нему лицом. — Так что, мы правда будем говорить, или ты просто сбежишь из наших отношений? Он сжал челюсти, и уверенность Субина дрогнула. — Всё не так просто. — Так! Просто скажи, что ты останешься, Субин. Это всё, что мне нужно услышать, — голос Вио дрогнул от безысходности. — Мы всё исправим, что бы то ни было. Я хочу, чтобы ты вернулся. Субин сделал глубокий вдох. И отвёл взгляд. — Я не могу. Он уставился в пол. Очевидно, Вио хотел услышать совсем не это. Его глаза сузились, в голосе появился опасная резкость. — Что, из-за Ёнджуна? Молчание Субина продлилось на мгновение дольше необходимого. — Ну да, так и есть, — Вио подошёл ближе, его дыхание обжигало яростью. — Можешь продолжать дружить с ним, если проблема в этом. Субин покачал головой, пытаясь найти слова, которые успокоили бы сердца их обоих. — Это не… — Вио прервал его, внезапно вскинул руку и дёрнул футболку парня, обнажая плечо. Субин вскрикнул скорее от неожиданности, чем от боли. — Это засос? — ядовито прошипел Вио, уставившись куда-то на его шею. Субин нахмурился. Что? Затем в памяти промелькнуло утреннее шутливое «отвлечение» Ёнджуна. Идиот! Он реально поставил ему засос? Чёртов идиот! Замешательство Субина сменилось осознанием, а затем злостью. На Ёнджуна. На себя. На Вио. — Неважно, — сказал он, пытаясь отстраниться и прикрыть след, однако хватка Вио была железной, и он гневно нажал большим пальцем прямо на синяк. — Для меня важно, — прорычал он. — Мы взяли один маленький перерыв, а ты уже готов с любым… — Хватит, — прервал Субин, чувствуя захлёстывающую ярость и холодный страх. Он ощущал себя загнанным, и с языка отчаявшимся лепетом сорвалось «прости», но Вио был непреклонен. — Это сделал Ёнджун? — когда мозг Субина снова слишком замешкал с ответом, лицо Вио исказилось от гнева. — Всё не так, — слабо и испуганно произнёс Субин, получая в ответ сильный и быстрый толчок. Он врезался в диван и рухнул на пол. — Не могу поверить! Да ты грёбаный изменщик! — выплюнул Вио. — Нет! — громко возразил Субин. Голос сорвался, и он почувствовал жгучие слёзы. Это просто катастрофа. Случилось всё, чего он не хотел. Всё должно было пройти совсем не так. Нужно выбираться прямо сейчас. Парень достал телефон и лихорадочно написал Ёнджуну: «Пожалуйста забери меня, СРОЧНО». — Да! — Вио подошёл ближе, и Субин впервые по-настоящему его испугался. Казалось, комната уменьшалась с каждым грубым словом Вио, брошенном в едком шквале обвинений и обиды. — Ты бесхребетный трус, — презрительно усмехнулся он, лицо исказилось злостью. — Ты врал мне, и ради чего? Чтобы прыгнуть в постель к первому человеку, который окажет тебе чуточку внимания. Ты говорил, вы с Ёнджуном просто друзья! — Мы… агх… мы не… — попытки Субина оправдаться были встречены с ещё большей желчью. — Я не… Это нечестно. Я не врал тебе, ты мне правда нравился, — из-за использования прошедшего времени лицо Вио помрачнело ещё сильнее. — Я просто пытаюсь быть честным со своими чувствами сейчас, — умоляюще произнёс Субин дрожащим голосом. Слова вырывались торопливым потоком. Вио кинул в него подушку, но промахнулся. На пол полетел стакан воды и громко разбился вдребезги. — Честным? — рассмеялся парень холодно и притворно. — Уж не тебе говорить о честности. Ты просто жалкий, лживый… — Нет, пожалуйста, выслушай меня. Дай мне объясниться. Я правда не хотел тебя обидеть, — прервал Субин с колотящимся в груди сердцем. Он увернулся от ещё одной подушки Вио и поднял руки в знак поражения. — Ты просто маленькая марионетка Ёнджуна, разве нет? Его подстилка. Уверен, ты сделаешь всё, что он скажет, — Субин попятился в коридор. — Может, пойдёшь пососёшь его член, как хороший мальчик? Просто как делают «лучшие друзья»? Разве не этим вы занимаетесь? — Нет, — Субин поморщился, — дело не в Ёнджуне… Дело в нас — ты и я — у нас ничего не выйдет, — попытался он объяснить, повышая голос. — Вот в чём причина! Ты пугаешь меня! — Думал, я не замечу? Как ты смотришь на него, постоянно хочешь быть рядом с ним? Это жалко, — Субин сжал кулаки. — Ты пожалеешь об этом. Приползёшь обратно, но я не буду тебя ждать. Телефон Субина завибрировал, своевременное «На месте» от Ёнджуна пронзило повисшее напряжение. И, чёрт, как он добрался так быстро? Он что, ждал где-то неподалёку? Субин поднял взгляд и посмотрел на Вио в последний раз. — Прости, но я сказал всё, что хотел. Не думаю, что есть смысл разговаривать с тобой в таком состоянии. Верь во что хочешь. Я пойму, если ты меня возненавидишь, но не могу изменить свои чувства. Я ухожу. Субин развернулся, однако голос Вио был словно цепь. — Я ещё не закончил, — он вцепился в руку парня тисками. Во внезапном приливе адреналина Субин вырвался из хватки и вывалился за дверь, едва не упав в колючие кусты вдоль садовой дорожки. Он услышал, как Вио последовал за ним. — Оставь меня в покое! — резко выпалил он. Руки Вио очутились на нём мгновенно, грубо и жёстко, схватив за горловину футболки и притягивая ближе с шипением: — Я оставлю тебя тогда, когда захочу, чёрт возьми. Ты мой парень. — Больше нет! — крикнул Субин, пытаясь отцепить чужие пальцы от своей футболки. Напряженную атмосферу прорезал хлопок автомобильной двери. Взгляд Субина был диким, всё тело напряглось, чтобы дать отпор, колено уже нацелилось в чужой пах, но в этот момент в жарком воздухе раздался голос Ёнджуна, резкий и приказывающий. — У тебя ровно три секунды, чтобы отпустить его. Вио рассмеялся и повернулся к парню, ослабив хватку. — О, посмотрите-ка, кто это? Ублюдок собственной персоной. Прежде чем Субин успел среагировать, его оттолкнули назад. Он упал прямо в кусты, оцарапав кожу шипами. — Я думал, мы друзья! — крик Вио был громким, обвиняющим, обиженным. — Как ты мог? Найди себе другую шлюху! Раздался звук удара, болезненный стон. Субин с трудом выбрался из колючих объятий и обнаружил Ёнджуна, возвышающегося над Вио. Тот согнулся на земле, держась за челюсть. — Он не шлюха! И я ничего не делал, ты разрушил всё сам, — голос старшего дрожал от гнева. — Как насчёт того, чтобы соблюдать личные границы? Не пробовал? Он же явно тебя боится. В ответ последовала мрачная усмешка, полная злобы, а затем Вио накинулся на Ёнджуна. Они упали на землю, сцепившись в хаосе рук, ног и ругательств, пытаясь одолеть друг друга. Трава под ними послушно подмялась, и они покатились дальше. И да, такого точно не должно было случиться. — Хватит! — голос Субина сорвался. Он беспомощно топтался рядом, не зная, как разнять их и не пострадать самому. Всё вышло из-под контроля слишком быстро. По ощущениям, прошла целая вечность, когда Ёнджун наконец пригвоздил Вио к земле. Его дыхание было тяжёлым, взгляд ожесточённым. — Я был о тебе лучшего мнения, — прошипел он с явным разочарованием в голосе. — Попробуй просто научиться принимать, что кому-то не нравишься, как нормальный человек, а не толкать их в кусты и угрожать, псих. Что с тобой не так? — Пошёл нахуй! — выплюнул Вио. Субин потянулся и трясущейся рукой схватил ладонь Ёнджуна, заставляя слезть с выдохшегося Вио. Им не стоило терять здесь ни секунды. — Давай просто уйдём, — попросил он дрожащим голосом. Они быстро забрались в машину. Воздух был тяжёлый от напряжения. Когда они уселись, старший повернулся к Субину с тревогой на лице. — Ты в порядке? — спросил он, потянувшись, чтобы осмотреть лёгкие царапины, украшающие его кожу. Субин стряхнул его руку. События тяжёлым узлом завязывались в его груди. — Да, просто едь, — пробормотал он, отказываясь встретиться взглядом с Ёнджуном или оглянуться на Вио, медленно поднимающегося с травы. Шум мотора был единственным звуком, когда они покидали место драки. Младший нервно теребил пальцы рук, сложенных на коленях. Наконец слова начали литься из Субина водопадом, неспособные остановиться. — Он прав, — парень стал лепетать с оттенком сожаления в голосе. — Я должен был сказать Вио раньше. Я должен был… Не знаю, я… Я вроде как и правда изменил, разве нет? Тот парень из клуба — я пошёл к нему домой, пусть ничего и не было. Но это не отменяет того факта, что… что тогда я этого хотел… и даже не из-за Вио… я… — он со стыдом опустил взгляд. — Я всё испортил. Наверное, я заслужил все эти ужасные слова и ненависть. Я был таким эгоистом. Ёнджун продолжал смотреть только на дорогу, но правой рукой нашёл дрожащую ладонь Субина и уверенно, ободряюще обхватил её. — Эй, — мягко сказал он, сжимая руку младшего, чтобы привлечь внимание. — Может, ты и совершил некоторые ошибки, но кто из нас не ошибается? Это не даёт ему права так к тебе относиться. И это не делает тебя плохим человеком, Субин. Ты один из лучших людей, кого я знаю, — голос Ёнджуна был словно целительный бальзам, его касание успокаивало. — Ты не заслужил всё это, вовсе нет. Ты пытался быть честным с Вио, но иногда всё просто… идёт не по плану. Такова жизнь. Но это не определяет тебя. Субина неровно выдохнул. Его голос опустился до шёпота, едва слышного сквозь мягкий шум дороги под ними. — Ты слишком добр ко мне, — пробормотал он, чувствуя, как предательски слезятся глаза. Ёнджун глянул на него. Уличные фонари мягко освещали его встревоженные черты. — Я не пытаюсь быть добрым. Я говорю честно. Ты хороший человек, которому пришлось нелегко из-за трудных решений. Вот и всё, — машина остановилась на красном светофоре, и Ёнджун повернулся к младшему всем телом, продолжая сжимать его ладонь. — Слушай, ты можешь плакать, можешь сожалеть, но простить себя и двигаться дальше — это тоже нормально. Одна предательская слеза скатилась по щеке, и Субин быстро попытался отвлечь внимание. Его голос жалко дрожал, несмотря на попытку пошутить. — Боже, с каких пор ты стал таким мудрым? Подрабатываешь психологом втайне или типа того? Смешок получился неискренним, попытка спрятать свою слабость провалилась. Ёнджун среагировал моментально. Он мягко вытер слезу с щеки парня большим пальцем, и его нежность противоречила дразнящему тону. — Втайне? Умоляю, я всегда был негласным психологом в нашей группе друзей. Просто вы всегда слишком заняты разведением драмы, вот и не замечали, — возразил он с игривой ухмылкой. — Ох, ну да, — шмыгнул Субин, постепенно беря себя в руки. — Видеоигры и рамён в три часа ночи — это просто вершина эмоциональной стабильности. Ёнджун рассмеялся, тепло и искренне. — Именно, всё дело в балансе. Немножко поплакал, немножко посмеялся, а если ничего не помогает — объедаешься рамёном. Младший слабо улыбнулся, его настроение улучшилось. — Я запомню это на следующий раз, когда впаду в экзистенциальный кризис. Пропускаем слёзы, переходим сразу к лапше. — Вот это правильно, — одобрительно кивнул Ёнджун. — И что, мне теперь называть вас «доктор Ёнджун»? — спросил Субин с преувеличенной серьёзностью и огоньком в глазах. — Вы принимаете оплату в виде ночных перекусов или вам больше нравится кофе? Старший ухмыльнулся. — «Доктор Ёнджун» звучит хорошо, да? Насчёт оплаты, я принимаю и то, и другое. Желательно в компании тебя. Субин фыркнул со смесью веселья и притворного раздражения в голосе. — Вообще, если так подумать, то это ты мне должен. Вио бы не взорвался, если бы не увидел твой идиотский засос. Уверенность Ёнджуна внезапно пошатнулась, сменившись застенчивым, почти виноватым видом. — Оу… — начал было он с явным смущением в голосе. Его взгляд быстро метнулся к Субину, затем обратно. — Да, придурок, — надулся младший, хотя уголки его губ дёрнулись, мешая изображать сердитость. — О чём ты только думал? — Ни о чём особо, — Ёнджун снова робко глянул на парня, щёки слегка окрасились красным. — Прости, наверное, я слишком увлёкся, — пожал он плечами. Субин попытался не прожечь взглядом дыру в его лице. Какого чёрта это значит? — Увлёкся? — повторил он с лёгким недоверием. Ёнджун промычал и снова пожал плечами, после чего нажал на кнопку и включил радио. Субин просто фыркнул, не настаивая на ответе. Он позволил себе раствориться в комфортном звучании музыки, стараясь не вдумываться в сказанное другом слишком сильно. Однако не успел он остановить себя, как чересчур искренние слова вырвались наружу. — В следующий раз выбирай хотя бы не такое заметное место. Это неловко, — произнёс он с лёгкой дразнящей интонацией, однако щёки вспыхнули от откровенности, выдающей его напускную небрежность. Глаза Ёнджуна чуть не вылезли из орбит, и Субин нервно усмехнулся, когда их широко раскрытые глаза на мгновение встретились. Прежде чем старший успел произнести связный ответ и спросить, о чём, блять, Субин думает и что несёт, тот выкрутил радио до почти криминального уровня громкости и стал громко подпевать песням с преувеличенной страстью, пытаясь заглушить своё смущение и бешено бьющееся сердце. О, как бы он хотел, чтобы этот следующий раз у них был.

+X+

— Ты вообще пытаешься, Кай? — язвительно спросил Бомгю, не отрывая взгляда от экрана, и мастерски исполнил в игре идеальный манёвр. Комната общежития была гаванью спокойствия. Ранние события вечера уже выцветали, становясь далёким, пусть и неприятным воспоминанием. Бомгю и Кай были увлечены виртуальным сражением. Их пальцы летали по контроллерам с таким рвением, которое можно описать лишь как «не на жизнь, а на смерть». Звуки выстрелов иногда смешивались с их восклицаниями и недовольными стонами. Кай хмыкнул, не отвлекаясь от игры и сохраняя стопроцентную концентрацию: — Я тащу всю команду. Это тебя постоянно подстреливают. Субин растянулся на своей кровати с пачкой печенья в руках и довольно жевал, следя за напряжённым сражением, разворачивающимся на экране. Ёнджун сидел на полу, скрестив ноги, и без особого интереса наблюдал за быстрым ходом игры. Иногда он протягивал руку, чтобы утащить печеньку из запасов Субина, и победно ухмылялся после каждой успешной попытки. Игра закончилась, и все расслабленно откинулись назад. — Значит, Вио реально сделал это, да? — процедил Бомгю сквозь зубы, пытаясь оправиться от позорного поражения. — Чёртов придурок с проблемами с гневом. Кай кивнул и прыгнул на кровать Субина, чтобы украсть печенье. — Да, будь я там, то набросился бы на него как настоящий ниндзя. Он бы не выжил, — он потёр живот Субина, одновременно размазывая крошки по свежевыстиранной футболке и заставляя того застонать. Субин закатил глаза. Несмотря на попытку изобразить раздражение, на губах играла улыбка. — Конечно, Кай. Бомгю вздохнул и сделал глоток пива. — И что, ты подарил своему герою благодарственный поцелуй? — поддразнил он, двусмысленно играя бровями, и парню захотелось исчезнуть в чёрной дыре. Ёнджун засмеялся, а Субин подавился сухими крошками и чуть не выкашлял все лёгкие, пока Кай встревоженно похлопывал его по спине. И снова, как часто бывало, Субин мечтал прикончить Бомгю. Как он мог говорить такие глупости, когда Ёнджун сидел прямо здесь? Когда всё слышал? — Заткнись, бесишь! — наконец выдавил он. Лицо стало на оттенок краснее. — Вообще-то, не подарил, — притворно пожаловался Ёнджун, пытаясь выглядеть обиженным, и скрестил руки на груди, одаривая Субина шутливо-надутым выражением. — Чувствую себя обманутым. Смех эхом отразился от стен общажной комнаты, словно в энергичном теннисном матче. — Ну же, Субин, не заставляй его ждать! — зауговаривал Кай, повиснув на плечах парня живым плащом. — Разве наш доблестный Ёнджун не заслужил свою рыцарскую награду? Субин попытался стряхнуть этот человеческий нарост, однако Кай вцепился с упорством коалы. Субин с раздражением выхватил из его руки недоеденную печеньку и закинул себе в рот, за что заработал слабый удар в живот. Они вступили в недолгую схватку, после чего Кай со смехом признал поражение. Субин был рад, что разговор наконец переключился с него, Ёнджуна и Вио на более повседневные темы. Спустя какое-то время Кай проверил телефон и понял, что уже больше полуночи. Он вскочил в ужасе, завопил что-то похожее на «О боже, мне нужно в общагу», засунул в карман банку колы и вылетел из комнаты. Ёнджун потянулся, давая понять, что ему тоже пора уходить. — Я к Тэхёну. Не веселитесь без меня, — он подмигнул Субину и встал. Сердце Субина отреагировало маленьким глупым кувырком, однако он притворился спокойным. — Чем нам ещё тогда заниматься, — саркастично ответил он. Ёнджун усмехнулся, надел обувь и куртку и вышел из комнаты. Младший помедлил мгновение, а затем последовал за ним в коридор. Ёнджун уже ждал его, с ухмылкой прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Усталый, довольный, милый. Внезапно Субин забыл, что хотел сказать. В голове стало пусто. Флуоресцентные лампы над ними отбрасывали мягкий свет. Синие волосы Ёнджуна мерцали словно кусочек полуночного неба, таким глубоким и насыщенным цветом даже в приглушённом освещении. Его красивая кожа сияла естественной теплотой под мягким светом коридорных ламп. Взгляд Субина непроизвольно опустился ниже к ухмыляющимся губам, пухлым и манящим. Нежно-розовый оттенок так и просил о поцелуе. Завороженный неземной красотой Ёнджуна, Субин невольно почувствовал быстро разливающееся внутри тепло. Однако не успел он подумать об этом, как сразу же захотел дать себе пощёчину за подобные мысли в такой момент. Стоя в коридоре с колотящимся сердцем, Субин ощущал сильную нервозность, пронизывающую насквозь. Ёнджун с удивлением и любопытством наблюдал за тем, как он пытается подобрать слова. — О чём думаешь? — его голос был лёгким и дразнящим, и Субин немного смутился под его взглядом. Собрав всю свою смелость, он глубоко вдохнул, но слова, кажется, покинули его, и парню удалось выдавить лишь неловкое глупое: — Э-э… — он почувствовал, как потеют ладони. Ёнджун ухмыльнулся ещё шире. — Не нужно формальностей, Бинни, — сказал он. — Просто выкладывай. Младший закатил глаза. — Хён! Затем, во внезапном приливе храбрости, отрицающем любые аргументы и логику, мозг Субина решил: «плевать». Парень потянулся и обхватил лицо Ёнджуна двумя руками. Сердце выпрыгивало из груди, когда он в безрассудном порыве наклонился вперёд, намереваясь оставить быстрый, шутливый благодарственный поцелуй на щеке старшего. Но Субин был неуклюжим, а уставшие и дрожащие руки заставили его неправильно рассчитать угол. Вместо щеки, он в коротком случайном поцелуе коснулся губами уголка рта Ёнджуна. Казалось, время заморозилось. Полностью уничтоженный, Субин в ужасе распахнул глаза, осознавая свою ошибку, и на него обрушился поток воспоминаний о подростковом поцелуе. Он почувствовал, как замер Ёнджун в его руках. Глаза старшего удивлённо расширились от неожиданного прикосновения. О боже. Пульс Субина колотился прерывисто, отдаваясь барабанным боем в ушах и перекрывая все другие звуки, кроме оглушительного рёва самобичевания. Ему хотелось исчезнуть в небытие, раствориться в воздухе и сбежать от удушающей тяжести своего страха и волнения. — Держи свой дурацкий благодарственный поцелуй, — нервно и торопливо выпалил Субин, пытаясь скрыть свою ошибку и взорвавшийся пульс. Его тревога слегка улеглась, когда он заметил смущённую реакцию Ёнджуна. Это было бесценно. Щёки парня окрасило тёмно-красным, и он запнулся на мгновение, не находя слов, открывая и закрывая рот, словно рыбка на суше. Он выглядел по-глупому шокированно. По-глупому смешно. По-глупому мило. Субин не сдержался и нервно хихикнул, звук вырвался откуда-то из глубины. Он не мог не умилиться поражённому выражению лица старшего — редкое зрелище за маской самоуверенности, которую обычно носил Ёнджун. Но затем Ёнджун с нервным смешком вернул самообладание так же быстро, как попал врасплох. Он ухмыльнулся, по-прежнему заметно краснея, мягко сжал щеку Субина и поддразнил: — В следующий раз целься лучше, Бинни! — и тут же развернулся на пятках и умчался, прокричав напоследок: — Спокойной ночки! Субин неверяще раскрыл рот, оставшись на месте. Сердце стучало, щёки всё ещё горели, и он наблюдал за удаляющейся фигурой Ёнджуна с тёплым нежным чувством в груди. Он улыбнулся. А затем осознал слова старшего. На парня обрушился хаос, ведь… … куда именно Ёнджун хотел, чтобы он целился?