Свиалор. Откровения

      — Честер сегодня сжег корягу возле дома Старого Хола, — жалуется девочка, поливая цветы в небольших горшочках, пока женщина нарезает морковь. Та оборачивается через плечо, смотря мягко-мягко, и спрашивает:       — И зачем он это сделал?       Джейд пожимает плечами. Она выливает остатки воды из жестяной чашки в окно — во двор — и ставит ее обратно в шкаф, поворачиваясь к маме. Маленькие колокольчики, развешанные под потолком, слабо позвякивают из-за легкого теплого сквозняка. Они повесили их ко дню рождения Джейд, но так и не сняли — мама говорит, что звук колокольчиков успокаивает взбушевавшееся сердце.       Девочка разворачивает стул так, чтобы сидеть к маме лицом, и осторожно присаживается, как подобает леди — как учила госпожа Адори из четвертого дома, после того случая, когда Джейд помогла ей залечить свежий порез на пальце.       — У него ведь вчера день рождения был, — говорит девочка, поднимая обе ноги на сидушку — извините, госпожа Адори, быть леди совершенно неудобно. — Хотел похвастаться магией и перестарался.       Дома пахнет цветами, которые им передала бабушка перед тем, как уйти на покой. Пахнет свежеиспеченным хлебом и совсем слабо лекарствами. Утром мама готовила снадобье для сына госпожи Адори, а запах так и не выветрился.       Джейд старается звучать непринужденно, так, будто ее совсем ничего не задевает и не разочаровывает, но от мамы тяжело что-либо утаить. Женщина откладывает нож в сторону и отправляет нарезанную морковь в воду, а после поворачивается к дочери.       На ее лице нежная, немного грустная улыбка. Джейд сглатывает, пытаясь побороть быстро нарастающий ком в горле, ведь она не должна плакать. Все хорошо. У каждого из них свое предназначение в жизни, и не стоит расстраиваться из-за того, что твоя линия судьбы имеет несколько лишних петель. Глаза пощипывает от накатывающих слез. Джейд снова громко сглатывает.       — Солнышко… — тянет мама, мгновенно подмечая все признаки расстройства. Она вытирает ладони о фартук и подходит, присаживаясь напротив девочки. В ее светло-зеленом взгляде есть все: и сожаление — с ноткой печали, и сочувствие, и извинение, и Джейд понимает, что мама не должна так выглядеть.       Не должна винить себя за то, кем она родилась. Кем родилась Джейд.       Девочка стирает первую слезу рукавом, но сразу же за ней следует вторая, а после и третья неконтролируемым потоком. Ей просто по-глупому обидно, что остальные сильнее, выше, способнее.       — Твоя магия — сокровище, — шепчет мама доверительно, обнимая Джейд. Она неудобно притягивает дочь к себе, но девочка не пытается отстраниться — она хватается за маму крепко, сжимая в своих слабых детских объятиях. — Ни второму, ни третьему, ни четвертому уровню недоступно умение исцелять других, — быстро шепчет мама, зачесывая ее длинную русую прядь за ухо.       Она отстраняется, чтобы взглянуть на дочь. Заплаканное лицо Джейд раскраснелось, а соленые дорожки от слез неприятно пощипывают. Девочка вновь вытирает щеки рукавами рубахи, совсем не желая, чтобы мама видела ее такой. Она ведь всегда старалась быть сильной, старалась оберегать маму, защищать от бродячих собак и льстивых лицемерных голосов.       — Они никогда не обучатся магии целительства, — говорит женщина, снова убирая то и дело стремящуюся выскользнуть из-за уха прядку. Она поднимается на ноги, снимает ленту с собственных волос и обходит девочку, останавливаясь у нее за спиной. — Ты же всегда можешь научиться сражаться.       Чуть огрубевшими пальцами — из-за постоянной работы по дому — мама прочесывает волосы дочери. Она начинает плести одну из тех сложных кос, какие всегда делает Джейд перед сном, отчего волосы с утра идут волнами. Приятно.       — Ты можешь быть воином, Джейд, солдатом, — напоминает мама, осторожно создавая сложный рисунок косы. Слезы больше не текут, но девочка постоянно шмыгает носом, стараясь делать это как можно реже и тише, чтобы не расстраивать маму снова. — Если тебе этого хочется, — уточняет женщина. — В любое время можешь научиться защищать других с помощью меча, но магия целительства — помощи уже раненным, всегда будет тебе доступна.       — Разве смогут меня где-то научить сражаться?.. — спрашивает девочка отрешенно, рассматривая свои пыльные ботиночки. Она безостановочно перебирает пальцами, внимательно слушая мамин голос. — Я маленькая и слабая…       Так сказал Честер утром. Так сказал Реджи, когда она, сосредоточившись, медленно затягивала их маленькие ожоги.       — Конечно смогут. — Женщина наклоняется вперед, заглядывая в глаза дочери. — Ты можешь стать солдатом, когда вырастешь, но только если будешь хорошим целителем.       Ловкие пальцы доплетают косу под заглушенные голоса с улицы. Мама подвязывает ее лентой, делая красивый бантик, и аккуратно перебрасывает вперед — чтобы Джейд могла полюбоваться ее трудами.       — Ты рождена помогать другим, — говорит мама, возвращаясь к печи.       Джейд поднимает на нее взгляд, пытаясь найти хоть какой-то намек на ложь, на то, что мама просто пытается утешить ее. Но в глазах зеленых — точно таких же, как и у нее — плещется искренность.       — Но как именно — можешь выбрать сама. Другим же это недоступно.

***

      Джейд делает глубокий вдох, чуть присаживается и на выдохе поднимает увесистую башенку из книг. Руки начинают болеть сразу же, но она сможет это как-нибудь пережить. Нельзя научиться держать меч уверенно, когда не можешь поднять его без лишних усилий.       — Всевышний, Джейд! — восклицает Шин, подбегая к ней. Девушка разворачивается полубоком, закрывая книги собой. — Зачем ты эту тяжесть таскаешь? Давай помогу.       Он тянет к ней руки.       Джейд не хочет обижать Шина.       Он добрый, смешной и очень отзывчивый.       Но иначе, наверное, просто не выйдет — парень всегда реагирует эмоционально.       — Не нужно, — говорит Джейд, стараясь звучать как можно мягче. Он ее задерживает, и это раздражает. Руки ноют нещадно. — Я сама справлюсь.       — Ну зачем же ты… — Шин делает еще один шаг к ней, все еще пытаясь отобрать хотя бы часть книг, но Джейд отворачивается уже полностью. И просто…       …убегает.

***

      В инвентарной пыльно и пахнет старостью, что неудивительно — вряд ли ее открывали хотя бы раз в месяц прошлые выпуски резервистов. Джейд вдыхает этот запах полной грудью, с живым интересом рассматривая лежащее и висящее на стене оружие. Некоторые мечи стоят в специальных подставках на полу — к ним-то она и подходит.       Морт — их капитан, кажется, испытывающий к отряду лишь раздражение и презрение, магией ведь практически не пользуется. Джейд видела его, выходящего из Леса с каким-то длинным оружием в руке, а после и Миата рассказала, что Морт истреблял нечисть именно этой махиной.       Ей не хватило смелости спросить, что же это за чудесное орудие.       Когда-нибудь, возможно, и подвернется случай, а пока Джейд придется справляться в одиночку.       У нее получится. Она обязательно сможет стать по-настоящему полезной.

***

      Она не брала оружие в руки больше полугода. Движения кажутся неловкими и скованными, эфес быстро натирает мозоли на ладони, но это не так больно, как одна простая мысль — она не справилась. Не выдержала давления мысли, что нужно тренироваться ежедневно, чтобы достичь хотя бы чего-то. Не удержала тяжелый меч в руке. Не дала родителям повод гордиться ее успехами.       Джейд провалилась в прошлый раз, но это не страшно. Спустя полгода она может попробовать снова. Попытается не напоминать себе, что это уже шестая попытка. Что оружие Морта — священная глефа. Что Еарес назвал ее попытки — бесполезной затеей, из-за чего они поссорились на прошлой неделе. И вряд ли Джейд вообще сможет простить его.       «Целитель должен исцелять, Джейд, а не порочить себя порезами да мозолями. Не страдай дурью и просто иди ко мне…»       Она постарается сфокусироваться лишь на себе, своей силе и мечу в ладони. Пусть остальные считают все это глупостью, пусть шутят и смеются — Джейд это не волнует. Она достойна быть кем-то большим. Она сможет добиться этого.       Сможет доказать остальным, что целители — не расходный материал на поле боя, беспрестанно затягивающий царапины где-то в шатре до потери сознания. Что уровень магии не определяет ее полностью, вынуждая оставаться в тени с другими хилыми целителями, беспрестанно заливающими в себя концентраты, лишь бы выдержать очередную волну раненых.       Она может быть солдатом — воином — и докажет это.

***

      Джейд осторожно пробирается сквозь деревья и кустарники, стараясь издавать как можно меньше шума. Она слышит свист, создаваемый взмахом оружия, точно зная, кто скрывается на дальней площадке тренировочного поля.       Она приходила сюда на протяжении недели, но каждый раз не решалась приблизиться, хотя они давно не думают друг о друге, как о незнакомцах. Морт — недостижимая вершина, даже если это и кажется глупым каламбуром. Техничный, талантливый капитан. Отстраненный, но отзывчивый. Прямолинейный Морт, к которому она вновь боится подойти, чтобы спросить название оружия в его руке.       Джейд вздыхает, прикрывая глаза, и останавливается на месте, игнорируя впивающуюся в бок ветку. Она мысленно убеждает себя сделать еще один шаг вперед, а за ним и второй, третий — в будущее, которое она упрямо пыталась построить семь лет, грея себя такими далекими, но родными словами.       Она справится, так ведь? Преодолеет все преграды и станет полезной в той степени, в которой хотелось — до жжения в руках, до мозолей на пальцах и ноющей боли в плечах и локтях.       Джейд тихо выдыхает, делает уверенный шаг вперед и замирает сразу же, когда свист на площадке затихает.       — Покажись, — строго требует капитан. Джейд вздрагивает, чувствуя, как краснеет с головы до пят. Мгновением раньше вся эта ситуация не казалось ей странной, но сейчас…       Как объяснить Морту, что она подсматривала исподтишка с благими намерениями?       Джейд, смущенная до невозможного, пробирается через заросли, выходя к капитану. Она тяжело вздыхает и разглядывает каменный пол площадки, чувствуя непреодолимую неловкость.       — Что ты тут делаешь? — спрашивает Морт недоуменно.       — Это неловко, но… можно потренироваться с тобой?       Сердце пропускает несколько ударов из-за иррационального страха, охватившего Джейд целиком. А после капитан отводит ее в оружейную и дает наконец-то подходящий меч, начиная учить с самого начала.       И она совершенно не понимает, почему не спросила раньше — почему упустила так много времени, полагаясь лишь на собственные силы и стремление.       Морт обучает ее, подбадривает и хвалит каждый раз, когда Джейд добивается результата. Когда она справляется, двигаясь к своей цели уверенными шагами.       Она знает, что капитан всегда прикроет ей спину на этом сложном и долгом пути.