Попадалово.

      Я продолжила инструктаж своих бойцов.       — Приготовьте луки со стрелами и печати с дальнобойными стихийными атаками. С массовыми атаками против лавины мелких монстров, если вас окружат, вы должны послать сигнал о помощи и продержаться до её прихода. Здесь от школы восемь часов лёта на мече. Оставьте пару сигналов на вечер, с пика в темноте сигнал будет далеко виден, не тратьте все сигналки сразу. Блин, где мой ящик с песком? Зря я его с собой не взял! Придётся в городе покупать.       — Вы собираетесь спускаться в город за покупками?       — Да, конечно, пятый отряд вместе со мной пойдёт в город делать покупки. Надо выкупить как можно больше демонических накопителей и товаров, чтобы уменьшить демонический фон в городе, а потом освободим узников и одарённых рабов. Они тоже могут быть накопителями для демонов и призывателей.       — Мы ищем похищенных детей и учеников из нашего клана. Мы пойдём с вами. Сами мы их не нашли, мы обращались к стражникам, но они сказали, что ничего не знают, и никаких следов нет.       — Зря обращались. Вы же знаете, что стража заодно с преступниками. С такими серьёзными рожами не получится никого найти. От вас их просто прячут. Скорее всего, усыпили, держат в клетках, кандалах, под шкурами монстров. Нам нужно, чтобы кто-то заискивал, улыбался, водил меня по разным злачным местам, но вы с этим не справитесь, у меня есть свой человек для этого. А ваших людей мы как бы случайно отыщем и с удивлёнными рожами вытащим, заодно и других освободим. Отправим их на наше старое место стоянки в барьер, там же отсеются подселенцы и подсадные демонические утки. А мы вас с высоты прикроем. Выводите своих людей из города, оставаться там будет опасно, я не гарантирую их жизнь и свободу. Мы можем спасти одних и потерять других. Пусть идут к нам, нам нужен каждый человек.       — И вы что, свергните посланника императора?       — Нет конечно. Мы закончим кольцо барьера вокруг города, активируем барьер и врубим на гуцине песнь очищения. Тут быстро все на чистую воду выйдут.       — Они уничтожат всех местных жителей.       — На эта есть песнь благословения и восходящая медитация. Проросший духовный бамбук. Можно и усыпить всех, а потом долго разбираться, кто что заслужил, но у меня, если честно, на это времени нет. Всё будет сделано за два дня, максимум — три. Вернёте наших парней обратно, догоните нас по дороге и возьмёте полный контроль над городом.       — Сейчас мало кто умеет эту медитацию совершать.       — Вы что, тоже потеряли все свои навыки?       — Нет конечно, на них только и держимся. Без них нас бы давно уже сожрали.       — А как же город?       — Город живёт от контрабанды, отрежем контрабанду и он умрёт. Возглавите контрабанду, рано или поздно к вам подъедут переправить демонам бездомных детишек, а под шумок и неугодных заклинателей. Надо держать руку на пульсе, но не передавливать. К тому же, у вас нет силы против армии императора. Вы видели главу стражи? Он одержим жадностью: сколько ему не дай, он будет хотеть больше. Тут надо действовать тоньше.       — А вы не могли бы провести обряд очищения у нас на пике клана?       — Могу, конечно.       — Как же вы это сделаете, если не поедете с нами?       — Встану на меч, через полчаса у вас, пару часов у вас и полчаса обратно.       — У нас здесь повышенный демонический фон. Не полетаешь.       — Восстановим барьеры на дороге, и можно будет летать над ней.       — Черт! Простите, туплю. Это решает много вопросов!       — Да. Ребята тащат в телеге что-то очень важное для вас, а мне необязательно тащить к вам все свои повозки.       — Это точно. Хорошо. Как вы представляете поход в город?       — Первый этап: незаметно под скрытом просто выкупаем камни. Второй этап: в полном наряде изображаем из себя белых и пушистых, тупых овечек. И с полным непониманием в глазах освобождаем одарённых детей и ваших родственников. Быстро выводим их из города. Очищаем от подселенцев и переправляем всех ваших и не ваших к вам. Берёте всех, кого можете взять, и вас из-за них не вырежут. Хотя, вас всё равно рано или поздно вырежут всех, потому что вы мешаете демонам завоевать этот мир, поэтому берите всех, не разбирая, и воспитывайте воинов, а мы вас поддержим.       — Кто это «мы»?       — Лично я — глава Цинцзин, Шэнь Цинцю. У меня личная просьба от старика Дешена приехать к вам и похоронить его у вас.       — Езжай с нами, там тебе помогут с тату, — влез в разговор Ли Цян.       — Старику не понравится, если вы будете лезть в его работу. Хотите, чтобы он меня прогнал?       — Дешен может.       — У вас были какие-то вопросы к нам?       — Сделаем дело, потом развлечения. Переодеваемся и делимся на отряды.       Я сняла внешние одежды пика, надела чёрные сапоги, черную мужскую юбку, красное ципао, наверх черную куртку с узкими рукавами, потом кожаную клёпаную безрукавку. Нацепила все обереги, что у меня были. Повесила плеть, меч. Убрала все волосы в кичку, заколола купленной недавно заколкой. Наложила иллюзию на глаза, включила небольшой отвод глаз и вышла из повозки.       Со мной были Мин Фань и Ло Бинхэ. Все ребята со мной не просто переоделись, они имели двойной комплект одежды. Мы уже такое делали при поимке демона. Сейчас были другие приоритеты. Первое: безопасность дороги от школы до клана. Второе: снизить демонический фон в городе. И третье: спасти пленников.       Я изображал богатого путешественника, Мин Фань изображал учтивого слугу, который приглашал меня в разные лавки, производил много шума и отвлекал внимание на себя. Местные заклинатели изображали нашу мускулистую, злую и тупую охрану, которая понимает только короткие приказы хозяина. Шесть человек. Самые высокие и молчаливые, бритоголовые «шкафы». Была и ещё одна, шестая команда. Туда входили молодые, юркие и без башни, под руководством Ло Бинхэ.       — Ло Бинхэ, твоя задача на этом задании — разведка. Всё замечаем, всё подмечаем и никого не убиваем. Надо найти все места, где под стражей содержатся одарённые люди и заклинатели, в бой не выступаем, никого не освобождаем, нашли, сообщили, ждёте нас, мы подойдём, будете работать вместе с нами. Если будет очень нужно, ставите барьер и ждёте нас. Если ты заметил демона, отметь про себя, но ничего не делай, если он тебе не мешает. Пусть живёт дальше, у нас другое задание. У нас четыре места, дели своих ребят на четыре команды, но так, чтобы в каждой был тот, с кем ты можешь связаться: барьерщик, лучник и мечник.       — У нас четыре места, но я могу поделить только по трое человек.       — Значит, кто-то должен уметь делать сразу две вещи.       — Я вас понял, учитель, будет сделано.       Ло Бинхэ поклонился мне и побежал к своим ребятам.       У него самое лучшее зрение на разные типы энергии, даже лучше, чем у меня. У меня более универсальное зрение, а у него просто чуйка, как у зверя. Он пленных вычислил не по их светлым аурам, а по эманациям страха и безысходности. Таких мест было четыре, а их в команде — всего двенадцать, по трое на каждое место. Они должны были проверить, кто где содержится и дождаться нас. У него была связь со всеми своими и со мной напрямую. Всё-таки, игра «Немцы-партизаны» рулит! Мои знали, что делать, мы уже по пути многие ситуации обговаривали, поэтому у нас был свой шифр. Дети — цветы, потому что дети это цветы жизни. Женщины — ягодки, потому что двадцать пять и сорок пять — баба ягодка опять, мужчины — редиска, потому что у них между ног корешок болтается. Плохие люди — перцы, а заклинатели — женьшень, потому что полезный для культивации корешок.       Мы заходили почти во все лавки по дороге. Просто посмотреть или что-то купить. Я накупила разных отрезов шёлка, цветных шёлковые ниток, бечёвок. Проходя мимо, скупила кучу саженцев цветов, плодовых кустиков и деревьев, четыре демонические магнолии в горшках с землёй из демонической земли. Удалось опустошить пару лавок с фонящей демонической щебёнкой, которую у нас после очищения называют духовными камнями. Мы спорили с хозяевами до брызжущей слюны, но сбивали цену беспощадно.       Ну вот мне сообщали:       «Вижу два женьшеня в ящике и пять молодых ягодок в корзине».       «У нас тут куча Цветочков».       «Понятно, принял».       Зашли в лавку, где было всё для каллиграфии. И там действительно было просто всё. Закупилась всем по мелочи.       — Господину надо что-то особенное? — спросил хозяин лавки.       — Мне нужен ящик с песком для каллиграфии из красного дерева с крышкой.       — Простите этого ничтожного владельца, зачем вам нужна крышка для того ящика?       — Я хочу брать его в путешествия. Крышка нужна, чтобы песок случайно не рассыпался при переездах.       — У этого продавца есть целая комната с ящиками, некоторые есть с крышкой.       — Хорошо, показывайте.       — К сожалению, они в другой лавке, я с удовольствием вас туда провожу.       Это было как-то подозрительно.       — Покажите, что у вас есть на месте, мне ещё постоялый двор искать.       — Хотите, я отправлю все ваши покупки туда?       — Нет, мы пока не знаем, где остановимся, поэтому все покупки мы заберём сразу. К тому же, я вижу у вас пару ящиков и хотел бы посмотреть те, что есть у вас, — продавец заволновался, у него забегали глазки, — а потом уже сходим в другое место.       Продавец успокоился, обрадовался, что я согласен с ним куда-то пойти.       — Да, конечно. Прошу, проходите.       Мы зашли за ширму и увидели кучу ящиков с песком для каллиграфии разной высоты, глубины, размера, дерева, окраса. И куда он нас хотел вести, когда у него здесь всё есть на месте?       «Учитель, нас засекли! Окружают! Что делать?»       «Дождитесь концентрации стражи на месте двора, накройте барьером и усыпите, всех разоружить и связать».       Мне понравился один очень удобный ящик на ножках со светлым цветом древесины. Очень удобный для моего роста, чтобы писать стоя. И тут я увидела пару ящиков из красного дерева. Один низенький, на кривых маленьких ножках, на котором хорошо писать сидя, и ещё один маленький, компактный, из красного дерева с крышкой. Очень удобный, но с одним недостатком. Он был весь покрыт барельефами.       — Я хочу вот эти три.       — Вы уверены?       — Да, они мне абсолютно подходят. Один для письма стоя, другой для сидячего положения, а третий можно взять в поездку.       — Как же вы их заберёте?       — У моего слуги есть цянькунь. Сколько будут стоить все наши покупки?       И он загнул цену втрое больше.       — Мин Фань, мне кажется, что цены подняты в три раза.       — В четыре, мой господин.       — Этот ящик покрыт изысканными барельефами.       — Это его недостаток. Будет трудно песок убирать. Я хочу его, потому что он маленький и у него есть крышка.       — Тогда мы его не берём. Сколько будет всё стоить без него? Может быть, в другом месте будет ящик с крышкой, но попроще.       Цена уже была вдвое меньше.       И мы начали сбивать цену. Уже заплатили, но ко мне подошёл мой «охранник» и сказал на ушко, что этот ящик очень ценный и мне лучше его купить, потому что я нигде такого второго не найду.       — Сколько стоит тот третий ящик? Возьму в качестве подарка отцу.       Цена уже была пониже, и я взяла, не торгуясь, и быстро выскочила из лавки, сославшись на срочную потребность сходить в туалет. У меня было чувство, словно время утекает сквозь пальцы, как вода.       — Нас, по-моему, уже окружают.       — Ничего страшного, без паники, осталась ещё пара мест. Как только другие доделают свою работу, мы сможем их атаковать. Двое, передвигайтесь к детям, им нужна помощь.       — Мы не можем отойти от вас, нас тут же повяжут.       — Хорошо, прикрывайте нашу спину.       — Это ловушка.       — Я вижу. Заглянем сюда в последнюю очередь, проходим мимо. Давайте-ка завернём за угол и спрячемся.       Мы сидели тихо, как мыши. Пока в переулок не вбежало двое запыхавшихся парней и те стали оглядываться по сторонам.       — Где они?       — Здесь тупик, тут некуда деться.       Я подождала немного, вдруг ещё кто-то прибежит, и когда никто к ним не присоединился, вырубила их двумя камешками, та же техника, что лепестки сливы, но без лепестков (намёк на самурая с мечом и без). Мы быстренько оттащили их. Я положила им руки на лоб и быстренько прочитала верхние слои.       — Они нас смогли немного подслушать.       Я посыпала им на нос немного усыпляющего порошочка. Это надолго, часов на восемь. Пусть отдохнут, набегались ведь, устали. Мы их припрятали.       — Теперь что?       — Вынимаем своих, прятаться и переодеваться нет смысла. Активируйте все свои защитные печати. Дети не отвечают, это не очень хорошо.       Мы надели маски. Во-первых, там фильтр на воздух, стёкла защищают глаза, и лицо поцарапать нельзя. А поверху иллюзия лица усыплённого парня, у которого я покопалась в мозгах.       «Ло Бинхэ, как у вас дела?»       «Нас тут зажали, вы скоро?»       «Мы уже идём. Где можно безопасно вынуть кого-то?»       «С детьми много возни, среди взрослых подсадные, заклинатели вырублены и в кандалах».       «Вас во всех местах засекли?»       «Нет, в двух, где одарённые дети и заклинатели, в других местах просто люди.»       «Мы на подходе, скоро будем».       Одно место оказалось просто тюрьмой, но в её подвале держали пару десятков заклинателей. Во втором месте были просто местные рабы, которых, скорее всего, отправят к демонам на убой. Было место, где были одни дети, а было место, где готовили караван к отправке, и там как раз грузом в клетках шли дети заклинателей и их ученики. Похитители их, опоили и сковали, накрыли шкурами и заперли в клетках. Нашим пришлось вырубить весь караванный двор и накрыть барьером, но их уже окружили местные войска. Жаль, кладбище их не отвлекло! Скорее, оно больше отвлекло нас.       Но у мистера Фикса всегда есть запасной план!       Я взяла палочку и стала рисовать примерный план местности. Если в Европе улицы это лучи, идущие к церкви, то у китайцев все города квадратные, поэтому нам не трудно будет их окружить по кварталам и поставить барьерные камни.       — Нас восемь, каждый возьмёт барьерный камень, активирует, и мы накроем их всех куполом и усыпим. А потом обдерём до нитки, оставим голышом в прямом смысле. И запрём в помещениях в кандалах, а сами вывезем караван, проедем как раз мимо детей, посадим их в повозки и увезём под барьер. Замкнём барьер вокруг города и потом будем решать, что дальше делать.       — А как же заклинатели?       — Вывезем повозки, подумаем и про заклинателей. Они тоже неизвестно в каком состоянии. Своими именами и титулами не светим. Мы тут порядочных граждан грабим, между прочим.       — Ну да, ну да.       — Их бы тоже в повозки загрузить, но они могут быть в явном неадеквате и с подселенцами. Так что пока песнь очищения и освобождения, не проиграем, даже разговаривать с ними не будем.       — А где мы барьерные камни найдём?       — Да любой булыжник рядом или столб. Вот вам печати.       И я раздала барьерные печати. Не воины, а дети. Всё им дай, всё им расскажи. Ну ничего, мы их научим играть в «Немцев и партизан»! У нас получилось, как в игре в го: окружаешь чужую армию и забираешь фишки противника. Тут получилось, что они окружили наши фишки, потом мы их, после они опять наши, теперь мы опять их. Но мы сами заперты в их городе и в тоже время мы его окружаем барьером. Прям матрёшка получилась!       Мы без труда зашли в спины тем войскам, что окружили наших ребят и врубили свой барьер, я накрыла его с расчётом, чтобы мы оказались внутри.       «Бинхэ, готовь повозки к выезду, мы скоро будем».       «Слушаюсь, учитель».       Военные сначала запаниковали, когда увидели, как их накрывал барьер, но когда они осознали, что нас мало, и мы заперты вместе с ними, они воспряли духом, стали насмехаться над нами и даже угрожать.       Пока они реагировали на то, что происходит, я копила энергию. Откуда мне её было брать? Конечно, из окружающей среды. Это была демоническая энергия. Я ей не давала проникать внутрь себя, а формировала шар этой тёмной энергии в руке.       — Да вы ещё те придурки, сами попали в свою ловушку. Мы с вами быстро расправимся!       — Знаете, что у меня? Это демоническая энергия, и если я вас ей ударю, то вам останется жить всего полгода. Вы будете долго и мучительно умирать всё это время.       Пока я болтала, я формировала много малюсеньких печатей усыпления, чтобы их на всех врагов хватило. За своих не боялась, у них надёжные барьеры.       — Э-эй, ты что делаешь, не надо так!       Я сконцентрировала шар тьмы и кинула его вдоль образованного коридора между барьерами. Энергия держалась в виде шара, но как только её перестали контролировать, стала тут же распадаться. Чтобы энергетический шар держал форму, нужен мысленный конструктор. В этом шаре тоже такой был, но их было много и они были мелкие. Это было медицинское усыпление. Поскольку вся сила уходила на её исполнение, то на повреждение органов энергии уже не оставалось, так что их здоровье не очень пострадает, в отличии от гордости. Хотя да. Гуань с заколкой и нижнее бельё надо оставить. Но всё равно придётся снять, чтобы переодеть заключённых. Позор на всю жизнь и месть до смерти. Может, не сеять такое в свою карму? Хорошо, не буду. Сохраним приличия, пожалеем мужиков и тех, кто их найдёт и будет освобождать. Мы их связали, сложили в помещении штабелями и только тогда пошли к детям. Наши парни переоделись в стражников, только появилась проблема из-за лысых голов.       «Ло Бинхэ, повозки и те, кто в них, готовы?»       «Да, учитель, мы сделали всё, как вы сказали».       «Хорошо, снимай барьер».       Когда барьер был снят, взрослые ломанулись к повозкам и, естественно, напугали детей, потому что не подумали о том, как они выглядят. Хорошо, что лысые головы убедили пленников, что это «наши». Сколько было визгов и слёз! Брутальные мачо тоже расклеились, они бросились обнимать друг друга.