Попадалово.

      Наше возвращение домой было долгой дорогой в дюнах*. За это время на пике накопилась куча неотложных дел.       Интересно, кто ими всеми занимался, когда у главы Шэнь Цинцю то понос, то золотуха? Ах да! Был же его учитель, бывший глава, который всем, наверное, и руководил за его спиной. И сколько времени этого руководителя уже не было? Где-то года три. Но тут такое запустение, как будто никого не было лет двадцать. Хотя здесь всё очень быстро растёт, может быть, построено из недуховных материалов? Надо посмотреть, что тут вообще происходило, а то набегут строители, и все следы смажутся.       Я села в медитацию, разогнала ци по малому кругу, потом по большому, выплеснула свою ци в окружающую среду, после сделала большой круг вокруг и завернула на себе, как когда делала с огнём. Только там был мини круг, где основной энергетический поток проходил через меня, а тут большой, где я всего лишь малая точка на круге вращения огромного количества энергии. Поначалу было сложновато, но поскольку я уже медитировала здесь вчера, мои каналы привыкли к здешнему фону ци. Да и с большими объёмами я уже работала в дороге, ну и информацию с местности я уже считывала, так что это было уже не в первый раз, когда я таким занимаюсь. Нужно в голове иметь примерную схему того, чем занимаешься, и поставить себе ограничение на времени пребывания, иначе можешь застрять в такой медитации на всю оставшуюся жизнь и не заметить, как помрёшь. Поэтому я села так, чтобы тень от валуна накрыла бы меня через час-полтора, и я буду знать, что всё.       «Система, поднимешь меня из медитации через полтора часа».        «Я что вам, будильник, пользователь?»       «Да».       Система опять пиликнула.       Ничего, ничего, я ей уже давно не пользовалась, слишком та расслабилась.       Я чувствовала, что я радиоприемник, через который проходит электричество довольно сильным тягучим потоком и невесомые радиоволны, которые несли с собой информацию. Только эти радиоволны несли с собой не звук, а картинку, хотя и на звук их настроить было недолго. Мои закрытые глаза видели картинку местности: как мимо пробегают какие-то люди, строится купальня, в ней собираются люди, летают птицы попить воды и покупаться на мелководье пруда и лужах после дождя. Жизнь проносилась мимо, я её не останавливала, как Фауст. Остановишь, и мозги взорвутся от избытка информации, только пропускать через себя, ни на чем не зацикливаться. Можно увеличить картинку, уменьшить, сделать вид сверху, с разных углов. Я хотела просмотреть только пару десятков последних лет, но так получилось, что копнула глубже. Ничего страшного, я же глава пика, мне бы эта информация всё равно бы прилетела, когда я включилась бы в работу всего барьерного комплекса. Мне же барьер всё равно посылал какую-то информацию того, что на пике происходит. Сейчас, когда барьер в намного лучшем состоянии, эта информация не вышибает мне мозги.       Информации отсюда было немного. Главы Цинцзин использовали это место для медитации. Лет двести назад здесь построили купальню, и здесь собирались старейшины с главой пика, потом посиделок стало меньше, главы стали приходить реже, учитель моего учителя здесь буквально жил, это он посадил здесь сад, увеличил купальню, пристроил спальню и кабинет для себя. А мой учитель был здесь набегами в гости к учителю. После смерти или вознесения учителя он здесь и не появлялся. Это светлое место, наполненное чистой духовной силой, его сюда не пускало. Поэтому здесь всё так запущено, потому что сюда двадцать лет уже никто не захаживал. Кто уж был по-настоящему ядовитой змеёй, так это учитель Шэнь Цинцю. И жил он где-то рядом на пике, но не здесь, как я думала раньше, но узнаю я про это только после полного восстановления всех барьеров обоих пиков. Значит, с этим местом всё в порядке. Оно было скрыто под иллюзией и открылось после моего смертельного выплеска ци. Тогда Шэнь Цинцю был так зол на всех, что слетели очень многие настройки, печати и барьеры. А когда я поднималась по лестнице танцу, туман рассеялся и купальня пригласила меня войти.       Хорошо, всё замечательно.       А теперь быстро размяться, и вниз на полигон проводить общую тренировку для всех. Меня уже ждут, я чувствую. Хорошо чувствовать всё, что происходит на пике! Спустившись вниз, я увидела не только своих внутренних учеников и всех, кто с нами ездил, но и старших учеников.       Я усмехнулась. И что мне надо учить стоиться эту могучую кучку? Я что им, физрук в пионерском лагере? Но как говорится «Это мои бараны, и я их буду стричь». Если не я, то кто, если не сейчас, то когда? Как же не хватает свистка, как у учителя физры в школе! Не колокольчиком же их призывать к порядку? Маленькими, серебряными, на сапогах, и бабочек ещё вокруг себя запустить, и в красное одеться. Настроение поднялось само собой, а сейчас я её подниму всем остальным.       Так что набрала воздуха в лёгкие, перед ртом сформировала конструкт увеличения громкости и гаркнула:       — По росту, в шеренгу по двое построиться!       Могучая кучка муравьёв зашевелилась, засуетилась, забегала и стала строиться. О! Кто-то у нас ведёт просветительную работу? Хвалю, кто бы это ни был. Как только все построились, хотелось гаркнуть: «Здравствуйте, бойцы красной армии!» и услышать в ответ крик из всех глоток: «Здра жла, тов полк!*». Но не та страна, не то время! Ну и как тогда? «Здравствуйте, товарищи ученики!»? Тоже не то. Ну что ж, тогда:       — Доброе утро ученики! На правО, за мной бегом арш!* (не ошибка, сокращенная форма приказа строю!)       И прошла вдоль строя и стала впереди.       — За мной!       И двинула потихоньку, постепенно наращивая темп бега. Мы пробежали один круг по стадиону в спокойном темпе. Ученики расслабились, поняли, что это будет не сложно, а я их вывела со стадиона на тропинки и лестницы пика, постепенно набирая скорость. Тропинки у нас были не такие узкие, и в вдвоём можно было поместиться, но из-за скорости бега мы скоро стали бегать длинной змейкой друг за другом. Вверх, вниз по тропинкам и лестницам, постепенно скорость росла, а веселье среди учеников убавлялось. Появились звуки отдышки и пара отстающих. Пора вести учеников обратно на стадион — набегалась! Или скорее уже отбегались, только в морг, куда им ещё разминка? О, чёрный юморок пошёл! Значит, настроение поднялось с плинтуса и сейчас где-то на уровне пояса.       Я забежала на стадион, сделала круг и стала бегать змейкой. Те, кто были со мной, уже вымуштрованы, знали, что делать и шипели на тех, кто рвался вперёд. Пока мы бегали по стадиону, к нам присоединились отстающие.       — Стоп, раз, два.       И я вышла вперёд. Отстающие пусть присоединяются сзади, места хватит всем, стадион большой. Развернулась.       — На право! Разойтись на расстояние вытянутых рук!       Ну а потом пошли упражнения, разминка, растяжка, стойки, удары, блоки, падения, приёмы, цигун. Закончили заминкой, я распустила учеников и себя на завтрак.       Завтракать я пошла со всеми в общую столовку за столик для преподавателей, заказала себе завтрак и стала ждать, пока мне принесут еду. Задумалась, смотря в окно, и тут увидела, что чьи то руки ставят на стол еду в очень красивых тарелочках, у меня аж слюни потекли. Я подняла взгляд с рук на того, кто мне ставил еду, и это был Ло Бинхэ... Что и ожидалось. Он с мечтательным видом очень аккуратно раскладывал тарелочки, палочки, подносик с полотенцем, поглядывал на меня. Чайник с чаем и кружкой.       — Благодарю.       — Всегда пожалуйста, учитель.       Ну что ж, в ноги не падает, уже хорошо. Пока я ела, Ло Бинхэ стоял рядом и смотрел на то, как я кушаю. Ещё бы присел, подпер подбородок локтем и ко мне ближе мисочки подвигал. Прям бабушка, умиляющаяся аппетиту внука. Поев, я пошла собираться на пик к дедушке Дешену, пока у учеников уроки, и многие старейшины заняты преподаванием. ——— *АРШ ! marche! воен. Команда к началу движения в словосочетании «шагом марш». Но, понятно, воинская служба не коврижки-коржики с медом. Были и у него эпизоды — шагом арш! Абрамов Пряслины 664. Мы привыкли к щелканью винтовочных затворов, заучили наизусть предупреждение конвоира: «Шаг влево, шаг вправо — считаю побегом — шагом арш!» — мы шли. Шаламов Ключ Алмазный. // Ш. Колымские расск. 291. *В соответствии ст. 57 «Устава внутренней службы ВС РФ» (ред. от 24.10.2018) все находящиеся в строю военнослужащих на приветствие генерала должны отвечать: «Здравия желаем, товарищ генерал!», но реально же выходит: «Здрав жлам тарщ грал!» russian7. ru/post/zdrav-zhlam-tarshh-grsl-pochemu-voen...